Творческая работа в номинации «Литературное творчество» на тему «Память сердца»

«Дедуля, а что такое страх? - спрашивает девятилетний Димка у престарелого Степаныча. - Это, наверное, очень плохо?»

          Прадед задумчиво прищуривает выцветшие от прожитых лет глаза цвета январского неба: «Да, наверное, плохо…Плохо для того, кто боится, а еще хуже для того, из-за кого боятся…»

          Перед глазами возникает физиономия школьного переростка Чернухи, который отбирает мелочь у первоклассников… Вчера, под заискивающий хохот подхалимов, у Димки и его одноклассника тот отобрал все, что дала мама на обеды, а жаловаться всегда считалось неприличным.

          Два раза в год дед надевает защитный китель с планками и звездой и идет встречаться с друзьями, которых с каждым годом становится все меньше. Там Степаныч выпивает сто грамм за Победу, а потом делится грустными мыслями с Димкой: «Вот, Петрович с Семенычем зимой ушли… Только мы с Иванычем остались, да и тот заговаривается временами. Про Сталинград  вспоминает, а мы Киев освобождали, через Днепр переправлялись…»

          «Дедуля, а ты, наверное, никогда ничего не боялся? И звезда у тебя золотая, и медалей столько! Трусам ведь таких наград на китель прикреплять не станут…»

          «Ой, Димка, ошибаешься! До сих пор страшно: страшно, что ты без меня останешься, страшно, что со страной нашей такое творится… Всю жизнь за кого-то переживал, а порой просто сам себе противен был из-за собственного малодушия… А золотая звезда? Ладно, слушай.

          Родом я из маленького городка Сновска. Это – Черниговская губерния. В самом начале отечественной войны пришли туда фашисты. Все, кто успел, в партизаны подались, кого-то в Красную Армию призвали. А я совсем молодым был. Меня немцы в своей полиции служить оставили. Стыдно было, да никуда не денешься: смерти испугался, да и мать с отцом кормить надо было… Месяц я послужил на фашистов, а однажды ночью партизаны дядьки Ковпака в город пришли. Как меня не расстреляли тогда, понять до сих пор не могу.

          Переправили самолетом в Москву, а затем -  в лагеря, там тоже чудом уцелел, словно Бог меня хранил. А потом в штрафбат угодил, это такие части, куда самых отчаянных и провинившихся набирают.

          Тогда наша армия побеждать уже начала, освобождать город за городом. Объявили нам, что завтра мы через Днепр должны переправиться. Останемся живы – простит нас Родина, а нет – так и умереть за свой народ не стыдно, лучше, чем в лагере гнить или расстрелянным упасть в лесу по приказу трибунала. А я даже плавать не умел. Уж очень мелкая речушка у нас в городке была…

          Ну,  вот, а когда началось: грохот, вой, крики, вспышки, только помню, что на понтон с Иванычем забрались, и какой-то капитан флягу со спиртом протягивает и говорит, что переправились… Почти все тогда из нашей штрафной роты погибли. Вот только мы с Иванычем всю войну прошли в Гвардейской Черниговской. Меня туда после прощения перевели, да и звездочку эту подарили… Так я из предателя и труса героем стал.

          А ты говоришь: никогда ничего не боялся…»

          «Я вырасту, - думает Димка, - и из труса превращусь в героя, как дедуля. И никакой Чернуха больше не станет забирать у меня деньги. И других ребят я сумею защитить…»

          День, когда Димка узнал столько нового, заканчивается. А ночью во сне он видит юного деда с сияющей звездой на гимнастерке, его друга Иваныча и себя, смелого и сильного, защищающего своих друзей.