Главные вкладки

    Обязательно прочти.Книги учителю
    книга по теме

    Савенкова Ирина Геннадьевна

    Предварительный просмотр:

    Чтобы пользоваться предварительным просмотром создайте себе аккаунт (учетную запись) Google и войдите в него: https://accounts.google.com


    Предварительный просмотр:

    О.А. Казанский



    Предварительный просмотр:

    В.А.Сухомлинский  

    СТО СОВЕТОВ УЧИТЕЛЮ

     (в сокращении)

    1. ЧТО ТАКОЕ ПРИЗВАНИЕ К ТРУДУ УЧИТЕЛЯ? КАК ОНО ФОРМИРУЕТСЯ

    Как и всякий квалифицированный, целенаправленный, планомерный и систематический труд, воспитание человека является профессией, специальностью. Но это особенная, не сравнимая ни с каким другим делом, профессия. Она отличается рядом специфических свойств и качеств:
    а) Мы имеем дело с самым сложным, бесценным, самым дорогим, что есть в жизни - с человеком. От нас, от нашего умения, мастерства, искусства, мудрости зависит его жизнь, здоровье, разум, характер, воля, гражданское и интеллектуальное лицо, его место и роль в жизни, его счастье.

    б) Конечный результат педагогического труда можно увидеть не сегодня, не завтра, а через очень продолжительное время. То, что вы сделали, сказали, сумели внушить ребенку, иногда сказывается через пять, десять лет.

    в) На ребенка оказывают влияние многие люди и явления жизни. Миссия школы, наша с вами важнейшая задача, дорогой коллега, - бороться за человека, преодолевать отрицательные воздействия и давать простор положительным. А для этого необходимо, чтобы личность учителя оказывала наиболее яркое, действенное и благотворное влияние на личность ученика.

    г) Объект нашего труда – тончайшие сферы духовной жизни формирующейся личности – ум, чувства, воля, убежденность, самосознание. Важнейшие инструменты нашего воздействия на духовный мир школьника – слово учителя, красота окружающего мира и искусства, создание обстоятельств, в которых наиболее ярко выражаются чувства – весь эмоциональный диапазон человеческих отношений.
    д) Одной из важнейших особенностей творчества педагога является то, что объект его труда – ребенок – постоянно меняющийся, всегда новый, сегодня не тот, что вчера.

    Учительская профессия – это человековедение, постоянное, никогда не прекращающееся проникновение в сложный духовный мир человека. Нет ни одной педагогической закономерности, нет ни одной истины, которая была бы абсолютно одинаково применима ко всем детям. Потому что практическая педагогика – это знание и умения, доведенные до степени мастерства, Но и поднятые до уровня искусства. Безграничная вера в человека, в доброе начало в нем – вот что должно жить в нашей душе, если вы думаете посвятить свою жизнь благородному учительскому труду.

    Краеугольный камень педагогического призвания – это глубокая вера в возможность успешного воспитания каждого ребенка. Должно быть терпимым к детским слабостям. Речь идет о мудрой способности понимать и чувствовать тончайшие побудительные мотивы и причины детских поступков.

    Еще одна черта, без которой, по-моему, невозможно педагогическое призвание. Я бы назвал эту черту гармонией сердца и разума.

    Воспитывая это умение, необходимо глубоко проникать в душу ребенка, вдумываться в то, чем он живет, как он смотрит на мир, что представляют собой для него люди, окружающие его.

    Чтобы стать настоящим воспитателем, надо пройти эту школу сердечности – в течение длительного времени познавать сердцем все, чем живет, что думает, чему радуется и чем тревожится ваш питомец.

    2. О ЗДОРОВЬЕ И ПОЛНОТЕ ДУХОВНОЙ ЖИЗНИ УЧИТЕЛЯ. НЕСКОЛЬКО СЛОВ О РАДОСТИ УЧИТЕЛЯ

    Учителю надо беречь сердце и нервы. Но как беречь сердце и нервы? Умение владеть собой, держать себя в руках – одно из самых необходимых умений, от которого зависят и успех деятельности педагога, и его здоровье. Неумение правильно тормозить ежедневные и ежечасные возбуждения, неумение владеть ситуациями – вот что, прежде всего, издергивает сердце, изматывает нервную систему учителя.

    Я не допускал, чтобы дали ростки семена таких отрицательных явлений, как угрюмость, преувеличение чужих пороков, гиперболизация «ненормальных» детских намерений и действий. Наиболее радикальными средствами являются, во-первых, переключение энергии всего коллектива, с учителем вместе, на дело, требующее духовного единства, коллективного творчества, трудовой сосредоточенности всех и каждого, взаимного обмена интеллектуальными ценностями.

    Сделайте неприятное, раздражающее – смешным, и вы станете полным властелином мыслей и чувств коллектива.

    Правильный отдых, особенно летом и зимой, развивает и укрепляет компенсаторные способности нервной системы, служит выработке выдержки, уравновешенности, умения подчинять эмоциональные порывы контролю разума. Многие опытные учителя, проработавшие в школе 30, 40 и больше лет, рассказывают, что выдержку, самообладание воспитывает у них, в частности и в особенности, длительное общение с природой, в котором физическое напряжение сочетается с мыслью, наблюдениями.

    Надо уметь бережно расходовать нервные силы в повседневном труде – это тоже очень важный залог здорового сердца и здорового духа.

    3. КАК ПРЕДОТВРАТИТЬ ИСТОЩЕНИЕ НЕРВНЫХ СИЛ В ПРОЦЕССЕ ПОВСЕДНЕВНОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ

    В каждом учителе должна сиять и никогда не угасать маленькая искорка ребенка.

    Будьте не только слушателем, потребителем музыки детства, но и ее творцом – композитором. Создавайте светлые, жизнерадостные мелодии в музыке детства, от которой зависит ваше здоровье, сила вашего духа, состояние вашего сердца. Ваш рояль и ваша нотная тетрадь, где вы пишете музыку детства, ваша дирижерская палочка, которая повелевает мелодиями, - это очень простая и в то же время очень сложная вещь – оптимизм.

    Оптимизм, вера в человека – неисчерпаемый источник творческой энергии, нервных сил, здоровья воспитателя и воспитанника. Недоброжелательность – опасный недуг души, который отражается и на сердце, и на нервах.

    Доброжелательность, разумная доброта – вот что должно быть атмосферой жизни детского коллектива, главным качеством взаимоотношений педагога и детей.

    Я тысячу раз говорил, и буду твердить до смерти, что взаимная доброжелательность учителя и детей – это те тончайшие нити, которые соединяют сердца и благодаря которым – заметьте, это исключительно важно в нашем педагогическом труде – человек понимает человека без слов, чувствует тончайшие движения души другого человека.

    4. БУДЬТЕ ДОБРОЖЕЛАТЕЛЬНЫ!

    Быть доброжелательным – означает относиться к ребенку так, как вы отнеслись бы к собственному сыну. Что, прежде всего, необходимо для спасения сына? Сердце потребовало бы чего-то такого, что создало бы в душе сына моральную чистоту и красоту, сделало бы его настоящим человеком. Доброжелательность педагога выражается, прежде всего, в умении не допустить, чтобы ребенок стал плохим, предостеречь его от ошибочных шагов.

    Помните, что успехи ребенка в учении, его чувство собственного достоинства – это огонек радости вашего творческого труда, уважаемый мой коллега.

    5. ПОМНИТЕ, ЧТО НЕТ И БЫТЬ НЕ МОЖЕТ АБСТРАКТНОГО ЧЕЛОВЕКА

    Нет абстрактного ученика, к которому можно было бы приложить механически все закономерности обучения и воспитания. Нельзя требовать от ребенка невозможного.

    Искусство и мастерство обучения и воспитания заключается в том, чтобы, раскрыв силы и возможности каждого ребенка, дать ему радость успеха в умственном труде. А это значит, что в учении должна быть индивидуализация – и в содержании умственного труда, и во времени. Взаимная доброжелательность учителя и ученика сочетается с взаимным доверием.

    Успех в учении – это, образно говоря, тропинка, ведущая к тому уголку детского сердца, в котором горит огонек желания быть хорошим. Берегите эту тропинку и этот огонек.

    Я продумываю, что будет делать каждый ученик.  Для всех подбираю такую работу, которая принесла бы успех. Если ученик не сделал хотя бы маленького шага по пути к овладению знаниями, - это пропавший для него урок. Безрезультатный труд – вряд ли есть более серьезная опасность, подстерегающая и ученика, и учителя.

    Как прилежно, сосредоточенно работают шалуны и проказники, если учителю удалось «запрячь» их в посильный умственный труд, сулящий и дающий успех!

    У меня всегда вызывают досаду и недоумение жалобы кое-кого из учителей: ребенок шалит на уроке, занимается посторонними делами… Да не может этого быть, дорогие товарищи, если вы по-настоящему подумали о том, как заставить трудиться каждого ученика!

    6. ГДЕ БРАТЬ ВРЕМЯ? СУТКИ ИМЕЮТ ТОЛЬКО 24 ЧАСА

    «К этому уроку я готовился всю жизнь, - ответил учитель. – И вообще к каждому уроку я готовился всю жизнь».

    В чем же заключается эта подготовка? Это – чтение. Повседневная, на всю жизнь дружба с книгой. Не прекращающееся  ни на один день журчанье ручейка, пополняющего реку мысли. Надо, чтобы школьный учебник основ науки, которую вы преподаете, был для вас азбукой. Чтобы в море ваших научных познаний, основы которых вы даете школьникам, учебник был каплей. Тогда на подготовку к урокам не будет уходить несколько часов.

    Количество переходит в качество: чем шире фон, на котором школьный учебник выглядит, как маленький луч в ярком потоке света, тем заметнее то профессиональное качество, которое создает фундамент педагогического мастерства: способность распределять внимание при изложении материала на уроке. Учитель объясняет, например, тригонометрические функции, но главная его мысль – не о функциях, а об учениках: он наблюдает, как работает каждый школьник, какие трудности восприятия, мышления, запоминания встречают отдельные воспитанники. Он не только учит, но и умственно воспитывает в процессе учения.

    7. ВРЕМЯ УЧИТЕЛЯ И ВЗАИМОЗАВИСИМОСТЬ ЭТАПОВ ОБУЧЕНИЯ

    Этот совет адресован преимущественно учителям начальных классов. От того, как вы работаете, уважаемый коллега – учитель начальной школы, - зависит бюджет времени учителя средних и старших классов. Беспощадным пожирателем времени учителя является бесконечное и бесплодное «подтягивание хвостов».

    На первом месте – научить детей учиться. Одна из главных ваших забот – установить правильное соотношение между объемом теоретических знаний, которыми овладевают дети, и практическими умениями и навыками.

    Без умения бегло, сознательно, выразительно читать и воспринимать прочитанное, бегло и безошибочно писать – не может быть и речи об успешном учении в средних и старших классах. Умение читать надо довести до такой ступени автоматизма, чтобы восприятие зрением и сознанием значительно опережало произношение вслух.

    8. О СОХРАНЕНИИ В ПАМЯТИ ШКОЛЬНИКА ЭЛЕМЕНТАРНЫХ ЗНАНИЙ

    Учителя начальной школы! Ваша важнейшая задача – построить прочный фундамент знаний. Обратите внимание на элементарную грамотность.

    Обучая детей в начальных классах, я всегда имел перед собой список главнейших орфограмм.

    Очень большое значение имеет игровой элемент в процессе обучения. Это не только таблица умножения, но и наиболее часто употребляемые случаи, сложения, вычитания, деления, умножения в пределах тысячи. Это также наиболее типичные измерения и превращения величин.

    9. «ДВЕ ПРОГРАММЫ ОБУЧЕНИЯ», РАЗВИТИЕ МЫШЛЕНИЯ ШКОЛЬНИКА

    Я советую каждому учителю: анализируя содержание знаний, четко выделяйте в них то, что ученики должны твердо запомнить и прочно хранить в памяти. Очень важно умение учителя правильно определить в программе те «узлы» знания, от крепости которых зависит развитие мышления, умственных способностей, умение пользоваться знаниями. Эти «узлы» - важные выводы и обобщения, формулы, правила, законы и закономерности, отражающие специфику предмета.

    Чем сложнее понятие, которое изучается в данный момент, тем интереснее, увлекательнее должны быть книги, которые читает ученик.

    «Вторая программа обучения» включала в себя чтение таких брошюр, книг, статей, ознакомление с которыми вызывало волну интереса к ряду сложных вопросов науки, а следовательно и к новым книгам.

    Советую всем учителям: создавайте интеллектуальный фон для запоминания, заучивания, сохранения в памяти программного материала.

    10. О РАБОТЕ С «ТРУДНЫМИ» ШКОЛЬНИКАМИ

    Я испытывал много средств облегчения умственного труда «трудных» школьников и пришел к выводу, что наиболее эффективным средством является расширение круга чтения. Вялость, инертность, хилость нервных клеток коры полушарий головного мозга можно излечить удивлением, изумлением, как вялость мускулов излечивают физические упражнения. Я учил ребенка читать и думать. Чтение как бы индуктировало, пробуждало мысль.

    Помните, что чем труднее ребенок, чем больше, казалось бы, непреодолимых затруднений встречает  он в учении, тем больше ему надо читать.

    11. ЗНАНИЕ – И ЦЕЛЬ, И СРЕДСТВО

    Знать – это значит уметь применять знания. О знаниях можно говорить лишь тогда, когда они становятся фактором духовной жизни, захватывают мысль, пробуждают интерес.

    Стремитесь к тому, чтобы знания учащегося были не конечной целью, а средством, чтобы они не превращались в неподвижный, мертвый багаж, а жили в умственном труде школьника, в духовной жизни коллектива, во взаимоотношениях между школьниками, в том живом и непрерывном процессе обмена духовными богатствами, без которого нельзя представить полноценного интеллектуального, нравственного, эмоционального, эстетического развития.

    В начальных классах, уже с первых шагов обучения наиболее важным элементом знаний становится слово, точнее, реальный, окружающий мир, выражающийся в слове, которое открывается перед ребенком новыми, совершенно не знакомыми ему до поступления в школу, гранями. Первые и, на мой взгляд, самые широкие шаги по лестнице знаний ребенок делает, познавая мир через слово.

    В умственном труде учащихся на первом месте стоит не заучивание, не запоминание чужих мыслей, а размышление самого ученика как живое творчество, как познание предметов, вещей, явлений окружающего мира с помощью слова, как познание в связи с этим тончайших оттенков самого слова.

    12. О ДОБЫВАНИИ ЗНАНИЙ

    Учить так, чтобы знания добывались с помощью уже имеющихся знаний – в этом, на мой взгляд, заключается высшее мастерство дидактика.

    Добывать знания – это значит открывать истину, отвечать на вопрос.

    Готовясь к уроку, надо продумывать материал под этим углом зрения – найти те незаметные с первого взгляда узелки, где происходит сцепление причинно-следственных связей, из которых и рождаются вопросы. Ведь вопросы пробуждают желание знать.

    Как подвести учеников к вопросу?

    Для этого необходимо знать, что надо рассказать, а что оставить недосказанным. Недосказанное – это как бы «затравка» для мышления школьников. Здесь никаких рецептов, подходящих на все случаи. Все зависит от содержания конкретного материала и от фактических знаний, уже имеющихся у школьников. Надо, чтобы думали, напрягали умственные силы все.

    Для того, чтобы ученики добывали знания думая, учителю надо хорошо знать их знания. Один очень хорошо помнит изученное, другой кое-что забыл. Вот здесь надо быть таким руководителем умственного труда, чтобы каждый, вслушиваясь в мое объяснение, следовал своим путем, извлекал из кладовых сознания то, что там хранится, а если в ином месте этих кладовых – пустота, если нить мысли у кое-кого обрывается, устранить разрыв в мысли. Но это тоже требует большого искусства и мастерства. Там же, где никаких пустот и разрывов в знаниях нет, я прибегаю к сокращенному объяснению.

    13. КАК ВЕСТИ УЧЕНИКОВ ОТ ФАКТОВ К АБСТРАКТНЫМ ИСТИНАМ

    Ученик вызубрил, не понимая.

    Это зло особенно сказывается в изучении грамматики, арифметики, алгебры, геометрии, физики, химии, т.е. предметов, содержание которых представляет собой систему обобщений, а знания, по которым выражаются, прежде всего, в умении применять эти обобщения в практической работе.

    Ведите учеников к запоминанию через осмысливание (осознание), понимание многочисленных фактов, вещей, предметов, явлений. Не допускайте запоминания того, что еще не понятно, не осмысленно. Пусть от осмысливания фактов, вещей, явлений до глубокого понимания абстрактной истины (правила, формулы, закона, вывода) лежит через практическую работу, которая как раз и представляет собой овладение знаниями.

    Не умеют думать над задачей, не умеют мысленно охватывать зависимость между величинами те школьники, которые заучивают абстрактные обобщения без осмысливания достаточного количества фактов.. И наоборот, если запоминание абстрактной истины в умственном труде школьника основывается на мысленном углублении в факты, если он, не заучивая, запомнил – он видит в арифметической задаче не какую-то комбинацию цифр, а зависимость между величинами.

    Построенный на научных основах умственный труд школьников приводит к тому, что математика помогает детям усваивать историю, а историю содействует развитию математических  способностей.

    Не допустить, чтобы при первом изучении материала ученик наделал много ошибок и в то же время добиться, чтобы он заучил правило и правильно формулировал его – задача не столь простая, как кажется с первого взгляда.

    14. ПЕРВОЕ ИЗУЧЕНИЕ МАТЕРИАЛА

    Один из корней отставания, неуспеваемости школьников – недостаточное первое изучение материала.

    Стремитесь к тому, чтобы при первом изучении материала вы увидели результат умственного труда каждого ученика. При первом изучении материала исключительно важно видеть самостоятельную работу «трудных» школьников – тех, кто медленно мыслит, медленно соображает, тех, кому для осмысливания сущности материала необходимо сравнительно больше и фактов, и времени (нередко и факты для осмысливания им надо давать не те, что основной массе школьников).

    Обязательно должна быть на уроке самостоятельная работа, в процессе которой осмысливаются факты, и происходит переход к обобщающей истине (речь идет об уроках естественного цикла, а также об уроках грамматики).

    Очень важно, чтобы в осмысливании был уже и элемент применения знаний.

    15. ОСМЫСЛИВАНИЕ НОВОГО МАТЕРИАЛА КАК ЭТАП УРОКА

    Понять – это еще не означает знать, понимание – еще не знание. Для того, чтобы были твердые знания, необходимо осмысливание.

    Что значит осмысливание? Ученик думает над тем, что он воспринял, проверяет, насколько правильно он понял материал, пробует применять приобретенные знания на практике.

    16. КАК ПРОВЕРКУ ВЫПОЛНЕНИЯ ДОМАШНИХ ЗАДАНИЙ СДЕЛАТЬ ЭФФЕКТИВНЫМ УМСТВЕННЫМ ТРУДОМ

    Не допускайте, чтобы единственной целью проверки знаний было — поставить ученику оценку. Пусть как можно чаще оценивание знаний сочетается с другими целями, и, прежде всего, с новым осмысливанием, развитием, углублением знаний.  Не допускайте крайности — оценивания каждого ответа, каждой письменной работы — это приводит к отрицательным результатам. Почему это так — следует объяснить специально.

    17. ОЦЕНКИ ДОЛЖНЫ БЫТЬ ВЕСОМЫМИ

    Оценка лишь тогда становится стимулом, побуждающим к активному умственному труду, когда отношения между учителем и ребенком построены на взаимном доверии и доброжелательности. Если хотите, оценка — это один из наиболее тонких инструментов воспитания. По тому, как относится ученик к оценке, поставленной учителем, можно сделать безошибочный вывод о том, как он относится к учителю, насколько верит ему и уважает его. По поводу оценивания знаний хотелось бы дать несколько советов.

    Во-первых, пусть оценок будет меньше, но каждая из них пусть будет весомее, значительнее.

    Оценка всегда охватывала труд ученика за какой-то период и включала оценивание нескольких видов труда - и ответ (может быть, несколько ответов), и дополнение к ответу товарища, и письменную работу (небольшую), и внеклассное чтение, и работу практического характера.

    Во-вторых, я никогда не ставил неудовлетворительной оценки, если ученик не мог в силу тех или иных условий, обстоятельств овладеть знаниями.

    Никогда не спешите выставлять неудовлетворительную оценку. Помните, что радость успеха -  это могучая эмоциональная сила, от которой зависит желание ребенка быть хорошим.

    В-третьих, вообще не ставьте никаких оценок, если вы видите, что знания учеников туманные, что в их представлении о вещах и явлениях, которые изучаются, есть какие-то неясности.

    В-четвертых,  надо избегать вопросов, которые требовали бы ответа совершенно точно повторяющего то, что излагалось учителем или заучено из книги.

    Есть в педагогическом процессе одна  очень  интересная вещь — я бы назвал ее трансформацией знаний.

    18. МАТЬ УЧЕНИЯ НЕ ДОЛЖНА СТАТЬ МАЧЕХОЙ

    Повторение — мать учения, утверждает народная педагогика. Но нередко бывает, что добрая мать становится злой мачехой. Это происходит тогда, когда ученик вынужден в течение дня или нескольких дней сделать то, что делалось недели и месяцы, например, повторить материал, изучавшийся в течение десяти, двадцати и больше уроков. Масса фактов и выводов обрушивается  па плечи ученика, в голове у него все перемешивается. А ведь вместе с повторением материала по одному предмету надо изучать и другие предметы! Нормальный умственный труд становится невозможным, силы ученика надрываются.

    Надо учить детей отдаляться от материала — не замечать деталей и присматриваться к главному.

    В рабочей тетради по каждому предмету на специально отведенном поле красным карандашом записывается то, что навсегда надо запомнить.

     19. КАК БЫТЬ С ПРОВЕРКОЙ ТЕТРАДЕЙ?

    Мысль учителей и работников народного образования устремлена к тому, чтобы максимально сократить время проверки тетрадей, но «ничего не получается». Почему? Потому что в тетрадях ученических множество ошибок. Проблема проверки тетрадей — одна из тех школьных проблем, решение которых зависит от сотен условий, предпосылок.

    В школе должна быть прежде всего высокая речевая культура, должна царить атмосфера большой чуткости к слову: сказанное   или   написанное   неправильно   должно звучать не только для учителя, но и для школьника таким же диссонансом, как фальшивая нота для человека, обладающего высоким музыкальным слухом. Следует посоветовать учителю начальных классов: воспитывайте у детей чуткость к эмоциональной окраске слова. Добивайтесь, чтобы слово звучало для ученика, как музыка! Образно говоря, ученик должен быть музыкантом слова, дорожить его правильностью, чистотой, красотой. Ведите детей в природу, показывайте им тончайшие оттенки цветов, звуков, движений, раскрывайте перед ними человеческий труд как творчество, и пусть все это отражается в слове, в оттенках речи.

    Ведите своих питомцев от книги и мысли к деятельности, от деятельности к мысли и слову. Деятельность должна трансформироваться в собственную мысль ученика, а собственная мысль должна найти выражение в слове. Практически это сводится к следующему: пусть как можно чаще предметом мысли, суждений ученика будет его собственная деятельность. Пусть ваш питомец рассказывает, рассуждает, отчитывается о том, что он сделал собственными руками, о том, что он наблюдал. Ученик путается в словах, когда эти слова не связаны с тем, что он сам делал, видел, наблюдал, думал. Надо давать такие задания, которые бы предполагали рассказ, отчет, доклад ученика, которые требовали бы, чтобы имеющиеся знания были пущены в оборот, а значит, чтобы слово стало средством творчества.

    20. СОДЕРЖАНИЕ   АКТИВНОЙ  ДЕЯТЕЛЬНОСТИ   УЧАЩИХСЯ ПРИ   ИЗУЧЕНИИ   ПРЕДМЕТА

    Активная деятельность — это как бы мостик, соединяющий речь и мысль. Я стремился к тому, чтобы в труде рождалась мысль учащегося, а не только закреплялись знания, полученные на уроках. Деятельность при изучении предмета должна быть не только иллюстрацией к знаниям (это тоже необходимо), но и источником новых истин, открытий, закономерностей.

    Я тысячу   раз   убеждался,   что   без   взаимодействия   человека природой немыслимо умственное развитие, как без мелодии невозможна музыка, без слова — речь, без книги — наука.  Единство  труда  и  мысли,  деятельности  и  слова в системе изучения таких предметов, как биология, физика, химия, математика,— это один из краеугольных камней, на которых держится школа как очаг мысли. Готовясь к преподаванию этих предметов, опытные учителя продумывают, каким образом, в каком труде будут раскрываться те отношения и взаимосвязи, па которых построено мышление в системе изучения предмета.

    21. УЧИТЕ НАБЛЮДАТЬ, УЧИТЕ ВИДЕТЬ

    Культура педагогического труда во многом определяется тем, какое место в умственном развитии школьников занимает наблюдение. Из наблюдений не только черпаются знания,— в наблюдениях знания живут, благодаря наблюдениям они, можно сказать, идут в оборот, применяются как инструменты в труде. Если повторение — мать учения, то наблюдение — мать осмысливания и запоминания знаний. Наблюдательный  ученик никогда не бывает неуспевающим пли неграмотным. Учитель, умеющий помочь ученику использовать ранее усвоенные знания для все новых и новых наблюдений, достигает того, что чем «старше» знания ученика, тем они прочнее.   Школа наблюдения в  младшем возрасте — необходимое условие умственного развития.

    22. КАК  ЧТЕНИЕМ  РАЗВИВАТЬ  ЗНАНИЯ

    В среднем и старшем возрасте чтение научно-популярной и научной книги играет ту же роль, что наблюдения в младшем возрасте. У ученика, умеющего видеть, наблюдать, вырабатывается восприимчивость и к научной книге. Интерес к знаниям немыслим без постоянного чтения научной и научно-популярной литературы. Не может быть и речи о стойком  интересе к  знаниям, если ученик не выходит за рамки учебника.

    Умейте пробудить у учеников интерес к чтению научной литературы.

    Ученик видит возможность   перехода   за   черту   обязательного   программного материала, его волнует перспектива плавания по безграничному морю знаний,— вот это и есть побуждение к чтению: подростку, юноше, девушке хочется знать.

    23. ЧТЕНИЕ — ВАЖНОЕ   СРЕДСТВО   УМСТВЕННОГО ВОСПИТАНИЯ   «ТРУДНЫХ»   УЧЕНИКОВ

    Чем  труднее учиться школьнику, чем больше затруднений встречает он в умственном труде, тем больше ему надо читать: как фотопленка слабой чувствительности требует более продолжительной выдержки, так разум слабоуспевающего ученика требует более яркого и длительного сияния света научных знаний. Не дополнительные занятия, не бесконечное «подтягивание», а чтение, чтение и еще раз чтение – вот что играет решающую роль в умственном труде тех, кому трудно учиться.

    И дело не только в том, что чтение спасает ученика от неуспеваемости. Благодаря чтению развивается его интеллект. Чем больше «трудный» ученик читает, тем яснее становится его мысль, тем активнее его умственные силы.

    24. НЕ ДОПУСКАЙТЕ ДИСПРОПОРЦИИ МЕЖДУ УМЕНИЯМИ И ЗНАНИЯМИ

    Как же добиться того, чтобы чтение было беглым и сознательным, чтобы ребенок быстро воспринимал зрением и мыслью целую группу слов, связанную по смыслу? Для этого необходима система упражнений.

    Ученик, который в процессе чтения не может ничего воспринять, по существу не умеет одновременно читать и думать, а это как раз и не может быть названо сознательным чтением.

    На каком-то этапе обучения ученик должен овладеть умением настолько беглого письма, чтобы он одновременно писал и думал.

    Во время рассказа ученики записывают главное в той последовательности, в какой излагает материал учитель. Без умения слушать и одновременно кратко записывать содержание рассказа (лекции, объяснения) немыслимо овладение знаниями. Во многих случаях отставание как раз и объясняется тем, что ученику недоступно это элементарное и в то же время  очень сложное умение.

    Одним из очень важных умений, от которых в большой мере зависит успешное овладение знаниями, является умение отбирать, систематизировать, анализировать факты.

    25. В   ЧЕМ   СЕКРЕТ   ИНТЕРЕСА

    Урок идет интересно — это значит, что учению, мышлению сопутствуют чувства приподнятости, взволнованности ученика, удивление, иногда даже изумление перед открывающейся истиной, осознание и чувствование своих умственных сил, радость творчества, гордость за величие разума и воли человека.

    Стремитесь к тому, чтобы ученики сами открывали источники интереса, чтобы в этом открывании они чувствовали собственный труд и успех — само по себе это представляет один из важнейших источников интереса. Без активного умственного труда немыслимы ни интерес, ни внимание школьников.

    Первый источник, первая искорка интереса к знаниям — в подходе учителя к материалу, который объясняется на уроке, к фактам, подвергающимся анализу. Знание истины рождается в сознании ученика из познания точек соприкосновения между фактами и явлениями, нитей, которыми эти факты и явления связываются. Готовясь к уроку, я всегда стремлюсь продумать, осмыслить как раз те точки соприкосновения, те нити, где благодаря сцеплению мыслей раскрывается что-то новое, неожиданное в смысле познания истин и закономерностей окружающего мира.

    Источник интереса — и в применении знаний, в переживании чувства власти разума над фактами и явлениями. В самой глубине человеческого существа ость неискоренимая потребность чувствовать себя открывателем, исследователем, искателем. В детском же духовном мире эта потребность особенно сильна. Но если нет пищи для нее —   живого общения с фактами и явлениями, радости познания — эта потребность глохнет, а вместе с ней угасает и интерес к знаниям. Я вижу очень важную воспитательную задачу в том, чтобы постоянно поддерживать, углублять желание ученика быть открывателем, реализовать это его желание специальными методами работы.

    Чувство властелина знаний пробуждается у ученика сильное всего, конечно, тогда, когда он непосредственно что-то исследует, открывает, когда ученик схватывает конкретные факты, явления. Но есть и радость чистой мысли,— обобщающей, систематизирующей деятельности разума.

    26. БОРИТЕСЬ  ЗА   МЫСЛЬ  И   СЕРДЦЕ СВОИХ  ПИТОМЦЕВ

    Ключей бьет интеллектуальная жизнь в той школе, где преподавание предметов выливается как бы в доброе соревнование педагогов за мысль, за душу воспитанников.

    Воспитательная сторона учения раскрывается, по моему твердому убеждению, прежде всего в том, что, образно выражаясь, в стройном оркестре основ наук каждый ученик находит свой любимый инструмент и свою любимую мелодию. Нет интеллектуальной полноты, духовного богатства жизни личности без влюбленности в конкретный предмет, в конкретную отрасль научных знаний.

    Считайте делом своей чести, чтобы преподаваемый вами предмет ученики находили самым интересным, чтобы как можно больше подростков как о счастье мечтали, о творчестве в сфере науки, основы которой вы излагаете им в школе. Боритесь за мысль и сердце своих питомцев; соревнуйтесь со своими коллегами — преподавателями других предметов.

    27. КАК СЛИТЬ МЫСЛЬ И  ЧУВСТВО ГРАЖДАНСКОГО   ДОСТОИНСТВА

    Я твердо убежден: путь к достижению этой  цели в том, чтобы знания, интеллектуальное богатство служило самовыражением личности. Воспитательную работу  в этом направлении надо вести, начиная с младших классом. Воспитывая младших школьников, я стремился к осуществлению принципа: каждый школьник должен сделать свой вклад в интеллектуальную жизнь коллектива. Собственные знания, мысль, умения должны   переживаться   как честь,  как  достоинство.  Этого  никак  нельзя  достигнуть, только тем, что ученический коллектив будет знать, как этот школьник учит  уроки, слышать,   как  он   отвечает.

    С каждым годом обмен умственными, духовными богатствами все больше определил отношения между детьми. В III и IV классах начались «вечера книги»: дети рассказывали содержание прочитанных книг, читали их вслух, декламировали стихотворения и отрывки из художественной прозы. Это было своеобразным соревнованием разума и мастерства.

    Начиная с V класса,  мои питомцы стали активными умственными воспитателями своих младших товарищей-дошкольников и учеников I—II классов. Двенадцать пятиклассников руководили маленькими кружками поэтического творчества. В каждом кружке было 5—7 малышей, пятиклассники учили их составлять сочинения-миниатюры о природе, читали маленьким друзьям свои собственные сочинения и стихотворения; это утверждало чувство достоинства у старших.

    В VI—VII классах несколько учеников стали руководителями кружков юных математиков учеников I—III классов. Дети решали и составляли задачи на «сообразительность».  В течение всего периода обучении в V—VIII классах ученики были также руководителями групп — кружков по изучению иностранного языка: первоклассники и второклассники учились читать и говорить по-французски.

    В VII—X классах каждый воспитанник выступает на вечере науки и техники  с  докладом   или   сообщением.

    28. ЗНАНИЯ   И   УЧАСТИЕ   В   ОБЩЕСТВЕННОЙ  ЖИЗНИ

    В сельской местности школа — главный очаг культуры и знаний.

    В  процессе  передачи  знаний другим ученик  многое уясняет для самого  себя, у него   возникает   множество вопросов, он стремится выяснить тончайшие «извилины и повороты» мысли, скрытые причинно-следственные связи.

    Как добиться, чтобы юношеству хотелось учиться? Эта цель никогда не будет достигнута, если знания останутся в сознании ученика «ценностями для себя», если они не приобретут нравственной окраски, не будут переживаться как радость, честь, богатство, достоинство личности.

    29. КАК   РАСПРЕДЕЛИТЬ   ТРУД  ШКОЛЬНИКОВ ПО   ВРЕМЕНАМ   ГОДА

    В младших классах я советую распределять умственный труд школьников на год таким образом, чтобы примерно к середине третьей четверти (конец февраля) в основном закончилось изучение важнейших теоретических обобщений по грамматике и арифметике.

    Готовьтесь к урокам в четвертой четверти так, чтобы красной нитью вашей методики было приведение уже имеющихся знаний в состояние активной деятельности, подвижности.

    В программах средней общеобразовательной школы перегрузки   нет.    Перегрузка — в    нашей    практической работе,  в методах обучения. 

    Предотвратить перегрузку —„это значит, во- первых, с трех-, четырех-, пятилетнего возраста ребенка заботиться о богатом интеллектуальном фоне, на котором происходит его умственное развитие в семье, а отсюда — постоянно повышать педагогическую культуру родителей; во-вторых, не допускать диспропорции в умениях и знаниях, обеспечивать процесс, овладения  знаниями, умениями учиться — важнейшими инструментами умственного труда школьников; в-третьих, па практике реализовать одно из важнейших теоретических положений педагогической психологии и, следовательно, дидактики: нет абстрактного ученика; давать глубокие знания — значит видеть умственный труд каждого ребенка; в-четвертых, заботиться о постоянном развитии знаний, о том, чтобы они «вводились в оборот», не оставались в голове окостеневшим грузом; в-пятых, не допускать, чтобы учение превращалось в бесконечное наверстывание упущенного, не подтягивать без конца «хвосты». Одним словом, не допускать перегрузки — это значит делать все, о чем говорилось выше.

    30. ОБ ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНОЙ   ЖИЗНИ   ВОСПИТАННИКА

    Не допускайте, чтобы вашего питомца захлестнуло школярство. Кроме привычного круга школьных дел, представлений, интересов, у него должна быть богатая, многогранная интеллектуальная жизнь. Речь идет о чтении школьника, особенно в подростковом возрасте.

    Если вас назначили классным руководителем или, как говорят, воспитателем V класса, поставьте перед собой как одну из главных задач формирование этой духовной потребности.

    31. ЧТОБЫ   НЕ   ВЫЛО   ПЕРЕГРУЗКИ — НЕОБХОДИМО   СВОБОДНОЕ  ВРЕМЯ

    Проблема свободного времени — это одна из важнейших проблем не только обучения, но и интеллектуального воспитания, всестороннего развития. Свободное время необходимо ученику, как воздух для здоровья: оно необходимо для того, чтобы ученик успешно учился и не чувствовал постоянной угрозы отставания (знаете, как бывает: стоит ребенку проболеть несколько дней, как он уже очень отстал). Свободное время — первое условие богатства интеллектуальной жизни воспитанника, условие того, чтобы в его жизни было не только учение, а значит и того, чтобы учение было эффективным.

     Свободное время ученика рождается на уроках, его творцом является умный, думающий учитель. Его первый помощник в создании свободного времени — сам ученик, от него в большой мере зависит, в каком состоянии находятся знания — в состоянии подвижности, активности, или же в состоянии окостенения. Но есть еще одно условие, от которого зависит создание свободного времени. Это режим труда и отдыха.

    32. УЧИТЕ РЕБЕНКА ПОЛЬЗОВАТЬСЯ СВОБОДНЫМ ВРЕМЕНЕМ

    Как учить? Требовать, чтобы он думал, указывать, что, увлекаясь чем-нибудь, он забывает о работе? Предохранять его от общения с увлекательными центами?

    Нельзя этого делать. Нельзя ломать природу детства. Учить пользоваться свободным временем — это значит добиваться того, чтобы интересное, изумляющее ребенка было в то же время нужным, необходимым для его ума, чувств, всестороннего развития. Другими словами, время ребенка должно быть насыщено увлечениями, которые развивали бы его мысль, обогащали знаниями и умениями и в то же время не разрушали очарования детства. Создать для ребенка свободное время — это не значит предоставить ему возможность делать, что захочется. Стихийность может воспитать безделье, нерадивость.

    33. ПРИВЕДИТЕ   КАЖДОГО   УЧЕНИКА К  ОЧАГУ  УВЛЕЧЕННОСТИ

    Помните, что никакое увлечение не принесет пользы, если оно не затрагивает мысли, души, сердца. Подчеркиваю, что первым увлечением должно быть увлечение книгой. Его надо сохранить на всю жизнь. Что бы вы ни преподавали — литературу или историю, физику или черчение, биологию или математику — первым очагом увлеченности, к которому вы должны привести своего питомца (если только вы хотите быть его воспитателем) должна быть книга.

    Вторым очагом увлеченности, к которому надо привести каждого воспитанника, является увлеченность любимым предметом. Влюбленность в предмет, интеллектуальная активность возможны лишь тогда, когда у человека есть в школьные годы это самое бесценное богатство — свободное время. Педагогическому коллективу надо глубоко продумать, как достигнуть того, чтобы во вторую половину дня в школе загорелось множество очагов.; которые бы звали к углубленному изучению различных отраслей науки. Это не только научно-предметные кружки, о которых шла речь выше. Это также такая активная деятельность, в которой теоретические знания становятся главным стимулом творчества, решения умственных и трудовых задач.

    34. ВОСПИТЫВАЙТЕ  ТРУДОВЫМИ   УВЛЕЧЕНИЯМИ

    Десятилетия работы в школе убедили меня в том, что труд играет исключительно важную роль в умственном развитии. Ум ребенка — на кончиках его пальцев.

    Опыт убеждает, что для умственного развития школьников надо выбирать следующие виды труда:

    а) Конструирование и монтирование действующих моделей установок, механизмов, приборов. 

    6) Выбор способом передачи, преобразования, трансформации энергии: и движения.

    в)Выбор способов обработки материалов, выбор инструментов и механизмов, технологических приемов обработки.

    г) Создание среды, необходимой для нормального развития жизненных процессов (у растений и  у животных), управление этой средой.

    35. КАК   ДОБИТЬСЯ,   ЧТОБЫ   УЧЕНИКИ БЫЛИ   ВНИМАТЕЛЬНЫ?

    Управление вниманием — одна из наиболее тонких и еще очень мало исследованных сфер педагогического труда. Чтобы управлять вниманием, надо глубоко знать психику ребенка, его возрастные особенности. Многие годы работы в школе убедили меня в том, что овладеть вниманием ребенка можно лишь создав, утвердив, сохранив его определенное внутреннее состояние — эмоциональную приподнятость, интеллектуальное воодушевление, связанное с чувством властвования над истиной, с умственной гордостью.

    Внимательность учеников здесь обусловливается знанием ряда истин, в свете которых совершенно неинтересный материал будет восприниматься как интересный.

    Непроизвольное внимание должно сочетаться с произвольным.

    Если учитель не думает над тем, чтобы создать у учеников внутреннее состояние эмоциональной приподнятости,  интеллектуального  воодушевления,   знания  вызывают только равнодушие, а бесчувственный, умственный труд приносит усталость.

    36.  НАГЛЯДНОСТЬ — ТРОПИНКА   ПОЗНАНИЯ   И   СВЕТ, ОЗАРЯЮЩИЙ ЭТУ ТРОПИНКУ

    Единственным средством воспитания внимательности является воздействие па мысль, и наглядность лишь в той мере способствует развитию и углублению внимательности, в какой она стимулирует процесс мышления. Наглядный образ предмета может сам по себе привлечь внимание на продолжительное время, но цель применения наглядности заключается вовсе не в том, чтобы на весь урок приковать внимание ученика,— средство наглядности приносится на урок для того, чтобы на каком-то этапе познания дети отвлеклись от образа, перешли мысленно к обобщающей истине, закономерности.

    К.Д.Ушинский писал, что дети мыслят «формами, звуками, красками и ощущениями». Эта возрастная закономерность требует, чтобы мышление маленького ребенка развивалось среди природы, чтобы он одновременно видел, слышал, переживал и думал. Наглядность — сила, развивающая внимательность, мышление, она придает эмоциональную окраску познанию. Благодаря одновременности видения, слухового восприятия, переживания и мышления в сознании ребенка формируется то, что в психологии называется эмоциональной  памятью.

    Я советую учителям начальных классов: учите детей мыслить у первоисточника мышления, среди природы и труда.

    Применяя наглядность, надо задумываться над тем, как от конкретного перейти к абстрактному.

    Постепенно надо переходить от натуральных к изобразительным средствам наглядности, а потом к таким, которые дают символическое изображение предметов, явлений.

    Классная доска существует не только для того, чтобы писать на ней, но и для того, чтобы учитель делал на ней зарисовки, схемы, чертежи — в процессе рассказа, объяснения, использовал доску и разноцветные мелки.

    Изобразительная наглядность является вместе с тем и средством умственного самовоспитания.

    Научить нарисовать задачу — значит обеспечить переход от конкретного мышления к абстрактному.

    От изобразительной наглядности постепенно переходите к словесно- образной. Словесный образ — это шаг па пути перехода от мышления «формами, звуками, красками и ощущениями» к мышлению понятиями.

    Средство наглядности должно быть таким, чтобы дети обращали внимание на самое главное, самое существенное.

    Повторим: наглядность требует большого искусства в ее использовании, знания души, мысли учащегося.

    37. СОВЕТЫ  УЧИТЕЛЮ,   НАЧИНАЮЩЕМУ РАБОТАТЬ   В   ШКОЛЕ

    Многое, и, прежде всего надо накапливать по крупинке интеллектуальное богатство и педагогическую мудрость воспитателя. Перед вами большой жизненный путь, на нем вы встретитесь с самыми неожиданными человеческими судьбами, к вам будет обращен пытливый ум и взор юноши, ищущего ответ на вопросы: как жить? В чем счастье? Где истина? Чтобы ответить на эти вопросы, надо постигнуть диалектику стремления человека к правде, к торжеству идеалов народа, надо осмыслить и прочувствовать душой вершину борьбы человечества за лучшее будущее — коммунистические идеи и их воплощение в жизни.

    Советую вам, юный Друг, ежемесячно читать три книги: 1) по проблемам науки, основы которой вы преподаете; 2) о жизни и борьбе человека, образ которого является светочем, примером для молодежи; 3) о душе человека — особенно ребенка, подростка, юноши, девушки (книги по психологии).

    Пусть в вашей личной библиотеке будут эти три раздела.

    Только повседневное пополнение научных знаний даст вам возможность видеть умственный труд учеников в процессе изложения материала: в центре вашего внимания будут не мысли о содержании урока, а мысли о мышлении ваших питомцев. Это вершина педагогического мастерства каждого учителя, к ней вы должны стремиться.

    Создавайте, обогащайте свою личную библиотеку художественной литературы.

    Воспитателю необходимо также утонченное чувство красоты. Вы должны любить красоту, творить её и оберегать - красоту в природе и в душе наших питомцев. Знайте, что если вы любите сажать и выращивать деревья, если вам доставляет радость прийти к ульям и  слушать жужжанье пчел в цветущих деревьях, которые вы вырастили своими руками, - у вас есть наиболее прямая дорога к сердцу человека  - духовное общение в труде, создающем красоту.        

    38. СОВЕТЫ УЧИТЕЛЮ, ГОТОВЯЩЕМУСЯ РАБОТАТЬ   С   ПЕРВЫМ   КЛАССОМ

    Вам надо хорошо знать каждого своего будущего питомца.

    Что значит знать ребенка?

    Это, прежде всего, иметь представление о его здоровье. За полтора года до начала работы с детьми передо мной был список будущих учащихся.

    Опыт убедил в том, что воспитание должно способствовать исцелению человека, избавлению его от недугов, которые чаще всего зарождаются в детстве. Больной ребенок требует особых методов воспитания, нуждается в специальной медицинской педагогике.

    Я считаю, что очень важно знать, как взаимоотношения в семье способствуют предотвращению недугов и исцелению детского организма, если недуг по той или иной причине уже есть. Особенно зависит от семьи состояние нервной системы и сердца ребенка.

    Собрать родителей очень важно, чтобы пришли и отцы, и матери и поговорить с ними о взаимоотношениях в семье, способствующих, формированию здоровой нервной системы, а в связи с этим положительных нравственно-психологических качеств.

    39. КАК В ДОШКОЛЬНЫЙ ПЕРИОД ИЗУЧАТЬ МЫШЛЕНИЕ ДЕТЕЙ

    Есть два основных типа человеческого мышления -  логико-аналитическое, или математическое, и художественное, или образное.

    Соберите будущих своих первоклассников в ясный сентябрьский день, пойдите с ними в осенний лес, и вы сразу же увидите детей с этими двумя ярко выраженными типами мышления. Внимательно наблюдайте, и вы увидите два типа восприятия — признак двух типов мышления.

    Эти два типа мышления существуют объективно, учителю надо знать, какой тип преобладает у каждого ребенка. Это очень важно для правильного педагогического руководства умственным трудом. Учить мыслить, развивать мышление — значит развивать у каждого ребенка обе мыслительные сферы: образную и логико-аналитическую, не допускать односторонности, но в то же время умело направлять умственное развитие каждого ученика в русло, в наибольшей мере соответствующее его природным задаткам.

    Мышление детей различается также темпом операций, можно сказать быстротой мысли.

    Я советую учителю, которому предстоит работа с I классом: в течение года проведите двадцать-тридцать путешествий к истокам мысли — в природу. Введите детей в обстановку, где есть и яркие образы, и причинно-следственные связи между явлениями, где дети восхищаются, переживают чувство изумления перед красотой и в то же время думают, анализируют.

    40. КАК  РАЗВИВАТЬ  МЫШЛЕНИЕ И  УМСТВЕННЫЕ  СИЛЫ  ДЕТЕЙ

    Как показал многолетний опыт, необходимы специальные уроки мышления. Их надо проводить время от времени уже в дошкольный период. С началом занятий в 1 классе уроки мышления становятся частью умственного воспитания. Урок мышления — это и живое, непосредственное восприятие образов, картин, предметов окружающего мира, и логический анализ, добывание знаний, мыслительные упражнения, нахождение причин и следствий.

    41. КАК   ВОСПИТЫВАТЬ   ПАМЯТЬ

    Я твердо убежден, что о воспитании памяти особенно надо заботиться тогда, когда ребенку еще не подошло время заучивать, запоминать ни на уроках, ни дома. Дошкольные годы и обучение в начальной школе — прекрасное время для закладки фундамента прочной памяти. Надо заботиться о том, чтобы важные истины о явлениях и закономерностях окружающего мира были усвоены детьми без специального заучивания и запоминания, т. е. в процессе непосредственных наблюдений.

    Одна из причин — отсутствие в начальной школе специальной работы, имеющей целью развитие мышления, воспитание умственных сил, закладку фундамента запоминания. В начальной школе надо заложить прочный  фундамент памяти, а им являются знания, добытые, приобретенные, усвоенные ребенком в процессе непосредственного познания окружающего мира под руководством учителя.

    42. ЩАДИТЕ   И   В   ТО  ЖЕ   ВРЕМЯ   РАЗВИВАЙТЕ ПАМЯТЬ  ПОДРОСТКОВ,   ЮНОШЕЙ   И  ДЕВУШЕК

    Зубрежка всегда вредна, но особенно недопустима она в отроческом и юношеском возрасте.

    Изгнать из школы школярство — одна из очень важных воспитательных задач.

    А сделать это можно единственным путем: установить разумное соотношение произвольного и непроизвольного запоминания. Развитие памяти подростков, юношей и девушек зависит, таким образом, от общей интеллектуальной культуры учебно-воспитательного  процесса  в   средних   и  старших классах.

    43. ВОСПИТЫВАЙТЕ У ДЕТЕЙ ЛЮБОВЬ К РИСОВАНИЮ

    Прямое отношение к развитию умственных сил учащихся имеет вопрос о том, как поставлено рисование в начальной школе, какое место отводит ему учитель в учебно-воспитательном процессе. Воспитывая детей в начальной школе, я увидел в рисовании одно из средств, развивающих творческое мышление, воображение. Я твердо убежден, что детский рисунок является необходимой ступенькой на пути к логическому, не говоря уже о том, что рисование помогает развивать эстетическое видение мира.

    Без рисования я  не представляю  уроков географии, истории, литературы, естествознания.

    44. КАК  ГОТОВИТЬ   ДЕТЕЙ   К  БЕГЛОМУ  ПИСЬМУ

    Чтение и письмо — это два самых необходимых школьнику инструмента учения и в то же время два окошка в окружающий мир. Без умения бегло, быстро и сознательно читать, бегло, быстро, полуавтоматически писать ребенок остается как бы полуслепым. Я вижу очень важную задачу в том, чтобы уже в третьем, а в четвертом классе уже наверняка — ученик писал длинное слово не отрывая пера от бумаги, чтобы он мог написать слово — (и даже маленькое предложение), оторвав взгляд от тетради.

    Все это — быстрота написания букв и слов, постепенное приобретение полуавтоматизма в отношении орфограмм, одновременное написание и осмысливание — должно идти рядом. Выработка беглого письма, прежде всего, требует определенного количества тренировочных упражнений малых мышц руки. Я имею в виду тонкие трудовые движения рук — и правой, и левой. За год до начала обучения в школе детям надо давать такие виды труда, как вырезание из картона и бумаги ножиком (резцом) и ножницами, резьба по дереву, плетение, конструирование и изготовление маленьких моделей из дерева. Тонкие трудовые движения вырабатывают необходимые соразмерность и ритм движения пальцев, формируют их чуткость, чувство миниатюрного рисунка, каким в сущности и является буква.

    45. УЧИТЕ   ДЕТЕЙ   РАБОТАТЬ  И   ПРАВОЙ, И   ЛЕВОЙ   РУКОЙ

    Мой многолетний опыт убеждает, что если самые тонкие, самые умные трудовые движения становятся достоянием не только правой, но и левой руки, количество этих связей растет, от рук к мозгу идет мудрый опыт, выражающий взаимодействие и взаимоотношение предметов, вещей, процессов, состояний.

    46. СОВЕТЫ  УЧИТЕЛЮ,   РАБОТАЮЩЕМУ В   БОЛЬШОЙ   ШКОЛЕ

    Я бы советовал вначале просмотреть тетради всех коллег по работе в начальных классах.

    Ученические тетради — зеркало всей воспитательной работы.

    Совершенствование педагогического мастерства — это прежде всего самообразование, личные ваши усилия, направленные на повышение собственной культуры труда и в первую очередь культуры мышления. Без индивидуальной мысли, без пытливого взгляда на собственный труд немыслима никакая методическая работа.

     Чем больше вы изучаете и наблюдаете опыт своих старших коллег, тем более необходимы вам самонаблюдение, самоанализ, самосовершенствование, самовоспитание. На основе самонаблюдения, самоанализа у вас будут рождаться собственные педагогические идеи. Изучая, например, связи между тем, что делается, и тем, что получается в результате, вы приходите к выводу: от зерна, посаженного в прекрасно обработанную почву сегодня, далеко не всегда можно ждать ростка уже завтра. То, что делается сегодня, во многих случаях можно оценить лишь через несколько лет. Это одна из очень важных закономерностей педагогического труда. Она заставляет всегда думать о перспективе.

    47. СОВЕТЫ УЧИТЕЛЮ  0ДН0К0МПЛЕКТН0Й  ШКОЛЫ

    48. КАКИЕ   ПЛАНЫ   ПИСАТЬ   УЧИТЕЛЮ

    Для учителя начальных классов очень важно составить перспективный план, рассчитанный на несколько лет.    

    1. Список художественных произведений, которые дети должны прочитать за годы обучения в начальной школе. Этот пункт плана станет реальностью, конечно, только тогда, когда в школьной библиотеке будут необходимые детские книги.

    2. Музыкальные произведения, которые дети будут прослушивать в школе (желательно, чтобы в школе была музыкальная комната).

    3. Произведения живописи, по которым будут проведены беседы.

    1. Тексты — отрывки    из    художественных    произведений, которые надо заучить наизусть.
    2. Орфографический   минимум — т. о.   словарь   орфограмм, написание которых в начальной школе должно быть твердо, навсегда сохранено в памяти.
    3. Список научно-популярных книг и брошюр, чтение которых способствует расширению кругозора школьников. Особо надо выделить книги и брошюры, предназначенные для трудных детей — детей со сниженной подвижностью мыслительных процессов.
    4. Тематика уроков мышления — путешествий к источникам мысли и родной речи.
    5. Тематика сочинений, которые дети напишут за годы обучения в начальных классах.

    9.  Примерный   перечень  наглядных  пособий,  которые сделают учитель и дети.

    10. Экскурсии, которые  будут проведены и начальной школе.

    Такой же перспективный план я советую составлять и преподавателям предметов в средних и старших классах. Учитывается, конечно, специфика предмета. Например, преподаватель биологии включает в перспективный план систему наблюдений в природе с целью формирования у учеников необходимых представлений. Преподаватель географии включает терминологию, обязательную для запоминания. Учитель физики предусматривает в своем плане наблюдение труда в промышленности и сельском хозяйстве.

    Перспективный план — это очень важный ориентир, по которому учитель ежегодно, читая и продумывая программу, как бы проверяет сам себя — что уже сделано и что нужно сделать. По выполнению перспективного плана можно судить о качество знаний учащихся.

    Каждому учителю надо также составлять тематический или поурочный план. Тематический план — это дидактическое предвидение и обоснование, а не развернутый конспект. Тексты заданий и упражнений, как правило, в план не включаются (у учителя они обычно выписаны на специальных карточках или в тетрадях).

    В тетради, где пишутся тематические планы, необходимо отвести чистое место (поле)— для того, чтобы в случае непредвиденных отклонений от намеченного пути внести в план соответствующие изменения.

    Некоторые учителя предпочитают тематическому плану поурочный. Главное — ориентироваться на перспективный план, не забывать о конечной цели, время от времени продумывать программу и объяснительную записку к ней, сопоставлять ее с перспективным планом.

    49. СОВЕТЫ   ОТНОСИТЕЛЬНО   ДНЕВНИКА  УЧИТЕЛЯ

    Я советую каждому учителю вести педагогический дневник. Это не официальный документ, к которому ставятся какие-то формальные требования. Дневник - личные записи, заметки. Они могут пригодиться в повседневной работе. В них — источник раздумий, творчества. Дневник, который ведется десять, двадцать, а то и тридцать лет — это огромная ценность. Ведь у каждого думающего педагога есть своя система, своя педагогическая культура. Сколько драгоценных жемчужин педагогической мудрости пропадает тогда, когда учитель-мастер, учитель-творец, завершив свою творческую жизнь, уносит с собой в могилу все, что он постиг за годы труда и поисков. Дневники педагогов я бы хранил в педагогических музеях и в научно-исследовательских институтах как бесценные сокровища.

    Значительное место в дневнике принадлежит записям о трудных детях. Я считаю очень важным подметить тончайшие оттенки в их поведении, в умственном труде на уроках и дома. Записанные и осмысленные наблюдения очень помогают учителю в его работе.

    50. О   ВОСПИТАНИИ   СВОИХ   ДЕТЕЙ

    Надо избегать парадоксального явления, имеющего, к сожалению, место в жизни: учителю, воспитывающему чужих детей, нет времени для воспитания своих детей. Я бы хотел посоветовать учителю-отцу, учительнице-матери:

    Не забывайте, что дома вы для своих детей не учитель, не классный руководитель, а прежде всего отец, матъ. Не превращайте семью в миниатюрную школу, по возможности делайте все, чтобы атмосфера школы оставалась за порогом вашего дома, чтобы вы и ваши дети были просто хорошей семьей.

    Воспитание — это не какие-то специально, искусственно организованные «мероприятия», это прежде всего образ жизни. В руках педагога — сильный и в то же время небезопасный, требующий большой мудрости и осмотрительности инструмент — власть над человеком. Мудро и осмотрительно пользуясь этим инструментом в школе, не переносите его в свой дом. Многие свои привычки, традиционные учительские приемы надо оставлять в стенах школы. Избегайте «педагогизации» своих детей — очень плохо, когда дети ваши осведомлены о всех деталях педагогической профессии.

    Если есть возможность, определите своего ребенка в класс, где преподаете не вы, а ваши коллеги. Так будет лучше: вы будете несравненно ближе к своему сыну, к своей дочери как отец, как мать.

     Не приносите из школы домой раздражения, нервозности, недовольства той или иной стороной педагогического процесса, поведением школьников. Это очень плохой пример для ваших детей. Если с малых лет дети увидят, что школа причиняет отцу или матери одни неприятности, у них постепенно сложится отвращение к педагогическому труду. Плохие последствия этого чувства - не только то, что вашим детям не захочется стать учителями. Это еще полбеды. Дело значительно сложнее: ученик, чувствующий отвращение к труду педагога, становится лицемером и болтуном.

    51. КТО И ЧТО ВОСПИТЫВАЕТ РЕБЕНКА? ЧТО В ВОСПИТАНИИ ЗАВИСИТ ОТ ВАС, ПЕДАГОГА, И ЧТО  - ОТ ДРУГИХ ВОСПИТАТЕЛЕЙ?

    Иногда слишком прямолинейные и категорические утверждения о каком-то единственно главном факторе воспитания дезориентируют молодого учителя, потому что в воспитательном процессе все важно, все имеет свое значение.

    Ребенка, которого мы начали воспитывать, формировать я бы сравнил с глыбой мрамора, к которой одновременно пришли со своими резцами несколько скульпторов и задались целью изваять скульптуру, одухотворить ее, воплотить в ней человеческий идеал. Кто же эти скульпторы, сколько их?

    В процессе воспитания человеческой личности принимают участие многие силы и среди них, во-первых, семья, а в семье наиболее тонкий и мудрый ваятель — мать; во-вторых, личность педагога со всеми его духовными богатствами и ценностями, с мудростью, знаниями, умениями, увлечениями, жизненным опытом, интеллектуальными, эстетическими, творческими потребностями, интересами, стремлениями; в-третьих, коллектив (детский, подростковый, юношеский) со всей его могучей силой воспитательного воздействия па каждую личность; в-четвертых, сама личность воспитанника (самовоспитание); в-пятых, духовная жизнь воспитанника в мире интеллектуальных, эстетических и моральных ценностей — я имею в виду, прежде всего,  книгу; в-шестых, совершенно непредвиденные ваятели (подросток, с которым ваш питомец подружил на улице; родственник или близкий знакомый, приехавший на неделю в гости и пленивший маленького человека на всю жизнь радиотехникой или мечтой о звездных мирах).

    Если бы все эти скульпторы-воспитатели всегда действовали как хорошо слаженный симфонический оркестр, как легко решались бы многие проблемы, из-за которых часто скрещиваются и ломаются педагогические мечи и копья.

    Вы переступили порог школы, решили посвятить свою жизнь воспитанию человека. Помните, что вы по только живое хранилище знаний. Но только специалист, который умеет передать интеллектуальные богатства человечества молодому поколению, зажечь в ого дуто огонек пытливости, любви к знаниям. Вы — один из скульпторов, создающих человека будущего. И скульптор особенный, но похожий на других. Воспитание — творение Человека — это ваша профессия. Общество на вас смотрит как на мастера-ваятеля, от которого в огромной мере зависит будущее нашей страны. Помните, что каждая ваша ошибка может обернуться уродством человеческой личности, болью души, страданиями. Вы, творец человека, своим мастерством, умением, искусством должны давать пример другим ваятелям. Для того, чтобы человек, которого мы творим в советской школе, стал венцом нравственного, интеллектуального, эстетического совершенства, необходима согласованность действий всех скульпторов, имеющих доступ к «мраморной глыбе», необходима гармония творения Человека, Кто же должен стать чутким, мудрым, опытным, осторожным и смелым дирижером этой гармонии? Педагог.

    Я не работал бы ни одного дня в школе, не писал бы этой книги, если бы не верил в большие возможности науки о воспитании Человека.. Вы должны быть светочем  научно -педагогического знания, его свет должен озарять работу других мастеров-скульпторов, творящих человека.

    52. КАК ГОТОВИТЬ МАТЬ И ОТЦА К  ШКОЛЪНО-СЕМЕЙНОМУ  ВОСПИТАНИЮ  ИХ  ДЕТЕЙ

    Из практики своей многолетней работы мы пришли к выводу, что, не заботясь о педагогической культуре родителей, невозможно решить ни одной задачи обучения и воспитания. Родительская педагогика, т. е. элементарный круг знаний матери и отца о том, как существо, родившееся от человека, становится человеком,— это фундамент, основа всей педагогической теории и практики. В кабинете материнской педагогики на видном место у нас написаны слова Н.И. Пирогова: «Пусть женщины поймут, что они, ухаживая за колыбелью ребенка, учреждая игры его детства, научая его уста лепетать, делаются главными зодчими общества. Краеугольный камень кладется их руками». В этих словах выражена основная идейная устремленность всей нашей работы с родителями.

    Учите родителей воспитанию как самому благородному, человечному, возвышенному творчеству, как выполнению высокого общественного долга.

    Классные руководители никогда не строят лекций и бесед в плане «проработки» родителей, допускающих ошибки и просчеты и воспитании. Советую и  - вам, мой  юный друг, не делать этого. В жизни отдельных семей еще  бывают отрицательные явления, но если вы начнете «выворачивать души», выставлять на всеобщее обозрение человеческую беду (а неумение воспитывать — это, прежде всего беда), к вам будут приходить все меньше и меньше родителей, вы оттолкнете их от школы и, что особенно опасно, они на все махнут рукой: что бы я ни делал — хорошим отцом не стану, у других родителей дети хорошие, моим же суждено быть плохими. Никогда не забывайте, что, начиная говорить с родителями об их детях, вы как бы заставляете их посмотреть в зеркало. Как же отнесется к вашим словам человек, если вы скажете ему: смотрите, какой вы уродливый. Когда приходится на миру говорить о плохом, мы не называем фамилий родителей, допустивших ошибку, оплошность.

    Каждая семья имеет что-то, свойственное только ей. Поэтому индивидуальные беседы с матерью и отцом — беседы без детей — входят органической составной частью в работу нашей педагогической школы. Я специально подчеркнул слова  - беседы без детей. В хороших семьях добро и согласие, взаимные уважение, любовь и уступчивость родителей являются главной силой воспитательного воздействия, но дети и не подозревают, что их воспитывает как раз то, что в семье все хорошо.

    53. КАК   ДОБИТЬСЯ,   ЧТОБЫ   СЛОВО   ВОСПИТАТЕЛЯ ДОХОДИЛО   ДО   СЕРДЦА   ВОСПИТАННИКА

    Речь идет, мой юный друг, о самых тонких резцах мастеров-скульпторов — матери и отца, об искуснейших их движениях.

    Если в семье ребенок не получил эмоционального воспитания, он не может познавать мир и воспринимать слово воспитателя сердцем.

    Корень зла — в невоспитанности чувств. Если вы, мой юный друг, стремитесь к тому, чтобы ваши будущие питомцы чутко прислушивались к каждому вашему слову, чувствовали слово — заботьтесь о богатстве эмоциональных отношений в семье. Сердечное одиночество так же опасно для нравственности, как отсутствие человеческого окружения для мысли. Заботьтесь о том, чтобы ребенок был с кем-то связан узами взаимного долга, взаимного влечения, уважения, заботы. Нравственность вашего будущего питомца в большой мере зависит от того, отдает ли он кому-то частицу своей души или «живет замкнуто и собственном мире, своими узкими заботами и своими ограниченными интересами. Индивидуализм начинается с невоспитанности чувств.

    Побывайте в семье своего будущего питомца.

    Заботясь о воспитании в дошкольные годы благородных чувств, не допускайте, чтобы к ребенку применялись физические меры воздействия. Нет ничего вреднее и зловещее, чем «сильные», волевые средства. Ремешок и подзатыльник, вместо умного, ласкового, доброго слова — это ржавый топор вместо хрупкого, нежного, острого резца скульптора. Физические наказания являются насилием не только над телом, но и над духом человека; ремешок делает бесчувственными не только спину, но и сердце, чувства. Тот, кто привык дома к ремешку и подзатыльнику, в школе глух к доброму слову.

    Научите родителей воспитывать детей в труде с пяти, с четырех лет.

    54. КАК ДОБИТЬСЯ, ЧТОБЫ ОТЕЦ И МАТЬ КАК ВОСПИТАТЕЛИ ВЫСТУПАЛИ В ЕДИНСТВЕ

    Мы должны заботиться, чтобы у матери и отца было единое представление о том, кого они вместе со школой воспитывают, а отсюда и о единстве их требований, прежде всего — к самим себе. Добиться того, чтобы отец и мать как воспитатели выступали в единстве — это значит научить мудрости материнской и отцовской любви, гармонии доброты  и  строгости, ласки и требовательности. С большим тактом, не прикасаясь к личному, зачастую болезненному, мы стремимся предотвратить ошибки родителей в этой самой тонкой сфере духовной жизни. Там, где нет мудрости родительской педагогики, любовь матери и отца уродует детей. Мы на конкретных примерах показываем, какой большей вред приносит детям любовь умиления, любовь деспотическая, любовь откупа.  

    55. КАКОЙ   ЖЕ   ДОЛЖНА   БЫТЬ   ШКОЛА ВОСПИТАНИЯ   ЧУВСТВ

    Учить ребенка видеть, понимать, чувствовать сердцем людей,— это, пожалуй, наиболее тонко благоухающий цветок в саду, имя которому — воспитание чувств. Наша любовь к детям должна быть такой, чтобы у ребенка пробуждалась чуткость сердца к окружающему миру, ко всему, что создает человек, что служит человеку, и, конечно, прежде всего, к самому человеку. Я твердо убежден, что воспитание человеческого благородства в детском сердце начинается с очеловечивания его отношения к людям, с одухотворения этого отношения чистым, возвышенным чувством уважения к человеку и, прежде всего,  уважения к матери и отцу.

    56. ЧТО   ДЕЛАТЬ,   ЧТОБЫ   ДЕТЯМ ХОТЕЛОСЬ ХОРОШО   УЧИТЬСЯ

    Я твердо убежден, что самым сильным, самым могучим стимулом, побуждающим ребенка к сознательному, усидчивому умственному труду, является очеловечивание его умственного труда, облагораживание его желанием принести радость дорогим родным людям  -  маме, папе. Сердечный, отзывчивый  ребенок чувствует зло там, где, казалось бы, с первого взгляда, и нет дурного поступка.

    Если вы хотите, чтобы ребенку хотелось хорошо учиться,  и этим он стремился приносить радость матери и отцу, берегите, лелейте, развивайте у него чувство гордости труженика. Это значит, что ребенок должен видеть, переживать свои успехи в учении. Не допускайте, чтобы дитя переживало безысходную горечь отставания, какой-то своей неполноценности. Оптимизм, вера ребенка в свои силы — это та прочная нить, которая связывает школу и семью; это магнит, притягивающий мать и отца к школе. Разрушено оптимистическое мировосприятие ребенка — значит, между школой и семьей воздвигнута каменная стена.

    57.  КАК   УГЛУБЛЯТЬ   ВОСПИТАТЕЛЬНУЮ   РАБОТУ С   РОДИТЕЛЯМИ   ПО   МЕРЕ   РОСТА   И   РАЗВИТИЯ   РЕБЕНКА

    В связи с этим большое внимание мы уделяем еще одной очень важной педагогической идее — самовоспитанию детей, подростков, юношей и девушек, которое невозможно без семьи и без книги. Мы добиваемся того, чтобы формирующийся человек умел пользоваться свободным временем, ценить его, вдумчиво наполняя деятельностью, необходимой для развития духовных потребностей.

    Нравственное лицо человека в большой мере зависит от того, где источники радости, которую он переживает в детстве.

    58. КАК СОВМЕСТНО С СЕМЬЕЙ РУКОВОДИТЬ ДЕТСКИМ ТРУДОМ

    Я еще раз подчеркиваю исключительную важность того, чтобы детский, подростковый, юношеский труд включался в экономическую, материальную жизнь семьи, был в ней органической необходимостью, чтобы мать и отец рассматривали его как святой долг детей. Если этого нет, никакие педагогические ухищрения школы не дадут абсолютно никаких результатов. Если детский труд семье не нужен, если родители сами, бывает и так, из кожи лезут, чтобы облегчить жизнь детей, освободив их от труда, никакие недельные, двухнедельные, месячные практикумы, организуемые школой, не станут для детей трудом, они останутся игрой и только игрой — правда, надоедливой и тягостной, от которой хочется поскорее освободиться. Воспитательную силу труд обретает лишь тогда, когда он становится экономической необходимостью. Если это есть, тогда и все остальное, как говорится, приложится: и учение становится трудом, и то, что отец заболел и не может работать, вызывает у подростка настоящие, взрослые раздумья.

    Народная педагогика знает, что ребенку посильно и что непосильно. Потому что в ней органически сочетается жизненная мудрость с материнской и отцовской любовью. Народная педагогика не боится того, что труд приносит усталость, она знает, что труд невозможен без пота и мозолей.

    Народная педагогика, знающая волшебную силу труда, открыла перед нами новые источники воспитательной мудрости, неведомые в книжной педагогической теории. Мы убедились, что только благодаря труду, в котором есть и пот, и мозоли, и усталость, человеческое сердце становится чутким, нежным. Благодаря труду человек обретает способность познавать окружающий мир сердцем. Ребенок-труженик, подросток-труженик видит людей совсем не так, как тот, кто не знает настоящего труда.

    59. КАК   ТРУДОМ   ОБЛАГОРАЖИВАТЬ   СЕРДЦЕ, ВОСПИТЫВАТЬ   ЧЕЛОВЕЧНОСТЬ

    Отдача духовного богатства — только это и есть приобретение духовного богатства. Человеческие отношения раскрываются ярче всего в труде — когда один что-то создает для другого. Труд — понятие неисчерпаемое, потому что оно — человеческое. Труд не только там, где человек сеет хлеб или сажает дерево. Самый тонкий, самый сложный труд — когда человек приходит к человеку, видит в его глазах, читает между «строк» его слов призыв о помощи. Этот труд является высшей ступенью деятельности человеческого духа. Но чтобы достигнуть вершины, необходимо пройти ступени первоначальные — работать для материального благосостояния семьи, создавать материальные ценности, необходимые для того, чтобы человек ел, одевался, жил в благоустроенном жилище.

    60. КАК ВМЕСТЕ С РОДИТЕЛЯМИ  ВОСПИТЫВАТЬ БУДУЩИХ МАТЕРЕЙ И ОТЦОВ

    Да, только вместе с родителями. Человек, которого воспитывает школа, не только гражданин и труженик, но и будущий отец, будущая мать, воспитатель своих детей. Наш педагогический коллектив озабочен тем, чтобы предотвратить легкомысленное, несерьезное отношение к браку, любви, рождению детей, которое, к сожалению, можно еще встретить среди молодежи. Свои заботы мы разделяем с родителями. На занятиях педагогической школы мы рассказываем матерям и отцам, о том, какие задачи выдвигает перед ними жизнь в тот период, когда их дети приближаются к половой зрелости. Мы стремимся прийти к единым взглядам и убеждениям с матерями и отцами относительно того, как облагораживать половой инстинкт.

    Юношей, стоящих на пороге жизни, учите, мой юный друг, великим человеческим истинам: любовь - это, прежде всего ответственность за судьбу того человека, которого полюбил. Развратник и негодяй тот, кто в любви ищет только наслаждений. Любить - это значит, прежде всего, отдавать, отдавать любимому существу силы своей души, творить для любимого существа счастье.

    Пусть на всю жизнь запомнят ваши питомцы, что от характера отношений мужчины и женщины до брака, от того, насколько преобладает в этих отношениях духовно-психологический, морально-эстетический элемент, зависит нравственная чистота всей их жизни.

    61. КАК ВОСПИТЫВАТЬ УВАЖЕНИЕ К ЖЕНЩИНЕ  -  ДЕВУШКЕ,   МАТЕРИ

    Я говорю подросткам о женщине-матери: никогда не забывай, сын, что она — творец жизни. Она дала тебе жизнь, вскормила тебя, открыла перед тобой красоту мира и родной речи, вложила в  твое сердце первые понятия о добре и зле, чести и бесчестии. Помните, сыновья, что у матери все помыслы, заботы и тревоги — о детях, об их судьбе. Добро в сердцах и в делах детей — это ее счастье, зло — ее горе. Каждая женщина — мать или будущая мать. Она по-своему глубоко, по-своему красиво переживает свою ответственность за весь род человеческий. Материнство делает женщину красивой и мудрой. С того времени, как женщина становится матерью, ее чувства приобретают высокий, никому, кроме нее, не доступный смысл.

    62. КАКИМИ   КАЧЕСТВАМИ   НАДО   ОБЛАДАТЬ ПЕДАГОГУ   КАК  ВОСПИТАТЕЛЮ

    Пока существует школа, незыблемой истиной останутся слона К. Д. Ушинского: «В воспитании все должно основываться на личности воспитателя, потому что воспитательная сила изливается только из живого источника человеческой личности. Никакие уставы и программы, никакой искусственный организм заведения, как бы хитро он не был придуман, не может заменить личности в деле воспитания... Без личного непосредственного влияния воспитателя на воспитанника истинное воспитание, проникающее в характер, невозможно. Только личность может подействовать на развитие и определение личности, только характером можно образовать характер». «Образованный человек — человек, в котором доминирует образ человеческий» - эти замечательные слова Л. В. Луначарского заставляют нас задуматься над истинной ролью педагога. Образование человека — это не только его знания, но и вся многогранность его человеческого образа.

    По-настоящему любит свой предмет лишь тот педагог, который на уроке излагает сотую долю того, что знает. Чем богаче знания педагога, тем ярче раскрывается его личное отношение к знаниям, науке, книге, умственному труду, интеллектуальной жизни. Это интеллектуальное богатство и есть влюбленностью учителя в свой предмет, в науку, школу, педагогику.

    Учитель, любящий свой предмет, обладает одним исключительно ценным качеством. Он не только передает своим питомцам фактические знания, но и пробуждает у них мысль о знаниях.

    Педагог становится светочем знаний — и поэтому воспитателем — лишь тогда, когда у воспитанника появляется желание знать несравненно больше, чем он узнал на уроке, и это желание становится одним из главных стимулов, побуждающих воспитанника к учению, к овладению знаниями.

    Индивидуальное чтение, духовное обогащение в мире книг. Вторым очень важным огоньком мысли, благодаря которому преподаватель становится воспитателем, а ученики  - воспитанниками, является кружок.

    Хочу посоветовать вам, мой юный друг: ваши знания, ваша жажда познания, страсть к чтению - это могучий  источник воспитательной силы Вашей личности. Умейте подойти к этому источнику сами и подвести к нему своих питомцев. Будьте хозяином в своем учебном предмете.


    Предварительный просмотр:

    Чтобы пользоваться предварительным просмотром создайте себе аккаунт (учетную запись) Google и войдите в него: https://accounts.google.com


    Предварительный просмотр:

    ШКОЛА ЖИЗНИ

    Уроки Шалвы АМОНАШВИЛИ

    Улыбка моя, где ты?

    Мысли в учительской

    ИЗДАТЕЛЬСКИЙ ДОМ

    ШАЛВЫ АМОНАШВИЛИ

    Лаборатория гуманной педагогики МГПУ

    Москва

    2003

    __________________

    Кто улыбкою жизнь встречает,

    Кто с улыбкой детей пеленает,

    Кто с улыбкой проблемы решает,

    Чья улыбка, как луч мудреца,

    Тот, как солнце, все согревает,

    Тот улыбкою зло побеждает,

    Тот великую тайну знает!

    Суть улыбки — радость Творца.

    Марианна Озолиня

    1. Чем глубже познавал я детей и профессиональную жизнь учителя (а жизнь эта беспредельна), тем больше возмущали меня учебники по педагогике: в них почему-то не чувствовал я любовь и уважение к себе — к учителю — и к своим ученикам. В них я и сейчас не нахожу такого страстного призыва к утверждению прекрасного в жизни и к познанию жизни, с какой страстью устремлены к ним сами дети и я тоже вместе с ними.

    В этих учебниках — и в прежних, и в современных — я вычитываю «научные» сведения о неких высушенных традиционным авторитаризмом понятиях, приемах, принципах, методах, законах и тому подобных вещах, которые тянут меня в болото формализма и равнодушия, внешнего благополучия и показухи. Они упорно стараются склонить мое сознание и подсознание к насилию, строгостям и грубостям. И делают это от имени науки, которая не терпит ни малейшего возражения. Однако в практике многих моих коллег я вижу, какими беспомощными и необоснованными являются эти вроде бы научно доказанные и определенные дидактические и воспитательные скелеты.

    Что это за научная педагогика, думал я, которая ни слова не скажет о любви, о сердце? Такая наука стала для меня скучной.

    Раньше не раз я задавал самому себе вопрос: почему я не полюбил ни одного учебника педагогики и почему я все делаю наоборот, а не так, как велит мне наука об обучении и воспитании детей? Почему я веду себя как бы назло науке?

    Из учебников педагогики наука строго следила за моей образовательной практикой и хмурилась в знак недовольства и возмущения. Но сердце мое становилось все более непослушным, а мысли — все более невосприимчивыми к ее наказам.

    Почему так происходило, я тогда не мог объяснить.

    2. Учебники по педагогике были безжизненными и сто лет тому назад. И как ни раздвинула наука свои границы, они и сегодня такие же: хмурые, сухие, строгие, грубые, требовательные и приказные, самодовольные и авторитарные.

    Педагогическая наука, кажется мне, торжествует; торжествует она из-за того, что становится наукою, а не чем-либо другим. Она не хочет быть высочайшим из всех искусств искусством, не хочет быть мерой всех наук, мерой самой жизни, высочайшей, Божественной культурой мышления. Она считает все это ниже своего научного достоинства. И так же, как и другие науки, которые принцип материализма отбросил далеко от духовности, она любуется самой собою.

    Зачем ей любить детей и провозглашать любовь? Ни сердце, ни любовь, ни духовность не измеряются, значит, они не материальны, то есть не подвергаются научным испытаниям.

    А что есть наука? Она открывает некие законы объективной действительности, измеряет объективную реальность и для этого пользуется так называемой научной логикой, научными понятиями и методами. Законы, установленные наукою, всеобщи и обязательны для всех.

    Разве не лучше называться наукою, а не чем-то другим? И педагогическая наука тоже в поте лица открывает объективные законы объективной действительности, тоже, следуя научной логике и принципу материализма, выводит абстрактные понятия и суждения.

    В ней я и мои ученики превращаемся в некие алгебраические величины А и Б, как два велосипедиста (из учебников математики), которые спешат навстречу друг другу.

    Педагогика («Великая дидактика») есть универсальное искусство учить всех всему, говорит творец и классик педагогики Ян Амос Коменский. Педагогика не есть наука, твердит классик педагогики Константин Дмитриевич Ушинский, она есть самое величайшее искусство, которое знает человечество.

    Но вот представители «обнаучивания» педагогики скажут наивным учителям: Коменский и Ушинский являются основоположниками научной педагогики.

    Жаль, что Коменский и Ушинский не могут еще раз подтвердить свою мысль о педагогике. Еще раз пояснить всем, что педагогика превосходит все науки и что она творит уровень жизни.

    3. Я открыл для себя другую педагогическую науку — сокровенную.

    Что означает слово «наука»? Сравните его с выражением «на ухо». Наукою в древние времена назывались те сокровенные знания, которые передавались только доверенным, передавались «на ухо», то есть секретно.

    Сокровенные педагогические знания откроются каждому в той мере, в которой он устремлен к ним. Они поступят к нему через интуицию и чувствознание. Но интуиция и чувствознание требуют жертв: бескорыстной любви и преданности к детям, общения с ними на принципах равноправия, свободы и сотрудничества, устремленности к Высшему.

    И если кто открывает в себе такие сокровенные знания, будет ли он разбазаривать их, предлагать каждому встречному?

    Да и не примет их каждый встречный: кто возмутится ими, кто проявит недоверие, кто высмеет их.

    А в них ведь таятся крупицы истины?

    Вот вам сокровенное знание: «Ничего не запрещать детям, даже вредное не запрещать».

    Вы принимаете его или тут же обрушиваетесь на него градом сомнений, насмешливо улыбаетесь, строите непробиваемую стену суеверия...

    Так можно ли доверять вам «на ухо» эту науку?

    Сокровенные знания имеют особые свойства: они не вмещаются в тексты и контексты книг, а засекречиваются в глубинах подтекстов, где слова становятся бессильными вывести их наружу и дать огласке; они никак не поддаются изложению способами казенной науки, не фиксируются обычным зрением. Они постигаются только сердцем, только духовным чтением благородных педагогических книг. А такими книгами являются, в первую очередь, книги классиков педагогики. Они давно ведут с нами доверительный разговор «на ухо», но ведь надо нам научиться духовному чтению, чтобы услышать шепот из глубинных недр их учений.

    4. Сказано: «Мощь улыбка несет».

    Что нам известно о сокровенности Улыбки?

    Возьмите все учебники по педагогике, которые только будут у вас под рукою, и ищите в них слово «улыбка». Найдете его в них или нет? Берите педагогические и психологические словари и ищите в них то же самое слово. Не нашли? Я тоже искал «улыбку» в педагогических учебниках, словарях, энциклопедиях, но ее в них не обнаружил.

    Может быть, сделаем вывод о том, что Улыбка не имеет никакой педагогической ценности, ее не назовешь ни методом, ни принципом, ни закономерностью обучения и воспитания? Вот тогда и увидим «причину», почему слово, обозначающее такое психическое выражение лица, не нашло места ни в педагогических, ни в психологических источниках. Учителю улыбаться детям опрометчиво. Зачем такое слово чопорному педагогическому мышлению, когда есть слова: строгость, требовательность, проверка, контроль, управление, оценка, тестирование, объяснение, закрепление и т.п. Здесь не до улыбок.

    Но вообразите себе, что исчезли из жизни людей все улыбки, вообразите, что исчезли в Природе все цветы...

    Во что превратится эта жизнь, какой станет Природа?

    Мы изгоняем из школы улыбки?

    Мы стесняемся улыбок?

    Мы не считаем их нужными?

    Мы считаем их вредными?

    Мы отучились улыбаться?

    Тогда нужно немедленно закрыть школы, чтобы они не распространяли вокруг себя омертвение!

    Улыбка проявляет Жизнь, и какая же это будет школа, если она не признает улыбку, не насытит ею все свое пространство?

    Какая это будет педагогическая наука, для которой улыбка не есть сущностное понятие?

    Улыбка очеловечивает Жизнь, несет в ней Свет.

    Без учительской улыбки гаснет в жизни учеников свет радости познания, тает любовь и устремление.

    Учитель без улыбки — чужой человек среди учеников.

    5. Вся Вселенная, вся Жизнь на Земле — одна животворящая Улыбка и Радость.

    Улыбается Космос — Вечностью и Беспредельностью.

    Улыбается Небо — Звездами и Радугами.

    Улыбается Солнце — Лучами и Светом.

    Улыбается Земля — Жизнью Великой.

    Улыбается Жизнь — Восхождением и Утверждением.

    Улыбается Христос — Призывом и Благословением.

    Улыбается Поле — Цветами и Благоуханием.

    Улыбается Человек — Верою и Созиданием.

    Улыбается Ребенок — Настоящему и Будущему.

    Кто улыбается, тот живет.

    Кто не улыбается, тот сохнет.

    Улыбка — знак качества улучшения бытия.

    Должна же улыбаться Школа, держательница Жизни?

    Улыбка Школы — Учитель.

    Улыбка Учителя — его Сердце.

    6. Ребенок улыбается еще до рождения, находясь в утробе матери.

    А когда родится, засеките время: в точно назначенные сроки он улыбнется, и это будет его Первая Улыбка, которую мы сможем увидеть, если не будем сводить с него глаз.

    Она возникнет у него в уголке рта. Он может спать в это время, может смотреть в глубь пространства (видит кого-то?), неважно, но он обязательно улыбнется в назначенное время, не раньше, не позже. Все младенцы знают этот назначенный срок улыбки. Может быть, посылают улыбку звездам?

    Улыбка эта блаженная и Божественная, самая прекрасная из всех человеческих улыбок. И сияет она на лице младенца всего несколько мгновений. А потом забирает он Первую Улыбку свою обратно вовнутрь, как источник всех остальных улыбок, которые засияют на его лице в дальнейшем, в течение долгих лет жизни.

    Кто Матерь Улыбки? И кому была предназначена Первая Улыбка?

    Скажут: кто же еще Матерь Улыбки — Природа, конечно!

    Но нет. Природа только способствует проявлению улыбки, она всего только проводник улыбки. А рождает ее душа ребенка, душа улыбается.

    Но кому улыбается ребенок — не себе же самому?

    И солнце светит не для себя, а для кого-то и чего-то.

    И цветы растут не для себя, а для других.

    И дождик льется не для себя, а для других.

    Все, что существует на Небе и на Земле для других, есть Улыбка, есть проявление Улыбки.

    Улыбка существует только для других. И если человек скажет, что может улыбаться самому себе, отвечу: не может, ибо в это же самое время он улыбается самому себе как другому.

    Но кому посылает младенец свою Первую Улыбку — тайна.

    Мы можем догадаться — кому: улыбается он своей блаженной и Божественной Первой Улыбкой тому, кто его послал. Душа посылает знак благополучного приземления своему Небесному Покровителю.

    Однако та же самая Первая Улыбка может быть предназначена и нам, людям, которые приняли посланного. Это так же, как улыбается вестник, пришедший к нам в дом с неожиданной доброй вестью.

    7. Догадки наши не рассеивают таинство Первой Улыбки младенца, она остается загадкой. И пока она есть загадка, пока наука не в состоянии ее разгадать, воспользуюсь случаем и сотворю миф о происхождении Улыбки.

    Вот мой миф.

    Это было давно, очень, очень давно, когда люди еще не умели улыбаться...

    Да, было такое время.

    Жили они грустно и уныло. Мир был для них черно-серым. Блеск и величие Солнца они не замечали, звездным небом не восторгались, не знали счастья любви.

    В эту незапамятную эпоху один добрый ангел на Небесах решил спуститься на Землю, то есть воплотиться в тело, то есть родиться и испытать земную жизнь.

    «Но с чем я приду к людям?» — задумался он.

    Ему не хотелось прийти к людям в гости без подарка.

    И тогда он обратился к Отцу за помощью.

    — Подари людям вот это, — сказал ему Отец и протянул маленькую искру, она светилась всеми цветами радуги.

    — Что это? — удивился добрый ангел.

    — Это Улыбка, — ответил Отец. — Положи ее себе в сердце и принесешь людям в дар.

    — И что она им даст? — спросил добрый ангел.

    — Она принесет им особую энергию жизни. Если люди овладеют ею, то найдут путь, по которому утверждаются достижения духа.

    Добрый ангел вложил удивительную искру в сердце свое.

    — Люди поймут, что рождены друг для друга, откроют в себе любовь, увидят красоту. Только им нужно быть осторожными с энергией любви, ибо...

    И в это самое мгновение добрый ангел спустился с Небес на Землю, то есть воплотился в тело, то есть родился, и он не дослушал последние слова Отца...

    Новорожденный заплакал. Но не потому, что испугался темной пещеры, угрюмых и еле различимых лиц людей, с недоумением глазевших на него. Заплакал он от обиды, что не успел дослушать: почему людям надо быть осторожными с Улыбкой. Он не знал, как быть: подарить людям принесенную для них Улыбку или утаить ее от них.

    И решил: извлек из сердца лучик искры и посадил его в уголке своего ротика. «Вот вам подарок, люди, берите!» — мысленно сообщил он им.

    Мгновенно пещеру осветил чарующий свет. Это была его Первая Улыбка, а угрюмые люди увидели Улыбку впервые. Они испугались и закрыли глаза. Только угрюмая мама не смогла оторвать глаз от необычного явления, сердце ее зашевелилось, а на лице отразилось это очарование. Ей стало хорошо.

    Люди открыли глаза, их взгляд приковала к себе улыбающаяся женщина.

    Тогда младенец улыбнулся всем еще, еще, еще.

    Люди то закрывали глаза, не выдерживая сильного сияния, то открывали. Но наконец привыкли и тоже попытались подражать младенцу.

    Всем стало хорошо от необычного чувства в сердце. Улыбка стерла с их лиц угрюмость. Глаза засветились любовью, и весь мир для них с этого мгновения стал красочным: цветы, Солнце, звезды вызвали в них чувство красоты, удивления, восхищения.

    Добрый ангел, который жил в теле земного младенца, мысленно передал людям название своего необычного подарка, но им показалось, что слово «улыбка» придумали они сами.

    Младенец был счастлив, что принес людям такой чудодейственный подарок. Но иногда он грустил и плакал. Маме казалось, что он голодный, и она спешила дать ему грудь. А он плакал, потому что не успел дослушать слово Отца и передать людям предупреждение, какую им нужно проявить осторожность с энергией Улыбки.

    Так пришла к людям Улыбка.

    Она передалась и нам, людям настоящей эпохи.

    И мы оставим эту энергию последующим поколениям.

    Но пришло ли к нам знание: как нам нужно относиться к энергии Улыбки? Улыбка мощь несет. Но как применять эту мощь только во благо, а не во зло?

    Может быть, мы уже нарушаем некий важнейший закон этой энергии? Скажем, улыбаемся фальшиво, улыбаемся равнодушно,

    улыбаемся насмешливо, улыбаемся злорадно. Значит, вредим самим себе и другим!

    Нам нужно немедля разгадать эту загадку, или же придется ждать, пока не спустится с Небес наш добрый ангел, несущий полную весть об энергии Улыбки.

    Лишь бы не было поздно.

    8. «Улыбайтесь собственному Я! Улыбайтесь каждому! Улыбайтесь детям! Улыбайтесь Пославшему вас!» — скажу я.

    Но кто-то возразит мне: «А если не хочется мне улыбаться, нет настроения, все же улыбаться?»

    Другой добавит: «Глупо держать рожу постоянно улыбающейся!»

    Третий оборвет меня: «Имеет же человек характер, в который не вписывается улыбка!»

    Найдется и четвертый, который поставит условие: «Будет хорошая жизнь — буду улыбаться!»

    Так скажут те, кто не знает, что улыбка есть дар духа; она идет от сердца, и все улыбки, которые не от сердца, то от лукавого. Они не знают еще и о том, что улыбка, которая от сердца, преобразует жизнь, делает ее красивой. Не жизнь питает улыбку, а улыбка питает жизнь.

    Однако пусть не улыбается тот, кто не хочет улыбаться, кто обижен на жизнь, у кого характер такой — без улыбки, для кого улыбка — неестественная гримаса на лице.

    Только нужно попросить их: не выбирайте, пожалуйста, педагогическую профессию, дети не любят учителей и воспитателей, которые не умеют и не хотят им улыбаться искренне. Педагог, лишенный улыбки, может только навредить своим воспитанникам.

    9. Летят шесть космонавтов в космическом корабле «Салют-7». И вдруг видят: перед ними возникло большое оранжевое облако неизвестного происхождения. Пока космонавты гадали, что же это может быть, а наземные службы анализировали полученное со станции сообщение, корабль вошел в облако. На какое-то мгновение показалось, что облако проникло внутрь корабля, а оранжевое свечение окружило каждого космонавта, ослепляя и лишая их возможности видеть происходящее. Зрение вернулось сразу, и космонавты кинулись к иллюминаторам. Что же они увидели? Отчетливо увидели семь гигантских фигур, которые летели за ними. И никто не подумал усомниться: их сопровождали Небесные Ангелы — с огромными крыльями и ослепительным ореолом вокруг голов. Но космонавтов удивило совсем другое: выражение их лиц — они смотрели на людей и улыбались им. «Они улыбались. Это была не улыбка приветствия, а улыбка восторга и радости. Мы так не улыбаемся», — рассказывали зачарованные космонавты. Потом ангелы исчезли, а в душе у космонавтов осталось ощущение необъяснимой утраты. Это случилось в декабре 1985 года.

    Вы знали об этом?

    Я узнал об этом факте совсем недавно.

    10. Что такое Улыбка? Как она пре-Образ-овывает вашу и мою, нашу личную или общественную жизнь?

    Вот что я думаю по поводу этих вопросов.

    Улыбка есть особая духовная сила, которая проходит через сердце и проявляется внешне как выражение лица, излучающее внутренний свет и тепло. Улыбками выявляются, передаются и посылаются другим наши отношения, чувства, мысли. И так как истинная Улыбка идет только от доброго сердца, то все, что ею выражается, служит поддержке, поощрению, вдохновению, успокоению тех, к кому она обращена.

    Улыбка, как и мысль, есть детище духа; качество ее, как и качество мысли, исходит от сердца. Улыбка, наполненная благими чувствами, вдохновляет людей на благие деяния.

    Что может сотворить энергия Улыбки?

    Вот на что она способна:

    — поднимает настроение тому, кто улыбается, и тому, кому улыбается;

    — закрепляет устремленность к благу в том, кто улыбается, и в том, кому он улыбается;

    — иначе говоря, облагораживает того, кто улыбается, и того, кому он улыбается;

    — усиливает доверие людей друг к другу, способствует возникновению и закреплению духовной общности;

    — помогает зарождению и усилению в людях веры, надежды, любви;

    — зовет и ведет людей по пути сотрудничества, облагораживает их общность;

    — служит целебной эманацией;

    — гармонизирует характер людей, делает их более терпеливыми и уступчивыми;

    — облегчает и сокращает путь сближения людей, служит взаимопониманию;

    — служит накоплению даров духа;

    — гасит злобу, вражду, неприязнь, ненависть;

    — делает жизнь людей красивой, радостной. Так улыбка несет мощь.

    11. Сказал однажды Бог: «Сделаю так, чтобы все люди Земли улыбнулись одновременно. Может быть, поймут они тогда, какую энергию жизни Я им подарил!»

    И сделал Он так: все люди Земли, все-все исключительно, вдруг воззрели на Небо и, не ведая почему, послали сердечные улыбки в Беспредельность.

    В тот же миг по всей планете зазвучала Музыка Сфер, раскрылось Небо и каждый воочию узрел Царство Небесное.

    Последовало изумление, восхищение и страх людей.

    «Оооо!» — разнеслось в пространстве.

    И сразу все прошло: Музыка Сфер прекратилась, и Небо закрылось.

    «Что это было?!» — недоумевали люди, но не находили ответа.

    Никто не связывал чуда, свидетелем которого стал, с улыбкою, которую направил в Беспредельность. Они искали ответ далеко-далеко от себя, но не в себе, в своей искренней улыбке.

    Только младенец, который тоже улыбнулся вместе со всеми и узрел чудо, собрал все свои будущие дарования и мысленно воскликнул: «Моя улыбка мощь несет, она открыла Небо!» Младенец залепетал, но мама не обратила на него никакого внимания.

    Но что было бы, если она даже услышала бы, о чем глаголил младенец?

    Впрочем, все знают давным-давно, что устами младенца глаголет истина, но взрослые младенцам не верят, потому что им не понятна и не нужна истина.

    Хоть бы быстрее подросли младенцы и не забыли о своих истинах!

    12. Улыбка есть духовное даяние. Она связана с духовной щедростью и самопожерствованием. Может быть, тебе самому плохо, но улыбнись другому, чтобы ему было лучше. Это есть жертвенная улыбка.

    Вспоминаю свою маму. Я со своей семьей жил отдельно, был поглощен своей любимой работой и лишь время от времени навещал ее. Она встречала меня бодро и весело, расспрашивала о моих делах, кормила вкусными блюдами. А когда я собирался уходить, задерживала меня у дверей и спрашивала: «Когда еще придешь?» Потом ее уложили в больницу, это было для меня неожиданностью. Она знала, что ей оставалось жить всего несколько дней. Я присел к ней на кровать. Она взяла мою руку в свои худые руки и ласково улыбнулась мне. И я увидел улыбку сердца, полную любви. Потом она ушла из жизни, и тогда только я узнал от близких нам людей, что когда я приходил навещать ее, она по крупицам собирала в себе все оставшиеся силы, вставала с постели, встречала и угощала меня, улыбалась и старалась выглядеть бодро. Делала все, чтобы я не догадался о ее болезни, что, по ее мнению, могло помешать мне экспериментировать и защищать идеи гуманной педагогики.

    Жертвенная улыбка моей матери стала опорой моего внутреннего духовно-нравственного мира.

    Улыбка эта несет мне мощь и умножает мои духовные даяния.

    13. Улыбка есть духовное даяние, и потому она не может не быть: искренней, сердечной, доброй, спокойной, теплой, светлой. Она исходит от сердца и пропитана любовью. Все это есть качества Улыбки.

    Улыбка есть знак, через который выражаются разные спектры отношений и передается человеку мощь того спектра, в котором в данный момент он нуждается больше всего.

    Вот какими могут быть спектры Улыбки:

    — дружеская улыбка,

    — приветливая улыбка,

    — улыбка сорадости,

    — улыбка ободрения,

    — ласковая улыбка,

    — улыбка одобрения,

    — улыбка согласия,

    — улыбка единения,

    — улыбка понимания,

    — улыбка восхищения,

    — улыбка успокоения,

    — улыбка сожаления,

    — улыбка сочувствия,

    — улыбка сострадания.

    14. Есть улыбка проявленная и улыбка непроявленная или внутренняя.

    Непроявленную улыбку можно сравнить с внутренней речью. Внутренняя речь создает в человеке речевое состояние, откуда могут выделяться, оформляться мысли, а потом произноситься (озвучиваться) или записываться, т.е. внутренняя речь преобразуется во внешнюю.

    Но эти мысли могут так и остаться невысказанными, скрытыми.

    Так же, как речевое состояние, ядром которого является внутренняя речь, я полагаю, что в человеке существует состояние улыбки, основой которого является внутренняя Улыбка. Она пропитывает весь характер человека, его духовно-нравственный мир. Внутренняя Улыбка может быть проявлена в виде того или иного спектра, но может остаться непроявленной, но и в таком состоянии руководить поступками человека, окрашивать его дела и отношения к людям соответствующими спектрами.

    О человеке, который внутренне переполнен Улыбкою, то есть находится в постоянном состоянии улыбки (так же, как находится он в постоянном состоянии внутренней речи — осознанной или неосознанной), можно сказать, что он и есть Улыбка, он живет, как Улыбка. Жизнь его искрится улыбками — проявленными и не-проявленными, человек излучает благотворную энергию, которою могут пользоваться многие, кому он улыбается или кто окажется в его поле излучений. Нам хорошо быть рядом с таким человеком.

    Непроявленная улыбка — это та, которая не отразилась на лице человека, но внутри его духовного мира она оформилась как образ благодеяния, образ любви, как образ устремленности. Непроявленная улыбка, как и проявленная, конкретна, то есть обращена на кого-то или на что-то. Человек улыбается в душе кому-то, кто, может быть, не находится рядом. Улыбка посылается, и она так же, как посланная мысль, достигает цели.

    Проявленная же улыбка — это та, которая отражается на лице: губы чуть раскрываются, лицо, глаза испускают свет и сияние.

    Если искать цветовую гамму улыбки, то, по всей вероятности, обнаружим необычное, Божественное сочетание красок, которое в каждом конкретном случае меняется. Если сравнить улыбку с цветком, тоже надо вообразить множество нежных полевых цветов, которые без навязчивости дарят вам радость, успокоение, способствуют отдохновению, лечат. Улыбка — радуга души.

    Улыбка, как и мысль, не повторяется, она только разовая, единственная не только по своему внутреннему сочетанию чувств, но и по своему внешнему проявлению. Внешний облик улыбки творит внутренняя ее сущность.

    Улыбка так же, как мысль, беззвучна. Она не есть смех, который звучит, гудит, потрясает пространство, его можно услышать на расстоянии. Хочу сразу же добавить еще о самом важном отличии улыбки от смеха: человек смеется для своего удовольствия, так же как ест, пьет, но улыбается для другого. Смех не несет в себе жертвенности.

    Улыбку можно только чувствовать и замечать. Замечать можно ее очертания на лице человека и ее сияние. Точнее сказать, мы видим и замечаем не саму улыбку, а ее материализованное проявление. Саму же улыбку можем воспринимать чувствами. Улыбка есть сгусток чувств с особым сочетанием, потому ее могут «видеть», принимать чувства. Внешняя же улыбка есть форма, указующая на излучающую энергию изнутри человека.

    Человек с духовным состоянием улыбки — это земное солнышко. Такие люди нас согревают, защищают, воодушевляют. Они воспринимаются нами как обаятельные, добрые, чуткие и близкие. Каждый из нас тоже солнышко, если в сердце теплится улыбка для других.

    15. Хочу повториться в связи со сравнением улыбки со смехом.

    Хотя смех есть своего рода производное от радости, и хотя улыбку со смехом то и дело ставят на одном уровне, тем не менее природа каждого из них резко отличается друг от друга. Если судить по их внешнему проявлению, то может показаться, что улыбка вроде бы прелюдия смеха: человек улыбается и тут же начинает смеяться. Но эта улыбка, которая может предварять смех, только внешне похожа на улыбку. По сути же своей она атрибутика смеха и служит той же цели, что и смех.

    Истинная Улыбка несет другим дары духа, она духовна.

    Именно эта дарственность отсутствует в смехе. Люди смеются, но в каждом случае и каждый в отдельности смеется только для себя, для своего эмоционального удовольствия. Своим смехом, даже заразительным, человек не намеревается послать другому энергию добра, радости и сочувствия. Своим смехом человек заряжает сам себя.

    Ну, конечно, должен быть источник смеха — тот, который смешит других своим остроумием, даром юмориста, умением рассказывать смешные истории, в том числе — анекдоты. Но тот, кто смешит, тоже не восполнен высшим устремлением. Можно смеяться по разным причинам, но для другого, ради другого человек смеяться не будет.

    Смех вызывает в нас хорошее настроение, иногда даже бережет наше здоровье и лечит болезни (назовем это смехотерапией). Но мой смех не направит на других мою энергию сочувствия. И если все же смех будет направлен на другого, то это будет скорее злобная энергия, энергия злорадства — высмеивать, насмехаться, брать на смех (то есть унижать человека).

    16. Улыбка несет в себе свое Божественное Начало. Все Божественное должно служить Божественному: возвышенному, духовному, благому, доброму. Таково предназначение Улыбки. Говорят же: «Божественная Улыбка», «Ангельская Улыбка».

    Однако низменные чувства и устремления людей породили суррогаты и антиподы Улыбки. Истинная Улыбка несет только благо, а нести другим зло она не умеет, не может и не будет. Суррогаты же ее несут, целенаправленно посылают именно злобную, отрицательную энергию. Вот они, эти суррогаты:

    — притворная улыбка,

    — фальшивая улыбка,

    — злорадная улыбка,

    — равнодушная улыбка,

    — снисходительная улыбка,

    — ехидная улыбка,

    — предательская улыбка,

    — лукавая улыбка,

    — ироническая улыбка,

    — насмешливая улыбка,

    — улыбка вожделения,

    — подлая улыбка,

    — самодовольная улыбка,

    — сатанинская улыбка.

    17. Собрал прокаженный хворост и прямо на площади разжег костер.

    — Что ты делаешь? — спросили собравшиеся, стоя поодаль от прокаженного.

    — Жгу свою проказу! — ответил он.

    Взял с земли колючую ветку, отломал одну колючку и бросил в костер.

    — Превращайся в пепел, моя улыбка злобы!

    Потом отломал он вторую колючку и тоже бросил в костер.

    — Превращайся в пепел, моя улыбка подлости!

    Так отламывал он колючки, бросал в огонь и приговаривал:

    — Превращайся в пепел, моя улыбка ненависти!

    — Превращайся в пепел, моя улыбка зависти!

    — Превращайся в пепел, моя предательская улыбка!

    Сжег он свои улыбки хамства, равнодушия, злорадства, вожделения.

    Из глаз прокаженного лились потоки слез. Наконец, бросив в костер последнюю колючку, воззрел к Небу и торжественно и с великой мольбою произнес:

    — Боже, верни мне Улыбку Сердца!

    И с этими словами сам бросился в костер.

    — Оооо... — с ужасом воскликнули собравшиеся.

    Спустя мгновение над пылающими языками пламени возвысился прекрасный юноша с сияющей Сердечной Улыбкой.

    — Смотрите, Бог очистил меня! — произнес он торжественно, — Огонь примет и ваши пороки. Очиститесь, кто хочет!

    Кто хочет?

    Улыбки, которые сжигал прокаженный, можно назвать улыбками тьмы. Всякий, кто победит в себе улыбки тьмы, достоин таких же почестей, как тот, кто идет к людям с Улыбкою Подвига.

    18. Мощь улыбка несет.

    Пламя Улыбки всемогуще. Она может испепелить улыбки тьмы, воскресить жизнь в человеке. Но мощь пламени моей и вашей улыбки зависит не от самих наших улыбок, а от наших благих устремлений.

    Мощь пламени Улыбки несут:

    — Улыбка Подвига,

    — Улыбка Преданности,

    — Улыбка Единения,

    — Улыбка Сотрудничества,

    — Улыбка Решимости,

    — Улыбка Самопожертвования,

    — Улыбка Помощи,

    — Улыбка Созидания,

    — Улыбка Спасения.

    Улыбки эти прекрасны, величественны, торжественны. Улыбки эти сияющие. В них высшая энергия Света. Светлая Улыбка бережет планету Земля. Наша Светлая Улыбка созидает Космос.

    19. Где-то вычитал я одну прекрасную историю, не помню автора, за что извиняюсь перед ним.

    История такая.

    Семья проводила выходной день на пляже. Дети купались в море и строили замки на песке.

    Вдруг вдалеке показалась маленькая старушка. Ее седые волосы развевались по ветру, одежда была грязной и оборванной. Она что-то бормотала про себя, подбирая с песка какие-то предметы и перекладывая их в сумку.

    Родители подозвали детей и велели держаться подальше от странной старушки. Когда она проходила мимо, то и дело нагибаясь, чтобы что-то поднять, она улыбнулась семье, но никто не ответил ей.

    Много недель спустя они узнали, что эта маленькая старушка постоянно подбирала с пляжа осколки стекла, которыми дети могли порезать себе ноги.

    20. Улыбка есть Особая Мудрость.

    Овладеть этой мудростью означает не просто жить на Земле, но жить по-особому. Человек, открывший в себе мудрость Улыбки, будет идти в жизни верхними путями, по узким тропинкам, по направлению Узких Ворот.

    Нужны примеры?

    Пример жизни Матери Терезы.

    Она прожила жизнь Божественной Улыбки и сама стала Великой Улыбкою, образом ее мудрости. Она улыбалась не только тем, кого спасала, но она объяла и обмыла Великою Улыбкою своего сердца и души всю Планету, все человечество с его прошлыми, настоящими и будущими поколениями. Она оставила каждому из нас свет и мощь своей Улыбки. Нам нужно только уметь принять Улыбку Матери Терезы.

    Есть дар — одаривать людей улыбкою. Но нужен дар — принимать улыбку.

    Образ Великой Улыбки Матери Терезы — многим поколениям на многие века. Улыбка ее как Солнце: она не гаснет.

    Что такое мудрость Улыбки?

    Можем познать эту мудрость на живом примере Мудрости Улыбки Матери Терезы.

    Как улыбаться нам людям, нуждающимся в нашей улыбке? Так же, как Мать Тереза.

    Как улыбнулась бы она голодному, которого нужно накормить?

    Как Иисусу Христу.

    Как улыбнулась бы она жаждущему, которого нужно напоить?

    Как Иисусу Христу.

    Как улыбнулась бы она бездомному, которого надо приютить?

    Как Иисусу Христу.

    Как она улыбнулась бы одинокому и брошенному?

    Как Иисусу Христу.

    А нежеланному?

    Прокаженному?

    Душевнобольному?

    Прохожему?

    Заключенному?

    Слепому?

    Неверующему?

    Как она улыбнулась бы проститутке, которую нужно спасти и пристроить в жизни?

    А человеку с зачерствевшим сердцем?

    Алчному на золото?

    А упивающемуся властью?

    Как она улыбнулась бы самому Иисусу Христу?

    Мать Тереза улыбнулась бы каждому из них так же, как Иисусу Христу.

    В этом Особая Мудрость Улыбки.

    Каждого человека, каждое явление жизни Мать Тереза принимала как самого Иисуса Христа. Она спасала людей от чумы, от бедствий, протягивала руку помощи утопающим в пороках человеческих, улыбаясь им Улыбкою Подвига, Улыбкою Преданности, Улыбкою Сострадания, Улыбкою Самопожертвования, Улыбкою Веры, Надежды, Любви, Света и, вообще, Улыбкою Самого Иисуса Христа.

    А как улыбнулась бы она мне — простому учителю школы?

    Как она могла улыбнуться, если не было у нее другой улыбки, кроме Улыбки Иисуса Христа!

    Я принимаю эту Улыбку с благоговением, и мое сердце восполняется энергией Творца. Я горжусь, что я учитель; принимаю эту Улыбку и спешу к детям. Они сегодня больше всего нуждаются в Улыбке своего учителя.

    И улыбнусь я им Улыбкою Иисуса Христа.

    21. Седая учительница, в очках, с кипой тетрадей для контрольных под мышкой, рассеянная, стояла между двух сосен и мучительно рассматривала каждую пядь земли.

    Так делала она каждый день с тех пор, как впервые пошла в школу, и по пути, который пролегал через этот лес из двух сосен, вдруг почувствовала, что потеряла что-то очень важное. Она так и не поняла, что именно. Но сердце подсказывало: без него в школе ей будет трудно.

    Вот и на этот раз приостановилась она по пути в школу и продолжила свои поиски.

    Ученик, тоже идущий в школу вслед за учительницей, приостановился. Он и раньше замечал свою учительницу, что-то ищущую на корточках между соснами.

    Прежде он не осмеливался подойти к ней, но теперь рискнул.

    — Что вы делаете? — робко спросил он.

    — Ищу! — хмуро ответила учительница, не взглянув на него.

    — Что вы ищете?

    — А тебе какое дело? — возмутилась учительница. — Иди в школу!

    — Давно потеряли? — опять робко спросил ученик.

    — Давно, давно, как стала учителем! А теперь иди и не мешай мне! — приказала она ему.

    Но ученик не ушел.

    — Вы уверены, что потеряли именно здесь? Учительница была на грани взрыва.

    — Да, да, в этом лесу, где же еще я могла потерять? — разозлилась она, как будто ученик был виноват в ее беде.

    — Хотите, помогу? — осторожно предложил ученик.

    — Как ты поможешь, когда сама не знаю, что ищу! — гневно обратилась она к мальчику.

    Ей захотелось заплакать от досады.

    — Почему? — не унимался ученик. — То, что вы ищете, должно быть, уже в землю ушло!

    Он присел у первой сосны, пальцами выгреб яму и достал оттуда маленький ларчик.

    — Вы это искали? — и он протянул ларчик учительнице. Учительница с изумлением уставилась на необычный ларчик.

    — Может быть... — пробормотала она растерянно. Мельком взглянула она на улыбающегося ученика. «Должно

    быть, он мой ученик, хочет угодить мне, хитрец!» — подумала она.

    Она открыла ларчик и вынула из него обрывок древнейшего пергамента. На нем были записаны некие таинственные знаки. Учительница призвала все свои познания в языках и наконец на санскритском вычитала слова. С недоумением перечитала их несколько раз.

    — А что там написано?.. Оно секретное?.. Очень, очень важное для вас? — спрашивал ученик. Но учительница так погрузилась в разгадку смысла слов, что забыла об ученике. Она даже не заметила, как ученик собирал разбросанные на земле тетради для контрольных.

    Лицо учительницы постепенно менялось. Ученику показалось, что она становилась красивой и доброй.

    «Говорю тебе на ухо, ибо открываю тайну: Мощь Улыбка несет».

    Она повторяла эти слова в душе, в сердце, в уме...

    И, наконец, ее осенило.

    Она улыбнулась. Улыбнулась так, как улыбается поэт своему озарению перед сотворением шедевра.

    Ученик, заметив сияние улыбки на лице учительницы, радостно воскликнул:

    — Я же всем говорил, что она умеет улыбаться, но мне никто не верил... Теперь-то поверят! — и с этой радостной вестью побежал к друзьям.

    Вслед за ним поспешила учительница, неся на лице Улыбку Просветления. Слезы радости, как жемчужины, окрашивали ее Улыбку.

    «Пришла ко мне Мудрость Улыбки, и начнется сегодня моя истинно учительская жизнь!» Шагала она с этими мыслями и не замечала, что ногами своими топтала тетради для контрольных, которые выпадали из рук бежавшего впереди ученика. Они выстраивались в тропинку, ведущую к школе.

    22. Мощь Улыбка несет. Она есть Особая Мудрость.

    В Улыбке мощь и мудрость учителя.

    Скажут: Это же мелочь — Педагогическая Улыбка — по сравнению с современными мощными средствами обучения!

    Отвечаю: А если Улыбка дарит ребенку более мощный импульс жизни, чем все принципы, методы и компьютеры вместе, это мелочь?

    Скажут: Ведь от характера и настроения учителя зависит, улыбнется он детям или не улыбнется!

    Отвечаю: От учителя зависит создание своей личности, потому он учитель!

    Скажут: Но нельзя же заставить учителя улыбаться ученикам?

    Отвечаю: А кто заставлял его быть учителем?

    Скажут: Как проверим мощь и мудрость улыбки?

    Отвечаю: Постойте у порога школы, посчитайте, сколько улыбок принесут с собой дети и сколько потом унесут.

    Скажут: Нам легче без улыбок.

    Отвечаю...

    Нет, не отвечаю. От потухшего сознания надо отойти.

    23. Мощь Улыбка несет.

    Говорят мыслители: В глубине моря соль, но только работа течения проявляет ее.

    Пишут мыслители: Яйцо соловья несет в эмбрионе певца, но песнь зазвучит после действия жизни.

    Скажу от себя: В каждом ребенке Образ Творца, но нужен Творцу соработник, который проявит этот Образ.

    Разве яйцо соловья может само создать себе сущностно-сообразные условия, чтобы выявить и высвободить из себя певца?

    Так и ребенок: он не в состоянии создать вокруг себя сущно-стносообразные условия, чтобы выявить и раскрыть свой Образ. Нужны соработники Творца — родители, учителя, воспитатели, уже взрослые люди. Ребенок может быть воспитан только воспитателем, который сам уже воспитан. Без воспитателя ребенок человеком не станет, ибо воспитывать сам себя не в состоянии. Ребенок и рядом взрослый — это фундаментальная основа сущностно-сообразности в Образ-овании. Отдайте младенца волкам, и они сделают его волком.

    Ребенок привязан к взрослому.

    Но взрослые бывают разные: добрые и злые, сердечные и бессердечные, хорошие и плохие, улыбающиеся и неулыбающиеся.

    Если взрослый одаривает ребенка педагогическими улыбками любви и понимания и вместе с ними устремляется ввысь, то тем самым помогает ему раскрыть, выявить и развить свой Божественный Образ.

    Но что будет, если вместо таких улыбок ребенок окажется в лавине их антиподов?

    Я знаю, что будет.

    Вы видели, как град уничтожает виноградники?

    Я видел.

    Вот что будет: погибнет урожай, не будет проявления Образа.

    Суррогат творит суррогат.

    Улыбка делает ребенка восприимчивым к Свету.

    Грубость препятствует принятию Света.

    24. Улыбка есть Особая Мудрость.

    Воспитание строится по Закону Неповторимости: каждый человек может быть Образован только один раз.

    Детство не дается повторно, чтобы можно было начать все с нуля, избрать другую идею Образования в противовес той, которая не оправдала наши надежды. Идти путем проб и ошибок с целью поиска лучших педагогических достижений опасно тем, что если будут допущены ошибки, то их уже не стереть с помощью других проб. Упущение в развитии личности ребенка какой-либо «мелочи» может завершиться печально и даже трагично. Искажение пути раскрытия Образа отдаляет ребенка от своего назначения в жизни.

    Как же быть?

    Нам пока неизвестна та Абсолютная Педагогика, с помощью которой мы смогли бы полностью защитить в детях их судьбу. Такая педагогика пока лишь счастливое стечение обстоятельств, что случается не часто, и законы ее нам неизвестны. Травка пробивается через бетон, но всегда ли так и любое ли семя травки получит условия под бетоном?

    Мы знаем источники, откуда можем черпать наиболее верные педагогические подходы, но надо уметь черпать их. Такими источниками являются: чувство ответственности перед Творцом за Образование ребенка, чувствознание, интуиция, Мудрость Веков, устремленность, укрепленная верою и любовью.

    Мудрость опровергает насилие в Образовании, как разрушительную силу.

    Мудрость утверждает Улыбку как созидательную силу Образования.

    25. Улыбка есть Особая Мудрость.

    Но Мудрость не в том, чтобы улыбка не сходила с лица педагога. А в том, чтобы сердцем почувствовать, кому, когда и какой улыбкой улыбнуться, чтобы энергия Улыбки ребенком была принята.

    Улыбка, проявленная в момент истины, может сотворить чудо в воспитании.

    Педагогическая Улыбка как духовное состояние учителя, как качество его духа, сопровождает его постоянно, он наращивает в себе ее мощь, он сам становится Улыбкою и распространяет вокруг себя эманацию добра и надежды. Это состояние есть его самое важное достояние, в нем обилие даров его духа. И улавливая тонкие моменты истины или творя их, учитель из своего внутреннего мира излучает нужного спектра улыбку. А ученик в этот момент переживает радость, облегчение, успех, успокоение, то, что именно сейчас ему нужно было.

    26. Улыбка моя, где ты?

    Нужно спасти меня — учителя.

    Я — носитель Света, но люди прячутся от Света. Они привыкли к тусклому мерцанию тьмы. Потому подули они на языки пламени моей свечи, и держу в руках свечку, на кончике которой с трудом колышется маленький язычок. Погаснут они, и наступит полная тьма. Люди принуждают меня, учителя, чтобы учил я их детей не тому, зачем свечка нужна, как ее зажечь и почему ее нельзя гасить, а тому, каков химический состав воска, его молекулярное строение, и как из него можно сделать свечку. Они не хотят, чтобы я учил их детей, почему пчела дарит человеку мед, а Богу — воск и почему язычок пламени свечки устремлен ввысь.

    27. Улыбка моя, где ты? Я теряю зрение.

    Я учитель Культуры, а Культура есть почитание Света. Но, к великому сожалению, постепенно люди стали называть культурою все, что ублажает их низменные чувства. Они требуют от меня, их учителя, чтобы я учил их детей не почитанию Света, а вооружил их знаниями счета и развил в них ловкость выгодно продавать все, что называется «культурой». Тускнеет вокруг все, и я вот-вот тоже уверую, что тьма и есть Свет и ее нужно почитать.

    28. Улыбка моя, где ты? Мне душно.

    Я — учитель Жизни, которая пламенеет от искр Мудрости Веков и от Мысли о Будущем. Но люди приостановили свою жизнь, им не нужна Мудрость Веков, и избавились они от Мысли о Будущем. Они принуждают меня, учителя Жизни, чтобы я учил их детей не тому, как идти в жизни верхними путями, как преобразовывать Жизнь, а тому, как приспосабливаться и прижиться в разлагающемся теле.

    29. Улыбка моя, где ты? Вот-вот оглохну.

    Я — учитель мысли о Высших Мирах, о Вечности, Беспредельности и Бессмертии.

    Но люди не желают думать о Высших Мирах и о Беспредельности. Высший Мир начинается для них в чувстве собственности, а мгновение ока принимают они за Бессмертие. Они принуждают меня, учителя Высших Миров, дать их детям знания о том, как можно взорвать и Высший Мир, и Мир Земной, чтобы восхититься грохотом разрушения, непомерностью жертвы и бедствий, и возгордиться своим всемогуществом на Земле и в Космосе.

    30. Улыбка моя, где ты? Обессилен я.

    Кто препятствует мне восполниться тобою и в любви и красоте принимать новых стучащихся в мир? Я — учитель Блага и могу зажечь сердца юных пламенем подвига на благо людей. Но люди перестали верить во благо и подвиг. Каждый стремится преуспеть, возвыситься над другими. Они принуждают меня, учителя Блага, чтобы научил я их детей вожделению над другими и развивал в них самость.

    31. Улыбка моя, где ты? Сохну я.

    Я — учитель сердца.

    Но какая-то низменная сила принуждает меня, чтобы я сжег в сердце своем и стер с лица своего твои истоки, твое тепло, твое обаяние, твою жизнедательную силу. Черствеет моя душа, превращаюсь я в мумию и пугало. И чтобы дети не убегали от меня, держу их силою власти. Мое лицо кривится, как молния, мой голос гудит, как гром, моя педагогика превращается в стихийное бедствие. И горе мне, что люди не требуют от меня возвращения к своим истокам Света.

    32. Улыбка моя, где ты? Еще не поздно.

    Раз Небо посылает детей, значит, есть Надежда.

    Надо собрать в себе всю Волю. Пусть Воля станет Богом во мне.

    Я решаюсь на подвиг, решаюсь прожить свою учительскую жизнь героем.

    Наперекор всему я возрождаю тебя — Улыбка моя — в сердце моем.

    Ломаю преграды моему сознанию, сметаю условности.

    Я посажу на своем педагогическом поле тысячу, миллион улыбок радужных цветов и устрою на нем праздник всем детям.

    Дети, скажу я им, узнаете меня? Я же ваш учитель! Вернул себе улыбку и обновился.

    У меня приготовлены для вас Книга Жизни и Голубиный Язык.

    Присядьте на мое чудесное поле. Хочу научить вас жить Мыслью о Будущем.

    33. Я - УЧИТЕЛЬ

    Я — Любовь и Преданность,

    Вера и Терпение. Я — Радость и Сорадость, Страдание и Сострадание.

    Я — Истина и Сердце,

    Совесть и Благородство. Я — Ищущий и Дарящий, Нищий и Богатый.

    Я — Учитель и Ученик,

    Воспитатель и Воспитанник. Я — Прокладывающий Путь и Художник Жизни.

    Я — Убежище Детства

    и Колыбель Человечества. Я — Улыбка Будущего и Факел Сущего.

    Я — Учитель от Бога

    и Соработник у Бога.

    34. Я — учитель, и потому мне нужна улыбка не простая, скажем, добродушная или вежливая. Мне нужны особые улыбки: и такие же разные, как дети, и такие же разные, как смена настроений каждого. Мне надо улыбнуться ребенку улыбкою, которая нужна только ему и только сейчас.

    Молюсь тебе, сердце мое, дай мудрость постигать моменты истины в жизни детей!

    Зову тебя, сознание мое, расширься до Беспредельности, углубись до Бесконечности и дай мне заглянуть в те уголки души детей, где мое присутствие необходимо!

    Лишь так я смогу улыбнуться каждому ребенку улыбкою, сотканной только для него.

    Говорят мыслители: «Что лучше омоет дух, нежели мысли о благе других?»

    Крепко держитесь, сердце мое и сознание мое, за благие мысли о детях. Дети нуждаются в них, а я — учитель — рожден для детей. В них нуждаюсь и я, чтобы лучше омыть и очистить дух свой.

    Сказано: «Что же лучше закалит дух бронею твердости, нежели желание провести других к Свету?»

    Помоги, сознание мое, сердцу моему устремить желание мое вести детей к Свету и тем самым закалять дух своей бронею твердости.

    Сказано еще: «Что же лучшую улыбку соткет, нежели сознание видеть самого последнего ребенка смеющимся?»

    Так пошли, сознание мое, гонцов мысли в беспредельный Космос и наберись Вселенской Мудрости Образования, ибо не хватает нам земной педагогики, чтобы соткать лучшую улыбку для звонкого, радостного смеха всех исключительно детей Земли.

    Я мечтаю о счастье владения самой лучшей учительской улыбкой.

    35. Мальчик мой, тебе трудно понять этот интеграл? Но в чем твоя трудность?

    Может быть, он не нравится тебе тем, что не совсем красиво выглядит?

    Но говорят же, что наука прекрасна!

    Если тебе не понравился интеграл и потому неохота его освоить, то давай ради меня, ради твоего учителя, овладей им, чтобы я был оправдан в труде своем.

    Ради меня, мальчик! А я ради тебя чего только не сделаю!

    Вот тебе моя улыбка просьбы. Помоги мне на этот раз, а потом буду искать более прекрасные педагогические наряды другим интегралам, чтобы понравились они тебе и чтобы исчезла трудность из-за досадного интеграла.

    36. Девочка моя, глаза твои выдают тебя, как напугал тебя мой интеграл.

    Нет, не сам интеграл, он тут не при чем, а образ твоего учителя, который не покидает тебя при размышлении над интегралом. Думаешь, если не справишься с ним, я начну ругать тебя, назову тупицей, скажу, что нельзя сто раз объяснять одно и то же? Думаешь, воспользуюсь случаем и подставлю подножку?

    Значит, причина твоих затруднений не в интеграле, а во мне, в моем образе, укоренившемся в тебе. Он путает твои мысли, разгоняет твою догадливость, искажает действительность, сулит тебе неприятности, так ведь?

    Прости меня, пожалуйста, я не хочу жить в тебе в образе вероломного и коварного. Да, я ошибался, думая, что только жесткость моих оценок и отметок сделает тебя человеком. Я звал твоих родителей и отчитывал их, говорил, что у них дочка отстающая, малоразвитая, и думал, что так надо.

    Но я изменился, я меняюсь, я каюсь, я извиняюсь перед тобой.

    Смотри мне в лицо, чувствуешь мою улыбку сердца? Она пока слабая у меня, но сердце мое ткет ее только для тебя и зовет тебя на помощь. Я дарю тебе свою улыбку, буду дарить ее при каждой встрече, а когда не будем видеться, буду посылать ее в мыслях своих. В ней моя преданность к тебе. Я буду дарить ее тебе, чтобы сменить в твоем сознании образ вероломного учителя на образ преданного тебе друга.

    В самом деле, что мне эти оценки и отметки, когда есть ты, Бесконечность всех чисел? Я не позволю им омрачать нашу дружбу. А интеграл объясню тебе еще и еще раз, терпеливо, с верою и улыбкой.

    Поверь только, что я уже не тот учитель, который...

    И давай помиримся, обменяемся улыбками вечной дружбы.

    37. Мальчик, что ты творишь с моим интегралом? Говоришь, что он пустяк и смешит тебя?

    Моя улыбка удивления и восхищения готовит твоему таланту армию новых сложных, сложнейших интегралов. Но знаю, они боятся тебя, боятся даже самые-самые сложные интегралы, ибо ты превращаешь их в своих рабов. Стало быть, это о тебе говорят мыслители: «Улыбка знания опрокидывает шлюзы намеренных заграждений».

    Но чтобы рабы твои не столько демонстрировали торжество рабовладельца, сколько его устремленность направить всю армию интегралов на утверждение блага, я непрерывно буду омывать твое сердце улыбкою благородства.

    38. Ребята!

    Каждое утро мы улыбаемся наступающему дню с мыслью о Будущем.

    Улыбаемся друг другу дружескими и добрыми улыбками.

    Улыбаемся Уроку улыбкою радости познания и продвижения.

    Мы растим в себе Улыбку Воли, Улыбку Устремления к Высшему, Улыбку Подвига, Улыбку Творчества5

    Мы знаем, что улыбки не есть простые безделушки, которые приукрашивают темные стороны нашего каждодневного быта, тени нашего внутреннего мира. Они не есть подарки, от которых не знаешь как избавиться.

    Улыбки есть вечная связь людей, их мощь и крепость.

    Они есть наше биение сердца на благо ближних, на благо общества.

    Улыбки — крылья духа.

    Как же может измениться наша жизнь и мир вокруг нас, если улыбок в мире и жизни станет в сто раз больше, в тысячу, в миллион раз больше, чем сейчас?

    На небе зажгутся новые звезды, ибо каждая звезда — улыбка человека.

    Исчезнут страдания и болезни.

    Люди будут жить долго — двести лет, триста лет, может быть, тысячу лет.

    Они научатся летать.

    Люди меньше потратят слов, научатся думать и говорить улыбками.

    Испепелятся зло и ненависть, испепелятся пороки людей.

    Люди станут более красивыми и обаятельными.

    Руки их будут делать вещи как улыбки.

    Воздух, пропитанный людскими улыбками, станет ласкающим.

    Каждый раскроет в себе свою Божественность.

    Глаза наши узрят Царство Небесное.

    Улыбайтесь, дети!

    Только вы можете умножить улыбки и приблизить всеобщее счастье.

    39. Не хотите ли припомнить случай из вашей жизни, связанный с улыбкой?

    Начнем с меня? Хорошо.

    С детства живет во мне Улыбка, которая стала моим добрым путеводителем, амулетом и воспитателем.

    Улыбку эту я получил по почте, в треугольном письме.

    Улыбка была написана на сером клочке бумаги.

    Прислал ее мне отец с фронта, куда он ушел воевать с фашистами.

    Было это в хмурое декабрьское утро 1942 года, и было мне тогда десять лет.

    Вокруг были холод, голод, нищета, страх и война.

    Отец написал мне всего несколько слов, видимо, спешил.

    «Я верю в тебя, сынок, я люблю тебя», — и все.

    Это было его последнее письмо, я получил его, когда отца уже не было в живых, он погиб на фронте.

    Я часто представляю себе, как он улыбался и писал эти слова, которые превратились в Улыбку.

    Улыбка веры и любви отца с тех пор живет во мне.

    Она защищает меня от злобы и зависти.

    Она не позволяет мне стать злобным и завистливым.

    Вот какая Улыбка отца, присланная с фронта, живет во мне.

    Улыбка эта стала моим наставником.

    40. Дорогие коллеги!

    Зачем мы обсуждаем на нашем педсовете никому не нужные готовые вопросы, когда не хватает жизненной эманации?

    Мы задыхаемся, мы душим сами себя, душим наших учеников.

    С каждым днем в школе становится все меньше и меньше наших улыбок. Мы вот-вот совсем отучимся улыбаться.

    Мы умные люди, и нам нетрудно понять, что может произойти в Образовательном пространстве, когда погаснут последние улыбки.

    Пусть скажет нам учитель физики, что станет с нашей планетой и нами, если так же погаснет сила земного притяжения, как это происходит с улыбками в школе.

    Пусть скажет учитель биологии, что случится с нашим организмом, если клетки откажутся заниматься обменом веществ, как мы отказываемся улыбаться нашим детям.

    Школа без учительских улыбок превращается в душегубку.

    Дети увядают без них, как увядают цветы без живительной влаги и без солнечных лучей.

    Нас больше заботят пробелы в их знаниях, возмущает их дерзость. Читаем им проповеди, наказываем, ставим двойки, вызываем родителей. И крутится эта разболтанная педагогика угроз и грубостей из поколения в поколение учителей.

    Коллеги, мы задыхаемся, не замечаете?

    Задыхаются наши ученики!

    Задыхаемся и задыхаются, потому что мы нарушили экологию Образовательного пространства. Оно не терпит грубости, издевательств, оскорблений, запугиваний, насмешек, раздражения, нетерпения, окриков, лавины запретов и пустых наставлений. Все это направлено против детей, не во благо, а во вред им.

    Как плохо звучит: против детей, против наших учеников.

    Образовательное пространство — это Храм Бога, оно святое.

    Каждый знает, что в Храме кричать, грубить, насмехаться нельзя.

    И каждый знает, что в Храме надо улыбку сердца и души Творцу послать, надо улыбнуться в душе всем Светлым Ангелам. Надо войти в Него с полной чашей сердечной любви.

    Образовательное пространство тоже Храм, да-да, Храм, Храм!

    Здесь должно произойти таинство: раскрытие в ребенке Образа, который заключил в нем Творец. А таинство это свершаем мы — учителя, ибо мы — «соработники у Бога». А свершается таинство только с любовью — прекрасной, сердечной, духовной, жертвенной любовью.

    Эта любовь и рождает своих помощников — улыбки, такие же прекрасные, чуткие, нежные, преданные, жертвенные, как она сама.

    Коллеги!

    В Храме ставят свечки.

    Как величествен, таинствен Храм, когда там горят свечи, сотни, тысячи. Одни догорают, другие зажигаются.

    Улыбки наши тоже свечи, которые никогда не должны гаснуть в Храме Образования. Пламя наших улыбок может сжечь дотла всю педагогику темных сил. Улыбка мощь несет. Она способна превращать пасмурную погоду в солнечную.

    Коллеги!

    Не будет никакого обновления жизни школы, если каждый из нас не обновит душу свою.

    Закон отдачи торжествует: отдавшие должны получать.

    Дети взрослеют, и мы получим.

    Что мы получим?

    41. — Ты опять без домашнего задания?

    — Я же вам объяснил...

    — Уходи из класса... Пусть придет отец!

    — Я же вам объяснил...

    — Убирайся из класса!

    — Я же вам сказал...

    — Ты оглох?.. Мало того, что ты глухой, ты еще и кретин... Убирайся, слышишь?

    — Зачем грубите мне?.. Я же сказал вам...

    — Говори это своей девчонке... Вон из класса...

    Парню было стыдно взглянуть в сторону своей девушки, которую походя облили грязью. Он злобно посмотрел на свою учительницу родной литературы, плюнул ей в лицо и выбежал из класса.

    Надо догнать его, надо остановить!

    Вы дежурный учитель?

    Помогите, пожалуйста, мальчику, который мчится по коридору, ему плохо, его оскорбили, задели за самое больное, живое. Он в отчаянии. Проявите человечность, сострадание, хотя бы вежливость.

    — А ну-ка стой! — кричит вслед убегающему дежурный учитель. — Стой, кому говорят!

    А почему так грубо, дежурный?

    Бегите за ним, проявите вашу сердечность. Он — будущая слава школы. Три дня не выходил из своей домашней лаборатории, смастерил новый прибор, проводил опыты.

    Он у порога нового открытия! Ну, дежурный, спасите его!

    — Дурак! — кричит дежурный учитель.

    Из класса выбегает любимая девушка, вся красная, и хочет догнать парня.

    Дежурный, не останавливайте ее, пусть догонит, пусть поговорят они, может быть, она и есть спасение!

    Дежурный заграждает путь девушке.

    — В чем дело? Пошли к директору!

    И девушка не может высвободиться из крепких рук дежурного учителя.

    А парень бежит по улице.

    Тогда хоть вы, уважаемые прохожие, хотя бы кто-нибудь среди вас заметит душевное смятение парня? Он оскорблен до глубины души, учительница родной литературы оскорбила его! Видите, бежит он, как невменяемый. Остановите его, спросите что-нибудь, отвлеките его внимание на несколько минут.

    — Вот дебил, ходить по улице не умеет, такой верзила! — злобно шипит на парня прохожий.

    Парень вбегает в аптеку.

    Милая женщина в белом халате, вас, кажется называют провизором, но вы ведь еще и человек! Теперь вся надежда на вас! Не выписывайте ему чек, скажите, что у вас нет таких таблеток и что их нельзя достать ни в одной аптеке города. Посмотрите ему в глаза, вы же вроде врача, и вы поймете, зачем ему нужны ваши таблетки в таком количестве.

    — Пять упаковок! — говорит она, подавая аккуратно упакованный заказ. Ей поручено продавать все, что только покупают, а не людей спасать.

    Мальчик вбегает в подъезд своего дома.

    Сосед, хорошо, что спускаетесь по лестнице! Видите, мальчик возвращается домой не вовремя. Он вам в сыновья годится. Взгляните на него, в нем роковая решимость.

    Теперь уже вы тот единственный, кто может защитить его от отчаянного шага.

    Да, он странный, но ведь никогда никого из соседей не обижал, не грубил.

    Когда-нибудь ваш дом прославится тем, что он жил здесь.

    Видите, как он бежит вверх по лестнице, задел вас и даже не извинился. Такого еще никогда не бывало. Позже вы узнаете, как оскорбила его учительница родной литературы, понимаете, родной литературы! Потом вы вместе со всеми соседями будете возмущаться, и вы вспомните, что он как-то неестественно выглядел в тот день.

    Но сейчас, в эту минуту, вы можете спасти его. Бегите за ним, не оставляйте его одного!

    — Ослеп, что ли? — бормочет недовольный сосед. — С ума что ли сошел?

    Он открывает дверь своей квартиры.

    Карандашом пишет на клочке бумаги: «Прости меня, мама, но я не могу так жить дальше», — и оставляет записку на столе.

    Хоть бы кто-нибудь позвонил сейчас по телефону... Конечно, этого не сделает учительница родной литературы. Она злобно вытерла с лица плевок, бросила убегающей за парнем девушке: «И эта туда же!» — и объявила всем: «Это им так не пройдет... Я им еще покажу!»

    Не будет звонить и дежурный учитель. Выгнали парня? Значит, так надо! Учительница родной литературы опытный педагог, со стажем. Не ошибется. Он крепко держит девушку и силою пытается отвести ее к директору. Наконец девушка вырывается и бежит догнать любимого. Хоть бы она успела, закричала, что она здесь и любит его.

    Никто не звонит, никто не стучит, никто не зовет.

    Парень входит в свою крохотную лабораторию, которую он так любит и где проводит бессонные ночи. Так он провел и последние три ночи, забыв все на свете, и любимую девушку тоже.

    Он улыбнулся своему прибору, который спустя несколько лет будет назван его именем. Скажут еще, что мальчик из девятого класса был на грани удивительного открытия.

    Он сел в кресло.

    Разом проглотил горсть таблеток.

    Скоро ушел в небытие.

    Ушел насовсем.

    42. Улыбка понимания! Зачем покинула ты учительницу родной литературы, оставя ее один на один с накопившейся злостью?

    И ты, улыбка сочувствия! Трудно ли было тебе сделать человечнее огрубевшее сердце дежурного учителя?

    О, ты, Великая Улыбка!

    Говорит статистика казенным языком: «в среднем».

    В среднем каждые сутки кончают жизнь самоубийством 17 школьников из-за проблем с учителями и родителями.

    В среднем каждые сутки убегают из детских домов несколько сотен детей из-за грубого и жестокого обращения с ними педагогов.

    В среднем каждые сутки убегают из семьи более тысячи подростков из-за агрессии родных людей против своих же детей.

    В среднем каждые сутки...

    О, ты, Великая Улыбка!

    Дай нам, учителям Великой Страны, учителям всей планеты Земля энергию и свет жизни, которые ты несешь в себе. Помоги нам оставлять перед входом в школу все суетное, сиюминутное, всю тяжесть нашей повседневной жизни... Вдохнови нас на подвиг против педагогической тьмы, чтобы восторжествовала Педагогика Света!

    43. Завуч, милый!

    Чем вы так озабочены, что не замечаете мою приветливую улыбку?

    Я ведь иду на урок, а ваша ответная улыбка поощрения окрылила бы мое творчество. Пожалуйста, замедлите шаг, улыбнитесь мне, пожмите руку и пожелайте удачи. Ваша улыбка сольется с моей, и я приду к детям с удвоенной энергией и радостью, приду к ним от вашего и моего имени.

    Но вы спешите по коридору с таким озабоченным видом, что все невольно сторонятся вас.

    Конечно, на вас в школе лежит огромная ответственность, у вас множество забот... Но есть ли среди них более важная забота, чем забота о том, чтобы учителя и ученики радовались встрече с вами и чтобы каждый из них брал вашу прекрасную Улыбку как заряд бодрости духа?

    Завуч, милый!..

    44. Высоко в горах было глухое селение.

    Глухое не потому, что жители глухие. А потому, что остальной мир был глухим к нему.

    Люди в селении жили как единая семья. Младшие почитали старших, мужчины почитали женщин.

    В их речи не существовало слов: обида, собственность, ненависть, горе, плач, печаль, корысть, зависть, притворство. Не знали они этих и подобных слов потому, что не было у них того, что можно было бы назвать ими. Они рождались с улыбкою, и с первого дня до последнего сияющая улыбка не сходила с их лиц.

    Мужчины были мужественными, а женщины — женственными.

    Дети помогали старшим по хозяйству, играли и веселились, высоко лазали на деревья, собирали ягоды, купались в горной речке. Взрослые учили их языку птиц, животных и растений, и дети от них узнавали очень многое. Почти все законы Природы им были известны.

    Старшие и младшие жили с Природой в гармонии.

    По вечерам все собирались у костра, посылали улыбки звездам, каждый выбирал свою звезду и разговаривал с ней. От звезд они узнавали о законах Космоса, о жизни в других мирах.

    Так было у них с незапамятных времен.

    Однажды объявился в селении человек и сказал: «Я учитель».

    Обрадовались люди прихожему. Доверили они ему своих детей в надежде, что учитель научит их более важным знаниям, чем давали им Природа и Космос.

    Только недоумевали люди: почему учитель не улыбается, как это так — его лицо без улыбки?

    Учитель приступил к обучению детей.

    Шло время, и все заметили, что дети явно менялись, скорее всего, их как будто подменяли. Они становились раздражительными, потом появилось озлобление, дети все чаще ссорились между собой, отнимали вещи друг у друга. Научились они насмешкам, кривым и лукавым улыбкам. С их лиц стиралась прежняя, обычная для всех жителей села улыбка.

    Люди не знали, хорошо это или плохо, ибо самого слова «плохо» тоже не было у них.

    Они были доверчивыми и считали, что все это и есть новые знания и умения, которые принес их детям учитель из остального мира.

    Прошло несколько лет. Дети повзрослели, и изменилась жизнь в глухом горном селении: люди захватили земли, оттеснив с них слабых, оградили их и назвали своей собственностью. Стали они недоверчивыми друг к другу. Забыли о языках птиц, животных и растений. Каждый потерял свою звезду на небе.

    Зато в домах появились телевизоры, компьютеры, сотовые телефоны, выросли гаражи для автомобилей.

    Люди потеряли свои сияющие улыбки, но усвоили грубый хохот.

    Смотрел на все это учитель который так и не научился улыбаться, и гордился: в глухом горном селении приобщил он людей к современной цивилизации...

    45. Мыслители предупреждают:

    — Насмешка — самый вредный воспитатель, только чуткость есть степень культуры.

    — Как камни на пути, слагаются насмешки и преследования в непроходимые заросли.

    — Пифагор запрещал ученикам насмешки, ибо они больше всего мешают торжественности.

    — Нужно удержаться от насмешек, как от вреднейших насекомых.

    — Никакая насмешка не минует вернуться к нам.

    — Вернейший бумеранг есть унижение ученика.

    — Насмешка роднит с побитием камнями.

    — Матерь у насмешки — подлость.

    — В Спарте находится Храм Смеха, можно многие болезни излечить в нем. По счастью, нигде нет Храма насмешки.

    — Сомнение, неверие, придирчивость, насмешка, оскорбление, унижение, мстительность, злопамятство — из одной темной семьи.

    — Мы никогда не советуем притворной улыбки.

    — Мало чего стоят наружные, притворные улыбки.

    — Человек, не умали кого-либо и что-либо насмешкой и оскорблением.

    46. Мыслители говорят:

    — Счастливые певцы, звучите во Славу Улыбки Создателя.

    — Улыбка нужна — плач подавляет силу духа.

    — Явленную суровую школу с улыбкою примите.

    — Солнце улыбки среди туч дает радуге блистание.

    — Улыбкой встретим опасность.

    — Умейте улыбкой открыть двери пути.

    — Умейте не замечать насмешки мужеству вашему, ибо знаете, куда идете.

    — Надо улыбку звездам послать.

    — Улыбайтесь грядущему мгновению! Утверждаясь в озарениях искр, найдите в них улыбку.

    — Удержите дурные наговоры улыбкою без раздражения.

    — Улыбкою остановите разрушение Храма.

    — Улыбка решимости — лучший проводник.

    — Улыбка знания опрокидывает шлюзы намеренных заграждений.

    — Садовник, подойди и сними улыбкой пыль с лепестка.

    — Личность становится отражением улыбки космического действия, когда она считает себя неотъемлемой частью существующего, явленного Космоса.

    — В тишине и с улыбкою и в красоте ждите новых стучащихся в мир.

    — Каждое биение сердца есть улыбка, слеза и золото.

    — Преданность есть улыбка поощрения и сочувствия.

    — Улыбайтесь молодым, ибо для них вы строите мосты и дороги.

    — Спокойствие есть улыбка радости, равнодушие — кривая усмешка.

    — Малого стоит улыбка богача, но бедняк, сохранивший улыбку, будет спутником Бога.

    47. От ученика:

    Учитель мой, улыбнись мне сейчас, пока я расту и нуждаюсь в улыбках твоих. И улыбнусь я тебе, когда стану взрослым, и ты будешь нуждаться в улыбках моих.

    Бушети

    07.09.2001



    Предварительный просмотр:

    Ш.А.Амонашвили

    Чтобы дарить Ребёнку искорку знаний,

    Учителю надо впитать море Света


    Дорогой Коллега!

    Эту книгу с любовью и трепетом я посвящаю Вам, участнику ежегодных Международных Педагогических Чтений.

    Шалва Амонашвили

    Господи!

    Помоги устремлениям моим

    Впитать в себя море Света!

    И помоги, чтобы я свершил

    Начертания Твои во мне!

    И расширь мою сущность,

    Чтобы я смог вместить в себя

    Весь дар Твой,

    Ибо он велик!

    И взыскай с меня сполна,

    Если я отступлю от пути

    Учителя Света.

    Аминь.

    Дорогие коллеги!

    Поговорим о себе – об Учителе.

    Кто мы есть?

    К чему мы призваны в это сложное время?

    К чему мы устремлены сами и хотим устремить наших учеников?

    Поговорим о том, какой нужен учитель современному детству.

    Нам нужна мудрость воспитания, а не технология воспитания. Но как мы будем открывать её в себе или из каких источников будем впитывать её?

    Нам нужно расширить наше педагогическое сознание. Но что это такое – расширенное педагогическое сознание?

    Нам нужно осознать мощь наших устремлений.

    Мощь эта очень велика. Велика до той степени, что мы должны добровольно лишить себя права распоряжаться ею как «культурные одиночки» и поспешить к единению.

    Единение всех наших личных устремлений может превратиться в ведущую Мировую Учительскую Волю – в Союз Учительских Сердец. Мировая Учительская Воля будет в состоянии освободить наше педагогическое сознание от современных рыночных заблуждений, от заблуждений авторитарной педагогики, которые угнетают нас. Она сможет противостоять злу и тьме, которые пробиваются в мире образования и стараются разрушить её основы. Мировая Педагогическая Воля способна зародить новое педагогическое мышление для воспитания нового поколения детей, которых мы сами уже называем Детьми Света.

    Но пока нет Учительской Воли в масштабе всего мира, давайте для начала сотворим её в наших школах, в наших посёлках и городах, чтобы убедиться в своей светлой мощи, и распространим её благое влияние на страну, на мир. Единение наших возвышенных устремлений есть единственный дар учительского духа, что мы можем привнести в эволюционном движении человечества. Мы в состоянии ускорить и украсить это движение, в состоянии удерживать его от отклонений.

    * * *

    Кто мы есть, дорогие коллеги?

    Не будем себя унижать.

    Если кто среди нас скажет, что он маленький человек, тем самым он унизит всех нас, всех учителей.

    Нам надо, в конце концов, осознать, что Учитель есть надобщественное явление! Учитель – направляющая сила общества, и путь, по которому он ведёт общество, черпает он не столько из внешних установок, а из весьма глубинных внутренних истоков. Оттуда идут импульсы, которые питают наше чувствознание и убеждение, нашу совесть и преданность, нашу мудрость и веру.

    Нам нужно только расширить своё сознание, чтобы дать этим направляющим импульсам, исходящим из недр духа, течь свободно, проявляться и придавать нам смелость в свершении своего предназначения. И мы тогда узнаем, что ведём поколение Света не к лавкам, где торгуют совестью и нравственностью, а к вершинам Культуры и Света. Мы не работаем, мы несём великое служение, ибо мы есть соработники у Бога.

    * * *

    Сказал мудрец: «Детям Света нужны Учителя Света».

    Однако что есть Свет – нечто абстрактное или нечто сущее?

    Свет есть явление Божественное.

    Свет есть всё, что только возвышает духовно-нравственную природу человека и человечества. Свет есть жизнь, он есть деятельность, направленная на творение Блага, на познание и утверждение Истины.

    Свет одухотворяет и облагораживает знания во имя торжества Духа и умножения Культуры.

    Свет есть осознанное стремление к сотрудничеству и единению.

    Свет есть любовь ко всему, что нас окружает, любовь к ближнему.

    Каждый из нас, дорогие коллеги, может продолжить перечисление смысла и значения Света, и ваше доброе сердце не подведёт вас.

    Наверное, вы бы дополнили: Свет есть вера, Свет есть сострадание, он есть преданность, красота и т.д., и всё это будет правильно.

    Будет также верно сказать: Свет есть борьба против тьмы, против всяких её проявлений.

    На вопрос же – где истоки Света и где хранится Свет, – мы бы пришли к единому ответу: и истоком, и накопителем Света является Человек. Свет в Человеке есть не сумма расчленённых понятий, а состояние его духа. Дух есть источник Света, он же есть накопитель Света. Человек в состоянии вместить в себя столько Света, насколько будет способна его свободная воля и насколько мощно он устремится к Нему. Человек, полный Света, будет щедро Его исторгать.

    * * *

    Придет кто-то и скажет:

    – Могу быть учителем.

    Спросите:

    – Рычать и кусать умеете?

    Если скажет: «Да!» –

    гоните, он не наш.

    Если скажет: «Нет, но могу научиться!» –

    гоните, тоже не наш.

    Если скажет: «Да, но могу отучиться!» –

    берите на испытание.

    Если скажет: «Извините, я ошибся адресом!» –

    догоните его на улице и верните. Он наш.

    * * *

    Учитель есть душа, носитель Света.

    Но сделаем оговорку: носителем Света является духовный Учитель. Восточная мудрость гласит: «Когда готов ученик, приходит Учитель». Это сказано о таком ученике, который осознал в себе значимость духовного Учителя и ищет его, не мыслит свою дальнейшую жизнь без Учителя. К такому ученику приходит Учитель. Ученик этот будет полностью доверять Учителю свою жизнь, будет без оглядки следовать за Ним, будет трепетно внимать его наставлениям. Он будет сознавать всю сложность пути ученичества и с согласием примет его.

    Но учеником духовного Учителя редко может оказаться Ребёнок, таким может быть юноша или молодой человек, прошедший отрезок жизненного пути в размышлениях о сути вещей, Природы и Вселенной, о сути Высших Сил и собственного бытия.

    Но готовы ли дети, чтобы с такой же сознательной волею искали они своих учителей и безропотно принимали на себя, принимали бы с радостью не совсем лёгкий, может быть, весьма даже тернистый путь познания? Будет ли воодушевлять наших учеников перспектива духовного роста, ожидаемая где-то вдали от сегодняшнего дня. Откажутся ли они ради такого будущего от своих, как говорят психологи, актуальных потребностей, то есть, от сегодняшних радостей и удовольствий.

    Конечно же, нет.

    Авторитаризм традиционной педагогики решает эту проблему путём принуждения. Логика здесь простая: дети сами не заходят брать на себя бремя учения; потому, ради их же блага, надо принуждать их с помощью всяких открытых и скрытых способов. И если кто-то из них будет упорствовать, будет мешать своим учителям, пусть родители заберут их из школы. Учителям нет дела до таких.

    Но мы знаем, что в такой образовательной атмосфере пострадает самое главное: проявление и утверждение личности каждого школьника. Познание для них потеряет истинный смысл; отношение к знаниям станет такое же, как отношение к товарам торговли: купить, чтобы выгодно продать.

    Мы путь такой выбирать не можем, ибо мы – Учителя Света, а знания, прошедшие через Свет, не подвергаются купле-продаже, знания служат умножению общего блага, служат ступеньками духовно-нравственного роста.

    Да, это так: ученики наши пока ещё озираются вокруг, осваиваются, их начинают манить соблазны и удовольствия земной жизни. Можем ли мы ждать того дня, когда они будут готовы для нас и поспешат к нам, или сами поспешим к ним, чтобы помочь им понять, для чего они рождены? Дети не готовы своей сознательной волей следовать процессу, который их будет образовывать. Это мы должны готовить себя и поспешить к ним. Здесь закон другой: «Если Учитель готов, к нему приведут учеников». Мы не можем сказать детям: «Вот наш Свет, мы несём его вам. Если есть в вас сознательная воля, берите, сколько можете. Если нет её, приходите, когда наберёте». Наше отношение к детям другое: нам нужно приохочивать их к познанию, а также будить и развивать в них сознательную волю, Потому мы не носители Света, а скорее, мы дарители Света.

    * * *

    Разберёмся со знаниями.

    Мы – дарители Света.

    Мы знаем, что есть Свет: Он – сама Жизнь, он весь наш духовный мир, который вмещает в себя всё познанное, познаваемое и непознаваемое. Свет есть каждый из нас и все мы вместе.

    Свет есть всё.

    А знания?

    Они часть всего этого.

    Знания нельзя отделить от Света, вне Света они опасны, ибо беспризорные знания тут же вовлекает в себя тьма.

    Что есть знания?

    Знания очерчивают пределы свободы человека и горизонты расширения его свободы. Знания налагают и права на пользование этой свободой.

    Знания есть познанная человечеством часть своих прав и дозволенной власти во всём, что его окружает и что есть в нём самом. Во внешнем мире человек открывает знания, а внутренний мир налагает на них нравственные нормы пользования ими. Знания открывают перед человеком его возможную власть во всём, но голос духа и совести призывает его к сознательному ограничению своей власти в пользу себя же самого. Здесь действует закон: «Всё мне позволительно, но не всё полезно; всё мне позволительно, но ничто не должно обладать мною» (1 Кор. 6, 12). Знания даются нам, чтобы мы пользовались ими только во благо. Мы открываем те тайны Природы и нашего внутреннего мира, которые соответствуют, с одной стороны, интеллектуальному уровню нашего развития на данном историческом этапе, с другой, созреванию нашего духовно-нравственного уровня. Но полученные знания часто попадают в руки людей, духовно-нравственный уровень которых ниже, чем мощь знаний. Делать вывод из этого несложно, а в повседневной жизни мы можем увидеть много реальностей того, как высшие знания используются во вред людям.

    Знания как незажжённые свечи: вот зажжёт человек свечу и поставит на алтарь храма человечности, чтобы светила она всем. Так знания послужат Свету. Но если он зажжёт свечу, чтобы осмотреться, что можно украсть из храма человечности, тогда знания послужат тьме.

    * * *

    Придёт кто-то и скажет:

    – Могу быть учителем, имею диплом.

    Где же дети? Дайте мне учить их!

    Могу держать их в руках.

    Умею кричать и орать,

    попирать и унижать.

    Могу пугать, угрожать.

    Могу доводить до отчаяния.

    Умею ехидничать и высмеивать.

    Буду винить и ругать всех и каждого.

    Буду во всем отказывать.

    Буду доносить родителям

    и настраивать их

    против своих же детей.

    Умею строго наказывать.

    Я бездушный, бессердечный,

    мстительный, раздражительный,

    грубиян, истеричный.

    Что еще нужно?

    Дайте учить детей...

    Скажите такому:

    – Мы не держим в школе

    бешеных собак!

    * * *

    Кто же властвует над знаниями?

    Конечно, человек.

    Тогда перед нами – учителями – возникает непреложная задача:

    воспитывать наших учеников в Свете и Светом,

    чтобы не произошла через них утечка знаний

    в область тьмы.

    Законным владельцем знаний является Свет.

    Знания охраняемы Светом.

    Знания умножают мощь Света, умножают стократно, тысячекратно, делают его непобедимым. Но украденные знания также способствуют тьме.

    Арифметический счёт есть знания.

    Но человек со Светом будет считать на благо всем.

    Человек с тьмою будет считать в пользу себя.

    Есть разница?

    Мы – Учителя Света.

    Мы – дарители Света.

    Кем же мы станем, если отделим знания от Света? То есть, будем давать знания, и пусть со Светом разберутся сами?

    Послужим тьме.

    Потеряем Свет и станем носителями знаний. Мы не сможем стать дарителями знаний, ибо дарить умеет только Свет.

    Но оглянемся, дорогие коллеги, вокруг: не много ли завелось учителей – носителей знаний, урокодателей? Это они породили в своей авторитарной речи понятия: вооружать подрастающее поколение знаниями, умениями, навыками. А вооружать духовно, нравственно, Светом не надо? Но, видимо, для авторитарного педагогического сознания это не столь важно. Важнее всего – вооружать знаниями. И вооружают, и считают, что это есть забота об учениках, это есть их подготовка к «будущей жизни».

    Вооружать!

    Вооружение учеников знаниями – плохое, вредное понятие. Оружие есть то, что разрушает жизнь. Вооружён тот, кто против кого-то.

    Знания же без Света есть мощнейшее оружие массового поражения. В нашей действительности это так и происходит: знания до той степени обслуживают тьму, что жизнь на земле доводится до грани разрушения. А войны сильных со слабыми затеваются иногда только для того, чтобы испробовать убийственную и разрушительную мощь нового оружия.

    Попытаемся отказаться от этого понятия – вооружать будущее поколение... Оно затуманивает смысл нашего служения Свету и осложняет также постижение смысла жизни нашими учениками. Наших учеников не следует вооружать знаниями, дула которых, сознательно или бессознательно, они могут направить против жизни. Лучше дарить и доверять им знания как жемчужины, которые пригодны только для украшения жизни, дарить так, чтобы творили они ими благо и красоту, облагораживали свою жизнь и жизнь других, служили Свету.

    Но надо открыть в себе педагогическую мудрость, как это сделать?

    * * *

    Спросят:

    – Как строить образование?

    Отвечайте:

    – Сначала лишите Ребёнка чувства собственности,

    потом дарите знания.

    Будет образование.

    Сначала отделите Ребёнка от злости,

    потом приближайте к знаниям.

    Будет образование.

    Сначала притупите в Ребёнке зависть,

    потом обостряйте его взор к знаниям.

    Будет образование.

    Сначала перепашите в Ребёнке самость,

    потом сейте в нём знания.

    Будет образование.

    Сначала воспитывайте Ребёнка,

    потом обучайте его.

    Будет образование.

    * * *

    Дорогие коллеги!

    Мы часто говорим о природе Ребёнка, о том, что надо учитывать психологические особенности Ребёнка при свершении наших педагогических намерений.

    Но что мы вкладывает в понятие «природа»?

    Как правило, имеем в виду те возможности, которые проявляются в Ребёнке на разных возрастных уровнях.

    Это, конечно, нужно. Но это узкое понимание природы.

    Попытаемся расширить наше понимание природы Ребёнка.

    В Ребёнке присутствует начало двух природ: природы духовной и природы материальной. Можно сказать и так: природы небесной и природы земной, или же – природы духа и природы тела. Они – разные аспекты человеческой сущности, но в земных условиях они друг без друга не существуют. Как сказано в духовных учениях, тело есть инструмент духа. Говоря иначе, дух через тело свершает задачи своей земной жизни. Таким образом, несмотря на их разность, они живут в своей целостности, они вместе составляют сущность человека, его высшую природу.

    Вот и определяется наша ещё одна непреложная задача:

    строить педагогический процесс сообразно сущности высшей природы ученика и учеников.

    Если наши устремления и творчество помогут нам и мы откроем путь для такого подхода к ученикам, то они примут дар наш, примут с желанием и радостью, хотя не без волевых напряжений, не без умственных и эмоциональных усилий. И это потому, что между нами и нашими учениками возникнет такое проникновение друг в друга, которое Василий Александрович Сухомлинский назвал духовной общностью.

    Но чтобы нам удалось достичь такой взаимности, нам нужно будет научиться постигать, понимать постоянно меняющуюся, развивающуюся сущность Ребёнка.

    * * *

    Дорогие коллеги!

    Чтобы дарить Свет, надо его иметь.

    Нам нужно иметь Свет во всей его полноте, в той полноте, какую мы в состоянии вместить в себе.

    Чтобы дарить Ребёнку искорку знаний,

    Учителю надо впитать в себя целое море Света.

    Так сказал Василий Александрович Сухомлинский.

    Здесь мы позволили себе внести одно изменение: вместо слова «дать» записали слово «дарить». Кроме того, слова «учитель», «свет», «ребёнок» написали с большой буквы, желая придать им особую значимость. Сделали это с верой, что великий педагог поймёт нас.

    Пусть мудрость Василия Александровича станет законом для нашей педагогической жизни. Итак, надо впитать море Света! Но Свет мы не купим на базаре. Его надо впитывать и умножать в себе неутомимым трудом души.

    Впитывать море Света значит:

    – Стремиться расширить своё сознание от Мира Земного до Мира Небесного – в этом поможет нам понимание Духовности.

    – Постоянно совершенствовать свои знания и опыт – в этом поможет нам Творчество.

    – Прильнуть к горным источникам педагогических знаний – в этом помогут нам Классики мировой педагогики.

    – Взращивать в себе благородство и великодушие – в этом поможет наша Свободная Воля.

    – Творить благо во всех сферах жизни – в этом поможет нам Сердце.

    – Закалять себя в самоотверженной преданности – в этом поможет нам Совесть.

    – Радоваться Жизни – в этом поможет нам осознание нашего Предназначения.

    В нас есть силы, чтобы наполниться Светом и созидать в себе Светлого Человека, светиться для учеников наших, для окружающих, для всего мира, для Вселенной.

    Свет есть источник жизни.

    Стремление к Свету поможет нам наполнить образовательный мир жизнью и вытеснить из него скуку и уныние.

    * * *

    Спросят:

     Кто вы?

    Отвечайте:

    – Дарители Света.

    Спросят:

    – В вас самом есть Свет?

    Отвечайте:

    – Мы впитываем его от каждого прохожего.

    Спросят:

    – Умеете дарить Свет?

    Отвечайте:

    – Всю жизнь будем этому учиться.

    * * *

    Дорогие коллеги!

    Не надо ли кому-либо из нас проверить, насколько желание быть Учителем искреннее и откуда оно происходит? Не случайные ли мы люди в мире образования?

    Конечно, это не та аттестация, которую чинят над нами чиновники и от которой мало толку качеству образования и оценке нашего труда. Это, скорее, самоанализ, чтобы каждый из нас в сердце своём знал – кто он есть в жизни детей.

    Есть такое чувство – желание, истоки которого нам не всегда известны.

    Было ли у вас желание – страстное, устойчивое – быть Учителем?

    Не ослабло ли оно спустя годы?

    Вы сейчас не жалеете, что стали Учителем?

    Какой же путь вы выбрали бы для себя, если бы начинали всё сначала?

    Найдите в себе ответы на эти вопросы, и многое прояснится для вас.

    Дети часто высказывают желание стать в будущем учителями.

    Но спустя годы у них отпадает это желание, и они выбирают иной путь. Другие же сохраняют желание и пробуют его в жизненном опыте. И опять: кто-то видит, что это не его сфера деятельности; а кто-то, наоборот, убеждается, что нашёл своё призвание.

    Есть и такие, которые, будучи школьниками, вовсе не желали и не собирались быть учителями, у них были другие жизненные планы. Но судьба, действуя по своим законам, привела их к своему истинному пути, и в них загорелось страстное желание – быть с детьми, жить ради и во имя детства.

    Встречаются и такие, которые вовсе не хотели быть учителями, но, не разобравшись в себе или не справившись с обстоятельствами, оказались в мире образования. Часть из них трудится честно, со всей ответственностью и пониманием долга, они полюбили детей и полюбили учительское дело. Они не могут нести служение, но работают добросовестно. Им спасибо.

    Но что сказать о тех, которые не родились для учительской жизни, не любят эту жизнь, но, тем не менее, остались в нашей среде?

    Есть желания, с которыми люди рождаются – у каждого свои. Они несут их в духе. Но есть желания, как соблазны, как иллюзии, – их провоцирует среда. Желания эти могут быть и светлыми, и тёмными.

    Желание, которое от духа, огненное и неуклонное.

    Желание – это есть основа нашей сущности, оно есть искра Божья в нас. Оно ведёт нас к пониманию и осознанию непрерывности нашей учительской жизни, к утверждению нашего жизненного пути, нашей миссии. В нём корни нашего творчества, целенаправленной любви к детям и профессии своей. Выше всего поднимается желание общего блага, желание дарить Свет и нашим ученикам, и всем детям Земли, дарить Свет Пространству. В желании нашем мы найдём силу к устремлённому продвижению. Оно разукрашено радугой наших чувств, а вера заполняет его смыслом жизни.

    Желание от духа есть вестник нашего личного будущего, оно обращено только к будущему. В нём импульсы созидания вечного будущего, которому нет конца. А само созидание будущего, творимое в настоящем, есть переживание счастья, переживание радости восхождения.

    Желание, какое бы сильное оно ни было, вовсе не обещает, что устранит всякие трудности на нашем пути, убережёт нас от поражений, промахов и ошибок. Но зато обнадёживает, что при осознании жизненного смысла наших устремлений придаст силы и мужество идти против течения.

    Желание от духа есть крылья наши, которые понесут нас навстречу будущему, куда устремим мы и наших учеников. Сказано:

    Творить можно только тогда, когда мысль осознаёт желание; чем желание осознано ярче, тем устремление творит мощнее.

    Проверим, дорогие коллеги, нашу Искру Божью! Вот критерии от мудреца, они помогут нам в этом:

     Если учитель не проявляет терпения к первым шагам ученика, то тогда он не будет Учителем.

    Если учитель не поймёт путь ученика, то он не будет Учителем.

    – Чуждо сердцу Учителя каждое притеснение ученика.

    – Учитель наблюдает опыт ученика и лишь тихонько отведёт руку, если она касается огня.

    * * *

    Дорогие коллеги!

    С каким увлечением и интересом я прочёл бы книгу, в которой были бы собраны истории о том, как каждый из вас какими судьбами пришёл к детям, пристрастился к учительской жизни. Мы бы открыли в них сокровенную тайну – тайну о предназначении, о миссии. Мы бы, наверное, убедились бы, что, действительно, пути Господни неисповедимы.

    К сожалению, нет такой книги. Но я приготовил для неё свои страницы. Если вы тоже сделаете это, книга получится. Осмелюсь предложить вам рассказ о себе. Это есть попытка заглянуть в то прошлое, которое привело меня в это настоящее и ведёт в будущее.

    Будучи учеником, я не желал когда-либо стать учителем. Скорее, было у меня отвращение к этой профессии. Во-первых, считал её ниже своего достоинства. Во-вторых, во мне зародилось совершенно определённое желание быть журналистом. В-третьих, многих моих учителей я недолюбливал, так как чувствовал то же самое с их стороны. Мне было трудно учиться у них, а они охотно ставили мне «двойки». Я всегда переживал на их уроках страх и тревогу.

    Был только один учитель, который вобрал в себя совесть всех остальных, принял меня таким, каким я был. Это была Варвара Вардиашвили, учила она нас родной литературе, но её уроки были скорее уроками человечности, красоты, возвышенной речи.

    Любя её, я и поспешил поступить на факультет журналистики. Но в приёмной комиссии Тбилисского университета мне объяснили, что места для медалистов уже заполнены.

    Я пришёл в отчаяние.

    Тогда мой одноклассник сказал мне в фойе Университета: «Давай поступим на востоковедческий факультет. Журналистом и так станешь». И хотя о таком факультете я услышал впервые, согласился и был зачислен в группу истории Ирана.

    Я увлёкся изучением персидского языка и за год освоил его так, что начал читать Рубаи Омара Хайяма. Во мне зародилось другое желание: стать дипломатом.

    Учился я с большим увлечением.

    А теперь проследите, дорогие коллеги, что сделает со мной судьба.

    Я был один мужчина в семье. Отец погиб на войне. Мама, инвалид второй группы, получала мизерную пенсию. И была ещё младшая сестра. Надо было помогать семье.

    Я решил совместить университетские занятия с работой.

    Пошёл в райком комсомола и попросил дать мне какую-нибудь работу, хоть грузчика, курьера. Мне было всё равно, лишь бы была зарплата. В райкоме комсомола мне сказали, что могут дать направление в школу на должность пионервожатого. Я не обрадовался школе, но согласился, ибо зарплата в 45 рублей была больше пенсии матери. Плюс к этому моя студенческая стипендия – и можно было бы прожить.

    Посмотрите на зигзаги судьбы.

    Пришёл в школу с направлением, а директор мне говорит: «Я тебя на работу не приму, выглядишь как старшеклассник. У тебя нет никакого опыта, дети тебя слушаться не будут».

    Возвращаюсь обиженный в райком комсомола и прошу дать работу, только не в школе.

    А мне там говорят: «Только что освободилось место старшего пионервожатого в другой школе». И вручили направление.

    Надо же было такому случиться!

    Школа эта была та же самая, которую я окончил год тому назад!

    Директор принял меня с радостью. Сказал, что я справлюсь.

    Так я был назначен пионервожатым в 1951 году. С утра до пяти часов я работал в школе, а потом спешил в университет на лекции. В связи с нехваткой аудиторий занятия проходили в вечернее время. Кстати, это и поощрило меня начать работу.

    Своих бывших учителей теперь я начал узнавать как своих коллег и как обычных людей. Все они, как люди, были очень даже хорошие, помогали друг другу, улыбались, интересовались, как дела, что хорошего, и тому подобное. Но как только звонил звонок на урок, из учительской они выходили будто в масках жёсткой справедливости: улыбки исчезали, голос становился нетерпимым и раздражённым.

    До сих не могу объяснить такое отчуждение учителей от самих себя.

    Могла ли эта обстановка возбудить во мне желание навсегда остаться в мире такой двойной жизни?

    Меня поражало в школе только одно: искренность детей.

    Я сдружился с ними, они приняли меня как своего человека среди учительской массы. Я действительно был недалёк от возраста старшеклассника. Я помогал всем во всём, защищал каждого. Проводил для них увлекательные походы, ставил спектакли, организовывал олимпиады и вёл себя так, как старшеклассник.

    Но мысль о том, что я останусь в школе или вообще застряну где-то в щелях образования, не приходила мне в голову.

    Понимаете, дорогие коллеги, такая мысль, хотя не приходила в голову, но, как я теперь убеждаюсь, желание, которое я нёс в духе, существовало во мне скрыто от моего сознания и просыпалось осторожно, чтобы не спугнуть меня. А мысль быть дипломатом (и уже не журналистом) всё более укреплялась во мне, тем более что среди профессоров университета я был на хорошем счету. Некоторые из них то и дело предлагали поступить в аспирантуру. Для тогдашнего времени это была весьма заманчивая перспектива, тем более для меня, который сам пробивался в жизни.

    В школе я был добрым строгим авторитаром для своих пионеров. Особенно задевали меня судьбы отдельных подопечных: у некоторых отцы погибли на войне, кому-то трудно было учиться, как мне в своё время, кто-то занимался мелким воровством, обнаруживались курящие. Я не искал тогда никаких педагогических методов. Действовал, как подсказывало сердце, и видел, что мои старания не проходили зря.

    Могу ли я сейчас назвать дату: в какой день и час я почувствовал, что стою на своей тропинке, в начале пути? Нет, сказать этого я не могу. Но точно знаю: это произошло в течение первого же года моей вынужденной педагогической жизни. Я мечтал о другом и рад был зарплате, которую повысили до 55 рублей, но в душе моей пробуждалось зерно, в котором было заложено моё, – теперь не боюсь этого сказать, – предназначение, моя миссия.

    И всё: я стал рабом моего осознанного желания.

    Скажи кто-нибудь в конце года, что мне предстоит бросить школу и заняться совсем другим делом, я бы огорчился. Мне уже расхотелось быть дипломатом, или историком-востоковедом, или кем-нибудь ещё.

    Школа!

    Дети!

    Хочу быть учителем!

    И всё!..

    Шли годы.

    На этом пути я хлебнул много страданий, трудностей, нападок, клеветы, предательства, разгромов. Но всё это скорее усиливало во мне преданность к педагогической жизни, и никогда, даже находясь в отчаянии, ко мне не приходило чувство сожаления за свой выбор. Я защищал не себя, а детей во мне, которым нужна была обновлённая школа. Защищал идеи, которые начали главенствовать во мне и которые со временем вырисовывались в облик гуманно-личностной педагогики.

    Я защищал докторскую диссертацию не для того, чтобы «остепениться» и обустроиться в научной жизни; а для того, чтобы открыть этим идеям путь в науку. Я занимал должности не ради кресла, а опять-таки для того, чтобы пресечь необоснованные и часто просто злобные нападки невежд на ценности гуманной педагогики.

    Я не знаю чувства сожаления по поводу всего, что было в моей жизни, и прощаю всем, кто когда-то, в 60–90-е годы прошлого века, всячески старался остановить продвижение моих коллег и меня. Я даже выражаю всем им, – были они партийные босы или министры, редакторы газет, журналов, издательств, или мои коллеги по работе, – мою признательность: своим противостоянием (неважно уже теперь, какими способами) они очень даже посодействовали окрепнуть идеям, которые были выше меня.

    Эту преданность своему пути так и буду беречь и впредь.

    Спасибо, дорогие коллеги, что выслушали мою длинную исповедь.

    * * *

    Море Света и искорка знаний!

    Знания – часть Света, и они составляют его могущество.

    Только находясь внутри Света, знания становятся тоже Светом. Воспламенённые, облагороженные знания прокладывают путь сознанию и двигают эволюцию, несут людям благо, умножают культуру.

    Знания без Света сразу попадают в сети тьмы, рождают губительные последствия. И это не абстрактный вымысел. Каждый, и мы в том числе, владеет неким объёмом современных знаний и имеет доступ к другим знаниям. Существуют ещё засекреченные знания, и они тоже в руках групп людей. Наконец, каждый день обогащается новыми открытиями, несущими мощь, но как сложатся их судьбы, неизвестно. Есть знания, которые могут предоставить огромную власть тому, кто ими овладеет. Тьма борется, чтобы захватить мощнейшие знания и засекретить их.

    Если человечество могло бы проявить единую Мировую Волю, то оно сделало бы все научные лаборатории открытыми и все знания направляло бы на служение Свету. Сверхзнания даются для открытия отдельным учёным и группам учёных не для собственного пользования, а для блага человечества. Свет не торгует знаниями, он только может нести и дарить их. Но тьма торгует знаниями. Все знания, которые во власти тьмы, были захвачены, похищены, украдены.

    Зачем – учителям – море Света?

    Нам не нужно будет впитывать в себя море Света, если станем просто преподавателями, теми, кто передаёт молодому поколению знания из рук в руки и даже принуждает, чтобы оно взяло их. Это – то же самое, что раздавать нашим ученикам на уроках химии, математики, биологии, физики милые и красивые формулы о взрывчатках и отравляющих веществах, тут же снабжать их развитыми умениями и отшлифованными навыками, и ни на йоту не заботиться о духовно-нравственном смысле их применения. Какая будет гарантия, что ученики сразу или после, когда покинут школу, не применят эти формулы и эти умения для разрушения, а не для созидания?

    Если учитель думает, что он лишь преподаватель, он тот, кто даёт знания ученикам, а потом контролирует и оценивает качество их усвоения, – то он не Учитель. Но мы же видим, дорогие коллеги, как удобно пристроились в нашем образовательном огороде преподаватели, эти безответственные работники, уклоняющиеся от воспитания, ибо Свет преподавать или передавать из рук в руки – невозможно. Свет дарится, и одаривание Света есть самое глубинное таинство педагогического процесса, это вроде посвящения учеников в нечто очень важное и сокровенное.

    В этом таинстве – всё наше творчество: как нам жить вместе с нашими учениками, чтобы они приняли наш дар с чувством признательности и ответственности. И видим, что не обойдёмся без высокого, одухотворённого педагогического искусства.

    * * *

    Зачем нам море Света?

    Ведь жизнь пройдёт, пока мы наполним себя морем Света!

    Может быть, это просто для красного словца, которое пригодится нам для пафосных педагогических речей, а не для устремлённого на всю жизнь труда и творчества?

    Но нет! Сказано было это не ради украшения речи, хотя выражение действительно красивое. А сказано было для выражения Истины.

    Если мы хотим называться Учителем, то мы должны светиться своей духовностью и нравственностью, своей мудростью и любовью, человечностью и Божественностью.

    И так как это идеал, который выше Кавказских гор, то мы должны набраться смелости и устремиться к вершинам, и любое устремлённое продвижение каждого из нас будет достижением не только нашим, но и всех учителей, всего человечества, всех Высших Сил Света.

    Если кто этого не поймёт, будет больно за судьбы детей.

    Но сами же понимаем, что без Учителя Света, без Учителей Света мир потускнеет, Солнце потемнеет, звёзды погаснут.

    Не будем ждать рукоплесканий за наши усердия и восхождения, нам это не нужно, но будем торжествовать в духе за каждую искорку Света, которую впитываем в себя, стремясь к морю Света.

    Кто есть альпинист?

    Тот, кто поднимается к вершинам не только во сне, но и наяву. Он восходит, он уже покоритель.

    Кто есть учитель?

    Тот, кто пожимает руку Сухомлинскому не только в своём воображении, но в устремлении к нему на деле, в творческом педагогическом горении. Он ищет, он уже впитывает море Света.

    * * *

    Море Света и искорка знаний!

    Кто-то озадаченно воскликнет: «Какая странная связь!»

    Что есть искорка знаний?

    Малюсенькое, как песчинка, знание?

    Допустим: показали маленьким детям незнакомую им букву и сказали: «Это есть буква А». Что это – искорка знаний?

    Или же сказали им, что один плюс один будет два. Тоже искорка знаний?

    Указали им на Небе далёкую звезду: «Это звезда Альфа». Опять – искорка знаний?

    Написали на доске формулу и сказали: «Это формула земного притяжения».

    Изложили им теорию больших взрывов. Какое это уже знание – большое?

    Рассказали о Великой Отечественной войне. Это искорка или пламя знаний?

    И, вообще, зачем нам море Света, и зачем ученикам дарить знания? Не проще ли будет: объяснить им знания, они умные, запомнят, вечером поупражняются дома, завтра перескажут, каждый получит свою отметку. И мы наглядно будем видеть, как они продвигаются.

    Для каких знаний нам нужно море Света?

    Для таких, которые уложены в так называемых образовательных стандартах, как кильки в консервных банках?

    Смешно. Не для этих дел нам нужно море Света.

    Море Света не есть пусть даже самая искусная методика преподавания или обучения, или же так называемые «новые технологии образования».

    Море Света нам нужно не для того, чтобы хорошо учить искоркам знаний, а для того, чтобы посвящать наших учеников Свету. Море Света в нас – это наша внутренняя просветлённость, которая открывает нам педагогическую Истину. Она не подведёт нас, а мы не подведём наших учеников.

    Море Света делает нас щедрыми, великодушными, благородными, терпеливыми, сердечными, любящими и любимыми нашими учениками. А чтобы ученики росли людьми – душу, сердце и разум каждого нужно поливать именно этой живительной влагой.

    Море Света – это наш магнит, который притягивает к нам учеников, они устремляются к тому Учителю, в ком Света больше. Им скучно глядеть на тусклую звезду среди ярких звёзд, а Солнцу, которое ослепляет, они радуются: можно прищурить глаза и улавливать его лучики.

    * * *

    Море Света Учитель впитывает не с возрастом и стажем, а творчеством и устремлением.

    Говорят: мудрость приходит с возрастом. Но иногда возраст приходит один.

    Радуга творчества и радость устремления наполнят Светом даже начинающего Учителя.

    * * *

    Искорка знания.

    Это не просто знание. Тогда Василию Александровичу нужно было бы сказать о песчинке знания.

    Искорка знания – это знание, пусть крохотное, микроскопическое, но обязательно с огнём. Это есть знание огненное, одухотворённое, облагороженное. Оно зажигает мысль во благо, гнездится в духе, распускает корни в сердце. Это есть знание, которое делает человека Светоносцем. Воспламенённые в море Света знания пригодны только для созидания, но не пригодны для зла и разрушения.

    * * *

    Сатья Саи Баба говорит:

    – Существует три типа учителей:

    – те, которые объясняют,

    – те, которые жалуются,

    – те, которые вдохновляют.

    Пусть каждый из нас определит для себя, к какому типу учителей он себя причисляет.

    * * *

    Свет в нас – это наша сущность.

    Впитывать море Света значит возвышать нашу сущность.

    Призывал нас Иисус Христос: «Будьте совершенны, как совершенен Отец ваш Небесный».

    Совершенство наше есть наш Свет.

    Но лёгок ли путь к самосовершенствованию?

    Нет, конечно, он очень трудный.

    «Тесны врата и узок путь, входящий в жизнь».

    Труден путь этот потому, что, во-первых, нужны усилия воли, во-вторых, потому, что усилия воли нам нужно будет направлять в свой же внутренний мир – против всего того, что есть в нас дурного и что не может украсить духовный облик Учителя.

    Мы не можем выбирать лёгкий путь, ибо мы – Учителя. Перед нами нет выбора, но есть вопрос: «Как это делать и с чего начать?»

    Хорошо, что есть великие люди, мысли и деятельность которых могут стать для нас образцами. Обратимся на этот раз к Учителям Учителей: к Константину Дмитриевичу Ушинскому и Льву Николаевичу Толстому.

    * * *

    Ушинский.

    Будучи магистром Московского университета, двадцатилетний молодой человек создал себе «рецепты» самосовершенствования, включающие десять правил. Но, разумеется, он заранее проанализировал свой внутренний мир, свой характер, и задал себе такие «рецепты», строгое соблюдение которых направило бы его на путь самосовершенствования.

    Вот эти «рецепты»:

    1. Совершенное спокойствие.

    2. Прямота в словах и поступках.

    3. Обдуманность действий.

    4. Решительность.

    5. Не говорить о себе без нужды ни слова.

    6. Не проводить времени бессознательно.

    7. Делать то, что хочешь, а не то, что случится.

    8. Ни разу не хвастать ни тем, что было, ни тем, что есть, ни тем, что будет.

    9. Каждый вечер добросовестно давать себе отчёт о своих поступках.

    10. Отбросим эгоизм. Будем трудиться для потомства.

    Молодой Константин Дмитриевич, надо полагать, перечислял в рецептах те качества, которые он хотел развивать, взращивать и воспитывать в себе, или такие, от которых хотел избавиться.

    Далее он создал «Журнал», в котором постоянно записывал о своих самонаблюдениях по выполнению «рецептов», и иногда вынужден был признаться, что нарушил, скажем, первое правило о совершенном спокойствии, или же – запрет на хвастовство, когда «разгуливалось тщеславие».

    Спустя несколько лет Константин Дмитриевич, оказавшись перед жизненными испытаниями, опять обнаруживает, что позволяет себе некие отклонения от намеченных «рецептов». В «Журнале» он пишет: «Снова – самое строгое наблюдение над собой, над своим характером и способностями! Сделать как можно более пользы моему отечеству – вот единственная цель моей жизни».

    Проходят годы и уже, находясь в должности инспектора классов в Гатчинском сиротском институте, он обнаруживает книжные шкафы с неизвестной для него педагогической литературой и жадно читает всё. А потом с грустью признаётся:

    «От скольких ошибок я мог бы быть избавлен, попадись мне эти книги до моего вступления на педагогическое поприще!»

    Так впитывал Константин Дмитриевич Ушинский море Света, и досталось нам от него классическое педагогическое наследие.

    * * *

    Лев Николаевич Толстой.

    «Правила жизни» – так назвал он кодекс для себя. В них определил цели и пути своего самосовершенствования. В «Правилах» вырисовывается облик и образ жизни, к которым молодой человек хотел устремить себя. «Правила» распределены в одиннадцати группах и отражают многосторонние устремления Льва Николаевича: развитие воли телесной, чувственной, разумной; подчинение воле чувства самолюбия; развитие памяти, способности обдумывания, умения делать выводы и др. Правил около сорока, приведём некоторые из них:

    Будь верен своему слову.

    Если ты начал какое-то дело, не бросай его, не окончив.

    Все чувственные деяния не должны быть бессознательным исполнением потребностей чувств, но определением воли.

    Все чувства, имеющие источником любовь ко всему миру, хороши; все чувства, имеющие источником самолюбие, дурны.

    Ищи в других людях всегда хорошую сторону, а не дурную.

    Всегда говори правду.

    Имей цель для всей жизни, для известного времени, цель для года, для месяца, для недели, для дня и для часу и для минуты, жертвуя низшие цели высшим.

    Чтоб каждый день любовь твоя ко всему роду человеческому выражалась бы чем-нибудь.

    Будь полезен, сколько ты можешь, отечеству.

    Старайся дать уму как можно больше пищи.

    Всякую новую тебе встретившуюся тебе мысль сравнивай с теми мыслями, которые тебе известны.

    Все отвлечённые мысли оправдывай примерами.

    Всякое деяние осматривай со всех сторон его вреда и его пользы.

    При всяком деянии рассматривай, сколькими способами оно может быть сделано, и какой из этих способов лучше.

    Рассматривай причины всякого явления и могущие быть от него последствия.

    «Ты» – это Лев Николаевич так обращается к самому себе, а не к кому-то другому.

    Лев Николаевич начинает писать дневники, чтобы не упускать из виду своё движение по «Правилам жизни». Дневник он заполняет все последующие годы.

    «Хотелось бы привыкнуть, – пишет он, – определять свой образ жизни вперёд не на один день, а на год, на несколько лет, на всю жизнь даже».

    Позже он запишет в дневнике: «Потом в жизни я старался прилагать эти правила, выписывал из них важнейшие и задавал себе, как урок, приучиться к ним. И много, много других внутренних движений и переворотов произошло со мной в это время».

    Видите, дорогие коллеги, как Лев Николаевич оценивает свои долгие устремления: «...много, много внутренних движений и переворотов...»

    Что это такое?

    Это то, что называется впитыванием моря Света. Как же иначе могли родиться такие лучики Света на весь мир, как Яснополянская школа, как идея свободы школы и образования, как «Азбука» и «Новая азбука», как всё толстовское направление гуманной педагогики? Он ценил свою педагогическую деятельность и свои учебники для детей не меньше чем своё литературное творчество.

    «Есть у меня поэтическое прелестное дело, от которого нельзя оторваться  это школа».

    Дары духа Льва Николаевича, которые есть проявление его Света, теперь наше богатство. В них мы найдём много мудрых наставлений, вроде:

    «Всякий учитель должен знать, что каждая изобретённая метода есть только ступень, на которую должно остановиться для того, чтобы идти дальше».

    * * *

    Дорогие коллеги!

    Может быть, стоит последовать примерам Ушинского и Толстого и тоже задать самому себе свои «рецепты» и свои «правила жизни»?

    Вот какую возвышенную мысль высказывает Лев Николаевич о каждом из нас:

    «Каждый человек  алмаз, который может очистить и не очистить себя. В той мере, в какой он очищен, через него светит вечный Свет. Стало быть, дело человека не стараться светить, но стараться очистить себя».

    Вы принимаете эту идею для себя?

    Считаете, что вы есть алмаз?

    Тогда не будем медлить!

    * * *

    – Зачем глаза?

    – Чтобы улавливать значимое.

    – Зачем уши?

    – Чтобы услышать зов.

    – Зачем сердце?

    – Чтобы понять другого.

    – Зачем голова?

    – Чтобы мыслить о благе.

    – Зачем руки?

    – Чтобы нести живительную влагу.

    – Зачем ноги?

    – Чтобы поспеть к страждущему.

    – Зачем язык?

    – Чтобы произнести целебное слово.

    – Зачем всё это?

    – Чтобы впитать море Света.

    * * *

    Дорогие коллеги!

    Предлагаю вам сделать следующее.

    Отвлекитесь от всего, что вас окружает, освободитесь от суеты и загляните в свой внутренний мир: что оттуда надо выметать?

    Может быть, раздражение?

    Может быть, злобу?

    Может быть, равнодушие?

    Может быть, зависть?

    Может быть, ненависть, гордыню, грубость?

    Может быть, ещё какой-нибудь мусор?

    Есть такое?

    Тогда призовите свою всемогущую Свободную Волю и прикажите ей сжечь собранный мусор.

    Для этого берите лист бумаги, запишите на нём, то есть, заверните в него весь мусор, который не даёт вам покоя, перекрывает путь к людям, к ученикам, омрачает вашу жизнь. Скомкайте этот лист бумаги, сожгите и радуйтесь: уходит от вас нечисть! Потом оставшийся пепел бросьте в мусорный ящик, там ему и место!

    Но не забудьте заложить в вашей Свободной Воле Честное Учительское Слово, что больше ваша святая обитель этим мусором не будет загрязнена.

    А как быть с впитыванием Света?

    Здесь всё очень просто: если выметать из сердца тьму, оно само заполнится Светом. Почистите грязные окна, и Солнце само ворвётся в комнату. Трудно будет выметать мусор, если мы к нему привыкли, но это и будет впитыванием Света.

    Ну, как, вы готовы для такого подвига?

    Удачи вам!

    * * *

    Вот ещё путь к Свету.

    Спросите у окружающих вас людей: «Друзья, каким бы вы хотели меня видеть?» Спросите у ваших учеников: «Ребята, что мне такое сделать, чтобы вы шли ко мне с радостью?» Спросите искренне и примите их пожелания без обиды. И не отвергайте с порога их откровенные оценки, не защищайтесь, не начинайте дискуссию. Выслушайте внимательно. Может быть, вам покажется, что они неправильно вас воспринимают, но задумайтесь. И сделайте так, чтобы спустя время они вам сказали: «Вы изменились!» А вы скажете в ответ: «Спасибо за помощь!» Надо оправдать их искренность и ожидание, надо преподнести им в дар ваш обновлённый образ.

    Ну, как, можно ли такое сделать?

    * * *

    Вот ещё один путь.

    Скажите самому себе, что для вас нет ничего недостижимого. А потом запишите прямо на сердце...

    Нет, скажу по-другому: в вас уже посеяны семена-жемчужины Любви, Благородства, Великодушия. Снимите с них покровы и поливайте, ухаживайте за ними. Дайте им расти и цвести в вас. Ухаживайте за ними постоянно и примите для себя законы:

    Любить любого и делать всё с любовью.

    Быть всегда, – всегда! – великодушным.

    Быть всегда, – всегда! – благородным.

    И потоки Света ручейком вольются в Сердце.

    Ну, как, хватит нам смелости на такой подвиг?

    * * *

    Вот ещё путь.

    Давайте рискнём взять быка за рога: освободимся наконец-то от такого зверя в нас, каким является раздражение.

    Раздражение

    удручает,

    разрушает,

    отторгает,

    ослепляет,

    оглушает,

    оскорбляет,

    обижает,

    отравляет,

    оскверняет,

    злит,

    душит,

    убивает...

    Раздражение – враг духовности, враг мудрости, враг разума.

    Раздражение – разрушитель любви.

    Раздражение – могила великодушия, кинжал в спину благородства.

    Раздражение – гонитель Света.

    Раздражение – оружие сатаны.

    Раздражение – удав всех наших лучших побуждений. Нельзя оставить в себе хоть тени раздражения.

    Вычистить нужно всякие следы раздражения.

    Гоните этого зверя от себя безжалостно, чтобы не отравлял он вашу жизнь, а вы, со своей стороны, не отравляли жизнь другим, вашим ученикам.

    Не побоимся схватки со зверем.

    * * *

    Чем победить раздражение?

    Творящим терпением!

    Всю жизнь нужно лелеять в себе дар творящего терпения.

    Терпение есть тот краеугольный камень, который отвергли попечители авторитарного образования, и потому наполнили его насилием и равнодушием.

    Терпение есть тот краеугольный камень, который строители гуманного образования заложили в его основу, и потому расцветает в нём мудрость свободного выбора.

    Творящее терпение там – где действуют сообща вера, надежда, любовь, мудрость.

    Творящее терпение

    пробуждает,

    воодушевляет,

    вдохновляет,

    призывает,

    уравновешивает,

    доверяет,

    притягивает,

    вовлекает,

    отрезвляет,

    возвращает...

    Творящее терпение есть созидатель дисциплины духа. Оно есть побудитель совести.

    Оно есть условие рождения духовной общности и взаимной любви.

    В нём наша скрытая воспитательная энергия. В нём торжество наших устремлений. Речь идёт о терпении творящем, которое есть проявление педагогической мудрости.

    Неужели не устремимся к такому источнику Света?

    * * *

    Вот ещё один путь: наш внешний вид. Да, да, дорогие коллеги, внешний вид наш! Какой на нас костюм, галстук, какая рубашка? Какое платье, какой шарфик, какая брошь? Речь не идёт о роскошных нарядах. Речь идёт о единстве внешней и внутренней красоты. Не ходи, учитель, в балахоне к ученикам! Не шокируй их своей экстравагантностью! Не наводи на них уныние своим жалким видом! Не ходи к ученикам неряшливым! Не демонстрируй перед ними ни свою нищету, ни своё богатство!

    Покажи элегантность, вкус, чистоту! Нельзя, чтобы от нас шёл запах пота!

    Курящий пусть бросит курить! Чистота, аккуратность, простота – вот что нужно!

    Лучшая красота – в простоте!

    Если мы своей внешностью будем вызывать в наших учениках раздражение – это будет плохо. Если будем вызывать зависть, это тоже плохо. Если равнодушие – тоже не годится.

    Мы должны нравиться ученикам – тогда мы станем для них источником Света.

    * * *

    Дорогие коллеги! Мы – искатели и носители Света. Давайте посетим галерею живых классиков, мудрецов и мыслителей.

    У них много Света, и они любят дарить его щедро. Поговорим с ними.

    Вот великий Аристотель, воспитатель Александра Македонского.

    – Скажи нам, философ, от чего зависит успех воспитания?

    Аристотель:

    «Успех воспитания зависит от соответствующего уклада жизни».

    Воистину, мудрость Аристотеля самая точная наука.

    Константин Дмитриевич Ушинский.

    Наш глубочайший поклон и признательность классику педагогики.

    – Великий Учитель Учителей, поясни нам смысл гуманного образования!

    Константин Дмитриевич Ушинский:

    Под именем гуманного образования надо разуметь вообще развитие духа человеческого и не одно формальное образование.

    В гуманно-образовательном влиянии учения надо отличить собственно два влияния: влияние науки и влияние самого учителя.

    Человека же можно развивать гуманно не только изучением классических языков, но ещё гораздо более и прямее: религией, языком народным, географией, историей, изучением природы и новыми литературами.

    Реализм и гуманизм можно найти в каждой науке, и различие это заключается не в различии наук, но в различии способа их изучения.

    Воистину, не только наука определяет гуманное направление образования, но сам учитель со своими способами и подходами.

    Философ Иван Ильин.

    Как долго скрывали его от нас.

    – Назови, философ, свои главные идеи!

    Иван Ильин:

    – В одном человеку отказано: жить без веры.

    – Источник веры – в горении сердца.

    – Путь к вере и Богу именуется духовной любовью.

    – Религиозность есть живая первопричина истинной культуры.

    – Истинная учёность не уводит от Бога, а ведёт к нему.

    – Жить – значит выбирать и стремиться.

    – Только духовный опыт может указать человеку, что есть подлинно главное и ценнейшее в его жизни.

    – Самым глубоким и могучим источником духовного опыта и веры является духовная любовь.

    – Самое важное в воспитании – это духовно пробудить ребёнка и указать ему источник силы и утешения в его собственной душе.

    Спасибо философу.

    Василий Александрович Сухомлинский.

    Вот какими страстными словами обращается он к каждому из нас:

    Возлюби Ребёнка.

    Возлюби его сильнее, чем самого себя!

    Уверуй, что Ребёнок чище, лучше, честнее, талантливее тебя!

    Всего себя отдавай детям!

    И только тогда ты сможешь именоваться Учителем!

    Вот придёт некий профессор от науки, примет позу всезнающего и иронически улыбнётся этим словам. «Ребёнка надо любить в меру… – скажет он. – Отдавать ему всего себя не надо».

    Кого мы послушаемся, дорогие коллеги? Послушаемся профессора или Василия Александровича?

    Конфуций.

    Прислушаемся, что говорит своим ученикам Почтенный Учитель Кун.

    Когда благородный муж учит и воспитывает, он ведёт, но не тянет за собой; побуждает, но не заставляет; указывает путь, но позволяет ученику идти самому.

    Поскольку он побуждает, а не заставляет, учёба даётся ученику легко.

    Поскольку он лишь открывает путь, он предоставляет ученику возможность размышлять.

    Согласие между Учителем и учеником, лёгкость учения и возможность для ученика думать самому,  и составляет то, что называется умелым наставничеством.

    Самое трудное в учении  научиться чтить Учителя.

    Но лишь чтя Наставника, сможет перенять его правду.

    Знаете, дорогие коллеги, что со мной сейчас происходит?

    Левое ухо моё слышит из глубин 2500-летнего прошлого голос, а правое ухо улавливает эхо из будущего, отдалённого от меня тем же расстоянием. С обеих сторон узнаю голос Почтенного Учителя Куна. Вечная Истина озаряет мою душу, и я спешу влиться в толпу учеников, следующих за учителем и впитывающих Мудрость.

    Леонардо да Винчи.

    Наш поклон гению – художнику, мыслителю, учёному.

    Он – фейерверк мудрости.

    Чтобы...

    Чтобы творить жизнь, нужна сердечная теплота.

    Чтобы беречь красоту, не надо пасть в грязь.

    Чтобы завоевать почёт и уважение, нужна не сила, а великодушие.

    Чтобы побудить львят к жизни, надо встряхнуть царственную гриву и издать мощный раскатистый рёв.

    Чтобы заново родиться, нужно летать навстречу Солнцу.

    Добавим от Сухомлинского:

    Чтобы дать Ребёнку искорку знаний,

    Учителю надо впитать в себя море Света.

    Прекрасно!

    Януш Корчак.

    Сейчас мы услышим от него, как надо каждому находить свой источник Света. Он размышляет вслух.

    Благодаря теории я знаю, а благодаря практике я чувствую.

    Теория обогащает интеллект, практика расцвечивает чувства, тренирует волю.

    «Я знаю» не значит: «действую сообразно тому, что знаю».

    Чужие взгляды незнакомых мне людей должны преломиться в моём живом «я».

    Из теоретических посылок я исхожу не без разбора.

    Отклоняю  забываю  обхожу  увиливаю  пренебрегаю.

    В результате я, сознательно или бессознательно, получаю собственную теорию, которая управляет поступками.

    И это много, если что-нибудь, частица теории во мне приживётся, сохранит право на существование; в какой-то мере повлияет, отчасти воздействует.

    Отрекаюсь помногу раз от теории, а от себя  редко.

    Ну, что скажете, дорогие коллеги, не правда ли, отличная позиция для поиска в себе учительского Света?

    Павел Петрович Блонский.

    Вы не смущайтесь, пожалуйста, он сейчас задаст вам прямые вопросы, а вы подумайте, какими были бы ваши ответы.

    Учитель, смотри же, не являешься ли часто именно ты сам главным препятствием для обновления школы?

    Наша школа – школа жизни, но в этой школе жизни будет ли место для тебя, живой ли ты человек?

    Не отбываешь ли ты в классе опостылевшую тебе повинность за гроши ежемесячного жалования, и не проходит ли твоя личная жизнь где-то в стороне, то в томлении и тоске «культурной одиночки», то в моральном падении и опустошении души?

    Любить надо не школу, а детей, приходящих в школу; любить надо не книги о действительности, а саму действительность; не жизнь надо суживать до учения, но надо расширять учение до жизни!

    А самое главное: любите жизнь и как больше живите живой жизнью!

    Учитель, стань человеком!

    Антон Семёнович Макаренко.

    Как вы думаете, дорогие коллеги, о чём он хотел бы с нами поговорить? О воспитании мужества, которое мы забросили. Свет не достанется трусливым, а только храбрым, мужественным.

    Мужество!

    Попробуйте серьёзно, искренне, горячо задаться целью воспитания мужественного человека. Ведь в таком случае уже нельзя будет ограничиться душеспасительными разговорами. Нельзя будет закрыть форточки, обложить ребёнка ватой и рассказать ему о подвиге Папанина. Нельзя будет, потому что результат для вашей чуткой совести в этом случае ясен: вы воспитываете циничного наблюдателя, для которого чужой подвиг – только объект для глазения, развлекательный момент.

    Нельзя воспитывать мужественного человека, если не поставить его в такие условия, когда бы он мог проявить мужество,  всё равно, в чём: в сдержанности, в прямом открытом слове, в некотором лишении, в терпеливости, в смелости. 

    Только мужественный Учитель способен воспитывать мужество в своих учениках. От трусливых и пугливых учителей такого ждать не приходится.

    Ян Амос Коменский.

    Он нарисует нам портрет Учителя. Узнаем ли мы в нем себя?

    – Учителями должны быть люди набожные, честные, деятельные и трудолюбивые.

    Не только для вида, но и на самом деле они должны быть живыми образцами добродетелей, которые они должны привить ученикам.

    Настоящие учителя полагают, что они поставлены на высоко почётном месте и что

    им вручена превосходная должность, выше которой не может быть под Солнцем, именно, чтобы,

    маленькое подобие Бога доводить до сходства с Богом.

    Ближайшая задача будет состоять в том, чтобы

    мощно увлекать учеников благим примером, и чтобы

    ученики воспитывались по образцу Учителя.

    Наши учителя должны остерегаться походить на подорожных указателей, которые показывают, куда нужно идти, а сами не идут.

    Учителя должны заботиться о том, чтобы быть для учеников в пище и одежде  образцами простоты, в деятельности  примером доброты и трудолюбия, в поведении

    скромности и благонравия, в речах  искусства разговора и молчания.

    Словом, быть образцом благоразумия частной и общественной жизни.

    Они относятся к ученикам по-отечески, с серьёзным, страстным желанием им успехов.

    Есть над чем думать, не так ли, дорогие коллеги!

    Иоганн Генрих Песталоцци.

    Ему уже восемьдесят лет, и он поёт «лебединую песню», посвящая нас в своё сокровенное.

    – Вот истина, подтверждаемая при всех обстоятельствах: действенно, истинно и природосообразно формированию способствует лишь то, что захватывает человека, воздействуя на силы его природы во всей их совокупности, т.е. сердце, ум и руки.

    Истинное природосообразное образование по самой своей сути вызывает стремление к совершенству, стремление к совершенствованию человеческих сил.

    Григорий Саввич Сковорода.

    Нас ждёт весьма интересная и поучительная притча о Свете.

    Дед и баба сделали себе хату, да не прорубили ни одного окошечка. Не весела хата. Что делать? После долгих размышлений решили выйти на свет и там достать Свет. Взяли мех, разинули его в самый полдень перед солнцем, чтобы набрать будто муки, и внесли в хату.

    Сделали так несколько раз. Есть ли Свет? Смотрят, ничего нет. Догадалась баба, что Свет, как вино, из меха вытекает. Надобно поскорее бежать с мехом. Бегучи, застряли в дверях. Зашумел между ними спор. «Конечно, ты выжил из ума». – «А ты и родилась без него». Хотели подняться на высокую гору за Светом, но помешал им странный монах. «За хлеб-соль я открою вам секрет»,  сказал он. По его совету старик взял топор и начать прорубать стену, приговаривая: «Свет весёлый, Свет жизненный, Свет повсеместный, Свет присносущий, Свет нелицеприятный, посети и просвети, и освети храмину мою». Вдруг отворилась стена и храмину наполнил сладкий Свет.

    Что же получается, дорогие коллеги?

    Зачем нам наполнять мехи Светом, чтобы таскать их вовнутрь.

    Надо прорубить окно изнутри, чтобы дать Свету наполнить нас. А это окно не должно быть с видом на наши земные блага, а с видом на духовность свою.

    * * *

    Хорошо бывать в галерее живых классиков и мудрецов – наполняешься Светом.

    Каждый из них говорит о чём-то своём, но не кажется ли вам, дорогие коллеги, что забота каждого – об одном и том же? Все они – люди разных эпох – строители от одного Храма. Может быть, у всех у них есть один Архитектор, и они выполняют его волю? Какая разница, из каких они эпох. Если уж выискивать, откуда они, то наш взор обратится на будущее, отдалённое от нас до Вечности. Все они, во главе своего Архитектора, стремятся утвердить в мире земного образования понимание Вечности. Смотрите, кем заложены камни Храма, и что на них высечено:

    «Учитель» – Конфуций.

    «Человек» – Сократ, Платон, Аристотель.

    «Душа» – Квинтилиан.

    «Радость» – Витторино да Фельтре.

    «Мудрость» – Коменский.

    «Любовь» – Песталоцци.

    «Народность» – Ушинский.

    «Свобода» – Толстой.

    «Оптимизм» – Макаренко.

    «Преданность» – Корчак.

    «Сердце» – Сухомлинский.

    Среди этих великолепий мы увидим камни, сияющие лучистыми мыслями и чувствами. Их клали преданные невидимому Архитектору великие деятели образования и творцы человеческих жизней и судеб.

    И пришло время нам тоже поучаствовать в строительстве Храма, тоже послужить восхождению землян к Свету.

    И что же мы высечем на нашем камне?

    Примет ли Архитектор камень, на котором будет написано: «технологии», или же «стандарты», или же «ЕГЭ», или же «ЗУНы»? Архитектор сочтёт эти камни надругательством над Вечностью, превратит их в пыль.

    А если на нашем камне мы со всем своим творчеством, со всем своим усердием и устремлённостью высечем слово «Духовность»? Преподнесём Архитектору дар наш и скажем: «Это от Учителей Двадцать Первого Века»? Что ответит нам Архитектор?

    Пусть каждый из нас, дорогие коллеги, услышит в сердце своём Его голос.

    * * *

    На наших книжных полочках стоят книги классиков педагогики, мудрецов, мыслителей. И находим время, когда мы протягиваем руку, берём одну из них и вдумчиво читаем. А потом оставим открытой на рабочем столе: книга будет ждать нас, а мы будем спешить к ней.

    Дорогие коллеги!

    Может быть, в ком-то из вас возникнет желание сделать кого-либо из Учителей Человечества своим Учителем?

    Разве не будет радостью и гордостью для нас быть учениками Коменского или Песталоцци, Ушинского или Сухомлинского, Макаренко или Корчака... Нам нужно только твёрдо сказать самому себе: «Я ученик Константина Дмитриевича Ушинского... или Василия Александровича Сухомлинского... или Антона Семёновича Макаренко… или...» А дальше читать книги своего учителя, мысленно с ним общаться и советоваться. Надо читать книги других Учителей тоже, но с целью более глубокого постижения своего Учителя и утверждения его идей в своём творчестве. Надо уметь быть преданным своему Учителю, иначе оборвём луч Света.

    Учитель постоянно сопровождает нас.

    Готовимся для завтрашних уроков – Он рядом с нами, советует.

    Мы на уроке – Он наблюдает, подсказывает, улыбается нам.

    Мы ошибаемся – успокаивает, помогает разобраться.

    Мы перед Ребёнком, нам нужно моментально решать воспитательную задачу – Учитель шепнёт мудрость.

    Нас покидает терпение, покидает воля – Он поделится своим терпением и волею.

    Мы в творческом горении – подаст искру смелости, догадливости.

    Он с радостью подарит нам весь свой Свет.

    Он поможет нам очиститься и будет гордиться нами. Он полюбит нас.

    Отведёт от гордыни, от зависти или от какого-либо унижающего нас поступка.

    Увидят ученики наши, что держим в руках томик.

    Спросят:

    – Что это за книга?

    А мы ответим:

    – Это – книга моего Учителя.

    Удивятся они:

    – Вы же сами Учитель?! Разве у Учителя есть Учитель?!

    Мы ответим:

    – Я Учитель для вас, но Ученик для своего Учителя.

    Спросят:

    – Чему Он вас учит?

    Мы скажем:

    – Учит, как впитывать море Света.

    Спросят:

    – А вы прилежный ученик?

    Мы ответим:

    – Пусть ваше чуткое сердце заметит, как я расту.

    Спросят:

    – Где ваш Учитель? Он жив?

    Мы ответим:

    – Он жив, Он всегда рядом со мной. Он учит, чтобы я тоже был всегда рядом с вами.

    * * *

    Дорогие коллеги!

    Дадим ли нашего учителя на поругание?

    А такое ведь бывает?

    Есть так называемые остепенившиеся учёные, которым очень хочется утвердиться и прославиться в мире образования, в сообществе учёных.

    Что для этого нужно?

    Нужна мощная свежая идея, нужна основательная творческая практика.

    А если этого у него нет?

    Тогда есть испытанный способ: выбрать какого-либо классика, какое-либо прославленное имя (особенно тех, которых нет в живых) и яростно на него нападать, критиковать, опровергать. Шум привлечёт внимание многих и имя критикана будет у всех на устах. Он уже становится известным. И может случиться, что ему подобные «увидят» в нём учёного, с которым надо считаться.

    Так критиковали Сухомлинского за то, что он, видите ли, исповедует «филантропический» гуманизм.

    А потом такие критиканы становятся профессорами, их могут выбирать в академики.

    Так критикуют Выготского за его теорию развития, самую признанную в мире теорию, чтобы на этой почве утвердить свои несостоявшиеся «идеи» и «методические системы».

    Так критикуют Макаренко за то, что его теория коллективного воспитания якобы несостоятельна, и это вопреки действительности.

    Так критикуют Коменского за то, что, видите ли, «он погубил школу», придумав урок. Как защитить Учителя?

    Защитить нужно не ответной критикой и нападками, не шумихой, превосходящей шумиху критиканов, а усилением своей творческой деятельности и демонстрацией силы идей Учителя.

    Нам говорят мудрецы: лучшей защитой будет развитие действия в сторону невраждебную; можно разбить враждебные утверждения созиданием новых опытов. Как же должен был поступить истинный учёный? Послушаем, что скажет нам по этому поводу Песталоцци:

    Я закончу свою лебединую песню словами: подвергайте всё испытанию, сохраните хорошее, а если в вас самих созрело нечто лучшее, то правдиво и с любовью присоедините к тому, что я пытаюсь также правдиво и с любовью дать вам на этих страницах.

    * * *

    Дорогие коллеги!

    Кто из вас хочет внести в педагогическую науку свой вклад?

    Идите в науку, освещайте своим Светом дебри науки. Внесите в неё понимание любви, радости и духовности.

    Сознание многих учёных окутывает паутина мёртвых понятий.

    Если хотите омертвить творческое педагогическое горение, подвергайте его обнаучиванию. Тогда с лёгкостью достигнете того, что оно, это горение, и для вас потеряет смысл, и другим будет трудно воспламениться от вас.

    Педагогика – это живая жизнь, а не груда принципов и понятий; педагогическое творчество – как всплеск живой жизни, которая устремляется ввысь.

    Наука только умеет консервировать живое творчество в застывших понятиях. Но когда откроем консервную банку, наука оттуда будет смотреть на нас как мумия.

    Только живое восприятие творческого опыта, только живое образное слово могут сохранить притягательную силу педагогических устремлений.

    Мысли, идеи гибнут в порыве их обнаучивания. Учёные больше любуются вычислениями и диаграммами, таблицами и схемами, чем живым Ребёнком. Они забывают о Ребёнке. Педагогическая наука сперва отречётся от детей, а потом займётся своими абстракциями и нормативами.

    А дети, дети Света зовут на помощь!

    Ребёнок в толпе.

    Ребёнок в семье алкоголиков.

    Ребёнок среди наркоманов.

    Ребёнок среди извращенцев.

    Ребёнок бомж.

    Ребёнок брошенный.

    Ребёнок презираемый.

    Ребёнок обездоленный.

    Ребёнок в руинах войны.

    Ребёнок в мире криминала.

    Ребёнок в болоте дурных зрелищ и соблазнов.

    Ребёнок, угнетённый богатством.

    Ребёнок, угнетённый нищетою.

    Ребёнок во тьме равнодушия.

    Ребёнок в агрессии взрослых.

    Ребёнок – товар.

    Ребёнок – сырьё.

    Ребёнок – валюта.

    Ребёнок во тьме.

    Ребёнок в злобе.

    Ребёнок голодный.

    Ребёнок замёрзший.

    Ребёнок в горе.

    Ребёнок у пропасти.

    Ребёнок перед смертью.

    Ребёнок без школы.

    Ребёнок без Учителя.

    Ребёнок без Учителя!

    Ребёнок без Учителя?!

    Ребёнок...

    Ребёнок...

    Ребёнок...

    Вот вам, искатели науки, педагогическое поле брани! Напишу отзыв, выступлю оппонентом, стану научным руководителем, проголосую за, – если только защищается диссертация о том, какой наукою сердца был спасён один единственный Ребёнок, который мерится не диаграммами и таблицами, не схемами и вычислениями, не мёртвыми понятиями и лживыми выводами, – а слезами диссертанта, обильно пролитыми на каждой странице его труда!

    Истинная педагогическая диссертация – как манифест

    – Сердца – раненого от детских трагедий,

    – Духа – возмущённого общественным равнодушием,

    – Рыцаря – мчавшегося с копьём за спасение чести и достоинства педагогической науки.

    А иначе зачем она?

    Может быть, чтобы сразу после так называемой «защиты» бросить её в камин и согреть руки.

    От такой «научной» работы не будет Света.

    Дорогие коллеги, Учителя – Светоносны!

    Спасите педагогическую науку, входите в неё со своими факелами!

    * * *

    Иметь море Света, чтобы дарить его ученикам!

    Это желание прекрасное.

    Но надо ещё уметь дарить Свет.

    Уметь!

    Иначе дар наш, может быть, не будет принят учениками.

    Сначала, дорогие коллеги, давайте воодушевимся тем, что в огненном желании нашем, с которым мы родились, было заключено зерно наших профессиональных способностей.

    Каждый из нас внутри своего зерна уже есть талантливый Учитель, уже имеет неповторимый Учительский Образ.

    Можно сказать смелее: мы родились, чтобы стать Учителями от Бога.

    Однако надо дать зерну проявиться, чтобы стало оно нашим творческим умением, которое и поведёт по пути восхождения к вершинам педагогического мастерства.

    Для этого нужно:

    во-первых, чтобы Сердце и Разум лелеяли в себе воображаемую Учительскую Жизнь;

    во-вторых, чтобы воображаемая Учительская Жизнь столкнулась с реальной педагогической действительностью.

    Вот тогда и будет видно: не разобьётся ли наше воображение, как хрустальная ваза, не наступит ли разочарование, за которым последует бегство. Ибо педагогическая действительность не есть райский уголок, где разгуливают дети-цветы, дети-ангелы, глядя в глаза своим наставникам и улавливая каждое их наставническое слово и движение.

    Нет, в этом образовательном уголке каждый ребёнок проявляет свой неповторимый характер.

    Хотят ли дети воспитываться?

    Да, но с условием: беречь сущность каждого.

    Хотят ли дети учиться?

    Очень даже, но без насилия.

    Полюбят ли они своих учителей?

    Только тех, которые будут дарить им Свет с любовью.

    Конечно, возникнут трудности в проявлении наших стараний и творчества. Но мы сможем преодолеть их, если:

    наша свободная воля станет на страже нашего огненного желания;

    будет вдохновлять нас чувство устремлённости;

    трудности будут осмыслены как необходимые условия для нашего роста;

    ошибки станут для нас уроками, на которых будем учиться.

    Желание быть Учителем должно закаляться в огне опыта, который выявляет наш неповторимый личностный образ. Но чтобы образ устремился к наиболее полному проявлению, нам нужно будет погрузить его в творческое горение. И так как совершенству нет предела, то будем неустанными и упорными в наших поисках и стараниях.

    Наша внутренняя учительская жизнь, проходящая через внешнюю, обретёт путь постижения педагогической мудрости. Чтобы стать Учителем от Бога, надо верить в свою Искру Божью.

    Сомневающийся в своих возможностях таким никогда не станет.

     

    * * *

    Трудностей, с которыми мы сталкиваемся в своей учительской жизни, очень много.

    Часть из них бытового характера – они иногда отбивают охоту быть Учителем. Часть связана с условиями администрирования, в которых мы оказались – от них тоже может пострадать наше устремление. Нам нужно их выдержать. Хотя бывает и так, когда такого рода трудности не возникают: нет сложных бытовых проблем, а администрация идёт нам навстречу, поощряет нас, поддерживает и защищает.

    Но есть трудность благословенная, которая, если мы примем её мужественно, то на всю жизнь охватит нас стремлением педагогического совершенствования.

    То, что наше желание дарить ученикам Свет – огненное и радостное, – это ясно. Ясно также, что у детей тоже есть духовная устремлённость к Свету. Но надо ли нам воображать, что ученики так и примут наш дар – трепетно, радостно и с нетерпением? Например, так же, как мама даёт проголодавшемуся младенцу грудь, а тот ухватывается за неё обеими ручками и начинает жадно сосать, и не остановится, пока не насытится. Вот тогда и можно будет радоваться матери, видя блаженное личико ребёнка – дар её был принят и принёс ему пользу. Матери не нужно специально искать какое-либо сложное искусство, чтобы склонить ребёнка к кормлению. Это искусство не требует особых усилий воли и особой творческой практики: оно раскрывается в ней само собою, естественно.

    Но ученики так же просто принимать Свет от Учителя не будут. Если бы впитывание Света учениками было так же естественно, как младенцы кормятся грудью, то потеряли бы смысл многие понятия, которые сейчас являются для нас загадкой: педагогическое искусство, педагогическое творчество, воспитание, обучение и т.д. Наш акцент переместился бы на проблемы: что и какие знания дать детям, чтобы им это было полезно, по какому режиму это делать. Такого рода проблемы, конечно, не потребовали бы от нас ни педагогического искусства, ни педагогическую науку.

    Что это за священная трудность, которая никогда не даст покоя нашему творчеству, и всегда будет вести нас на грани испытания нашей учительской воли?

    Обратимся, дорогие коллеги, к классику мировой психологии, Дмитрию Николаевичу Узнадзе, он поможет нам в этом разобраться.

    * * *

    Предлагаю вам осмыслить идею Дмитрия Николаевича об основной трагедии воспитания, и позволю себе приложить свои суждения.

    Вначале условимся, что я буду пользоваться понятием «педагог» и буду иметь в виду: учитель, воспитатель, наставник, отчасти и родитель. Также в понятие «подросток» буду включать смысл: воспитанник, ученик, ребёнок, школьник. Это избавит нас от лишних комментариев и повторов.

    А теперь сама идея об основной трагедии воспитания.

    На пути педагогической практики в обилии встречаются ухабы, о которые спотыкается любой педагог. Но среди них есть один самый главный, самый опасный. Он пронизывает самую сердцевину педагогической практики. Имеется в виду пропасть, которая образовалась между устремлениями педагога и устремлённостью подростка.

    Педагог стремится к благоденствию подростка. К своему благоденствию стремится и подросток. Эти устремления, по логике вещей, должны зародить между ними взаимопонимание и единение. Но на деле получается, что подросток избегает педагога, не хочет подчиниться его желаниям. Что же является причиной этого удивительного явления?

    Причина в том, что педагог и подросток по-разному представляют благоденствие. Педагог видит в нём социальные цели, а подросток исходит из своих собственных интересов. Получается, что благие намерения педагога в отношении подростка последний воспринимает как покушение на его жизненные интересы.

    Подросток защищает и охраняет свои личные устремления, он живёт моментом, он раб момента. Он не верит в будущее и никогда не променяет его на настоящее, никогда по своей природной воле никому не уступит своё удовольствие настоящего.

    Педагог же своими интересами и заботами коренным образом противодействует такому настроению подростка: ему нужно ковать счастье будущего поколения, готовить подростков для будущей жизни. Потому он выдвигает перед ними свою волю как закон.

    Но захотят ли подростки пересадить в свою духовную сущность чужой саженец и вырастить его? Многие из них возразят против воли своего педагога, многие с радостью уклонятся от неё, некоторые будут проявлять дерзость, грубость, прямое непослушание. Будет обман, будут хитрости. Конфликтам разного порядка не будет конца.

    «Так рождается внутреннее противоречие, своего рода антиномия: стремление к нравственности вызывает в стенах школы безнравственность», что подвергается санкциям и наказаниям.

    И становится возможным также явление, когда педагог вынужден проявить несправедливость, чтобы тем самым утвердить большую справедливость. А это совсем не будет понятно подростку, как деяние ради его же будущего блага. И начнётся вторая спираль недоразумений. Складываются долго действующие обстоятельства, которые сохраняют и укрепляют соперничество и раздор, и которые расщепляют единый образовательный процесс.

    Вот какая трагедия воспитания! Педагог несёт подростку свои благие намерения насчёт его будущего. А подросток не то что с благодарностью принимает устремления педагога, но, в силу своих актуальных жизненных потребностей опровергает их, считает действия педагога агрессивными.

    Может ли педагог отказаться от своих намерений в отношении подростка? Не может. Это его обязанность, это социальный заказ, который он обязан выполнить.

    Тогда может ли подросток отказаться от своих актуальных потребностей, чтобы подвергнуть себя влиянию педагога? Тоже не может, потому что такова его природа.

    И раз подростки добровольно не сдадутся, то педагог вынужден прибегать к насилию. Получается, что принуждение есть объективный закон образовательного процесса.

    «Так идеал вторгается в действительность, и победа всегда остаётся за последней. Воспитатель всегда выносит из своей практики разбитые идеалы, а у подростка остаётся в памяти лишь история своего воспитания, да и она  как неприятный, дурной сон».

    Трагедия усугубляется ещё другими обстоятельствами.

    В школе педагог имеет дело не столько с одним, сколько с группой подростков. Может ли педагог повлиять на личность каждого, учесть интересы каждого, когда подростков много? Если это было бы возможно, вроде казармы, где офицер подчиняет тысячу солдат как одного, – тогда проблема воспитания личности не возникла бы перед нами. Но дело в том, что в воспитании личности мы должны иметь дело не со всеми сразу, но поодиночке.

    Это обстоятельство создаёт неизбежную трудность. И это потому, что педагог должен исходить из общих интересов воспитания характера, из интересов общей дисциплины, отсюда даже индивидуальный подход к подростку он будет осуществлять с целью подчинения его непонятным ему общим установкам и невидимому будущему. А личные устремления его будут учтены в той мере, в какой они совпадают с общими установками.

    «Чувствуете ли вы остроту трагедии воспитания?» – задает нам вопрос Дмитрий Николаевич.

    Наверное, именно это вынудило кого-то бросить «эту симпатичную» – педагогическую – деятельность. А кто и сегодня несёт это тяжёлое ярмо воспитания, эта трагедия для него будет по-настоящему актуальным переживанием. Трудно встретить такого педагога, который был бы полностью доволен своей работой. Будущему педагогу всегда говорят об огромном значении воспитания молодого поколения – ковать счастье человечества. Им говорят, что профессия педагога есть самая увлекательная, и быть педагогом достоин не каждый, а только искренний человек.

    Но как только он вкусит всю сладость и горечь образовательной практики, тогда и начнёт понимать, что означает это увлекательное выковывание счастья.

    «Вот почему выслушивание этих фраз вызывает у педагога ироническую улыбку. Он уже не верит в величие своей профессии, и его опыт и практика подорвали веру в это и вместо красивых картин раскрыли перед ним горькую действительность,  из кузнеца счастья он превратился в источник бед для подрастающего поколения. Он чувствует это, он каждую минуту готов махнуть рукой на свою профессию и искать счастья в другом месте».

    * * *

    Дорогие коллеги!

    Дмитрий Николаевич Узнадзе, как вы, наверное, догадываетесь, имеет в виду авторитарного педагога и авторитарную педагогику. Это такое видение образовательной действительности, когда педагог трагедию, провоцируемую объективным законом принуждения, принимает как свою трагедию и не видит трагедию подростка. В таком образовательном процессе делается жёсткое заключение: прямыми или скрытыми способами давить на противостоящую себе силу. Сила против силы, зло против зла! Что из этого может получиться? Конечно, не все педагоги, не все подростки разбегутся в разные стороны. Подростки будут ходить в школу, будут учиться, даже найдут в школе некую радость жизни. Но скука школьная, всё равно, не покинет их. Потому они, как правило, будут искать жизнь, свободу и удовольствия своих личностных устремлений скорее не в школе или в занятиях, а в совсем других сферах и других сообществах. А беда в том, что нет никакой надежды, чтобы современная социальная среда повсеместно благоприятствовала рождению и развитию в подростках духовно-нравственных и познавательных ценностей.

    Противоречия в образовании, откуда истекает трагедия воспитания, есть объективная действительность. Да, подросток всегда будет защищать свои актуальные потребности, ибо в них радость и удовольствия. Как выразился Дмитрий Николаевич, он раб актуального момента. Это так будет и впредь, ибо такова природа в подростке, такова его сущность.

    Но вот о педагоге можно сказать: останется ли и он тоже рабом (разумеется, не своих актуальных устремлений) тех ложных представлений, которые он воспринимает от авторитарных образовательных традиций, считая их истиной? Если да, тогда он окажется в зарослях авторитаризма. Нельзя быть гуманным, оставаясь авторитарным. Нам будет только очень жаль, что ему не удастся познать в своих учениках современное поколение детей, которых мы называем Детьми Света, и не порадует себя устремлением впитывания моря Света.

    Дмитрий Николаевич не делает из факта трагедии воспитания трагические выводы. Скорее, наоборот.

    Да, «это противоречие носит постоянный характер, это неизбежная трудность, возникшая в самой сердцевине воспитания».

    Но с законами природы в подростке бороться не надо. Раз закон актуальных потребностей в подростке существует, значит, это правильно. Нет неправильных законов у природы. Нам лучше понять закон, сотрудничать с ним, и это будет в пользу и подростку, и педагогу.

    Наша Педагогическая Воля, тем более объединённая, да ещё тем более творческая, в состоянии изменить направление образовательного процесса, и объективный закон принуждения не направит подростков на отчуждение от нас.

    Дмитрий Николаевич искал выход в экспериментальной педагогике, что равносильно гуманной педагогике.

    Экспериментальная (для нас – гуманная) педагогика, говорит он:

    разворачивает перед нашим взором картину психической жизни подростка;

    знакомит нас со всеми потенциальными и активными силами, скрытыми в его душе;

    открывает все богатства, заключенные в глубинах души подростка;

    проявляет то направление, по которому идёт развитие его духовной жизни;

    даёт знать о существенных признаках всех главенствующих этапов развития.

    А теперь о заключениях Дмитрия Николаевича:

    «…И всё это, конечно, даст возможность безболезненно и ненавязчиво сочетать наши цели социального характера с материалом духовного богатства ребёнка, с направлением его естественного развития.

    Таким образом, почти незаметно мы достигнем цели: устремления социального характера станут частью личных устремлений ребёнка и будут усвоены».

    И далее:

    «Ознакомление с духовной жизнью ребёнка, особенно с развитием его естественных интересов откроет широкий путь любому воспитательному воздействию и, тем самым, ощутимо ослабит неистовство того трагического потока, который рождается и несётся на почве воспитания».

    * * *

    – Я не могу писать контрольную, видите, руку сломал.

    – Пиши левой рукой.

    – Будет неразборчиво, вы не поймёте.

    – Это наша проблема.

    – Не могу писать левой рукой.

    – Напишешь контрольную через неделю.

    – Через неделю не вылечусь.

    – Напишешь, когда вылечишься.

    – Я не знаю, когда...

    – В конце года.

    – Вряд ли.

    – Тогда дадим переэкзаменовку на осень.

    – Боюсь, что и тогда рука будет болеть.

    – Ну что же, не получишь аттестат.

    – Это всё, чем вы можете утешить меня.

    – А что ещё?

    – Надеждой какой-нибудь...

    – Это школа, а не богадельня.

    – Ну ладно, раз так. Это я нарочно забинтовал руку, чтобы испытать вас.

    – Как ты посмел...

    – Это почему? Должен ведь я знать, на чьей вы стороне!

    – ......        

    * * *

    Дорогие коллеги!

    Предлагаю избавиться от одного заблуждения, которое влечёт за собой бесконечное множество неверных толкований и действий. Заблуждение заключается в тезисе о том, что школа готовит детей, молодое поколение, к будущей жизни.

    Давайте сперва разберёмся, о какой подготовке и для какой будущей жизни идёт речь.

    С религиозной точки зрения будущая жизнь – это жизнь в Царстве Небесном, она вечная, и может начаться после ухода человека из земной жизни, из жизни в материальном мире. Церковь считает, что земная жизнь есть подготовка для жизни будущей – Небесной. Такой подготовке способствует религиозное воспитание и жизнь по заповедям данной религии.

    Педагогическое учение Яна Амоса Коменского имеет в виду именно такую подготовку молодых людей в условиях семьи и школы. Точнее, имеется в виду такое светское образование, которое направит душу растущего человека к Богу. Главы «Великой дидактики» гласят: «Эта жизнь является только подготовлением к вечной жизни»; «Есть три ступени приготовления к вечности: познание себя (и вместе с собой всего), управление собой и стремление к Богу».

    Для церкви будущая жизнь – вполне конкретное понятие, и потому, исходя из цели, она может наметить содержание и пути воспитания. Религиозные школы направляют поколения (не только молодые, но и старшие) к такому пониманию будущей жизни и соответствующему ей образу жизни на земле.

    Константин Дмитриевич Ушинский призывает, чтобы светские, народные школы сохранили в себе «разумную религиозность».

    Современные светские, в первую очередь, государственные школы не ставят задачу такой подготовки своих учеников к будущей жизни. Они имеют в виду подготовку молодого поколения для той части жизни, которая начинается после завершения одного из этапов среднего и, может быть, высшего образования. Светская школа не заботится о той жизни, в которую уходит человек после смерти, ибо считает, что религиозная вера и жизнь по законам веры – это свободный выбор человека.

    Мыслится, что жизнь, для которой школа готовит молодое поколение, должна начаться спустя завершения среднего или высшего образования, особенно же тогда, когда молодой человек приобретает профессию и приступает к самостоятельной трудовой жизни.

    Чтобы готовить поступившего в первый класс Ребёнка для будущей жизни, нам будет необходимо знать: какая будет эта жизнь спустя два десятилетия. Нам нужно будет ответить на вопрос: эта будущая жизнь ждёт молодых людей там, или в том будущем пока пустота, и только своим приходом они наполнят её смыслом?

    Есть и не менее важный вопрос: каково качественное соотношение между жизнью, которая уже есть, и жизнью, которая наступит спустя десятилетия? Одно из трёх: или будущая жизнь будет гораздо лучше нынешней (но в каком смысле: экономическом, культурном, духовно-нравственном?), или она будет такая же, какая сейчас, или будет хуже, чем сейчас (тогда надо готовиться к худшим временам).

    У нас нет ответа на эти вопросы. Знали бы мы точно, что ждёт подрастающее поколение в будущем (как это знает Церковь), то мы, действительно, приняли бы педагогические меры, чтобы молодые люди, вступившие в неё, могли бы выжить, могли бы сохранить жизнь, или же, если она обязательно будет светлая, обогащали её.

    Но знать на сто лет вперёд, как изменится жизнь и, особенно, как в ней надо жить и действовать, – мы пока не научились. Значит, подготовка нынешнего школьного поколения для жизни, которая будет в 50-90-е годы двадцать первого века, скорее станет блужданием в потёмках.

    Реальная школьная жизнь в целом, конечно, никакая ни подготовка к будущей жизни. Это так же, как и нынешние поколения взрослых (скажем, моё поколение 30-х годов прошлого века), не получили в школе никакой подготовки к жизни, хотя только и шла речь, что нас воспитывали как верных строителей коммунизма, что считалось «светлым будущим». Но настало время, пришло это будущее, стало оно настоящей жизнью 80-х, 90-х годов и начала двадцать первого века, – и в ней потеряли смысл ценности, для которых нас готовили. Что же произошло с людьми, в которых когда-то вкладывали идеалы будущей светлой жизни? Пришло разочарование, растерянность, конфликт с новым временем, крушение надежд и т.д. и т.п.

    Туманный смысл о подготовке поколения к будущей жизни не может стать в нашей образовательной деятельности более или менее естественным инструментом для воодушевления наших учеников, мы не можем им сказать: «Смотрите, к каким сияющим вершинам мы вас ведём!»

    Но зато получается нечто вовсе неестественное: под видом подготовки к будущей жизни мы требуем от своих учеников смирения и послушания, выполнения воли своих учителей и воспитателей, терпения и дисциплины, принятия ограничений в свободе – и всё это они должны считать как благо, творимое для их будущего. А так как школьники, в силу трагедии воспитания, принять всё это безоговорочно не могут, – то вступают в силу санкции, наказания и тому подобные средства. Это есть одна из веских причин того, что суициды среди школьников устрашают, курение, алкоголизм и наркомания – ужасают, а в отношении сотни тысяч и миллионов детей-бомжей общество становится равнодушным.

    Навязываемая нами туманная будущность не становится для наших учеников источников светлых мотивов. А в результате получается, что ученики отбывают школьные годы как наказание, а не проживают их как радостную полосу детства и юности.

    Мы можем упростить для себя вопрос: мы вооружим учеников прочными знаниями, умениями и навыками, поможем, если получится, сориентироваться в выборе профессии, может быть, дадим какие-либо первоначальные профессиональные навыки, – это и будет их подготовкой к будущей жизни, или, просто к жизни, а дальше пусть сообразят сами.

    Однако по опыту видим, что от школьных знаний молодые люди освобождаются с лёгкостью и сразу, как только покидают школу. Мудрость Альберта Эйнштейна поможет нам понять смысл школьного образования: образование это то, говорит он, что остаётся от школьных знаний, когда забывается всё.

    Жизнь наших учеников дальше будет строиться не на базе школьных знаний, а на основе совсем других знаний, которые они приобретут сами по подсказке самой жизни и по велению собственных интересов и обстоятельств.

    У нас нет никакой уверенности, что в школьных знаниях, которые именуются основами наук, действительно заложены основы будущей жизни. Основы наук нельзя возвести над основами жизни. Эти знания, пусть даже обширные и глубокие, займут в многогранной жизни людей не столь значительное место, чтобы стоило из-за них жертвовать прекрасными годами жизни. Роль, притом, важнейшую, могут сыграть, как это ни парадоксально, формальные удостоверения (аттестаты, дипломы и т.п.) о полученных знаниях. Эти бумаги дадут им право продвигаться в жизни, притом, не в жизни в целом, а в некой узкой её сфере, где можно иметь материальное обеспечение. Школьные знания не решают действительно насущные проблемы жизни: общения и труда, смысла жизни и устремлённости, благородства и преданности, любви и верности, воспитания собственных детей и социальной активности, духовности и веры и т.д. Для школы все эти основания жизни или не существуют, или о них может быть лишь замолвлено слово.

    В педагогической среде то и дело блуждает ещё одно понятие: приспособить (адаптировать) молодых людей к жизни. Что значит приспособить? Если жизнь вокруг молодых людей недостойная, к чему мы их будем приспосабливать? Саму жизнь трогать не будем? А только научим молодых людей, как себя вести, чтобы эта недостойная жизнь не раздавила их – так, что ли? Или, может быть, научить их, как найти выгоду от этой непригодной жизни для своих личных целей – так, что ли?

    Самой жизни такое приспособленчество ничего хорошего не принесёт. Принесёт застой и нечто худшее. Жизнь двигается не тогда, когда люди перестраивают себя в пользу сложившихся условий, а тогда, когда они начинают менять одни условия на другие, более лучшие. Понятие адаптации хорошо применяют в особых сферах образовательной деятельности, но в отношении подготовки к жизни оно несёт заблуждение.

    * * *

    Птицы отдали своих птенцов в школу Совы.

    Сова в безлунную ночь усадила учеников на ветку и приступила к подготовке их к жизни.

    Она дала им ЗУНы об основах наук безлунной ночи, о философии одиночества в дупле, о зверином правопорядке ночного леса.

    Потом провела ЕГЭ, выдала всем аттестаты зрелости и сказала: «Живите!» Сама же срочно залезла в дупло, ибо наступило утро и взошло Солнце.

    Выпускники оглянулись: нет безлунной тьмы, нет одиночества, нет ночного леса. Как жить?

    Они закричали Сове в дупле:

    – Ты готовила нас для ночной жизни в лесу, а мы – птицы Света. Как же теперь нам жить?

    – Разберитесь сами... – выдохнула Сова из дупла и погрузилась в философию одиночества.

    * * *

    А теперь о том, хотят ли дети, чтобы взрослые готовили их к будущей жизни (говорят иногда – «большой жизни», «настоящей жизни», ибо считается, что жизнь школьников ещё не есть ни большая, ни настоящая. Но какая же тогда она?).

    Прямого ответа на этот вопрос – «да» или «нет» – мы не найдём.

    Нам надо сперва разобраться, что есть хотение и из каких переживаний оно слагается.

    Одной группе психологических свойств Ребёнка присуща тяга к будущему, тяга побыстрее шагнуть в него, или же перетянуть его на сегодня. Такими свойствами являются: желания, потребности, чаяния, интересы, планы, мечтания, фантазии, зов сердца, стремление к совершенствованию, смысл жизни (может быть, ещё кое-что такого рода). В каждом из этих свойств заключена сила, которая побуждает Ребёнка шагнуть в будущее. Их своеобразный синтез превращается в осознанное или мало осознанное актуальное чувство хотения. Оно объединяет энергетические импульсы вовлечённых в него психических актов и становится силой, которая направляет Ребёнка на поиск условий, его удовлетворяющих. А эти условия будут находиться на некоем – большом или малом – расстоянии от настоящего и, порой, от окружающего актуального пространства тоже. Значит, чтобы удовлетворить хотение (а оно этого требует), нужно шагнуть в будущее, при этом, если только возможно, не дожидаясь его, а перетягивая в день настоящий!

    Между хотениями Ребёнка и хотениями взрослого есть большая разница: Ребёнок нетерпелив в удовлетворении своего хотения, взрослый же может отложить свои хотения до поры до времени или вовсе отказаться от них.

    Здесь надо сослаться ещё на одно понятие – ожидание. Если Ребёнку обещают исполнение какого-либо сильного желания спустя, скажем, неделю, то эта неделя наполнится переживанием ожидания, и он с нетерпением будет ждать, когда же наступит назначенный день. Эти периоды ожидания таят в себе воспитательные возможности: Ребёнок становится более податливым, послушным, ради исполнения обещанного может проявить волю для выполнения своих обязанностей и, сверх того, которые иначе для него в тягость. Если только воспользоваться периодами ожидания мудро, можно будет развить в Ребёнке волю, терпение, понимание, согласие; можно помочь ему отказаться от дурных привычек и нежелательных устремлений.

    Однако будет очень опасно для воспитания, если взрослые не сдержат своего слова, не выполнят обещанного. Если ожидаемое будущее не состоится, это вызовет в Ребёнке самые отрицательные эмоции и чувства, среди которых будет недоверие и к взрослым, которые обманывают, и к будущему, которое изменчиво.

    Дети без хотения не бывают. А природа хотения показывает, что они, хотя не совсем осознанно, тянутся к завтрашнему дню, лучше сказать, к ближайшему, а не отдалённому будущему.

    Но в Ребёнке есть ещё одна мощнейшая природная сила, которая устремляет его к своему завтрашнему дню ещё больше – это страсть к взрослению. Ребёнку не терпится быть более взрослым, чем он сейчас уже есть. С возрастом эта страсть меняет формы и содержательный смысл проявления всё больше усиливается, пока не наступит время её угасания.

    Мудрецы скажут: после двадцатитрёхлетнего возраста никто маленьким не является.

    Наступит чувство взрослости, и страсть к взрослению прекращается. Ребёнку же, который мучительно переживает эту страсть и ищет условия её удовлетворения, взрослые часто напоминают: «Ты ещё маленький... Тебе это пока нельзя... Пока тебе рано этим заниматься... Вот поумнеешь, тогда и разрешим...» Иногда и запрещают лезть туда, где им не место.

    Детство есть процесс взросления, а взросление есть процесс вхождения в будущее; а так как оно есть страсть, то без мудрого участия взрослого Ребёнок может запутаться. Он может с лёгкостью перенять дурные привычки взрослых, может попасть в дурную компанию, может сквернословить, самовольничать, причинять себе непоправимый вред.

    Страсть к взрослению может стать педагогическим инструментом в руках взрослого, и он обязан применять его мудро, помочь Ребёнку взрослеть и даже ускорять ход взросления, направить его на путь самопознания и самосовершенствования, помочь задуматься о смысле жизни и о своём предназначении.

    Вывод из всего сказанного один: да, вся сущность Ребёнка стремится к будущему, но к такому, в радиусе которого его хотения сохраняют напряжённое устремление. Но чтобы принять смысл более отдалённого будущего, которому он подчинит свою свободную волю, Ребёнок нуждается в подготовке.

    Если завтра предстоит долгожданный поход, не будет ли он готовиться сегодня?

    Если в ближайшем будущем предстоит долгожданная поездка, не будет ли он заблаговременно думать, что возьмёт с собой, и не будет ли заранее укладывать чемодан.

    Если завтра будет урок любимого Учителя, не будет ли он сегодня готовить его задание?

    Если собирается купить велосипед, не будет ли месяцами копить в копилке деньги.

    Если решил участвовать в будущем году в олимпиаде интеллектуалов, не будет ли он уже в этом году целенаправленно готовиться к ней?

    Если он действительно решил стать физиком, не будет ли в течение предыдущих лет проявлять свои способности и ставить физические эксперименты?

    И если кто придёт к нему помочь готовиться к желанному будущему, будет ли он с порога опровергать такую помощь?

    Но Ребёнок категорически не приемлет никакую помощь, никакую заботу учителей и воспитателей о нём, если они переходят в принуждение, навязывание. Он не будет считать за благо никакую заботу от своих учителей и воспитателей о его будущем, если она – забота – не согласована с его сущностью. Настоящая жизнь Ребёнка весьма богата и многогранна. Суживать её до учения или до выработки навыков вызовет в нём волну протеста и негодования. В школах, где авторитаризм является нормой, дети могут сказать, что там у них жизни нет.

     

    * * *

    Дорогие коллеги!

    Хочу сам разобраться в источниках, откуда могу впитать в себя смысл жизни; хочу разобраться в соотношении трёх времён, которые называются прошлым, настоящим и будущим. Вы проследите, пожалуйста, за ходом моих размышлений и, если сочтёте нужным, сделайте для себя выводы. Мои размышления являются вариацией на темы уже известных философских проблем.

    Говорят, пишут, исследуют – что Библия полна предсказаниями, загадками и знаками, при разгадке которых мы бы могли узнать многое о своём будущем, о будущем человечества вплоть до конца Света.

    Говорят, исследуют – что Нострадамус предсказал события, которым суждено произойти в будущем – более или менее отдалённом. Часть предсказаний нашла подтверждение, ибо исполнилась. Часть ждёт своего часа, чтобы исполниться. Часть же предсказаний пока не поддаётся распознаванию.

    Говорят, пишут, подтверждают – что болгарская слепая женщина Ванга была ясновидящей и многим предсказала будущее, многих предупредила о надвигающихся бедах; предсказала о событиях, которые произошли или произойдут в будущем на Земле. Среди тех, которые свидетельствуют о верности предсказаний Ванги, есть весьма уважаемые люди, в том числе науки, которым можно верить.

    Все мировые религии, многие мудрецы, философы и мыслители, которые наполнили разум человечества идеями, утверждают, что душа человека есть бессмертная сущность; утверждают ещё, что существуют Высшие Миры, в которых продолжается жизнь духовного плана; есть Царство Небесное – мир бессмертия и блаженства. Истина эта, как утверждают духовные и философские учения, может быть познана только в духе каждым отдельным человеком, потому она личностная. Она и порождает веру или укрепляет её в душе человека. И если он задаст самому себе вопрос – в чём смысл жизни, сам же найдёт ответ: познавать и совершенствоваться. В этой формуле отражается всё содержание духовно-нравственной жизни человека, его отношения к самой жизни, ко всему, что на Земле и на Небесах. Путь его будет направлен к Свету, к Высшим Мирам, к Богу.

    Можно ли перечеркнуть невидимую вечную жизнь одним отрицанием: «Не верю»?

    Если кто скажет, что во всём этом ложь, и обратится к науке, то она не сможет оправдать его ожидания. Но своя вера заставит его выбирать соответствующий смысл жизни: «Бери от жизни всё», и путь его будет направлен к земным благам и удовольствиям.

    Можно было бы тут размышлять о том, к чему могут быть направлены образование и подготовка подрастающего поколения к будущей жизни, но реальность до той степени очевидна, что размышления мои на этот счёт излишни. Скажу только: в словаре авторитарной педагогики тоже существуют понятия: духовность, гуманность, радость, любовь и т.д. Но всё дело в смыслах этих понятий.

    Можно ли быть гуманным, но оставаться авторитарным? Можно ли говорить о духовности, опровергая дух?

    Можно ли любить без чувства сострадания?

    Можно ли предложить ученикам, чтобы они радовались учительскому авторитаризму?

    Примет ли такой подход мудрость: иметь собственность без чувства собственности?

    И в чём же будет заключаться смысл подготовки учеников к будущей жизни? В том, по всей вероятности, чтобы они преуспели в продвижении по карьерной лестнице и приобретении материальных благ. Как это может произойти? Так, как подскажут условия жизни, без особой оглядки на нравственность.

    Я оставляю эту тему, она для меня очень скучная и грустная.

    А воодушевляет меня идея о познании и совершенствовании смысла жизни. Самосовершенствование происходит через расширения сознания личности и через преобразование ею внешнего мира. Самосовершенствование, по сути своей, есть сложный путь впитывания Света, или, как говорил Лев Николаевич Толстой, очищения себя, чтобы дать возможность проявиться в нас Вечному Свету. Как можно заниматься самосовершенствованием, если не творить общее благо, не мыслить о вечном, не восполниться заботой о человечестве?

    * * *

    Вот прекрасная космогоническая притча, которую я вычитал из Учения Жизни. Через неё мне будет легче выразить свои отношения.

    Жило ужасное чудовище, пожирающее людей. Однажды оно преследовало очередную жертву. Человек, спасаясь, нырнул в озеро. Чудовище прыгнуло следом за ним. Ища спасения, человек прыгнул на спину чудовища и крепко схватился за торчащий гребень. Чудовище не могло перевернуться на спину, ибо его брюхо было незащищено.

    Но человек думал, что он своим отчаянным положением спасает человечество, и в этой мировой мечте силы его напрягались без устали. Чудовище, между тем, так ускорило бег, что искры летели огненным хвостом. И в пламени чудовище стало подниматься над Землёю. Мировая мысль человека подняла даже врага. Когда мы увидим комету, пошлём свою благодарность отважному всаднику чудовища. Мысли наши дадут ему новые силы.

    Вот какой вывод следует за притчей:

    «Устремите себя на руководящую мысль о помощи человечеству. Думайте ясно, что вы делаете не личное, не групповое, но абсолютно полезное дело. Делаемое вами без времени и пространства является трудом на соединение миров. Храните руководящую огненную мысль».

    Руководящая огненная мысль есть устремлённость к морю Света.

    * * *

    О прошлом, настоящем и будущем.

    Можно ли эти времена в нашем сознании слить как единое целое?

    Прошлое, конечно, останется прошлым, настоящее – настоящим, будущее – будущим. Но может ли наше сознание, исходя из понятия вечности, найти в них то, что составляет основу человеческой жизни в мире земном и в мире надземном? Если мы найдём решение этой загадки, тогда смысл подготовки подрастающего поколения к будущей жизни обернётся другой, более светлой стороной.

    То, что было, то ушло. Но ушло ли насовсем.

    То, что будет, ещё не наступило. Но так ли это на самом деле?

    Что же делает настоящее: в нём нет ли ничего из прошлого и ничего из будущего?

    Для того чтобы мы жили, проявляли себя, общались, созидали, творили, переживали, мыслили, достигали, радовались, огорчались и т.д. – нам нужно только настоящее, оно реально, материально, актуально. Оно сейчас и здесь. Но весь смысл в том, что без присутствия в нас прошлого и без присутствия будущего не будет настоящего. Жизнь происходит в нас самих, а не вне нас.

    Завтра или более отдалённое будущее существуют не где-то там, а в нашем внутреннем, духовном мире; также как и вчера, которое без нас пропало бы бесследно. Что нам даёт прошлое? Оно оставляет в нас опыт, жемчужины знаний, продвинутое, расширенное сознание, переживания.

    Всё это – суть Света. Всему этому нет конца, ибо над звёздами есть звёзды, над небесами есть небеса. В настоящем будет то же самое, только в другой, более расширенной спирали, которая без прошлого прервётся.

    Что же сулит нам будущее?

    Веру в новую спираль.

    Вот какая задача передо мной возникает.

    Вчера мы решили завести кирпичи для строительства храма.

    Сегодня завезли кирпичи.

    Завтра будем строить.

    Но в этом ли суть нашей деятельности?

    Смысл единства этих времён мы извлекаем через вопрос: из какого из этих времён к нам пришла идея строить храм?

    Вряд ли мы сможем однозначно указать на какое-либо время.

    Не было бы прошлого, мы бы не рискнули взяться за большое дело: нам нужны силы (знания, опыт, уверенность), и прошлое даёт их нам. Не было бы будущего, к которому устремлена наша сущность, у нас не было бы нужды что-либо строить. Не было бы настоящего, мы бы не осуществили идею строительства храма.

    Таким образом, будущее вдохновляет нас, прошлое – обнадёживает, поощряет, вселяет уверенность, настоящее же двигает к созиданию.

    Настоящее есть синтез прошлого и будущего. Выключите одно из этих звеньев – и не будет ничего, не будет творения. А все они вместе – одно целое, воплощающееся в настоящем, сегодняшнем дне, часе, даже в миге. Прошлое и будущее существуют только через настоящее. Жизнь протекает только в настоящем, но с опытом прошлого и с мыслью о будущем. В прошлое, которое есть календарная действительность, мы никогда не вернёмся. В будущее, которое тоже есть календарная действительность, никогда не перескочим, минуя настоящее. Есть одна непрерывная нить – вечность, которую мы можем ощущать и осознавать в себе. Она и называется в нашем земном понимании настоящим. Настоящее есть земное название космической вечности.

    Конечно, от всего того, что может помешать нашему творчеству, и что нам осталось от прошлого, мы освобождаемся, но от накопленного Света освобождаться не будем, ибо ради него мы и пришли в земную жизнь. Его и унесём с собой в жизнь неземную. То, от чего мы освобождаемся, – от ошибок и заблуждений, от нечистых мыслей и чувств, неверных жизненных шагов, – всё это отходы земного строительства. Отходы наши и есть прошлое. Но то, от чего не будем освобождаться, станет истиной и прошлого, и настоящего, и будущего, иначе – вечностью, которая без времени и составляет нашу нарастающую суть. «Будьте совершенны, как совершенен Отец ваш Небесный», – призвал нас Иисус Христос. Смысл жизни каждого отдельного человека есть непрестанное самосовершенствование, которого мы достигаем путём улучшения жизни, её условий и форм. Мы не можем совершенствовать себя, не думая о красоте жизни и не созидая прекрасное.

    Все эти рассуждения я извлекал из основополагающей для меня идеи «Живой Этики»:

    «Так надо строить, чтобы всё прошлое совпало с будущим. Разрушается всё ошибочное и случайное, но нить знания не должна быть нарушена. Не уступки прошлому, но поток вечности».

    Прошу вас, дорогие коллеги, обратите внимание на зерно этого постулата: «Так надо строить, чтобы всё прошлое совпало с будущим». То есть, так, чтобы, как только возможно, не было бы отходов. Тогда прошлое и совпадёт с будущим, и это совпадение произойдёт в вечно настоящем, которое движется с помощью энергии прошлого и магнитом будущего.

    Я начал свои размышления, сославшись на предсказания о будущем. Если развивать эту тему, то нужно будет принять допущения о том, что будущее в нашем присутствии уже существует, но не надо думать, что мы обречены на те события, которые ждут нас, которые там уже происходят, свершаются в разных периодах будущности.

    Будет неверным считать, что мы обречены событиями будущего, ибо каждый человек наделён такой мощнейшей направляющей силой, какая есть личная Свободная Воля. Она, – эта божественная сила, которая есть качество Бога, – даёт нам возможность, даже власть – находясь в настоящем, управлять будущим. Если пророк скажет нам, что в будущем нас ждёт страшный суд, и мы поверим в это, неужели не направим нашу Свободную Волю к таким действиям и к такому образу жизни, которые помогут нам миновать или смягчить нашу участь.

    В этом будущем уготавливаются события, которые вызываются нашей жизнью в настоящем. В настоящем мы сеем причины, их уносит прошлое, но в последующем настоящем мы получаем следствия. Возникает такая философская картина: наше прошлое не покидает нас, даже опережает наше настоящее, чтобы встретиться с нами как преобразованное настоящее.

    Закон причин и следствий – незыблемый закон во всех сферах земных и космических проявлений. Что сеем, то и пожинаем. Мы вечные сеятели причин и пожинатели следствий. Но надо отдать должное этому универсальному закону: следствия всегда будут превосходить причины. Сказано: посеешь ветер, получишь бурю. Если посеем любовь и добро, получим Свет и восхождение. Посеем злобу и ненависть, получим тьму и проклятие. А если сеятель окажется мудрым, он будет сеять постоянно только искорки Света и будет также постоянно пожинать лучики Света.

    Но надо знать, что сколько бы ни было в нас Света, – море, океан, – на пути вечности и беспредельности всё равно будем жаждать его.

    * * *

    Дорогие коллеги!

    Этот философский экскурс понадобился мне, как вы, конечно, догадываетесь, для своих педагогических выводов. Точнее, я попытался представить вам философский подтекст моего педагогического текста.

    А теперь предлагаю вам выводы в связи с пониманием смысла подготовки школьников не к будущей жизни, а к основам жизни. Для этого нужно:

    Первый вывод.

    Воспитывать в них жизнь с помощью самой жизни. «Дети не готовятся к жизни, они уже живут», – так сказал Константин Дмитриевич Ушинский.

    Второй вывод.

    Помогать им впитывать в себя универсальный закон причин и следствий, – он действует и в большом, и в малом, – и научиться строить по нему жизнь.

    Третий вывод.

    Помогать им впитывать в себя универсальный смысл жизни: совершенствовать себя через совершенствование жизни вокруг себя и внутри себя.

    Четвёртый вывод.

    Развивать в них возвышенные воображения и устремления к прекрасному, научить и помогать им воплощать воображаемое в реальность.

    Пятый вывод.

    Развивать в них способность направлять свой взор на свой внутренний мир, где они могут открыть свое предназначение, свою миссию и где они могут постигнуть смысл служения Свету.

    Шестой вывод.

    Устремлять их сущность к благородству и великодушию, к творению блага и любви, и объяснить им, как происходит гранение алмаза духа.

    Седьмой вывод.

    Если всё это по-прежнему будет именоваться подготовкой наших учеников к будущей жизни, – то пусть забота о будущем нисколько не умалит жизнь настоящую, пусть будущее освещает своим присутствием настоящее, пусть будущее станет дыханием настоящего, пусть настоящее станет как будущее.

    * * *

    Чем славится Поэт?

    Стихами, которые западают в сердце.

    Стихи – искорки Света Поэта.

    Чем славится Художник?

    Картинами, которые вселяют красоту.

    Картины – искорки Света Художника.

    Чем славится Композитор?

    Мелодиями, которые обмывают душу.

    Мелодии – искорки Света Композитора.

    Чем славится Учитель?

    Конечно же, уроками, которые воспитывают личность.

    Уроки – искорки Света Учителя.

    На уроках, прославляющих жизнь духа, рождается весь народ, вся страна, весь мир, вся планета.

    Истоками всей светлой части Ноосферы, рождённой и рождающейся беспрерывно, являются миллионы светлых уроков.

    Уроки жизни духа творят Дух Планеты.

    Но уроки безжизненные и бездуховные, как и подобного рода стихотворчество, музыка, живопись и вся псевдокультура, набрасывают на Ноосферу тени и пятна, которые разводят невежество, безнравственность, злобу и безвкусицу.

    Есть люди, которые могли бы стать светлыми, но такими не стали, – это потому что им не достались светлые уроки своих учителей.

    * * *

    Учитель и Урок – целостное явление.

    Нет Урока без Учителя.

    Учитель есть творец Урока.

    Урок есть альфа и омега школы.

    Урок – искра знаний, которая рождается во внутреннем Свете Учителя и дарится ученикам.

    Но во что урок превратился на деле и в обнаученной туманности?

    «Какая у вас нагрузка, коллега?»

    «Нагрузка» – это количество уроков в неделю, на основе чего исчисляется зарплата.

    Учитель загружен уроками!

    «Нагрузка» – понятие не очень-то радостное. Имеется виду, что на Учителе лежит какая-то тяжесть. Он сбросил бы её со своих плеч, но не может, от неё зависит материально. Но если ещё учесть, что каждый урок есть весьма нелёгкая система общения, то будет понятно, что «нагрузка» и «сверхнагрузка» согнёт в плечах любого учителя, для которого уроки обнаученные формы обучения, а не проба своих сил и сил своих учеников. Учитель, для которого «нагрузка» есть тяжесть, достоин сожаления: он грустный, озабоченный, раздражённый, злобный, спешащий, кричащий... Для него класс – это гнездо зла. Какие там «индиго», какие там «дети Света», «дети нового сознания»? Таковые для него не существуют.

    «Нагрузка... нагрузка... нагрузка»... Это слово, в общем-то, полезное, но для физического мира.

    Чем чаще будем повторять и мыслить его в связи с уроками, тем оно, в конце концов, сделает уроки действительно тяжёлым грузом. Мы должны отдать должное нашему подсознанию, которое незаметно для нас впитывает в себя часто повторяемые образы, а потом также скрыто влияет ими на наше сознание и на наши последующие восприятия. В данном случае груз есть груз – тяжесть. Хотя мы вкладываем в это слово вроде бы не тот смысл, который оно несёт, а смысл – количество уроков-часов, которыми определяется зарплата. Но почему выбрали именно это слово – «нагрузка», когда можно было бы пользоваться словами: оклад, жалованье, зарплата?

    Если уроки для учителя нагрузка, чем же они будут для учеников? Тоже нагрузкой? Ведь им приходится сидеть на уроках в неделю 20–24 часа в начальных классах, а 40–45 часов – в старших! Вот и приходится говорить о перегрузке учеников.

    Может быть, оставим в покое слово «нагрузка» в связи с уроками, ибо наша педагогическая речь без этого и подобных ему слов станет ещё чище, а в наших отношениях к Уроку не зародятся подсознательные негативы.

    Скажем о других негативах тоже, чтобы снять с Урока лишние характеристики, ограничивающие его смысл.

    Вот обычный вопрос в учительской:

    – Коллега, чем вы были заняты?

    Вот и обычный ответ:

    – Проводил урок, чем же ещё...

    Как будто по-другому и не скажешь: провёл урок, провожу урок, проведу урок. В этих «провожу урок», «проведу урок» положительных эмоций, должно быть, очень мало.

    У учителя есть нагрузка, вот и провёл он сегодня свои пять-шесть уроков, выполнил свою обязанность, свалил с себя груз, вздохнул облегчённо. Чувство служения, чувство радости в этом «провожу урок» не звучит. В нём не звучит радость. Каково же будет ученикам, которым Учитель провёл очередной урок?

    В общем, мне не нравится «проводить урок», так же как не нравится ещё одно выражение из учительской профессиональной лексики: дать урок.

    Как это можно – дать Урок?

    Это выражение имеет весьма грустный подтекст: учитель даёт урок, если кто хочет, пусть берёт, ему не жалко, таких уроков-штампов у него много. Кто же не захочет взять уроки, пусть пеняет на себя, ему самому хуже будет.

    Урок даётся, не глядя в глаза ученикам. Логика нехитрая: учитель даёт ученикам «качественный» урок; но ученики, со своей стороны, должны ведь качественно его принять: быть дисциплинированными, внимательными, выполнять задания, отвечать на вопросы, уважать учителя.

    Учителей, которые дают уроки, называют даже не учителями, а урокодателями, то есть, равнодушными к тому, чем они занимаются.

    Давать урок и проводить урок имеют в принципе одно и то же содержание.

    Дать урок не значит Дарить Урок.

    Дать урок можно без жертвы со стороны учителя. Это ученикам надо будет жертвовать, чтобы брать урок, в котором нет учительской души. От таких уроков в них остаётся равнодушие, отвращение, неуважение, безответственность.

    Но если дарил бы Учитель своим ученикам Урок – это означало бы, что в нём чувство заботы, ответственности, любви. Дар не состоится, если не знать, что может порадовать учеников, примут ли они этот дар с восхищением, с благодарностью, пригодится ли он им.

    Урок как дар нельзя ни давать, ни проводить.

    Урок творится и дарится как сокровенное.

    Давая урок – учитель может глядеть в потолок.

    Даря Урок – Учитель смотрит в глаза учеников.

    Творить Урок означает – бережно и естественно вовлекать учеников в созидание самих себя.

    Не будем распространяться о других речевых погрешностях, тоже умаляющих прямо или косвенно значение Урока и учительской творческой деятельности.

    * * *

    Спросят:

    – Какая у вас нагрузка?

    Отвечайте:

    – Забываем это слово, ибо знаем радость служения.

    Спросят:

    – Как вы уроки проводите?

    Отвечайте:

    – Учимся творить Уроки, а проводить их забываем.

    Спросят:

    – Можете дать урок?

    Отвечайте:

    – Уже нет, ибо предпочитаем дарить их.

    Спросят:

    – Программу пройти успеваете?

    Отвечайте:

    – Мы ставим учеников выше программ, учимся приобщить их к знаниям.

    * * *

    С чем тебя сравнить, Урок, чтобы познать твоё величие и почувствовать твою возвышенную и возвышающую всех и вся сущность?

    С чем тебя сравнить, чтобы навсегда отогнать от тебя наукообразную туманность, которая душит тебя, душит жизнь в великой Стране Образования?

    Мы приносим тебе свои извинения.

    Прости великодушно.

    Мы заблудились, следуя за наукой и принимая тебя как некую «форму организации учебного процесса». Тебя – живую сущность – мы превратили в бездушную форму и заполнили нашими скудными деяниями вроде: объяснять, закреплять, проверять, контролировать, тестировать и т.д. и т.п. Наука педагогическая замуровала тебя, Урок, живую жизнь, – в безжизненные понятия. Она заслонила тепло и лучи твои, вытеснила из тебя основу твою – Любовь.

    Мы заблудились. И хотя делали всё во имя детства, тем не менее наши старания не увенчались достойными успехами, а ученики всё больше и больше отдалялись от нас. Форма вела нас к формализму, в силу чего ты, Урок, стал для наших учеников приговором, а для нас – нагрузкой и условием прохождения программы.

    Мы каемся.

    Ты никакая не форма, а живая основа образования.

    Ты, Урок, призван обслуживать не только одну мелодию педагогической симфонии, которая называется обучением; в тебе должна зазвучать вся симфония, в которой сочетаются и гармонизируют все ведущие мелодии: образование, воспитание, духовность и нравственность, обучение и познание, развитие, смысл жизни, культура, предназначение... В тебе должна закипеть жизнь, которая перетягивает будущее в настоящее.

    Ты, Урок, одно из прекраснейших понятий живого педагогического сознания, ибо ты возвеличиваешь:

    духовность учительского разума,

    мудрость учительского сердца,

    благородства учительской души.

    Наше творящее терпение, устремлённость к благу и красоте зовут и напутствуют к творчеству, которому нет конца, ибо выше звёзд есть звёзды.

    «Учитель должен готовиться

    к Уроку

    всю жизнь», – 

    так сказал Василий Александрович Сухомлинский.

    В недрах твоих, Урок, будет цвести наша гуманность, а дети Света обретут свой путь.

    Мы будем творить и дарить тебя нашим ученикам. Ты, Урок, чаша из наших ладоней, в которой трепетно и заботливо вкладываем дары духа для наших учеников:

    любовь,

    радость,

    культуру,

    смысл жизни,

    искорки знаний,

    мудрость сердца...

    * * *

    Дорогие коллеги!

    Урок и Учитель – единое целое.

    Мы творим урок – значит, творим самих себя.

    Каждый человек имеет свою неповторимую сущность.

    Каждый урок имеет неповторимый почерк своего творца

    Урок есть воплощение нашего сознания и нашего сердца.

    Урок – это мы сами.

    Урок есть субъективное творение, как стих поэта, как картина художника. Никогда не было и не может быть двух одинаковых уроков.

    Каждый урок приходит в жизнь учеников один раз. Придёт он именно для них со своим Светом, придёт в назначенный час, одарит всех духовно-нравственным импульсом и поиском знаний, обласкает каждого в отдельности и сущностносообразно и уйдёт навсегда. Может быть, останется у учеников в их памяти, может быть, нет. Как запомнить все одиннадцать тысяч с лишним уроков, через которые проходит каждый школьник с первого по одиннадцатый класс. Но если Уроки рождались в море Учительского Света, если Учитель всю жизнь готовился для каждого Урока, то устремлённость к Свету никогда не покинет наших бывших учеников.

    Урок – опережающее настоящее.

    Уроку не нравится то, что на улице.

    На улице – зима, а на Уроке – весна.

    На улице – злоба, а на Уроке – возвеличивается благо.

    На улице – невежество, а на Уроке – царство мысли.

    Урок и улица – настоящие вложенные миры: одно дело, в каком мире живём, другое – как мы мыслим в этом мире. Лишь бы мыслили светлее в мире несовершенном, чем мыслили так же, как этот мир. Лишь бы стараться осветить невежество, чем приспосабливаться к нему.

    Урок – возвышает.

    Улица – не возвышает.

    Но запомни, Улица, этот день, который ты сейчас проживаешь, запомни, какая ты есть на этот час, сохрани в памяти безобразные образы этого дня!

    Этот же самый день сейчас расщепляется на тысячи, сотни тысяч, на миллионы уроков в школах, и Учителя Света помогают детям Света наполниться Светом.

    Пройдут годы... годы... десятилетия...

    Придут дети уже молодыми людьми. И так как будут они признавать только устремлённость к Свету, то изменят облик твой, Улица сегодняшнего дня!..

    Неужели говорим о чём-то утопическом?

    Неужели образование не в состоянии изменить мир?

    Ну, хорошо, отдадим дань материалистическому суеверию.

    Но ведь ясно, что тьма старается изменить облик мира! Почему более успешнее Свет не может изменить облик мира?

    Главное, чтоб в само образование не проникла тьма. Если наше Учительское Сознание изменит образование, то оно изменит облик улицы, ибо образование со своими Уроками есть рассадник Света.

    * * *

    Дорогие коллеги!

    Мы творим и дарим уроки нашим ученикам.

    Но что есть творить и что есть дарить?

    Давайте поищем своё толкование этих понятий, не заглядывая в словари.

    Имея в виду подтексты и контексты наших рассуждений, «творить» должно означать поиск нового, непрерывное движение от несовершенного к совершенному, от менее совершенного к более совершенному. Творчество – путь к Божественному.

    Мы творим тогда, когда устремлены к самопознанию, когда устремлены к красоте.

    Мы – творцы – созидатели самих себя и своих учеников, когда творим и дарим Урок.

    Творя и даря Урок, мы совершаем особый, может быть, самый утончённый и одухотворяющий вид педагогического общения.

    Сказал Мудрец:

    Легко быть садовником,

    трудно стать уроком семени.

    Легко давать и проводить уроки, не надо ломать себе голову: захотят ли ученики брать уроки, которые мы даём, будут ли они радоваться урокам, которые мы проводим для них. Если да – это хорошо, если же нет – это (как сейчас говорят равнодушные к чужим бедам люди) их проблема.

    Дарить Урок исключает такие отношения.

    Дарить Урок – значит: надо стать «уроком семени».

    Что есть семя?

    Оно есть сущность Ребёнка.

    Сущность есть всё основание Ребёнка, стремящееся к проявлению. В нём – движение духовных и природных устремлений, желаний, способностей, предназначения; оно есть подтекст и контекст жизни Ребёнка, его радостей и огорчений.

    Надо знать эту сущность. Во всяком случае, надо учиться и стараться предугадывать её движение, и пусть помогут в этом творчестве и сердце, и разум, и опыт, и знания, то есть весь тот Свет, который к этому времени мы уже успели впитать в себя.

    Трудно быть Уроком семени, потому что он должен быть сущностносообразным. Урок должен задеть почти весь внутренний мир Ребёнка.

    Но вот в чём наше испытание: как сделать, чтобы на одном Уроке задеть всех вместе и каждого ученика в отдельности. Если в классе тридцать учеников, то сущность каждого будет своя. Кому же надо дарить Урок: всем вместе и пусть поделят, кому что достанется? Или же сделаем так, чтобы урок достался каждому как можно в полном объёме. Может быть, пригодится для названия такого Урока образ «матрёшек», имея в виду, что в одном Уроке столько уроков, сколько и учеников в классе. Можно говорить и об уроке на волнах, когда каждая волна предназначена для возвышения того или иного ученика сообразно его сущности.

    Сказано:

    – Большому кораблю большое плавание.

    Нельзя задерживать быстроходов, и нельзя не поощрять идущих медленно.

    У каждого свой темп и свои способности познавать. Уравнять темп и способности каждого нельзя, ибо мы нанесём вред личностному становлению. Получим не Урок, который дарит каждому в отдельности свой Свет, а урок, который рассчитан на некоего абстрактного среднего ученика, и пострадают все.

    Того, кто всё это сочтёт абстракцией и у кого нет дела до каких-либо сущностей в учениках, назвать Учителем будет неправильно. Тот, разумеется, не станет уроком семени. Он, скорее всего, преподаватель, для которого важнее всего – пройти программу. Кто-то из них может быть назван садовником, если умеет поливать цветы, стричь газоны, следовать за красотою и убранством сада, но думать не будет о том, чем живут корни прекрасных растений и зачем и почему у цветов такой запах и такие краски. Для него будет важнее не то, что нужно растениям и что порадует каждого из них, а то, что нужно хозяевам сада, и как им угодить. Именно в той мере, в какой нужен сад хозяевам, садовник будет знать и о растениях.

    Каким должен быть дар, чтобы он был принят нашими учениками с восторгом, с восхищением, с удивлением, с интересом и признательностью? Какой должен быть Урок, чтобы ученики желали его и радовались ему? Какой должен быть Урок, чтобы он поощрял каждого в духовно-нравственном и познавательном продвижении?

    Дар без дарителя не существует.

    Чтобы Урок как дар состоялся, Учителю надо знать, как дарить его своим ученикам. Во-первых, дар должен быть:

    – желанным,

    – неожиданным,

    – нужным,

    – жизненным.

    Во-вторых, сам процесс одаривания должен быть:

    – искренним,

    – естественным,

    – красивым,

    – искусным,

    – торжественным.

    Ученик должен чувствовать, что его Учитель:

    – любит его,

    – заботиться о нём,

    – предан ему,

    – верит в него.

    Что может остаться в качестве учительского дара в каждом ученике? Может остаться:

    – радость от познавательного успеха,

    – одухотворённые знания,

    – чувство ожидания.

    Урок!

    Ты – пучок искр из Света и Знания.

    Каждая искорка рождается в пламени огня учительского Сердца и Разума.

    Там любовь, мудрость, духовность, забота.

    Возьмёт разум учителя формулу Н2О и скажет ей: «О, Вода, ты величайшая стихия Природы, ты условие жизни на земле. Скрываешь в себе много могущественных тайн, но осторожно открываешь их людям. Видно, ты поступаешь мудро, ибо люди – как дети, которым нельзя давать в руки даже хлопушки, пока не подрастут, не поумнеют. Вот, овладевает человек знанием, как расщепить тебя и как получить власть над огромной энергией. Ты сила созидания, но можешь стать силой разрушения. Всё зависит от того, как к тебе отнесётся человек. Потому знания о тебе направлю я в сердце своё, чтобы оно стало облагороженным, одухотворённым».

    Спускается в сердце Учителя Н2О. Скажет сердце: «Ты живая мыслящая сущность, умеешь откликаться на мысли, слова, чувства и дела человека. Ты умеешь радоваться и обижаться. Ты любить орошать и облагораживать нашу жизнь, жизнь всего сущего на Земле. Но ставишь нам условие: мы должны чтить закон блага, закон эволюции, закон причины и следствия. Иначе, ты сделаешься наводнением, ливнем, штормом, цунами и проучишь нас. Ты прекрасна, когда мы любим тебя, любим природу, любим друг друга, когда созидаем вокруг себя красоту. Ты благородна, как и вся Природа, и призываешь нас тоже быть благородными. Нам нужно научиться не гневить себя, а сотрудничать с тобой». Поспешит учитель к ученикам с формулой Н2О. Она уже искорка знания, рождённая в Свете учителя. Она одухотворена, обезврежена для людей, для природы, для космоса. Искорка искрится. Учитель показывает ученикам опыты с водой, а школьники: «Ой, как здорово!.. Ох, как интересно!..» Учитель просветляет сердце и разум учеников, посвящает их в тайны жизни воды и жизни людей...

    Дар состоялся: формула ожила для учеников. Они не будут обижать воду, полюбят ручейки, реки, озёра, моря, ледяное поле. Будут уважать воду в теле человека. Вода порадуется доброму слову, добрым мыслям, чувствам и поступкам.

    * * *

    Какие Уроки нужны нашим ученикам, о чём с ними надо говорить на уроках?

    Наши ученики – это дети Света, они рождены, чтобы мыслить космически, но жить духовно-нравственными законами Земли. Им нужны Уроки, через которые они смогут осознать их сопричастность к двум мирам. Пусть поможет нам перифраз мысли Николая Бердяева, чтобы уточнить эту идею: человек сопричастен к Миру Высшему, который он в духе отражает, и к Миру Земному, судьбу которого он разделяет.

    Но с нашими учениками может случиться то же самое, что и с человечеством: они могут так погрузиться в земные проблемы и переживания, что забудут о своей причастности к Миру Высшему. Но мы можем помочь своим ученикам, чтобы они не потеряли память о будущем и не порвали связь с Высшим Миром.

    Потому нам придётся дарить нашим ученикам Уроки:

    о жизни и о смысле жизни,

    о Земном Шаре и о Звёздном Небе,

    о жизни материальной и о жизни духовной,

    о предназначении, о долге и о служении,

    о самосовершенствовании и о благе,

    о любви и о творящем терпении,

    о том, что тело есть инструмент духа,

    о добромыслии и доброречии,

            о сердце и о чувствах,

    о собственности без чувства собственности,

    о вере, о благе, о заповедях,

    о мужестве и о преданности,

    о Свете и о тьме...

    Дар будет принят, если уроки такого склада будут преподнесены в атмосфере искренности и доверия, свободного и непосредственного общения.

    * * *

    Кто есть Учитель Света?

    Любой, кто устремлён впитать в себя море Света.

    Устремлённый к свету уже есть Светоносец.

    Учителя Света живут, творят, общаются, как подобает Свету.

    Учитель Света общается не с самим учеником, какой он сейчас есть, а с его воображаемым светлым образом из ближайшего будущего.

    Учитель Света верит в каждого ученика.

    Он отдаляется от понятий и слов, которые могут унизить или осквернить его учительское достоинство.

    Учитель Света скромный, благородный, великодушный.

    Учитель Света перекрывает педагогическое невежество Светом.

    Учитель Света на уроке – сама жизнь.

    Он – загадка для своих учеников.

    Он для них – неожиданность, удивление и восхищение.

    Он – естественность, непосредственность и красота.

    Он – забота, защита, надежда.

    Он – открытость и честность.

    Он благодарит учеников за то, что они помогают ему стать мастером педагогического труда.

    Он может позволить себе извиниться перед учениками: «Урок не получился».

    Он может сказать своим ученикам: «Дайте мне домашнее задание – какой урок для вас приготовить».

    Он может принести ученику в подарок на день рождения Урок.

    Он позволит себе отменить программу, если она противоречит духовно-нравственному и познавательному развитию учеников.

    Он может сделать своих учеников соавторами учебников.

    Бушети, Грузия.

    25.07.2008.

    Детей и педагогику я люблю

    С раннего утра он садится за свой письменный столик под сводами. Пишет роман, которому суждено стать шедевром мировой культуры. Ему трудно оторваться от стола, трудно отложить перьевую ручку хоть на час. Но в его духовный мир врывается толпа крестьянских детей – оборванных, грязных, худых. Они шумят, дерутся, играют, валяются на полу.

    Он испытывает прямо-таки физическое беспокойство, на него находит тревога, ужас вроде того, который испытывал бы при виде тонущих людей. А тонуть может самое дорогое, именно то духовное, которое очевидно бросается в глаза, видя светлые, часто ангельские глаза этих детей.

    «Как бы не просмотреть Ломоносова, Пушкина, Глинку, Остроградского и как бы узреть, кому что нужно!» – вот в чём его тревога.

    Но тревога смешивается в переживаниях радости и одухотворения.

    Школа – это поэтическое, прекрасное дело, от которого ему так же трудно оторваться, как от начатых рукописей «Войны и мира».

    Сердце зовёт к детям.

    Они там, в его усадьбе, недалеко от дома.

    Вырвавшись из кабинета и отмахиваясь от мужиков, преследующих его – графа – со всех крылец дома, он спешит к детям. Здание школы пока переделывается, и потому занимается он с ними в саду, под яблонями.

    Там сейчас сидит приглашённый им учитель, а кругом школьники, покусывают травку и пощёлкивают липовые и кленовые листья.

    Учитель учит детей по его советам, но всё-таки не совсем хорошо, что и они чувствуют.

    Он идёт под яблонями. Можно пройти только нагнувшись, всё так заросло.

    И он видит их, вот они – дети!

    Они его очень любят.

    Заметив его, они с радостными криками бегут навстречу, окружают. Одни завладевают его руками, другие держатся за его халат.

    «Мы тебя ждали... Мы тебя ждали!» – кричат они.

    «Вот и пришёл!» – говорит он.

    Садится под яблоней. Дети плотно его окружают – как можно поближе к нему.

    Душа его восторгается и тревожится.

    Смотрит каждому в глаза, у каждого есть то самое главное, духовное, которое он лелеет. «Лишь бы узреть, кому что нужно!»

    И он начинает им говорить.

    Идёт время, но ему сейчас не жалко времени.

    Беседуют три-четыре часа, и никому не скучно.

    Потом они расстаются, он долго провожает их увлажнённым взором. «Нельзя рассказать, что это за дети, надо их видеть!»

    Так возвращаются они домой каждый день, и сами того не понимая, оставляют учителю тайны своего бытия. И ему открывается то, чего никто не знает и с чем, как ему кажется, никто не согласится.

    В то время соглашались с ним, может быть, не очень многие, а в основном те, которые могли его понять.

    Но разве это было так только тогда, более чем 150 лет тому назад? И сейчас это так: с ним соглашаются и не соглашаются.

    Так будет и в будущем, ибо обойтись без его мыслей уже не удастся никому, кто только займется высшим уровнем культуры педагогического мышления.

    Лев Николаевич Толстой, мэтр мировой литературы, стал также мэтром мировой педагогики.

    Идея свободного воспитания имеет много вариаций, но они, как круги от брошенного в пруд камушка: они красиво и быстро расширяются и исчезают. Идея свободного воспитания Льва Николаевича сама есть камушек, который не тонет в пруду, но кругов порождает неимоверное количество.

    Впервые познал он крестьянских детей, когда ему было 19 лет, и восхитился их непосредственностью.

    Потом создал для них бесплатную школу и сам стал главным учителем в ней. Вскоре Яснополянская школа Толстого стала всемирно известной.

    ...Учитель входит в комнату, а на полу лежат и пищат ребята, кричащие: «Мала куча!», или: «Задавили, ребята!», или: «Будет, брось!..» Снизу кучи кто-то кричит учителю: «Вели им бросить!», другие кричат: «Здравствуй!..», и продолжают свою возню…

    И тогда, 150 лет тому назад, и сейчас, в наше время, и в будущем, когда пройдёт ещё 150 лет, было и будет трудно многим согласиться с тем, что нельзя кричать на детей, наказывать их, приводить в чувство.

    А он в противовес всем тогдашним и будущим учителям, назло всем авторитетам упорно будет повторять:

    – Поймите, свобода есть необходимое условие всякого истинного образования как для учащихся, так и для учащих. Угроза наказаний и обещание наград, связанных с теми или иными знаниями, не только не содействуют, но более всего мешают истинному образованию!

    ...Тем временем учитель берёт из шкафа книжки и раздаёт ученикам, которые подошли к нему. Некоторые тоже требуют книжку. Стопка понемногу уменьшается. Как только большинство взяли книжки, все остальные бегут к шкафу и кричат: «Дай и мне... Дай мне вчерашнюю... Мне другую...» Если же останутся какие-нибудь два разгорячённые борьбой, продолжающие валяться на полу, то сидящие с книгами кричат на них: «Что вы тут замешкались... Ничего не слышно... Будет!..» Дух войны исчезает, и дух чтения воцаряется в комнате. С тем же увлечением, с каким дети дрались, они теперь читают книги, сомкнув губы, блестя глазёнками и ничего не видя вокруг себя, кроме своей книги. Чтобы оторвать их от учения, понадобится столько же усилий, сколько прежде – от борьбы.

    Вы думаете, так не бывает, так нельзя?

    Нужно, чтобы учитель показал им свою власть?

    Тогда задумаемся над вопросом: что важнее иметь в классе – дисциплину духа или дисциплину «палки»?

    Лев Николаевич не назовёт беспорядком то, что было при появлении учителя, а скажет: «свободный порядок».

    Свободный порядок!

    Это – новое понятие в педагогике, его ещё надо осознать, к нему нужно привыкнуть.

    Если кому-то кажется, что это всё же есть беспорядок и коль он не наказывается, то так и будет расти, – будет неправ. В этом (для кого-то) беспорядке, а для Льва Николаевича – в свободном порядке учителем вносится живой интерес. Дети хотят учиться, за тем только и ходят в школу, и потому им весьма легко будет дойти до заключения, что нужно подчиниться известным условиям, для того чтобы учиться. И вскоре из этого свободного порядка вызреет дисциплина духа.

    Лев Николаевич был уверен: при нормальном, ненасильственном развитии школы, чем больше образовываются ученики, тем они становятся способнее к порядку, тем сильнее чувствуется ими самими потребность порядка и тем сильнее на них в этом отношении влияние учителя.

    Подтверждение этого правила он обнаружил со временем.

    Подумайте только: в течение двух лет при совершенном отсутствии дисциплины ни один ученик и ни одна ученица не были наказаны!

    А что взамен?

    Никакой лени, грубости, глупой шутки, неприличного слова!

    Почему он выбрал путь, который противоречит всему «здравому» смыслу насилия и авторитаризма в образовании?

    Он может стократно это объяснить каждому, но каковы бы ни были его объяснения, есть тайна, которая движет им, сталкивает его со всем миром: по-другому он не может, его сущность – свобода, естественность, справедливость. И он ищет всё это в себе. Если бы было возможно заглянуть в его духовный мир, где его сознание горит творящим пламенем, мы бы почувствовали, что есть безграничное богатство души человека, что есть Свыше дарящая Мудрость, и ещё осознали бы с грустью, что даже девяносто томов его трудов есть капля по сравнению с его духовной мощью.

    Он верит в Жан Жака Руссо, который сто лет назад сказал: «Человек родится совершенным».

    Но сам выскажет мысль более полно и совершенно, доводя ее до мудрости:

    «Родившись, человек представляет собой первообраз гармонии, правды, красоты и добра».

    Говоря иначе, человек сотворён по образу Творца. В «человеке», конечно, мыслится Ребёнок, ибо никто взрослым не рождается, и никто без воспитания человеком не становится.

    Он-то рождается таким, но угрожает ли что проявлению в Ребёнке заложенного и нём совершенства?

    Да ещё как!

    Каждый шаг, каждый час жизни Ребёнка грозит нарушением этого совершенства, и каждый последующий шаг, и каждый последующий час грозит новым нарушением и не даёт надежды восстановления нарушенной гармонии.

    И эту угрозу создают Ребёнку взрослые!

    Они, если и думают о гармонии, то стараются достигнуть её, приближаясь к первообразу в будущем, удаляясь от него в настоящем и прошедшем. И они так уверены в себе, так преданы ложному идеалу взрослого совершенства, так мало умеют понимать и ценить первобытную красоту Ребёнка, что образование скорее изуродует его и всю гармонию в нём.

    Вот какой чудный взгляд о воспитании совершенства и гармонии. Их, по сути, не надо воспитывать, чтобы, в конце концов, спустя годы что-то получить. Гармония и совершенство в Ребёнке уже существуют, и вся забота наша должна заключаться в том, чтобы уберечь их.

    Так вносится в педагогическое сознание новый аспект – уберечь, сохранить, лелеять.

    «Детей и педагогику я люблю!»

    Сообщает он эту весть всему миру из Яснополянской школы.

    Его слышат многие: кто – с восхищением, кто – с недоумением, а кто – даже с возмущением. Они не могут иначе, ибо люди они разные. На всякую мудрость у каждого есть своя мера.

    «Наш мир детей – людей простых, независимых – должен оставаться чист от самообманывания и преступной веры в законность наказания, веры в то, что чувство мести становится справедливым, как скоро его назовём наказанием».

    «Смешно!» – скажут правители государств.

    «Смешно!» – подтвердят министры карательных органов.

    «Смешно!» – скажут даже министры образования.

    И что же это будет означать: что они такие дальновидные, глубоко мыслящие?

    Но, может быть, наступит время, когда хоть в одном государстве, а может быть, даже на его родине скажут и президент, и его министры, и весь народ: «А ведь наш пророк – Лев Николаевич был прав! Пора воплотить его мудрость в действительность!»

    Кто может спорить с Львом Николаевичем, когда он утверждает:

    «Наилучшее отношение между учителем и учениками есть отношение естественности».

    Кто это будет отрицать?

    Тем не менее, он прибегнет к истории педагогики, чтобы подтвердить эту очевидность:

    «Всякое движение вперед педагогики... состоит только в большем и большем приближении естественности отношений между учителем и учениками, в меньшей принудительности и в большей облегчённости учения».

    Да, это так, естественность – матерь лучшей педагогики.

    Но как быть с дальнейшей логикой, которая следует за этим утверждением:

    «Противоположное естественному отношению есть отношение принудительности».

    Да, это тоже так, скажет наша совесть. А разум и опыт восстанут: что же тогда делать с принуждением, насилием, наказанием, что делать со всей наукою, которая в своих текстах и подтекстах лелеет именно излюбленный путь авторитаризма? Авторитаризм и принуждение стали естественным состоянием большинства педагогов. Неужели все они хором станут признавать, что ошибались, и последуют по пути Льва Николаевича? Тогда им нужно будет принять три простых закона, которые обнаружил Лев Николаевич. Вот они:

    1. «Учителя всегда невольно стремятся к тому, чтобы выбрать самый для себя удобный способ преподавания».

    2. «Чем способ преподавания удобнее для учителя, тем он неудобнее для учеников».

    3. «Только тот образ преподавания верен, которым довольны ученики».

    Многих смутят эти истины. Потому лучше винить их, ибо как же иначе оправдаешься? Надо вначале сказать: «Это не совсем правильно», а далее привести суждения о том, что Толстой не мог иметь в виду наше время, он не мог знать современных детей, дай им толстовскую свободу, и они разнесут саму школу до основания. И вот тут-то действительно уже не поспоришь, правда Льва Николаевича вроде блекнет: он же имел в виду крепостных крестьян, а не детей компьютерной эпохи!

    Но Лев Николаевич останется глухим к таким возражениям, он не поймёт авторитаров ни своего времени, ни времени нашего или более отдалённого от себя: может со временем меняться всё, но свобода остается свободой, ибо она вечна и в Мироздании, и в детях.

    Он выдвинет более жёсткие условия. В чём вся трудность и вся борьба с детьми?

    На этот вопрос мы получим от него следующий ответ:

    «Все трудности воспитания вытекают из того, что родители (читай – учителя и воспитатели тоже. – Ш.А.), не только не исправляясь от своих недостатков, но даже не признавая их недостатками, оправдывая их в себе, хотят не видеть этих недостатков в детях».

    Попытайтесь опровергнуть эту действительность – не получится. Так было, так есть.

    А дети? Как они относятся к недостаткам взрослых (не только родителей, но и учителей, и воспитателей тоже)?

    Лев Николаевич объяснит:

    «Дети нравственно гораздо проницательнее взрослых, и они, часто не высказывая и даже не сознавая этого, видят не только недостатки родителей, но худший из их недостатков – лицемерие родителей, и теряют к ним уважение и интерес ко всем их поучениям».

    Дети замечают лицемерие взрослых и отвращаются. А если взрослые не поймут этого и так и будут жить в лицемерии, то они – дети – развращаются.

    Всё это – азбука классической педагогики, которой принадлежит учение Толстого.

    Есть ли выход, чтобы воспитание детей не пострадало?

    Выход есть, но примут ли его взрослые?

    Лев Николаевич предложил нам два правила, вытекающие из недр его мудрости.

    Первое правило:

    ничего не скрывать из своей жизни от детей.

    Обоснование:

    «Правда есть первое, главное условие действительности духовного влияния, и потому она есть первое условие воспитания. А чтобы не страшно было детям видеть всю правду своей и родительской жизни, надо сделать свою жизнь хорошей или по крайнем мере менее дурной».

    Второе правило:

    воспитание других включается в воспитание себя.

    Основание:

    «Воспитание представляется ложным и трудным делом только до тех пор, пока мы хотим, не воспитывая себя, воспитывать своих детей или кого бы ни было. Если же поймешь, что воспитывать других мы можем только через себя, то упраздниться вопрос о воспитании и останется один вопрос жизни: как надо самому жить? Потому что не знаю ни одного действия воспитания детей, которое не заключалось бы в воспитании себя».

    Где то зеркало, в котором мы могли бы увидеть свою душу нараспашку? Где то зрение, которое помогло бы заметить пятна на ней? И где смелость, которая подвигнула бы нас освободиться от них?

    Если кто-то скажет, что зеркало души, и зрение духовное, и смелость духа в чьих-то других руках, а не в руках своих, – то он не Учитель или Воспитатель, он не Родитель толстовского духа. И вообще, трудно сказать, кто и какой он. Перед таким все будут неправы, и, тем более, дети. Прав будет только он.

    Слово «взрослый» вовсе не эквивалент слову «воспитанный». Наша беда в том, что именно взрослые бывают невоспитанные, а не дети. Дети пока еще воспитываются. Невоспитанных взрослых очень много в обществе. От них и горе всему миру. Вообразите такое преуспевание семьи и школы, что все взрослые стали воспитанными и духовно, и нравственно. Можете понять, как изменилась бы жизнь, какая она стала бы? Трагедия невоспитанности не в том, что такой человек уже никогда не сможет преобразить и облагородить себя, а в том, что он и не считает себя невоспитанным. А раз уже взрослый, то воображает себя нормой в отношении маленького.

    Но если кто осознаёт и переживает свою невоспитанность, свои дурные качества и наклонности, то он, имея хоть остатки совести, сможет обновить себя, даст светлому ангелу восторжествовать в нем.

    А воспитание нуждается в воспитанных, совершенных взрослых – родителях и учителях.

    Кстати, о совершенном учителе.

    Лев Николаевич называет одно универсальное качество.

    «Для того чтобы... иметь сознание приносимой пользы, нужно иметь одно качество. Это же качество восполняет и всякое искусство учительское и всякое приготовление, ибо с этим качеством учитель легко приобретает недостающее знание. Если учитель во время трёхчасового урока не чувствовал ни минуты скуки, он имеет это качество». 

    Обратите внимание: он говорит не об усталости, а о скуке.

    Но что это за универсальное качество?

    Думаю, нетрудно догадаться:

    «Качество это есть любовь».

    «Да, мы любим детей!» – восклицали учителя времён Толстого, восклицают учителя и нашего времени. Но Любовь любит Свободу, она не терпит принуждения, не приемлет ничего противоестественного, она не оправдывает средства насилия ради достижения цели, цель и средства для нее неразделимы, благородная цель нуждается в благородных средствах.

    А как же иначе?

    Но это ещё не всё.

    Лев Николаевич ставит всё на свои места:

    «Если учитель имеет только любовь к делу, он будет хороший учитель. Если учитель имеет только любовь к ученику, как отец, как мать, он будет лучше того учителя, который прочёл все книги, но не имеет любви ни к делу, ни к ученикам. Если учитель соединяет в себе любовь к делу и к ученикам, он – совершенный учитель».

    Кто учителю скажет, насколько он совершенный или к чему надо устремиться, чтобы совершенствоваться постоянно?

    Только он сам, только его совесть.

    В ноябре 1910 года Лев Николаевич Толстой в 82-летнем возрасте покинет земную жизнь. Но он не уйдёт из этого мира, не открыв нам самое сокровенное из своей духовной педагогики, которую он любил.

    Письмо «О воспитании» – оно написано буквально за год раньше – в ноябре 1909 года. Это письмо, которое является итогом его педагогической жизни и творчества, можно рассматривать как завещание всем тем, кто может любить детей и педагогику так же, как любил он.

    Лев Николаевич предлагает свои убеждения, не навязывая их нам. Предлагает их для пробуждения нашего педагогического сознания.

    Убеждение первое:

    «И воспитание, и образование нераздельны. Нельзя воспитывать, не передавая знания, всякое знание действует воспитательно».

    Убеждение второе:

    «Свобода есть необходимое условие всякого истинного образования как для учащихся, так и для учащих».

    Убеждение третье:

    «Думаю, что одна такая полная свобода, то есть, отсутствие принуждения и выгод как для обучаемых, так и для обучающих, избавила бы людей от большой доли тех зол, которое производит теперь принятое везде принудительное и корыстное образование».

    Убеждение четвёртое:

    «Отсутствие у большинства людей какого бы то ни было религиозного отношения к миру, каких-либо твердых нравственных правил, ложный взгляд на науку, на общественное устройство, в особенности на религию, и все вытекающие из этого губительные последствия – все это порождаемо в большей степени насильственными и корыстными приёмами образования».

    Убеждение пятое:

    «Для того чтобы образование, будучи свободно как для учащих, так и для учащихся, не было собрание произвольно выбранных, ненужных, несвоевременно передаваемых и даже вредных знаний, нужно, чтобы у обучающихся, так же как и обучаемых, было общее и тем и другим основание».

    Убеждение шестое:

    «Таким основанием всегда было и не может быть ничто другое, как одинаково свободно признаваемое всеми людьми общество, как обучающими, так и обучающимися, понимание смысла и назначения человеческой жизни, то есть религия... Нравится нам это или не нравится, разумное образование возможно только при постановке в основу его учения о религии и нравственности».

    Убеждение седьмое:

    «Первое и главное знание, которое свойственно, прежде всего, передавать детям и учащимся взрослым – это ответ на вечные и неизбежные вопросы, возникающие в душе каждого приходящего к сознанию человека. Первый: что я такое, и каково мое отношение к бесконечному миру. И второй, вытекающий из первого: как мне жить, что считать всегда, при всех возможных условиях, хорошим, и что, всегда и при всех возможных условиях, дурным?»

    Убеждение восьмое:

    «Ответы на эти вопросы всегда были и есть в душе каждого человека; разъяснения же ответов на эти вопросы не могло не быть среди миллиардов прежде живших и миллионов живущих теперь людей. И они действительно есть в учениях религии и нравственности – не в религии и учении нравственности какого-либо одного народа известного места и времени, а в тех религиозных и нравственных учениях, которые – одни и те же – высказаны всеми лучшими мыслителями мира – от Моисея, Сократа, Кришны, Эпиктета, Будды, Марка Аврелия, Конфуция, Христа, Иоанна-апостола, Магомета до Руссо, Канта, персидского Баба, индусского Вивекананды, Чаннинга, Эмерсона, Рёскина, Сковороды и других».

    Убеждение девятое:

    «Думаю, что при постановке в основу образования религии и нравственности изучение жизни себе подобных, то есть людей, что называется этнографией, займет первое место, и что точно так же соответственно всей важности для разумной жизни займут соответствующие места зоология, математика, физика, химия и другие знания».

    Убеждение десятое (ещё раз подтверждённое):

    «Думаю так, но не берусь ничего утверждать о распределении знаний. Утверждаю же я только одно: что без признания основным и главным предметом образования религии и нравственности не может быть никакого разумного распределения знаний, а потому и разумной и полезной для обучаемых передачи их».

    Убеждение одиннадцатое:

    «Главная и единственная забота людей, занятых вопросами образования, может и должна состоять, прежде всего, в том, чтобы выработать соответственное нашему времени религиозное и нравственное учение и, выработав таковое, поставить его во главе образования.

    В этом, по моему мнению, в наше время состоит первое и, пока оно не будет сделано, единственное дело не только образования, но и всей науки нашего времени».

    Лев Николаевич заканчивает своё письмо-«завещание» словами:

    «Вот и всё, что имел сказать».

    Но разве этого мало?

    И разве это всё?

    Бушети, Грузия.

    12.06.2008.



    Предварительный просмотр:

    Ш.А.Амонашвили

    Без Сердца что поймем?


    Молитва

    Господи!

    Даруй мне сердце

    простое,

    незлобивое,

    открытое,

    верующее,

    любящее,

    щедрое,

    достойное вместилище

    Тебя Всеблагого!

    Святой праведник

    Иоанн Кронштадтский

    Дорогой Коллега!

    Мои мысли о Сердце,

    о Царстве Сердца,

    о Союзе Сердец.

    Образовательный мир и общество в целом страдают от сердечной недостаточности, от бессердечия.

    Педагогический сад увядает и сохнет без живительной влаги Сердца.

    Педагогическое сознание блуждает в лабиринтах трёхмерной науки, для которой понятие Сердца – пустой звук.

    Солнце всех солнц есть Сердце. Но оно брошено под ковёр образовательных коридоров.

    Оно упрятано под стендами и вывесками, гласящими об образовании.

    Сердце – высшее благо, но унижено толпою, для которой привычные «хлеб и зрелища» важнее Сердца.

    Сердце – достоинство человеческое, но продаётся оно на площадях и улицах по базарной цене.

    * * *

    Мысли мои о Сердце, о Воспитании, об Образовании Сердца. Но разве не слышу от многих, что они сами уже всё знают о Сердце?

    Однако вот беда: мы больше думаем о стрижке ногтей, чем о Сердце, больше прислушиваемся к сплетням, чем к биению Сердца, больше следуем за мелким чувством, чем внимаем зову Сердца.

    Грош цена таким знаниям.

    Знания без Сердца не окрыляют человека, а отягощают.

    Знания, не прошедшие через Сердце, становятся злыми; без добрых дел и помыслов они разрушают и омертвляют всё вокруг.

    * * *

    Я благоговею, беря в руки Вечные Книги Святых Писаний и Великих Духовных Учений. Они и сейчас рядом со мною.

    Знания о Сердце, которые составляют кладезь Мудрости, идут от них.

    Нет науки выше Мудрости.

    «Но Мудрость, сходящая свыше, во-первых, чиста, потом мирна, скромна, послушлива, полна милосердия и добрых плодов, беспристрастна и нелицемерна».

    Знания о Сердце очень старые, но не устаревшие. Старые в том смысле, что о них должны знать все, тем более – учителя.

    Но если напоминаю о них самому себе или кому-то ещё, то делаю это преднамеренно, ибо верю, что найду среди вас, дорогие мои Коллеги, таких которые встревожены состоянием воспитания подрастающего поколения, наших с вами детей!

    Если же вы озабочены больше, чем я, примите меня, пожалуйста, в ваши ряды, чтобы моими скромными стараниями усилил я ваши устремления. Но если вам покажется, что я озабочен больше, то давайте объединимся.

    Однако, как бы там ни было, предлагаю образовать Союз Сердец и направить наши усилия на утверждение Сердца, которое есть опора воспитания и источник духовности общества.

    И если нам удастся воцарить в обществе Сердце, возвести его на трон Жизни, мы приблизим Царство Небесное на Земле.

    И не будем считать напрасной трату нашего таланта и способностей, нашего творчества и самоотвержения, если сразу не увидим плоды воспитания Сердец наших учеников нашим учительским Сердцем.

    Но будем помнить, что труд Сердца учителя есть таинство Священного Творения.

    * * *

    Мы были участниками грандиозного эксперимента, но он закончился неудачно.

    Мы умудрились, «воспитывая» поколение молодых, не воспитать их.

    Мы активно воспитывали дружбу народов.

    Где она – дружба народов? Почему наши старания обернулись злом?

    Мы воспитывали патриотизм и интернационализм.

    Но почему так мало истинных патриотов, а говорящих о патриотизме так много? И где чувства братской помощи, и почему размножаются безразличие и глухота?

    Мы воспитывали честность и нравственность.

    Но вокруг воцаряется безнравственность, а честность выставляется на посмешище. В почёте алчность.

    Мы воспитывали культуру.

    Но многие с лёгкостью меняют оставшиеся в их душе лучики Света на мешки, полные тьмою.

    Мы были убеждены, что воспитывали всё хорошее.

    Но было ли это воспитанием, если мы и знать не знали и знать не хотели о том основании, на котором зиждется воспитание?

    Мы строили Храм Нравственности не на твердыне Сердца, а на песке сознания. Так же, как строил дом свой человек не на скале, а на песке, и «пошёл дождь, и разлились реки, и подули ветры, и налегли на дом тот, и он упал, и было падение его великое».

    Мы были лишены понятия Сердца.

    Но не только мы.

    Понятие Сердца было чуждо, ненаучно, нереально, нематериально и для психологии, и для философии, и для всех наук. Оно было лишним понятием для всего нашего уклада жизни.

    Как не хочется нам судить себя строго! Но это было так.

    * * *

    Сердце есть обитель всего прекрасного в человеке.

    Но Сердце есть и обитель всего, что нас оскверняет и позорит.

    В Сердце накапливается наше бессмертие – это Свет.

    Но в Сердце собираются причины нашей гибели – тьма.

    Сердце многообразно, но многообразие его складывается в двух противоположениях.

    Есть Сердце доброе.

    Есть Сердце злое.

    Есть Сердце любящее.

    Есть Сердце ненавидящее.

    Есть Сердце понимающее.

    Есть Сердце глухое.

    Есть Сердце горячее.

    Есть Сердце холодное.

    Есть Сердце щедрое.

    Есть Сердце скупое.

    Есть Сердце творящее.

    Есть Сердце разрушающее.

    Есть Сердце зоркое.

    Есть Сердце слепое.

    Есть Сердце пламенное.

    Есть Сердце потухшее.

    Есть Сердце светлое.

    Есть Сердце тёмное.

    Есть Сердце чистое.

    Есть Сердце грязное.

    Есть Сердце непорочное.

    Есть Сердце, погрязшее в пороке.

    Гласит Вечная Мудрость:

    «Добрый человек из доброго сокровища Сердца своего выносит доброе. Злой человек из злого сокровища Сердца своего выносит злое. Ибо от избытка Сердца говорят уста его».

    Глаголют Книги Мудрости:

    Сердце, несущее добро, излучает благодать непрестанно, независимо от намеренных посылок. Так Солнце не шлёт преднамеренных лучей.

    Сердце, заполненное злом, будет извергать стрелы сознательно и бессознательно и непрестанно.

    Сердце добра сеет вокруг себя здоровье, улыбку, духовное благо.

    Сердце зла уничтожает тепло и, упырю подобно, высасывает жизненные силы.

    И так непрестанно деятельность Сердца творит добро или зло...

    * * *

    Из Книг Мудрости я вычитал притчу. Некий отшельник вышел из своего уединения, чтобы принести людям весть и вопрошал у каждого встречного:

    – Имеешь Сердце?

    Люди недоумевали и спрашивали:

    – Почему ты не говоришь о милосердии, о терпении, о преданности, о доброте, о любви, обо всех благих основах жизни, но только «имеешь сердце»?

    Он отвечал им:

    – Лишь бы люди не забыли о Сердце, остальное приложится!

    Мудрая Книга наставляет:

    Действительно, можем ли обратиться к любви, если ей негде пребывать?

    И где поместится терпение, если обитель его закрыта?

    Чтобы не растерять эти и другие ценные блага Души, нужно создать для них сад, который называется Сердце.

    * * *

    Сердце!.. Сердце!.. Сердце!..

    В вере своей я перехожу на крик:

    Люди, вернитесь к Сердцу своему!..

    Все ваши сокровища – вечные и непреходящие – в нём!

    Всё ваше благородство зарождается в Сердце, все ваши блага собираются в Сердце!

    В нём записана тайна предназначения каждого!

    Думайте о Сердце, думайте Сердцем!

    Держите Сердце в чистоте!

    Не забрасывайте его, не забывайте, не позволяйте, чтобы образовалось в нём болото с тёмными существами!..

    * * *

    Меня одёргивает мой друг биолог:

    – Не кричи!

    Он специалист. Тоже имеет свои книги.

    Открывает научную книгу и читает мне по слогам:

    «Сердце – центральный орган кровеносной системы животных и человека, ритмичное сокращение мышечных стенок которого обусловливает движение (циркуляцию) крови в организме...» – и добавляет от себя:

    – Это всё, и ничего больше, понял?

    * * *

    Да, понял, это так, но...

    И тоже открываю Мудрую Книгу и читаю:

    «Солнце есть Сердце Системы.

    Так Сердце человека есть Солнце организма.

    Много солнц-сердец, и Вселенная представляет систему сердец.

    Потому культ Света есть культ Сердца.

    Понять это отвлечённо – значит оставить Сердце в холоде.

    Но как только Свет Солнца-Сердца сделается жизнью, потребность тепла засияет как истинное Солнце.

    Можно принять ритм Сердца как ритм жизни.

    Учение о Сердце светло, как Солнце, и тепло Сердца спешит к вам так же быстро, как и солнечный луч.

    Каждый изумляется, как мгновенно согревает всё луч восходящего Солнца. Так же может действовать Сердце...»

    * * *

    Но тут одёргивает меня мой друг физиолог. Он более глубокий специалист и держит в руке очень научную книгу.

    – Слушай и запоминай! – говорит он сердито и читает вразумительно, чтобы я понял: «Сердце – по-латыни COR, по-гречески KARDIA – есть полый четырёхкамерный мышечный мешок, центральный орган кровеносной системы. Оно развивается из парных закладок клеток МЕЗЕНХИМЫ, расположенных в шейной области зародыша. К началу третьего месяца оно опускается в грудную полость. Из участков СПЛАНХНОТОМОВ, прилегающих к ЭПИМИОЭНДОТЕЛИАЛЬНОЙ трубке, возникают МИОЭПИКАРДИАЛЬНЫЕ пластинки, из которых развивается МИОКАРД и ЭПИКАРД...»

    * * *

    Но не могу успокоиться.

    – Друг мой, тоже слушай и запоминай...

    И вычитываю ему из разных страниц Мудрых Книг:

    Сердце есть дом Духа.

    В Сердце – Совесть.

    Думает Сердце.

    Объединяет Сердце.

    Сердце вздрогнет первым.

    Сердце затрепещет первым.

    Сердце узнаёт много прежде, нежели рассудок мозга дерзнёт помыслить.

    Лишь Сердцем можно учуять смертельный газ и вовремя прекратить удушение.

    * * *

    Одёргивает меня самый-самый специалист, который держал в своих руках сотни сердец, оперировал их вдоль и поперёк, вглубь и вширь, – он хирург-кардиолог.

    – Послушай, – говорит он убеждённо, – ни в одном сердце, которые оперировал я, не видел и не находил никакого Духа, никакой Вести. Всё это выдумки, сказки, сантименты и литературщина...

    Ну поверь же ты, наконец, хоть мне – твоему другу...

    * * *

    О качестве знаний, о том, что на уме.

    Студент сдаёт экзамен по философии.

    Седовласый профессор кивает головой, доволен. Задаёт последний вопрос:

    – Расскажите, пожалуйста, об органе любви...

    Студент оживился и бойко изложил свои познания о половых органах.

    Профессор философии смутился.

    – Не знаю, не знаю, – произнёс он разочарованно, – в наше время органом любви считалось Сердце...

    ...Успокоится ли наша совесть, если скажем, что такое происходит лишь в анекдотах? Запад усиленно лоббирует в наших школах и даже в детских садах программы так называемого сексуального воспитания, но никто слова не замолвит о воспитании Сердца!

    * * *

    Вы думаете, я опровергаю физиологию Сердца?

    Нет, конечно.

    А разве смог бы я опровергнуть факт, который и очевиден, и научно доказан?

    Разумеется, Сердце есть центральный орган кровеносной системы, он четырёхкамерный, в нём мышцы, и они сокращаются.

    Спасибо науке, что она так детально, дотошно описывает процессы зарождения, развития и действия Сердца, устанавливает каждую его частицу и обозначает специальным понятием. Спасибо ей, что она ищет и отчасти находит пути лечения больного Сердца как физиологического органа.

    Я принимаю всю науку о видимом Сердце и видимых в нём явлениях. А наука дальше видимого и не идёт. Она и не хочет признать ничего, что не очевидно.

    Да, мышцы Сердца сокращаются и расширяются.

    Но кто задал им импульс к Великому Движению, а может быть, и Служению?

    Да. Сердце пульсирует ритмично.

    Но почему пульсация Сердца соизмеряется с пульсацией Космоса?

    Подарим науке удивительный факт: только Сердце во всём организме человека стучит, стучит, стучит... Почему оно стучит, а не молча, как другие мышцы, делает своё дело?

    Наука ушла от этого очевидного явления.

    Но разве пульсация и стук Сердца не возводят его выше грубо материалистического толкования?

    * * *

    Биологи, хотите опыт?

    Изучайте развитие комнатных растений в семье, где всё наполнено эманацией сердечной любви, добротой и взаимопониманием, а также в семье, где злые сердца извергают злобу и ненависть.

    Вывод будет в пользу мощи доброго Сердца.

    Неужели не верите?

    * * *

    В наше просвещённое время унизить Сердце только до физиологического органа недопустимо.

    «Мешок мышц!»

    Не скрою, стыжусь за учёных, которые так обозвали Сердце.

    Стоило ли им тратить годы и ночи мучительных научных исканий, чтобы изобрести понятие, исключающее уважение и благоговение перед Сердцем?

    Почему, дайте мне ответ, Василий Александрович Сухомлинский отдал детям своё израненное, с осколками вражеской бомбы, Сердце? Что же он им преподнёс в дар: мешок, полный мышц и осколков, или ларец, полный жемчужин его истерзанного Сердца?

    Мудрец предупреждает: «Всякое поношение Сердца есть хула на дух Истины».

    * * *

    Речь не идёт об опровержении трёхмерности Сердца, то есть об осознании его материальной структуры.

    Речь идёт о расширении понятия Сердца четвёртой мерностью, которая даст нам возможность, хотя бы частично, осмыслить высшее – планетарное и вселенское предназначение Сердца, понять его Божественную сущность, принять идею о том, что воспитание, как и вся жизнь, должно проходить через Сердце.

    Мудрец твердит: «Мы должны ввести в сферу Сердца весь мир, ибо Сердце есть микрокосм сущего. Кто не вдохновится великим понятием Сердца, тот умалит своё собственное значение».

    * * *

    Сердце нуждается в новом понимании.

    Ибо именно через Сердце мы получим импульс к возрождению, восхищению, к эволюционному движению.

    Через Сердце мы получим путь к Свету.

    А настоящее время очень тяжёлое.

    Не только в узком смысле, что нам трудно живётся, что мы обнищали, что вокруг голод, холод, нищета. И что всё больше торжествует социальная несправедливость.

    Да, это так, и нам от этого плохо.

    Но наше время тяжёлое в самом широком смысле: человечество больно Сердцем, и беснующиеся Сердца ужасают Мир Земной и Миры Высшие.

    По всему земному шару ползёт пожар. В сравнении с тем, во что он может превратиться, все бывшие войны – ничто.

    Каждый день положение в Мире отягощается, и «нет ни дня, ни часа, когда бы мир не был в опасности».

    Настало время собирать камни.

    «Современное погибельное положение создалось извращёнными помыслами мозга, потому снова обратимся к Сердцу, как судье и водителю».

    * * *

    Нам нужен путь.

    А лучший путь – спешить к лучшему.

    Великий путь – созидать великое.

    Прекрасный путь – творить прекрасное.

    Путь добра – творить добро.

    Путь восхождения – восходить.

    И всякий путь – в Сердце.

    Путь к Сердцу – жить Сердцем.

    Мы мечтаем о свободе, но в какой темнице держим наше Сердце!

    * * *

    Нужно новое понимание Сердца.

    Это новое понимание будет хорошо забытое старое.

    Было время, когда люди забыли о глубинной мудрости Сердца, они опошлили великую Миссию Сердца, наложили на понимание его подлинной сути множество ограничений.

    И сегодня дела сердечные понимаются узко и извращённо.

    Но Сердце есть вместилище Благодати.

    И не забудем, что хорошо забытое старое порой звучит как колокол из Желанного Будущего, ибо оно – Вечная Мудрость.

    И нет науки выше Мудрости.

    Из Вечной Мудрости я достаю крупицы искр о новом понимании Сердца. В них, в этих крупицах искр, которые скрещивает единая суть, просвечивает невидимая сторона Сердца, и она стоит над видимой его стороною.

    В этих крупицах искр нет игры слов, они не просто добрые и красивые фразы, а в них Истина, которая может отразиться в нашем сознании через чувствознание.

    Истину о невидимой стороне Сердца нельзя изложить так называемым научным языком, учёными терминами и понятиями, как делают это специалисты в отношении видимой стороны Сердца, вроде «мешок мышц».

    * * *

    С трепетом Сердца, дорогой Коллега, я предлагаю Вашему, верю, тонкому Сердцу крупицы нового понимания Сердца – Центрального органа нашей духовной и физической сущности. Их я вычитал из Книг Мудрости.

    – Сердце даётся нам для высших сношений.

    – Сердце есть беспредельность.

    – Учение Сердца есть Учение причин явлений.

    – Лишь Сердце даёт бессмертие.

    – Сердце – престол Высшего Света.

    – Сердце понимает, где искра Света, где пыль тьмы.

    – Сердце – оружие Света.

    – Сердце – залог будущего.

    – Мощь Сердца преодолевает решительно всё.

    – Сердце знает боль мира и знает лучи надземные.

    – Сердце есть средоточие психической энергии.

    – Понятия Сердца и Культуры неделимы.

    – Когда говорим о Сердце, говорим о прекрасном.

    – Сердце – дворец воображения.

    – Свойство магнита заложено в Сердце.

    – Думает Сердце, утверждает Сердце, объединяет Сердце.

    – Мозг – прошлое, Сердце – будущее.

    – Нельзя образовать мозг без участия Сердца.

    – Обитель чувствознания в Сердце.

    – Дуги сознания сливаются в пламени Сердца.

    – Надо перенести сознание в Сердце.

    – Чуткое Сердце устремляет сознание к обновлению.

    – Нигде иначе не может преобразиться мысль, как в сердце.

    – Сердце аккумулирует все мировые энергии и может приближаться к дальним мирам.

    Отсюда выводы:

    – «При малейшем очищении Сердца человечество может уявить водопад Благодати».

    – «Лишь энергия Сердца делает человека неуязвимым и несёт его поверх препятствий».

    – «Мы должны иметь Сердце, открытое и к Небу, и к Земле».

    * * *

    В связи с необходимостью понимания истинного смысла данных высказываний, позволю себе небольшое теоретическое отвлечение.

    Все существующие слова в языке имеют своё прямое назначение, привязаны к тем явлениям и предметам действительности или воображения, для обозначения которых они возникли. По мере расширения познанной картины мира часть слов начинает обслуживать новое, тоже расширяя своё прямое значение.

    Надо полагать, что так будет и впредь, так как творить совершенно новые слова возможно только теоретически.

    Не считайте, пожалуйста, моё следующее допущение абсурдным: изначально возникший объём слов заключал в себе смысл не только настоящего, но и будущего. Часть смысла будущего в слове открывалась тогда, когда наступало это будущее и люди познавали соответствующее новое.

    Если глубоко, духовным взором приглядеться к отдельным словам, перед нами откроется семантика прошлого – настоящего – будущего, то есть Вечного. Это я назову прямой семантикой, прямым назначением слов.

    Но в речи слова часто применяются не в прямом назначении. То есть из прямого смысла слова порой остаётся, может быть, только форма, которая намекает на его смысловое ядро; форма наполняется чем-то другим, иногда весьма отличным и отдалённым от прямой семантики. Пример такого оборота слов дают поэзия, искусство, а также наука и бытовая речь. Это говорит о том, что, во-первых, мы имеем дело с ограниченным количеством слов и нет возможности вольно его умножать; во-вторых, чувства часто не поддаются прямым словесным выражениям и требуют дополнительных оттенков, из-за чего притягиваются другие слова; в-третьих, возникает необходимость говорить подтекстом или вовсе заключать нечто сокровенное в недра образности выражений и так передавать потомству.

    * * *

    Но бывает, притом нередко, когда нам кажется, что то или иное слово порой притягивается для образности выражения, тогда как именно в данном случае слово послужило адекватному обозначению мысли, в которой открылось что-то новое. Говоря точнее, сдружившиеся слова едиными усилиями приоткрыли в себе последующие части своих прямых семантик. Эти части были предназначены для будущего, и оно наступило.

    Вот примеры: «пламя Сердца», «пламенное Сердце», «огонь Сердца», «огненное Сердце», «разум Сердца», «глаза Сердца», «уши Сердца», «магнит Сердца» и тому подобное.

    Как нам принять эти словосочетания: как способ создания красивых образов совсем с другим семантическим значением (вымысел, воображение) или как отражающие прямую семантику?

    Одно из двух:

    Или Сердце действительно наделено другого рода огнём и пламенем, о которых нам до сих пор не было известно и мы познаём их сейчас, и тогда «огонь Сердца» и «пламя Сердца» приоткрывают нам новую часть своей семантики.

    Или слово «огонь» притягивается к слову «Сердце» с целью украсить его и образным сочетанием передать совершенно иной смысл.

    Я выбираю первое допущение: да, действительно есть огонь иного свойства, он отличен от известного нам огня; он пока не поддаётся нашему материальному опыту, потому его действительность воспринимается нами чувствознанием; огонь этот, как и пламя от него, проявляется через Сердце. Об этом огне могли знать древние, так как единое понятие «огонь Сердца» имеет древнее начало.

    Эти допущения прямым путём подведут нас к пониманию и осознанию Миров Высших, Тонкого Мира, Царствия Небесного.

    * * *

    Сказано: «Надо держать Сердце открытым и к Небу, и к Земле».

    Так держит Сердце своё мой друг Словесник.

    Язык Сердца есть дыхание Творца.

    Учась сам, учит своих учеников этому единственному для высших сношений языку, учит общаться с людьми от Сердца к Сердцу. Учит держать Сердце в чистоте.

    Мой друг Словесник превращает своих учеников в сотрудников творческой лаборатории Сердца и увлекает их исследованиями речевой симфонии Сердца, музыки духа, речевых оттенков, красоты и благодати речи. Помогает им понять, сколько психического пламени пробегает по нервам, окрашивая речь.

    Он строит в себе Храм Сердца и ведёт учеников к тому, чтобы они тоже строили в себе Храм Сердца.

    Речь есть музыка духа, звучащая в Храме том.

    Без Сердца что скажем?

    Без Сердца что прочтём?

    Без Сердца как жить будем?

    * * *

    Держит Сердце открытым и к Небу, и к Земле мой друг Физик.

    Вселенная есть одно великое Солнце-Сердце, и мы живём в ней нашими солнце-сердцами.

    Осмысливает сам и помогает осмысливать своим ученикам, что Сердце есть магнит, действующий по закону притяжения подобного. И нет ничего точнее, нежели биение Сердца.

    Поверх видимого света есть невидимый Свет, который излучается Сердцем, и он быстрее физического света охватывает и облетает земной шар, достигает Дальних Миров. Свет Сердца есть «серебряная нить», которая связывает Сердце с Космосом.

    Поверх видимого тепла есть тепло Сердца, и оно действует как Благодать, облагораживая мир вокруг и мир вдали от себя.

    Поверх всяких физических энергий есть энергия психическая, которая обнаруживается и проявляется через Сердце как энергия Любви, энергия Веры и Надежды, энергия Добра. Это есть Всеначальная Энергия, и она направлена на созидание. Но Сердце злое может превратить её в самую разрушительную силу.

    Поверх физического мира есть Мир Тонкий, Мир Духовный, который отражается в сущности Сердца, и мы познаём его через чувствознание, познаём в духе.

    Мир творится Сердцем.

    Мир упорядочивается Сердцем.

    Мир освещается и согревается Сердцем.

    * * *

    Мой друг Биолог тоже от Сердца учитель.

    Он стыдится назвать Сердце «мешком мышц», а называет Источником жизни, Солнцем организма.

    В Сердце заключена тайна жизни.

    Организм без Сердца жить не может.

    Поверх жизни биологической есть жизнь духовная, и она протекает в Сердце человека.

    Поверх биологического обмена веществ есть обмен духовных веществ, и ведёт его Сердце, общаясь с сердцами людей.

    Сердце питает планету чистотой, притягивая космические энергии и распространяя их по всему земному шару.

    Добрые сердца людей со своими энергиями любви ведут великую самоотверженную борьбу за сохранение и развитие жизни на Земле.

    Сердце стоит на страже эволюции человечества, в нём хранится путь эволюции.

    Пульс Сердца – ритм жизни.

    Стук Сердца – радость жизни.

    Молитва Сердца – защита жизни.

    Огонь Сердца – мощь жизни.

    * * *

    Сердце моего друга Музыканта открыто Небесам.

    Поверх земной музыки в нём звучит Музыка Сфер, звон пространственных струн и колоколов.

    Лучшие цветы растут при Храмах, где много созвучий голосов и музыки.

    Человек есть Храм Сердца.

    С колокольни Храма неустанно и ритмично звучит Великий Звон Жизни – это биение Сердца.

    Нет лучшего и более утончённого музыкального звука и ритма, чем звук и ритм Сердца.

    Оно посылает зовы к единению тем, Сердца которых приложились к Музыке Сфер. Созвучие устремлённых Сердец творит вокруг Храма Музыку Духа и льет в пространство Благодать.

    Музыка Духа очищает планету от грубого шума и какофонии и направляет уродливое к прекрасному.

    Музыка Сердца утончает Дух.

    Музыка Сердца возвышает нрав.

    Музыка Сердца ведёт к единению.

    Музыка Сердца приобщает к Мирам Высшим.

    * * *

    Мой друг Историк тоже от Сердца учитель.

    История человечества есть жизнь Сердца.

    Утверждение Закона Сердца проходит через тысячелетия развития человечества.

    Учение Сердца есть учение причин явлений.

    Сколько прекрасного было разрушено по причине незнания Храма Сердца!

    Мой друг Историк даёт своим ученикам вообразить себя на месте героев, чтобы на примере ярких подвигов и самоотверженности испытали они своё Сердце и убедились, что мощь побед заключается в Сердце.

    Он открывает Книги Мудрости и наполняет сердца своих учеников Светом:

    «Нет прошлого, есть Свет Будущего, им идите».

    «Необходимы препятствия и умение побеждать их».

    «Благословенные препятствия закаляют дух».

    «Исследуйте историю человечества и убедитесь, что ничто великое не строилось среди благополучия».

    «История слагается Иерархией жизни».

    «Кто мучается земными вопросами, тот ответа о Небесном не получит».

    Побеждает Сердце.

    Сердце знает:

    Над небом есть Небеса.

    Над историей есть История.

    Над героями есть Герои.

    Поверх земного решения есть решение Небесное.

    Над жизнью есть Жизнь.

    * * *

    Мой друг Физкультурник озарён Сердцем.

    Тело – инструмент души и обитель Сердца.

    Здоровое тело творится здоровым Духом.

    Тело, напитанное устремлением Сердца к Высшему, преображается и утончается.

    Истинная красота тела – от красоты души и Сердца.

    Можно ли вообразить, что представляло бы из себя человечество при здоровых телах, но при озлобленных сердцах?

    Это было бы пиршество тьмы.

    Пока не просветлеет Сердце, не уйдут болезни и немощи. Нельзя, чтобы беснование Сердца при сильных телах ужасало миры.

    Трудно ли отогнать малые пагубные привычки, отравляющие тело? Трудно ли иметь Сердце в чистоте?

    Тело – для подвига Сердца.

    Тело – для торжества труда.

    Тело – для утверждения воли Духа.

    Тело – для радостей жизни.

    Сердце – предводитель тела.

    * * *

    Мой друг Математик улыбается от Сердца.

    Математика – симфония чисел.

    Высшая математика – от Высших Миров, от Миров Дальних, от Тонкого Мира.

    Вот сжатая ладонь – это как Сердце.

    В нём весь Космос со всеми мирами, в нём вся математическая тайна Мироздания, тайна Троицы, тайна семеричности, тайна десятеричности. Тайна нуля, который есть Абсолютное Всё или Абсолютное Ничто.

    Кто осознает Беспредельность?

    Кто поверит в Вечность?

    Кто вместит в себя соизмеримость?

    Кто объяснит Гармонию?

    Истоки Математики в чувствознании Сердца.

    * * *

    Коллега, а Вы тоже держите Сердце открытым и для Неба, и для Земли?

    Неужели скажете, что Вам уже поздно перерождать Сердце своё?

    Тогда вот что я вам расскажу.

    Создал Творец людей, дал им слова для общения и мышления, поселил в плодородной долине у подножья гор, одарил каждого долголетием и стал наблюдать: как устремятся они к совершенствованию.

    Шло время, но люди не развивались.

    Ноги их не шли дальше окрестностей своего села и не поднимались в Горы. Глаза их не взирали на Небо и не заглядывали в Сердце.

    Так они и постарели.

    Решил Творец выяснить: в чём дело?

    Сделался Он человеком и пришёл к ним как путник.

    Перед заходом Солнца собрались люди на площади поговорить с путником.

    Рассказал он, какая жизнь за горизонтом, и предложил им:

    – Хотите, поведу вас туда, и вы посмотрите, как там живут люди?

    – Эх, – ответили они грустно, – поздно уже, мы постарели...

    – Тогда пойдёмте со мной в Горы, взглянем на мир с вершины!

    – Эх, – вздохнули они, – поздно уже, у нас нет сил...

    – Взгляните на Небо, – сказал им путник, – и я расскажу вам о жизни в Царствии Небесном!

    И опять ответили они:

    – Уже поздно, наш разум не поймёт твой рассказ...

    Путник опечалился. Захотел развеселить людей.

    – Давайте споём песню! – сказал он и собрался первым запеть, но люди заметили, что Солнце зашло.

    – Поздно уже, – сказали они, – пора спать... – и разбрелись по своим хижинам.

    Путник закричал им вдогонку:

    – Люди, когда жизнь беспредельна и непрерывна, не будет поздно ни для какого достижения!

    Но они не обернулись на зов.

    Тогда сказал про себя Творец:

    – Отниму-ка я у людей все слова ограничения: «поздно», «нельзя», «невозможно», «далеко», «высоко», «трудно», «не поймём», и вселю в их Сердца радость беспредельности. Может быть, постигнут они Закон Мой: ничего никогда не поздно, ибо нет конца, а только начало!

    Он так и сделал и дождался утра.

    Как изменятся люди и пойдут ли они с Ним в Горы?

    Коллега, спешите открыть Сердце и Небу, и Земле!

    * * *

    «Без Качества куда пойдём?

    Без Сердца что поймём?

    Без Красоты чего достигнем?»

    * * *

    Сердце – Центр организма. А голова?

    Сердце – престол сознания. А мозг?

    Сердце – хранитель Мудрости. А рассудок?

    Зорко только Сердце. А глаза?

    Слушать нужно Сердцем. А уши?

    Мощь Сердца всемогуща. А мышцы?

    Сердце может знать смысл событий дальних. Без электронной связи?

    Сердце может летать. Без летательных аппаратов?

    Сердце может приблизить космические дали. Без телескопа?

    Сердце может видеть мельчайшие частицы. Без микроскопа?

    Сердце может решать. Без логики?

    Вот так, отрицая четвертую мерность, мы до сих пор и спорим.

    Не пора ли понять:

    «Спор Сердца и рассудка является печальною страницею человечества».

    * * *

    Разум ищет оправдание.

    А разум Сердца следует справедливости.

    Разум ищет лишь выгоду.

    Но разум Сердца утверждает бескорыстное благо.

    Разум почитает здравый смысл.

    А разум Сердца руководствуется чувствознанием.

    Разум любит трубить.

    Но разум Сердца творит в молчании.

    Разум – как хозяйка, которая после шумной стирки вывешивает бельё на всеобщее обозрение.

    Разум Сердца – как жнец, который после долгого труда собирает урожай в житницу.

    Разум – как блудный сын.

    Разум Сердца – как заботливый отец.

    Разум без Сердца – слуга тьмы.

    Разум в лоне Сердца – слава Господня.

    * * *

    «Поверх мозга есть Сердце», – говорят нам познавшие Высшую Мудрость.

    Так было изначально.

    Но на каких-то печальных поворотах развития человечества люди отошли от Сердца. Рассудок устремился к обособлению и, таким образом, усложнил эволюцию.

    Возникли понятия, дающие качество разуму: «холодный разум», «здравый смысл», «железная логика», «факт – упрямая вещь», «научное доказательство», «очевидность», «критическое мышление», «конкретно-образное мышление», «объективность» и тому подобное. Они горделиво разгуливают в умах людей, тем более учёных, как единственные мерила действительности.

    Возникли целые науки: атеизм, рационализм, критицизм и так далее, для которых Сердце как основное понятие исчезло насовсем.

    Сердцем занялись только физиологи и медики и назвали его «мешком мышц».

    Сердце оказалось в паутине разума, и надолго, так долго, что люди вот-вот насовсем забудут о Сердце. Поколения людей тысячелетиями обходились без понятия Сердца и его духовного смысла. Воспитание Сердца превратилось в пустую мысль для педагогического сознания и образовательной практики.

    Особенно преуспели в этом Запад и Америка, которые идут путём мозга, путём расчётливости, холодного рассудка, критического мышления, материальной выгоды, путём эгоизма.

    Лишь на Востоке, где основа ещё не утеряна, по-прежнему знают, что мощь заключена в Сердце.

    С тревогой напоминают нам Источники Мудрости:

    Вся жизнь проходит через Сердце.

    Сердце есть Свыше действующий орган.

    В Сердце дремлют все мировые энергии.

    Спасение человечества придёт с пониманием Сердца.

    Оставим ли этот зов гласом вопиющего в пустыне?

    * * *

    Поверх мозга есть Сердце.

    Но значит ли это, что теперь пора унизить понятия мозга и разума и возвеличить Сердце?

    Унижения чего-либо или кого-либо оскверняет человеческое достоинство.

    Пора, чтобы восторжествовала Истина, ибо в торжестве Истины есть спасение человечества.

    В Сердце – Дух. Если оглохнет и ослепнет Сердце, то глухим и немым станет Дух. Через язык Сердца проявляется устремление Духа. Прислушиваться к Сердцу – значит вникать в волю своего Духа.

    В Сердце чувствознание. А если оно не будет разбужено, то нам станут недоступными даже действительность, даже очевидное, даже явление поражающее, не говоря уже о мире духовном, тонком, о дальних мирах.

    В Сердце чувства, которые всегда одерживают верх над разумом, потому что они пробуждают мировые энергии, в которых мощь. Чего только стоит энергия чистой Любви?

    В Сердце эманация добра, через него происходит облагораживание всей сущности человека.

    Сердце всё узнаёт много раньше, нежели рассудок мозга дерзнёт помыслить. Потому мозг – от прошлого, Сердце – от будущего.

    * * *

    – Дедушка, что ты шепчешь? – спросил я, заметив, что он перед сном что-то про себя бормочет.

    – Кладу мысль на Сердце, сынок... – ответил он.

    Я удивился.

    – Не хочу поссориться с соседом, который подвёл меня, а как быть, не знаю. Вот и положу мысль на Сердце и засну, а утром Сердце подскажет, что делать...

    – Откуда Сердце знает, дедушка?

    – Сердце всё знает, сынок, я всю жизнь учусь у него – и тебе советую. Когда ищешь ответ на сложный вопрос, когда что-то бывает непонятно, положи перед сном мысль на Сердце, а наутро откроются тебе ответы... Только делай это с верою...

    Так сказал дедушка, когда мне было девять лет. И я познал в жизни очень многое о своём педагогическом искусстве, кладя мысль на Сердце перед сном.

    Мне повезло с дедушкой.

    А Вам?  

    * * *

    Можно думать мозгом или Сердцем.

    Но Истина не в том, чтобы они трудились раздельно. И не в том, чтобы мозг верховодил над Сердцем или Сердце угнетало мозг.

    Истина будет торжествовать в том случае, если мозг переместится в Сердце и если Сердце станет престолом разума.

    Надо, чтобы дуги сознания сошлись в пламени Сердца.

    Надо, чтобы тепло и свет Сердца пронизывали помыслы людей.

    Сознание образовывается и просветляется лучом Сердца.

    Только в огне Сердца утончается и облагораживается мысль, только в огне Сердца испепеляется саранча мыслей.

    Чуткое Сердце устремляет сознание к обновлению и расширению, синтезируя в себе понятия материального и духовного, личного и Вселенского, Мира Земного и Миров Высших.

    «Не может творить рассудок, если не дать ему зерно Сердца...»

    Нельзя помыслить единение человечества по мозгу, печени или по лёгким. Только сияние Сердца может сблизить людей и объединить народы даже на дальних расстояниях.

    Откуда идёт согласованность?

    Не от рассудка, не от извилин мозга, но от Сердца, от Света.

    Разум только на престоле Сердца становится Светом Творящим.

    Но разум, оторвавшись от Сердца, может творить беду и приближать гибель.

    Жить и мыслить Сердцем – условие богатств и духовных, и материальных.

    «Пусть добрый пахарь – мозг – трудится над своими посевами на почве Сердца, пусть он утучняет зёрна и несёт мысль утончённую, прекрасную и заострённую боями за утверждение Истины».

    Сказано: «Утверждающие Истину, даже при несовершенстве, уже на пути».

    * * *

    Спешу подарить Вам, дорогой Коллега, прекрасный образ от неизвестного мне автора, видимо, мудреца. Образ этот доставил мне радость и углубил моё познание Сердца.

    «Я сорвал цветок – он завял.

    Я поймал бабочку – она умерла.

    И я понял: прикоснуться к Красоте можно только Сердцем».

    * * *

    Молодой царь, только что взошедший на трон, увидел во сне ангела, который сказал ему:

    – Выполню твоё одно желание.

    Утром позвал царь своих трёх советников.

    – Ангел обещал мне выполнить одну просьбу. Хочу, чтобы мои подданные жили счастливо. Скажите, какое царство им нужно?

    – Царство желаний!.. – сразу воскликнул один советник.

    Второй и третий тоже хотели что-то сказать, но не успели: молодой царь закрыл глаза и в своём воображении вызвал ангела.

    – Хочу, чтобы любые желания всех моих подданных выполнялись. Пусть будет моё царство Царством желаний...

    С той же минуты во всём царстве начались странные события. Многие мигом разбогатели, хижины некоторых преобразились в дворцы, у кое-кого выросли крылья, и они начали летать; другие помолодели.

    Люди убедились, что их желания тут же выполняются, и каждый начал желать больше другого. Но вскоре они обнаружили, что не хватает самих желаний, и начали завидовать тем, у кого желания ещё остались.

    Потому алчно похищали желания у соседей, у друзей, у детей, друг у друга.

    Многих одолела злоба, и они желали другим что-нибудь плохое. Дворцы рушились на глазах и опять возводились; кто-то становился нищим и тут же посылал бедствие другому. Кто-то стонал от боли и тут же злорадствовал, что посылает более мучительные страдания остальным людям. В Царстве желаний исчезли мир и согласие. Люди враждовали, посылали друг на друга стрелы злобы, недоброжелательства. Один превзошёл других своим коварством: пожелал себе опасную болезнь и поспешил своими объятиями, поцелуями, рукопожатиями заразить ею как можно больше людей.

    Первый советник тут же свергнул молодого царя с трона и объявил себя царём. Но вскоре он был свергнут другим, а потом тот – ещё одним, и вокруг трона началась схватка тысячи беспощадных желаний.

    Молодой царь убежал из города и на окраине царства встретил старика. Он пахал землю и пел песню.

    – У тебя нет никаких желаний? – спросил он старика с удивлением.

    – Есть, конечно... – ответил тот.

    – А почему не исполняешь их сразу, как другие?

    – Чтобы не потерять счастье, как потеряли его все твои подданные.

    – Но ты же бедный, а можешь стать богатым, ты старый, а можешь помолодеть!

    – Я самый богатый, – ответил старик. – Пашу землю, сею и так выстраиваю жемчужную тропинку от Сердца своего к Богу своему... Я и моложе тебя, ибо душа моя – как у ребёнка.

    Царь произнёс с сожалением:

    – Был бы ты моим советником, я бы не допустил ошибки...

    – Я и есть твой советник, которого ты не послушал, – сказал старик без чувства упрёка и продолжил пахать землю.

    * * *

    Начнём с чувств.

    Сердце есть обитель чувств. Оно – синтез чувств. Сердце и чувства едины.

    Может ли быть доброе Сердце со злыми чувствами?

    Нет, такого не бывает.

    Может ли быть злое Сердце с добрыми чувствами?

    Нет, такого тоже не бывает.

    Каково Сердце – таковы чувства. Сердце даёт чувствам качество, вкладывает в них своё устремление и так выпускает их на волю.

    Повторю Мудрость тысячелетий:

    «Добрый человек из доброго сокровища Сердца своего выносит доброе. Злой человек из злого сокровища Сердца своего выносит злое».

    Чувства на воле!

    Но без удил...

    * * *

    Каждое чувство пробуждает энергию.

    Энергии чувств синтезирует Сердце. Синтез всех мировых энергий, открывающихся через чувства, называют психической энергией.

    Взаимное чувство удесятеряет энергию.

    Коллективное чувство создаёт мощь энергии.

    Вообразить себе силу проявления энергии какого-либо напряжённого чувства невозможно. Тем более невозможно представить себе силу и мощь взаимного собирательного и согласованного чувства.

    Потому тревожился великий Альберт Эйнштейн:

    «Настоящая проблема лежит в Сердце и мыслях человека. Это не относящаяся к физике проблема, но этическая, нравственная. Проще изменить состав плутония, чем изгнать злого духа из человека. Что нас пугает – это не сила взрыва атомной бомбы, но сила злости человеческого Сердца, его собственная сила взрыва на злые поступки».

    Высвобожденная из Сердца психическая энергия всемогуща.

    Отпустить чувства на волю?

    Без удил?

    * * *

    Доброе сокровище доброго Сердца! Что в нём?

    В нём чувства утончённые и огненные.

    В нём красота и величие Любви, вдохновение Веры, творящее терпение Надежды, возрождающая влага Доброты, гордость и суровость Долга, торжество Справедливости, цветы Признательности, слёзы Сострадания, улыбка Сорадости, возвышенность Преданности, искра Искренности, радость Покаяния, посевы Благородства.

    Чувствознание и знание чувств есть Весы Небесные, есть Совесть.

    Разум, перемещённый в Сердце, облагораживается и возвышается чувствами, становится разумом Сердца.

    Истоки чувствознания собираются в разуме Сердца, и человек начинает постигать своё предназначение, обретает смысл жизни.

    Разум Сердца упорядочивает чувства и устремляет их ввысь.

    Так разум становится волею Сердца.

    Воля Сердца укрощает и приручает чувства через умения терпеть и воздерживаться, прилагать усилия и жертвовать, трудиться и творить, соизмерять и вмещать.

    Воля Сердца, то есть разум Сердца, утончает чувства, учит красоте и изяществу проявления.

    Так зарождается культура чувств, Культура Сердца.

    Так можно думать Сердцем.

    * * *

    Кучер добрый!

    Где твоя повозка с ценным грузом?

    Где лошади твои?

    Запряги их в повозку и быстрее в путь!

    Дорога длинная – на всю жизнь, она трудная и опасная – она в горы.

    Надо доставить – срочно! срочно! – куда-то – спасение, куда-то – весть, куда-то – радость, куда-то – мудрость, куда-то – любовь, куда-то – сострадание, куда-то – восхищение...

    Щедро разбрасывай по пути груз свой, не жалей!

    И не спрашивай, понял ли кто, откуда пришла помощь.

    Ты – сеятель, а не жнец.

    Важно доставить, ибо нехватка груза твоего велика.

    Твой груз бесценен.

    А лошади твои чуют дорогу, доверяйся им, дай свободу.

    Но они сильные и могут сорваться. Крепко держи удила в своих мудрых руках и тяни их на себя.

    Хорошо, что завязал им глаза. Незачем видеть им, как на лугах и полях злорадствует стадо взбесившихся лошадей, топча копытами свои повозки и свой груз бесценный и гонясь за своими хозяевами, чтобы растерзать их.

    Гони лошадей своих, но не кнутом и руганью, ибо лошадям может быть больно и они могут обидеться.

    Устремляй их мысли к Высшему Благу, к красоте, преданности, мужеству.

    Они умные, они поймут тебя.

    Гони, поощряй их сердечным словом, добрый кучер!

    Пусть торжествуют, пусть гордятся они, что спешат неся, а не унося.

    Кто сказал, что спешить не надо – «тише едешь, дальше будешь»? Это о черепахах, об улитках, которые никому ничего не несут и получать ничего не хотят.

    Тише едут, когда хоронят.

    А тебе надо воскресить, оживить, порадовать, вдохновить, спасти, успокоить. Ибо нет ни дня, ни часа, ни минуты, когда кто-то не нуждался бы в грузе твоём.

    Кто поспешит, тот свершит.

    А пустым едешь – до места не доедешь.

    Гони лошадей!

    И если уж случится, что на крутом повороте лошади сошли с пути и повозка перевернулась, а груз рассыпался, то знай, что ты достиг своей вершины.

    ...Нужны пояснения?

    Так вот:

    добрый кучер – доброе Сердце,

    удила – это разум Сердца,

    лошади – это чувства,

    повозка с бесценным грузом – это дары Духа,

    доставить груз бесценный – смысл жизни.

    * * *

    А если кучер этот не добрый, а злой? И разум, занятый самостью, тоже злой?

    Какими станут чувства и что они сотворят, если к тому же знаем, что чувства всегда, – всегда! – одерживают верх над разумом?

    В злом сердце благие начала души вырождаются во зло. Получаем разнузданные чувства. Они рвут связь с Высшим и их бесчинствованию нет пределов.

    Никакая разрушительная сила, которую придумывает человечество, не сравнится с силою взрыва разнузданных чувств. Они и диктуют разуму, оторванному от Сердца, создавать бомбы и взрывать их, целиться и убивать, разрушать и уничтожать. Разум перерождается в неистовство, в бешенство.

    Пусть миллион раз твердит учёный, что он очень добрый, верующий, духовный и нравственный, но если он занят в тайных лабораториях, где изобретаются чудовищные виды оружия – термоядерные, химические, бактериологические, психотронные, способные вредить людям, лишать их свободы, разрушать храмы и губить жизнь на земле, – то учёный этот одержим тьмою.

    Нынешние сатаны – это не хвостатые существа с рогами и копытами, а элегантные двуногие, умеющие соблазнять.

    Разнузданные чувства ищут удовольствий, как можно больше падких удовольствий. Ищут власть над другими, чтобы повелевать. Творят в материальном мире множество пошлых соблазнов. Чувства дробятся на тысячи, миллионы мелких похотей и желаний.

    Пиршество тьмы.

    Царство желаний, идущих от злого Сердца, есть царство тьмы.

    Разве говорю теорию?

    Разве не видят наши глаза проявлений злобы Сердца?

    Если бы!

    Если бы каждый из нас уберёг своё Сердце как радость для другого!

    Если бы разум Сердца мог отвести каждого из нас от падких соблазнов!

    * * *

    Скажут:

    – Не доверяем, потому что обманывают.

    – Недолюбливаем, потому что не любят нас.

    – Убиваем, чтобы нас не убили.

    – Закрываемся, чтобы не обокрали.

    – Поступаем так, потому что все так поступают.

    – Плюём, чтобы дать сдачу.

    – Раздражены, потому что невыносимо.

    Скажут много подобного.

    Но восстаёт чистое Сердце:

    Кто-то ведь должен положить конец всему этому?

    Кто-то ведь должен призвать людей к Сердцу?

    Кто это?

    Никто другой, а Учитель.

    Никто другой, дорогой Коллега, Вы и я с Вами.

    Только Союз чистых Сердец может отогнать и рассеять тучи тьмы.

    Только восстание чистых Сердец может положить конец разгулу озлобленного Сердца.

    * * *

    Другой молодой царь тоже увидел сон и тот же ангел обещал выполнить одну его просьбу. Созвал царь наутро своих трёх советников и спросил:

    – Какое царство нужно моим подданным, чтобы они жили счастливо?

    – Царство желаний! – воскликнул один, не задумываясь.

    – Царство разума! – произнёс другой, почесав затылок.

    Третий тоже хотел что-то посоветовать молодому царю, но тот поспешил к ангелу – закрыл глаза и призвал его в своём воображении:

    – Сделай моё царство Царством разума...

    С той же минуты во всём царстве начались странные явления. Все подданные, дети и взрослые, мужчины и женщины, старые и молодые, разом преобразились в философов и начали обсуждать любой пустяк. Они сомневались во всём, спорили, критиковали всё вокруг, всему искали объяснения и доказательства, научное обоснование. Учёные проводили бесконечные дискуссии с целью, чтобы никто ни с кем не соглашался. Умствовали по поводу того, можно ли погасить Солнце, если все люди вместе будут дуть на него. Или по поводу того, что произойдёт, если все песчинки в пустыне вдруг превратятся в муравьев. Или если все колодцы, речки и реки, моря и океаны вдруг иссякнут...

    Во всём люди искали железную логику, доказательства, факты. Неверие стало нормой жизни. Разум сделался холодным, подозрительным, недоверчивым, расчётливым и, наконец, неразумным.

    Люди всё дотошно взвешивали, мерили, оценивали, переоценивали, сравнивали и опять начинали всё сначала. Взвешивали и оценивали даже любовь, даже доброту, даже радость, даже зло и даже рождение и смерть.

    На всё взирали стеклянными глазами, и каждый ставил на всём продажную цену.

    Жизнь в царстве замедлилась, стала она хмурой, грустной, тревожной. Исчезла вера, пропало доверие. Зато повсюду разгуливало подозрение. Распалось единение и восторжествовали самость и разобщённость.

    Сколько царь ни призывал народ образумиться, ничего не получалось.

    Находясь в отчаянии, он покинул дворец и на окраине царства встретил старика. Тот сеял хлеб на вспаханной земле и пел песню.

    – Бог тебя не одарил разумом? – спросил царь.

    – Почему? Разум мой всегда жил и живёт по сей день в моём Сердце, – ответил тот.

    – При чём тут Сердце?! – удивился царь.

    – Разум без Сердца перерождается в тупость и безрассудство.

    – Как же ты живёшь разумно, когда только и знаешь пахать-сеять и не обновляешься?

    – Пашу и сею для Бога, а тебе отдам зерно. Так каждый день выстраиваю я ступеньки от разума Сердца до Бога, и каждая ступенька во мне – обновление жизни.

    Молодой царь погрустнел.

    – Эх, был бы ты моим советником, не допустил бы я ошибку... – произнёс он с чувством раскаяния.

    – Я и есть твой советник, которого ты не дослушал, – сказал старик и продолжил сеять хлеб.

    * * *

    Мудрец поясняет:

    «Современное погибельное положение создалось извращённым пониманием мозга».

    Таким пониманием заражён Запад и пытается заразить мир.

    Суть погибельного состояния в том, что Сердце и мозг, чувства и разум оторвались друг от друга. Некие «хирурги», называемые материалистами, в каком-то прошлом бездумно перерезали нить, по которой Сердце вело разум за собой, питало и облагораживало его, а разум черпал через чувствознание Сердца понимание о духовном и материальном.

    Слово «материализм» приняло чудовищное содержание, отражая в себе только физическую действительность.

    Разум без Сердца превращается в неразумность, то есть становится холодным, абсурдным, ущербным для жизни людей. Паутина холодного разума оплетает Сердце, и оно тоже становится холодным, то есть злобным.

    * * *

    Сердце – свыше данный орган, оно даровано людям для связи с Космосом. Сердце – мировой орган, оно принадлежит человечеству.

    Но что же может сделать холодное Сердце?

    Оно уже не годится для такого предназначения. Высшие чувства тупеют и вырождаются в холодном Сердце. Зато возникают противожизненные чувства, имена которых Злоба, Ненависть, Невежество, Самость, Собственность, Выгода, Эгоизм...

    И надо ли гадать, во что превратятся их детища – желания и устремления? Надо ли гадать, на что будет направлена психическая энергия?

    Холодное Сердце поощряет холодный разум отталкивать от себя всё, что не укладывается в его – разума – представлениях. А представления и знания его складываются только по одному принципу – голого материализма.

    Люди ввергаются в заблуждение: они начинают почитать себя превыше Создателя.

    Это и есть погибельное состояние.

    * * *

    Холодный разум изобретает методы познания, стрелы которых направлены против духовного, против чувствознания. Направлены они против расширения сознания от понятия грубого материализма до понятия Мира Тонкого, от Мира Земного до Мира Духовного и Миров Высших.

    Спросите:

    – Почему эволюция человечества так замедленна?

    Ответят Мудрецы:

    – Люди сами замедлили её.

    Спросите:

    – Как?!

    Ответят Мудрецы:

    – Отрицанием своим, сомнением своим, скептицизмом и нигилизмом своим.

    Спросите:

    – Что, не нужно отрицать?

    Ответят Мудрецы:

    – Отрицающий беден, утверждающий богат. Отрицание есть невежество. Оно мертвенно, ибо исключает непреложные возможности.

    Спросите:  

    – Какие?

    Ответят Мудрецы:

    – Непреложен Надземный Мир, непреложна психическая энергия, непреложно бессмертие Духа, непреложен закон причин и следствий. Непреложен сам закон непреложности.

    Спросите:

    – И что будет, если их принять?

    Ответят Мудрецы:

    – Расширится миропонимание до глубинного понятия «духовность». Такое расширение сознания преобразит всё отношение к жизни, разведет безобразное – от прекрасного. Люди поймут друг друга и устремятся к единению, сотрудничеству с Мирами Высшими, примут в Сердце своё Бога. Уйдут суеверия, многие болезни, ибо здоровым станет Дух.

    Спросите:

    – Где посылки, чтобы отойти от отрицания?

    Ответят Мудрецы:

    – Если земные глаза ещё не видят и уши не слышат, то Сердце признает высшую действительность. Слух и зрение Сердца велики. Только расширение сознания может устыдить отрицание. Опасно быть слепым и глухим Сердцем и Духом.

    Спросите:

    – Чем опасно сомнение?

    Ответят Мудрецы:

    – Сомнение есть гибель качества. Сомнение есть могила Сердца. Сомнение есть начало безобразия. Психическая энергия пожирается сомнением. Сомнение может расслабить каждое напряжение. Прародитель его зовётся отцом лжи. Пусть умолкнет сомнение, которое не раз тушило огонь Сердца. Нужно избавиться от червя, чтобы избежать дракона.

    * * *

    Скажет кто, с восхищением взирая на плоды современного технократного мира:

    – Как далеко шагнула наука, какие творит чудеса!

    Но нужно ли пояснять, что та же самая наука, находясь в глубоко засекреченных и закрытых, тайных и подпольных лабораториях, творит чудовища. И этим чудовищам под силу омертвить планету Земля.

    Она уже омертвляет жизнь то тут, то там, то в нас самих.

    Чудеса науки и техники творят для нас мелкие праздники, а чудовища – похороны.

    И те и другие – и чудеса, и чудовища – гордость холодного разума.

    Но можно только вообразить, как гордился бы разум, нашедший престол в светлом Сердце, и какие радовали бы нас чудеса!

    * * *

    А теперь о третьем молодом царе.

    Он тоже увидел сон, и ангел обещал ему выполнить одну его просьбу.

    Созвал царь утром своих трёх советников.

    – Скажите, какое царство нужно моим подданным, чтобы жили они счастливо?

    – Царство желаний! – воскликнул один, не задумываясь.

    – Царство разума! – произнёс другой, почесав затылок.

    Молодой царь был умен и терпелив, потому обратился к третьему советнику:

    – А ты что скажешь?

    – Царство Сердца! – сказал тот.

    Молодой царь закрыл глаза и вызвал ангела.

    – Сделай моё царство Царством Сердца.

    Ангел замешкался.

    – Бог уже дал каждому своё Сердце, надо зажечь его...

    – Так зажигай...

    Ангел опечалился.

    – Не могу... Бог велит людям самим зажигать свои Сердца и помогать друг другу.

    – Тогда скажи, как зажигать?

    – Воспитанием... – и ангел исчез.

    Царь открыл глаза.

    Советники ждали, что он скажет.

    – Займёмся воспитанием Сердца! – сказал царь и назначил третьего советника попечителем воспитания Сердца – Учителем!

    * * *

    И назначил царь каждого из нас – Учителя – попечителем воспитания Сердца.

    Примем ли мы такое назначение?

    Ну, как я могу говорить за Вас, дорогой Коллега, каждый выбирает свой путь сам.

    Буду говорить о себе.

    – Спасибо, молодой царь, за такое высокое доверие мне! – скажу я и приложу руку к Сердцу.

    И восполнюсь чувством суровости долга перед Творцом, перед судьбами поколений молодых.

    Но не возмутится ли древний наказ, уверенно гласящий: «Воспитатель сам должен быть воспитан»?

    Укажет он на меня и воскликнет: «А Сердце его воспитано?»

    Действительно, Сердце моё далеко от совершенства, чувства мои требуют облагораживания, мысли мои не освободились от сорняков, а знания мои вовсе не полные.

    Как же мне быть?

    Как быть, если сам знаю, что доброта воспитывается добротою, любовь воспитывается любовью, радость воспитывается радостью, терпение воспитывается терпением, благородство воспитывается благородством, а Сердце воспитывается Сердцем?

    А во мне нет полноты этих благ!

    Как же мне быть перед законом: воспитатель сам должен быть воспитан?

    Нет, нарушать закон не буду, ибо нахожу в себе качество, которое даёт мне право принять назначение. Качество это называется устремлённостью.

    Я устремлён к Свету, к Сердцу, к Любви, к Доброте, к Благородству. Ищу и взращиваю их в себе, следуя непреложному правилу: «Устремлённость воспитывается устремлённостью».

    Я устремлён к обретению благих основ. Устремляю к ним своих учеников. Облагораживая своё учительское Сердце, буду облагораживать Сердца своих учеников.

    Меня подбадривает Мудрец: «Утверждающий Истину, даже при несовершенстве, уже на пути».

    * * *

    Пишу себе

    Кодекс Учительского Сердца.

    Напрягать своё Сердце, ибо оно есть:

    – Мост, объединяющий Землю со Вселенной.

    – Солнце всех солнц.

    – Престол разума и колыбель мыслей.

    – Твердыня чувств.

    – Хранитель суровости долга.

    – Дом Духа.

    Воспламенять своё Сердце огнями:

    – чувства Любви,

    – чувства Преданности,

    – чувства Сострадания,

    – чувства Сорадости,

    – чувства Признательности,

    – чувства Героизма,

    – чувства Покаяния.

    Дарить дары своего Духа каждому в лучших проявлениях:

    – Улыбки,

    – Соприкосновения,

    – Слов и Голоса,

    – Творящего терпения,

    – Сотрудничества,

    – Понимания,

    – Мыслей.

    Прислушиваться к языку своего Сердца:

    – к его Биению,

    – к его Ритму,

    – к его Трепету,

    – к его Томлению,

    – к его Радостям,

    – к его Чувствознанию.

    Жить по начертаниям законов Сердца:

    – закона Неповторимости,

    – закона Единения,

    – закона Непреложности,

    – закона Соизмеримости,

    – закона Блага,

    – закона Вмещения,

    – закона Красоты.

    Пропускать всю свою педагогическую жизнь через Сердце:

    – любить её Сердцем,

    – мыслить о ней Сердцем,

    – творить её Сердцем,

    – страдать о ней Сердцем,

    – радоваться ею Сердцем.

    Мерить всё мерами Сердца:

    – мерою Любви, мерою Красоты,

    – мерою Творчества,

    – мерою Блага,

    – мерою Мудрости,

    – мерою Беспредельности,

    – мерою Вечности.

    Действовать по принципам Сердца:

    – думать Сердцем,

    – принимать Сердцем,

    – утверждать Сердцем.

    Знать, не забывая:

    – над небом есть Небо,

    – над миром есть Миры,

    – над жизнью есть Жизнь,

    – над Сердцем ученика есть Сердце Учителя.

    Беречь Сердце своё и Сердце каждого.

    Закрывать на замок Сердце своё

    – для отрицания,

    – для сомнения,

    – для недостойных мыслей,

    – для соблазна.

    Помнить:

    – Без Качества куда пойдём?

    – Без Сердца что поймём?

    – Без Красоты чего достигнем?

    * * *

    Загадка воспитания для моего опыта и сознания остаётся загадкой.

    Пусть поможет мне учёный мир решить жизненно важную – очень важную! – воспитательную задачу.

    Она, задача эта, известна много тысяч лет, но ни один педагог, даже классик, не смог дать человечеству её разгадку.

    А какое было бы это благо для эволюционного восхождения людей, какую они могли бы создать жизнь на Земле!

    Вот эта задача, которую задал миру Сын Бога:

    «Любите ближнего своего, как себя самого».

    Или более сложная:

    «Любите врагов ваших».

    Что нам стоит взять и полюбить всех ближних и врагов своих, раз просит Высшая Сущность? В чём проблема?

    Проблема в том, что не хотим так поступать. И это нежелание настолько сильно, что уже и не можем любить ближнего как себя самого, тем более любить врагов своих.

    Тогда что нам – родителям, учителям, воспитателям – стоит развить и воспитать в растущем человеке чувство любви так, чтобы он захотел и смог полюбить и ближних, и врагов своих?

    Загадка в этом: мы бы хотели это сделать, но не знаем – как?

    И так как наши родители и учителя тоже не знали, как решить проблему развития и воспитания любви в нас, то мы сами лишены этих высших качеств. Лишены до той степени, что вообще отказываемся думать о воспитании таких духовных основ в наших детях и учениках.

    * * *

    Мир иногда рукоплещет какому-то математику, который, видите ли, решил некую задачу, оставленную другим математиком, жившим сто, двести, а то и триста лет тому назад.

    Газеты трубят об этом: быстрее премии математику, быстрее слава и признание ему!

    Хорошо, конечно, когда разум человека торжествует. Но что толку от решения таких задач, если духовный и нравственный мир людей от этого ни на йоту не продвинется? Не продвинется даже в том случае, если смысл и нужность решения задачи стали бы доступны для каждого жителя Земли.

    И не надо удивляться, если произойдёт наоборот: технократный мир изобретёт на основе решённой задачи более утончённые аппараты, которые умножат зло и уведут людей от самих себя, от своего Духа.

    Разве не бывает так?

    Но какую же награду определить тому, кто откроен метод воспитания в ребёнке нормы жизни: любить ближнего, как себя самого, любить врагов своих, не убивать, не лгать, не желать чужого!

    Такое открытие положило бы начало Новой Эпохе в истории человечества!

    Однако потрясение от такого открытия, к сожалению, нас пока не ждёт. Не ждёт, потому что понятия Сердца и Духа для современного педагогического сознания всё ещё остаются пустыми и бессодержательными. Сознание это пока спешит обнаучивать себя по тем же канонам так называемой материалистической объективности, по которым так гордо шествует в мире технократическое сознание.

    Что больше всего предлагают наука и техника?

    Предлагают закон термоядерного распада, высокие технологии сверхскоростных вычислений, сверхскоростных связей, сверхскоростных перемещений. Предлагают всё новые и новые автомобили, телевизоры, компьютеры, роботы. Они почти в каждой семье.

    А Сердце? А духовность? А любовь? А доброта?

    Они не поддаются технологизированному и промышленному производству. Но без Сердца что поймём?

    И кто должен возглавить наше шествие к горным вершинам Света – робот или Сердце?

    * * *

    – Из тебя человека не выйдет! – с гневом швырнул учитель своё «пророчество» ученику.

    – А из вас уже вышел учитель? – спросил ученик с грустью.

    * * *

    Привели в школу нового ученика, уже выгнанного из трёх школ.

    Зашёл на урок один учитель, взглянул на него и подумал: «Откуда только такие берутся...»

    Пришёл другой учитель. Увидев нового ученика, произнёс раздражённо:

    – Тебя ещё не хватало...

    Пришёл на урок третий учитель.

    – У нас новенький? – порадовался он.

    Подошёл к новенькому, пожал руку, посмотрел в глаза, улыбнулся и сказал:

    – Здравствуй!.. Я ждал тебя!..

    * * *

    Старая женщина умоляет учителя:

    – Я одна со своим внуком, родители бросили его... А он меня не слушается... Попадёт в дурную компанию... И что же тогда будет... Берите его под ваше наблюдение, Бог отблагодарит...

    Учитель прерывает старую женщину:

    – У меня и без вашего внука много забот... – и уходит прочь.

    Ищет бабушка другого учителя, опять умоляет.

    Учитель объясняет ей:

    – А знаете, сколько в школе таких?.. Как я могу угнаться за всеми!..

    Бабушка в отчаянии. Плачет.

    Проходит мимо молодой учитель. Останавливается.

    – Вам помочь? – спрашивает сочувственно.

    Бабушка рассказывает молодому учителю о своём горе.

    – Не плачьте, бабушка! – говорит ей молодой учитель. – Внук у вас хороший... Хотите, стану его наставником?..

    * * *

    Говорят: «Дети – цветы нашей жизни!»

    А цветы выращивают в оранжереях.

    Потом их срезают и продают на улицах.

    Их ставят в хрустальные вазы, нюхают и наслаждаются их ароматом.

    Потом цветы вянут, и их выбрасывают в мусорный ящик.

    Значит, дети – цветы нашей жизни?!

    Тогда понятно, почему так много выброшенных и беспризорных детей, которыми заполнены улицы, подземки, привокзальные площади, подвалы домов.

    Понятно, почему расцветает чёрный рынок, торгующий детьми.

    Почему их развращают люди, считающиеся даже «святыми» и «порядочными».

    Почему детей используют как сырьё для пересадки органов.

    Никто не подберёт выброшенных цветов, никто не оживит их и не будет ухаживать за ними.

    Где гром и молнии, чтобы взорвать всё это мерзкое «цветущее поле»!

    Где гнев возмущённых людских Сердец, чтобы испепелить всю эту тьму!

    Где землетрясения, чтобы очнулись все, кому по долгу службы надлежит защищать детей от разврата, беспризорности, агрессии и эксплуатации со стороны взрослых!

    Где Великий Союз Пылающих Учительских Сердец, этих воинов за судьбу каждого пришедшего в Мир Земной!

    Не пора ли различить, что есть цветы жизни и что есть боль Сердца? Что есть будущее и что есть Забота?

    * * *

    Молодой царь назначил меня попечителем по воспитанию Сердца. Я принял назначение Сердцем.

    Может быть, кто думает, что я открыл тайну облагораживания Сердца и держу её при себе?

    Нет у меня никакой тайны. Потому призываю: пусть образовательный мир превратится в одну огромную исследовательскую лабораторию для разгадки тайны воспитания Сердца.

    Но я не могу ждать всех: время не терпит, ученики растут, надо успеть, иначе будет поздно. Незнание тайны не есть помеха, когда есть устремление к её разгадке. Может быть, само устремление и есть тайна, тем более если оно идёт от Сердца, ибо Сердце знает всё.

    Для начала принимаю заповедь:

    Нужно воспитывать Сердце.

    Пишу эту заповедь на стенах жилых домов.

    Пусть знают все: нужно воспитывать Сердце.

    Пишу её на стенах роддомов, детских садов, школ, университетов.

    Пусть озадачится весь педагогический мир: Сердце требует воспитания.

    Пишу заповедь на стенах кабинетов министров, начальников, управляющих, законодателей, даже на стене кабинета президента.

    Пусть знают в верхах: только воспитанием Сердца может преуспеть народ, государство. Забота о воспитании Сердца есть самая важная задача для любого государства.

    Для начала определяю гипотезу: воспитание Сердца происходит через пробуждение чувств.

    Нахожу основание: «Поистине, ничего не повторено во Вселенной. Но всё-таки самым индивидуальным остаётся Сердце человека. Бездна Сердца неизмерима».

    Наконец, допускаю предположение: воспитание Сердца есть таинство, которое совершается именно этим учителем именно с этим учеником.

    Спросят:

    – Таинство то же самое, что технология?

    Отвечаю:

    – Нет-нет, технология – самое неуместное и неестественное понятие в идеях воспитания Сердца. Технология – понятие технократное.

    Спросят:

    – Тогда почему таинство?

    Отвечаю:

    – Потому что, во-первых, источниками складывающегося опыта являются чувствознание и мудрость, а это уже таинство; во-вторых, это есть процесс личностный, от Сердца к Сердцу.

    * * *

    Именно от Сердца к Сердцу.

    Обращаюсь к тебе, Сердце моё, может быть, вспомним далёкое прошлое, когда любимый учитель дарил нам, своим ученикам, уроки о поэме великого Шота Руставели «Витязь в тигровой шкуре»? Далёкое прошлое не значит отдалённость в пространстве: прошлое – как живая жизнь, оно в нас, оно руководит нами.

    Мы читали поэму, изучали наизусть главы, обсуждали, писали сочинения, размышляли о духовности, о преданности, о любви и о Сердце. Строки, которые приведу ниже, учитель прочёл нам сам. Прочитал и оставил в нас свой голос, свой Глас.

    «Сердце, разум и сознанье цепью связаны

    одною

    Если сердце умирает, остальных берёт

    с собою.

    Человек, лишённый сердца, жизнью

    брезгует земною!»

    Давайте разгадаем, Сердце моё, когда же происходило наше облагораживание: сразу, в тот же миг, как мы зачитывали и заучивали наизусть главы из поэмы, обсуждали и писали сочинения?

    Ой, если бы это было так! Тогда исчезли бы разом все проблемы воспитания.

    Воспитание Сердца означает питание его лучшими, прекрасными, возвышенными образами. Но это не всё. Учителя каждый день «опрыскивают» своих учеников потоками лучших образов. Но я знаю, Сердце моё, по нашему опыту, что нужны не просто образы, а ещё что-то другое, что можно назвать таинством. Нужно, чтобы Сердце учителя соприкоснулось с Сердцем ученика, затронуло его, открыло его, пробудило в нём чувства, расположило их к себе. И лишь тогда образы отразятся в разуме Сердца как желанные, жданные, то есть как пища для Сердца, для Духа.

    И это тоже не всё.

    Нужно ещё, чтобы образы прошли через Сердце учителя и чтобы на них наслоились все лучшие эманации его Сердца.

    Во что мог превратиться в нас, Сердце моё, образ преданности Автандила, образ Тариэла, оглушённого любовью, образы мужества, самоотверженности, рыцарства? Превратились бы они в знания и так и остались бы в нас знаниями.

    Но учитель наш со своим утончённым чувствознанием, что иначе означает – «Учитель от Бога», вкладывал во все потоки образов самого себя; вкладывал в них Сердце своё так же, как мой дедушка, разбрасывая по вспаханному полю горсти зёрен, всё время приговаривал: «Помилуй нас, Господи, да будет воля Твоя».

    Разве мой дедушка, сея семена, тут же получал урожай? Разве не ждал он времени жатвы? Разве не молился Богу, чтобы тот насытил поле живительной влагой и уберёг от града, от наводнения?

    Так же и мы, Сердце моё, не возвращали образы сразу, как уже состоявшиеся в нас духовность и воспитанность. Образы долго зрели в нас. Так долго, что тем временем учитель наш перешёл в мир иной... Начались всходы, но, в отличие от посевов моего дедушки, посевы нашего учителя начали давать урожай не раз в год, а постоянно, в любой миг и час. И так будет уже до конца жизни.

    Вот какие семена сеял в нас, Сердце моё, учитель наш.

    Но разве сказали мы самое главное о таинстве воспитания, которым владел наш учитель?

    Нет, мы не откроем миру никакую тайну, ибо тайна пока ещё остаётся нераскрытой. Мы можем только сказать о своей догадке: не кажется ли тебе, Сердце моё, что учитель наш оставил в нас Зов свой, Глас свой, который мы услышали, когда у нас открылись уши? Зов, Глас этот звучит в нас теперь колокольным звоном непрерывно, звучит ласково и сурово: «Не забудь о Сердце... о Сердце... о Сердце...»

    Мы стареем с тобой, Сердце моё, а Зов учительский не стихает в нас, и мы следуем этому Зову.

    Не в этом ли таинство воспитания и облагораживания Сердца ученика, которое постиг в себе учитель наш?

    * * *

    На рисунке изображено Сердце: его поразила стрела. Из раны течет кровь. Оттуда же высвобождается огонь, пылающий над Сердцем.

    Это Учительское Сердце, это Моё Сердце.

    Учительское Сердце пламенеет от боли, тревоги и заботы.

    Боль, тревога и забота рождают во мне новый ритм жизни.

    На рисунке пеликан: он кровью своего Сердца питает детёнышей.

    Сердце пеликана есть Учительское Сердце, это Мое Сердце.

    Учительское Сердце наполняется любовью к детям, пламенеет и напрягается от чувства долга, трепещет и торжествует, устремившись к самосовершенствованию...

    * * *

    «Пора моего ангелочка определить в школу», – подумал ангел.

    Взял он его, и влетели они прямо из открытого окошечка в огромное здание.

    «Надо выбрать учителя от Сердца и с ангельским терпением, ибо ангелочек мой ещё вовсе не ангел, он неугомонный шалун со строптивым характером...»

    Заглянул он на урок к одному учителю и ужаснулся, – тот кричал на ученика и ругал его:

    – Я бы сбросил тебя, такого бессердечного, с пятого этажа... Вон из класса...

    «Жестокий... Не от Сердца он...»

    В другой классной комнате учительница сидела перед учениками, заложив ногу на ногу, и любовалась своими ногтями, на каждом из которых умело было нарисовано маленькое сердечко. Но она в то же время зорко следила за учениками, выполнявшими контрольную работу, и павлиньим криком пресекала всякую попытку списывания друг у друга.

    «Ханжа... Не от Сердца она...»

    В следующем классе ученик записывал на доске предложение, которое диктовал ему учитель: «Самого главного глазами не увидишь, зорко только Сердце».

    Ученик ошибся и написал «Серце». Учитель разозлился:

    – Сколько раз тебе объяснять... Дай дневник... «Два»...

    Ученик заплакал.

    «Невежда... Не от Сердца он...»

    Заглянул ангел в следующий класс – там учитель вёл урок математики.

    – Сосчитайте, сколько раз постучит Сердце в течение суток, если за одну минуту оно стучит 56 раз...

    Один ученик, не считая, сразу выкрикнул:

    – 80 640 раз... А в неделю – 564 480 раз... А в месяц... А в год...

    Дети ахнули. А учитель грубо прервал ученика:

    – Как ты смеешь выкрикивать с места, да ещё без моего разрешения...

    «Грубиян... Не от Сердца он»...

    Следующий класс жужжал, как улей: учитель и ученики терпеливо и любовно собирали знания, помогая друг другу. Голос и забота учителя сливались в единую музыку и радость познания.

    «Вот учитель от Сердца и с ангельским терпением...» – подумал ангел и сказал своему ангелочку:

    – Будешь учиться у него. Внимай каждому слову учителя.

    Улетая из школы, ангел грустно подумал: «Все поминают Сердце, но жить Сердцем не хотят... Нужно вывести отсюда всех “сердечных” фигляров, чтобы они не причиняли боль и не калечили сердца своих учеников».

    Но ангел не знал, как это сделать.

    Сделает ли это современная аттестация учителей?

    * * *

    В школе нужны уроки Сердца, нужно Сердцеведение.

    Говорит мне завуч: «А стандарты? А где взять время? А где взять разрешение?»

    Вот какая старая «железная логика», идущая от холодного разума, от «здравого смысла», тут же перекрывает мне путь.

    Как быть со стандартами?

    Вот я и обойду умело и стандарты жизни, и стандарты образования. Иначе и жизнь, и образование не сдвинутся с места. Стандарты принимаю не для того, чтобы стать их рабом или уподобляться им, а для того, чтобы возвыситься над ними, ломать их.

    «Люди лучше всего берегут камни и металлы, менее – растения, ещё менее – животных, и всего меньше – человека», – вот какой стандарт жизни сложился у нас. Разве не оскверняет он человечество, не мучает и не губит его вот уже сколько тысяч лет? Я не поддамся таким стандартам, да никаким вообще стандартам, если они только и делают, что преграждают путь.

    Лишь через Сердце можно восстанавливать справедливость, только всемогуществом Сердца.

    Завуч, вы требуете навыка чтения у моих учеников? Это ваш стандарт? Но этого для меня мало: я дам им страсть к познавательному чтению. Во сколько раз больше познавательное чтение в сравнении с навыком чтения?

    Вы требуете навыка письма? Это тоже стандарт? И он мал для меня. Я подарю детям письменную речь. Неужели вы будете тянуть меня назад, к навыкам письма?

    Да, я понял, вам нужны прочные знания!

    Но знания, которые я преподнесу своим ученикам, будут мною облагорожены, осердечены.

    И так будет во всём, во всех классах, с каждым учеником.

    Вот видите, завуч, и время нашлось, и стандарты поглощены!

    А разрешение на уроки Сердца я знаю, от кого брать: от Сердца своего.

    Завуч, милый!

    Уроки о Сердце станут уроками Жизни, уроками расширения сознания. На них энергия высших чувств найдёт выход и утверждение. На них у учеников откроется духовное зрение. На них они обернутся к своему Сердцу и полюбят его. На них же я сам стану более сердечным и чутким, расширится мой учительский мир.

    Скажу про себя, не вслух, а в Сердце, – так что, пожалуйста, не придирайтесь ко мне: хочу уподобиться Великанам Духа и к тому же устремлять учеников.

    * * *

    Сказано: «Явление биения Сердца очень близко вниманию детей».

    Прикладываю руку к Сердцу и прошу учеников сделать то же самое.

    – Слышите?

    – Слышим! – отвечают они.

    – Что это такое?

    – Биение Сердца!

    – Вам дано знать тайну биения Сердца. Не могли бы поделиться ею со мной?

    Мы говорим о том, что Сердце наше есть космический орган и оно связано с Великим Вселенским Сердцем. Стук нашего Сердца есть стук во Врата Великого Сердца.

    И что будет, если не будем внимать биению своего Сердца?

    Оглушит нас биение Великого Сердца.

    Слушаем своё Сердце, молчим, думаем...

    Так начинали Учение Сердца древние учителя.

    Так начинаю и я.

    * * *

    – Что питает в нас надежду?

    – Что чаще всего предупреждает об опасности, остерегает от ошибок и уклонений?

    Говорим о чувствознании.

    О чувствознании веры, надежды, любви.

    О чувствознании Беспредельности и Бессмертия.

    Обсуждаем житейские примеры: вся наша жизнь наполнена мыслями и поступками от чувствознания.

    Сердце – источник чувствознания.

    Откуда эти знания у чувства?

    Откуда идёт в сердце Весть?

    Надо развивать в себе этот Божий дар – говорить со своим Сердцем.

    ...Девочка моя, ты говоришь, что умеешь читать мысли других, и хочешь продемонстрировать это на мне? Хорошо. Скажи, о чём я сейчас думаю?.. О моих внуках, конечно... Да, тоже верно, о своей деревне, откуда видны вершины гор...

    Давай прочтём, что написано в Мудрых Книгах о твоём Божьем даре: «Чтение мыслей проистекает из чувствознания. Не искусственная магия, не выпучивание глаз, не держание рук, но огонь Сердца соединяет тончайшие аппараты».

    Береги свой дар. Он дан тебе не для того, чтобы устраивать представления, а для того, чтобы приносить людям благо...

    * * *

    – Мысля о духовном, как воспринимаем жизнь?

    – А если не мыслить о духовном, во что жизнь превращается? Мы говорим о том, что каждый из нас путник Вселенной и строитель Беспредельного Космоса.

    Смысл жизни – набирать опыт и совершенствовать качество своего Духа. «Лишь для совершенствования духа мы здесь».

    Путь подсказывает Сердце:

    – постоянно желать и утверждать блага;

    – обращать мысль на созидание прекрасного;

    – проявлять мужество и терпение;

    – верить до степени высшего познания;

    – насыщать пространство любовью;

    – чувствовать и утверждать высшую справедливость;

    – устремляться к Высшим Мирам;

    – любить жизнь и быть носителем Света...

    Каждый сам определяет свой путь земной к Высшему...

    * * *

    Мальчик мой, ты станешь учёным? В какой области? Которую собираешься обосновать сам? И как её назовёшь?

    «Пламенология Сердца»!

    Ух, ты... Как прекрасно!

    Откуда у тебя родилась такая удивительная мысль?

    На наших уроках Сердца!

    Ты порадовал меня, спасибо тебе!

    Но готовься к тому, что учёный мир пока не в состоянии признать действительность психической или огненной энергии, хотя ею заполнена Вселенная, а Сердце аккумулирует её в себе.

    Ты полагаешь, что наука Пламенологии Сердца есть твоя судьба? Тогда силы твои удесятерятся, устремление твоё будет подобно лучу Солнца.

    Ты уже намечаешь проблемы для своей науки?

    Да, я согласен с тобой, на Земле климатические условия действительно меняются, учёные подтверждают это и ищут объяснения. Но при чём здесь твоя Пламенология Сердца?

    Ты полагаешь, что дух человечества несёт ответственность за эти опасные явления?

    Я горжусь тобой, юный основатель новой науки!

    * * *

    – Какая же любовь без самоотвержения?

    – Какой подвиг без мужества?

    – Какой труд без терпения?

    – Какое творчество без самосовершенствования?

    И кто над всем этим войском благих ценностей водительствует?

    Мы размышляем о мощи чувств, о пламени Сердца.

    Чуткое, воспитанное, облагороженное Сердце есть сосуд Мировой Энергии. Она проявляется через раскрытые чувства, и Сердце направляет их на благие свершения.

    Благие свершения Сердца называются духовными даяниями, дарами Духа. «...Дающий не знает, куда капает капля Благодати, как дождевое облако не знает, куда упадёт капля».

    Щедрость Сердца в духовных даяниях усиливает пламя Сердца. Этот необычный сосуд вбирает в себя ещё больше Мировой Энергии.

    Огонь Сердца делает человека неуязвимым и несёт его поверх препятствий.

    Нужно дать Сердцу постоянную работу.

    ...Ты видела пламя Сердца? Можно, я запишу твой рассказ?

    «Я была очень больна и умирала. Врачи отказались брать меня в больницу, ибо не было никакой надежды. Моя любимая бабушка три дня и три ночи не отходила от моей постели, она стояла на коленях у моего изголовья и молилась. Я была без сознания, но почему-то её молитву воспринимала, видела, как слова её превращались в мерцающие фиолетовые огоньки. Я радовалась им. Потом увидела Сердце бабушки, оно было в огне, испускало языки пламени... Я осталась жива. Спасла меня сердечная, огненная молитва бабушки...»

    * * *

    Мудрец советует спрашивать у своих учеников, готовя их к жизненным испытаниям на пути восхождения:

    – Не служишь ли тьме?

    – Не слуга ли сомнения?

    – Не предатель ли?

    – Не лжец ли?

    – Не сквернослов ли?

    – Не ленив ли?

    – Не сердит ли?

    – Не уявлен ли к непостоянству?

    – Не нерадив ли?

    – Знаешь ли преданность?

    – Готов ли к труду?

    – Не убоишься ли Света?

    Пусть думает каждый, заглядывая в своё Сердце.

    Вопросы эти заданы и мне, потому тоже заглядываю в своё Сердце.

    Молчание.

    Сказано: «Как нужно бывает объединение молчанием! Ничто так не влияет на Сердце, как напряжённое молчание».

    * * *

    Беру Книгу Мудрости и читаю:

    «Значение Сердца тем восхитительнее, что в будущем оно исключит многие аппараты. Действительно, в Новой Эре будут люди, которые заменят собою самые сложные аппараты. Сейчас ещё изобретают роботов, но после механической горячки обратят внимание на силы Сердца».

    Что может сделать Сердце в будущем?

    Оно поможет людям вести общение на расстояниях, посылая друг другу мысли.

    Люди через Сердце начнут общаться с Высшими Мирами и войдут в Космическое Сообщество.

    Глазами Сердца заглянут в недра планеты.

    Разум Сердца откроет тайны иных планет.

    Люди узрят Мир Духовный.

    Чувствознание предупредит о бедствиях и катастрофах.

    Врачи займутся профилактикой заболеваний.

    Разум Сердца будет вести тончайшие и молниеносные расчёты.

    Человек заглянет в клетки, атомы, молекулы, приблизит к своему взору самые отдалённые объекты Космоса.

    На Земле воцарится Культура Облагороженного Сердца.

    ...Ты хочешь сказать, что без калькулятора и расчётов можешь вычислить корень или возвести число в любую степень?

    Значит, будущее приближается!

    * * *

    – Что есть любовь земная?

    – Что есть любовь небесная?

    Заглянем в учебники истории: какое множество созиданий разрушено земной любовью и какое же множество окрылено любовью небесной!

    Небесная любовь есть любовь устремляющая.

    Земная любовь знает все ограничения пространства и сознания.

    Небесная любовь не нуждается в мерах земных, она не затруднена расстояниями и суждениями о смерти.

    Земная любовь знает мир как Планету.

    Небесная любовь охватывает все миры.

    Сердце пламенеет от любви.

    Любовь есть высшая Священная Энергия.

    Бог есть любовь.

    От любви Сердце расширяется до Беспредельности и Бессмертия и набирает Вселенскую Мудрость.

    А как величественно чувство взаимной любви!

    * * *

    Ты опять по поводу своей Пламенологии Сердца?

    Какую ещё проблему ты определил?

    Изучить атмосферу миллионного города и пустыни.

    И что это тебе даст?

    Сравнить данные, чтобы обнаружить давление психической, то есть огненной энергии?

    Ты поражаешь меня!

    Тогда, может быть, пригодится тебе и такая идея: говорят, связь Сердца человека с космическим пульсом очевидна; так нельзя ли будет нащупать Сердце Вселенское?

    * * *

    – Что есть труд для Сердца?

    Берём Книгу Мудрости. Читаем:

    «Труд – единственная основа жизни, путь совершенствования...

    Труд может быть четырёх родов:

    – Труд с отвращением, который ведёт к разложению.

    – Труд не сознательный, который не укрепляет дух.

    – Труд преданный и любовный, который даёт жатву благую. И, наконец, – труд не только сознательный, но священный под Светом Творца...

    Пусть Творец живёт в Сердце.

    Пусть Он станет неотъемлемым, как само Сердце».

    * * *

    Мудрецы наставляют о значении мысли.

    – Прежде отвечали за действие.

    – Потом поняли значение слова.

    – Теперь пора знать огонь мысли.

    – Каждая мысль рождает действие.

    – Крохотная мысль рождает крохотное действие.

    – Светлые, благородные мысли творят благо.

    Тёмные, злые мысли несут разрушения, уничтожают красоту созидания.

    От Сердца мысль – неудержимая стрела.

    Хищную птицу можно догнать стрелою, но чем разложить мерзкую мысль?

    Пусть в Сердце каждый взвесит, которая мысль ему достойна.

    Пора понять, что каждый несёт ответственность за свои мысли.

    Пусть будет нормой добромыслие, чуткомыслие, сердечномыслие, любовномыслие, светломыслие, прекрасномыслие.

    * * *

    Ребята, что за журнал вы принесли?

    – Смотрите: статья о новом понимании Сердца. «Пространство сердца как основа сверхсознания»!

    Интересно! Давайте прочитаем вслух.

    Случай в процессе эксперимента помог раскрыть неизвестное ранее явление в работе сердца.

    Оказалось: на внутренней поверхности сердца находятся «минисердца». Они образуют в желудочках веретенообразные «упаковки» крови с особым составом эритроцитов и направляют их адресно-определенным органам, то есть кому что нужно...

    Оказалось: сердце материализует все формы времени в организме и служит системой определения сознания...

    Оказалось: сердечнососудистая система является отдельной высокоорганизованной структурой нашего тела, она обладает собственным мозгом – мозгом Сердца, собственным сердцем – сердцем Сердца...

    Оказалось: в эмбриональном периоде Сердце выращивает наш мозг. Это один из доводов, который ставит разумность Сердца над нашим сознанием...

    Оказалось: наша речь, ее смысл, эмоциональность не спонтанны – слово уже состоялось в опережающем сверхсознании сердца, а головной мозг лишь осознает его смысл...

    Оказалось: в нас сочетаются две телесные плоти – нервная и сердечная и два сознания – сознание сердца и сознание мозга...

    Оказалось: сознание сердца и сознание мозга разделены промежутком времени, который является самым уязвимым моментом для чужеродного проникновения, если не имеет духовной защиты...

    Восхитительно!

    Давайте теперь осмыслим каждое открытие...

    И давайте порадуемся: в науку о Сердце уже приходят инакомыслящие ученые!

    * * *

    У Вас еще другой журнал есть?

    «Почерк времени»? Впервые слышу.

    Там тоже новое в науке о Сердце? Открытия ученых Гарвардского университета? Расскажите, пожалуйста.

    Электронный сигнал сердца человека, состоящий из пяти малых волн, исключителен так же, как отпечатки пальцев человека. Сердце хранит воспоминая, оно аккумулирует их в нейронах, которые присутствуют не только в мозге, но и в сердце. Поэтому многие пациенты после пересадки сердца ощущают те же потребности и эмоции, что и их донор.

    Электронный сигнал сердца в пять тысяч раз сильнее любого внутричерепного импульса, и когда все электромагнитные сигналы тела функционируют в один такт с сердцем, человек чувствует равновесие. Но если сигналы сбиваются с такта, то мы испытываем стресс, раздражительность.

    Сердце, подвергаемое стрессу, открывает мозг для негативных эмоций. Если же положительные сигналы Сердца неоднократно повторятся, то проводящие пути для негативных эмоций исчезнут.

    Положительные колебания заразительны: электромагнитный сигнал сердца улавливается на расстоянии более метра и оказывает влияние на настроение других людей.

    И что вы думаете по поводу этих открытий?

    То же самое, что и ученые?

    А ученые Гарвардского университета считают, что электронные сигналы в Сердце человека направляет Божественная Сила, а Сердце передает их в мозг.

    Не они ли называются Совестью?

    * * *

    Здравствуй!

    Я ждал тебя. Каждая встреча с тобой окрыляет меня.

    Ты открыл ещё новую проблему Пламенологии Сердца? Слушаю с огромным интересом.

    Ты допускаешь, что каждое эмоциональное состояние человека производит особую химическую реакцию как внутри организма, так и в окружающей среде. Ты называешь эти состояния космическим разнообразием микрокосма.

    И к чему же ты придёшь, изучая химизм этих состояний?

    К решению соотношения физического и духовного миров?

    Потрясающе!

    Дальше ты собираешься изучить излучение сердечной молитвы и излучение зависти. Излучение бегущего оказать помощь и излучение спешащего убить. Излучение труда и излучение безделья, гнева и сострадания. Слезы раскаяния и слезы злобы.

    Но чего ты ждёшь от этих противоположных реакций?

    Ты думаешь, что сравнивая их, можно получить продукты психической энергии?

    Прекрасно!

    Хочешь, предложу проблему?

    Изучи ещё кровь в момент раздражения и гнева. Говорят Мудрые Книги, что при раздражении и гневе в организме выделяется некий тонкий яд, который пока именуется империлом. Яд этот откладывается на стенках нервных каналов и вызывает разные психические и физиологические отклонения и болезни. Говорят ещё, что с открытием империла начнутся грандиозные научные революции, что приведёт к утверждению тонкоматериальной реальности.

    Успехов тебе, мой юный друг, создатель и основатель новой великой науки, которую ты назвал Пламенологией Сердца.

    Позволь мне пожать руку Будущему! Ты его опора!

    * * *

    В пламени Сердца сжигаем зло и раздражение, ненависть и ложь, предательство и лицемерие, бессердечие и малодушие, нетерпимость и издевательство.

    В пламени Сердца выплавляем чувства милосердия, сострадания, покаяния, признательности, доброты, отзывчивости, героизма, любви, любви, любви...

    Разве не являются они чудесными путями сообщения с высшими энергиями, с Высшими Мирами?

    Говорят Мудрые Книги: «Эманация Сердца постоянно творит светлое вещество, которое можно назвать смыслом Священной Энергии Вселенной».

    Сердце есть Священный Сосуд Священной Энергии.

    Спасибо тебе, Сердце, что ты такое!

    * * *

    Наши уроки Сердца подобны отеческим напутствиям сыну, уходящему в долгий и опасный путь.

    – Сундук дорожный должен содержать все предметы на все случаи жизни, но в тайник уложите Сердце...

    И долго вдогонку будем кричать:

    – Главное, берегите Сердце!

    * * *

    В школе объявлено соревнование.

    Соревнуются все – и учителя, и ученики.

    Воодушевляют соревнование личным примером директор и завуч.

    Соревнуются не в беге, не в метании диска, не в прыжках, не в борьбе, не в боксе, не в стрельбе, не в поднятии тяжестей, не кто дальше всех плюнет, кто громче всех заорёт, кто больше всех раздует жвачку... Соревнуются не в мощи мускулов, хитростях или глупостях.

    Соревнование это необычное: учителя и ученики соревнуются в проявлении мощи Сердца. И проходит оно без судейства, без выявления победителей и призовых мест, без наград, без гордыни, без шума.

    День первый: утверждается творящее терпение – и долой раздражение.

    День второй: утверждается любовь к ближнему – и долой неприязнь.

    День третий: утверждается доброта – и долой злоба.

    День четвёртый: утверждается сотрудничество – и долой самость.

    День пятый: утверждается красота – и долой безобразное.

    День шестой: утверждается взаимная признательность – и долой неблагодарность.

    День седьмой: возводится памятник Сердцу.

    И пусть станет соревнование в проявлении мощи Сердца нормой образа жизни в школе.

    Не о Вашей ли школе идёт речь, дорогой Коллега?

    * * *

    Напутствует Мудрец:

    Кто любит цветы, тот на пути Сердца.

    Кто знает устремления ввысь, тот на пути Сердца.

    Кто чисто мыслит, тот на пути Сердца.

    Кто знает о Мирах Высших, тот на пути Сердца.

    Кто готов к Беспредельности, тот на пути Сердца.

    Так будем звать Сердце к познанию Источника.

    Надо понять, что сущность Сердца принадлежит Миру Земному, Миру Духовному, всей Вселенной.

    Можно осознавать миры в Сердце, но не в уме.

    Так Мудрость противоположна уму, но не запрещено укрепить ум Мудростью.

    Неразрывно с добром стоит Учение Сердца.

    * * *

    Провели учителя совещание и пришли к выводу: чтобы сеять добро в учениках, надо, чтобы те открыли им свои Сердца.

    Но как добиться этого?

    – Может быть, наука нам поможет? – сказали они и направились на курсы повышения квалификации.

    Там профессора объясняли им принципы, методы, формы обучения, говорили о целях и методах воспитания, рассказывали о стандартах образования, о реформах и концепциях. Потом выдали свидетельства о повышении квалификации и сказали: «Дерзайте!»

    Применили учителя полученные знания на практике, но ученики не открыли им свои Сердца.

    – Не хватает нам психологических знаний! – решили они.

    И поспешили получить вторую специальность.

    Наполнили свой ум массой психологических понятий, смешали их с массой педагогических понятий и приступили к практике.

    Но ученики всё же не дали им заглянуть в свои Сердца.

    – Наверное, поможет Запад!

    И пригласили из-за океана специалистов по «новым технологиям образования». Те приняли менторскую позу и научили их неким туманным «интерактивным технологиям», которые, как они уверяли, сверхсовременные или даже из будущего.

    Но эти сверхновые технологии тоже не сработали.

    Опечалились учителя, не могут найти путь к Сердцам своих учеников, чтобы сеять в них семена добра.

    – Может быть, спасёт Мудрость? – сказали они.

    И нашли Мудреца, сидевшего в пещере.

    – О, Мудрец, – взмолились они, – укажи нам путь к Сердцам наших учеников, чтобы сеять в них зёрна добра, иначе поколение становится жестоким!

    Сказал им Мудрец:

    – Дам вам путь к Сердцам ваших учеников, но отдайте мне взамен «дар» ваш!

    Учителя переглянулись: какого «дара» от них требует Мудрец?

    Тогда Мудрец сказал:

    Если у кого есть раздражение,

    Дай мне раздражение.

    Если у кого есть гнев,

    Дай мне гнев.

    Если у кого есть жестокость,

    Дай мне жестокость.

    Если у кого есть грубость,

    Дай мне грубость.

    Если у кого есть сомнение,

    Дай мне сомнение.

    Если у кого есть ненависть,

    Дай мне ненависть.

    Если у кого есть злоба,

    Дай мне злобу.

    Если у кого есть страх,

    Дай мне страх.

    Если у кого есть предательство,

    Дай мне предательство.

    Если у кого есть суеверие,

    Дай мне суеверие.

    Если у кого есть саранча мыслей,

    Дай мне саранчу мыслей.

    А если дадите пригоршню дурных привычек,

    Я приму и эти пыльные погремушки.

    Но не забудьте, чего достоин тот,

    Кто отнимет однажды подаренное.

    Итак, я принял всю грязь вашего Сердца,

    И Оно становится чистым.

    А вам открываю Мудрость:

    Путь к Сердцу ученика есть чистое Сердце учителя.

    * * *

    Дорогой Коллега!

    Мой глас о спасении Сердца исходит из глубин чувствознания и ужасов очевидного.

    Всё, что создано, создаётся и будет создаваться человеком и человечеством без водительства Сердца, навредит людям, погубит их и всех нас.

    Всё, что создано, создаётся и будет создаваться человеком и человечеством под водительством Сердца, будет на пользу людям, спасёт их, останется с нами вечно.

    Ибо только Сердце знает Весы Небесные.

    Образование без водительства Учительского Сердца есть смута и гибель для человечества.

    Образование под водительством Учительского Сердца есть благо и восхождение человечества.

    Надо воспитывать Сердце и облагораживать в нём чувства, энергия которых неизмерима.

    Воспитанное Сердце примет всю нравственность, ибо опора для неё – духовность, раскрывшаяся в Сердце.

    Нет воспитания вне Сердца.

    Нет ничего – ни любви к ближнему, ни патриотизма, ни терпимости, ни сострадания, ни уважения, ни свободы, ни справедливости, ни долга, ни веры, ни гармонии... Без твердыни Сердца и Духа всё будет строиться на песке.

    Без понятия Сердца говорить о воспитании общечеловеческих ценностей – невежество.

    Позволю себе напомнить Вам, дорогой Коллега, Мудрость Великого Учёного:

    «Знания в руках необлагороженного человека то же самое, что и сабля в руках сумасшедшего».

    Надо прекратить склонять прекрасное поколение молодых к такому сумасшествию.

    Образованию недостаёт Сердца.

    Кто его восполнит?

    Нас всего трое: Вы, Мы и Они.

    Кто же ещё?

    Нужен Союз Учительских Сердец.

    * * *

    P.S. Дорогой Коллега!

    Вы, наверно, заметили, что мысли, которые я черпаю из Святых Писаний и Духовных Учений, привожу без ссылок на источники и часто без кавычек. На это у меня есть своё основание.

    Во-первых, они до такой степени вошли в моё сознание, подсознание, в моё Сердце и сплелись с моей сущностью, что осмелюсь сказать: считаю их своими.

    Во-вторых, набрался храбрости привнести в них своё понимание, своё толкование, изложить их в своих мысленных вариациях.

    В-третьих, чувствую: Высокие Творцы Высших Учений не обидятся на меня, так как не отхожу от сути понимания Сердца.

    Лишь бы не осудили меня Вы.

    С надеждой и любовью к Вам

    Шалва Амонашвили.

    Бушети, Грузия.



    Предварительный просмотр:

    Ш.А.Амонашвили

    Истина школы


    Друзья школы!

    Дорогие учителя!

    Уважаемые родители!

    Нынешние и бывшие ученики!

    Скажем доброе слово о Школе!

    Она ждёт от нас ласки, любви, признательности!

    Она страдает, страдает сердцем.

    Страдает, потому что высказывают ей недоверие, оскорбляют, калечат её.

    Постоянно реформируют, модернизируют, обновляют. Не дают спокойно и преданно отдаваться своему долгу и служению всей своей мудростью.

    Реформация школы переходит в деформацию.

    Модернизация переходит в модничанье.

    Обновление не уходит далеко от сегодняшнего дня.

    Школу вербуют, захватывают, оголяют, продают.

    Навязывают чуждые её природе смыслы, дела, задачи, пути.

    Принуждают предавать своих детей.

    Но она скорее сгорит, чем предаст их.

    Школа бедствует, нищенствует.

    Разве не видите, как она протянула людям обе руки и молит о помощи: «Ради Христа, ради Детей, ради Будущего, помогите!»

    Поможем Школе по мере наших сил.

    Поможем мыслями, чувствами, молитвами, любовью, заботой. Поможем делами.

    Скажем мощное Слово в её защиту, чтобы поняли те, кому это нужно: мы – общество – не предадим Школу!

    ∗∗∗

    Мы все, все исключительно, в долгу перед Школой.

    Школа воспитывала каждого из нас.

    Она очеловечивала и одухотворяла нашу природу, наполняла каждого из нас светом и знаниями, облагораживала наши сердца, сеяла в нас доброе и духовное.

    Может быть, не всегда и не всё у неё получалось, и потому:

    – В ком-то остались осадки и горькие воспоминания о школьном авторитаризме, о школьных порядках.

    – Кто-то мучается из-за пустых и некачественных знаний, полученных в Школе.

    – Кому-то не достался полный набор жизненных наставлений.

    – В ком-то остались не раскрытыми устремления и природные дары.

    И скажем откровенно: всем нам недостаёт от Школы полноты бытия.

    Но разве это вина только Школы?

    Может быть, мы тоже грешили перед ней, не внимая её голосу и наставлениям? Школа хотела сделать каждого из нас личностью, но разве многие из нас поддавались её устремлениям?

    Отдадим должное и тому насилию, которому подвергалась Школа со стороны властей, навязывавших чуждые ей задачи.

    Всё уже позади.

    Мы – люди сознательные. Если кто сможет, пусть исправит упущенное. Но, если сделать это уже невозможно, проявим великодушие и не будем таить в себе злобу в отношении Школы.

    Лучше сказать нашим детям доброе слово о Школе, чтобы они доверились ей и полюбили её. Детская любовь и доверие есть лучшее условие совершенствования Школы.

    ∗∗∗

    Друзья Школы!

    Дорогие учителя!

    Уважаемые родители!

    Нынешние и бывшие ученики!

    Скажем Слово о Школе, которая есть:

    – очаг духовности и нравственности,

    – мастерская человечности,

    – законодательница качества жизни,

    – дарительница Света и мощи знаний,

    – хранительница культуры и языка,

    – сеятель духовного и доброго.

    Чем созидается мир?

    Скажете: «Мыслью, трудом и творчеством людей».

    Верно. Но Школа тому первооснова.

    Чем славится общество?

    Скажете: «Своими духовными устремлениями».

    Верно. Но их зарождает Школа.

    Чем сильно государство?

    Скажете: «Своими гражданами, их устремлённостью».

    Совершенно верно. Но Школа тому тоже первооснова.

    Это есть Истина Школы.

    ∗∗∗

    Школа – живое духовное существо со своим предназначением.

    Она ведёт общество, но не является слугой общества.

    Она укрепляет государство, но не есть оружие в руках государства.

    Она служит человеку, но не обслуживает его.

    Какая же сила направляет Школу?

    Её направляет сила собственного Духа.

    Дух Школы имеет свои вечные основания и изменять их не будет. Иначе не будет самой Школы.

    Этими основаниями являются общечеловеческие ценности, которые определяют норму и качество жизни: Вера, Праведность, Любовь, Гуманизм, Справедливость, Культура, Совесть. То, что возникает в человеке путём образования на основе этих ценностей, можно назвать духовностью и духовной жизнью.

    Но общечеловеческие ценности не существуют как абстракт, они проявляются как национальный дух, национальное самосознание, национальная культура.

    Всё национальное есть источник общечеловеческого.

    Школа есть ревнивый хранитель национального духа. Миссия Школы устанавливает закон: Школа каждого народа должна взращивать в своих питомцах национальный дух этого народа. Российская Школа обязана взращивать русскую духовность и духовность объединенных Россией народов, украинская Школа должна взращивать украинскую духовность, грузинская Школа должна взращивать грузинскую духовность, латышская – латышскую, армянская – армянскую, азербайджанская – азербайджанскую, литовская – литовскую, индийская – индийскую, китайская – китайскую, японская – японскую, французская – французскую, немецкая – немецкую и т.д. Нарушение этого закона вызывает вырождение нации, народа, крах государства.

    Национальный дух не есть национализм, тем более не есть шовинизм и фашизм. Национальный дух народа есть общечеловеческое достояние и украшение земной жизни так же, как разные цветы украшают поле.

    «Каждому народу суждено играть в истории свою особую роль, и, если он забыл эту роль, должен удалиться со сцены: он более не нужен. Народ без народности – тело без души, которому остаётся только подвергнуться закону разложения и уничтожения в других телах, сохранивших свою самобытность. Особенность идеи есть принцип жизни...» Потому «общей системы народного воспитания для всех народов не существует не только на практике, но и в теории». Это мысли Константина Дмитриевича Ушинского. Это есть Истина Школы.

    ∗∗∗

    Что умеет и чего не умеет Школа?

    Школа умеет любить и воспитывать любовь.

    Но она не умеет ненавидеть и воспитывать ненависть.

    Школа умеет быть преданной и воспитывать преданность.

    Но она не умеет предавать и воспитывать предательство.

    Школа умеет созидать и вдохновлять на созидание.

    Но не умеет разрушать и напутствовать на разрушение.

    Школа умеет защищать ребёнка и выправлять его судьбу.

    Но она не умеет ущемлять ребёнка и искажать его судьбу.

    Школа умеет творить добро и воспитывать доброту.

    Но она не умеет быть злой и воспитывать зло.

    Школа умеет быть честной и воспитывать честность.

    Но она не умеет быть лживой и воспитывать лживость.

    Школа почитает родной язык и воспитывает доброречие.

    Но она не умеет сквернословить и воспитывать сквернословие.

    Школа есть Царство Мысли и воспитывает свободомыслие

    Но она не есть тюремщик мысли и не умеет воспитывать раба.

    Школа умеет расширять сознание.

    Школа живёт духовностью и Верой.

    Она гибнет без Духа и Веры.

    Школа умеет всё хорошее.

    Но не умеет ничего плохого.

    Школа – Светлый Ангел и несёт только Свет.

    Всё, что не от неё, то от лукавого.

    Это есть Истина Школы.

    ∗∗∗

    Русское слово «школа» восходит к латинскому «скале» – «лестница», – сообщил об этом академикам РАО Патриарх Московский и Всея Руси Алексий II. Речь идёт, сказал он, о лестнице духовного восхождения человека. Эта лестница, сказал он ещё, классически описана преподобным Иоанном Лествичником в его знаменитой книге «Лествица». В ней раскрыты 30 ступеней восхождения, и последняя, вершинная, названа «Любовью».

    Человек прежде всего есть духовное существо, но каждый из нас должен признать себя таковым. Только в этом случае становится возможным расширение сознания. Если мы смотрим на мир через духовное зрение, то больше и глубже постигаем его материальную суть и стремимся к её одухотворению. Если же смотрим на мир только через материалистический взгляд, то начинаем искать в нём больше личную выгоду, чем общее благо.

    Поднимаясь по ступенькам скале, каждый растущий человек раскрывает свои духовные и природные дары, познаёт себя, обогащается опытом и знаниями, облагораживается духовно и нравственно.

    Скале – Школа выявляет и утончает неповторимость каждого, направляет на поиск смысла жизни, предназначения, зарождает в каждом чувство служения великому и всеобщему.

    Каждая ступенька Скале – Школы развивает и укрепляет волю, терпение, смелость, дисциплину духа, окрыляет мысль и творчество.

    Это есть Истина Школы.

    ∗∗∗

    Из каких глубин тысячелетий идут корни Школы, которая Скале?

    Моё воображение рисует следующую историю.

    Один из правнуков Адама, запутавшись в лабиринте жизни в поиске пути к Создателю, взмолился:

    – Господи, дай мне лестницу, чтобы хоть чуть-чуть приблизиться к Тебе!

    И услышал голос:

    – Найдёшь её в первом встречном!

    – Кто этот встречный? – спросил правнук Адама.

    – Наречён он Мною Учителем! – сказал голос.

    Встретился правнук Адама с человеком старым и сказал:

    – Учитель, дай мне лестницу, чтобы приблизиться к Создателю!

    – Ты – правнук Адама и сам тоже Адам, названный так в честь своего прадеда?

    – Да, – ответил правнук Адама, – меня тоже зовут Адам!

    – Следуй за мной! – сказал Учитель.

    И повёл он правнука Адама по лабиринтам жизни.

    Путь преградил им бушующий огонь.

    Учитель пять лет учил правнука Адама, как пройти через огонь, и наконец сказал:

    – А теперь иди!

    – Огонь ведь сожжёт меня! – возмутился правнук.

    – Огонь сожжёт не тебя, а страх в тебе, а ты обретёшь смелость.

    И прошёл правнук Адама через огонь и обрёл смелость.

    Пошли дальше, и вот другая преграда: болото, у которого не было видно края.

    Учитель пять лет учил, как нужно пройти через болото, и сказал:

    – Иди!

    – Болото же без края и затянет меня! – воскликнул правнук.

    – Но ты обретёшь волю и терпение, в которых почерпнёшь великую силу!

    И правнук Адама, который сам был тоже Адамом в честь своего прадеда, прошёл через болото и обрёл волю и терпение.

    Пошли дальше, и опять преграда: непреодолимая стена.

    – Как мы через стену переберёмся? – спросил правнук Адама у Учителя.

    – Садись на этот камень, подумай и поищи способ! – ответил Учитель.

    Сел на камень правнук Адама и палкой стал чертить на песке свои мысли и воображения. А Учитель ходил вокруг начертанного, то и дело стирая его ногой. Тогда ученик начинал всё сначала. Так прошло пять лет.

    – Нашёл выход! – воскликнул он наконец. – Можно в стене высечь ступеньки и постепенно подняться вверх!

    – Значит, разум твой расширяется. Так высекай ступеньки в стене!

    – Но я могу упасть и разбить себе голову!

    – Возможно. Но взамен обретёшь предупредительность!

    И они преодолели стену.

    А там перед ними сразу три пути.

    – По какому пути идти? – воскликнул правнук Адама.

    – А ты спроси у своего сердца и выбирай! – сказал Учитель.

    Правнук Адама погрузился в себя. Пять лет он задавал вопрос сердцу своему: «Скажи мне, какой путь выбрать»? Наконец твёрдо сказал Учителю:

    – Надо идти по среднему пути!

    – Значит, ты научился говорить со своим сердцем!

    В конце пути перед ними возникли высокие ворота.

    Учитель открыл их, и правнук Адама увидел за воротами другой лабиринт жизни, более сложный и запутанный.

    – Дальше пойдёшь сам! – сказал Учитель.

    – Как?! – удивился правнук Адама. – Я шёл с тобой двадцать лет, чтобы получить лестницу для приближения к Создателю! А там лабиринт, где я могу запутаться и потеряться!

    – Ты сам уже лестница и для себя, и для других. А более высшие ступеньки ищи в любом встречном, ибо каждый для тебя будет Учителем, и сам будешь для каждого Учителем.

    – Тогда дай мне напутствие!

    – Запомни моё напутствие:

    Вера в Творца будет собирателем твоих сил.

    Любовь ко всему станет вершиной твоей лестницы.

    Сердце твое будет обителью твоей мудрости.

    Так живи.

    Правнук Адама, который тоже был назван Адамом в честь своего прадеда, глубоко поклонился Учителю, и когда поднял голову, то перед ним не было ни Учителя, ни лабиринта, из которого он только что вышел. А в душе услышал голос:

    – Иди, тебя ждут!

    – Это был Ты моим Учителем?! – изумился правнук Адама.

    Но ответ не последовал.

    Он повернулся и шагнул в более сложный и запутанный лабиринт жизни.

    Первыми встречными оказались мальчик и девочка.

    Правнук Адама, имя которому тоже было Адам в честь прадеда, узнал в мальчике самого себя. «Это же я! Это же моё детство двадцатилетней давности!» – удивился он.

    А дети, увидев его, порадовались.

    – Учитель, мы ждали тебя! Дай нам лестницу, чтобы хоть чуть-чуть приблизиться к Господу! – взмолились они.

    – Дети, кто вы будете? – спросил правнук Адама.

    – Я – Адам! – ответил мальчик.

    – Я – Ева! – ответила девочка.

    – Вас назвали в честь ваших прапрадеда и прапрабабушки?

    – Да! – ответили они.

    «Значит, я – Учитель своего детства, то есть – самого себя, а моё детство – Учитель мой! Так ли, Господи?» – но ответ не последовал.

    – Следуйте за мной! – сказал он Адаму и Еве и смело повёл детей в непознанный ими лабиринт жизни.

    ∗∗∗

     «По свидетельству Иосифа Флавия, первую Школу открыл вскоре после Потопа патриарх Сим».

    Это сказано в «Великой Дидактике» Яна Амоса Коменского.

    Патриарх Сим был сыном Ноя.

    ∗∗∗

     «Вот, лестница стоит на земле, а верх её касается неба; и вот, Ангелы Божьи восходят и нисходят по ней. И вот, Господь стоит на ней и говорит...»

    Так видел лестницу духовную Библейский Иаков.

    ∗∗∗

    Святое и великое Слово – Скале (лестница).

    Спасибо латинянам, что уберегли и подарили миру это слово. Каждый народ обласкал его и принял как достояние собственного языка.

    «Школа» – говорят русские.

    «Шуле» – говорят немцы.

    «Скул» – говорят англичане.

    «Скоула» – говорят итальянцы.

    «Эколе» – говорят французы.

    «Эскуела» – говорят испанцы.

    «Скола» – так говорят грузины.

    «Схоле» – это греки.

    «Сколе» – это норвежцы.

    «Скола» – это латыши.

    «Школа» – это белорусы.

    «Школа» – это украинцы.

    Рядом с каким словом среди сотен тысяч других можно поставить слово «Школа»?

    Есть только одно единственное священное слово – Храм.

    Храм и Школа.

    Они достойно возглавляют не только легионы светлых, честных, одухотворённых слов, но и духовно-нравственное и интеллектуальное восхождение народов.

    Храм и Школа –

    стоят у истоков и на страже Веры и Культуры.

    Храм и Школа –

    дают духовно-нравственные ориентиры наукам, искусствам, творчеству.

    Храм и Школа –

    стражи Света и враги тьмы.

    ∗∗∗

    Речь идёт не о дворцах, не о замках, на каких возвышенностях они бы ни стояли. Речь идёт о Храме и о Школе.

    Замки и дворцы – творения человеческих рук.

    Храм и Школа – творения духовные.

    Сам владелец замка не есть замок, и сам владелец дворца не есть дворец.

    А Храм есть сам Человек, каждый Человек есть Храм. «Братья мои, – говорят нам, – неужели не знаете, что вы и есть Храм Христа».

    И Школа есть сам Учитель, каждый Учитель есть Школа, ибо он есть носитель духовного Скале для ученика. Где Учитель – там и Школа.

    Но, если люди строят Храм и Школу, это потому, чтобы им было удобнее объединять свои усилия в молитве и образовании.

    Замки и дворцы не есть творцы настоящей жизни, и не закладывают они основ будущей жизни народов.

    Храм и Школа есть творцы настоящего, они же строят основы будущего.

    Пока у народа есть Храм и есть Школа, у него есть путь.

    Пока народ почитает Храм и Школу, его не покинет судьба.

    Если народ заботится о Храме и о Школе, к нему придёт могущество.

    Но, если кто разрушит Храм, сам Бог разрушит его.

    Если кто погубит Школу, гнев народа погубит его.

    ∗∗∗

    «...Всякая школа, позабывшая изречение Спасителя: “Не о хлебе едином жив будеши”, и приготовляющая человека только к материальной жизни, как бы утончённа эта жизнь ни была и сколько бы ни требовалось для неё познаний, не выполняет своего начертания; она не приготовляет человека к жизни, но на первых же шагах сбивает его с настоящей дороги. Всякая школа, прежде всего, должна показать человеку то, что в нём есть самого драгоценного, заставив его познать себя частицей бессмертного и живым органом мирового, духовного развития человечества. Без этого все фактические познания – иди они даже до глубочайших математических и микроскопических исследований – не только не принесут пользы, но нанесут положительный вред самому человеку, хотя, может быть, и сделают его полезной, а иногда и очень вредной машиной в общественном устройстве».

    Об этой Истине Школы предупреждает нас мировой Метр педагогики – Константин Дмитриевич Ушинский.

    ∗∗∗

    Но, друзья Школы, бейте в тревожные колокола!

    Родная Школа в опасности!

    Общество забывает о предназначении Школы.

    Общество требует от Школы только одного: «Дайте нашим детям знания, которые помогут им пробиваться в лабиринте жизни!» Именно пробиваться – качество знаний ценится не тем, как они складываются в духовном мировоззрении молодого человека, а тем, как этот молодой человек с помощью школьных знаний выигрывает конкуренцию, побеждает других, преуспевает.

    «Знания... Знания!..» – требует общество от Школы.

    Но Школа не умеет так: давать знания и не давать духовность и нравственность своим воспитанникам. Школа знает мудрость великого мыслителя: «Знания в руках необлагороженного человека то же самое, что сабля в руках сумасшедшего». Что сделает сумасшедший с саблею? То же самое ждите от человека, который знает всю науку, но не имеет духовной опоры, не имеет нравственности.

    Многие думают, что понятия личности, нравственности, духовности – пустые слова, главное – иметь знания для преуспеяния, остальное приложится.

    То, что слабеет духовно-нравственное превосходство над знаниями – идёт от лукавого.

    Что делать Школе, если принуждают её отходить от воспитания, забывать о воспитании, или, в лучшем случае, заниматься им время от времени с помощью отдельных мероприятий?

    Это от лукавого. Школа уже не Школа, а суррогат Школы.

    ∗∗∗

    Знаете, чем это чревато?

    Сейчас узнаете.

    Маленькая газетная зарисовка, которая называется: «Халява кончилась, пора платить».

    «Как наши дети начинают курить и колоться?.. Вечер. Двор. Лавочка в укромном уголке. Сидят, курят, болтают о том, о сём мальчики и девочки четырнадцати лет. К ним подходит группа парней и девушек чуть постарше. Один спрашивает:

    – А что это вы делаете?

    – Сидим, курим...

    – А что курите?

    – Как что, сигареты...

    – Ну вы совсем как маленькие! – изумляется парень. – Другие пацаны давно от травки балдеют...

    Всегда находится мальчишка, который скажет:

    – А у нас же нет...

    Разговор в нужное русло мгновенно направит кто-нибудь из старших:

    – Видишь, Вася, у них нет, они ещё маленькие...

    – Как нет? – воодушевляется Вася, – Нон проблем, у нас есть, чего хотите, ребята, травку, винт...

    Расчёт беспроигрышный. Как говорят, на «слабо» берут. Если бы подросток был один, он ещё мог бы отказаться. Но в компании! Да ещё когда всех маленькими назвали...

    Отказаться невозможно. Курят, колются, кайфуют, входят во вкус, привыкают. Так продолжается месяца три-четыре. Пока тот же искуситель однажды не скажет:

    – Мальчики-девочки, а вам ещё не надоело ширяться на халяву? Оно ведь бабок стоит, платить надо!..

    Всё. Игры закончились. Ловушка захлопнулась».

    Может быть, нужно приводить результаты исследований, сколько курящих среди школьников? Их очень много – в старших классах курят и девочки, и мальчики, если не все, то почти все. И начинают дети курить с третьего, а то и с первого класса. Губится здоровье детей. И мы знаем аксиому: курящая женщина никогда не рождает здорового ребёнка.

    Многие, многие, очень многие дети – не нужны цифры и проценты, они ужасают – принимают наркотики, выпивают пиво и водку. Выпивки и курение среди детей становится не только для них – но беда – для родителей естественной нормой. «Ну и что... Взрослеют, надо же попробовать!» – скажут многие мамы и папы.

    Раньше, при советской власти, обнаруживая факты детского курения, тем более алкоголизма и наркомании, строго сказали бы: «А где школа?» Но теперь скажут: «А что школа, что она может сделать!»

    Но если школа ничего не делает и не может ничего сделать, то это не Школа, а обман.

    ∗∗∗

    Где-то в газете пишут: «Подлинным бедствием стало в последние годы засилье сквернословов в школах Франции!»

    В школах Франции?!

    А в России? А в Грузии? А на Украине? А в... и т.д.?

    И что же предпринимают французские попечители образования, наследники Франсуа Рабле, Жан Жака Руссо, Селестена Френе?

    Газета сообщает: чтобы покончить с бранным бедствием, введён закон относительно такого рода преступления, как словесное оскорбление школьных учителей.

    Заметьте, пожалуйста, закон защищает учителей, но не требует усиления воспитательной работы. Каковы меры наказания?

    Учащихся в возрасте от 13 лет, посмевших обругать педагога, отсылают сроком до шести месяцев в специальное заведение для несовершеннолетних правонарушителей. Тех же, кому перевалило за 18 лет, ждёт настоящая тюрьма с тем же сроком заключения, и к тому же штраф до шести тысяч евро.

    Одни педагоги Франции рады новому закону, другие же считают, что поведение школьников после отбытия срока в тюрьме или изоляторе станет ещё более скверным и неисправимым. Вот о чём сообщает газета.

    Грустно?

    Конечно, грустно. Грустно потому, что сквернословят и наши дети. Правда, школьники пока не оскорбляют своих учителей бранными словами (бывает, но не так, как во Франции или где-то ещё), но ругают друг друга, сквернословят на каждом шагу.

    Может быть, скажет учитель литературы и языка, что пора за-пре-тить сквернословие? Может быть, поддержат его и другие учителя?

    Но сами-то учителя запрещают самим себе оскорблять своих учеников?

    Вот какие «перлы» учительской речи записали ученики из разных городов России (выписки из газет):

    «Пора кончать дурака».

    «Что вы спите, стоя на ходу?»

    «Переубедить ваши мозги невозможно!»

    «Иванова, я вижу, тебе не нравится мой предмет, а ведь я педагог мужского пола – один на весь микрорайон!»

    «Петров, ты окончательно сел мне на голову! Я тебе русским языком говорю: “Слезь с моей головы! Слезь с моей головы! Слезь с моей го-ло-вы-ы ы ы ы ы ы!”»

    «Сидоров, это тебе русский язык, между прочим! А не говяжий, телячий, свинячий или ещё какой-нибудь национальности!»

    «Мозги должны быть хоть в одной части тела!»

    «Ты напоминаешь мне князя Мышкина, то есть идиота!»

    «И чтобы ни одной твоей ноги не было на моём уроке!»

    Вы же знаете, что такое эхо?

    Достаточно зазвучать в горах одному голосу, и сразу же за ним последует несколько десятков отзвуков. И эхо будет длиться дольше, нежели сам звук, вызвавший его.

    ∗∗∗

    Друзья Школы!

    Бейте в тревожные колокола!

    Школа в опасности!

    Знаете, что происходит во многих школах?

    Прямо в стенах одной школы младшеклассники зверски избили старшеклассника, который спустя двое суток скончался в больнице.

    Предан огласке факт изнасилования 14-летней девочки прямо в одном из кабинетов школы.

    Группа учеников ограбила собственную школу – забрала компьютеры, физические и химические приборы и реактивы.

    Семиклассницы у стен школы избили до смерти подружку за то, что она не такая, как они.

    Старшеклассники вечером у подъезда дома ограбили старую женщину и избили её.

    Девочка из восьмого класса в течение года снабжала наркотиками несколько десятков учеников.

    Учитель на протяжении ряда лет извращал и насиловал своих учениц.

    Банда старшеклассников долгое время занималась рэкетом в школе – принуждала многих учеников приносить каждодневные поборы.

    Педсовет школы разрешил своим ученикам курить не прямо в коридорах и классных комнатах, а в специально выделенной курильне. Только они должны представить письменное разрешение родителей. Многие папы и мамы дали своим детям такие справки, и курильня открылась.

    Дирекция школы устроила соревнование среди своих учеников всех классов: кто бросит курить, получит в подарок диктофоны и плееры. Конкурс практически провалился.

    Во многих классах школ дети находят среди своих одноклассников изгоя, которого всячески унижают, мучают, избивают, грабят, насилуют, и ребёнок этот, живущий в аду, ничего не может поделать. Учителя тоже знают об этом, но не находят времени на воспитание.

    Суициды, детские суициды! Каждый год в России кончают жизнь самоубийством более шести тысяч детей разного возраста.

    Директор одной школы рассказал мне о своей инновации: в школе открыт милицейский участок. «Сами понимаете, школа как школа, – сказал он мне, – драки, кражи, насилие, сквернословие. В школе своя милиция (милиционерам платят родители), она и разбирается в детских криминалах – кого-то штрафует, кому-то запрещает ходить в школу три дня или три недели, а кого-то наказывают построже. Это нам очень облегчило работу. Учителя теперь не мучаются разборками и не тратят время на нравоучения».

    Что вы на это скажете?

    «А знаете, наша школа не одна!» – заверил меня директор.

    Складываются новые понятия, в которых отражается особая «образовательная» действительность: «школьная аллергия» (думаю, не нуждается в пояснении), «безопасность от учителя» (тоже ясно выраженное понятие), «школьная биография» (это особый период жизни, который наконец-то, слава Богу, позади или вот-вот уйдёт в прошлое, но раны от него останутся надолго).

    ∗∗∗

    Психологи работают на славу.

    Они могут объяснить психологическую природу любой школьной драмы и трагедии, любого так называемого девиантного поведения. Они знают, каковы мотивы, возрастные и социальные причины курения, наркомании, детского алкоголизма, агрессии, конфликтов с взрослыми и т.д. и т.п. А учителя не устают твердить, что они учитывают психологические особенности детей.

    Но так ли это?

    Во-первых, психологию ребёнка надо не учитывать, а принимать как основу педагогического сознания и практики.

    Во-вторых, многие учителя учитывают психологические особенности не своих учеников, а самих себя, чтобы им – учителям – было хорошо и комфортно; поэтому надо запрещать ученикам проявлять свой нрав.

    В-третьих же, и это как норма, многие и многие учителя говорят о психологии детей, не зная саму психологию. Они учитывают, не зная что.

    Вот беда какая!

    ∗∗∗

    Друзья Родной Школы!

    Бейте в тревожные колокола!

    На Школу нахлынуло стихийное бедствие – наводнение тестов!

    Бедствие идёт с Запада и США.

    Что такое хорошее сделали тесты и тотальное тестирование школьной молодёжи, скажем, в США, чтобы их немедленно внедрять в наши школы?

    Именно внедрять, то есть, вводить тотальное тестирование насильно, властно, не спрашивая ни у народа, ни у учителей и, конечно, ни у самих школьников.

    В чём американское образование преуспело, применяя тесты?

    Может быть, тесты установили у них демократию и справедливость в образовании?

    Нет, конечно. Демократия и справедливость в образовании зависят от доллара.

    Может быть, тесты помогают им выявлять будущих Эйнштейнов?

    Нет, конечно. Таланты так же проявляются или гибнут, как это бывает в обычной авторитарной школе.

    Может быть, с помощью тестов они опередили уровень бывшего советского, а теперь российского образования?

    Ни в коем случае! Не унижайте, пожалуйста, Родную Школу – она была и пока ещё есть одна из прекрасных Школ в мире.

    Может быть, тестирование гуманизирует образование, повышает его воспитательный потенциал, выявляет личность?

    Тоже нет. Не гуманизирует, а авторитаризирует; не личность выявляет, а обезличивает её.

    Сколько десятков лет в США тестируют школьников, но образование от этого ничуть не продвинулось, и общество тоже не выглядит возвышенно.

    Вот действительная картина США: 55 миллионов наркоманов; около 30% населения являются гомосексуалистами и лесбиянками; 37 миллионов американцев нуждаются в серьёзной психиатрической помощи; половина взрослого населения не в состоянии написать даже письма; 44 миллиона взрослых не способны подсчитать, сколько денег израсходовано на покупки в супермаркете; с каждым годом усиливается тенденция правонарушений среди молодёжи, устрашающее количество самоубийств среди школьников и взрослых...

    «Колоссальный рост потребления наркотиков – каждый день “крэк” начинают употреблять тысячи новых наркоманов... Ужасная чума СПИДа... Ужасный рост числа разводов... Уровень убийств, повергающий в ужас и неверие остальной мир... Сатанинские серийные убийства... Исчезновение тысяч маленьких детей, похищенных сексуальными извращенцами... Обвал порнографии, сопровождаемый “разрешенностью” на телеэкранах... Все это – следствие недостатков системы образования, или, скорее, того, что в США носит такое название... Специалисты сокрушаются по поводу того, что США сейчас занимают 39 место в мире по уровню образования».

    Это я выписал из известной книги американского автора.

    А индустрия тестов процветает, тесты гуляют во всех сферах жизни людей и, конечно, они угрожающе давят на сознание и подсознание молодёжи.

    И будем знать ещё: весь мир является для США донором талантливых учёных и мастеров искусства.

    ∗∗∗

    Тогда в чём же нам искать блага тестов и тестирования?

    В нашей действительности тестированию приписывают некие мифы. Якобы тестирование, тем более, машинное, снимает стрессы, которые школьники переживают при обычных экзаменах с экзаменаторами. Тесты абсолютизируют объективность в оценках знаний и способностей. Тесты устраняют коррумпированность в образовании и т.д. и т.п.

    Какие-то силы в спешке готовят тестам трон и жезл высшей инстанции справедливости, и вот какой.

    Если школьник догадается, что Пушкин есть российский поэт, а не французский, а не японский – это хорошо, это победоносное знание.

    Если он догадается, что общего между ежом и молоком и ответит машине, что оба они свёртываются, тоже будет прекрасно. Машина примет этот ответ и выставит высший балл.

    Если он не спутает Куликовскую битву с кулачным боем, опять придёт к нему победа.

    Может быть, стоит вообще отказаться от обычных программ и учебников и перейти на обучение тестам? Если школа не сделает этого, есть армия людей, которые этим занимаются – это репетиторы. Они знают тесты наизусть и также наизусть могут научить им своих подопечных.

    ∗∗∗

    Тесты... Тесты... Тестирование...

    Тестируют далее 3-4-летних детей перед тем, как принять их в детский сад.

    Тестируют шестилетних детей перед зачислением их в 1 класс. Тестируют их на так называемые «феномены Пиаже».

    Кладут перед ребёнком десять красных фишек кучкой, и также кучкой десять жёлтых фишек. «Посчитай, где больше фишек – в этой кучке или в той?»

    Ребёнок считает и отвечает: «И здесь, и здесь по десять фишек, они равны».

    Потом психолог кучку красных фишек оставляет нетронутой, а жёлтые фишки раскладывает на большом расстоянии друг от друга. И тут начинается смысл теста. «Чего теперь больше – красных фишек или жёлтых?»

    Если ребёнок ответит, что теперь больше жёлтых фишек, то психолог сделает вывод: ребёнок не постигает смысла количества, потому он не готов для школы.

    Но разве Пиаже говорил, что его феномен преграждает ребёнку путь к школе? И знал бы ещё школьный психолог, как тонко анализировал удивительный Лев Семёнович Выготский феномены Пиаже, знал бы школьный психолог смысл синкретности, знал бы идею Выготского о зонах развития, о сотрудничестве и, вообще, о бессмысленности подобного рода тестирования, то покраснел бы от стыда и извинился перед ребёнком за некорректное к нему отношение. И если он честен, отказался бы от выявления способностей и знаний детей подобными средствами.

    ∗∗∗

    Для того ли родилась Школа в жизни человечества, чтобы готовить своих питомцев выдерживать тесты и таким способом открывать себе врата жизни?

    Что есть тесты – сумма системных знаний? Нет, тесты не есть такие знания, они и не помогают ребёнку систематизировать в себе знания.

    Тесты – это искусственно и противоестественно образованный сумбур так называемой информации, в которой кру