Статья "Исторические сюжеты в скульптуре на примере работ «Яков Долгорукий сжигает царский указ» М.И. Козловского и «Иван Грозный» Марка Антокольского".
Художники разных времен обращались к историческим сюжетам, вдохновляясь славными подвигами своих предков, ища параллели с окружающей их действительность или выполняя государственный пропагандистский заказ. Тем не менее, каждая из работ очень ярко отражает своё время, политические реалии и даже состояние исторической науки. Таким образом, появилась идея создания этой работы – сравнение двух скульптур разных исторических периодов. В ходе сравнения мы сможем узнать, как развивался определенный жанр скульптуры в России, в нашем случае исторический.
Скачать:
Вложение | Размер |
---|---|
![]() | 19.66 КБ |
Предварительный просмотр:
Статья учителя мировой художественной культуры Пятибратовой Ксении Владиславовны.
Исторические сюжеты в скульптуре на примере работ «Яков Долгорукий сжигает царский указ» М.И. Козловского и «Иван Грозный» Марка Антокольского.
Художники разных времен обращались к историческим сюжетам, вдохновляясь славными подвигами своих предков, ища параллели с окружающей их действительность или выполняя государственный пропагандистский заказ. Тем не менее, каждая из работ очень ярко отражает своё время, политические реалии и даже состояние исторической науки. Таким образом, появилась идея создания этой работы – сравнение двух скульптур разных исторических периодов. В ходе сравнения мы сможем узнать, как развивался определенный жанр скульптуры в России, в нашем случае исторический.
Сравнение актуально, ведь сейчас как раз идет процесс переосмысления прошлого нашей страны, поиск ее идентичности и как следствие особое значение приобретает анализ произведений искусства отражающих историю.
Пред началом работы мы поставили перед собой цель – рассмотреть, как изменилась интерпретация истории в отечественной скульптуре кон. XVIII- вт. пол. XIX на примере двух разных, но очень характерных примеров: “Яков Долгорукий, сжигающий царский указ” М. И. Козловского и “Иван Грозный” М. М. Антокольского.
В процессе работы была использована литература из библиотеки Маяковского, материалы из читального зала библиотеки им. Горького Санкт-Петербургского государственного университета, электронной библиотекой университета Высшей школы экономики, электронными публикациями Института русской литературы (Пушкинского Дома) РАН, медиатекой информационно-образовательного центра "Виртуальный филиал Русского музея".
Исследуемые скульптуры находятся в Государственном Русском музее, так же существуют авторские копии в Государственной Третьяковской галерее. Первая версия скульптуры Козловского находится в Санкт- Петербурге, а вторая в Москве. Если говорить про скульптуру Антокольского, то выяснилось, что в Русском музее находится бронзовая статуя, в Третьяковской галерее - мраморная, существует так же копия из гипса. Мы посетили данные музеи и рассмотрели работы в мельчайших деталях.
К примеру, были выявлены различия между двумя версиями скульптуры Козловского. На плинте (Плинт — нижняя часть пьедестала или базы колонны в форме архитектурного облома типа «полочка») оригинала (в Русском музее) есть надпись «тягостный указ императора подчинённой стране». На скульптуре, находящейся в Третьяковской галерее подобной надписи нет.
Сам сюжет скульптуры относится к началу 18 века, главным героем выступает дед заказчика скульптуры Григория Алексеевича Долгорукого – Яков Долгорукий. Во время голода, разразившегося в Петербурге в 1714 г., царь издал указ об отправке его жителей на строительство Ладожского канала, который был одобрен в Сенате. Узнав об этом Яков разорвал несправедливый указ, не побоявшись гнева императора. Яков Долгорукий – это совершенно реальное лицо, он был широко известен своей честностью и даже получил специально для него придуманный титул генерал-пленипотенциар-кригс-комиссара, в обязанности которого входило снабжение армии и флота всем необходимым. Впрочем, если соотнести факты биографии со скульптурой выясняется, что перед нами находится 74-летний старец. Именно столько было Долгоруков в 1714 году.
На этом этапе мы начинаем выделять характерные черты классицистической скульптуры. Автора не интересует историческая достоверность. Поза подчеркнуто драматична: ноги и голова повернуты фронтально, а корпус развернут почти строго перпендикулярно им. На выбор автором позы, по всей видимости, повлияли скульпторы Парижской Академии. Хотя наличие непосредственного прототипа нам неизвестно.
Рассматривая детали скульптуры, мы также находим несколько условностей и несоответствий, характерных для классицизма. Во-первых, изобилие нарочитых легко узнаваемых аллегорий: у основания колонны покоятся театральная маска, напоминающая голову Медузы Горгоны и змей, попранные сапогами Долгорукого - символы коварного притворства и злого умысла. Под свитком с текстом указа наоборот расположены символы справедливости - чаши весов.
В руках Долгоруков держит факел, которым он должен сжечь несправедливый закон (согласно оригинальному историческом сюжету он все-таки был разорван на глазах у Петра), и огонь здесь также может быть истолкован как аллегория изобличения лжи и открытия правды.
Таким образом мы приходим к выводу, что эта скульптура является характерным примером русской версии классицизма. Впрочем, мы замечаем, что сюжет скульптуры не совсем обычен. Вопреки идеалам Просвещения Козловский превозносит протест личности против царя, личность которого традиционно отожествляется с государством.
Вторая рассматриваемая нами скульптура создана уже во второй половине 19 века знаменитым скульптором Марком Антокольским. Она так же отражает в себе основные тенденции развития искусства того времени, а также отношения к истории. В случае с Иваном Грозным у нас как бы совмещены два разных образа. С одной стороны мы видим уставшего и обессилевшего человека, голова которого смиренно опущена. С другой -- вытянутая прямая рука, сжимающая ручку трона, кисть руки, напоминающая когти птицы, орлиный нос, хищный взгляд - эти детали создают портрет совсем другого правителя: хитрого, властного, жестокого. Царские регалии с дорогим кафтаном сочетаются с монашеским подрясником и скуфьей на голове.
Таким образом, можно подвести итог. История для Козловского - повод продемонстрировать образец для подражания современникам. История для Антокольского выступает только декорацией, антуражем для изображения сложности человеческой натуры, на которую нельзя повесить однозначный ярлык “героя” или “тирана”.