Сценарий театрализованного представления "День числа Пи"

«ДЕНЬ ЧИСЛА ПИ»

(по одноименной повести Нины Дашевской)

Инсценировка адресована зрителям от 12 лет

Действующие лица и исполнители:

Лёва Иноземцев: Захар Шумилов

Первая Девочка (она является составляющей переживаний Лёвы, определённая черта характера. На сцене находится беспрерывно с Лёвой); она же одноклассница: Катя Стаженникова, Катя Травкина

Вторая Девочка; она же одноклассница: Настя Михалёва

Третья Девочка; она же учительница географии Анна Вячеславовна: Антонина Шубкина

Четвёртая девочка; она же одноклассница: Евгения Карпова, Полина Рохкинд

Кирилл Комлев: Егор Кукса, Павел Маринин

Первая девочка (является составляющей переживаний Кирилла); она же одноклассница: Ася Кукса

Вторая девочка: Вероника Щиголева, Маша Травкина

Третья Девочка; она же экскурсовод: Арина Балашова, Злата

Четвёртая девочка; она же Валя: Женя Карпова, Настя Михалёва

Соня: Оля Сивакова

Константин Михайлович: Степан Огурешников

Бабушка Лёвы: Алина Кайдаш

Дедушка Лёвы: Алексей Кононец

Отец Кирилла: Сергей Пияшев, Павел Маринин

Тётя Лида: Анастасия Кирьянова

Помощник по художественному оформлению: Анастасия Богдановская

Помощник по хореографии: Екатерина Винтовкина

1 СЦЕНА. МОЦАРТ

На возвышении (стремянка, укрытая большим белым полотном, либо конструкция из черных кубов) сидит Лёва Иноземцев. Вокруг него сидят девочки, которые отображают его внутреннее состояние. На протяжении всего спектакля они беспрерывно окружают Лёву и переживают вместе с ним)

Лёва: Меня зовут Лёва, я из Москвы, я школьник. Это по английскому задание, написать по образцу. Считается самым важным именно это: кто ты, откуда… Хотя на самом деле важно именно то, что я Лёва. Именно этот набор звуков обозначает меня. Вот это сочетание звуковых волн: мягкое «ль», твёрдое «в»… Хотя «в» никогда не бывает таким уж твёрдым. Звуки мягкие, а имя суровое: «Лев». Если бы у меня было другое имя, я был бы другим. Может быть, не таким странным.

То есть странный не я, а люди вокруг. Но их большинство; так что приходится играть по их правилам.

Смотрите сами: если в моём классе всего два человека пишут без ошибок, ставят запятые в правильных местах. Это значит, мы с Соней ненормальные или все остальные?

Или на математике сегодня объясняли: любое число в нулевой степени равно единице. Это логично: если умножить его на себя, то оно станет само собой, в первой степени.

Никто не понял, кроме меня. Это значит, я псих, да? Я и учитель, нас двое.

Что ж, тогда я не хочу быть нормальным.

Свет на центр сцены. Дневной, солнечный, тёплый. Бабушка включает на магнитофоне Шуберта. Накрывает на стол. Дедушка белые занавески закалывает как шторы.

Бабушка: Лёвка! Это ещё что такое, не переоделся до сих пор! А руки помыл? Нет! Миша! И ты тоже, ну что мне с вами делать, один другого лучше, что старый, что малый! Я же вас десятый раз зову, остыло уже всё! А если я буду такая, что тут будет?!

Лёва: не десятый (говорит чуть тише, бормоча под нос) это такой оборот речи: ты могла бы сказать: «тысячу раз уже вас звала», а на самом деле всего пять или шесть.

Бабушка: Вилки достань. Лёвка! Ну что ты за человек, кто же вилкой суп ест?!

Лёва: Ты же сама сказала – вилки…

Бабушка: Я имела ввиду ложки, ты что, сам не видишь? Своей головы нет? С ума сойдешь с вами…

Лёва, бабушка и дедушка рассаживаются за стол.

Лёва: поди разбери. Бабушка, ты часто путаешь слова. То есть не путаешь, конечно, а просто используешь их по-другому; а дедушка почему-то прекрасно тебя понимает. «Миша, принеси мне шубу!» – говоришь ты, и дедушка приносит тебе зелёную кофту, глазом не моргнув. А в другой раз...

Бабушка: Лёвка, опять ты за своё. Можно быть на кухне только молча. Вот и сейчас ешь суп и слушай.

Дедушка улыбается, музыка усиливается. Свет утихает, видно только Лёву. Он слушает музыку.

Лёва: сегодня Шуберт. Я видел обложку диска. Музыка структурирует время с помощью звуковых волн. Как это устроено?

1 Девочка: Физики измеряют звук в герцах: это количество колебаний в секунду. Бывает «ля» чуть выше: 442, например. Или ниже: это в старинной музыке.

2 Девочка: Но про герцы думают только физики и настройщик. А музыканты обычно не думают. Они берут два звука вместе и слушают: звучит красиво, чисто.

3 Девочка: А на самом деле колебания звуков вписываются в математические формулы. Математика объясняет всё. Во времена Пифагора музыка относилась к наукам. Точным.

4 Девочка: Скажем, в китайской музыке или где-нибудь в Африке правила другие. Но смысл в том, что они всегда есть. Челоческие уши отслеживают, подчиняются ли звуки правилам гармонии.

Лёва: Но бывает, композитор специально ломает известные формулы, чужие системы. Выходит из клетки гармонии и придумывает своё. Свою систему, свой мир.  У меня так называемый абсолютный слух. То есть я слышу все звуки нотами, могу сказать, где соль, а где фа-диез.

Резко обрывается музыка. Включается тёплый свет. За столом уже никого нет, на столе ничего нет. Один Лёвка по середине комнаты.

Бабушка: Лёва, ты хоть за временем следишь, а? Лёва! Опять потом будешь рыдать, что ничего не успеваешь!

Лёва(будто опомнившись, смотрит на часы. В голосе появляется паника): Это ужас. Ужас, сколько времени и сколько у меня ещё уроков! Меня совершенно выключает из жизни, почему я такой! Почему я такой ненормальный!!!

Резко встаёт, убегает из комнаты.

Бабушка (смотрит в след): Нормальный. Ну.. Нормальный ненормальный. Лёвка! Ну чего ты..

Дедушка выходит к ней, обнимает. Затемнение.

2 СЦЕНА. СОНЯ.

Лёва едет на роликах. Смотрит на часы, смотрит на дорогу, смотрит на часы, смотрит на дорогу. Белые кулисы разеваются от ветра. Вдруг по диагонали на роликах неумело едет девочка, она стремительно приближается к Лёвке, который ее не замечает. Они сталкиваются. Девочка помогает Лёвке встать.

Сцена решается пластически.

Соня: извини. Ой. Привет!

Лёва: привет

Соня: всё нормально?

Лёва кивает.

Лёва: ты с какой скоростью ехала?

Соня: откуда я знаю?

Лёва: ну как! Можно посчитать. Хочешь, я посчитаю?

Соня кивает. Они разгоняются, начинают ехать, Лёва считает, кричит (трудно говорить, когда едешь быстро-ветер мешает чистому звуку)

Лёва: девять и две десятых

Соня: две десятых чего?

Лёва: как чего? Километров в час.

Соня останавливается, Лёва оборачивается, подъезжает к ней.

Соня: смотри какие каштаны! Я больше всего люблю каштаны...

Лёва: да, каштаны красивые...

Соня: а у тебя какое любимое дерево?

Лёва: не знаю

Соня: ну... Дуб, тополь, ясен (показывает вокруг). Ствол у всех разный, да и ветки растут по-разному...

Лёва: да, как фрактал.

Соня: как что?

Лёва: ну, фрактал! Видишь: из ствола три ветки, и из каждой ветки тоже три маленьких. В общем, фрактал – это если одна ветка похожа на всё дерево целиком, и от неё отходит веточка, и она тоже повторяет эту форму. И так до бесконечности. Понимаешь?

Соня: ясно. Какой ты всё же странный, Лёва! Но интересный.

Лёва: почему интересный? Я же пока еще ничего интересного не изобрел.

Соня: изобретешь когда-нибудь.

Соня уезжает, Лёва едет следом. Затемнение.

3 СЦЕНА. УДАР.

Возвышенность. Лёва сидит и перебирает кубик Рубика.

Лёва: Бабушка сегодня слушает необычную музыку. Гармонии почти одни и те же, очень предсказуемо меняются.Кажется, я могу также!

Начинает напевать , девочки вместе с ним подбирают ноты.

Нет, не так! Не получается!

Ритм! Никак не могу уловить; он тоже будто предсказуемый, но никак не схватишь. Кажется, что тут не сочетания разных цветов, а один, например, синий. Очень яркий. Я даже не помню, где можно увидеть такой синий? Возможно, на океане: я иногда не видел океана, но предполагаю. А потом наступил жёлтый цвет. Ярко-ярко жёлтый. ЖЁЛТЫЙ! ЖЁЛТЫЙ! (на крик прибегает бабушка)

Бабушка: Лёвка! Ты чего?

Лёва: что это играет?

Бабушка: Бах

Лёва: знаешь, я считал, сколько может быть положений у Кубика Рубика.

Бабушка: Лёва, а кто тебе в классе нравится?

Лёва пожимает плечами.

Бабушка: неужели тебе люди совсем неинтересны, а, Лёвка?

Лёва: нет, почему, интересны.

Лирическая музыка. Выходит Соня (вымысел его разума).

Бабушка: знаешь, Лёвка, а я всех своих одноклассников выучивала в первый день. Я же много школ поменяла; и на второй день всегда знала, как кого зовут. Для меня имя сразу прикрепляется к человеку, перепутать невозможно. (бабушка растворяется во тьме, Соня выходит на центр)

Лёва ее не слушает, смотрит на Соню. Протягивает руку к ней. Музыка обрывается. Включается яркий дневной свет. На сцене появляется кабинет.

Анна Вячеславовна: Иноземцев, что ты делаешь?!

Лёва(присаживается на место): как что? Решаю задачу.

Анна Вячеславовна: какую задачу?

Лёва: как раз пытаюсь сформулировать.

Анна Вячеславовна: Иноземцев! Почему ты занят посторонними задачами на моём уроке?! Итак, класс, внимательно смотрим на карту. Найдите столицу Бразилии и раскрасьте ее..

Соня(шёпотом): какую задачу ты решаешь?

Лёва: хочу придумать систему, чтобы ноты записывать. По клеточкам.

Соня: это совсем не сложно, я давно так делаю. Вот, смотри, две клетки в высоту – как нотные линейки. Первая, третья и пятая у тебя есть, остальные две рисуешь мысленно, и получается вот что: если нота... вот здесь, посередине клетки, это ми, а если касается – ре…

Лёва: нет, я не хочу так

Анна Вячеславовна: ого! Теперь мы будем по парочкам решать важные задачи на уроке географии?

Все в классе начинают смеяться.

Анна Вячеславовна: открыли карту, Иноземцев.

Соня: Лёва, ты меня прости, ладно?

Лёва: за что?

Соня: за то. Я… Ты, знаешь, не подходи ко мне. Я бы хотела с тобой дружить, но не могу. Ты… Ты очень интересный человек, правда. Но я не могу всё равно.

Лёва: почему?

Соня: надо мной все будут смеяться. А я так не могу, понимаешь? Я же не ты. Мне не всё равно, что обо мне думают.

Звонок. Вслед за Соней идёт Лёва. Он хватает её за руку, останавливает.  

Лёва: Соня!

Соня: ну чего тебе? Я непонятно сказала разве?!

Лёва: слушай, у тебя есть электронная почта?

Соня: чего?

Лёва: почта! Я бы тебе писал. Никто не узнает и не будет над тобой смеяться. А?

Соня: Лёва! Ты что, совсем на меня не обиделся?

Лёва: нет. А почему обиделся?..

Соня: всё-таки.. Всё-таки, какой ты странный.

Лёва: я нормальный. Это вы странные.

Соня: давай адрес. Я сама тебе напишу.

4 СЦЕНА. ЧИСЛО “ПИ”

Радостная музыка. Сцена меняется на квартиру Лёвы. Лёва ходит по комнате в ожидании сообщения. Приходит сообщение, читает:

Лёва(читает вслух): “Лёва, наверное, ты станешь учёным. Ты умный. Но какой-то странный. Почему ты не можешь быть как обычный человек?»

Лёва : “Я не странный, я нормальный. Это все остальные странные. Представь себе: ты оказалась в обществе, где все такие, как я. Как бы тебе это понравилось? Все бы говорили, что ты странная. А ты не можешь им объяснить, что с тобой всё в порядке!

 На самом деле вы считаетесь нормальными только потому, что вас больше! Как будто если каких-то людей больше, то они правы.

Между прочим, большинство считало, что земля плоская.»

Прижимает к себе телефон. Счастливый Лёва.

ЗВОНОК.

В класс заходит Соня, одноклассники, последним заходит Лёва, садится за парту.

Соня(улыбается): о, привет!

Лёва (тоже улыбается): привет

Вдруг замечает, что сказано было не ему, а мальчику (Комлеву) сзади. Мальчик (Комлев) смеётся над ним.

Соня испуганно смотрит на Лёву. Лёва зол, достаёт телефон.

Соня тоже достает телефон, пишет и говорит вслух: “извини, ты же не обиделся?”

1 девочка(ласково): не обиделся

2 девочка(грустно): нет. Совсем нисколько

3 девочка(обиженно): разумеется, нет.

4 девочка (злобно): нет.

Лёва посмотрел на телефон. Посмотрел на Соню, обиженно убрал телефон, отвернулся.

В кабинет заходит молодой учитель математики, он рассеян, но с улыбкой поглядывает на класс.

Константин Михайлович: а вы знаете, какой сегодня день?

Комлев: пятница?

Константин Михайлович: да, но не просто пятница.

Лёва: я знаю; сегодня день числа «Пи».

Константин Михайлович: ты Лёва Иноземцев?

Лёва: да. Откуда вы знаете?

Константин Михайлович: вы известная личность. Можешь рассказать всем, почему сегодня математики отмечают день числа «Пи»?

Лёва: просто дата совпадает с числом «пи», с первыми знаками. Три целых четырнадцать сотых – а сегодня четырнадцатое марта, третий месяц.

Константин Михайлович: точно. А ты можешь рассказать подробнее, что это за число «пи» такое?

Лёва: если длину окружности разделить на диаметр, всегда получается это число. Его нельзя записать десятичной дробью, оно иррациональное. Округлённо равно три и четырнадцать как раз.

Константин Михайлович: а тебе нравятся такие числа?

Лёва: да, нравятся.

Константин Михайлович: сколько ты знаешь знаков после запятой? В числе «пи»?

Лёва: кажется, двадцать три… Дальше не уверен.

Константин Михайлович: круто. Можешь назвать?

Лёва: 3, 1415926535897932384626433... Дальше не помню

Константин Михайлович: 832795

 Соня: Константин Михайлович… А зачем это нужно? Наизусть столько цифр – вам зачем?

Константин Михайлович: ты знаешь какие-нибудь стихи наизусть? Не по программе, а просто так?

Соня пожимает плечами. Комлев и Лёва смотрят на Соню.

Комлев: я знаю

Лёва: а музыку?

Соня: музыку да, много. Неужели для вас эти цифры – как музыка?

Константин Михайлович: вроде того...Кстати, я тут слышал такую вещь: одни ребята записали музыку числа «пи».

Лёва: Как это?

Константин Михайлович: Сейчас включу.

Лёва: Нет

Зажимает уши

Константин Михайлович: Почему нет?

Лёва: Это не похоже на число «пи», это формально… Ну… Представьте: если это число в другой системе счисления записать, в восьмеричной, например… Ведь цифры другие будут! А число Пи от этого не зависит, оно совсем другое, и всё! А сейчас откройте номер четыреста девятнадцать. Лирическое отступление закончено. Хотя… Хотя мне хотелось бы, чтобы вы знали: математика – не только сухие факты и правила.

ЗВОНОК.

Константин Михайлович: Лёва Иноземцев, останься, пожалуйста.

Константин Михайлович: тебя особенно интересует математика, так?

Лёва: не совсем… То есть и м-математика тоже, но… Я не знаю.

Лёва начал заикаться.

Константин Михайлович: слушай… А с твоими родителями можно поговорить?

Лёва: у меня нет родителей.

Константин Михайлович: как это?!

Лёва: меня подбросили инопланетяне.

Константин Михайлович смотрит на Лёву серьезно

Константин Михайлович: правда?

Лёва: да нет, это бабушка так шутит. У меня бабушка и дедушка, я не сирота.

Константин Михайлович: я вижу… Слушай, а если я к тебе в гости напрошусь? Это… Уместно?

Лёва: ко мне? В гости? Ко мне никто никогда не ходил…

Константин Михайлович: мне очень интересно, Лёва, поговорить с твоими бабушкой и дедушкой. Скажи мне ваш адрес? У меня еще кружок у старшеклассников, после шести смогу. Далеко живёшь?

Лёва: четырнадцать минут моим шагом.

Константин Михайлович: о, совсем рядом!  Тогда в 18:14 жди меня, договорились?

5 СЦЕНА. ЭТО НЕ Я СТРАННЫЙ, А ЛЮДИ ВОКРУГ.

Кухня Лёвы. Лёва сидит за столом, напевает мелодию.

Бабушка: Лёвка, это ты сам сочинил?

Лёва: ну, почти. Это организованные сочетания звуковых волн.

Дедушка: Лёвка, а ты сам их сорганизовал?

Лёва:  это Соня. С её лица считал... Кстати, к нам сегодня учитель придет в гости.

Бабушка: какой ещё учитель?

Лёва: из школы. Новый.

Дедушка: домой придет? Господи, Лёва, что ты успел натворить!

Лёва: да ничего… Просто познакомиться.

ЗВОНОК В ДВЕРЬ. ЗАДНИЕ БЕЛЫЕ КУЛИСЫ ПОДСВЕЧИВАЮТСЯ ЯРКИМ БЕЛЫМ СВЕТОМ.

 Константин Михайлович: здравствуйте, какой у вас интересный код на домофоне.

Лёва: да

Бабушка: чем он такой интересный?

Константин Михайлович: степень тройки…

Лёва: восьмая

Константин Михайлович: да, три в восьмой степени. А меня зовут Константин Михайлович, я Лёвин учитель математики.

Дедушка: вижу, что математики… Кажется, Лёвка нашёл родственную душу.

Константин Михайлович: это я нашёл.

ИДУТ ЗА СТОЛ.

Константин Михайлович: Лёва у вас необыкновенный

Бабушка: мы знаем

Костя шумно отхлёбывает свой соленый кофе.

Константин Михайлович: мне кажется, Лёве очень повезло. С семьёй.

Бабушка: может быть, но и нам с ним ведь очень повезло. Он, знаете, все плохое или неприятное с себя скидывает. Как с гуся вода.

Константин Михайлович: да, как бы научиться так же… Хотя знаете, я… Я ведь тоже был необычным ребёнком.

Лёва: Вы?

Константин Михайлович: да. Только у меня всё было не так. В моей семье считалось, что я ненормальный. И я учился в школе для умственно-отсталых.

Лёва: как это?..

Константин Михайлович: очень просто. Я долго говорить не умел, слова путал. Порядок слов. Знаешь выражение «двух слов связать не может?» Я его хорошо знаю. Жуткое, скажу тебе, ощущение: внутри все слова есть, но не упорядочиваются. Вываливаются кучей, все сразу… Поэтому я больше молчал. Сидел на последней парте; а за спиной у меня стоял шкаф с учебной литературой по математике. И я всю её методично изучил; там интересные книжки были: теория поля… Таскал эти учебники домой – то есть домой было нельзя, у меня зрение плохое, и мне не разрешали читать. И я шёл в метро, садился на кольцевую ветку и там учился.

Лёва: а потом?

Константин Михайлович: потом меня раскрыли. Понимаете, я устно у доски вообще не мог отвечать – и считался дураком. А письменно – думали, списываю ответы; решения я тоже ужасно оформлял, и почерк так себе… потом учительница пришла новенькая, первый год вообще в школе работала. И рассекретила меня. «Костя, ты хоть понимаешь, какой ты умный!», сказала.(Он улыбнулся и даже глаза закрыл, видно было, как ему приятно это вспоминать). Стала заниматься со мной отдельно: учить русскому, как языку. С английским у меня было неплохо, и она догадалась: взяла учебник русского для иностранцев. Так и научился говорить. По правилам: подлежащее, сказуемое. Меня зовут Костя Николаев, я живу в Москве, я школьник… А потом в голове что-то щёлкнуло, как головоломка сошлась; и я стал говорить свободно. Сейчас особенности речи почти незаметны. Или заметны?

Бабушка, дедушка и Лёва: нет

Константин Михайлович: любые явления жизни можно через числа описать, алгоритм составить – тогда они мне становятся понятны. Поступил в университет – там уже хорошо учился. Закончил; остался на кафедре преподавать… А тут предложили в школу. И оказалось – мне с детьми легче, чем со взрослыми. Третий год работаю; в детстве не нравилось в школе; а сейчас хорошо. И вот – Лёва появился. И мне показалось…  Мы очень похожи.

Смотрит на время. Встаёт, собирается уходить.

Константин Михайлович: ой, вы извините, что я так много говорю. Кажется, впервые в жизни.

Оделся. Ушёл.

ЗАТЕМНЕНИЕ.

6 СЦЕНА. МОЦАРТ И САЛЬЕРИ.

ЗВОНОК. КАБИНЕТ.

Комлев: ну что, ты теперь любимчик у математика?

Лёва: ты знаешь сколько метров Марианская впадина?

Комлев: чего?

Лёва(заикается): Марианская впадина. Одиннадцать тысяч двадцать два метра! Если опускаться под воду со скоростью метр в секунду, то знаешь, сколько нужно будет погружаться до самого дна?

Комлев: а, наш придурок опять на месте. А я думал, тебя в другую школу перевели. Для таких уродов, как ты.

 Все смеются. Соня растеряна и испугана.

1 и 3 девочка: у-род!

2 и 4 девочка: у-род!

Вместе: урод! Урод!

Лёва хватается за голову, начинает орать.

Соня: ты сам придурок, понял?! Оставь его в покое! Если хочешь знать, он тебя умнее в сто раз!

 Соня уводит Лёву. Комлев от злости пинает стул.

Затемнение. Свет на возвышенности слева. Лёва сидит с телефоном огорчённый, крутит телефон в руках. Напевает вместе с девочками.

Лёва: Я беру разные ноты и смотрю, как они звучат. Бабушка считает, что это неправильно звучит. Но я -то знаю, что нет.

Я решил не писать Соне. Потому что если ей интересен такой человек, как Комлев... А я знаю, что интересен.. Я тут причём тогда? В школу не буду ходить какое-то время. Я устал. Ужасно устал.

Затемнение

7 СЦЕНА. САЛЬЕРИ.

Свет переходит в правую сторону. В этот раз возвышенность находится на абсолютно противоположной стороне. Внизу возвышенности стоит виолончель.  Сидит Комлев с телефоном.

Комлев (пишет сообщение): Меня чуть машина не сбила.

Дергает телефон в руке.

1ая девочка(Кирилла Комлева): плевать что ли?

2ая девочка: тебе плевать?

3я девочка: ну и не отвечай!

4ая девочка: мне неважно вообще!

Комлев (читает сообщение): сейчас нормально все? Извини, была занята.

1ая девочка(раздражённо): нормально.

2ая девочка (грустно): ничего страшного.

3я девочка (ласково, с улыбкой): спасибо.

4ая девочка (радостно): спасибо.

Голос Тёти Лиды: кофе убежит, Кирилл!

Включается свет. Видна комната. Стол. Стулья. Бардак. На столе стоит сгущенка,чашки. Все хаотично.

Кирилл Комлев: Тётя Лида, у тебя так пахнет кошками... и тараканами...

Тётя Лида (смеётся): еще бы, у меня же четыре кошки!

Кирилл ставит печенье на стол, Тётя Лида забирается на стул с ногами, пьёт кофе.

Тётя Лида: а я люблю всех своих кошек. Это от одиночества спасает, понимаешь, Кирилл? Я вот домой приду, а тут и муж-кот, ластится, любуется. Помнишь, Блок сказал...

Входит отец Кирилла.

Отец: Лидочка, фууу! Бардак развели. И какой Блок? Забиваешь ребёнку голову этой чепухой! Кошки.. Тараканы.. Фу! (наводит порядок) Нет, чтобы завести нормальную семью..

Тётя Лида: вот ты сердишься на меня (громко пьёт кофе, делает глоток и продолжает), а кто тебе жену нашел? Кто тебе дал нормальную семью? А у меня вот и так все нормально! И кто сказал, что, если у меня кошки, то я ненормальная? (протягивает сгущёнку Кириллу). А я нормальная! И вообще нормальную семью просто так не завести... Не тараканы же.

Отец: вот из-за тараканов-то я к тебе и не захожу! Кирилл, собирайся домой.

Кирилл: до свидания, Тётя Лида!  (шёпотом, с улыбкой) Иногда очень хочется ненормальности!

Отец: домой!

Одеваются.

Отец: вот и как тебя одного отпускать в Питер?

Кирилл: куда?

Отец: в Питер. Вы с классом в поездку собираетесь, тебе, что, в школе не сказали? Мы думали, ты знаешь...

Затемнение. Кирилл на возвышенности. Пишет сообщение.

Кирилл: ты едешь в Питер?

Кирилл (читает сообщение): Да.

Кирилл: интересно, а Моцарт едет? Отпустят его? Раньше его не брали с нами в поездки. Он же псих, мало ли чего от него ждать! Я раньше на него злился за то, что он позволяет себе быть психом. А я, может, тоже такой! Но мне нельзя. Какой-то внутренний блок стоит: я переживаю, что обо мне подумают. Так что всегда держу себя в руках, даже если хочется всё разнести. А Моцарту, похоже, совершенно наплевать на чужое мнение.

Потом я понял, что это у него вроде компенсации. Ну, за талант. У него ведь и правда голова по-другому устроена. На математике всегда находит решение, молниеносно. И чаще всего нестандартное. Как будто все вещи видит по-другому, не так, как мы.

Но музыка! Вот зачем ещё музыка?! Я думал, музыка – это только моё! Только я так умею: сидеть в тёмной квартире, закрыть глаза и тянуть смычком струны: каждый миллиметр смычка звучит, струна дрожит, будто это твои собственные связки, твой голос! А потом появляется Моцарт. И всё летит к чёрту.…Я читал, что в фильме про Гарри Поттера парень, который играет Драко Малфоя, хотел играть Гарри. Интересно, каково ему было – хотел быть героем, а оказался злодеем. У него трудная роль – злодеем быть гораздо тяжелее. И Драко получился противный. Так что тот парень молодец, справился.

Так и я.

Тяжело понять, что ты Сальери. Особенно если сам метил в Моцарты.

Кирилл, вспоминая что-то приятное, смотрит на телефон, улыбается, затем обратно убирает его. Девочки достают маленьких резиновых динозавров, одного отдают Кириллу.

Кирилл: Мне было лет пять. Я вывихнул палец и сидел в очереди к врачу; сначала было не страшно и даже любопытно. Но потом мама сказала: «не бойся». И я понял: врач будет что-то такое делать с моим несчастным пальцем… Я, конечно, старался «быть мужчиной», как говорит отец. Реветь ужасно стыдно, это я всегда знал.

В общем, вот так я сидел, «брал себя в руки» изо всех сил, а мама говорила прекрасное: «доктор дёрнет, и сразу всё пройдёт». Дёрнет! И ещё: «Смотри, девочка не боится!»

…Девочка и правда не боялась. Она посмотрела на меня и вдруг достала игрушечного динозавра. Резинового. А у меня в кармане был свой резиновый динозавр. Трицератопс. А у неё - Паразоуралоф. Так вот, Соня еще тогда научила меня ничего не бояться. С того дня - Соня мой Трицератопс. А я её - Паразоуралоф

С тоской смотрит на динозавра.

Кирилл:

Ночь. Улица. Фонарь. Аптека.

Не сделать лучше, хоть убей;

Посредственному человеку

Не написать сильней, точней.

Я вижу так же, слышу то же,

Но все слова как пенопласт.

Своей унылой скучной рожей

Способен лишь на копипаст.

Я – лишь пустая оболочка,

А вместо мозга пономарь

Долдонит всё чужую строчку:

Аптека. Улица. Фонарь.

ЗАТЕМНЕНИЕ

8 СЦЕНА. ПРОБЛЕСК ИСТИНЫ.

Коридор музыкальной школы. На скамейки сидит закомплексованная, не очень ладная по внешности, девочка. Флейта девочки лежит на соседнем стуле. Девочка Валя пишет в блокноте.

Валя: ой. Я сейчас уйду

Кирилл: ты что, ты пиши! Я не знал, что ты здесь.

Валя: да я не пишу ничего… Я так.

Кирилл: Валя

Валя(раскраснелась): откуда ты знаешь, что я Валя?

Кирилл: тебя все знают. Слушай,  ты прямо вот так музыку пишешь? Из головы, без инструмента?

Валя: а зачем инструмент?  Я и так слышу…

Кирилл: ничего себе… А у тебя всегда это было? Ну, музыка в голове?

Валя: всегда

Кирилл: знаешь, Валя, я ведь тоже пишу. Музыку. Ну, пробую. Иногда кажется – как здорово у меня получилось, как красиво. А потом – бац, и понимаешь: очень похоже, например, на Рахманинова. Только у него лучше.

Валя улыбнулась половиной рта.

Валя: нет ведь ничего удивительного, если человек рисует, да?  Или пишет сочинение. Это обычно; это и в школе задают. А вот музыка – необычно. Просто если бы этому учили в школе, все бы писали. Ничего такого.

Молчат.

Валя: я однажды была в гостях. И там на всех стенах рисунки, совсем детские: ваза с тремя цветками, рыбы в речке, домик. Радуга. Видно, что родители так гордятся своим ребёнком. А ребёнку лет десять. Взрослый. Понимаешь? То есть я тогда подумала: надо же, так радуются, считают, что он художник!

Кирилл: Может, они вспоминают, как он был маленьким?

Валя: нет. Оказалось, он больной. Не говорит. Совсем. И рисовать начал только в этом году. А раньше не хотел. И они этому радуются, понимаешь! Тому, что он делает обычное, как все дети. Понимаешь? Вот нам хочется необычного, прыгать выше головы. А эти родители хотят, чтобы их ребёнок пошёл в обычную школу, пусть и позже на три года. И радуются этим трём тюльпанам, нарисованным в шаблонной вазе. Понимаешь?

Валя вдруг решилась посмотреть Кириллу прямо в глаза.

Валя: мы теряем радость от обычной жизни. Если попробуешь необычного – это как наркотик. Хочется ещё и ещё. Ты отравлен.

Кирилл: а ты хотела бы быть обычной?

Валя: я обычная. Самая обыкновенная. Просто люди редко пишут музыку. А так, если бы все писали – моя музыка ничем не лучше трёх цветков в вазе. Так все могут. А до чего-то необыкновенного мне лететь и лететь. Мне пора домой.

Валя встаёт, забирает скрипку, уходит. Звонит телефон.

Кирилл: Тётя Лида? Как … убили? Я сейчас приеду, слышишь? При-е-ду!

Быстрая тревожная музыка. Смена локаций. Скамейка, рядом с ней лежит свёрток. Кирилл с виолончелью прибегает к Тёте. Снимает куртку, отдаёт её Тёте, та начинает плакать в куртку.

Тётя Лида(шепчет): кот там, за скамейкой (вытирает слёзы)

Кирилл: не могу смотреть... кажется, его кирпичом. Ой, вот ведь и кирпич. Не могу.. (снимает с себя рубашку, укутывает). Тётя Лида!!!

Тётя Лида: ну что ещё?

Кирилл: он живой! Срочно! В ветеринарку!

Убегают. Виолончель остаётся у скамейки. Быстрая и тревожная музыка (Моцарт).

Кирилл вбегает к скамейке, из тени выходит человек. Это Константин Михайлович.

Константин Михайлович: твоя?

Кирилл: моя... вы..

Константин Михайлович: увидел и сторожил..

Кирилл: столько времени вы тут.. Холодно!

Константин Михайлович: я случайно подслушал, как вы разговаривали. Как ваш кот? Твоя мама с ним осталась?

Кирилл: это не мама, а Тётя.

Константин Михайлович: я и подумал, что не мама... слишком.. Кхм.. Молодая для мамы (улыбается).

Кирилл: спасибо Вам! Вы же меня спасли!

Константин Михайлович: да не за что! Тёте привет! И коту!

Возвышение. Кирилл сидит с телефоном наверху.

Кирилл: Соня ходит одна, будто что-то случилось.. (набирает сообщение) как дела?

(читает ответ): «Питер отменяется»

Пишет ответ: «Почему?!!»

Читает сообщение: «Я уезжаю»

Ответ: «Куда?!»

Сообщение: «В Ригу».

Ответ: «То есть только у тебя отменяется?»

Сообщение: «Ну да. Повеселитесь там без меня».

Чёрт. Ну как так можно, почему она уезжает?!

Кирилл пишет: «Я тогда тоже не поеду»

 Размечтался, как дурак! Нет, ничего хорошего у меня в жизни быть не может, такой уж я человек.

Читает ответ: «Перестань. Поедешь, посмотришь. Будешь мне писать, как там и что».

Поеду. Без Сони.

Писать? Всю поездку писать Соне; надо будет узнать про льготные тарифы на телефон.

Интересно, а Моцарт поедет? Наверное, его не отпустят. Куда же он без Сони.

Мне кажется, это я виноват. Если бы я очень хотел и постоянно думал только о Соне, она бы поехала. А я с Валей трепался.

Отец кричит: Кирилл! Где ты есть? Опоздаешь же!

9 СЦЕНА. САЛЬЕРИ ТРАВИТ МОЦАРТА.

Набережная. Одноклассники смотрят в одну сторону, Лёва -  в другую, Кирилл- на Лёву.

Экскурсовод: Ну что же, как вы видите, уже виднеется Петропавловская Крепость.. Давайте подойдем поближе.

Все уходят, Лёва застыл на месте, бурчит что-то под нос. Кирилл идёт за всеми, оборачивается - Лёва стоит. Замер на месте, растерялся: смотрит то на экскурсовода и уходящую толпу, то на Лёву, который мечтательно смотрит в небо. Толпа уходит, Кирилл неотрывно смотрит на Лёвку. Лёва медленно спускается вниз к воде.

В этот момент идёт игра света. Когда говорит Кирилл монолог - пушка освещает его и его эмоции. Когда Лёва - наоборот. Пластическая зарисовка противостояния и борьбы.  В конце обе стороны приходят к принятию и примирению.

Кирилл: Вот псих! Нет, я понимаю, ему трудно жить. Но он гораздо умнее меня, да всех в классе. Я уже привык. Ну и пускай.

Лёва: Я не странный, я не псих. Я нормальный! Это все остальные странные. То, что в музыке считалось странным, потом, между прочим, становилось классикой. Вот кто псих и ненормальный, так это Комлев...

Кирилл: Все ушли, а он даже не заметил. Ну псих же! Вот и пусть как хочет теперь! Пусть!

Задумался, молчит.

 Он как будто... Не хочу этого признавать.. Но он как будто хрупкий что ли.. Остался один, в чужом городе.. Испугается же. А вдруг что произойдет. Нет, точно псих.

Лёва оборачивается, смотрит на Кирилла. Отворачивается

Лёва: Кирилл Комлев - квадратное имя. Имя и фамилия на "К".  Можно вписать в квадрат.Это же ужас. Кирилл Комлев. Ужас.

Кирилл: Как-то мне рассказали такую притчу: один человек умер и спрашивает у Бога: зачем я жил? В чём было мое предназначение? А Бог ему отвечает: помнишь, вы у Петрова день рождения отмечали, и тебя попросили соль передать? Вот оно и есть. Для этого момента ты и жил; соль передал, справился, зачет. Может, я и не стану таким великим музыкантом, как он? Может моё предназначение не быть таким же умным? Может моё предназначение помочь Лёве? Он хрупкий , понимаете? ХРУП-КИЙ! Он же один не справится...

Кирилл медленно подходит к Лёве.

Кирилл: Лёва, не бойся, я здесь, с тобой.

Вдруг Лёва хватает его за руку и тащит в воду. Кирилл падает. Лёва тоже. Быстро встает из воды, смотрит на Комлева Кирилла сверху.

Кирилл: ну чего ты стоишь? Руку мне подай! Я вообще-то испугался, помочь решил! Все ушли, а ты остался! Вот и решил помочь! А ты меня в воду!

Лёва: ушли?!

Кирилл: да, ушли!

Лёва подает руку, достаёт Кирилла.

Лёва: что нам делать? Что нам делать?

Кирилл: ждать. Они вернутся, когда поймут, что нас нет.

Лёва и Кирилл садятся на скамейку. Заикаясь, Лёва напевает Моцарта.

Кирилл: 21 концерт Моцарта?

Лёва: вроде да, не помню.

Кирилл: ты музыку пишешь, да?

Лёва: ну и что?

Кирилл: ты не думаешь, может всё искусство двигается по спирали? Куда ведет эта спираль? К какой точке?

Лёва: почему к точке? Она же не сжимается. А, наоборот, расширяется. Бесконечно. В космос. Откуда ты вообще знаешь мою музыку?

Кирилл: мне Соня показала. Она всё время про тебя говорит, какой ты гений.

Лёва: Соня? Нет. Соня всё время про тебя говорит.

Кирилл: что?..

Лёва: примерно… примерно восемьдесят пять процентов того, что она говорит – про тебя. Какой Кирилл умный, какие у него стихи, какая музыка. Тебе, может, чаю купить?

Кирилл: чего?

Лёва: чаю. Горячего. Чтобы не заболеть. У т-тебя зубы стучат! Смешно так. Д-д-д!

Лёва смеётся и изображает, как Кирилл дрожит.

Лёва: ты знаешь, Кирилл, бывает такой серо-зелёный, это ми-минор, знаешь? Такой… Такой, как глаза бывают. Вот у Сони. Да, Соня тебя любит.

Кирилл: что? С чего ты взял!

Лёва: она мне сама сказала

Кирилл: врёшь ты всё!

Лёва: никогда не вру. Не научился. Ты знаешь Сонин адрес?

Кирилл: конечно. Мы же соседи!

Лёва: да нет, новый, в Риге. Она же уехала.

Кирилл: не насовсем же уехала!

Лёва(испуганно): насовсем. Разве она тебе не сказала?

Кирилл испуганно смотрит вдаль. 21 концерт Моцарта звучит все громче и громче. Затемнение.

10 СЦЕНА. НАВСЕГДА!

Луч света падает на Кирилла. Возвышенность.

Кирилл(говорит очень искренне, взвлонованно и радостно): жизнь и правда прекрасна и удивительна. Особенно сейчас.

У Лиды оказалась какая-то конференция в Риге, и она предложила взять меня с собой. Если я сдам экзамены без троек. Я сдал всё, даже алгебру. А геометрию не смог, хотя Лёва мне объяснял довольно толково.

Мы с ним пришли к Эпплу. И я сказал, что никогда раньше ничего не просил и всё понимаю. Что это нечестно, и он не имеет права – но сейчас прошу четвёрку вперёд, в следующем году я исправлю. Потому что мне умереть как надо в Ригу.

И Лёвка ляпнул: Кирилл едет к Соне. К нашей Соне, которая уехала. А с тройкой его не пустят. А геометрию он выучит, мы обещаем. Мы.

…Ведь Лёва не должен был мне помогать, а?..

Эппл сказал, что так нельзя. Что он не может. Но если в этом моё счастье… В общем, четвёрку я получил.

Спускается вниз, тёплый свет. Стол. За ним сидит Тётя Лида, Кирилл садится рядом.

Кирилл: что у тебя за конференция?

Тётя Лида: соотношение шипящих и рычащих в поэзии двадцатых и тридцатых годов.

 Кирилл: что, серьёзно, что ли?!

Тётя Лида: вот балда (расхохоталась )

Кирилл: подожди… но конференция вообще есть?

Тётя Лида покачала головой.

Тётя Лида: Слушай, Кирилл. А Костя этот нормальный вообще?

Кирилл: какой ещё Костя?

Тётя Лида: да учитель твой, который мой сосед.

Кирилл: А, Эппл! Ну, как сказать... Математик он!

Тётя Лида: да я уже поняла, что математик! Напросился на кофе и два часа объяснял теорию струн!

Кирилл: ого! А ты ему про раннего Блока?

Тётя Лида: про позднего... откуда ты знаешь?

Кирилл: ты зачем тогда спрашиваешь, нормальный он или нет?

Тётя Лида: я ему ключи оставила. Кошек кормить.

Кирилл: Что? Кто?! Кому?! …. Слушай, тётя Лида, он в общем, такой же нормальный, как и ты.

Тётя Лида: Сомнительная, прямо скажем, характеристика.

Кирилл: по крайней мере, за своих котов можешь не переживать!

ЗАТЕМНЕНИЕ.

Полная темнота. Прожектором высвечивается Кирилл и Соня. (21 концерт Моцарта на фоне)

Соня: я никак не верила, что ты приедешь

Кирилл: Сонька! Ты мой Трицератопс навсегда!

Соня: Навсегда?

Кирилл: Навсегда!

Лёва:  Сегодня я стал подбирать ноты. И все звучит как надо!! Может, завтра окажется, что я ерунду написал, но сейчас мне нравится!

Девочки: мне нравится!

Пластическая сцена. Кирилл и Соня счастливые и влюбленные. Лёва, выбегает, записывает идеальную мелодию. Он счастлив. Появляются Константин Михайлович и Тётя Люда , присоединяются к лирической сцене. Заметная влюбленность.

Поклон.