Главные вкладки

    Статья: Реминисценция как элемент художественной системы на примере "Двадцати сонетов к Марии Стюарт" Иосифа Бродского

    Реминисценция - это своеобразное видоизменённое заимствование, встречающееся в различных произведениях искусства и отсылающее читателя к каким-либо предшествующим источникам, фактам. Русская литература знала огромное количество прекрасных поэтов и писателей, которые использовали некие "выдержки" в своих творениях. Среди них можно встретить и имя Пушкина, и Блока, и Мандельштама и многих-многих других выдающихся гениев разных эпох и поколений. Так в этой обильной плеяде известных фамилий не последнее место, по мнению исследователей и литературоведов, занимает Иосиф Бродский. Чтобы наглядно разобрать вопрос реминисценций в творчестве поэта-эмигранта, возьмём цикл "Двадцать сонетов к Марии Стюарт", написанный им в 1974 году.

    Скачать:

    ВложениеРазмер
    Файл 20_sonetov_k_marii_styuart.docx20.17 КБ

    Предварительный просмотр:

    ГБУ ДО ЦДЮТТ "Охта"

    Дубасов Илья Алексеевич

    Тема: "Реминисценция как элемент художественной системы на примере "Двадцати сонетов к Марии Стюарт" Иосифа Бродского"

    Реминисценция - это своеобразное видоизменённое заимствование, встречающееся в различных произведениях искусства и отсылающее читателя к каким-либо предшествующим источникам, фактам. Русская литература знала огромное количество прекрасных поэтов и писателей, которые использовали некие "выдержки" в своих творениях. Среди них можно встретить и имя Пушкина, и Блока, и Мандельштама и многих-многих других выдающихся гениев разных эпох и поколений. Так в этой обильной плеяде известных фамилий не последнее место, по мнению исследователей и литературоведов, занимает Иосиф Бродский. Чтобы наглядно разобрать вопрос реминисценций в творчестве поэта-эмигранта, возьмём цикл "Двадцать сонетов к Марии Стюарт", написанный им в 1974 году.

    Об этом вопросе в тех или иных аспектах в своих работах говорили такие культурологи, как: А.Жолковский, Л.Баткин, А.Ранчин, В.Полухина. Обращение Бродского к реминисценциям определяется его взглядами на собственное предназначение и в каком-то смысле выражено в литературных эссе и сочинениях. Ильинская Людмила Станивславовна в своей работе высказывается следующим образом: "во - первых, И.Бродский, осознающий себя "последним поэтом" и хранителем культурной традиции, а свое поколение - последним поколением, живущим культурными ценностями, не может не вступить в диалог с мировой и отечественной культурой и литературой; во - вторых, реминисценции как одно из проявлений интертекстуальности - общая черта поэтики постмодернизма вообще и И.Бродского в частности". Учитывая вышесказанное и анализируя VI сонет из цикла, начало которого, как под копирку, взято из пушкинского "Я Вас любил...", можно прийти к выводу, что Бродский - собиратель всех культурно-поэтических ценностей - свою охранительную функцию выполняет наилучшим способом.  Делая вставки из известнейших произведений своих предшественников, Иосиф Александрович, видя поэтическое будущее как своей, так и наступающей эпохи в весьма плачевном состоянии, как скупой рыцарь из "Маленьких трагедий" Александра Сергеевича, чахнущий над златом, резюмирует творчество его эталонов, запечатлев в своих произведениях лучшее из лучших, открывая большое поле деятельности для литературоведов. В аргументацию к этому Ильинская писала: "посредством реминисценции реализуется один из наиболее интимных, болезненных для И.Бродского мотивов поэзии: мотив невозможности возвращения". Однако вопрос, волнует ли поэта-эмигранта больше собственная "невозможность возвращения" или же его предшественников, остаётся открытым.  

    Самую первую реминисценцию можно встретить ещё в I сонете, с которого начинается цикл. В исходном варианте, написанным Тютчевым, изменённые Бродским строки звучат так:

    "Я встретил вас — и все былое
    В отжившем сердце ожило;"

    Используя "К. Б." Фёдора Ивановича, Иосиф Александрович заставляет лирического героя рефлексировать, размышлять не столько на тему любви к некой монументальной фигуре, сколько на тему человеческого бытия и предназначения, погружаться в мир собственных аллюзий, превращая весь цикл в одну большую философскую дилемму. Деформируя знакомые каждому школьнику тютчевские строки, Бродский не забывает сохранять свою стилистику: его слог и мастерская поэтическая рука видна невооружённым взглядом.

    Если проанализировать основные реминисценции произведения, можно заметить, что Иосиф Александрович цитирует поэтов, в чьём творчестве тема любви является чуть ли не лейтмотивом. Вообще, тема любви побуждает писателей к творчеству: в ней они находят музу, в ней находят и разочарование. Бродский не исключение, но в силу своей поэтической позиции, поэтической ниши, он приходит к этой теме через рефлексию, перерабатывая и изучая, как в разные эпохи разные поэты писали о самом прекрасном чувстве в мире; поэтому среди попавших под руку поэта мы видим и Пушкина, и Тютчева, и Блока. Но если указанные персоналии, рассматривая данную тему, в ней же и забывались, создавая тяжёлые трактаты стихотворений и поэм, то Бродский пошёл дальше, превознося это чувство к чему-то философскому, погружая читателей не просто в мир собственных переживаний, а в необъятную бездну. Но это не нарочитый прагматизм. Наблюдая за тем, как по-новому открывается пушкинское "Я Вас любил..." в VI сонете, Бродский играет сознанием своих читателей, добавляет в привычную выработанную поэтическую систему больше драматизма, отчего перед нами [читателями] создаётся система взаимоотношений, вводящая в ещё больший тупик: как лирического героя, повествующего и живущего явно в 20 веке, могут связывать любовные отношения со статуей Марии Стюарт - шотландской королевой, жившей в веке шестнадцатом. Но для Бродского это не имеет никакого значения; его основной целью становится показать разнообразие созданного образа, надрывность его характера. Или же это всё-таки холодный рассудок, смирившийся со своей участью?

    "Я застрелиться пробовал, но сложно
    с оружием. И далее, виски:
    в который вдарить? Портила не дрожь, но
    задумчивость. Черт! все не по-людски!"

    Тут же, не так далеко (III сонет), и "Божественная комедия" Алигьери, в переводе Лозинского первая строчка которой звучит "Земную жизнь дойдя до середины". Наверное, склонность к реалистичному и материальному склонили Бродского видоизменить строки на "Земной свой путь пройдя до середины", добавив своему герою нотки холодной рассудительности. Да и в целом за счёт философских дум складывается впечатление, что весь цикл "Двадцати сонетов к Марии Стюарт" - это одна большая реминисценция на измученного Гамлета с его излюбленным театральным "Быть или не быть". К тому же, если углубляться в эту теорию, то Шекспир и Мария Стюарт - личности одной эпохи.

    А завершить хотелось бы словами Леонида Баткина, рассуждающего над скрытностью простоты его поэзии Иосифа Бродского, о его простате : "Гора с горой не сходится, человек с человеком бывает. Но современный рефлектирующий человек с самим собой никогда. Поэзи и смыслы Бродского бездомны. Чтобы герменевтический круг замкнулся, то есть чтобы добраться в последний пункт, который был отправным для поэта, предстоит износить в пути не одну пару башмаков, привести многие десятки цитат, столкнуть когорты ощетинившихся копьями сентенций"

    Использованная литература:

    1. Чужое как свое: о некоторых реминисценциях в лирике И.Бродского // Південний архів. Філологічні науки: Зб. наук. праць. – Вип. ХIІ. – Херсон: Айлант, 2001. – С.61-65

    2. Бродский И. Сочинения в пяти томах.- СПб: Пушкинский фонд, 1992-1999./ Стихотворения, эссе, Нобелевская лекция

    3. Жолковский А. "Я вас любил" Бродского.// Блуждающие сны и другие работы: М.: Наука, 1994.

    4. Полухина В. Поэтический автопортрет Бродского // Иосиф Бродский: творчество, личность, судьба.- Спб, 1998.

    5. Журнальный зал  Октябрь, 1996 N1  Леонид Баткин_ Вещь и пустота_ Заметки читателя на полях стихов Бродского