Главные вкладки

    К вопроосу о профессиональной языковой личности писателя

    Туранова Анастасия Юрьевна

    XX век в истории гуманитарных научных направлений был ознаменован проявлением ярко выраженной антропоцентрической направленности исследований. Как пишет В. В. Красных, этот период можно назвать «новым «Возрождением» с его интересом к человеку и с его мировоззрением, в центре которого стоит человек»

    Скачать:

    ВложениеРазмер
    Файл turanova_statya.docx21.48 КБ

    Предварительный просмотр:

    Туранова А. Ю.

    аспирант

    ФГБОУ ВПО «РГЭУ (РИНХ)»

    avonarut@avonarut.ru

    К ВОПРОСУ О ПРОФЕССИОНАЛЬНОЙ ЯЗЫКОВОЙ ЛИЧНОСТИ ПИСАТЕЛЯ

    XX век в истории гуманитарных научных направлений был ознаменован проявлением ярко выраженной антропоцентрической направленности исследований. Как пишет В. В. Красных, этот период можно назвать «новым «Возрождением» с его интересом к человеку и с его мировоззрением, в центре которого стоит человек» [2: 214]. На современном этапе развития лингвистики учение о языковой личности выходит на первый план, языковая личность (коллективная, групповая, индивидуальная) изучается на разнообразном материале и с точки зрения различных сторон ее проявления. В отдельное направление научных исследований выделяется изучение профессиональной языковой личности  (труды И. В. Голубевой, И. Д. Зайцевой, Е. А. Климова, А. Б. Бушева и других ученых).

    Профессиональная языковая личность – языковая личность, сформированная под воздействием профессиональной сферы деятельности и текстов, принадлежащих этой сфере.

    В последние годы появились работы о языковой личности переводчика, ученого, предпринимателя, военного, политика, учителя и т.д., но по-прежнему основную долю работ о профессиональной языковой личности составляют труды о языковой личности писателя.

    И.В. Голубева справедливо отмечает: «Думается, что для каждого типа профессиональной языковой личности будет существовать свой набор речевых жанров, через которые эта языковая личность выражает себя наиболее полно» [1: 124]. В случае с языковой личностью писателя исследователь имеет в своем распоряжении целый корпус художественных текстов, а иногда и публицистику, и эпистолярное наследие и т.д.

     Предметом рассмотрения в данной работе является рассказ Дмитрия Быкова «Мужской вагон», вошедший как минимум в два сборника: «ЖД рассказы» и «Мужской вагон. Рассказы в рифму и без».

    Д. Быков сказал о своем сборнике: «Рассказ как жанр требует чувства меры и ритма, и потому первые свои рассказы я писал в стихах: там не разлетишься, форма сама диктует... А лучший рассказ — которого я, само собой, еще не написал и вряд ли напишу, — должен балансировать между поэзией и прозой. В этот сборник вошли те сравнительно немногие опусы, где мне удавалось к этому синтезу приблизиться. Хороший рассказ должен быть как жизнь — чтобы за его границами что-то такое непонятное мерцало и обещало. Может, поэтому написать хороший рассказ почти так же трудно, как прожить хорошую жизнь».

    Мы в свою очередь можем предположить, что «Мужской вагон» был очень близок к этому «лучшему рассказу». Приблизиться к «идеалу» помогает, на наш взгляд, своеобразный синтаксический строй художественного произведения. В отличие от «рассказов в рифму», в нем нет четкой ритмичности строк, но текст разбит на правильные отрезки, которые создают своеобразный ритмический рисунок, позволяющий рассказу балансировать на грани поэзии и прозы – под ритмичный стук колес поезда, на котором едет главный герой. Такого эффекта позволяет достичь чередование простых и бессоюзных сложных предложений (или сложных синтаксических конструкций – в их составе, как правило, есть бессоюзная связь).

    Мы провели качественно-количественный анализ общего синтаксического строя речи рассказа (все выборки по 100 предикативных единиц). Как известно, синтаксис из всех уровней языка теснее всего связан с процессами мышления и коммуникации, а значит, его анализ может многое сказать об авторе текста. Проведенный анализ позволил сделать выводы о том, что большая часть предложений (60%) имеет сложную структуру. Это либо бессоюзные сложные предложения, которые составляют 74% от общего количества, либо сложные синтаксические конструкции, за исключением предложений имеющих в своем составе бессоюзную связь:  Он надеялся, что хоть не все места будут заняты, но бывают эпохи, когда сбываются худшие подозрения: в купе, помимо тридцатилетнего Крохина, оказались спортивный бодрячок лет сорока – тугой, белесый, с обтянутым пузцом, худощавый испитой мужичонка с длинным лицом вечного командировочного и огромный краснорожий детина с коровьими карими глазами. Бессоюзные сложные предложения с взаимосвязанными частями употребляются в художественной литературе часто и очень широко распространены, интонация помогает передать разговорный оттенок, на письме показываемый двоеточиями, тире и запятыми.

    Нагромождения предикативных единиц сменяются диалогами, которым свойственна неполнота синтаксических конструкций и обилие простых предложений – именно они составляют 26% выборки: Ущучил, ущучил… Ну куда же вы от компании! Я повидал… А за них другие служи.

    Осложняются предложения, как правило, вставками или однородными членами: Люблю, это самое, мужскую компанию! Он был парашютист-любитель, в клубе летал с любовницей, а дома ползал с женой.

    Сложноподчиненных предложений немного, наиболее распространены среди них СПП с придаточными определительными: Он был из тех бодрых мужичков, что любят слова «кратенько», «скоренько» и «нормальненько».

    Среди сложных синтаксических конструкций наиболее употребительны те, в которых встречается сочетание подчинительной и сочинительной связей: Никто его не бил, и отец у него наличествовал, а просто Крохин терпеть не мог доминирования, которым мужчины в России занимались непрерывно.

    Д. Быков чередованием простых и бессоюзных сложных предложений создает ритмичное повествование, которое помогает восприятию текста и замысла, в нем заключенного. Имея богатейший интеллектуальный багаж, писатель не «перегружает» конструкции излишней информацией.

    Таким образом, мы можем сделать вывод о богатой речевой культуре писателя, сложной структуре и разнообразии его языковой личности. Дальнейшая работа в избранном направлении может вестись, прежде всего, по линии исследования выражения языковой личности писателя средствами других уровней (лексического, словообразовательного и т.д.), а также по линии расширения жанровой природы исследуемых текстов – как письменных, так и устных.

    Литература

    1. Голубева, И.В. Исследование профессиональной языковой личности ученого на материале синтаксиса устной научной речи// Десятые Поливановские чтения: сб. статей по материалам докладов и сообщений конференции. Ч. I. – Смоленск: Маджента, 2011. – С. 123-131.
    2. Красных, В. В. Виртуальная реальность или реальная виртуальность?/ Актуальные проблемы современной лингвистики: Учебное пособие// М: Флинта, Наука, 2013. – 416 с.