Главные вкладки

    Положение женщин в Англии первой половины 19 века глазами русских современников

    В данной статье автор ставит проблему несправедливого отношения к женщине в 19 веке. Поднятая проблема рассматривается с точки зрения посетивших в 19 веке  Великобританию русских современников. Акцентируется внимание на правовом аспекте проблемы, а также личных отношениях к женщине в семье. Статья будет интересна студентам-историкам, а также учащимся 10 класса при изучении темы в курсе обществознания "Семья", "Правовое регулирование семейных отношений".

    Скачать:


    Предварительный просмотр:

    Положение женщин в Англии первой половины 19 века глазами русских современников

    За все время существования мира женщина всегда находилась в подчиненном положении по отношению к мужчине. Ее доля заключалась лишь в том, чтобы дарить мужу любовь, рожать детей и заниматься их воспитанием. Она никогда не имела никаких прав, и вся правовая база выстраивалась без учета интересов женщин.

    Тем не менее с конца XVIII – начала XIX вв. ситуация начинает понемногу меняться, женщины начинают заявлять о своих материальных, общественных и политических правах. Этот процесс во многом закономерен и происходит не в одной стране, а практически во всех европейских странах, Америке и России.

    Попытаемся выяснить, в чем причины начала изменений в общественном положении женщин, попытаемся рассмотреть положение английских женщин с точки зрения русских современников, а также обратим внимание на социально-экономическое, политическое и юридическое положение женщин в Англии.

    Историки, говоря о начале женской эмансипации, указывают в основном экономические причины. Английский историк Дж. М. Тревельян главную причину видит в развитии капиталистических отношений, требовавших рабочих рук, и женщины наряду с мужчинами начинали трудиться в поле и на фабриках. Соответственно, получая заработную плату, они становились экономически независимыми.[1]

    С точки зрения историка М.Я.Острогорского Французская революция конца XVIII века привела к созданию различных ассоциаций, в которые входили женщины. Они были допущены  к голосованию в этих ассоциациях, и даже занимали должности президентов.[2] 

    К этому следует добавить влияние на зарождение женской эмансипации  демократических движений конца 20-х – начала 30-х гг., а именно движение за эмансипацию католиков, движение за парламентскую реформу, аболиционистское движение и т.д. С 30-х по 40-е гг. XIX века большое влияние оказывает и чартистское движение, так как в него втягивались «мануфактурные объединения, в которых работали целыми семьями».[3] 

     Ну и, конечно же, теоретической основой можно считать книгу английской писательницы Мэри Уоллстоункрафт «В защиту прав женщины», написанную в 1792 г. В ней  она утверждает, что женщина не должна быть только игрушкой в руках мужчины, но она должна обладать такими же правами, как и мужчина.[4]

    Интерес к положению английских женщин у русских путешественников возникает естественно потому, что и в России, и в Англии в первой половине XIX века начинаются похожие процессы «пробуждения в женщине личностного начала».[5] 

    В России тоже появляются предпосылки для зарождения женского движения. С экономической точки зрения Россия являлась страной феодальной, где основной формой собственности являлись поместья. Первоначально оно давалась за службу, и так как женщины не служили, получить землю в собственность не могли. И, следовательно, экономической основы для приобретения гражданских прав они не имели. Но к XIX  веку женщины могли уже владеть и распоряжаться собственностью, и, по мнению российской исследовательницы Либоракиной М.И., российские женщины пользовались расширенными правами в области собственности по сравнению с другими странами, хотя их правовой статус в целом был ограниченным.[6] 

    Начало же эмансипации женщины в России положили жены декабристов, которые последовали за своими мужьями в Сибирь. Жертвенность – это одна из характерных черт образа русской женщины. Например, З.А.Волконская, не побоявшись гнева императора Николая I, приютила в своем доме жен  декабристов.[7] 

    Идеологическое влияние на женскую эмансипацию в России оказали романы г-жи де Сталь и Жорж Санд, писавшие о свободе человеческих чувств. К тому же в это время огромную роль в изменении роли женщины сыграла и русская художественная литература. А.С.Пушкин в своих произведениях нарисовал образы свободной Земфиры, нравственной и ответственной за свои поступки Татьяны Лариной. С точки зрения исследовательницы С. Айвазовой, все эти процессы являются прямым «свидетельством начавшегося в России освоения темы женской эмансипации».[8]

    Таким образом, одновременно в Англии и России начался процесс, подготавливавший почву для движения за общественные, политические, экономические права женщин. Соответственно эти вопросы освещались и в дневниковых записях путешественников, и на страницах русских журналов.

    В первой половине XIX века социальный состав населения Англии был неоднороден. Ведущее место в экономике заняла буржуазия, продолжала существовать аристократия, увеличивался средний класс (мелкая буржуазия, врачи, юристы и т.д.) и класс рабочих, состоящий из квалифицированных и неквалифицированных рабочих. «Обогащение буржуазии приводило к сближению образа жизни и социальных приоритетов промышленников и земельной аристократии».[9]  Следовательно, менялся образ жизни женщины, ее поведение, ее отношение к окружающей действительности.

    В связи с изменениями в экономической и общественной сферах, появляются женщины, зарабатывающие себе сами на жизнь, и поэтому они становятся экономически независимыми. Эту категорию женщин составляют в основном рабочий класс и городское население. Но не всякая профессия вызывала уважение у наших соотечественников. Например, М.П.Погодин, побывав в Лондоне в 1839 г., указал на неприятное впечатление, которое в нем оставили девушки из «магазина-лотереи», где «за прилавком сидит по разряженной красавице для выставки и приманки».[10] Другой русский писатель А.Сумароков пишет о громадном количестве проституток на улицах Лондона.[11] 

    Иное положение занимали английские леди, которые много времени проводили в праздности и досуге. Они не занимались физическими упражнениями и  не работали, поэтому не имели экономической самостоятельности. К положению этой категории женщин были близки и жены сельских джентри. Эти женщины впечатлили русских путешественников. Все наши соотечественники говорили о красоте англичанок, их опрятности, простоте и благородстве.[12] Но Сумароков, сравнивая их с другими европейскими красавицами, отмечает, что у англичанок «глаза томны, без огня, заметна мрачность чувств, неловкость в поступках, обращениях».[13] Паулович К. помимо английской холодности и застенчивости, отмечает, что «женский пол в Лондоне, как и везде, с одними и теми же наклонностями …они обладают одними и теми же душевными дарами».[14]

    Такие оценки англичанок объясняет журнал «Сын Отечества и Северный Архив», в котором находим статью о воспитании девушек в Англии. С точки зрения автора девушка «приносит в свет привычку видеть нравственность только в деньгах, а честь – в выборе мужа знатного с влиянием и богатого».[15] Но в то же время с точки зрения нравственности, она являлась верной женой, подругой и нежной матерью.

    Выходя замуж, женщина вступала в правовые отношения, касающиеся личных имущественных и неимущественных отношений, которые регулировались обычным правом или правом  Equity.

    Основным источником гражданского права являлось обычное право, неписанный свод законов (Common Law). В чистом переводе Common Law означает «общее право», необходимое для исполнения всем. Однако наряду с этим переводом можно встретить и значение «обычное право». Судебное решение данного вида права имело силу закона не только для конкретного случая, но оно показывало, как необходимо поступать в подобных ситуациях вообще. То есть возникал прецедент, составляющий решение суда. Отсюда можно сделать вывод, что прецедентное право и обычное право являются синонимами в смысле некодифицированного  закона Англии.

    Помимо Common Law в Англии существовал суд справедливости «Equity» (само слово в переводе означает «равенство»). По мнению Т.Г. Минеевой «данная система судебных органов получила свое название от разработанного еще римскими юристами принципа неформального (по «уму» судящего) судопроизводства».[16] Хотя суды справедливости вынуждены были согласовывать свои решения с судами, основанными на Common Law, тем не менее, решения «Equity» тоже становились прецедентом. Оба этих права дополняли друг друга и составляли английское право в XIX веке.

    Итак, какие же права давали женщинам Common Law и Equity?

    Существовала разница между правами замужних и незамужних женщин, указанных в Common Law. Одинокая женщина могла быть доверенным лицом, попечителем, душеприказчиком в отношении личных имущественных прав, то есть владела, пользовалась и распоряжалась своим имуществом и обладала достаточно широким набором гражданских прав.

    Совершенно в ином положении в соответствии с Common Law находилась замужняя женщина.  Она просто не имела юридического существования, и считалось, что жена и муж составляли единое целое, поэтому жена не могла действовать без разрешения своего мужа. Отсюда следует, что женщина не могла иметь имущественных прав, не могла владеть собственностью. А.Сумароков в своих записках указывает, что жена «не может продать, заложить, приобретать имущество, а также начать тяжбу без ведома мужа».[17] 

    С разрешения мужа жена могла все же вступать в имущественные отношения. Женщина могла составить завещание в соответствии со своими желаниями, но ее муж имел полное право не согласиться и оспорить волю жены в суде. В случае смерти жены и отсутствия детей, наследником имущества становились родственники по ее линии, в случае существования детей, наследником был муж, а затем дети. Если же жена переживала собственного мужа, то вся собственность возвращалась к ней.

    В связи с этим, замужней женщине суд не мог предъявить иск по возникшим долгам. За все долги жены должен был отвечать ее муж,[18] но никто не мог принудить мужа заплатить кредит жены, так как сделка, заключенная замужней женщиной, считалась недействительной. Муж имел полное право наказать жену за долги.

    Суд справедливости (Equity), напротив, давал больше свободы женщинам в имущественных отношениях. Во-первых, по праву «equity» женщина могла владеть собственностью, причем отказаться от этой собственности она не могла, так как это имущество было ее капиталом и средством для существования. Во-вторых, право собственности позволяло женщине выступать  с исковым заявлением в суде, то есть, владение собственностью подтверждало ее юридическое существование, а, следовательно, как владелица собственности, она могла заключать сделки и отвечать за свои поступки. В-третьих, если Common Law запрещал мужу дарить жене часть имущества, то Equity такую сделку разрешал.[19]

    Сравнивая два права, существовавших в Англии, в отношении имущественных отношений для женщин, можно ясно увидеть, что Common Law как право обычное не признавал женщину субъектом гражданских правоотношений, в то же время Equity в качестве права справедливости позволял женщине заявлять о своих личных имущественных правах.

    Но на этом права, женщин, которые защищало право Equity, заканчивались, потому что все личные неимущественные отношения регулировались только Common Law.

    Исключением в отношении права собственности являлась только королева. В юридическом плане положение королевы было наиболее свободным. Она имела такие же права, как и ее муж, и не была юридически подчинена ему. Королева могла «купить землю и составить арендные договоры, получать подарки от мужа, предъявить иск».[20] Сумароков писал, что королева «не подчинена обрядам, …не платит пени, без супруга начинает тяжбу, приобретает, закладывает, завещает, чего другие жены лишены».[21]

    Личные неимущественные отношения можно рассмотреть с двух позиций: вступление в брак и отношение к детям. Дж. Перкин в своей книге указывает, что англичане женились достаточно поздно по сравнению с остальными европейскими государствами. Средний возраст для вступления в брак для девушки составлял 23 – 26 лет, для молодого человека – 25 – 29 лет. Это обстоятельство объяснялось практичностью нации. Для начала надо было построить дом, а затем еще необходимо содержать семью, для чего нужен достаток.[22] По мнению Сумарокова, брак без согласия родителей был не позволителен.[23]

    Брак заключался исходя из нескольких соображений. Во-первых, мужчина – естественный кормилец, а жена и дети находятся на его попечении. Во-вторых, кто-то должен управлять домашним хозяйством, и, конечно, это должен быть мужчина, так как он более мудр. В-третьих, должен существовать абсолютный союз сердца, жизни и кошелька. К тому же брак давал женщине статус жены и матери в обществе.

    Брак находился под контролем и церкви, и государства. Имена вступающих в брак должны были называться в церкви в течение трех воскресений подряд. Согласие на брак давал отец, а согласия матери не требовалось. Помолвка являлась состоявшейся в том случае, если согласие на брак было получено. И именно в этот момент девушка и ее имущество переходили из-под власти отца под власть мужа. Такое полное подчинение, по мнению Сумарокова «столь же порочно», сколько и развод.[24]

    Повторный брак считался недействительным при жизни супруга и наказывался как преступление. Однако если супруг умирал, повторный брак разрешался.

    Существовала очень строгая церемония вступления в брак, и если не молодые люди не придерживались установленной церемонии, то брак считался недействительным, дети незаконнорожденными, а, следовательно, они не могли получить наследство. К тому же, читаем у Сумарокова А., если женщина рожает ребенка вне брака, то ребенок должен быть отдан на воспитание отцу, а саму женщину заключают на год в тюрьму.[25] Но в 1836 году была установлена гражданская процедура вступления в брак, что позволило англичанам выбирать между церковным и гражданским браком.

    Но ни один из указанных браков не защищал женщину от произвола ее супруга. Жестокое обращение можно было увидеть как в кругах аристократии, так и среди среднего класса, и в семьях рабочих. С  подобным отношением к женщине русские современники XIX века могли познакомиться, прочитав романы Ч. Диккенса.[26]  Муж мог ограничить личную свободу жены и отнять у нее детей. Примером этому может служить случай с королевой Каролиной, женой Георга IV. После рождения дочери Шарлоты, Георг IV  заботу и образование его дочери поручил королю и королеве, а так же братьям и сестрам, настаивая, чтобы мать ребенка никоим образом не должна была быть допущена к заботе о дочери или к ее  образованию.[27] Так Шарлота была разлучена с матерью.

    К тому же это было абсолютно законно, так как женщина не имела никаких прав на детей до 1839 года. Принятый в 1839 году закон дал возможность женщине предъявлять права на ребенка только до семи лет. Супруга не могла пожаловаться на мужа и тем более не могла подать на развод, хотя мужчина мог позволить себе потребовать развод у жены.

    Показательным бракоразводным процессом явилось «дело королевы Каролины». Оно обсуждалось всей Англией, о нем писали практически все русские журналы, оно превратилось в дело политического характера.  Бракоразводным процессом занимался британский парламент, так как королевские особы подлежали суду палаты лордов. Очень скоро после рождения дочери Георг задумался о разводе с Каролиной, но его сдерживали ряд обстоятельств. Во-первых, разводом должен был заниматься парламент, во-вторых, развод компрометировал всю королевскую семью, в-третьих, какой-то период времени сына сдерживал его отец Георг III. Но со смертью Георга III в 1820 г. Георг IV начал бракоразводный процесс. Оценивая деятельность короля, жена русского посла в Англии Д.Ливен писала: «Королева – вот грандиозный вопрос на данный момент. Король не хочет видеть ее королевой, но как он это сделает? Будет скандал в Лондоне».[28] К этому она добавляет, что все обвинения против королевы довольно смешны, при этом не смешно только министрам, которые должны решить это дело.

    Основным обвинением против королевы была «преступная связь с Бергами в Неаполе»[29], что приравнивалось к государственной измене. Но без доказательств, без свидетелей, доказывающих измену Каролины. Развод состояться не мог. Поэтому свидетели были найдены, но, по мнению русского журнала, их показания являлись недостоверными, так как они получили определенную сумму денег и путались в показаниях.[30] К тому же отношение к королеве на суде было несправедливым. Она просила разобраться публично и выслушать ее, писала письма собственному мужу, но он оставил их без ответа.

    Королева не была оправдана, но решением суда ей было запрещено короноваться, называться королевой, и ее имя не должно было употребляться в литургии. В имущественных отношениях она не получила ни одного дворца для проживания, но ей был назначен ежегодный доход в 50 тысяч ф.ст.[31]

    Но, несмотря на такое оскорбительное положение женщины в семейных отношениях в Англии, многие сторонники патриархальности отношений считали, что очень многие законы «предназначены для защиты и выгоды женщины».[32] В пример такой точке зрения они приводят следующие случаи. Во-первых, если девушку принудили выйти замуж в возрасте до 12 лет, она могла аннулировать брак. И, во-вторых, если женщина подвергалась насилию, то она могла выступать в суде, свидетельствуя против обидчика, наказанием для которого могла быть смертная казнь. Свиньин П. указывает в своих записках, что «клятва девушки принимается почтительнее и уважается более всех видов клятв, а потому если она поклянется на Евангелии, что такой-то причина ее беременности, то он обязан на ней жениться».[33]

    Таким образом, все сказанное выше относилось ко всем женщинам Англии, но небольшие отличия все же существовали.

    Женщины из аристократических семей тоже подчинялись Common Law, но в связи с тем, что они имели деньги, жены получали юридическую защиту на праве Equity, в большей степени в отношении собственности. Другими словами, они получали средства к существованию и не зависели от мужа. Сумароков А. указывает, что особенностью положения жен лордов является то, что они «судятся в палате пэров».[34] Именно в этой среде начинает развиваться частное право или семейное право.

    Браки, которые заключались средним классом, регулировались Common Law, и женщина в данном браке была более зависимой, чем аристократка, и очень сильно уязвленной при распаде супружеского союза, так как не получала ничего от супруга в материальном плане, даже свою бывшую собственность. Ни о каком праве Equity не могло быть и речи.

    Жены рабочих так же подчинялись Common Law, но их положение зависело от обычаев разных частей страны. В одних областях (на западе Пенинских гор) муж отдавал всю зарплату жене, и она занималась всем хозяйством, в других областях (на востоке Пенинских гор), женщина получала только необходимый минимум для своего существования. В восточной части Лондона управление домом полностью было подчинено мужчине в соответствии с Common Law.

    Политическими правами женщины не обладали, однако их участие в общественно-политической жизни все же наблюдалось. Сумароков А. отмечает, что хотя женщины не имеют права присутствовать на заседаниях парламента в палате общин, тем не менее, в период выборов, они активно ведут пропаганду за какого-либо кандидата.[35] С другой стороны, при отсутствии наследника по мужской линии, место в палате лордов переходит к особе женского пола. И таким образом, вовлеченность женщины в политический процесс очевидна. К этому стоит добавить существование знаменитых салонов, в которых хозяйками были женщины, и в которых обсуждались и решались многие политические вопросы.  К примеру, в первой трети XIX века в Лондоне действовало три салона: салоны леди Джерси, леди Голланд и леди Гренвиль. Но очень скоро здесь появился вначале исключительно светский, а затем превратившийся в политический центр салон Доротей Ливен, жены русского посла в Лондоне.[36] В этих салона бывали политические деятели, обсуждались политические вопросы, давались оценки политическим фигурантам.

    Деятельность же княгини Д.Ливен невозможно переоценить. Она своей активной деятельностью светской львицы «прилагала усилия, чтобы целеустремленно проводить неизменную линию на укрепление тесных контактов со всеми деятелями, которые могли бы благоприятствовать тем интересам, которым она стремилась служить».[37] По мнению российской исследовательницы Таньшиной Н.П. княгиня Ливен  неофициально становится одной из центральных фигур в европейской дипломатии. Именно ей неоднократно поручались важнейшие дипломатические миссии.[38]

    Д.Ливен оставила огромное эпистолярное наследие. Ее письма раскрывают политическую борьбу, отношения в обществе, закулисные интриги периода ее пребывания в Лондоне. Она вела переписку с Александрой Федоровной, супругой Николая I, российским министром иностранных дел К.В Нассельроде, канцлером Австро-Венгрии К.Миттернихом, английским политиком лордом Ч.Грееем и т.д. Ее наблюдательность, остроумие, умение подмечать тонкие детали позволили ей играть важную роль при английском дворе.

    Таким образом, несмотря на принадлежность к разным социальным группам, замужние женщины не обладали всем набором гражданских прав. Они не владели собственностью (за исключением  аристократок, которые пользовались правом Equity), не имели право выступать от своего имени в суде, не могли предъявлять права на детей, не могли потребовать развод. Но  женщины в Англии, не обладая одинаковыми правами с мужчинами в области имущественных отношений, имели огромное влияние на общественно-политическую жизнь страны.

    Проблема несправедливого отношения к женщине оставалась нерешенной еще достаточно долго. Только в период между 1870 и 1923 годами женщины в Англии начинают постепенно получать юридическое равенство с мужчинами, но фундамент борьбы за эмансипацию женщин был заложен принятием пусть и ограниченных законов в первой половине XIX века.


    [1] Тревельян Дж.М. История Англии от Чосера до королевы Виктории.- Смоленск: Русич, 2001. – с.513-514

    [2] Острогорский М.Я. Демократия и политические партии. – М.: РОССПЭН, 1997. – с. 243

    [3] Rendall  J. Equel or different: women’s politics 1800 – 1914. – Oxford, 1987. – P.63

    [4]Уоллстоункрафт М. В защиту прав женщин //

    http://www.newlibrary.ru/book/uollstounkraft_myeri/v_zashitu_prav_zhenshiny.html

    [5] Айвазова С. Русские женщины в лабиринте равноправия// http://www.owl.ru/win/books/rw/o1_2.htm

    [6] Либоракина М. И.Российские женщины: немного о традициях, самопожертвовании и гражданственности //http://www.a-z.ru/women/texts/liborr.htm

    [7] Моисеева Л.П. Проблема женской эмансипации в русской литературе 30-40-х годов XIX века//Общественные науки и современность. – 2000г. - №4. – С.165

    [8] Айвазова С. Указ. соч.

    [9] Жолудов М.В. Идеология и политика либеральной партии Великобритании в 30-е гг. XIX в. – Рязань: – 1997. – С. 6

    [10] Погодин М.П. Дорожный дневник (1839) // «Я берег покидал туманный Альбиона» Русские писатели об Англии 1649 – 1945 гг/ Подготовили Казнина О.А., Николюкин А.Н. – М.: РОСПЭН, 2001. – с.193

    [11] Сумароков А. Прогулка за границу. В 4 тт. – Т.3. – СПб.., 1821 г. – с. 267 - 271

    [12] Глаголев А. Записки русского путешественника. В 4 тт. Ч. 4. – СПб., 1837 г., с. 169 – 170; Сумароков П. Прогулка за границу. В 4 тт. Т.3. – СПб., 1821 г., с. 239 – 240; Паулович К. Замечания о Лондоне. Из путешествий по Европе, части Азии и Африке. – Харьков, 1849 г., с. 114 – 115.

    [13] Сумароков А. Указ. соч., с. 240

    [14] Паулович К. Указ.соч., с.114 – 115.

    [15] Сын Отечества и Северный Архив, 1831 г., Т.20, №22, с. 97 - 98

    [16] Минеева Т.Г. Суды справедливости в Англии XIV – XVI вв.//Новая и новейшая история. – 2005. - №4. – с.42

    [17] Сумароков А. Указ.соч., с. 389

    [18] Там же.

    [19] Perkin J. Women and marriage in 19th century England. – London: - 1989. – Р. 14 - 16

    [20] Perkin J. Op.cit., p. 32

    [21] Сумароков А. Указ.соч., с. 362

    [22] Perkin J. Op.cit.,,  p.30

    [23] Сумароков А. Указ.соч., с.388 - 389

    [24] Там же, с. 388

    [25] Там же, с. 390

    [26] См. например: Диккенс Ч. Лавка древностей. – М.: Детская литература, 1980.

    [27] Smith E.A. George IV. – L., 1999. – p. 73 - 74

    [28] Letters of Dorothea Princess Lieven during her Residence in London, 1812 – 1834. – L.,1902, p. 47

    [29] Исторический, географический и статистический журнал, 1820 г., №11. – с. 98

    [30] Там же, с. 108

    [31] ИГСЖ, 1821 г., ч 2, кн.3. – с.193

    [32]  Perkin J. Op. cit., p.18

    [33] Свиньин П. Ежедневные записки в Лондоне. – СПб., 1817 г. – с. 176

    [34] Сумароков А. Указ.соч., с.224

    [35] Там же, с. 356

    [36] Сакун О.Ф. Деятельность российского посла Х.А.Ливена и его супруги Д.Х.Ливен в Лондоне. 1812 – 1834 годы//Новая и новейшая история. – 2006. - №6. – с. 152

    [37] Там же.

    [38] Таньшина Н.П. Дарья Христофоровна Ливен//Вопросы истории. – 2007. - №11. – с. 42