«Виды и функции литературного портрета персонажа в повестях А. И. Куприна, вошедших и не вошедших в школьную программу»

Муниципальное бюджетное общеобразовательное учреждение

 Излучинская общеобразовательная средняя школа №2 с углублённым изучением отдельных предметов

Проект

«Виды и функции литературного портрета персонажа в повестях

А. И. Куприна, вошедших и не вошедших в школьную программу»

Автор проекта: ученик 7В класса

Ноев Максим Алексеевич

Руководитель проекта: учитель

русского языка и литературы

Шинкевич Ольга Николаевна

Излучинск, 2020

Содержание

Введение…………………………………………………………………….…….3

I. История исследования портрета персонажа………………………………..5

1.1. Виды и функции литературных портретов-персонажей……………………5

2. Анализ классификации литературного портрета А. Б. Есина…………..8

II. Анализ произведений А. И. Куприна, вошедших и не вошедших в школьную программу………………………………………………………….11

2.1. Анализ повести А. И. Куприна «На переломе»: своеобразие изображения детского портрета персонажа……………………………………………….…..11

2.2. Архетипические образы-портреты в художественном тексте А. И. Куприна……………………………………………………………………16

Выводы……………………………………………………….………….............20

Библиографический список………………………………………………..…23

Введение.

Литературный портрет персонажа стал пристальным объектом внимания литературоведов, начиная с XX века, и не теряет своей актуальности по настоящее время. Многообразие классификаций данного феномена говорит о незавершенности его исследования, острой актуальности и неисчерпаемости. Наряду с этим имеет смысл рассматривать литературный портрет и как единицу литературоведения и как художественный прием в произведении писателя.

Повести А. И. Куприна еще не становились объектом исследования с позиций детального анализа литературного портрета персонажа. Это позволяет утверждать, что данной работе присущи практическая значимость и научная новизна. 

Цель проведенного исследования заключается в анализе функционирования и выявлении особенностей портретов персонажей ранних повестей А. И. Куприна, вошедших и не вошедших в школьную программу: «На переломе», «Молох», «Олеся», а также  попытке выделения нового типа портрета персонажа как дополнение к существующей классификации А. Б. Есина.

Задачи проекта:

- ознакомиться с видами и функциями литературного портрета персонажа;

- изучить существующие классификации литературных портретов персонажей;

- определить актуальность данного исследования, его теоретическую и практическую значимость;

- проанализировать функционирование литературных портретов персонажей из рассказов, помещенных  не помещенных в школьную программу;

- сделать вывод о проделанной работе;

- наметить перспективы дальнейшей работы над данной областью исследования.

Практическая значимость. Данный проект помогает не только расширить и углубить теоретические знания в определенном литературном аспекте, но также подготовиться к тесту ОГЭ по русскому языку, а также дополнить теоретическую базу исследования творчества А. И. Куприна в современном литературоведении.

I. История исследования портрета персонажа.

1.1. Виды и функции литературных портретов-персонажей.

Несмотря на то, что проблемам поэтики литературного портрета ранее уже уделялось внимание, это направление исследований до сих пор не утратило своей актуальности, т. к. перечень специальных исследований, посвященных рассматриваемому вопросу, остается крайне  немногочисленным и неоднозначным. Литературный портрет стал объектом пристального внимания исследователей, начиная с XX века. При этом однозначной и фундаментальной работы, посвященной этой теме, нет.

 По словам А. Ш. Абдуллиной «индивидуальность писателя в создании портретов складывается из многочисленных характеристик и связей, которые порой невозможно уложить ни в одну из известных классификаций» [1; с.1343].

Исследователь Л. Ю. Юркина отмечает: «Главный интерес к человеку в литературе сосредоточен не на его внешнем облике, а на особенностях его внутреннего мира. Но в тех произведениях, где портрет присутствует, он становится одним из важных средств создания образа персонажа» [14; с.185]. Таким образом, портрет персонажа в художественном тексте исследуется с позиций одного из важнейших средств создания образа литературного героя.

Образ персонажа – один из актуальных предметов исследования современного литературоведения. От античности и до наших дней донесена и обозначена важность изображаемого облика, нашедшая отражение в различных видах искусства, в том числе в литературе. Еще Аристотель говорил об изображении персонажей «худших» и «лучших» и «таких же, как мы», следовательно, о попытке типизации персонажей [2].

На каждом этапе развития художественной литературы менялось отношение к этому феномену. Портрет как форма литературной изобразительности развивался от обобщенной характеристики к индивидуализации. «Зачастую литература ранних стадий развития вообще обходилась без портретной характеристики («Слово о полку Игореве»), предполагая, что читатель отлично представляет себе внешний облик князя, воина или княжеской жены; индивидуальные же различия в портрете […] не воспринимались как существенные. Портрет символизировал прежде всего социальную роль, общественное положение, а также выполнял оценочную функцию» [4; с. 51].

С течением времени литературный портрет усложнялся и индивидуализировался, включая в себя характерные именно для данного героя черты. Наконец, произведения эпохи реализма послужили поводом к детальному изучению функционирования портрета персонажа, так как центром повествования в XIX веке выступает литературный герой, портретные детали которого становятся индивидуальными и выполняющими характеризующую функцию.

Благодаря исследованиям портрета персонажа с позиции его функциональности в творчестве отдельно взятых писателей появляются новые подходы к рассмотрению данного феномена, что говорит о его незаконченном теоретическом осмыслении в современном литературоведении.

Под литературным портретом принято понимать «изображение в художественном произведении всей внешности человека, включая и лицо, и телосложение, и одежду, и манеру поведения, и жестикуляцию, и мимику» [4; с. 50]. Литературный портрет, «являющийся особой формой постижения действительности и характерной чертой индивидуального стиля писателя» [3; с. 90], позволяет выявлять особенности художественного мира отдельно взятых авторов.

Описательный стиль, не получивший должного внимания в кругу литературоведов до середины XX века, на сегодняшний день активно исследуется. Литературный портрет стал анализироваться не только в эпосе, но и в лирике. Но эпические жанры дают более широкую платформу для создания сложного многокомпонентного литературного портрета героя, в то время как в лирических произведениях портрет «предельно обобщен» [12; с. 10].

Портрет в художественном произведении выполняет не только изобразительную, но и оценочную функцию. Одна из важнейших задач портрета - через внешние проявления показать психологическое содержание образа, внутреннюю его суть. Наряду с этим портрет героя несет в себе авторское отношение, выраженное явно, в особых замечаниях и комментариях, или скрыто, в подборе деталей портрета, в самом тоне описания.

Таким образом, портрет - одна из важных составляющих в создании психологической характеристики героя, в постижении идеи художественного произведения [6; с.87].

Основные особенности портрета в художественном произведении можно определить следующим образом – это изображение внешнего в человеке и того внутреннего, что проявляется вовне и становится видимым. Портрет придает образу-персонажу конкретность, зрительную ощутимость, и даже наглядность, он дает возможность читателю «представить» себе героя произведения, воспринять его как живое, реальное лицо. Для этого в портрете весьма ярко показываются типические и индивидуальные черты образа персонажа. Индивидуальные черты позволяют читателю воспринимать данный персонаж как определенное живое лицо со всеми его индивидуальными отличиями, признаками, приметами (вплоть до интонаций голоса, своеобразия черт лица, деталей туалета и т. д.) [11; с.15].

С развитием культуры развивается, усложняется и индивидуализируется портрет, это касается  всех областей искусства. Портрет и характер уже с XIX века изображаются в произведениях вне закономерности внешность-характер, как изображалось, например, в фольклорных произведениях (Василиса Премудрая, Баба Яга и т. п.)  «положительный герой может быть уродливым, а отрицательный – прекрасным. Пример: Квазимодо В. Гюго и Миледи из «Трех мушкетеров» А. Дюма» [4; с.50].

Но, несмотря на активное исследование портрета персонажа, в литературоведении до сих пор не сложилось единого понимания данной категории. Классификаций портрета существует множество, мы в своем анализе остановились на предложенной исследователем А. Б. Есиным.

2. Анализ классификации литературного портрета А. Б. Есина.

Проанализируем роль, функции и значимость каждого из представленных А. Б. Есиным видов литературного портрета персонажа:

Портрет, по Есину, вмещает в себя следующие формы портретной характеристики: портрет-описание, портрет-сравнение, портрет-впечатление, характеристический портрет и психологический портреты. При этом именно в такой последовательности характеризуется степень сложности разновидности данных портретов.

Самая простая форма портретного описания (портрет-описание) используется автором при знакомстве с героем, с более или менее подробным представлением внешности персонажа, говорящем о социальном статусе, оценочном восприятии героя автором.

Следующая форма портрета – портрет-сравнение – предполагает прием сравнения, использующийся для усиления впечатления и представления образа героя.

Портрет-впечатление достигается путем работы воображения читателя, при этом портретное представление автором минимизировано и заключено чаще в одном предложении.

Отдельно хочется остановиться на разделении понятий характеристического и психологического портретов. Зачастую, когда изображение внешности героя, его социального статуса заканчивается и начинается характеристика его увлечений, привычек, отношений к определенным вещам, мировосприятия и прочего, это неверно относят к портрету психологическому. Задача исследователя выяснить: где через портрет изображается сложившийся характер (характеристический портрет), а где – смена душевного состояния, влекущая за собой перемены во внешности (психологический портрет). По мнению А. Б. Есина характеристический портрет раскрывает черты характера, а «собственно психологический портрет появляется в литературе тогда, когда он начинает выражать то или иное психологическое состояние, которое персонаж испытывает в данный момент, или же смену таких состояний» [4; с.51].

Следует отметить, что при уточнении самим А. Б. Есиным, портрет персонажа – это не только средство, помогающее читателю представить тот или иной образ; любой портрет в той или иной степени характеристичен или даже психологичен:  с его помощью автор также помогает оценить характер героя, прочувствовать его состояние души, следовательно, анализируя  представленный портрет героя, авторы чаще всего представляют его в синтезе, или поочередно добавляя информацию то о характере, то о психологическом состоянии персонажа. Например, если знакомство с героем начинается с представления его мыслей, чувств о прошедшем недавно событии, речь идет о портрете психологическом. Описание же сложившихся привычек, отношения к окружающей действительности или вещам говорит о характере, так как под характером подразумевается устойчивое сложившиеся поведение человека.

Итак, в работе под портретом понимается описание внешнего вида и внутреннего состояния героя, проявляющееся в действиях и взаимоотношениях его с другими персонажами.

II. Анализ произведений А. И. Куприна вошедших и не вошедших в школьную программу.

2.1. Анализ повести А. И. Куприна «На переломе»: своеобразие изображения детского портрета персонажа.

Культивируемая писателями в XIX веке тема детства продолжается в начале ХХ века и находит свое воплощение в творчестве А. И. Куприна. Так, в 1900 году писатель создает повесть «На переломе», основанную на личных воспоминаниях из кадетского детства.

В литературе образ ребенка часто  создается посредством портрета. Портреты-описания помогают читателю живо представить внешность персонажа-ребенка, а психологические портреты – те мельчайшие изменения, которые происходят во внутреннем мире ребенка на пути его взросления.

Портрет ребенка в повести «На переломе» основан не на привычном детальном описании, а на осмыслении внутреннего состояния героя через внешние портретные симптомы. Такой портрет отражает эмоциональную сторону, при этом детальному описанию внешности персонажа уделено минимальное внимание. Так, портрет главного героя кадета Буланина построен на чувственном восприятии окружающей среды, душевных переживаниях: «Он побледнел, погрубел, обозлился и, сам не желая этого, очутился на счету «отчаянного». Его все чаще и чаще лишали отпуска. Нельзя сказать, чтобы эта воспитательная мера помогала его расстроенной душе» [7; с. 68]. В этом детском портрете изобразительная функция уступает эмоционально-оценочной, при этом впечатление, произведенное на читателя психологическим портретом, дает ему возможность представить внешние черты персонажа во время и после его эмоциональных всплесков. Возможно, предпочтение Куприным психологического портрета в изображении ребенка связано с тем, что лицо взрослого человека – это устойчивый отпечаток жизни, опыта; характер же и психика ребенка нестабильны, до конца не сформированы. Такой подход к изображению портрета ребенка Куприн сохраняет в качестве первостепенного на протяжении всей повести, даже при описании группового портрета гимназистов: «В обыкновенное время младшие воспитанники имели вид чрезвычайно растерзанный и грязный, и нельзя сказать, чтобы начальство принимало против этого решительные меры. Зимою почти у всех «малышей» образовались на руках «цыпки», то есть кожа на наружной стороне кисти шершавела, лупилась и давала трещины, которые в скором времени сливались в одну общую грязную рану» [7; с.19].

Оценочная функция достигается путем привлечения к портрету-описанию портрета-впечатления, своеобразие которого заключается в отсутствии портретных черт и деталей, «остается только впечатление, производимое внешностью героя на стороннего наблюдателя или на кого-нибудь из персонажей произведений» [4; с.51]. Такой портрет с минимизированным описанием внешних деталей, тем не менее, оставляет читателю возможность «доработать» собственный  портрет героя: «Во втором отделении, куда попал Буланин, было двое второгодников: Бринкен - длинный, худой остзеец с упрямыми водянистыми глазами и висячим немецким носом, и Сельский - маленький веселый гимназист, хорошенький, но немного кривоногий» [7; с.13], а также помогает принимать взрослых персонажей сквозь призму осмысления детского образа. Так главный герой Буланин видит и оценивает учителей гимназии: «его звали Яков Яковлевич фон Шеппе. Это был очень чистенький, добродушный немец. От него всегда пахло немного табаком, немного одеколоном и еще тем особенным не неприятным запахом, который издают мебель и вещи в зажиточных немецких семействах» [7; с.13]. В данный портрет-впечатление Куприн добавляет разносторонние запахи, которые выполняют оценочную функцию персонажа, методом сопоставления в памяти ребенка запахов учителя с запомнившимися запахами определенных предметов в детстве. Такой пример в повести не единственный: «Чего, например, стоил один Фиников, учитель арифметики в младших классах. Приходил он в класс оборванный, нечесаный, принося с собою возмутительный запах грязного белья и никогда не мытого тела. Должно быть, он был вечно голоден» [7; с.64].

Однако традиционное детальное описание лица персонажа все-таки имеет место быть в анализируемой повести. Так, автор изображает лицо одного из гимназистов: «Гимназическая шлифовка не положила своего казенного отпечатка на его красивое, породистое и недетски серьезное лицо с нездоровым румянцем, выступавшим неровными розовыми пятнами на щеках и под бровями» [7; с. 57]. В данном случае автор использует портрет-впечатление и замечает, что лицо ребенка «недетски серьезное», тем самым оправдывая наличие в тексте данной характеристики образа. Такой художественный прием Куприн использует, представляя и образ гимназиста Грузова: «Пришел Грузов, малый лет пятнадцати, с желтым, испитым, арестантским лицом, сидевший в первых двух классах уже четыре года, – один из первых силачей возраста» [7; с. 9]. Можно предположить, что в тот момент, когда повествование изображает персонажа взрослеющим, преодолевающим границу, отделяющую детство от юности, портрет ребенка у Куприна теряет характерные признаки детскости, а соответственно, и психологическую функцию, и автор вводит в текст приемы портретного описания лица, которые свойственны портрету взрослого человека.  

Однако чаще всего при создании образа ребенка автор использует психологический и характеристический портреты. В Большом психологическом словаре под «характером» понимается «индивидуальное сочетание устойчивых психических особенностей человека, обусловливающих типичный для данного субъекта способ поведения в определенных жизненных условиях и обстоятельствах» [9; с. 530]. Отсюда следует, что такой вид портрета основан на описании сложившихся, устойчивых привычек персонажа, поведения в различных ситуациях, что отражает его характер: «Почти все преподаватели отличались какими-нибудь странностями, к которым Буланин не только привык очень быстро, но даже научился их копировать, так как всегда отличался наблюдательностью и бойкостью» [7; с. 17]. Характеристический портрет отражает сложившуюся ко времени рассказывания индивидуальность образа, помогает в формировании оценочной функции.

Психологический портрет у Куприна создается путем постепенного перехода от отдельных портретных деталей к целому, поэтапно формируя целостное восприятие образа ребенка. Создавая психологический портрет в повести, Куприн использует определения, характеризующие психологическое состояние персонажа  посредством отдельных портретных деталей («несчастный», «заброшенный мальчик»). Описание состояния сердца, ума ребенка отражается во внешности, усиливая чувственное восприятие персонажа, определяя оценку его психологического состояния.

Для передачи психологического состояния ребенка Куприн традиционно для него вводит в текст описание глаз. Данная деталь портрета персонажа помогает отразить и понять высоту эмоциональных переживаний ребенка. Глаза ребенка в исследуемой повести «мутные», «сияющие», «неподвижные», «злобные», «упрямые», «водянистые», «страдальческие».

Эпитет «мутные» Куприн использует в повести трижды. Такие глаза у ребенка отражают боль и безысходность, а у взрослого человека – аморальное поведение, следствие нездорового, чаще – нетрезвого – образа жизни. Часто в повести автор сам помогает раскрыть значение того или иного определения глаз ребенка: «Досадные слезы просятся на глаза. Дядька выкликивает все новые и новые фамилии, но появление его уже не вызывает нетерпеливого подъема всех чувств: Буланин смотрит на него мутными, неподвижными и злобными глазами» [7; с. 29]; «[Буланин] таращил на офицера сияющие глаза, в которых ясно можно было прочесть испуг, радость и нетерпеливое ожидание» [7; с. 32]; «Случалось, что среди этой оргии лицо Балкашина вдруг принимало бледно-зеленый оттенок, а глаза становились мутными и страдальческими» [7; с.47]. Сравним значение «мутных» глаз взрослого персонажа, в данной повести - это учитель: «Сахаров вдруг, точно от внезапного толчка, поднял голову, обвел класс мутными глазами» [7; с.17]; «В каждом его слове, в каждой гримасе его опухшего и красного от водки лица чувствовалась глубокая, острая, отчаянная ненависть и к учительскому делу, и к тому вертограду, который он должен был насаждать» [7; с17].

Психологический портрет в повести Куприна бывает реализованным с привлечением цветовых характеристик («краснел», «бледнеет»): «Он же краснел от удовольствия и стыда и с грубой поспешностью вырывался из родственных объятий» [7; с. 32]; «Буланин сразу узнал его голос и почувствовал, что бледнеет и что у него задрожали колени» [7; с. 37].

Созданию психологического портрета Буланина также помогает введенная Куприным в повествование деталь одежды, в данном случае – это пуговица – дорогая, напоминающая ребенку о матери вещь, символ любви,  преданности и заботы. Эта деталь портрета характеризует общее психологическое состояние героя в ситуациях, связанных с ней: «Пуговица отлетела с мясом, но толчок был так быстр и внезапен, что Буланин сразу сел на пол. На этот раз никто не рассмеялся. Может быть, у каждого мелькнула в это мгновение мысль, что и он когда-то был новичком, в такой же курточке, сшитой дома любимыми руками» [7; с. 10].

Психологические характеристики, составляющие образ ребенка, не всегда находят отражение во внешности, приобретая характер психологического анализа, проводимого в повести автором: «В его разгоряченном, взволнованном и подавленном уме лицо матери представлялось таким бледным и болезненным, гимназия таким неуютным и суровым местом, а он сам – таким несчастным, заброшенным мальчиком» [7; с. 12]. Такой прием в совокупности с психологическим портретом позволяет говорить о наличии в повести особого художественного качества – психологизма, так как под психологизмом понимается  «освоение и изображение средствами художественной литературы внутреннего мира героя: его мыслей, переживаний, желаний, эмоциональных состояний» [4; с. 56].

Таким образом, портрет ребенка, созданный писателем, построен на внутренних эмоциональных переживаниях, связанных с реальными событиями, происходившими в его детстве, что позволяет судить об автобиографической природе повести. Тем самым, подобный художественный прием помогает понять картину мира А. И. Куприна в определенном периоде его жизни.

2.2. Архетипические образы-портреты в художественном тексте А. И. Куприна.

В современном отечественном и зарубежном литературоведении наблюдается устойчивый интерес к личности и учению К.Г.Юнга, который первым ввѐл понятие «архетип» в психологию. Согласно К.Юнгу, архетипы представляют собой структурные элементы человеческой психики, которые «скрыты в коллективном бессознательном, общем для всего человечества» [5; с.36]. В литературоведении архетип понимается как универсальный прасюжет или прообраз, зафиксированный мифом и перешедший из него в литературу [13; с.185]. Таким образом, архетип – это «первичный образ, некий оригинал, некая совокупность древнейших общечеловеческих символов, прообразов, лежащих в основе мифов, фольклора и культур в целом и переходящих из поколения в поколение» [5; с.36]. Своеобразное переосмысление и «адаптация» теории К.Юнга в области литературоведения стали необходимой основой для целого ряда современных научных исследований.

Архетипы могут реализовывать свои значения в виде различных элементов текста (сюжетов, образов и мотивов) и дают возможность увидеть глубинные содержательные стороны художественного произведения.

Сколько бы форм портретных характеристик и особенностей портрета персонажа мы не выделяли, всё же функционирование многообразия портретов сводится к общему знаменателю: это портрет человека. Отсюда, можно говорить об общих объединяющих признаках, свойственных портрету человека, а также об архетипической основе портретирования.

Обратимся, например, к портрету Бабы Яги в народных и литературных сказках. Портрет данного персонажа – действующий веками архетип, четко и детально возникающий в представлении каждого человека. Определение архетипа в литературоведческом словаре подтверждает наше мнение, так как архетипы - «общечеловеческие символы, прообразы, мотивы, схемы и модели поведения» [12]. Иными словами – это устойчивый сложившийся образ со своей внешностью, поведением, характером, психологическими особенностями и т.д.

Анализируя портрет-архетип, можно сделать вывод, что он синтезирует в себе те виды портрета, которые выделяет А. Б. Есин (портрет-описание, портрет-сравнение, портрет-впечатление, характеристический и психологический портреты).

Особенностью архетипического портрета является его статичность,  неизменность характера героя на протяжении всей сюжетной линии произведения. К такому типу портрета можно отнести, например, образ Герасима из произведения И. С. Тургенева «Муму», фольклорных персонажей.

Такой архетипический портрет можно встретить в произведении А. И. Куприна «Молох». Известно, что название данной повести означает «божество, упоминавшееся в Ветхом завете. Вавилоняне почитали это божество, заставляя своих детей — и девочек, и мальчиков — ритуально проходить через огонь» (2Цар. 23:10). Историческая точка зрения состояла в том, что детей сжигали заживо в качестве жертвоприношения Молоху. 

Этого демона изображают уродливым созданием, с лицом вымазанным кровью, его главное наслаждение — пить слезы матерей [10]. Исследователи Куприна олицетворяют данный образ с заводом – центральным местом произведения, вокруг которого происходят события, разворачивающиеся в попытку восстания рабочего класса против тяжелых условий труда. Но не только неодушевленный механизм можно сравнить с данным божеством, «пожирающим» людские судьбы. Данный демонический образ Куприн прямо описывает в портрете персонажа Квашнина: «У Боброва что-то стукнуло в висках. На мгновение ему показалось, что это едет вовсе не Квашнин, а какое-то окровавленное, уродливое и грозное божество, вроде тех идолов восточных культов, под колесницы которых бросаются во время религиозных шествий опьяневшие от экстаза фанатики» [8; с.33]. Описание портрета Квашнина в данном случае детально совпадает с мифологическим божеством, его грозностью, окровавленностью и уродливостью.

Следует отметить, что при знакомстве с Квашниным автор дважды упоминает слово «идол»: «Квашнин почему-то медлил сходить вниз и стоял за стеклянной стеной, с широко расставленными ногами и брезгливой миной на лице, похожий на японского идола грубой работы», «Заглянув случайно в лицо опередившей его Нины, Бобров с горечью заметил и на ее лице ту же улыбку и тот же тревожный страх дикаря, взирающего на своего идола» [8; с. 43].

Присутствие архетипического образа в произведении дополняет портрет толпы: «Вокруг его коляски выла от боли, страха и озлобления стиснутая со всех сторон обезумевшая толпа...» [8; с. 35]. Именно толпа, без которой процесс идолопоклонничества невозможен, дополняет картину мифологического ритуала.

Пример архетипического образа, подкрепленный портретом толпы, также можно встретить на страницах повести «Олеся». Нежная, молодая, ранимая ведьма является чужой для общества, столкновение с толпой данного архетипического образа становится трагическим для персонажа:  «Олеся остановилась, повернула к озверевшей толпе свое бледное, исцарапанное, окровавленное лицо» [8; с. 39].

Повесть «Олеся» А. И. содержит трансформированный портрет-архетип. Он возникает при появлении на страницах повести образа Мануйлихи и несет функцию сопоставления или сравнения с мифологическим образом Бабы Яги: «Все черты бабы-яги, как ее изображает народный эпос, были налицо: худые щеки, втянутые внутрь, переходили внизу в острый, длинный дряблый подбородок, почти соприкасавшийся с висящим вниз носом; провалившийся беззубый рот беспрестанно двигался, точно пережевывая что-то; выцветшие, когда-то голубые глаза, холодные, круглые, выпуклые, с очень короткими красными веками, глядели, точно глаза невиданной зловещей птицы» [8; 193].

Мастерски используя прием портретирования, Куприн при работе над архетипическими образами использует также портрет-впечатление, особенность которого заключается в «работе воображения читателя, при этом портретное представление автором минимизировано и заключено чаще в одном предложении» [4; с. 51]. Так описывается персонаж повести «Молох» Квашнин: «Лицо его ничего не выражало, кроме брезгливого утомления» [8; с. 42], далее - портрет-описание с элементами портрета-впечатления: «Лицо с обвисшими щеками и тройным подбородком, испещренное крупными веснушками, казалось заспанным и недовольным; губы складывались в презрительную, кислую гримасу» [8]. При изображении толпы также используется портрет-впечатление.

Выводы.

1. В повести «На переломе» А. И. Куприн чаще всего при создании образа ребенка использует психологический и характеристический портреты. Особенность данных видов портрета у писателя заключается в доминирующей в них эмоционально-оценочной функции и в минимальном употреблении описаний внешних характеристик героев, благодаря чему на передний план в изображении ребенка выдвигается чувственное восприятие окружающей действительности как основная черта процесса  формирования личности. При этом в создании психологического и характеристического портретов Куприну помогают элементы традиционного портретного описания и портрета-впечатления, а также цветовые портретные характеристики и вещные детали, выполняющие психологическую функцию.

Вышесказанное позволяет заключить, что сущностным свойством изображенного мира произведения является психологизм, в создании которого важную роль играет портрет ребенка.

2.Результаты исследования позволили утверждать, что в раннем творчестве А. И. Куприн обращается к мифопоэтике, реализует архетипические образы, используя художественный прием портретирования.

В ходе работы выяснилось, что при создании архетипического образа автором используется такой портрет персонажа, который можно назвать «архетипическим портретом», имеющим свою особенность: статичность,  неизменность психологического состояния героя, характера на протяжении всей сюжетной линии произведения, а также детализированное описание внешности максимально схожее с мифологическим образом (внешний портрет персонажа в точности совпадает с описанием мифологического божества в Мифологической энциклопедии). Характерологические качества  мифологического божества трансформируются в образе персонажа и являются конечным доказательством присутствия в тексте архетипического образа. Отмечено, что при создании архетипического образа, автор также использует портрет толпы, как неотъемлемую часть мифологических ритуалов, что связывает сюжетные образы с мифопоэтикой. Анализируя особенности портретирования архетипических образов, обнаружилось, что автор также использует такой тип портрета, как портрет-впечатление, подробное описание которого мы находим в типологии литературного портрета исследователя А. Б. Есина.

Подводя итоги вышесказанному, можно предложить добавить к существующим в известных классификациях литературных портретов формам портретных характеристик такую, как архитепический литературный портрет, имеющий свою смысловую нагрузку в произведении.

Таким образом, мы представляем следующую дополненную классификацию типов литературного портрета-персонажа:

Библиографический список.

1. Абдуллина, А. Ш. Портрет как важнейшее средство формирования целостного образа героя в прозе Н. Мусина [Электронный ресурс] / А. Ш. Абдуллина // Фундаментальные исследования.– № 5–6, 2014. – С. 1343–1347. – Режим доступа: [https://fundamental-research.ru/ru/article/view?id=34096].
2. Аристотель. Поэтика. [Электронный ресурс] / – Режим доступа: [http://www.libok.net/writer/4021/kniga/11603/aristotel/poetika/read].
3. Дмитриевская, Л. Н. Пейзаж и портрет: проблема определения и литературного анализа (пейзаж и портрет в творчестве З. Н. Гиппиус). –  Ярославль: ООО «Литера», 2005. – 135 с.
4. Есин, А. Б. Принципы и приемы анализа литературного произведения / А. Б. Есин. – Москва: Флинта, Наука, 2000. – 163 с.
5. Иудин А.А. Архетипы в брендинге: специфика русской культурной традиции. – Нижний Новгород: НИСОЦ, 2008.
6. Кричевская Л. И. Портрет героя. Пособие для учителей-словесников и студентов гуманитарных вузов. – М.: Аспект Пресс, 1994. – 182 с.
7. Куприн А. И. Полное собрание сочинений в 10-ти т. – М.: Воскресенье, Т. 4. Повесть. Рассказы. Очерки, 2006-2007. – 584 с. с илл.
8. Куприн А. И. Полное собрание сочинений в 10-ти томах. Т. 1. Повести. Рассказы. Очерки. Стихотворения. Эпиграммы. Афоризмы. Романсы. – Москва: Воскресенье, 2006. – 528 с. с ил.
9. Мещеряков Б. Г., Зинченко В. П. Большой психологический словарь.— СПб.: Прайм Еврознак, 2006.— 672 с.
10. Мифологическая энциклопедия // [Электронный ресурс]: [http://myfhology.info/monsters/demons/m/moloh.html]
11. Серикова Л. В. Портрет персонажа в прозе В. М. Шукшина: системное лексико-семантическое моделирование: Дис. ... канд. филол. наук: 10.02.01 / Лидия Валерьевна Серикова. – Бийск, 2004. – 153 c.
12. Словарь литературоведческих терминов «Культура письменной речи» // [Электронный ресурс]: [URL: http://www.gramma.ru/1.php?ir=2&ip=3&id=0].
13. Юркина Л. Ю.  Портрет : учебное пособие «Литературоведение» // под редакцией Л. В. Чернец. – М., 1998. – С.185–186.