Нет в России семьи такой, где б не памятен был свой герой...

Сочинение

Курочкина Даниила

«Нет в России семьи такой, где б не памятен был свой герой…»  

Великая Отечественная война. Наша память о ней - это не только скорбь о
погибших и горечь утрат, это боль тяжёлых ранений и печаль в осиротевших
семьях.

Война. Это люди, которые стояли насмерть, защищая родную землю, и
совершали подвиг в тылу. К сожалению, через несколько лет ветеранов не
станет, но мы никогда не забудем героев Великой Отечественной войны. Не
забудем, потому что память - это предостережение против угрозы новой
войны.

Звучит песня: " Нет в России семьи такой, где б не памятен был свой герой ... "

А я думаю о том, что в нашей семье тоже был герой, участник Великой
Отечественной войны. Это мой прадедушка, Курочкин Данил Иванович
(Родился в х. Родники Кагальницкого района, Ростовской области). Его уже
нет в живых, но память о нём хранится. О прадеде я узнал от дедушки,
Курочкина Анатолия Даниловича. Он рассказывал об испытаниях, выпавших

. на долю его отца, моему папе. Так история о жизни прадеда дошла и до меня.

Тысяча девятьсот сорок первый год. Курочкин Данил Иванович, отличник
боевой и политической подготовки, служит в армии на Дальнем Востоке, на
острове Сахалин. Он артиллерист. Несколько месяцев остаётся до
счастливого возвращения домой. И тут война! Надежды и мечты оборвались
в один миг. Вместо дома - Украина. Вместе с другими сослуживцами в
эшелоне прадед был отправлен в Киев.

Первые дни войны. Бой неравный. Боеприпасы на исходе. Солдаты с
нетерпением ждут приближающийся к железнодорожной станции состав. Но
вместо боеприпасов поезд прибыл ... со школьными принадлежностями.

Дважды прадед был контужен. Измученных, раненых, наших солдат взяли
в плен. Поначалу прадед оказался под Белой Церковью, что под Киевом.
Потом вдруг всех заключённых загнали в товарные вагоны и повезли в глубь

Германии, в концлагерь Бухенвальд. По словам прадедушки, это был самый
многонациональный и жестокий лагерь смерти. Военнопленных гоняли из
одного помещения в другое по конвейеру, но все неминуемо должны были
попасть в огненные печи. «Не всё ли равно, откуда смерть принять? Чем
страшная гибель в крематории, лучше попробовать убежать», - рассуждали
так некоторые из пленных, в том числе и мой прадед.

Побег. Они совершили его, когда вечерний сумрак окутал лагерь
военнопленных. Их было больше ста, худых, как скелеты, слабых, но
несломленных бойцов. На выходе наткнулись на стоявших фашистов-
охранников. Когда дым от пулемётной очереди рассеялся, оказалось, что
погибли не все сбежавшие пленные. Чудом уцелел и прадед. И снова лагерь,
смерть, голод, надежда. В молодости прадед был красивый. Фашисты

издевались, гасили сигареты о его лицо. Так и остались следы в виде чёрных
точек, как жестокое напоминание о войне.

Второй побег из концлагеря прадед совершил с французом. В лагере
только что закончилась вечерняя проверка, охранники ушли в казармы. Лишь
часовые на вышках у пулемётов и прожекторов беспокойно вглядывались в
полумрак, при малейшем подозрительном шорохе готовые открыть огонь.

Несколько беззвучных скачков от бараков в спасительную тень вспышек. Метнулся луч прожектора, ушёл в сторону. Эти мгновения решили всё:
перерезана колючая проволока, и тёмные фигуры скрылись в ночи.

Холодная зима, а они босиком, в нижнем белье. На закате мороз крепчает.

Решили заночевать в стогу сена. Только чуть расслабились, слышат: конная
охрана. Фашисты! Беглецы замерли. Немцы остановились на перекур в пяти
. метрах от пристанища. Француз, ни слова не понимающий по-русски,
жестами показал: «Ты - этого немца, я - другого». Неожиданное нападение
принесло результат: оба фашиста убиты.

Бежали долго. Казалось, лесу не будет конца, а силы на исходе. Господи,
сотвори чудо! Слабый крик петуха возвестил о восходе солнца, и главное,
что деревня рядом. Здесь дороги с французским солдатом разошлись.
Прадеда приютила пожилая женщина. Немцы в поисках сбежавших прибыли
и в эту деревню. Хозяйка, увидев их, дала прадеду топор и послала его
рубить дрова. Под видом рабочего ему удалось избежать разоблачения.

Добрался прадед до наших - и снова в бой. И так до конца войны: в боях и
походах. Храбро сражался воин с ростовской земли. Был удостоен высоких
наград: медаль Жукова, орден Отечественной войны II степени.

После долгих, полных страданий и лишений лет «всем смертям назло»
прадед сумел вернуться домой живым. Встретил мою' прабабушку,
Курочкину Марию Петровну (родилась на Урал и в эвакуацию с семьей
приехала в Ростовскую область). Она тоже во время войны не покладая рук
трудилась в тылу: рыла окопы для солдат, подвозила провизию и
боеприпасы. Увы, сейчас их обоих уже нет, а потому многое из их жизни
останется неизвестным.

Тяжёлые, незабываемые годы - тысяча девятьсот сорок первый, тысяча
девятьсот сорок второй ... тысяча девятьсот сорок пятый. Родина-мать
позвала, и наши солдаты не посрамили чести родной земли, храбро
- сражались, выдержали все испытания, отстояли Родину, а значит, нашу
жизнь. Воины - отважные, добрые, бескорыстные патриоты. Очень хочется,
чтобы каждый из нас, молодых, так же любил бы Родину, как и они.