МБО ДО Детская школа искусств «Фантазия»

Доклад

« Музыкальная культура Кенигсберга».

Выполнила

Кондратенко Алина Константантиновна

Мамоново

2021г.

Оглавление

Введение        3

Музыкальная культура Кенигсберга до XVIII века        3

Музыкальная культура Кенигсберга XVIII – XIX веков        9

Заключение        17

Список литературы        18

Введение

Калининград принято называть органной столицей России. Хотя данное определение больше применимо к довоенному Кёнигсбергу, где было 224 церковных здания, и в каждом - орган. Тем не менее, самый западный  город РФ и сегодня держит третье место после Москвы и Санкт-Петербурга по количеству инструментов.

Сейчас в Калининградской области семь органов.

Имена органных мастеров Кёнигсберга вписаны в историю города. Один из них - Адам Готлоб Каспарини. Адам Готлоб Каспарини прожил в Кёнигсберге более 30 лет. Его органы звучали в пяти кирхах Пруссии, в том числе, в Норденбурге (сейчас - посёлок Крылово Правдинского района). Ни один инструмент не уцелел.

Созданные Каспарини органы были установлены в храмах города:

• Новая Россгартенская кирха
• Альт-Россгартенская кирха
• Альтштадтская Кирха
• Хабербергская кирха

В 1718 году случилось судьбоносное событие. Гильдии купцов и пивоваров согласились финансировании строительства большого органа для Кафедрального собора. Создание инструмента поручили Иоганну Мозенгелю.

Познакомимся поближе с музыкальной культурой Кенигсберга и историей Кафедрального собора.

Кафедральный собор

13 сентября 1333 года   впервые упоминается Кафедральный собор Кёнигсберга. То есть 13 сентября 1333 года его начали строить. И строили очень долго, как минимум, полвека .

Города Кёнигсберга еще тогда не существовало, был замок Кёнигсберг, он стоял на высоком берегу реки Прегель. И вокруг него росли три деревушки, каждая из которых позднее стала городом. По одну сторону от замка был Альтштадт, по другую Лёбенихт, а немного в стороне, на острове, который образуют два рукава Прегеля, - третье поселение, которое назвали Кнайпхоф. Именно на Кнайпхофе и решили строить самый большой собор. Но поскольку Альтштадт был самый главный из трех городов (потому что самый старый), в его городской стене прорубили ворота и на остров перекинули мост. Чтобы прихожанам было удобнее добираться до главной церкви.

В статусе главного католического храма собор пребывал до первой четверти XVI века. К этому времени Тевтонский орден превратился в светское герцогство Пруссия, и герцог Альбрехт католицизму предпочел протестантизм, точнее, лютеранство. Кафедральный собор автоматически стал главным лютеранским храмом Пруссии.

И здесь не только проходили богослужения. У стен собора хоронили известных личностей (там, в частности, покоятся останки герцога Альбрехта и несколько профессоров кёнигсбергского университета, а в 1804 году был похоронен великий философ Иммануил Кант). В южной башне замка располагалась университетская библиотека. В 1695 году в соборе появился орган.

Собор пережил несколько реставраций (в частности, старый орган заменили новым в 1888 году), а в августе 1944 года практически полностью выгорел после варварской бомбардировки британских ВВС. Несколько десятилетий советской поры Кафедральный собор возвышался самой громадной и самой выразительной руиной Калининграда, а в 90-е годы культовое сооружение по инициативе строителя Игоря Одинцова начали восстанавливать. В первую очередь восстановили могилу Иммануила Канта, затем все остальное. Собор стал главной достопримечательностью Калининграда.

Несколько лет назад в Кафедральном соборе появился новый орган. Он считается самым крупным в России и одним из самых крупных в Европе.

  Новый орган – это комплекс из двух органов: Большого, который является самым большим в России и Малого.

В немецкой истории Собора в течение первых этапов строительства существовала несколько небольших органов, и лишь в XVIII веке обрел свое место Большой орган в стиле барокко. После войны, с началом новой истории Собора, был установлен электронный орган, и только в 2008 году впервые прозвучал единый органный комплекс Кафедрального собора.

Его технические данные впечатляют: 6301 труба у Большого органа и 2224 трубы — у малого. Всего 122 регистра. Два органа соединены оптико-волоконной связью и оборудованы компьютерами. Органист может использовать возможности двух инструментов, музыканты могут видеть друг друга и даже «выйти на связь». За органом расположен целый трехэтажный дом для труб. Часть из них сделаны из сплава олова со свинцом, но множество труб деревянные, из дуба, бука, клена, сосны, груши. Там же расположен мотор органа, меха и современная электроника. Чтобы все это функционировало, работники собора ежедневно изучают приборы, отслеживают температуру и влажность.

Строительство Большого органа шло в несколько этапов. Первый — заливка пола. Балкон нужно было подготовить под инструмент весом 35 тонн. После облицовки фасада началась установка и закрепление труб. Вместе с трубами будущий орган обретал и декор: деревянные резные элементы скульптуры, в числе которых - фигура Богоматери с младенцем и птица Феникс, ставшая символом возрождения Кафедрального собора.

Особая история – ангелочки на фасаде органа. Сегодня  их приводит в движение электроприбор, а в прошлые века вокруг собора по кругу ходила лошадь, в меха нагнетался воздух, и ангелы оживали. Чтобы дети спокойно высиживали службы, им велели следить за ангелочком, чтобы не пропустить, когда зашевелится.  

Рис. 1 Устройство калининградского органа

Рис.2 Орган Калининграда

Рис.3 Калининградский орган

Музыкальная культура Кенигсберга до XVIII века

Музыкальная культура Германии зародилась в глубоком средневековье. Её развитие шло по нескольким направлениями, в первую очередь - в церковной музыке.

Восточная Пруссия XIII - XIV века.  В каменной Альтштадтской кирхе Святого Николая, возведенной в 1264 году, во время католической службы звучал орган и исполнялся грегорианский хорал. Поскольку в XIII веке в грегорианском хорале преобладали звуки равной длительности, его называли также кантус планус - ровное пение.

 Вслед за церковью Святого Николая на правом берегу реки Прегель в период между 1297-м и 1302 годом был построен первый Кафедральный собор. При соборе открыли школу, где готовили мальчиков-певчих для церковной службы. Они обучались грегорианскому хоралу, а также пению двухголосного органума (этот вид двухголосия зародился еще в XI веке во французских монастырях).

 С XIV столетия церковное пение постепенно становилось все более сложным - двух и трехголосным. В школах при монастырях мальчики и девочки, (готовившиеся к монашеской жизни), обучались церковному многоголосному пению. Каждая такая школа имела свой хор, учавствовавший в церковных богослужениях, и сопровождавший различные обряды - венчание, крещение, отпевание.

В 1333 году на острове Кнайпхоф началось строительство нового Кафедрального собора, завершившееся в 1380 году. Стройплощадка Кафедрального собора превращалась в место проведения церковной службы - богослужения для строителей собора велись в сопровождении небольшого opгана-портатива. Великий магистр Тевтонского ордена Лютер фон Брауншвейг издал указ, в соответствии с которым по церковным праздникам 24 ученика Альтштадтской приходской школы должны были являться в собор, «дабы надлежащим образом хоровым пением обслуживать богослужения».

Следует заметить, что музыка всегда была неотъемлемой частью праздничных церемоний. Это имело отношение, прежде всего, к церковным праздникам и являлось частью духовной культуры. Однако праздничная музыка светского характера представляла собой самостоятельный пласт музыкальной культуры Кенигсберга. С 1323 года любовью горожан пользовалось Представление в честь святой Екатерины. Музыка к мистерии - 29 хоралов, написанных по грегорианскому канону - исполнялась ежегодно на протяжении нескольких десятилетий.

С XV века в городских школах к религиозным праздникам ставились спектакли на библейские сюжеты. Важную роль в этих представлениях играла музыка. Инсценированное исполнение известных зрителям псалмов призвано было разъяснять происходящее и добавляло новые краски в действо.

12 марта в школах отмечался праздник памяти папы Григория Великого, считавшегося покровителем школ. Этот день был началом учебного года. В торжественной обстановке, с громкими песнопениями в школу принимались новые ученики. Праздник выходил за школьные стены: процессия учеников, наряженных в костюмы ремесленников и солдат, а также в одежды священников, проходила по городу. В этот день во всех трех городах - Альтштадте, Лёбенихте и Кнайпхофе - школьники привлекали к себе внимание пением и музыкой. Толпы людей следовали за шествием, которое завершалось на городской площади исполнением псалмов.

В орденские времена во время праздников и различных городских мероприятий в садах вдоль Замкового пруда давались представления шпильманов, то есть музыкантов, которые одновременно были жонглерами, танцорами, декламаторами. Для увеселения многочисленных посетителей предлагались разнообразные зрелища, сопровождавшиеся игрой на музыкальных инструментах и пением. Эти представления включали в себя театрализованные истории и легенды, танец и пантомиму, акробатические трюки, искусство канатоходцев, выступления дрессированных животных. Но на первом месте была музыка.

Кроме этого в Кёнигсберге проходили и другие праздники. К таковым можно отнести праздник пива, который проводился во дворе замка в день Вознесения. В нем также принимали участие шпильманы, во время гуляний исполнялись народные песни. Этот праздник не потерял свое значение и позже, когда Орденское государство прекратило свое существование, и Пруссией правили герцоги. Например, сохранились свидетельства, что 5 мая 1597 года в герцогский замок были приглашены веселить публику шпильманы, скрипачи и арфисты. В последний раз праздник «Вкусного пива» состоялся в замке в 1619 году при курфюрсте Георге Вильгельме, и музыку исполнял придворный оркестр. В давние времена зародился также и Праздник ярмарочного быка. Завершался он танцами под музыку городских музыкантов.

Особо следует отметить карнавальную традицию в народной музыкальной культуре. Карнавалы проходили в Кенигсберге перед пасхальным постом. Есть сведения, что регулярно проводить их начали с 1440 года. Они проходили во всех трех городах, и каждый имел свою тему, специально подобранное музыкальное сопровождение. На карнавалах звучала музыка, которую исполняли и шпильманы, и городские музыканты - члены гильдии. Народные песенки сопровождались «иллюстрациями», то есть сценками, которые разыгрывали актеры-мимы, стремившиеся передать содержание того, о чем пелось. Эти обычаи пережили многие изменения в жизни Пруссии. Орденское государство преобразовалось в светское, герцогство стало королевством, а ярмарки, праздник ярмарочного быка, старые песни и традиционные танцы, народные карнавалы продолжали жить вплоть до XVIII века.

Музыкальная культура Кенигсберга характеризуется появлением союзов музыкантов - Музыкальных гильдий.

В профессиональной среде ремесленников Кенигсберга сложилось специфическое городское искусство. В свободное время они сочиняли стихи и музыку и исполняли их на праздниках своих ремесленных цехов. Заниматься музыкальным творчеством они могли только в свободное от работы время, так как по указу Великого магистра Тевтонского ордена за «простои», за невыход на работу в будний день мастер-ремесленник и старший по цеху сурово наказывались, вплоть до смертной казни. Мастера-певцы постепенно начали осознавать, как трудно совмещать напряженный труд и искусство, требующее не только вдохновения, но и навыков и умений, которыми нужно овладеть. Поэтому городские музыканты стали уходить из ремесленных цехов и объединяться в гильдии. Первые сообщения об этом относятся к 1390 году.

Городские музыканты Кенигсберга получили от Тевтонского ордена «охранную грамоту Магистра» на создание собственной гильдии в 1413 году. В грамоте указывалось, что их главной задачей становится исполнение музыки на разных торжествах - парадах, свадьбах, крестинах, встречах знатных особ, а также подача сигналов тревоги или сигналов к сбору всех на площади Альштадта, Лёбенихта или Кнайпхофа.

В гильдию входили постоянно проживающие в городе музыканты-профессионалы – штадтпфайферы – нанятые на службу властями. Свой  творческий путь они начинали учениками опытных мастеров, овладевая игрой на многих музыкальных инструментах. Для поступления на должность сдавались экзамены. Следует отметить, что в гильдию также могли входить и странствующие музыканты, игравшие и певшие на городских площадях.

Но придворные музыканты составляли особую касту, их выбирал и приглашал на службу сам Магистр Ордена.

Стоит отметить, что в искусстве певцов, принадлежавших гильдии, сформировались строгие нормы. Существовал свод правил - «табулатура», которых должны были придерживаться в своем творчестве все певцы. Написанные на большой доске правила выставлялись в школе певцов, и каждый музыкант обязан был их заучить наизусть. Во время певческих состязаний, которые были популярны в Кенигсберге, особые контролеры - «метчики» строго следили, чтобы эти правила точно выполнялись: чтобы композиция произведения, количество и длина строк и строф должны были соответствовать установленным предписаниям.

 К XV столетию значение понятия «табулатура» расширилось. Таблицы преобразовались в наглядные схемы, составленные из буквенных или цифровых обозначений высоты звука и условных дополнительных знаков, уточняюших ритм и динамические оттенки. По внешнему виду табулатуры отличались друг от друга – в них отражались особенности нотного письма той или иной страны, специфика музыкального инструмента. В фиксированный воскресный день проходил официально учрежденный праздник гильдии. Тогда музыканты после церковной службы выходили на праздничное шествие. Торжественно звучали трубы и гремели барабаны, а потом победители певческих состязаний демонстрировали свое мастерство, в награду получая знаки отличия гильдии.

Музыкальная культура и ее развитие долгое время концентрировалась вокруг церкви. Лишь во время правления герцога Альбрехта наметилось иное направление - создание школ музыкального мастерства. В 1511 году рыцари, еще не ведая того, выбрали своего последнего Магистра — Альбрехта Бранденбургского из династии Гогенцоллернов. Ему предстояло стать будущим реформатором Пруссии. С этим именем связано развитие образования и печатного дела, изобразительного искусства и музыки. При Альбрехте 17 августа 1544 г. на острове Кнайпхоф был основан Кёнигсбергский Университет, позднее названный в его честь «Альбертиной». В нем наряду с точными науками преподавалось искусство музыки. При Университете была организована семинария для учителей и органистов. Музыкальное образование включало сочинение музыкальных произведений, игру на инструментах, позже здесь стали преподавать и музыковедение. На факультет приглашались известные профессора, композиторы и исполнители различных европейских школ.

Альбрехт имел собственный хор и инструментальную капеллу, во главе которых стояли приглашённые музыканты. Кроме этого, герцог принимал личное участие в составлении сборников песен Пруссии и даже стал автором хорала «Все будет так, как хочет Господь». Традицию школ музыкального мастерства в Кёнигсберге открыла первая Школа игры на различных музыкальных инструментах, сочинения псалмов и мадригалов братьев Кугельман - Ганса, Мельхиора и Пауля. Самым известным среди них был Пауль Кугельман - главный капельмейстер придворной герцогской капеллы Кёнигсберга. В 1550 году он издал книгу «Некоторые немецкие песни, духовные и светские, для трех, четырех, пяти голосов с инструментальным сопровождением».

Традицию основания собственных школ продолжила школа игры на лютне Г.Б. Бакфарка. Начало распространения этого инструмента в Кёнигсберге относится к XV веку, сюда завезли её миннезингеры. Искусство миннезингеров, воспевавших приключения и опасности боевых походов, несомненно, повлияло на музыкальную культуру Пруссии.   Бакфарк основал школу самобытного инструментального стиля, возникшего на основе вокальной полифонии. Впоследствии ее назовут «Лютневой школой всей Пруссии».

В 70-80-е годы XVI века получила известность школа хоровых композиций Теодоре Риччо – придворного капельмейстера, возглавившего герцогскую капеллу с 1585 года.

Выдающимся событием в музыкальной жизни Кёнигсберга XVI века стало открытие органной школы Яна Питерсзона Свелинка – нидерландского композитора, органиста, педагога. Имя Свелинка было известно во всей Европе. Его пригласили в Кёнигсберг для освоения нового органа в замковой церкви. В созданную им школу приезжали органисты из Пруссии, Литвы, Польши. Среди учеников выдающегося органиста наиболее известными стали Пауль Зиферт из Данцига и Иоганн Штобеус из Кёнигсберга. Иоганн Штобеус учился также у главного капельмейстера герцогской капеллы Иоганнеса Эккарда, открывшего в Кёнигсберге собственную школу. Штобеус прожил в этом городе до конца своей жизни (1646 г.) Он был придворным капельмейстером, одним из ведущих композиторов Кёнигсберга, сочинял магнификаты, хоралы, протестантские гимны и праздничные песни.

Одним из его учеников стал Генрих Альберт. Композиторская школа Альберта знаменита сочинением зингшпилей, а также духовных и светских песен, писавшихся по случаю и на заказ для свадебных и прочих церемоний. В         1630         году         Г.Альберт         был         приглашен         на         должность         органиста Кафедрального собора. Двадцать лет своей жизни он посвятил духовно творческой         деятельности         в         Кёнигсберге.         Из         числа студентов         и         преподавателей Университета им был создан оркестр камерной музыки – «Коллегиум-Музикум». Путь к музыкальным традициям Восточной Пруссии для Альберта открыл Штобеус, который ввел его в круг своих друзей, где произошло знакомство с поэтом Симоном Дахом. Этот творческий союз оказался плодотворным. Наследие Альберта включает восемь сборников (около 170) духовных и светских песен на собственные тексты и на стихи С. Даха. Песни сопровождались развёрнутыми комментариями для исполнителей. Генрих Альберт внес весомый вклад в формирование ранней немецкой оперы. В 1645 году вышла в свет трехголосная кантата Альберта «Музыкальная тыквенная хижина, напоминающая нам о человеческой бренности». По мнению исследователей, (в частности, В.Х. Гильманова) это произведение довольно точно выражает настроение немецкого барокко. Этот оркестр прожил очень долгую творческую жизнь. Известно, что в начале XX века, уже под управлением Мюллера Блатау, он исполнял музыку кенигсбергских композиторов – Рейхарда, Гётца, Йенсена, Николаи.

Композиторские и инструментальные школы великих мастеров и их учеников на многие годы сделали Кёнигсберг значимым музыкальным центром, известным далеко за пределами Пруссии.

Музыкальная культура Кенигсберга XVIII – XX веков

1701 год - год начала правления первого прусского короля Фридриха I, который был одержим идеей превращения Кенигсберга в королевскую резиденцию. В музыкальной культуре города также происходили глубокие перемены. Музыка оставалась частью культурной жизни горожан.

Придворные и городские музыканты-инструменталисты, церковные органисты и школьные канторы были членами музыкальной гильдии. Конкуренцию им на праздниках и свадьбах стали составлять военные музыканты, появившиеся с введением постоянной армии, и набиравшие силу любительские оркестры. Так, театральный оркестр поначалу состоял главным образом именно из любителей и членов полковой капеллы. Хотя городские музыканты сохраняли свои позиции еще до начала XIX века, их количество стремительно сокращалось.

 В 1718 году началось строительства нового органа в Кафедральном соборе. Создавал это «чудо из чудес» выдающий мастер органных дел Иоганн Мозенгель. В 1721 году, в четырнадцатое воскресенье после Троицы состоялся первый пробный концерт. Звучание нового инструмента произвело на всех ярчайшее впечатление. Большой орган отличался глубоким, мощным звучанием. Он имел 39000 труб и 78 регистров, воздух качали десять мехов. Орган Мозенгеля простоял в Кафедральном соборе до начала 19 века.

Преемник Фридриха I - Фридрих-Вильгельм – не любил музыку и изящные искусства, признавая только армейскую дисциплину и военное дело. Полезной он считал музыку военных оркестров, поэтому кенигсбергским композиторам приходилось писать марши и строевые песни.

Однако Фридрих-Вильгельм покровительствовал церковной музыке, считая её средством воспитания набожности, но при этом запрещал исполнение ораторий и крупных музыкальных произведений. Исключением стали исполнения произведений двух композиторов того времени. В первую очередь, речь идет о канторе и композиторе Георге Найдхардте. Он руководил певческими коллективами, для которых сам же писал музыку. По повелению короля писал церковную хоровую музыку. Создавал Найдхардт и органные композиции, большинство из которых прозвучало уже при следующем короле. Другой композитор - Георг Ридель – органист Альтштатдской кирхи и Придворной капеллы, знаменитый автор «Вечерней музыки», написанной к торжественному обеду по случаю коронации Фридриха I. Названый впоследствии «восточно-прусским Бахом», он начал свою активную концертную деятельность в 1721 году. Горожане стремились попасть на воскресную службу, чтобы услышать его виртуозную игру. Сочинения Риделя – псалмы, «Страсти по Матфею», «Откровения Иоанна» пользовались огромной популярностью.

С 1740 года – года прихода к власти Фридриха II (Великого) - начинается новый период расцвета духовной жизни Кёнигсберга. Фридрих проявил себя как покровитель наук и искусств. Кроме того, король и сам был музыкально одарён: играл на флейте и сочинял (им создано около 100 сонат и 4 симфонии, концерты для флейты). Сочинения Фридриха II до сих пор входят в мировой флейтовый репертуар. Причиной расцвета кенигсбергской культурной и духовной жизни, как ни странно, стала оккупация Кёнигсберга войсками Российской империи в период Семилетней войны. Оживились все сферы деятельности города: торговля, образование, светская жизнь, появились новые музыкальные впечатления. С установлением русского правления Штайндаммскую церковь передали под православное богослужение. Немцы услышали музыку, которая заметно отличалась от известных им произведений. В частности, они познакомились с музыкой, сопровождающей крестный ход и обряд крещения. Происходило это в январе 1761 года после назначения губернатором Пруссии Василия Ивановича Суворова.

Кроме церковной в городе звучала и другая музыка, это было связано с изменившимся укладом жизни. Барон Корф, назначенный губернатором Пруссии после Фермора (первого русского генерал-губернатора Восточной Пруссии) стал устроителем балов, куда приглашались представители дворянства, купечества и состоятельные граждане. На этих вечерах звучали сочинения европейских композиторов, которые ранее не были известны в Кёнигсберге; менуэты, гавоты и другие бальные танцы исполнялись под музыку французских и немецких авторов. Большой популярностью в Кёнигсберге того времени пользовались и многочисленные маскарады, популярными танцами на которых также были менуэты, польские танцы, кадриль. В маскарадах участвовали как кёнигсбергские музыканты, так и русские оркестры.

 В Альбертине к 80-м годам XVIII столетия появился новый обычай устраивать балы, где студенты слушали музыку, много танцевали, вели беседы под аккомпанемент небольшого оркестра. На этих балах звучала разнообразная музыка, которая отличалась новой интонационной основой, опирающейся на мелодии современных модных танцев. Эти мероприятия поддержал профессор Университета Иммануил Кант. Обращаясь к эпохе XVIII века, невозможно не сказать об этом великом философе. Год его рождения - 1724 - совпадет с годом, когда три города Альтштадт, Лёбенихт, Кнайпхоф, многочисленные посёлки, посады и предместья, а также замок, который до этого не входил в состав ни одного из городов, а имел особый статус правительственной резиденции, были объединены в единый город Кёнигсберг. Иммануил Кант много размышлял о месте музыки среди других видов искусства. По силе эмоционального воздействия, по создаваемому ею душевному волнению философ ставил её на второе место после поэзии. По обычаю того времени, оперы и оперетты ставились в драматических театрах, так что актерам приходилось одновременно быть и певцами. Но, не владея вокальным искусством, они предпочитали зингшпили - комедии, в которых разговорные речитативы перемежались с вокальными партиями, и отличавшиеся предельно упрощенным и стереотипным содержанием. Театральные труппы зачастую сочиняли их самостоятельно, так сказать, для домашнего употребления. Публика также отдавала предпочтение зингшпилю, к великому неудовольствию строгих критиков. Полюбившиеся «шлягеры» распевались, как писал в 1791 году кёнигсбергский композитор Фридрих Людвиг Бенда, «не только в общественных кругах, но даже и простым народом прямо на улицах».

В Кёнигсберг пришла современная музыка и мода на музыкальные вечера, светское общение в музыкальных салонах и залах дворцов знатных вельмож. Во второй половине XVIII века в кругу поющих и играющих на различных инструментах любителей музыки зарождался новый тип личности, который стал со временем олицетворять определенное явление кёнигсбергского музыкального искусства.

Возникающая новая музыкальная культура носила менее официальный и церемониальный характер. Люди музицировали сами или приглашали музыкантов к себе. Каждый, кто дорожил своей репутацией в обществе, считал необходимым посвятить себя домашнему музицированию.

В XVIII веке домашнее музицирование становится неотъемлемой частью компанейского времяпрепровождения.

Между лучшими семействами города разворачивается настоящее соревнование в проведении наиболее успешного музыкального вечера.

Кумиром домашнего музицирования был в те времена сын Иоганна Себастьяна Баха – Карл Филипп Эммануэль. Он по рекомендации Зильвиуса Леопольда Вейса поступил на службу к Фридриху II Прусскому, тогда кронпринцу, и после его восшествия на престол стал членом королевского двора. К этому времени Филипп Эмануэль был одним из известнейших клавирных исполнителей, а среди его сочинений было уже более 30 клавирных сонат и концертных произведений, пользующихся такой популярностью в Кёнигсберге, что композиторы даже сочиняли сонаты в стиле Филиппа Эмануэля Баха.

Главным пианистом в вечерних концертах, проводимых в доме Кайзерлингов, был органист Карл Готлиб Рихтер. Он считался лучшим исполнителем произведений И.С. Баха.

Салон Кайзерлингов открыл Кёнигсбергу и маленького вундеркинда Иоганна Фридриха Рейхардта, сына учителя игры на лютне графини Амалии Кайзерлинг.   Впоследствии Рейхардт – музыкальный критик, пианист - приобрел известность и как автор 1500 песен, один из создателей романтической баллады и немецкого лидершпиля. Кроме того, есть сведения о его дружбе с Иммануилом Кантом.

У Кристиана Подбельского получил начальное музыкальное образование и выдающийся писатель Эрнст Теодор Амадей Гофман. Он освоил игру на фортепиано, органе, скрипке и арфе.

В конце XVIII века проведение любительских концертов переместилось в зал Кнайпхофского имения, и за их посещение стала взиматься плата. Так в Кёнигсберге зародился обычай проведения публичных концертов. Частное музицирование стало доступным широкому слушателю и, наряду с церковью и театром, приобрело свое собственное помещение. Публика собиралась специально с единственной целью послушать инструментальную музыку. Прежде ничего подобного не было.

Свою славу города музыки Кенигсберг сохранил и в эпоху романтизма. Музыкальная жизнь города в XIX веке, действительно, была разнообразной. Здесь имелось большое число певческих музыкальных объединений, хороших композиторов, дирижеров и, что очень важно, любящих искусство граждан. Тон музыкальной жизни задавал Эдуард Соболевский, дирижер и композитор, музыкальный критик. В 1830 г. он занимал пост музыкального руководителя Кенигсбергского театра, затем в 1835 г. получил назначение на должность кантора Альтштадтской кирхи. Ее старое здание уже было разрушено, а к строительству нового только шла подготовка. Восстановления собора Соболевский в этой должности так и не дождался: в 1838 году он становится главным дирижёром сформировавшегося в городе любительского оркестра, а в 1843 году к этому посту добавляется руководство недавно возникшим в городе хором «Музыкальная академия». Наконец, в 1847 году Соболевский вновь возглавил Кёнигсбергскую оперу. За время жизни в городе Эдуард Соболевский сочинил и поставил шесть опер, кроме того он стал инициатором проведения первых больших кенигсбергских музыкальных фестивалей.

С музыкальной жизнью Кёнигсберга связано имя и творчество одного из величайших мировых музыкальных гениев XIX века Рихарда Вагнера. В 1836 году Вагнер был приглашен сюда дирижером оперного театра. Здесь он сочинял большей частью праздничные увертюры. Большое влияние на композитора оказало творчество Гофмана, пробудившее его интерес к Восточной Пруссии. Вагнер стремился познать и проникнуться духом этого края, интересовался его историей и легендами.

XIX век ознаменован появлением нового органа, установленного в 1888 году в Кафедральном соборе. Это был 56-регистровый орган, один из самых больших и красивых в Пруссии. Изготовил его кенигсбергский мастер Терлецки. В концертном репертуаре чаще всего значились сочинения Баха, Штрауса, Вагнера, Малера.

Центрами музыкальной культуры Кенигсберга стали оперный театр у Параден-плац и драматический театр. Была у города своя оперетта, а также общество камерной музыки. При полных залах проходили выступления местного симфонического оркестра. Нередко музыканты демонстрировали свое искусство на открытых площадках при большом стечении народа.

Оркестр городского театра часто выступал на территории зоопарка, под кронами деревьев, перед отдыхающей публикой. В 1884-1891 годах оперный театр и симфонический оркестр возглавлял Феликс Вейнгартнер - один из создателей школы дирижерского искусства в Европе. Благодаря ему жители города познакомились с музыкальными шедеврами русских композиторов, в том числе Чайковского и Бородина. Под руководством Вейнгартнера труппа оперного театра и оркестр гастролировали в других городах Германии и в России, создавая славу восточно-прусским музыкантам.

Одним из самых известных музыкантов XIX века был Отто Николаи. Он родился в Кёнигсберге, где получил начальное музыкальное образование. Уехав, чтобы совершенствовать свое исполнительское и композиторское мастерство, он служил органистом в Риме, осуществил карьеру оперного композитора, а в 1842 году создал Венский филармонический оркестр из музыкантов придворной капеллы. После восемнадцати лет отсутствия Отто Николаи вернулся в родной город. 28 августа 1844 года во время празднования 300-летия со дня основания Альбертины под сводами Кафедрального собора торжественно прозвучало его сочинение - праздничная увертюра «Неприступная крепость – это наш Бог». Оркестром дирижировал сам маэстро.

XIX век – время бурного развития пианистического искусства. Фортепиано становится излюбленным домашним, концертным и учебным инструментом. Возникает понятие «блестящего» стиля игры на рояле. В середине века в Кёнигсберге возникает своя фортепианная школа – школа Луи Кёллера. С 1847 года он занимал пост театрального капельмейстера, занимался музыкальной критикой, директорствовал в школе и преподавал игру на фортепиано.  

Не менее знамениты ученики Л. Кёллера. Герман (Густав) Гётц стал одним из самых известных композиторов-романтиков Восточной Пруссии. В Кёнигсберге прошли его детство и ранняя юность, здесь он занимался с Кёллером, изучал музыкальную литературу, посещал музыкальные спектакли, участвовал в музыкальных домашних вечерах. За свою короткую жизнь он написал две оперы, симфонию Фа-мажор, сонату для фортепиано в 4 руки соль-минор. Другой ученик Луи Кёллера - Адольф Йенсен – автор романсов, хоровых песен, фортепианных этюдов, ноктюрнов, танцев и одной оперы. И наконец самым успешным выходцем школы Кёллера стал пианист Альфред Рейзенауэр, прославившийся как виртуоз-исполнитель и как композитор - автор «Симфонических вариаций» для фортепиано в 4 руки и множества вокальных сочинений.

XIX век для Кёнигсберга был богат событиями, связанными с гастролями известных музыкантов. Благодаря помощи меценатов, эти концерты становились значительными событиями в жизни города.

Кёнигсберг лежал на пути в Петербург, который в то время посещали все большие музыканты Европы. Останавливаясь в Кенигсберге, они, как правило, выступали для кенигсбергской публики.  

Отдельно хотелось бы упомянуть о русских музыкантах, снискавших славу у местной публики своим исполнительским и композиторским творчеством. Кёнигсберг был родиной деда и матери Антона и Николая Рубинштейнов. Антон Рубинштейн неоднократно бывал в Восточной Пруссии, в 1868 году давал концерты в Кёнигсберге. В 1870 году здесь состоялось первое исполнение его духовной оперы «Вавилонское столпотворение». В газете «Кёнигсбергер Цайтунг» появились восторженные отзывы об этом событии. В 1878 году А. Рубинштейн выступал с концертами в Тильзите и Инстербурге, в этом же году дирижировал премьерой своей оперы «Фераморс» в местном театре, после чего дал несколько сольных концертов. Следующие концертные выступления пианиста-виртуоза состоялись в Кёнигсберге в 1881 и 1882 годах. В этот же период он дирижировал первым исполнением своей оперы «Маккавеи» в городском театре. Последнее выступление А. Рубинштейна в столице Восточной Пруссии относится к 1893 году, в этом концерте были исполнены его симфонические произведения.

Николай Рубинштейн был приглашен в Кёнигсберг руководителем музыкальных празднеств в честь 100-летнего юбилея Людвига ван Бетховена. Он дирижировал Девятой симфонией Бетховена, и, кроме того, исполнил Пятый фортепианный концерт и некоторые сонаты великого композитора.

Музыкальная культура XIX века разнообразна, насыщена событиями и яркими художественными явлениями. Исполнительское искусство, композиторское творчество, традиции концертной жизни, инструментарий - все меняется, трансформируется, обретает новые очертания под воздействием эстетики романтизма. XIX век, войдя в последующее столетие, перенес в него бережное отношение, любовь жителей Кенигсберга к музыке, традиции, сложившиеся в музыкальном искусстве Кёнигсберга. Города, историю которого, так же как и историю его музыкальной культуры, коренным образом изменил век XX. Будучи некогда городом-крепостью, словно собранным в единое целое, в середине ХХ столетия он сам становится частью совершенно иного мира – других жизненных и нравственных устоев, языка, обычаев и культурных традиций. Но и в этих условиях Кенигсберг выстоял, выжил; он принял иную музыку, иную культуру, сохранив при этом себя и все лучшие достижения в области музыкального искусства. Именно поэтому здесь переплелись разнообразные культурно-художественные ценности и музыкальные явления. Кёнигсберг всегда был городом, рождавшим музыкальных гениев либо притягивавшим к себе мастеров, благодаря которым росла его музыкальная слава. Таким он остаётся и до сих пор.  

XX век принёс волны эмиграции, которые были вызваны политико-экономическими причинами, а также были результатом военных действий.
Значительный круг музыкантов - уроженцев Кёнигсберга, оказались в
достаточно далёких от него местах. Композиторы, родившиеся в Кёнигсберге
в XX веке, карьеру свою делали либо в Вене, либо в Берлине.

История музыки Кёнигсберга XX века не является завершением эпохи
истории музыки более ранних столетий, скорее всего она могла бы служить
введением в совершенно новое повествование. Богатая история
Кёнигсбергской музыкальной культуры, и, в то же время, драматизм
заключается в отсутствии стабильности, целостности и непрерывности
развития и в частых переменах, в отличие от других культурных центров.
Исследования прошлого, особенно если бы нашлись бы где-то утраченные
архивы и рукописи произведений, могли бы изменить тот облик этой
страницы музыкальной культуры, который нам сейчас известен. Такое
изменение могло бы наконец занять ту нишу, те отсутствующие элементы
местной культурной идентификации и обеспечить то, чтобы прошлые и
будущие жители региона могли бы легче найти единство, в независимости
от того насколько далеко они в исторических или в политических условиях.

Заключение

Кенигсберг – Калининград

Вторая мировая война внесла существенные коррективы в начертание государственных границ в Европе и, в частности, в юго-восточной Прибалтике. Она же оказала влияние и на формирование послевоенного общественного сознания. Более того, процесс подобного влияния не завершился, он продолжается длительное время.        

В историческом плане калининградцы, в результате послевоенных реалий,  оказались в таком уголке Европы, где непосредственно соприкасаются интересы нескольких национальных культур, где, возможно, больше, чем в каком-то другом регионе, будущее зависит от восприятия прошлого и оценки настоящего.

Специфическая история часто вторгается в наше сознание, расширяет границы нашей памяти, заставляет думать не только об особом историческом прошлом города, которому более семи с половиной веков и который шестьдесят семь лет тому назад из немецкого стал российским, но и о его этнокультурной составляющей.

Общественное сознание калининградцев с начала их переселения на берега Балтики испытывало противоречивые воздействия формирующейся общественной психологии и безраздельно господствовавшей в послевоенной время идеологии.

Несомненно, в 1940-50-х годах идеологическая составляющая в общественном сознании превалировала. В результате, в калининградской среде было сформировано однозначное отношение к Восточной Пруссии, как колыбели германского милитаризма, фашистской твердыни. Затем эти позиции смягчались, пока, в конечном итоге, не превратились в понимание того, что Восточная Пруссия и Кёнигсберг- это в определяющей степени символ мужества и героизма советских солдат, одержавших здесь военную победу. Несколько позже этот уголок Балтики стал восприниматься как земля, ставшая родной для сотен тысяч россиян, пострадавших в годы второй мировой войны, как область, ставшая неотъемлемой частью России. Российское восприятие образа Восточной Пруссии, Кёнигсберга зафиксировано в собирательной исторической памяти калининградцев.

Приехав в разрушенный войной немецкий город, они начали создавать свой, российский, город. Война только что закончилась, но память о ней необходимо было сохранить - так на улицах и площадях Калининграда начали появляться первые российские памятники, воинские мемориалы, произошло переименование многих населённых пунктов и их улиц в честь отличившихся в боях.

За семь веков пребывания на прусской территории немцы смогли создать здесь ареал немецкой культуры. Восточно-прусское культурное наследие являлось весьма значимым фактором немецкой государственности, играло важную роль в жизни всего немецкого общества. После второй мировой войны материальная составляющая восточно-прусской культуры оказалась практически разрушенной, а субъект культурно-творческой деятельности, носитель традиций, обычаев – восточно-прусское население было переселено в Германию. Остатки восточно-прусской культуры оказались «бесхозными».

Прибывавшими в Восточную Пруссию советскими людьми эта культура воспринималась как враждебная: сказывались и военное лихолетье, и идеологические воззрения. Привыкшим к российским просторам переселенцам психологически было трудно вживаться в узкие улочки, тесные городки с их массивными зданиями и крышами из черепицы. Поэтому редко кто из них пытался воспрепятствовать сносу представляющих интерес для культуры полуразрушенных зданий, пытался бы их восстановить, вдохнуть в них новую жизнь. В большинстве своём население к сносу старых прусских зданий оставалось равнодушным.

Вплоть до 1960-х годов следы войны в Калининграде и области встречались на каждом шагу. Этому способствовало стратегическое положение города, закрытого для иностранцев, а также набиравшее силу военное противостояние между Западом и Востоком. По этой причине сохранившиеся со второй мировой войны казармы и бывшие военные городки немецких войск были вновь заполнены, но уже советскими войсками. Кроме того, где-то до семидесятых годов, одновременно с официальной точкой зрения о невозможности возвращения Калининградской области Германии, существовало и неформальное мнение, что советское присутствие на этой земле временно и в будущем может состояться обратная передача территории.

        Однако на рубеже 1960-70-х годов в Европе произошли позитивные политические изменения, воплотившиеся в принятие в 1975 г. главами 33 европейских государств, США и Канады Хельсинской декларации, закрепившей политические и территориальные итоги второй мировой войны и принцип нерушимости границ в Европе. Соответственно начинает изменяться и отношение калининградцев к занимаемой ими бывшей прусской территории: население осознало, что его присутствие на этой земле незыблемо. Всё это не могло не содействовать формированию у калининградцев региональной этнокультурной идентичности.

Встал вопрос и об исторических корнях калининградцев. И хотя многое из культурного наследия оказалось к этому времени безвозвратно утраченным, немало памятников сохранилось. Потерял свою актуальность и вопрос, какой город мы строим (восстанавливаем) - русский Калининград или немецкий Кенигсберг?  Постепенно начался процесс переосмысливания места и роли российского человека на этой многострадальной земле.  На смену прежнему (внешнему) равнодушию к судьбе сохранившихся объектов и остатков восточно-прусской культуры пришла заинтересованность историко-культурным прошлым края, приведшая к дискуссии о выборе стратегии адекватного отношения к нему. Сохранять или наследовать?

Изменение отношения к культуре прошлого происходило параллельно с формированием региональной идентичности жителей эксклава. Постепенно складывалась по сути новая общность людей.
Претерпевало изменение восприятие Калининграда в общественном сознании как с немецкой стороны, так и со стороны россиян.
Так, традиционное немецкое восприятие Восточной Пруссии до 1945 г. как колыбели прусской государственности, родины бывших жителей провинции и сохраняющихся и передающихся о ней воспоминаний потомкам, дополнилось интересом немцев к истории Калининградской области. Причём немцев больше интересует история этой земли примерно с 1990 г., т.е. с того времени, когда они смогли достаточно свободно посещать её.

После распада СССР на калининградской земле продолжился активный процесс изучения прошлого края, знакомства с его традиционной культурой, переоценки доставшегося после второй мировой войны культурного наследия.  В 1990-е гг. состоялось открытие нового историко-художественного музея в восстановленном здании бывшего Штадтхалле, открытие памятника И.Канту. Был полностью восстановлен воздвигнутый немцами ещё в 1333-1380 гг. Кафедральный собор, хотя чёткой концепции использования его в общественно-культурной жизни города до сих пор не существует. Продолжается концептуальный спор: должны ли россияне наследовать прусскую культуру? Пока в общественном сознании превалирует убеждение, что необходимо, прежде всего, сохранить этот храм как памятник культуры.  

В советский период в этнической структуре города и области доминировало население, имеющее славянские корни. Согласно данным Всесоюзной переписи населения 1989 г., русские, белорусы и украинцы составляли 94,1% всего населения края . Как правило, это энергичные, высокообразованные, предприимчивые люди.

Тенденциями, его определяющими, выступают в настоящее время:
- преодоление сложившегося в послевоенный период стереотипа неприятия и формирование установок на сохранение и позитивное восприятие фрагментов прусской культуры в массовом сознании калининградцев  ;
- утверждение русской культуры и укрепление российского менталитета, развитие православных традиций;
- адаптация национальных меньшинств – переселенцев из бывших союзных республик как к общероссийским культурным ценностям, так и к региональным этнокультурным традициям ;
- сохранение в массовом сознании калининградцев памяти о Второй мировой войне – событии, изменившим судьбу региона и судьбы населяющих его людей.

Список литературы

1.Anbruch: Monatsschrift für moderne Musik. XII. Jahrgang, Heft 2, Februar 1930

2. Anbruch: Monatsschrift für moderne Musik. XII. Jahrgang, Heft 4/5, April/Mai1930.–Wien:UE,1930

3. Anbruch: Monatsschrift für moderne Musik. XII. Jahrgang, Heft 6, Juni 1930. –Wien:UE,1930

4. Anbruch: Monatsschrift für moderne Musik. XII. Jahrgang, Heft 7/8, Sept./Okt.1930.–Wien:UE, 1930

5. Anbruch: Monatsschrift für moderne Musik. XIII. Jahrgang, Heft 8/10, Nov./Dez.1931.–Wien:UE,1931

6. Die Musik. Monatszeitschrift. Hrsg. v. Bernhard Schuster. XXI. Jahrgang *  Heft 7 – Stuttgart: Deutsche Verlags-Anstalt, April 1929

7. E.T.A. Hoffmann-Jahrbuch. – Berlin: Erich Schmidt Verlag GmbH & Co KG, 2008

8. Skelton G. Paul Hindemith. The man behind his music. – London: Victor Gollancz LTD, 1975

9. Pfitzner H. Reden, Schriften, Briefe. – Berlin: Hermann Luchtenauer Verlag, 1955

10.White E. W. Stravinsky. The composer and his works. – London: Faber and

Faber, 1979

11. Россеина Н. С., Прищеп Е.Р.,  Крашенко О.,  Зуева А.Е., Енилеева Л.В., Доманицкая Н.В.,  Демантьева И.А., Воронкова Р.К., Алиева И.А. Музыкальная конференция «Музыкальная культура Кенигсберга- Калининграда», 2017

12. Клемешев А.П., Козлов С.Д. Г.М. Федоров. Особая территория России: Монография. Калининград, 2003, с. 93.

13. kaliningrad.kp.ru/daily/26730/3757742/

14. sobor-kaliningrad.ru/about/concert-hall/