Лекции по Новейшей истории
учебно-методический материал на тему

Бакашов Александр Николаевич

Лекции для студентов 1-2 курсов, сестринского и акушерского отделений, в рамках дисциплины "Новейшая история"

Скачать:

ВложениеРазмер
Файл lektsiya_1.docx56.8 КБ
Файл lektsiya_2.docx35.45 КБ
Файл lektsiya_3.docx94.15 КБ
Файл lektsiya_4.docx53.57 КБ
Файл lektsiya_5.docx50.62 КБ
Файл lektsiya_6.docx98.71 КБ
Файл lektsiya_6_dopoln.docx33.58 КБ
Файл lektsiya_7.docx79.24 КБ
Файл lektsiya_8.docx47.29 КБ
Файл lektsiya_9.docx35.09 КБ
Файл lektsiya_10.docx83.17 КБ
Файл lektsiya_11.docx39.07 КБ
Файл lektsiya_11.dopolnenie.docx26.61 КБ
Файл lektsiya_12.docx42.08 КБ
Файл lektsiya_13.docx49 КБ
Файл lektsiya_13.dopolnenie.docx29.09 КБ
Файл lektsiya_14.docx19.87 КБ
Файл lektsiya_15.docx35.86 КБ
Файл lektsiya_16.docx48.36 КБ
Файл lektsiya_17.docx33 КБ
Файл lektsiya_18.docx35.93 КБ
Файл lektsiya_19.docx42.22 КБ
Файл lektsiya_20.docx30 КБ
Файл lektsiya_21.docx32.82 КБ
Файл lektsiya_22.docx37.68 КБ

Предварительный просмотр:

Хронология мировой истории - новейшее время

Дата

Историческая эпоха, событие

1917 XI 7

"Великая октябрьская" революция в России

Новейшее время, начало

1917 XI - 1918 III

Период "триумфального шествия советской власти" в России

1918 - 1923

Подъем рабочего движения в капиталистических странах, росто национально-освободительного движения в колониях в связи с революцией в России

1918 III 3

Подписание Брестского договора (сепаратный мир Германии и России)

1918 - 1920

Гражданская война в России
Распад Российской империи

1918 VII

Принятие конституции РСФСР

1918-1992

Существование Чехословакии

1918 XI 11

Восстановление независимости Польши

1918-19

Революция в Германии
Аннулирование Россией кабальных условий Брестского мира

1919

Третья англо-афганская война

1919 III 21 - VIII 1

Советская республика в Венгрии

1919 IV-VI

Баварская советская республика

1919

Движение "4 мая" в Китае

1919 VI 28

Подписание Версальского мирного договора, завершение первой мировой войны

1919-22

Общенациональная кампания гражданского неповиновения в Индии

1919-45

"Веймаровская республика" в Германии

1920

Установление фашизма в Венгрии

1920

II конгресс Коминтерна

1921

Создание независимой Монголии

1922-91

Существование СССР - Союза Советских Социалистических Республик

1922

Установление фашистской диктатуры в Италии

1923

Образование рабочего социалистического интернационала
Установление фашистского режима в Болгарии

1924

Утверждение I конституции СССР

1925-27

Национальная революция в Китае

1926

Установление фашистских режимов в Польше, Литве

1929

Фашистский режим в Югославии

1929-33

Мировой экономический кризис

1929

Начало массовой коллективизации в СССР

1930-31

Кампания гражданского неповиновения в Индии

1931-45

Интервенция Японии в Китай, занятие значительной части Китая

1932-35

Война Боливии с Парагваем

1933

Установление фашистских режимов в Австрии, Германии, Португалии
Создание телевидения (СССР)

1934

Установление фашистской диктатуры в Латвии
Попытка фашистского путчя во Франции

1935-36

Оккупация Италией Эфиопии

1936

Победа народного фронта на парламентских выборах в Испании и Франции
Антикоминтерновский пакт
Занятие Германией Рейнской демилитаризованной зоны
Установление фашистского режима в Греции
Приянтие II конституции СССР

1936-38

Массовые репрессии в СССР

1936-39

Гражданская война в Испании

1937

Начало нового мирового экономического кризиса

1938

Установление фашистского режима в Румынии
Захват Германией Австрии (III), Судетской области Чехословакии (X)

1938-39

Советско-японские пограничные конфликты

1939

III Полный захват Чехословакии Германией

III Захват Германией Гданьска(Польша) и части Литвы
IX Захват Германией Польши. Начало второй мировой войны

1939

Установление фашистской диктатуры в Испании

1939 XI-40 III

Война СССР и Финляндии

1940

Образование Народной республики Монголия
Оккупация Германией Дании, Норвегии, Нидерландов, Бельгии, Люксембурга, Румынии и Венгрии, большей части Франции
Итальянское наступление на Египет (принадлежал Англии) и его провал
Оккупация Англией итальянских колоний в Африке

1941

Военные действия Германии в Африке
Оккупация Германией Болгарии, Югославии, Греции

1941 VI 22

Нападении Германии на СССР. Начало Великой Отечественной войны

1941 VII-IX

Смоленское сражение. Оборона Киева

1941-42

Образование антифашистской коалиции

1941 XII

Контрнаступление войск СССР под Москвой

1941 XII 7

Начало японо-американской войны на Тихом океане, захваты Японии в Индокитае

1942

Пуск первого в мире ядерного реактора (СССР)
Оккупация Японией Малайи, Бирмы, Индонезии, Филиппин, Сингапура, Гонконга, части Индии и др.

1942 XI

Высадка союзных войск в Северной Африке

1942 VII - 43 II

Сталинградская битва

1943

Роспуск Коммунистического Интернационала (Коминтерна)

1943

Крах фашистского режима в Италии

1943 I

Прорыв блокады Ленинграда

1943 VII-VIII

Курская битва

1943 VII

Оккупация англо-американскими войсками Сицилии

1943 XI-XII

Тегеранская конференция глав антифашистской коалиции

1944

Полное освобождение СССР и начало освобождения Европы

1944 VI

Открытие второго антифашистского фронта в Европе англо-американскими войсками

1945 II

Ялтинская конференция глав антифашистской коалиции

1945 V 8

Безоговорочная капитуляция Германии

1945 VII-VIII

Потсдамская конференция глав антифашистской коалиции

1945 VIII 9

Вступление СССР в войну с Японией

1945 VIII 6,9

Первое в мире боевое применение ядерного оружия (США в Японии).

1945 VIII

Провозглашение республики Индонезия

1945 IX 2

Безоговорочная капитуляция Японии. Окончание второй мировой войны
Провозглашение демократической республики Вьетнам

1945

Создание организации объединенных наций (ООН)

1945-54

Франко-вьетнамская война

1946-49

Гражданская война в Китае

1946-53

Франко-лаосская война

1946-54

Война Сопротивления во Вьетнаме

1946 VI

Провозглашение Италии республикой

1946 XII

Установление во Франции "Четвертой республики"

1947

Ликвидация монархии в Румынии

1947 VIII

Провозглашение суверенитета в Индии

1948

Окончательный раздел Кореи на северную и южную. Провозглашение Корейской Народно-демократической республики
Образование государства Израиль

1948-49

Первая арабо-израильская война

1948 II

Провал попытки переворота в Чехословакии

1949 IV

Создание северо-атлантического блока

1949 IX

Образование федеративной республики Германия

1949 X 1

Образование Китайской народной республики

1949 X

Образование Германской демократической республики

1949

Образование совета экономической взаимопомощи стран социалистического блока (СЭВ)

1950 I

Образование республики Индия

1950-53

Война между южной и северной Кореей с участием Китая и США

1950-73

Разделение Вьетнама на северный и южный

1950-75

Американо-вьетнамская война

1952 VII

Национальная революция в Египте

1952 X

Переименование ВКП(б) в КПСС

1953

Антикоммунистический мятеж в ГДР и его подавление
Первое в мире испытание термоядерной бомбы (СССР)

1954

Освоение целины в СССР

1954-62

Франко-алжирская война

1955 V

Заключение Варшавского договора "о дружбе, сотрудничестве и взаимопомощи" восточно-европейских стран (ОВД)

1956 II

XX съезд КПСС

1956 X - XI

Англо-франко-израильская агрессия против Египта и ее провал
Провал антикоммунистического мятежа в Венгрии

1957

Создание Европейского экономического сообщества (ЕЭС)

1957 X 4

Запуск первого в мире спутника Земли (СССР)

1958

Переворот и установление "Пятой республики" во Франции

1958-60

Политика "большого скачка" в Китае

1959 I 1

Победа народной революции на Кубе

1959

Берлинский кризис. Создание стены вокруг западного Берлина

1960

Образование в Африке 17 суверенных государств ("год Африки")

1961 IV 12

Первый в мире полет человека в космос - Юрий Гагарин (СССР)

1962 IX

Провозглашение Алжирской народно-демократической республики

1962

Карибский кризис. Блокада Кубы США. Угроза 3 мировой войны - ядерной войны

1963 VIII

Подписание договора о запрещении ядерных испытаний

1964-73

Агрессия США во Вьетнаме

1966-76

Политика "культурной революции" в Китае

1967 VI

Вторая арабо-израильская война

1968 VIII 21

Ввод войск ОВД в Чехословакию

1969

Пограничные конфликты США и Китая

1969 VII 21

Первые люди на Луне (США)

1970 III

Вступление в силу договора о нераспространении ядерного оружия

1972 V

Советско-американские переговоры в Москве

1973 I

Подписание соглашения о прекращении войны во Вьетнаме

1973 VI

Советско-американские переговоры в США

1973 X

Военный конфликт на Ближнем Востоке

1975 VIII 1

Подписание в Хельсинки договора по безопасности и сотрудничеству в Европе

1976 VII

Провозглашение социалистической республики Вьетнам

1977

Принятие 3 конституции СССР

1979 VI

Советско-американские переговоры в Вене

1979 XII

Ввод советских войск в Афганистан

1980 IX - 88 II

Ирано-иракская война

1981-83

Военное положение в Польше

1982

Третья арабо-израильская война

1982 VI

Принятие СССР обязательства первым не применять ядерное оружие

1983

Вторжение войск США на Гренаду

1985 IV

Пленум ЦК КПСС

1985-86

Советско-американские встречи на высшем уровне в Женеве

1987 XII

Советско-американский договор о ликвидации ракет средней и малой дальности

1988 IV

Соглашение о выводе войск СССР из Афганистана

1988 XI

Провозглашение государства Палестина

1989-90

Свержение коммунистического правления в странах центральной и юго-восточной Европы

1989 II 15

Завершение вывода советских войск из Афганистана

1989 V-VI

I съезд народных депутатов СССР

1989 III

Вторжение войск США в Панаму

1990 VIII - 91 II

Оккупация Ираком Кувейта

1990 V-VI

Советско-американская встреча на высшем уровне в Вашингтоне

1990 IX-X

Объединение Германии

1990 XI

Подписание "Парижской хартии" для новой Европы

1991 I-II

Освобождение Кувейта войсками ООН (в основе - войска США) от иракских войск

1991 III

Референдум в СССР о сохранеии Союза. Положительный ответ народа.

1991 VI-VIII

Подготовка нового союзного договора

1991 VII-VIII

Договор СНВ-1 и его подписание в Москве

1991 VIII

Попытка государственного переворота в СССР

1991 XII

Создание СНГ. Роспуск СССР

1991-92

Гражданская война в Югославии и распад этого государства

1992-93

Грузино-абхазский конфликт.Образование независимой Абхазии

1992-96

Гражданская война в Боснии и Герцеговине

1993 I 1

Разделение Чехословакии на Чехию и Словакию

1993 III-X

Политический кризис в России

1993 IX

Создание палестинской автономии в Израиле

1993 X

Вооруженное восстание в Москве

1994 I

Начало работы V государственной думы и федерального собрания в России

1994 XII - 96 VII

Война в Чечне

1995

Война между Эквадором и Перу

  1. Введение. Россия и мир в новейшее время

19181939 годы

для обозначения периода с 1918 по 1939 год, то есть промежутка между Первой и Второй мировыми войнами обычно используется термин Интербеллум.

Основные события:

Основные изобретения:

19391945 годы

Основные события:

Основные изобретения:

Вторая мировая война

Основная статья: Вторая мировая война

Вторая мировая война (1 сентября 1939[2] — 2 сентября 1945[3]) — война двух мировых военно-политических коалиций, ставшая крупнейшей войной в истории человечества (мировая война). В ней участвовало 61 государство из существовавших на тот момент (80 % населения земного шара[4]). Боевые действия велись на территории трёх континентов и в водах четырёх океанов. Единственный конфликт, в котором было применено ядерное оружие[5].

19451991 годы

Первый искусственный спутник Земли — символ вступления человечества в космическую эру.

Основные события:

Основные изобретения:

1991 год — Настоящее время

Основные события:

Основные изобретения:

Без точной даты

  • Значительное уменьшение влияния церкви на повседневную жизнь в развитых странах.
  • Появление массовой культуры.
  • Население планеты увеличивается: от 1 млрд в 1820, до 2 млрд в 1930, 3 млрд в 1960, 4 млрд в 1974, 5 млрд в 1988, 6 млрд в 2000, 7 млрд в 2011. 9,3 млрд прогнозируется к 2050 году.

Эпоха Новейшего времени

  В начале этой лекции сделаем две важные оговорки. Во-первых, о том, что относительно отсчета эпохи Новейшего времени у историков нет единого мнения. Если раньше безоговорочно считалось, что рубежом Нового и Новейшего времени являются Первая мировая война и Революция 1917 г. в России, то теперь нередко к Новейшему времени стали относить весь XX в. Однако мы исходим из прежних представлений. Во-вторых, о том, что мы будем рассматривать не всю эпоху Новейшего времени, а только первую ее половину — до конца Второй мировой войны — с тем, чтобы более поздние политические и экономические проблемы затронуть уже в лекциях не по историко-географическому введению, а по современной политической карте мира, современному мировому хозяйству и т. д.

Начнем с рассмотрения политико-географических и экономических последствий Первой мировой войны. Несмотря на глобальный характер международных противоречий политико-географические последствия прежде всего коснулись Европы, политическая карта которой претерпела большие изменения под влиянием Версальской системы мирных договоров, заключенных с пятью странами, потерпевшими поражение в этой войне. Первым из них был подписан собственно Версальский договор с Германией.
Это произошло в Зеркальном зале Версальского дворца 28 июня 1919 г., т. е. ровно через пять лет после убийства в Сараево наследника австро-венгерского престола эрцгерцога Франца-Фердинанда. Напомним, что именно этот исторический эпизод привел к началу Первой мировой войны.
Согласно Версальскому договору Германия была вынуждена уступить 13% своей территории (с 10% населения) Франции, Бельгии, Дании, Польше, Литве. Другим важнейшим изменением на политической карте Европы стал распад многонациональной «лоскутной» Австро-венгерской империи, на месте которой образовались Австрия, Венгрия, Чехословакия, Югославия (до 1929 г. она называлась Королевством сербов, хорватов и словенцев), а Польша, Румыния и Италия получили значительное приращение территории. Кроме того, Болгария и Турция были вынуждены отдать часть своих территорий Греции. В результате карта Европы приобрела во многом иной вид (рис. 26).
Политико-географические изменения произошли после войны и в других частях света. Германия лишилась всех четырех своих колоний в Африке, а Турция потеряла владения в Передней Азии. Но ни те, ни другие не стали независимыми государствами. Учрежденная в 1919 г. для развития сотрудничества между народами и укрепления мира и безопасности Лига Наций, сославшись на то, что народы этих территорий «не способны самостоятельно управлять собой», выдала мандаты на управление ими державам-победительницам. Так на политической карте появились мандатные (подмандатные) территории: в Африке — Танганьика, Того, Камерун, Юго-Западная Африка, в Передней Азии — Палестина, Трансиордания, Ирак (мандаты Великобритании), Сирия и Ливан (мандаты Франции).
Следовательно, на колониальную систему империализма Первая мировая война особенно большого влияния не оказала. За исключением германской, все остальные колониальные империи сохранились, а британская и французская даже увеличились. Например, в 1923 г. колонии Великобритании занимали 35 млн км2 с населением более 400 млн человек, Франции — 12 млн км2 с населением 55 млн человек. По площади колонии Великобритании превосходили метрополию в 176 раз! Почти вся Африка так и оставалась колониальной. Доля же колониальных владений (с мандатными территориями) в площади всего мира составляла 45%, а в населении 32%.

Но этим политические последствия Первой мировой войны отнюдь не ограничивались. Вы должны представлять себе, что после войны произошел небывалый до того подъем революционного движения. В Европе революции произошли в Германии, которая из империи стала республикой, в Венгрии, в Азии — в Турции, Иране, Монголии, Китае, в Африке — в Египте, в Латинской Америке — в Мексике. Но наиболее масштабные революционные события произошли в этот период времени в России, которая стала центром поддержки революционных сил во многих других странах. Хотя значение и результаты Октябрьской революции в последнее время, как вы знаете, подверглись переоценке, ее особую роль в новейшей истории мира все же трудно отрицать. Ведь после нее мир действительно раскололся на две системы — социалистическую и капиталистическую. Еще одним важнейшим событием в этом ряду стало объединение в декабре 1922 г. четырех советских республик, появившихся на территории бывшей Российской империи, и образование Союза Советских Социалистических Республик (СССР).
Теперь давайте рассмотрим экономические последствия Первой мировой войны. Априори можно предположить, что наиболее тяжелыми они стали для побежденных в этой войне стран. Так, в Германии промышленное производство составило лишь немногим более 1/3 от довоенного уровня, транспортная система была разрушена, внешние экономические связи дезорганизованы. Страну, вынужденную заплатить Англии и Франции большие репарации, прямо-таки захлестнула гиперинфляция. Но длительная война крайне отрицательно сказалась и на экономике стран-по- бедительниц. В ходе нее Англия потеряла половину своего торгового флота, связи метрополии с колониями нарушились, а долг Соединенным Штатам был таким огромным, что на его погашение приходилось ежегодно тратить до 40% государственного бюджета. Во Франции за годы войны промышленное производство сократилось на 2/5, сельскохозяйственное на 1/3. А говоря о России нужно иметь в виду не только Первую мировую, но и Гражданскую войну 1917—1922 гг., в результате которой от голода, болезней, террора и боевых действий погибло (по разным оценкам) от 8 до 13 млн человек. Промышленное производство было почти полностью парализовано, а сельскохозяйственное сократилось почти вдвое (весной 1918 г. в Петрограде по карточкам выдавали 50 г хлеба, в Москве 100 г).
Единственной страной, экономика которой за годы Первой мировой войны значительно выросла, оказались Соединенные Штаты, которые вступили в эту войну на стороне Антанты только в 1917 г. (но уже к лету 1918 г. сумели перебросить в Европу около 1 млн военнослужащих). За годы войны промышленное производство в США значительно выросло. Еще важнее, что эта страна стала мировым финансистом, и Нью- Йорк как финансовый центр превзошел Лондон. США укрепили свои торговые позиции а Канаде, Латинской Америке, да и в самой Европе. По основным экономическим показателям они намного опередили все остальные страны, став лидером капиталистического мира. Это означало, что эпоха евроцентрализма, характеризовавшая новое время, закончилась.
Охарактеризованные нами изменения в расстановке сил сказались на всем экономическом развитии мира в межвоенный период. Начало его было более или менее обнадеживающим. После Первой мировой войны все ведущие страны приступили к восстановлению своего хозяйства, к его перестройке на новой технической основе. При этом больше всего времени для преодоления послевоенного экономического хаоса потребовалось Германии и России. Но в конечном счете экономическая стабилизация была достигнута. А в США, более того, наступил период экономического процветания («просперити»).
Однако так продолжалось только до конца 1929 г., когда разразился самый глубокий и продолжительный за всю историю капитализма экономический кризис 1929 — 1933 гг., получивший наименование «Великой депрессии». Кризис, начавшийся в США 29 октября финансовым крахом на Нью-Йоркской фондовой бирже, наиболее сильно затронул именно эту страну. За годы кризиса промышленное производство и доходы на душу населения в США сократились почти вдвое, обанкротилась значительная часть банков, а безработица схватила десятки миллионов людей. Чтобы выйти из «Великой депрессии» США потребовалось несколько лет, и это удалось осуществить только благодаря решительному «Новому курсу» президента Франклина Рузвельта, который предусматривал беспрецедентное вмешательство государства в важнейшие сферы жизни страны, включая регулирование экономики.

Такое вмешательство можно продемонстрировать на примере одного из проектов региональной политики. В 1933 г. Рузвельт подписал закон о создании Администрации долины реки Теннесси (ТВА), перед которой была поставлена задача преобразования этого довольно отсталого района американского Юга. Здесь началось сооружение десятков плотин и ГЭС, затем ТЭС, а после Второй мировой войны и АЭС, так что их общая мощность ныне достигает 40 млн кВт. В результате, по словам нашего ведущего географа-американиста Л.В. Смирнягина, «ТВА успело поистине преобразовать край» и тем самым «выполнило задачи, поставленные перед нею в 30-х гг.».
Экономический кризис 1929—1933 гг. сильно затронул и страны Западной Европы. В Германии за эти годы промышленное производство сократилось на 40%, во Франции — на 30%, в Великобритании — на 25%. Но и после окончания кризиса, во второй половине 30-х гг., новый подъем экономики так и не произошел — за исключением Советского Союза, который в годы довоенных пятилеток по темпам экономического роста намного обошел капиталистические страны. В результате его доля в мировом промышленном производстве заметно возросла (табл. 2).
Доля великих держав в мировом промышленном производстве (%),
1920-1938 гг.
Таблица


Страны


1920 г.


1929 г.


1932 г.


1937 г.


1938 г.


США


45,0


43,3


31,8


35,1


28,7


СССР


3,0


5,0


11,5


14,1


17,6


Германия


4,4


11,1


10,6


11,4


13,2


Великобритания


8,0


9,4


10,9


9,4


9,2


Франция


5,2


6,6


6,9


4,5


4,5


Япония


2,0


2,5


3,5


3,5


3,8


В курсе экономической и социальной географии всегда нужно обращать особое внимание на развитие международного, географического разделения труда. И надо признать, что период между двумя мировыми войнами был в этом отношении одним из самых неблагоприятных. Сначала международные экономические связи были дезорганизованы Первой мировой войной. Еще не будучи полностью восстановленными, они снова подверглись тяжелым испытаниям во время кризиса 1929—1933 гг., когда страны старались повысить таможенные барьеры и осуществлять своего рода сверхпротекционизм. В результате на протяжении всего межвоенного периода международная торговля фактически топталась на месте. Вот почему этот период нередко называют периодом дезинтеграции мирового хозяйства. Но 30-е гг. XX в. стали не только временем тяжелых экономических испытаний, но и временем образования двух очагов международной напряженности, один из которых возник в Азии, а другой — в Европе. Первый из них был связан с политикой Японии, а второй — Германии.

Япония в этот период развивалась как милитаристское государство, которое искало выход из экономического кризиса прежде всего во внешней экспансии. Сначала, в 1931—1932 гг. она захватила китайскую территорию — Маньчжурию, создав там марионеточное государство Маньчжоу-го («Государство маньчжуров»). Затем, в 1937 г., воспользовавшись гражданской войной в Китае, она вторглась в восточную и южную части этой страны, захватив ее важнейшие экономические центры — Шанхай, Нанкин, Ухань, Кантон. Более того, Япония напала на Монгольскую Народную Республику (Халхин- гол) и советское Приморье (озеро Хасан), но встретила там отпор Красной армии. К концу 30-х гг. Япония вышла из Лиги наций, еще более усилила милитаризацию и государственное регулирование своей экономики.

В Германии в условиях кризиса 1929—1933 гг., из которого правительство никак не могло найти выхода, стало быстро расти влияние возглавляемых Гитлером национал-социалистов, что привело к установлению в 1933 г.

фашистской диктатуры и дальнейшей милитаризации не только экономики, но и всей общественной жизни. Уже через несколько лет Германии удалось по своему экономическому потенциалу опередить все другие страны Западной Европы.
Вы, наверное, слышали, что нацисты именовали свою страну «Третьим Рейхом», или буквально третьей империей, третьим царством. Этот термин был заимствован ими из средневековых мистических учений о трех царствах. Историческим воплощением первых двух царств нацисты считали средневековую Священную Римскую империю и Германскую империю, существовавшую в 1871 — 1918 гг. А третьим или «тысячелетним» Рейхом была объявлена фашистская Германия.

В 1936 г. произошло официальное оформление германоитальянского блока (в Италии фашисты пришли к власти еще в 20-е гг.) и в том же году к этому блоку присоединилась Япония. Так возник Антикоминтерновский пакт, который получил геополитическое наименование «ось Берлин — Рим — Токио». Первую крупную победу фашизму удалось одержать в Испании, где гражданская война 1936—1939 гг. закончилась победой генерала Франко. А затем начались прямые территориальные захваты Германии в Европе. В1938 г. произошел захват Австрии, которая была официально включена в состав «Третьего Рейха» под названием Остмарк. В том же году по Мюнхенскому соглашению с Великобританией и Францией было положено начало расчленению Чехословакии, а в 1939 г. это расчленение было завершено. На таком фоне, конечно, весьма странным выглядел заключенный в августе 1939 г. советско-германский пакт о ненападении, который историки долго оправдывали стратегическими интересами Советского Союза, но затем стали оценивать его с гораздо более критических позиций.

Два очага международной напряженности, о которых мы только что говорили, закономерно переросли во Вторую мировую войну. Эта война, подготовленная силами мировой реакции и развязанная фашистскими государствами — Германией, Италией и Японией, началась как война двух империалистических группировок, каждая из которых преследовала свои геополитические цели. Так, Германия в первую очередь добивалась ревизии Версальской системы мирных договоров, а также образования широкой сферы влияния в Центральной и Восточной Европе. Италия стремилась к закреплению своего военно-политического и экономического преобладания на Балканах и в Северо-восточной Африке. Япония рассчитывала на продолжение своей территориальной экспансии в Тихоокеанском регионе. Странам «оси» противостояли Великобритания, Франция и США, заинтересованные в том, чтобы в системе международных отношений сохранялся выгодный для них статус-кво (этот латинский термин означает положение, существующее в данный момент).

Вторая мировая война началась 1 сентября 1939 г. нападением Германии на Польшу. На рассвете этого дня германский линкор «Шлезвиг-Гольштейн» обстрелял польскую зону в балтийском порту Данциг — это и были первые выстрелы новой мировой войны. Судьба Польши фактически была предрешена, ведь Гитлер еще раньше заявил: «Я раз и навсегда сотру Польшу с карты Европы». А в 1940 г. германские войска вторглись сначала в Данию и Норвегию, затем в Бельгию и Нидерланды. Далее последовали оккупация Франции и начало «битвы за Англию». В 1941 г. фашистскими государствами были разделены и фактически оккупированы Югославия и Греция. Так почти вся континентальная часть Западной Европы оказалась под властью Германии, которая начала устанавливать здесь свой «новый порядок». Надо отметить, что и Советский Союз в 1939 —1941 гг. продвинул свои границы на запад за счет присоединения Эстонии, Латвии, Литвы, Западной Белоруссии, Западной Украины, а также Северной Буковины, Бессарабии и части Финляндии.

Решение о нападении на Советский Союз Германия приняла еще в 1940 г., когда Гитлер утвердил план «Барбаросса», предусматривавший молниеносную войну (блицкриг) против нашей страны с выходом через два-три месяца на линию Архангельск — Астрахань. Нападение Германии на Советский Союз произошло 22 июня 1941 г. Вы знаете, что начало этой войны было для СССР крайне неудачным, но затем в ходе ее наступил перелом, и Великая Отечественная война закончилась 9 мая 1945 г. полным поражением фашистской Германии. Вы должны понимать также, что с момента нападения Германии на СССР сам характер Второй мировой войны изменился. Была создана Антигитлеровская коалиция, к концу войны включавшая около 50 государств при ведущей роли СССР, США, Великобритании, Франции и Китая. Хотя и с большим опозданием (только летом 1944 г.) западные союзники СССР все же открыли второй фронт в Европе.
В последнее время, особенно в связи с празднованием 60-летия Победы над фашистской Германией, на Западе стали предприниматься попытки умалить роль СССР в ее достижении. Скажу как участник Великой Отечественной войны, что, право же, трудно придумать что-либо более кощунственное. И молодое поколение россиян должно хорошо это понимать.



Предварительный просмотр:

Тема 2 «Международные отношения накануне войны»

В начале 1935 г. в Европе сложились реальные условия для оформления антигитлеровского блока. В январе, после проведения в Сааре предусмотренного Версальским договором плебисцита, эта область перешла в состав Рейха. Одновременно, в нарушение статей Версальского договора, в Германии была введена всеобщая воинская повинность, все более открыто развертывалось производство запрещенных договором тяжелых вооружений. Все это вызвало большую тревогу у французской (дипломатии. 11 апреля 1935 г. по инициативе Франции и при полной поддержке Италии в Стрезе открылась международная конференция по германскому вопросу. Ее участники выступили с осуждением односторонних нарушений Версальского договора. Несмотря на то, что принятые резолюции носили весьма декларативный характер, политическое значение конференции было велико. Франция продемонстрировала на ей свою готовность отойти от курса на умиротворение и поддержать Систему итальянских союзов. Уже в Стрезе французский премьер - министр Лаваль и Муссолини обсудили проблемы разграничения сфер влияния в средиземноморском регионе.

Возможность складывания франко-итальянского альянса, который могли бы поддержать практические все страны Юго-Восточной Европы, чрезвычайно встревожила британскую дипломатию. Следуя традиционной политике «баланса сил», Лондон предпринял шаги в сторону Германии. Большую роль при этом сыграла искусная демагогия Гитлера, который при неофициальных контактах с британскими политиками е скупился на обещания умерить свои притязания и выступить основным гарантом против экспансии большевизма в Европе. Итогом стало подписание в июне 1935 г. англо-германского договора о морских вооружениях. Между военными флотами Великобритании и Германии вводилось соотношение 100 : 35 (при равенстве по подводным лодкам), Британские политики рассматривали заключение этого соглашения как на по пути дальнейшего ограничения морских вооружений и дополнение к аналогичным статьям «Договора пяти» Вашингтонской конференции. Однако на практике нацистская Германия получила право на беспрепятственное расширение военно-морского строительства, так как существующая разница в уровне морских вооружений позволяла обеспечить работой все верфи Рейха на десять лет, не нарушив при этом «букву» договора.

Уже вскоре пагубность британской стратегии стала очевидна. «Фронт Стрезы» оказался разрушен, толком и не сложившись. Гитлер, сразу же после подписания договора с Великобританией, отдал приказ о подготовке операции по вводу войск в демилитаризованную Рейнскую зону. А на протяжении последующих двух лет произошло образование стратегического союза Италии и Германии. Поводом к такому неожиданному повороту событий стала агрессия Италии в Северо- Восточной Африке.

Еще после войны с Турцией в 1911 г. итальянцы получили контроль над Триполитанией и Киренаикой (с 1913 г. эта территория стала называться Ливией). После окончания Первой мировой войны итальянская армия почти десять лет подавляла национально-освободительное движение ливийцев. Следующим объектом экспансии стала Абиссиния (Эфиопия), которую Италия безуспешно пыталась завоевать еще в 1896 г. Муссолини не считал эту агрессию вызовом мировому сообществу - лидеры Лиги наций совсем еще недавно сами делили африканский континент на колониальные и зависимые территории. Уже в 1934 i. итальянский лидер уже вполне откровенно заявлял о своих планах. На границах Абиссинии начались первые военные столкновения. Поскольку параллельно происходило сближение позиций итальянской и французской дипломатии по вопросам европейской безопасности и средиземноморской политики, Муссолини предполагал, что западные державы дадут Италии карт-бланш в отношении Абиссинии. 3 октября 1935 г. началось полномасштабное вторжение итальянских войск в эту страну. Кампания против плохо организованной и плохо вооруженной абиссинской армии была скоротечной и победоносной.

После начала абиссинской войны Великобритания решительно выступила в Лиге наций за пресечение агрессии. На фоне ее пассивного поведения в Европе такая жесткость выглядела необычно, но объяснялась вполне очевидным расчетом - не допустить дальнейшего франко-итальянского сближения и превращения Средиземноморья в зону монопольного влияния этих держав. Шумная антиитальянская кампания в Лиге наций, поддержанная европейской общественностью и демократической прессой, привели к принятию Советом Лиги санкций против агрессора - накладывалось эмбарго на экспорт оружия в Италию, замораживалось предоставление Италии займов и кредитов, прекращался экспорт итальянских товаров и сокращался импорт в Италию. На ведение боевых действий такие санкции серьезного влияния оказать не могли. 5 мая 1936 г. итальянские войска захватили столицу Абиссинии Аддис-Абебу. А 4 июля Лига наций постановила прекратить применение санкций, ссылаясь на то, что после завершения военных действий они недейственны.

Дипломатическая игра Лондона оказалась на руку прежде всего Гитлеру. Чем большая напряженность возникала во взаимоотношениях Италии с лидерами Лиги наций, тем меньше шансов оставалось на сохранение дееспособного антигерманского блока в Западной Европе. Осознавая это, Гитлер санкционировал ввод 7 марта 1936 г. немецких войск в Рейнскую зону. Лига наций даже не сочла возможным осудить этот шаг, пойдя лишь на констатацию самого факта нарушения Версальского договора. 21 марта 1936 г. Гитлер, выступая в Гамбурге торжественно объявил о том, что «дух Версаля уничтожен». При этом Италия, оказавшись в дипломатической изоляции, была вынуждена искать поддержку у своего недавнего противника. В июле 1936 г. было достигнуто итало-германское соглашение о невмешательстве Италии во взаимоотношения Германии и Австрии. Вслед за этим состоялось и подписание австро-германского договора, формально закреплявшего государственный суверенитет Австрии, но по дополнительному секретному протоколу, предполагавшему ввод в австрийское правительство прогерманских политиков, свободное распространение на территории Австрии газет Рейха, австро-германские «консультации» по вопросам внешней политики. В том же месяце состоялось ещё одно событие, ускорившее складывание германо-итальянского блока, - в испанском городе Кадисе высадился лидер мятежных войск генерал Франко. Германия и Италия начали оказывать франкистам дипломатическую и материальную помощь. Вскоре германские и итальянские войска оказались втянуты и в военные действия на территории Испании.

Западные демократические государства дистанцировались от испанского конфликта. По инициативе Великобритании и Франции в августе 1936 г. в Лондоне был создан «Комитет по невмешательству в испанские дела». К участию в его работе были приглашены как Германия с Италией, так и СССР. 27 европейских стран подписали документ под названием «Соглашение о невмешательстве», обязывающий отказаться от ввоза и транзита оружия и военных материалов в Испанию. Но уже к осени 1936 г. стало очевидно, что Германия и Италия не прекратили поддержку франкистов. Они разорвали дипломатические отношения с законным правительством Испании и официально признали правительство Франко. СССР заявил, что при сохранении внешнего вмешательства в испанские дела не считает себя связанным прежними обязательствами. С октября 1936 г. начались советские военные поставки в Испанию. В Испанию направлялись военные специалисты, технический персонал и добровольцы (около 3 тыс. чел.). Участвовали в боях и тысячи добровольцев из других стран. На стороне франкистов  воевали около 300 тыс. немецких и итальянских солдат.

Официальное оформление германо-итальянского блока произошло после переговоров в сентябре-октябре 1936 г. По их результатам 24 октября был подписан пакт об образовании «оси Берлин-Рим», согласно которому Германия признавала аннексию Абиссинии, а обе страны обязывались проводить общую линию в отношении войны в Испании. 25 ноября 1936 г. в Берлине было подписано соглашение Германии и Японии, получившее название Антикоминтерновский пакт. Участники пакта обязывались информировать друг друга о деятельности Коминтерна и вести борьбу против него. Третьи страны также приглашались «принять оборонительные меры в духе этого соглашения». В ноябре 1937 г. к Антикоминтерновскому пакту присоединилась Италия, а в декабре 1937 г. она вышла из состава Лиги напий. Так сложился агрессивный блок трех держав, противопоставляющих себя Лиге наций. Постепенно в орбиту германской политики переходили и многие восточноевропейские страны.

К концу 1930-х г. стало очевидно, что, встав на путь умиротворения, страны Запада распространили этот принцип на страны, являющиеся агрессорами. Тем не менее отказаться от своей стратегии Великобритания и Франция не смогли. Обе страны молчаливо санкционировали аншлюс Австрии. 11 марта 1938 г. на территорию этой страны вошли германские войска. Австрийские земли стали частью Рейха. Пиком политики умиротворения стала Мюнхенская конференция, созванная в сентябре 1938 г. для урегулирования германских претензий к Чехословакии. Руководители Германии, Италии, Великобритании и Франции - А. Гитлер, Б. Муссолини, Н. Чемберлен и Э. Даладье - подписали соглашение, принуждающее Чехословакию уступить Германии Судетскую область с немецкоязычным населением. Примечательно, что представитель Чехословакии даже не был приглашен на конференцию. В продолжение мюнхенского курса на пересмотр границ в Европе Германия и Италия сформировали в конце 1938 г. Венскую арбитражную комиссию. Под давлением этого «независимого» органа Румыния была вынуждена передать в состав Венгрии южные районы ; Словакии и Закарпатской Украины, а также центральную часть Трансилъвании. С весны 1939 г. Германия приступила к новому этапу экспансии. Объектом агрессии вновь стала Чехословакия. После отторжения Судетской области в этой стране нарастал внутриполитический кризис.

Под напором требований националистических партий Словакии и Прикарпатской Руси был принят закон об автономии этих регионов в составе единой республики, переименованной в Чехо-Словакию. Но I     для пресечения дальнейшей эскалации напряженности в Словакии было введено военное положение. Это дало повод Гитлеру объявить Чехо- Словакию очагом «постоянных беспокойств и угрозы европейскомумиру». С ведома Германии словацкий сейм провозгласил образование независимого Словацкого государства, которое 18 марта было «взято под охрану» Рейхом. На территорию Чехии также вошли германские войска. Вскоре Богемия и Моравия стали германским протекторатом.

22 марта 1939 г. Германия под угрозой военного вторжения добилась подписания договора с Литвой о передаче Рейху Клайпеды. С каждым месяцем усиливался дипломатический нажим на Польшу. От Варшавы требовали передачи Германии Данцига и создания путей  сообщения с Пруссией через польскую территорию. В апреле 1939 г.Гитлером был денонсирован польско-германский договор о ненападении. Одновременно Германия расторгла и договор с Великобританией о морских вооружениях, а Италия начала военную оккупацию Албании.

22 мая германо-итальянский блок был скреплен новым союзным договором, получившим название Стальной пакт. Он содержал обязательства сторон о взаимопомощи и союзе в случае военных действий с любой третьей страной, договоренности о широком сотрудничестве в военной и экономической сферах.

В условиях резкого обострения международной обстановки в 1939 г. Великобритания и Франция предприняли шаги по укреплению европейской системы безопасности. В марте-апреле 1939 г. эти страны предоставили гарантии независимости Польше, Греции, Румынии и Турции. Активизировались и дипломатические контакты с СССР. Советское руководство еще в марте 1939 г. выдвинуло предложение о созыве трехстороннего международного совещания. На протяжении последующих месяцев между правительствами СССР, Франции и Великобритании происходили дипломатические консультации по поводу заключения договора о взаимопомощи. С конца июня этот вопрос стал предметом обсуждения на переговорах в Москве. Однако представители западных держав не проявляли особой активности. Причина заключалась в том, что Великобритания и Франция очень настороженно относились к возможности заключения любого договора, позволяющее СССР усилить свое военно-политическое влияние в Европе. Британский министр иностранных дел лорд Галифакс охарактеризовал свои действия следующим образом: «Наша главная цель заключается в том, чтобы предотвратить установление Россией каких-либо связей с Германией». Лишь начало советско-германских торговых переговоров в конце июля 1939 г. заставило Великобританию и Францию перейти к обсуждению вопроса о военном сотрудничестве. Но советское правительство уже начало менять свою стратегию.

Еще менее конструктивную позицию заняла Польша. Не участвуя московских переговорах, польское правительство оказалось одной из наиболее заинтересованных сторон. Именно через ее территорию в случае начала военных действий в Европе могли передислоцироваться советские войска. Без поддержки Польши любая военная конвенция СССР с Францией и Великобританией не имела практического смысла. «Однако польское правительство отнюдь не торопилось с принятием внешней помощи. Немало польских политиков рассчитывало на урегулирование отношений с Германией и было готово принять участие в Двойне против СССР. Вплоть до начала 1939 г. германская дипломатия искусно подогревала такие настроения. Резкий поворот германской "политики и выдвижение ультимативных территориальных претензий стало для польского правительства неожиданностью. Однако изменить политический курс поляки вовремя не сумели. В схожей ситуации оказалась и Румыния.

Двойственная политика западных держав и открыто недружественная позиция восточноевропейских стран заставила советское правительство пойти на активизацию контактов с Германией. Основной целью становилось уже не предупреждение войны в Европе, а избежание 1 угрозы складывания широкой антисоветской коалиции. Германская дипломатия также демонстрировала готовность к нормализации отношений с СССР. Выбирая цель для первой полномасштабной военной кампании, Гитлер стремился избежать прямого столкновения с великими державами. В том, что руководство Великобритании и Франции не способно перейти к активным военным мерам он был уверен. Поэтому главной задачей в холе дипломатической подготовки войны стало сближение с СССР. 7 июля 1939 г. советскому правительству было передано предложение Германии предоставить СССР кредит в размере 200 млн марок для размещения в Германии советских заказов. В июле-августе в ходе советско-германских торговых переговоров обе стороны начали зондаж позиций друг друга по широкому спектру вопросов. Германия давала косвенные свидетельства своей готовности заключить договор о ненападении и даже согласовать принципы политики в отношении восточноевропейского региона. На позицию СССР повлиял не только фактический срыв переговоров с Великобританией и Францией, но и возникновение нового военного конфликта на Дальнем Востоке. В мае 1939 г. японские войска начали агрессию против Монголии. В ходе ожесточенных боев у реки Халхин-Гол советской армии удалось разгромить противника. Но боевые действия продолжались на протяжении всего лета 1939 г. и завершились лишь в последних числах август. Получив в такой ситуации официальное предложение Германии о заключении договора о ненападении, советское правительство ответили согласием.

Советско-германский пакт о ненападении был подписан 23 августа 1939 г. Обе стороны договаривались воздерживаться от нападения r отношении друг друга и не поддерживать ни одну из третьих стран, r случае нападения ее на участника пакта. Все конфликты и споры между собой стороны обязывались решать мирным путем в ходе переговоров и консультаций. Кроме того, был подписан и секретный дополнительный протокол, согласно которому «в случае территориальных и политических преобразований» в Восточной Европе обе стороны соглашались рассматривать северную границу Литвы, линию рек Нарев. Висла и Сан на территории Польши, западную границу Бессарабии как линию раздела сфер их влияния. Тот же протокол устанавливал, что «вопрос о желательности сохранения независимого Польского государства будет решен окончательно лишь ходом будущих политических событий». Таком образом, не имея возможности остановить германскую агрессию против Польши, СССР фактически санкционировал ее. Переход or политики создания системы коллективной безопасности к оформлению собственной сферы влияния в Восточной Европе и в будущем - к открытой территориальной экспансии свидетельствовал о коренном изменении внешнеполитической стратегии СССР. Глобальная война за передел политической карты мира стала неизбежной.

В годы экономического кризиса 1929–1933 гг. ускорилось дальнейшее разрушение и произошел развал Версальско-Вашингтонской системы. Усилилось соперничество ведущих капиталистических стран. Постоянно росло стремление навязать свою волю другим странам силовым путем.

На международной арене появились державы, готовые в одностороннем порядке идти на слом существовавшего на тот период международного положения. Первой на этот путь встала Япония, которая агрессивно стала отстаивать свои интересы в Китае и на Тихом океане. В 1931 г. она осуществила оккупацию Маньчжурии – одной из развитых провинций Китая.

Нарастала напряженность и в Европе. Главные события разворачивались в Германии, которая готовилась к радикальному слому существующего миропорядка.

Серьезную обеспокоенность развитием событий в Германии проявляли СССР, Франция. Эти государства выступили с идеей создания в Европе системы коллективной безопасности.

Тем временем ситуация в Европе накалялась. В 1933 г. Германия вышла из Лиги Наций. В стране формированными темпами шло наращивание военной мощи. Германия, Италия и Япония стремились к демонтажу Версальско-Вашингтонской системы. 3 октября 1935 г. итальянские войска вторглись на территорию Эфиопии. Это был акт ничем не прикрытой агрессии. Не все европейские политики не на словах, а на деле были готовы к решительным акциям против агрессора. Многие политики повышенную агрессивность Германии, Италии и Японии объясняли тем, что данные державы были ущемлены в процессе становления версальской системы. Следовательно, если в определенной мере пойти навстречу их требованиям, можно будет восстановить разрушающийся консенсус в международных отношениях. Лучше всех такую политику «умиротворения» почувствовал А. Гитлер. В марте 1936 г. немецкие войска вошли в демилитаризованную по Версальскому миру Рейнскую область. Этот шаг Германии не встретил осуждения на Западе. Гитлер стал чувствовать себя все уверенней. Стратегические задачи Германии диктовали необходимость объединения сил заинтересованных стран. В 1936–1937 гг. оформился Антикоминтерновский пакт, куда вошли Германия, Япония и Италия. Их основные оппоненты – Англия, Франция, СССР, США не смогли проявить должной воли, преодолеть разделявшие их разногласия и выступить единым фронтом против милитаристских сил.

Пользуясь этим, в марте 1938 г. Гитлер осуществил свой давний план аншлюса (поглощения) Австрии, которая вошла в состав рейха. Осенью 1938 г. Гитлер начал оказывать давление на Чехословакию, с тем чтобы правительство данной страны согласилось на передачу Германии Судетской области. Со стороны Гитлера это был рискованный шаг, так как у Чехословакии имелись договорные связи с Францией и СССР. Однако президент Чехословакии Э. Бенеш не решался обратиться к СССР за помощью, возлагал надежды только на Францию. Но ведущие западноевропейские страны пожертвовали Чехословакией. Англия и Франция дали добро на расчленение Чехословакии в обмен на заверения Гитлера в том, что у него нет больше территориальных претензий к своим соседям.

С каждым днем приближение новой войны становилось все очевиднее.

Это обстоятельство побудило Англию и Францию начать переговоры с СССР о возможных совместных действиях в случае развертывания Гитлером широкомасштабной агрессии против других европейских государств. Но переговоры эти шли с трудом, стороны не доверяли друг другу.

В этой обстановке советское руководство в целях обеспечения безопасности страны решилось на резкое изменение ориентации своего внешнеполитического курса. 23 августа 1939 г. между СССР и Германией был подписан договор о ненападении. Этот договор соответствовал государственным интересам СССР, так как давал ему отсрочку от участия в надвигающейся войне. Что касается сфер влияния, о которых шла речь в германо-советских переговорах, то это была общепринятая практика, в сферу советского влияния были отнесены только те регионы, которые традиционно входили в состав России.

Нежелание ведущих западноевропейских стран вести конструктивные переговоры с СССР о совместных действиях против возможного агрессора привело к усилению Германии.

1 сентября 1939 г., организовав провокацию на германско-польской границе, немцы напали на Польшу, у которой были договоры о взаимопомощи с Англией и Францией. Вопреки ожиданиям Гитлера союзники Польши Великобритания и Франция З сентября объявили войну Германии. В войну вступили доминионы и колониальные владения Англии и Франции. Вторая мировая война началась.

Польские войска мужественно сражались, но противостоять армии агрессора они не смогли. Через две недели после начала войны армия Польши была разбита. На месте Польши был создано генерал-губернаторство, управляемое немецким командованием. Что касается Западной Белоруссии и Западной Украины, входивших тогда в состав Польши, то после ее капитуляции советские войска вступили на эту территорию, которая была включена в состав СССР.

На Западном фронте пока царило спокойствие. Находившиеся там англо-французские войска не предпринимали никаких действий против Германии, хотя имели большой численный перевес, так как главные силы немецкой армии находились в Польше. Военное противостояние на Западном фронте, продолжавшееся до весны 1940 г., получило название «странной войны». Правительства Англии и Франции во время этой войны придерживались оборонительной стратегии.

В конце ноября началась война на севере Европы. Советское правительство, потеряв надежду на урегулирование переговорным путем пограничного конфликта с Финляндией, решило добиться своего силовыми методами. 30 ноября 1939 г. советские войска начали боевые действия против Финляндии. Война эта была неудачной для СССР. Эта акция нанесла ущерб престижу СССР: он был исключен из Лиги Наций. На Западе попытались использовать это событие для формирования единого антисоветского фронта. Ценой больших потерь СССР удалось в марте 1940 г. завершить эту войну. Финская граница была отодвинута от Ленинграда, Мурманска и Мурманской железной дороги.

В апреле 1940 г. неожиданно закончилась «странная война». 9 апреля немцы оккупировали Данию, высадились в Норвегии. 10 мая немцы в обход «линии Мажино» вторглись в Бельгию и Голландию, а уже оттуда в Северную Францию. В районе Дюнкерка англо-французская группировка войск была окружена противником. Немцы стремительно стали продвигаться к Парижу. 10 июня 1940 г. правительство бежало из Парижа. Через несколько дней правительство возглавил маршал Ф. Петен, который обратился к Германии с просьбой о мире.

Война набирала обороты, в ее орбиту включались все новые страны и территории. В 1940 г. агрессию против Британского Сомали, Египта, Греции проявила Италия. 27 сентября 1940 г. Германия, Италия и Япония подписали Тройственный пакт о разделе мира на сферы влияния. В орбиту этого пакта были вовлечены Венгрия, Румыния и Болгария.

Шла война и на Дальнем Востоке, где неуклонно расширялась зона конфликта в Китае.

Весной 1941 г. в центре конфликта оказалась Югославия. Под немецким нажимом правительство Югославии подписало протокол о присоединении к Тройственному союзу. Это вызвало взрыв возмущения в стране. Правительство пало. 6 апреля немецкие войска вторглись в Югославию. Она оказалась под контролем противника.

22 июня 1941 г. немецкие войска без объявления войны перешли советскую границу. Началась Великая Отечественная война. Гитлер на этом направлении планировал завершить войну за 8—10 недель. На первых порах советские войска несли тяжелые потери. Немцы быстро продвигались вглубь страны. Ожесточенные бои шли на всем протяжении Восточного фронта. Главный удар немцы готовились нанести на московском направлении. В декабре 1941 г. немецкие войска подошли к Москве. Но взять ее штурмом им не удалось. 5 декабря советские войска перешли в контрнаступление. Расчеты гитлеровского командования на молниеносный разгром СССР провалились.

Общая опасность, нависшая над СССР, США и Англией, стимулировала их объединение в рамках антигитлеровской коалиции.



Предварительный просмотр:

Англия, Франция, США и Польша накануне второй мировой войны

Англия

Англия встретила последний предвоенный год в сложной обстановке. Большинство англичан понимали, что мир стоит на пороге новой большой войны, что борьба в стране идет вокруг того, на чьей стороне окажется Англия в грядущих битвах.

Английскую экономику лихорадило. Британский капитализм терял свои позиции на внешних рынках. В самой Англии нарастало недовольство трудящихся сложившимся экономическим положением и общим направлением политики правящих кругов. Страну сотрясало забастовочное движение рабочего класса.

Со второй половины 1937 г. начался новый экономический кризис. Объем промышленной продукции Англии в 1938 г. сократился по сравнению с 1937 г. на 7 процентов. По темпам развития Англия отставала не только от США и Германии, но даже и от Италии. Германия обогнала Англию по общему объему производства и все больше теснила ее на мировых рынках. Однако мощности английской промышленности оставались недогруженными.

Одним из последствий кризиса и депрессии 30-х годов было сохранение высокого уровня безработицы. Согласно официальной статистике, число безработных среди застрахованных рабочих составляло на январь 1939 г. 2032 тыс. человек. Причем в эту цифру не включались такие значительные по численности группы трудящихся, как железнодорожники, сельскохозяйственные рабочие, служащие учреждений и т. д. Работы не имел каждый восьмой взрослый работоспособный человек  За 1933 — 1937 гг. цены на продовольствие возросли на 12,5 процента, тогда как заработная плата в среднем по стране увеличилась только на 2,5 процента На наступление монополий трудящиеся отвечали забастовками. Буржуазия со страхом вспоминала движение безработных, голодные походы, массовые демонстрации первой половины 30-х годов, когда, по признанию премьер-министра Болдуина, в правящих кругах создалось «странное состояние истерии и паники» Новое обострение кризисных процессов в экономике, рост рабочего движения в метрополии и национально-освободительного — в колониях, усиление межимпериалистических противоречий и конкурентной борьбы на внешних рынках — все это порождало у английских монополистов стремление в большей мере использовать государственную машину для своих целей; многие из них с явными симпатиями относились к действиям нацистских руководителей Германии.

Империалистические державы усиленно готовились к новой вооруженной схватке за передел рынков и сфер влияния. Но их главной целью по-прежнему было уничтожение первого в истории социалистического государства. И правящие круги Англии начали приводить в порядок свои силы в ожидании будущего конфликта.

Правительство Н. Чемберлена, именовавшее себя, как и предшествовавшее, «национальным», состояло из представителей консервативной, либеральной и лейбористской партий, а по существу было правительством аристократов и богачей...

Симпатии английского правительства к идее «сильного государства» по типу гитлеровской Германии были столь очевидны, что Чемберлену даже пришлось публично от них отречьсяАнтисоветизм правящих кругов Англии дополнялся определенными шовинистическими, даже расистскими настроениями. «Только объединившись, Англия и Германия могут бросить вызов врагу. Англосакство оживлялось как концепция расовой и этической солидарности. Зло находилось на Востоке. Англия и Германия вместе могли воздвигнуть защитную линию»— так характеризовали тогдашние настроения лондонских верхов английские историки М. Джилберт и Р. Готт. Именно в те дни соратник Чемберлена Г. Вильсон говорил сотруднику германского посольства в Лондоне Кордту, что было бы величайшей глупостью, если бы «две ведущие белые расы» истребили друг друга в войне, «от этого выиграл бы только большевизм»

Усиление рвавшейся к установлению своего господства в Европе нацистской Германии и ее союзников не могло не обеспокоить тех представителей правящих кругов Великобритании, которые понимали неизбежность военного конфликта с блоком фашистских соперников и готовились к нему.

В 1935 г. правительство Болдуина приняло программу перевооружения и подготовки промышленности к войне, которая предусматривала мероприятия по развитию военно-экономического потенциала всей Британской империи. С 1935 по 1939 г. военные расходы Англии увеличились почти в 10 раз

Одной из уязвимых сторон военно-экономического потенциала Великобритании являлась оторванность сырьевой базы от промышленных центров, сосредоточенных в метрополии. Накануне войны доминионы Англии, продолжавшие поддерживать с Лондоном тесные политические связи, представляли собой развитые капиталистические страны, а колонии являлись богатейшим источником разнообразного и дешевого стратегического сырья, рабочей силы и людских ресурсов для пополнения армии. Англия ввозила из доминионов и колоний не только большую часть потребляемой ею нефти, алюминия, меди, лесоматериалов, шерсти, руды, но и продовольствия. Эта зависимость английской промышленности от импорта и, следовательно, от морских коммуникаций серьезно подрывала ее устойчивость. Специфика военно-экономического потенциала Англии в 1939 г. состояла также в том, что из-за развития общего кризиса капитализма рост производства проходил крайне неустойчиво, сочетаясь с явлениями упадка и застоя. Это особенно характерно для старых, некогда самых крупных и ведущих отраслей промышленности — угольной, текстильной, металлургической, судостроительной. По выплавке стали Англия более чем в полтора раза отставала от Германии, по выработке электроэнергии — в два раза. Значительно слабее, чем в Германии, были в ней развиты химическая и ряд других отраслей промышленности Несмотря на экономические трудности, английское государство уделяло большое внимание развитию важных для военно-экономического потенциала отраслей экономики. Половина государственных ассигнований, предназначавшихся на промышленные исследования, шла на развитие таких новых отраслей, как машиностроительная, химическая, авиационная и электротехническая, игравших важную роль в повышении военного потенциала страны

Начиная с 1936 г. на государственные средства стали строиться авиационные и другие заводы, предназначенные для выпуска военной продукции в случае войны {1147}. Одновременно расширялись и оснащались новой техникой действующие предприятия, в результате чего годовой выпуск продукции авиационной промышленности возрос с тысячи самолетов в 1936 г. до 8 тыс. в 1939 г., а число рабочих на них — с 33 тыс. до 90 тыс. {1148}. [325]

Потенциальные же возможности этой отрасли в 1938 г. позволяли производить 2 тыс. истребителей и легких бомбардировщиков в месяц. Это означало, что по возможности выпуска самолетов Англия к 1939 г. почти сравнялась с Германией {1149}. Производство легковых и грузовых автомобилей с 404 тыс. в 1935 г. увеличилось до 508 тыс. в 1937 г. {1150}.

Готовясь к войне, английское правительство приняло меры по рассредоточению производственных мощностей, перебазированию ряда военно-промышленных предприятий в доминионы (главным образом в Канаду). Строились заводы военного значения в Австралии, Канаде, Южно-Африканском Союзе. Наряду с сооружением государственных предприятий было заключено 12 810 контрактов с частными фирмами на производство различных видов вооружения. Большое количество военных заказов размещалось в других странах (Швеции, Швейцарии, США) {1151}. Однако в целом по производству и накоплению военных запасов Англия значительно уступала Германии {1152}. В 1938 г. в Англии было выпущено 419 танков, 681 бронетранспортер и бронеавтомобиль, 203 зенитных орудия, 12 тыс. винтовок, 6,4 тыс. пулеметов и 1 млн. снарядов для полевой артиллерии {1153}. Производство тяжелых танков и артиллерии только развертывалось. Как признают британские историки, к осени 1939 г. «военные нужды еще не доминировали в жизни страны, а экономические ресурсы не были мобилизованы полностью» {1154}. К началу войны Англия имела ограниченное число готовых к боевым действиям регулярных дивизий.

Курс Чемберлена на сговор с гитлеровской Германией пользовался широкой поддержкой верхушки английских монополистов. Об этом можно судить хотя бы по той финансовой помощи, которую получали общество англо-германского содружества, англо-германское товарищество от крупнейших концернов и ведущих банков страны. Этим курсом шли и провинциальные ассоциации консервативной партии, слепо верившие своему лидеру и проникнутые ненавистью к «социалистам».

В палате общин среди консервативных депутатов существовало немало сторонников сближения с гитлеровской Германией. Большинство их входило в так называемую группу «Линк» («Звено»), тесно связанную с работниками гитлеровского посольства в Лондоне, или участвовало в деятельности англо-германского товарищества {1155}.

В кризисных ситуациях Чемберлен нередко связывался непосредственно с послом Англии в Германии Гендерсоном, которого в английском министерстве иностранных дел называли «законченным нацистом» {1156}.

Центром, в котором рождались и формировались основы государственной политики Англии, был так называемый «кливденский кружок», существовавший с середины 30-х годов. В Кливдене, имении семейства миллионеров Асторов, регулярно встречались крупные промышленники и финансовые магнаты, влиятельные сторонники сговора с фашистской Германией, политические деятели, в том числе члены правительства. Они обсуждали [326] проблемы английской внешней политики, поносили Советский Союз и «всех красных», вырабатывали планы сотрудничества с Гитлером. Там не скрывали и антифранцузских настроений, заявляя, что «лучше Гитлер, чем Блюм», обвиняли Россию и Францию в том, будто они «втянули» Англию в первую мировую войну и намерены «повторить этот ход» {1157}.

Многие сторонники прогерманской линии занимали видные посты в министерстве авиации. Это министерство являлось главным поставщиком различной дезинформации, которой жонглировали члены правительства, доказывая неспособность Англии вести войну против Германии {1158}. Интересам «умиротворителей» активно служили и многие органы буржуазной печати («Тайме», «Обсервер», «Дейли экспресс», «Дейли мейл» и др.), изо дня в день убеждавшие общественность страны в том, что правительство проводит целесообразную, единственно возможную политику. Они запугивали широкие слои населения массовыми воздушными налетами и в то же время рисовали им картину всеобщего процветания в случае успеха чемберленовской политики. «Представьте себе, — говорил в одном из публичных выступлений член правительства Хор, — что 1,5 млрд. фунтов стерлингов, которые мы тратим сейчас на оборону, будут израсходованы на торговлю, производство, улучшение социальных условий... Именно исходя из этих соображений, мы намеренно и сознательно вступили на путь примирения» {1159}.

Чемберленовская политика достижения «мира любой ценой» была насквозь фальшивой. При помощи этого лозунга правящие круги Англии хотели сохранить свою империю за счет других народов. Как справедливо пишет английский исследователь Макэлви, «лозунг о достижении мира любой ценой мог бы иметь смысл, если бы существовала какая-нибудь цена, за которую можно было бы купить мир, но невозможно было читать «Майн кампф» и верить в то, что такая цена существует. Более того, когда эту цену неизменно платили другие — абиссинцы и испанские рабочие, австрийцы и чехи, этот лозунг на устах английских государственных деятелей стал постыдным. Даже щедрость, с которой консервативные круги обсуждали возможность покупки дружбы Германии путем возвращения ей бывших ее колоний, показывала циничное пренебрежение к судьбам населения этих территорий» {1160}.

Часть населения Англии, введенная в заблуждение демагогической правительственной пропагандой, подкрепленной определенными военными приготовлениями, приветствовала «победу» Чемберлена, провозгласившего, что он привез из Мюнхена «мир для целого поколения». Консерваторы устраивали овации своему лидеру. Выражали одобрение и многие руководители других буржуазных политических партий.

Политика сотрудничества с гитлеровской Германией получила полную поддержку британского союза фашистов. Фашистская газета «Акшэн» писала, что Чемберлен передал Судетскую область Германии, «руководствуясь здравым смыслом и мужеством» {1161}. В парламенте правительство добилось одобрения мюнхенской сделки 366 голосами против 144. От участия в голосовании воздержалось около 30 депутатов.

Лишь коммунисты и некоторые дальновидные деятели из буржуазного лагеря сразу же правильно оценили мюнхенский сговор как шаг к развязыванию [327] новой мировой войны. На заседании парламента 28 сентября 1938 г. только один депутат — коммунист У. Галлахер, разоблачая политику консервативного правительства, отметил, что «лейбористское одобрение чемберленовского визита в Мюнхен является предательством в отношении чехословацкого народа и приближает опасность войны к английским берегам» {1162}.

Отрезвление общественности не заставило себя долго ждать. «К рождеству Мюнхен утратил свое очарование и быстро шел к тому, чтобы стать грязным словом» {1163}. А один из ветеранов бршанской политики — бывший премьер-министр Ллойд-Джордж говорил о возрастающем «чувстве стыда» за мир, купленный ценой совести и чести {1164}.

Хотя политика «умиротворения» пользовалась безоговорочной поддержкой со стороны подавляющего большинства консерваторов, в их рядах были люди, настороженно относившиеся к планам нацистов и считавшие, что чемберленовский курс создает возрастающую угрозу безопасности Англии. Так, лорд Вултон на одном из заседаний парламента заявил: «В политике постоянных уступок со стороны Англии мы приближаемся к обрыву, и я один из тех, кто хочет знать, когда это кончится» {1165}.

К 1939 г. среди ведущих консерваторов существовали две оппозиционные Чемберлену группы. Одну из них, меньшую по численности (к середине года в ней было около 60 — 70 человек), но более шумливую, возглавлял У. Черчилль. В нее входили Бутби, Сэндис, Макмиллан и другие. Они требовали более быстрого перевооружения и подготовки к войне, бдительного отношения к переговорам с Германией и Италией, заключения антигитлеровского военного союза с Францией и СССР. Однако позиция этой группы серьезно ослаблялась ее общей антисоветской настроенностью, порождаемой классовыми интересами.

Еще более непоследовательной, связанной с Чемберленом общностью классовых интересов была позиция другой группы, которую возглавлял бывший министр иностранных дел А. Идеи. В нее входило около 130 политических деятелей, в том числе А. Купер, ушедший с поста министра обороны в знак протеста против мюнхенского соглашения, Эмери, Никольсон и другие парламентарии. Эта группа в отличие от группы Черчилля называла себя не оппозиционной, а «стимулирующей». Члены ее не хотели идти на окончательный разрыв с руководящей верхушкой консервативной партии и только играли в оппозицию к правительству. Сообщая об отставке Идена, газета «Тайме» писала, что его позиция отличается от позиции Чемберлена лишь «оттенками и деталями проведения политики умиротворения в современных международных условиях» {1166}.

Оппозиционные группы консерваторов, не способные полностью порвать с мюнхенским курсом Чемберлена, оказывались не в состоянии добиться сколь-либо серьезного изменения английской внешней политики.

Значительное влияние на характер внешней политики Великобритании могла оказать лейбористская партия — основная политическая сила, противостоящая консерваторам. Хотя среди ее руководителей и были откровенные сторонники чемберленовского курса {1167}, однако большинство лейбористских лидеров заявляли о своей верности делу мира и [328] отпора гитлеровской агрессии. Но дальнейшие события показали, что дела не шли дальше парламентских деклараций.

Под влиянием губительных последствий Мюнхена лейбористские лидеры стали более решительно осуждать действия правительства: отмечали усиление угрозы для самой Англии, выступали за меры коллективной безопасности, развитие сотрудничества с Францией и Советским Союзом. В ходе парламентских прений лидер лейбористов Эттли вынужден был признать, что «лучшим средством предотвращения войны явилась бы решительная совместная политика Великобритании, Франции и СССл {1168}. В палате общин лейбористские депутаты проголосовали против мюнхенского соглашения. Но, выражая «чувство глубокого удовлетворения по поводу того, что войну на какое-то время удалось предотвратить» {1169}, они тем самым косвенно солидаризировались с пропагандистской линией Чемберлена, что делало их позицию двусмысленной.

Наиболее ярко капитулянтская сущность политики лидеров лейбористской партии проявилась в их категорическом отказе от совместных действий с Коммунистической партией Великобритании. Сравнительно немногочисленная (18 тыс. в марте 1939 г.), но боевая компартия сразу и безоговорочно осудила Мюнхен и разоблачила его опасную сущность. Мир, говорилось в ее заявлении от 1 октября 1938 г., «был отдан на милость Гитлеру, который может нарушить его, когда он сочтет, что настало время для следующего шага в цепи завоеваний» {1170}. Месяц спустя журнал коммунистов «Лейбор мансли» писал: «Укрепление Гитлера за счет английской помощи достигло в настоящее время в связи со сдачей Чехословакии, Юго-Восточной Европы и изоляцией Франции такой степени, что его политика не будет больше планироваться с учетом английских пожеланий; она превращается в самостоятельную силу, способную повернуть и повести против Англии мощную европейскую коалицию» {1171}. Коммунисты призвали объединить все силы для отпора гитлеровской агрессии. Они внесли предложение о вступлении компартии в партию лейбористов. И хотя лейбористское руководство отвергло это предложение, 1400 низовых профсоюзных и лейбористских организаций поддержали коммунистов {1172}.

В январе 1939 г. один из ведущих членов исполкома лейбористской партии — Криппс предложил объединить усилия всех прогрессивных организаций в вопросах внешней и внутренней политики. Однако на заседании исполкома 13 января 1939 г. семнадцатью голосами против трех это предложение было отвергнуто, а 25 января Криппса исключили из партии, обвинив в том, что он выступил против ее «политической независимости» {1173}. Спустя два месяца исполком исключил из партии группу лейбористов за отказ подчиниться требованию прекратить деятельность в поддержку народного фронта.

На конференции лейбористов в мае 1939 г. руководству удалось провалить проект резолюции в поддержку народного фронта {1174}. Так лейбористское руководство облегчало маневры сторонникам сговора с гитлеровской Германией.

В январе — марте 1939 г. чемберленовцы приняли энергичные меры к тому, чтобы подвести под политику сговора соответствующий экономический [329] базис. Это вполне отвечало интересам влиятельных кругов английского монополистического капитала {1175}. В результате англо-германских переговоров по распределению рынков сбыта угля 28 января были подписаны соглашения, детали которых остались засекреченными {1176}.

Серьезное воздействие на внутриполитическую обстановку в Англии оказала оккупация Чехословакии гитлеровцами в марте 1939 г. В Англии резко возросли антигитлеровские настроения. Поползли слухи о готовности Германии к новым военным авантюрам, то ли на границах Польши, то ли против Румынии. Антинацистские позиции заняли видные органы буржуазной печати, в том числе такие газеты, как «Манчестер гардиан», «Дейли кроникл», «Йоркшир пост» и другие. В парламенте открытое возмущение политикой правительства выражали представители всех основных политических партий — лейбористской, либеральной и даже консервативной. Один из лидеров лейбористской партии — А. Гринвуд заявил в палате общин: «Пора положить конец политике спокойного согласия с актами бандитизма, сопровождаемыми угрозой применения силы» {1177}. Сомнения в правильности политики правительства проникли даже в среду отъявленных мюнхенцев «кливденского кружка», таких его столпов, как Саймон, лорд Лотиан, Даусон. Многим представителям правящих кругов становилось ясно, что Гитлер своими действиями демонстрирует нежелание считаться с предложениями Чемберлена о сотрудничестве, что Берлин не собирается делить с Лондоном господство в Европе. Как писал в донесениях Дирксен, в результате захвата Чехословакии «была превзойдена та мера приращения могущества, которую Англия была готова предоставить Германии в порядке односторонних действий без предварительного соглашения с Англией» {1178}. Под давлением масс представители консервативной партии стали требовать от премьера более жесткой политики в отношении Германии.

Однако правительство Англии, исходя из интересов верхушки монополистов, по-прежнему твердо держалось избранного им губительного для нации курса.

Широкие массы английского народа все более решительно настаивали на заключении с Советским Союзом пакта о взаимопомощи, в котором они видели реальную возможность сорвать агрессивные планы нацизма. В апреле — мае 1939 г. 92 процента выборочно опрошенных англичан высказались за такой союз {1179}. Национальный совет труда от имени кооперативного, профсоюзного и лейбористского движения призвал заключить пакт мира с Францией и СССР. «События доказали, — говорилось в его обращении, — что политика умиротворения, базирующаяся на обещаниях Гитлера, является катастрофической иллюзией» {1180}. Несколько позднее специальная конференция конгресса британских тред-юнионов потребовала от правительства немедленного заключения соглашения с Советским Союзом «с целью создания подлинного фронта мира» {1181}.

На заседаниях в парламенте представители оппозиции поднимали вопрос о переговорах с Советским Союзом. Гринвуд заявил, что именно СССР «может явиться в конечном счете решающим фактором в деле сохранения [330] и укрепления мира во всем мире» {1182}. За заключение англо-советского соглашения выступил также лидер либералов А. Синклер {1183}. Ллойд-Джордж настойчиво убеждал правительство, что «без участия России невозможно создание сколько-нибудь эффективной системы обороны, охватывающей Запад, Восток и район Средиземного моря» {1184}. «Вам нужна Россия, — говорил он, обращаясь к правительству, — но вы не хотите России. А без нее, если вы должны выполнить данные вами обязательства, имеются только две возможности — расплатиться катастрофой или уклониться от выполнения обязательств, как вы делали в прошлом» {1185}. Черчиллю принадлежат слова: «Мы окажемся в смертельной опасности, если не сможем создать великий союз против агрессии. Было бы величайшей глупостью, если бы... мы отвергли естественное сотрудничество с Советской Россией» {1186}.

В то же время чемберленовцы продолжали добиваться сближения с Германией. Летом 1939 г. вопрос об отношениях с ней стал основной проблемой внутриполитической жизни Англии. Однако, несмотря на все ухищрения реакционеров, становилось все более ясным, что политика «умиротворения» агрессора полностью провалилась. В Берлине уже было принято решение о военной расправе с Польшей; переговоры с Лондоном велись лишь в целях обеспечения полной изоляции Польши. Война надвигалась на Европу.

И все же иллюзии о возможности сговориться с нацизмом за счет других народов и государств продолжали жить в официальных кругах Лондона. «Английская общественность, — пишут британские историки, — не имела представления, что за энергичными публичными заявлениями скрывалась столь сильная решимость заставить поляков капитулировать» {1187}. 25 августа был подписан англо-польский договор о взаимопомощи, и тогда же некий немецкий информатор прямо заявил Хору, что, если Германия нападет на Польшу, Англия «всегда сможет выполнить свое обещание формально, не выступая в полную силу» {1188}. Так закладывались основы чемберленовской политики последующего периода, получившей название «странной войны».

Франция

Франция накануне второй мировой войны также переживала глубокий социально-экономический кризис. В стране продолжалось разложение режима третьей республики, который за 70 лет существования исчерпал себя.

Франция из гордого победителя Германии, диктовавшего ей в июне 1919 г. в Версале условия мирного договора, превратилась, по существу, в покорного спутника Англии. Генерал де Голль, оценивая причины разгрома страны Германией в 1940 г., впоследствии писал: «В конечном счете развал государства лежал в основе национальной катастрофы. В блеске молний режим предстал во всей своей ужасающей немощи...» {1189}

С 1930 г. экономика Франции находилась в состоянии хронического застоя. Не успев оправиться от кризиса 1929 — 1933 гг., она в 1937 г. вступила в полосу нового спада. В 1938 г. уровень промышленного производства страны снизился на 7,5 процента по сравнению с предыдущим годом; производство стали сократилось на 22 процента, чугуна — на 24 процента; [331] объем промышленной продукции в целом был на 8 процентов меньше, чем в 1913 г. {1190}. К июлю 1939 г. положение почти не изменилось: индекс промышленного производства составил 98 процентов к 1928 г., насчитывалось более 350 тыс. безработных {1191}. Таким образом, экономика Франции десятилетиями оставалась, по существу, на одном уровне. Доля Франции в мировом промышленном производстве сократилась {1192}. В целом промышленная продукция Франции в 1937 г. составляла 45,7 процента германской {1193}.

Тяжелое положение сложилось в области финансов. В результате организованной крупной буржуазией утечки капитала золотые запасы Франции в 1937 г. были наименьшими за весь период 30-х годов. Только в 1938 г. они были в какой-то степени восстановлены, однако и тогда сохранялась крупная задолженность Соединенным Штатам Америки и Англии.

С начала 30-х годов большие трудности испытывало сельское хозяйство. Многие тысячи мелких крестьянских хозяйств разорялись. Производительность труда и урожайность во Франции были значительно ниже, чем в Англии, Германии, Бельгии и Голландии.

В сентябре 1936 г. французское правительство приняло четырехлетнюю программу перевооружения. Она предусматривала развертывание массового производства танков, современной артиллерии, противотанковых и зенитных средств. Вместе с дополнительной программой, принятой в 1938 г., на перевооружение французской армии с 1 января 1937 г. по 1 сентября 1939 г. было израсходовано 30 млрд. франков {1194}.


Иностранные военные деятели на манёврах в Белорусском военном округе в 1936 г.

И все же для перевооружения армии было сделано далеко не все. Заказанные в 1935 — 1936 гг. 600 танков типа «Рено» были выпущены только в апреле 1938 г. В 1936 г. выпускалось в среднем по 120 танков в месяц, а в январе 1937 г. заводы дали всего 19 танков {1195}. Еще хуже обстояло дело с производством самолетов. В марте 1938 г. на заседании высшего комитета национальной обороны отмечалось, что у Франции имеются хорошие образцы самолетов, но их серийное производство не налажено {1196}. В 1938 г. производилось в среднем 53 самолета в месяц, в 1939 г. — 185; снарядов для 90-мм зенитных орудий до 1940 г. не производилось {1197}.

Хотя по объему производства и техническому уровню Франция отставала от Германии, тем не менее уже в тот период она обладала первоклассными по технической оснащенности металлургическими, металлообрабатывающими, электротехническими, химическими, автомобильными и другими предприятиями, на которых в короткий срок можно было наладить военное производство. Как сообщал член французской военной делегации генерал Вален в ходе англо-франко-советских переговоров в августе 1939 г., «мобилизация французской индустрии в отношении материальной части авиации» позволяла через три месяца после начала войны производить столько самолетов, чтобы перекрыть возможные потери {1198}. В том же духе высказывался министр авиации Ги ля Шамбр на заседании совета национальной обороны 23 августа 1939 г. {1199}. [332]

Таким образом, Франция имела реальные возможности для успешного сопротивления германо-итальянскому фашизму. Не относительная слабость военно-промышленного потенциала Франции, а прежде всего капитулянтская, антинациональная политика французских монополистов сыграла важную роль в том, что страна оказалась не подготовленной к войне с Германией.

Внутриполитическая обстановка во Франции перед второй мировой войной характеризовалась серьезным обострением классовой борьбы. В 1935 — 1937 гг. трудящиеся во главе с Французской коммунистической партией организовали народный фронт и объединенными силами добились серьезных успехов в борьбе против фашизма. Но с конца 1937 г. в наступление перешла крупная буржуазия, которая решила взять реванш за поражение в 1936 г. и отстоять свои привилегии, даже в ущерб национальным интересам страны. Представитель монополий в международном бюро труда Ламбер-Рибо заявил, что единственным средством обуздания рабочих является закрытие заводов, остановка экономической жизни страны. Эти слова не остались пустой угрозой. С приходом к власти правительства народного фронта буржуазия начала сокращать производство, увольнять рабочих, переводить капиталы за границу, саботировать государственные займы, что подрывало устойчивость франка. Так, хозяева авиационных заводов отказались ввести многосменную работу, саботируя тем самым военное производство.

Когда в марте 1938 г. второе правительство Блюма добилось от профсоюза металлистов согласия на установление в оборонных отраслях, и прежде всего в авиационной промышленности, 45-часовой рабочей недели, руководители промышленности отказались от этого под предлогом, что на оборонных заводах еще не начато серийное производство и «совершенно незачем удлинять рабочий день» {1200}. В декабре 1938 г. на ряде авиационных предприятий был проведен локаут, в результате которого было потеряно свыше 1,3 млн. рдбочих часов {1201}.

Французские монополисты осуществляли на практике лозунг «Лучше Гитлер, чем народный фронт!». Многие банки и компании устанавливали сотрудничество с монополиями Германии и Италии, фактически способствуя укреплению их военно-промышленного потенциала. Химический концерн «Кюльман», например, сотрудничал с «ИГ Фарбениндустри», объединение сталелитейных заводов «Комите де Форж» было связано с германским стальным концерном, а международный алюминиевый картель соединял французские монополии с германскими и итальянскими.

Конечно, между французским империализмом и германским милитаризмом существовали острые противоречия, явившиеся одной из причин второй мировой войны. Однако в правящих кругах Франции имелось влиятельное течение, выступавшее за соглашение с гитлеровской Германией. Ни для кого не было секретом существование в высшем парижском обществе кружка «Большой щит», выступавшего за сближение с рейхом. Среди его членов находились герцог де Брогли, граф Жан де ля Рошфуко, принц де Полиньяк, герцог де Клермон-Тоннер, принц д'Аранберг и владелец газеты «Пти паризьен» Этьен Бюно Варийа {1202}. Все они состояли в многочисленных правых партиях, подобных монархической «Аксьон Франсез», или таких открыто фашистских организациях, как «Боевые кресты» {1203} [333] полковника де ля Рока, «Патриотическая молодежь». Реакционные политические деятели, объединившиеся вокруг графа Парижского, открыто делали ставку на победу фашизма {1204}.

Победа народного фронта помешала фашизму прийти к власти во Франции, однако он не был разгромлен до конца. Раскрытый в 1937 г. заговор «тайного комитета революционного действия» (кагуляров), руководимого А. Мартэном и Делонклем, свидетельствовал о том, что фашистские организации продолжали существовать; в их рядах было немало богатейших людей Франции. Кагуляры вели борьбу против демократических организаций путем провокаций, саботажа и террора. Именно они устроили взрыв в управлении концерна «Комите де Форж», обвинив в этом рабочие организации. Специальная группа кагуляров, руководимая графом Жюрке де ля Саль, занималась вербовкой провокаторов и штрейкбрехеров {1205}.

В годы, непосредственно предшествовавшие второй мировой войне, соглашательство в отношении гитлеровской Германии достаточно глубоко проникло в традиционные буржуазные партии Франции. Этого курса придерживалась и социалистическая партия. Часть ее правых лидеров создала группу «неосоциалистов», отличавшихся особенно злобным антикоммунизмом и антисоветизмом и в то же время питавших явные симпатии к нацистам и французским фашистам. Лидер этой группы Деа опубликовал статью «Умереть за Данциг?», в которой призывал не препятствовать гитлеровской агрессии против Польши. А Фланден еще в 1938 г. прямо заявил: «Существует только одна опасность — коммунистическая» {1206}.

Профашистские силы занимали прочные позиции во французской печати. Наряду с газетой «Пти паризьен» прогитлеровскую пропаганду вели «Тан», «Журналь», «Пари-суар», «Репюблик», «Матен», «Эвр», «Жур», «Гренгуар», «Же сюи парту», агентство «Гавас» и другие. О степени проникновения германской агентуры в органы печати свидетельствует тот факт, что после мюнхенского сговора 132 французские газеты обратились с призывом к парламенту запретить компартию {1207}.

Центром подрывной работы «пятой колонны» во Франции являлся созданный нацистским агентом Отто Абецем комитет «Франция — Германия», председателем которого был граф де Бринон. Комитет развил бурную деятельность, организуя обмен делегациями с рейхом и проводя через правые газеты фашистскую пропаганду. «Пятая колонна» настолько распоясалась, что пошла на прямой подкуп некоторых французских газет. В июле 1939 г. «Юманите» разоблачила журналистов Пуарье из «Фигаро» и Обена из «Тан», получивших за «оказанные гитлеровской Германии услуги» 4,5 млн. франков {1208}. Большое внимание комитет уделял распространению нацистской идеологии среди французской интеллигенции, в частности в профессорско-преподавательских кругах.

Правительство Франции не предпринимало серьезных мер пресечения этой подрывной деятельности, ибо соглашательство и капитулянтство, граничившие с прямой изменой, глубоко проникли в высшие сферы государственной политической системы. Так, на заседании совета национальной обороны 23 августа 1939 г. генерал Гамелен воздержался от приведения всех данных о состоянии французской армии, поскольку на заседании [334] присутствовал министр иностранных дел Боннэ. Премьер-министр Франции Даладье одобрил сдержанность Гамелена: «Если бы вы сказали о слабости французской армии, на следующее утро Гитлер был бы в курсе ваших слов» {1209}.

Особое место в политической жизни предвоенной Франции занимала армия, руководители которой находились в плену опыта первой мировой войны, несмотря на то что военное дело ушло далеко вперед. Французская военщина вмешивалась во внутреннюю и внешнюю политику. Генералитет усердно распространял среди населения иллюзии относительно высокой боеспособности армии. Буквально накануне войны, выступая 2 июля 1939 г., генерал Вейган заявил: «Я думаю, что французская армия имеет самую большую военную ценность, чем когда-либо прежде. Она обладает первоклассным вооружением, превосходными оборонительными сооружениями, прекрасным духом и замечательным командованием» {1210}. В таком же духе выступал 13 августа 1939 г. на трехсторонних переговорах военных миссий в Москве глава французской делегации генерал Думенк {1211}.

В генералитете и офицерском корпусе французской армии всегда имелись люди с крайне реакционными политическими настроениями. Из армейской среды вышли такие реакционные деятели, как маршал Петэн, генералы Кастельно, Вейган, адмирал Дарлан и другие; не случайно сторонниками «Боевых крестов» и кагуляров были многие офицеры. В то же время среди командного состава имелись и патриотически настроенные люди (де Голль, Делатр де Тассиньи, де Отеклок, Вален, Катру и другие), но тогда они еще не играли решающей роли в вооруженных силах. Что касается полиции, особенно парижской, то она была не столько стражем порядка, сколько штабом фашистских заговоров.

Капитулянтам-«умиротворителям» решительно противостояли левые партии, в первую очередь Французская коммунистическая партия. В 1936 — 1939 гг. она значительно укрепила свои позиции. Компартия имела большое влияние среди рабочих крупных предприятий и добилась определенных успехов в завоевании на свою сторону трудящихся крестьян, а также многих видных представителей французской интеллигенции {1212}.

Французская компартия последовательно проводила линию на сохранение и укрепление мира, защиту национальной независимости страны, организацию отпора фашистской агрессии. Состоявшиеся в 1936 и 1937 гг. VIII и IX съезды ФКП выдвинули развернутую программу борьбы за мир.

Выступивший с докладом на IX съезде ФКП генеральный секретарь партии М. Торез потребовал от правительства проведения демократической и подлинно французской внешней политики, «которая бы отражала перемены, происшедшие в нашей стране после победы народного фронта и обеспечила бы сохранение верности высокой миссии Франции в мире» {1213}. ФКП руководствовалась тем, что для французских трудящихся «борьба за свободу и мир в настоящий момент (декабрь 1937 г. — Ред.) сливается с борьбой за независимость и безопасность Франции» {1214}.

Победа народного фронта, объединившего широкие антифашистские силы страны, создала реальные предпосылки для проведения в жизнь [335] программы мира {1215}. Народный фронт располагал прочным большинством в парламенте, именно на него опиралось правительство Блюма. Однако уже в июне 1937 г., столкнувшись с крупными экономическими трудностями и не решаясь преодолеть их революционным путем, правительство Блюма предпочло уйти в отставку. В последующие 15 месяцев до Мюнхена ось политической жизни во Франции постепенно сползала вправо. Сформированное в июне 1937 г. правительство Шотана, а затем и его второй кабинет (январь 1938 г.) были более правыми, хотя и продолжали опираться на партии, входившие в народный фронт. В марте — апреле 1938 г. у власти находилось второе правительство Блюма, на смену которому 10 апреля того же года пришло правительство одного из лидеров радикал-социалистов — Даладье. В него вошли еще более правые деятели.

Окончательный удар по народному фронту был нанесен мюнхенским соглашением. Правительство Даладье сразу же поставило вопрос о доверии и после длительной дискуссии добилось нужного вотума от палаты депутатов, а позже и от сената: против голосовали в основном коммунисты {1216}. В октябре 1938 г. радикал-социалистическая партия на своем съезде окончательно порвала с коммунистами.

В этой сложной международной обстановке 22 — 23 ноября 1938 г. пленум ЦК ФКП сформулировал задачи борьбы рабочего класса и трудящихся Франции: «Центральный Комитет торжественно заявляет, что коммунистическая партия требует своей доли ответственности и руководства как в оздоровлении страны, так и в усилиях по общему вооружению народа, чтобы обеспечить Франции непоколебимую мощь на службе социального прогресса, свободы и мира» {1217}.

Но крупная буржуазия, захватив ключевые позиции в правительстве, стала все более решительно применять репрессивные меры против народного фронта, левых политических сил, и в первую очередь против компартии. Добившись от парламента предоставления чрезвычайных полномочий, правительство Даладье опубликовало декреты, которые, по существу, сводили на нет социальные завоевания трудящихся и демократические свободы. Под предлогом ликвидации бюджетного дефицита декретом от 13 ноября 1938 г. был отменен контроль над ценами и кредитом. Хотя закон о 40-часовой рабочей неделе формально сохранялся, он претерпел значительные изменения: была сокращена оплата сверхурочных часов, отменена неделя с двумя выходными днями.

С целью деморализации трудящихся и предотвращения классовых волнений было решено призвать в армию железнодорожников, поступивших на работу после 1936 г. Сокращались пенсии бывшим фронтовикам, увеличивались налоги и переоценивались золотые запасы Французского банка {1218}.

30 ноября 1938 г. трудящиеся Франции ответили на эти решения правительства всеобщей 24-часовой забастовкой. Вследствие плохой подготовки, раскольнической деятельности реформистских лидеров, засевших во Всеобщей конфедерации труда, и мобилизации правительством огромного репрессивного аппарата, забастовка не имела успеха. Власти [336] подвергли репрессиям множество ее участников {1219}. Сотни тысяч стали жертвой локаута.

Невзирая на эти репрессии, передовые рабочие Франции оставались верны коммунистическому знамени. При наличии единства левые силы еще могли обуздать внутреннюю реакцию. Однако французская социалистическая партия, за которой в тот момент шли значительные слои трудящихся, предала народный фронт. Внутри этой партии разгорелась борьба между различными течениями, главным образом по вопросам внешней политики и отношений с компартией. На чрезвычайном съезде социалистической партии в Монруже (декабрь 1938 г.) произошло острое столкновение между двумя группами; одну из них возглавлял генеральный секретарь партии Фор, другую — ее лидер Блюм. Фор представил на рассмотрение съезда резолюцию, одобрявшую мюнхенское соглашение. Блюм, учитывая мнение пролетарской части социалистической партии, внес проект резолюции, выражавшей недовольство капитулянтской политикой кабинета министров Даладье и содержавшей требование создать правительство, которое будет «защищать демократию» {1220}. За резолюцию Блюма было подано большинство голосов делегатов съезда социалистической партии.

Однако уже на очередном съезде в мае 1939 г. в Нанте Блюм, по существу, согласился с Фором. Сторонники Фора, считавшие, что «важнее всего мир» {1221}, объединились в «пацифистскую» фракцию и одержали победу. В отчете Фора о деятельности партийного руководства всячески оправдывалось мюнхенское соглашение. Не сказав ни слова о росте фашистской опасности для Франции и угрозе миру со стороны Германии, он сосредоточил основное внимание на требовании созыва международной конференции, на которой, по его мнению, демократические государства должны пойти на уступки фашистским агрессорам. Эта резолюция, как и резолюция, запрещавшая членам социалистической партии работать в организациях, связанных с Французской компартией, получила большинство голосов {1222}.

Ослепленное антикоммунизмом, правое руководство социалистической партии нанесло этим серьезный удар по единству действий рабочего класса и помешало организовать достаточно мощное сопротивление мюнхенцам и «умиротворителям».

Подавление сопротивления республиканской Испании, захват гитлеровской Германией Чехословакии и выдвижение ею территориальных претензий к Польше рассеяли порожденные Мюнхеном иллюзии о возможности соглашения с агрессором. В этой тревожной и сложной обстановке наиболее дальновидные деятели Франции выдвигали конкретные предложения по укреплению мобилизационной готовности страны. Так, в марте 1939 г. французский посол в Германии Кулондр в письме министру иностранных дел Боннэ рекомендовал «безотлагательно мобилизовать все усилия нации на самое широкое и скорейшее развитие и укрепление военной мощи страны и, в частности, на создание мощной авиации», а также, «сохраняя как можно большую секретность», немедленно приступить «к мобилизации промышленности страны» {1223}. Следует отметить, что против соглашения с гитлеровской Германией выступили даже отдельные представите [337] ли монополистического капитала. Директор «Комптуар сидерюржик» П. Пюше критиковал мюнхенское соглашение. Вслед за Шнейдером, который боялся потерять завод Шкода в Чехословакии и АРБЕД в Люксембурге, некоторые видные французские промышленники начали поддерживать программу перевооружения страны. Ряд крупных банков Франции стали финансировать газету А. Кериллиса «Эпок», стоявшую на патриотических позициях {1224}.

В такой обстановке правительство Даладье было вынуждено предпринять некоторые меры по укреплению обороноспособности Франции. В январе 1938 г. был создан специальный комитет, которому поручалось обеспечение «развертывания военного производства». В соответствии с законом «об организации в военное время», принятым в июле того же года, создается «военный совет по делам войны», в который вошли начальники штабов трех видов вооруженных сил {1225}.

Принимались меры и по укреплению внешнеполитических позиций Франции. 21 — 24 марта президент Лебрен и Бонна находились в Англии с официальным визитом, в ходе которого была достигнута договоренность об усилении связей между двумя странами {1226}.

По мере нарастания угрозы второй мировой войны судьба Франции все больше зависела от ее отношений с Советским Союзом. Формально Советский Союз и Франция были связаны договором о взаимопомощи, заключенным в мае 1935 г. Но Мюнхен перечеркнул этот договор. Захват Чехословакии и появление угрозы нападения фашистской Германии на Польшу отрезвили некоторых французских политических и военных деятелей. Они стали высказываться за укрепление отношений с Советским Союзом. Так, полпред СССР во Франции сообщил 24 апреля 1939 г. о «повышенном интересе к нам (представителям СССР. — Ред.) со стороны военных. Военные, чего раньше не было, ищут сейчас встреч со мной» {1227}. В советское посольство прибыл начальник генерального штаба французской армии генерал Гамелен, который прямо заявил в беседе с полпредом 8 апреля, что, по его мнению, «наступил момент сплотить все силы, способные и готовые бороться с агрессией» {1228}.

Стремление к упрочению связей с СССР привело к активизации всех прогрессивных сил страны. Конкретную программу усиления обороноспособности Франции выдвинул пленум ЦК ФКП 19 мая 1939 г. Коммунисты требовали создать подлинное правительство национальной обороны, которое осуществило бы важнейшие пункты программы народного фронта, прежде всего в области независимой внешней политики и социальных преобразований, и приняло бы меры по укреплению республиканского духа в армии, развертыванию строительства оборонительных сооружений, обезвреживанию предателей, капитулянтов и фашистских шпионов. Однако, подчеркнул выступивший на пленуме М. Торез, «тяжесть связанных с этим жертв» необходимо возложить «в первую очередь на богатых». Такое правительство, продолжал он, должно опираться на рабочий класс. В этом случае трудящиеся сознательно пойдут «на жертвы, которых требует защита страны и мира», ибо они считают «необходимым усиление обороноспособности Франции и продиктованное обстоятельствами массовое производство вооружения» {1229}. [338]

Однако правительство Даладье пошло по другому пути. 18 апреля 1939 г. оно опубликовало новую серию декретов, означавших наступление на экономические и социальные права трудящихся. Социальное законодательство было отброшено во Франции фактически на целое столетие назад.

Реакционная политика правительства Даладье в отношении трудящихся способствовала активизации капитулянтских сил, которые стремились подтолкнуть германскую агрессию на Восток. Не случайно во французской правой печати совершенно открыто обсуждалась проблема создания «немецкой Украины» {1230}. 25 июля 1939 г. полпред СССР во Франции телеграфировал в Москву о том, что «громко провозглашающийся лозунг борьбы с германским шпионажем и коррупцией начинает здесь превращаться в борьбу с коммунистической партией и с «агентами Москвы». Это не усиливает доверия к искренности желания сотрудничать с нами» {1231}.

Спекулируя на страхе буржуазии перед народом, мюнхенские круги сумели навязать свою линию. Они настояли на том, чтобы военную миссию Франции на переговорах в Москве летом 1939 г. возглавили не столь ответственные лица, как того требовала обстановка, и чтобы полномочия миссии не давали ей юридического права для подписания конвенции. Именно они затягивали ход переговоров, а когда в августе 1939 г. Советский Союз был вынужден заключить с гитлеровской Германией пакт о ненападении, развязали яростную антисоветскую и антикоммунистическую кампанию.

Одним из первых шагов правительства Даладье после заключения советско-германского пакта о ненападении явилось запрещение изданий Французской компартии. После обысков в коммунистических организациях и запрещения публичных собраний в департаменте Сена Французская компартия фактически лишилась возможности вести свою пропагандистскую работу {1232}.

Так находившиеся у власти мюнхенцы разоружили Францию перед лицом гитлеровской агрессии и подготовили сокрушительное поражение страны.

США

Соединенные Штаты Америки не входили ни в одну из группировок держав, сложившихся к началу второй мировой войны, но политические и экономические интересы и связи влекли их к англо-французской группировке. Наряду с этим в руководящих сферах США было немало сторонников сближения Англии и Франции с Германией и Италией. Бывший американский президент Г. Гувер откровенно говорил в конце октября 1938 г.: «Я убежден, что ни Германия, ни другие фашистские страны не хотят воевать против западных демократий, при условии, что последние не будут препятствовать продвижению фашизма на Восток» {1233}.

В начале 1939 г. на Западе широко распространилось убеждение, что поход держав оси против Советского Союза не за горами и начнется не позднее весны. Под таким углом зрения в Вашингтоне анализировались все факты, свидетельствовавшие об экспансионистских намерениях гитлеровцев на Востоке. Поэтому, когда в первой декаде марта Ф. Рузвельт получил сообщения от своих дипломатических представителей в Европе о том, что «14 марта он (Гитлер. — Ред.) захватит Чехословакию, а летом [339] поставит под контроль оставшуюся часть Центральной и Восточной Европы» {1234}, это не встревожило руководителей Соединенных Штатов Америки. 15 марта 1939 г. Германия ликвидировала независимость оставшейся части Чехословакии, но и тогда Рузвельт, по словам официальных американских историков, «не особенно обеспокоился этим... Он был убежден, что Гитлер приступает к выполнению своей восточной программы. Президент полагал, что любые экономические мероприятия или иные меры воздействия могут затруднить ее осуществление» {1235}.

Однако захват Германией Чехословакии вызвал взрыв возмущения во всем мире. В глазах общественного мнения мюнхенская политика «лежала в руинах». И хотя правительства Чемберлена и Даладье еще не утратили надежд на сговор с Германией, новые агрессивные действия нацистского руководства породили недоверие к нему многих влиятельных представителей правящих кругов и в Англии, и во Франции, и в США. В сложившейся обстановке Рузвельт предпринял серьезные усилия, чтобы не допустить дальнейшего осложнения отношений Запада с фашистскими державами: 1 апреля США признают де-юре Франко; 15 апреля президент обратился к Гитлеру и Муссолини с просьбой дать заверение, что они не нападут на 31 перечисленное им государство. Но Гданьск (Данциг), избранный Германией в качестве повода для враждебной кампании в отношении Польши, был пропущен в списке, а главное — Советский Союз именовался в послании «Россией» (понятие, естественно, не адекватное). Значение этой семантической тонкости станет понятным, если учесть, что на Западе господствовало убеждение: гитлеровцы начнут поход на Восток с захвата Украины. Обращение Рузвельта независимо от его намерений объективно имело только те последствия, что в Берлине и Риме лишний раз убедились в нежелании США занять решительную позицию в отношении агрессоров. От фашистских диктаторов последовал вызывающий ответ.

Несмотря на все усилия мюнхенцев, не прекративших своих попыток сговориться с Германией, реалистически мыслившие деятели Запада не могли не видеть, что державы оси создали угрозу и их собственным странам. В Вашингтоне понимали, что Германия рано или поздно неизбежно станет вооруженным противником и Соединенных Штатов Америки. В основе политики Рузвельта, поддерживавшего англо-французскую дипломатию, лежало стремление отвести угрозу от США. Дальнейшее отступление перед Германией и ее союзниками было чревато серьезными последствиями для самих США. Война в Европе отвечала бы их традиционной стратегии — пусть Англия и Франция ведут боевые действия и за своего заокеанского союзника. Кроме того, американские правящие круги были убеждены в том, что война между странами оси и западными державами неизбежно втянет в свою орбиту и Советский Союз.

Крупные американские монополии были прямо заинтересованы в военной конъюнктуре. Уже в середине 30-х годов число корпораций в США превысило 530 тыс. Но решающая роль принадлежала сравнительно небольшой горстке монополистов — перед второй мировой войной 10 тыс. человек (0,008 процента населения) владели четвертью, а 75 тыс. человек (0,06 процента населения) — половиной всех акций корпораций США {1236}. В экономическом отношении США являлись главной страной капитализма. Занимая 7,1 процента всей территории и насчитывая 6,5 процента [340] населения капиталистического мира, Соединенные Штаты Америки в 1937 г. произвели 41,4 процента всей его промышленной продукции. В предвоенные годы они давали около половины продукции машиностроения капиталистических стран, свыше трети добычи каменного угля, более двух третей добычи нефти, свыше двух пятых производства чугуна и стали, обладали почти двумя пятыми установленной мощности электростанций и вырабатывали около 40 процентов электроэнергии. За последние три года перед началом второй мировой войны США давали в среднем треть сбора в капиталистическом мире четырех важнейших зерновых культур (пшеницы, кукурузы, ячменя и овса) и свыше половины сбора хлопка. В Соединенных Штатах Америки было сосредоточено около трети всей железнодорожной сети капиталистического мира и свыше двух третей автомобильного парка. В США находилось свыше 62 процентов общей суммы монетных золотых запасов капиталистического мира (на конец августа 1939 г. — 28 млрд. 483 млн. долларов) {1237}.

В то же время обнаружилось, что «новый курс», проводимый правительством Рузвельта, так и не разрешил социально-экономических проблем страны: недогрузка предприятий, составлявшая в 1929 г. 19 процентов всех производственных мощностей, увеличилась к 1939 г. до 33 процентов; по официальным данным, количество безработных в течение 1939 г. составляло в среднем 9,5 млн. человек {1238}. В избытке оказались три «М» — men (люди), machines (машины) и money (капиталы). Американские деловые круги надеялись, что война в Европе обеспечит еще больший приток военных заказов. Это сулило огромные возможности для выведения экономики из затяжной депрессии {1239}.

Доверенный советник Рузвельта С. Розенман подчеркивал: «Я не знаю, какую дорогу избрал бы Рузвельт в 1939 г., если бы события не приковали его внимание к международным делам. Но я знаю, что он был разочарован в проведении дальнейших реформ» {1240}. Другой сторонник «нового курса» — Р. Тагуэлл отмечал: «В 1939 г. правительство не могло добиться никаких успехов... Впереди лежало открытое море до того дня, когда в Польшу вторгнется Гитлер. Туман мог развеять только могучий ветер войны. Любые иные меры, которые были во власти Франклина (Рузвельта. — Ред.), не принесли бы никаких результатов» {1241}.

Поэтому, отказавшись от дальнейших преобразований «нового курса», которые являлись главным источником внутриполитических раздоров, «Рузвельт приступил к объединению консерваторов и либералов вокруг программы подготовки страны к встрече с опасностями, грозящими ей на международной арене» {1242}.

В послании конгрессу от 28 января 1938 г. Рузвельт заявил: «Наша национальная оборона не отвечает задачам обеспечения государственной безопасности и требует укрепления» {1243}. С этого времени началось перевооружение Соединенных Штатов. Первоначально главный упор делался на укрепление морской мощи. После захвата Германией Австрии и Су-детской области конгресс 14 ноября 1938 г. принял новую программу перевооружения, по которой большая часть средств выделялась на развитие ВВС: на производство 10 тыс. самолетов ассигновывалось 500 млн. [341] долларов {1244}. Главное внимание уделялось созданию прочной экономической базы, подготовке к переводу ее на военные рельсы, накоплению запасов промышленного сырья.

США были почти полностью обеспечены основными видами стратегического сырья за счет внутренних ресурсов, а дефицитные (марганец, хром, олово, никель, вольфрам, бокситы и каучук) в больших количествах закупались за границей. Созданные в стране запасы могли обеспечить промышленность в течение нескольких месяцев. В середине 1939 г. конгресс принял «Акт о стратегических сырьевых материалах». Тогда же совет вооружений армии и флота и другие организации, занимавшиеся планированием мобилизации ресурсов страны и созданием военных запасов на случай войны, были переданы в непосредственное подчинение канцелярии президента {1245}.

К началу войны выполнением внутренних и иностранных военных заказов занимались 9515 промышленных предприятий, 536 заводов и фабрик были готовы к приему таких заказов при первой необходимости. Кроме того, в случае широкого конфликта предусматривалось загрузить военными заказами еще и многие десятки тысяч других, более мелких предприятий. На день объявления мобилизации программой перевооружения предусматривалось обеспечить оружием, снаряжением и боевой техникой вооруженные силы численностью 1 млн. человек {1246}. Крупные стальные и авиационные компании приступили к планированию строительства новых заводов {1247}. 9 августа 1939 г. был создан совет военных ресурсов во главе с Э. Стеттиниусом, младшим директором стальной корпорации США. Через три недели развернул свою деятельность совет национальной обороны, одной из обязанностей которого являлось осуществление контроля за мобилизацией экономических ресурсов Соединенных Штатов Америки.

Военные ассигнования США в 1939 г. увеличились по сравнению с 1938 г. почти на 55 процентов. С 1936 по 1939 г. ассигнования конгресса на военные нужды возросли с 924 млн. долларов до 1 631 млн. {1248}.

Ежегодно около 7 млн. долларов отводилось на научно-исследовательскую работу и разработку новой техники {1249}. Руководство военно-научными учреждениями осуществлялось правительственным консультативным комитетом по аэронавтике, исследовательским комитетом национальной обороны, комитетом медицинских исследований и другими органами, подчиненными непосредственно президенту. Комитет национальной обороны имел 19 отделов, каждый из них занимался разработкой одного вида оружия или техники: ракет, радаров, приборов управления огнем и т. д. {1250}.

Все эти предварительные меры отнюдь не имели в виду срочного участия США в боевых действиях за океанами, а преследовали цель подготовить страну к вступлению в войну впоследствии.

К концу 30-х годов принятый в свое время конгрессом США закон о нейтралитете стал в определенной мере связывать свободу действий правительства, ибо усиливал позиции английской и французской реакции, ратовавшей за дальнейшие уступки агрессорам. 19 мая 1939 г. Рузвельт [342] разъяснил лидерам конгресса, что закон о нейтралитете в случае войны в Европе сделает более вероятной победу держав, враждебных США. Президент и государственный секретарь предложили внести к закону поправку, отменявшую обязательное введение эмбарго на вывоз вооружения и военных материалов в воюющие страны. Несмотря на значительные усилия администрации, конгресс не принял этого предложения. Провал попытки изменить закон о нейтралитете Рузвельт оценил как «стимул к войне» в Европе {1251}.

«Я... уверен, что если бы эмбарго на оружие, — вспоминал К. Хэлл, — было отменено в мае, июне или даже в июле 1939 г., то он (Гитлер. — Ред.) непременно принял бы этот фактор к сведению. Я также уверен, что срыв отмены эмбарго поощрил его выступить, принимая также во внимание заверение Риббентропа в том, что Англия и Франция не придут на помощь Польше и что даже если они попытаются что-либо сделать, то не смогут предпринять что-либо эффективное, так как будут лишены материальной помощи со стороны Америки» {1252}.

В Соединенных Штатах Америки по-прежнему господствовали изоляционистские настроения, глубину которых показывает так называемая «поправка Лудлоу» — предложение изменить конституцию так, чтобы объявление войны решалось всенародным референдумом. Как замечает американский военный историк Р. Леки, «поправка Лудлоу считалась взвешенной мудростью американских конгрессменов, и, когда палата представителей вернула ее в комитет 209 голосами против 188, не хватило только 21 голоса, чтобы представить ее на рассмотрение всего конгресса. Итак, Америка оставалась изоляционистской, будучи уверенной, что два благословенных океана подобно рвам защищают ее берега, тем самым убедив державы оси, что она не вступит в войну» {1253}.

Буржуазная историография, стремящаяся оправдать предвоенный внешнеполитический курс США, пытается доказать, что именно изоляционистские настроения широких народных масс связали руки правительству. Не отрицая факта распространения этих настроений, следует, однако, заметить, что они были следствием рассчитанных усилий правящих кругов, насаждавших их долгие годы в разгар политики поощрения и сговора с агрессорами. Все достижения науки и техники были брошены на то, чтобы убедить «среднего американца» в его незаинтересованности в европейских делах, в том, что никакой фашистской опасности для США не существует. «У нас это невозможно» — таков был лейтмотив изоляционистской пропаганды монополистов США. И надо признать, что им удалось достичь определенных успехов в этом отнюдь не благородном деле. По свидетельству одного из сыновей президента, «...в сентябре и октябре 1938 г. мы, американцы, в большинстве своем находились еще на расстоянии нескольких сот световых лет от понимания действительности...» {1254}.

Немалую роль в создании психологического климата, благоприятствовавшего довольно лояльному отношению к актам фашистской агрессии, сыграли многочисленные антидемократические организации {1255}, особенно легально действовавшие в США тридцать с лишним организаций, либо представлявших американский фашизм, либо открыто поддерживавших страны оси. Руководимый нацистскими агентами германо-американский союз («Бунд») к началу второй мировой войны имел в крупнейших городах [343] США 71 отделение, издавал четыре газеты (в Нью-Йорке, Чикаго, Филадельфии и Лос-Анджелесе); число членов «Бунда» достигало 200 тыс. человек {1256}.

Монополистические круги США продолжали всячески содействовать развитию германской экономики. Самые большие капиталовложения были сделаны ими в автомобильную промышленность рейха. Компании Форда, например, принадлежала большая часть капитала германского предприятия «Форд мотор компани А. Г.». В 1938 г. под ее техническим руководством была создана новая немецкая автомобильная компания «Фольксваген». За особые заслуги перед нацистской Германией Генри Форд получил от гитлеровского правительства орден «Большой крест германского орла», а немецкий генеральный штаб охарактеризовал действовавшее на территории рейха отделение компании Форда как «подлинно германское предприятие» {1257}.

Американская компания «Дженерал моторе корпорейшн» владела 100 процентами капитала крупнейшего в Европе германского автомобильного предприятия «Опель» {1258}.

В канун войны Соединенные Штаты Америки так и не заняли решительной позиции по отношению к агрессорам; правительство ограничилось препирательствами с конгрессом по поводу внесения изменений в закон о нейтралитете.

Вашингтон был полностью в курсе интриг английской и французской дипломатии. Чемберлен сообщал американскому послу в Лондоне Кеннеди «почти о каждом шаге, предпринимавшемся английским правительством. Таким образом, через Кеннеди президент и государственный секретарь получали своевременные и точные отчеты об английских планах... а также о переговорах с Кремлем» {1259}. Американские представители в Европе отнюдь не были пассивными наблюдателями за ходом англо-франко-советских переговоров. В статье, посвященной дипломатической деятельности В. Буллита, сказано: «В течение всего лета он находился в самой гуще переговоров, поддерживая контакты с Даладье и генеральным секретарем МИД Франции А. Леже. Иногда он даже брал на себя роль активного посредника, в особенности между французами и поляками, отношения между которыми были полны подслащенной горечи» {1260}.

Буллит особо предупреждал Даладье, что «каждое советское предложение нужно рассматривать через микроскоп» {1261}. Американские представители в Москве непрерывно «советовали» и «предостерегали» английского посла Сидса, непосредственно ведшего переговоры. Государственный департамент был в курсе действий и гитлеровской дипломатии. Через информатора в германском посольстве в СССР «американское посольство в Москве получало полные и точные отчеты» о намерениях и действиях гитлеровцев {1262}. Однако личный представитель Рузвельта Д. Фарли, находившийся во второй половине августа 1939 г. в Варшаве, не сделал ничего, чтобы побудить польское правительство отказаться от обструкции переговоров. Он хладнокровно выслушивал заявления Бека, Мосьцицкого и Рыдз-Смиглы о том, что для Польши вступить в союз с СССР будто бы означает «оказаться в пасти медведя» {1263}. [344]

В то же время на приглашение Чемберлена и Даладье принять участие в подготовке второго Мюнхена (на этот раз за счет Польши) правительство США дало понять, что оно против даже такого мирного решения польского вопроса. При этом оно подчеркнуло, что, если Англия и Франция не объявят войну Германии после ее нападения на Польшу, они не смогут рассчитывать на американскую помощь.

Американский посол в Англии в 1938 — 1939 гг. Д. Кеннеди позднее вспоминал: «Ни французы, ни англичане никогда бы не сделали Польшу причиной войны, если бы не постоянное подстрекательство из Вашингтона... Летом 1939 г. президент непрерывно предлагал мне подложить горячих углей под зад Чемберлену» {1264}.

Американский историк Ч. Тэнзилл высказал суждение, проливающее свет на мотивы американской политики: «...президент вовсе не хотел, чтобы война, которая начнется в Европе, закончилась столь быстро, что Соединенные Штаты не успели бы вмешаться. В сентябре 1938 г. против Гитлера могли бы выступить французская, английская, русская и чешская армии, которые разгромили бы его довольно быстро. К лету 1939 г. обстановка коренным образом изменилась: Россия заключила договор с Германией, а чешская армия исчезла. Война, начавшаяся в 1939 г., могла бы затянуться до бесконечности» {1265}.

Таким образом, и американский империализм несет долю ответственности за возникновение второй мировой войны. Это признавали, правда много лет спустя, ответственные политические деятели США, Конгрессмен Л. Джонсон (в 1963 — 1968 гг. президент США), выступая в конгрессе в 1947 г., говорил: «Франция могла остановить Гитлера, когда он вторгся в Саарскую область. Франция и Англия могли бы предотвратить оккупацию Австрии, а позднее не дать возможности нацистам захватить Чехословакию. Соединенные Штаты, Англия и Франция могли бы не допустить разгрома Польши, если бы была общая решимость остановить агрессию. Японию можно было бы остановить перед тем, как она вторглась в Маньчжурию, и, вне всяких сомнений, ее можно было бы остановить, когда она начала войну против Китая. Однако сирены умиротворения убедили нас, что происходящее в Европе или даже в мире нас не касается, и вследствие этого Франция была принесена в жертву замыслам фашистов, а судьба Англии решалась в небе над Лондоном» {1266}. Соединенные Штаты Америки, так же как Англия и Франция, проводили политику поощрения агрессии, которая сыграла немалую роль в возникновении мирового военного конфликта.

Польша

Польша в годы, непосредственно предшествовавшие сентябрьской катастрофе, переживала резкое обострение и углубление всех противоречий общественной жизни. Система экономических, политических и идеологических отношений, сложившаяся к тому времени в стране, все больше обостряла кризис, назревавший в правящей верхушке.

В мае 1935 г. умер военный и политический диктатор страны Ю. Пилсудский. Последним государственным документом, подписанным им, была так называемая «апрельская конституция 1935 г.», которая открывала широкий путь дальнейшей фашизации страны. Государственная власть сосредоточилась в руках наиболее последовательных идеологических преемников «коменданта»: генерального инспектора вооруженных сил маршала (с 11 ноября 1936 г.) Э. Рыдз-Смиглы, президента И. Мосьцицкого, министра иностранных дел Ю. Бека и послушного исполнителя их приказов премьера Ф. Славой-Складковского, издавшего в июле 1936 г. [345] декрет, по которому фактически устанавливалась военная диктатура Рыдз-Смиглы.

Выражая интересы наиболее реакционных сил буржуазии и крупных землевладельцев, новая «смена караула» продолжала антинародную политику. В условиях нарастания военной опасности со стороны фашистской Германии, хронического разлада экономики, значительного господства в ней иностранного капитала, отсутствия нормальных отношений с Советским Союзом эти силы делали ставку на дальнейшую фашизацию страны, видя в этом средство для подавления революционных сил, перекладывания на плечи трудящихся всей тяжести экономического застоя. Именно с этим правящие круги Польши связывали реализацию своих давнишних антисоветских планов.

Решительное сопротивление польского народа вынуждало правящую верхушку тщательно скрывать свои истинные намерения и полагаться на поддержку международного империализма и внутренней реакции. Большие надежды в выполнении стратегических и тактических замыслов она возлагала на созданную в начале 1937 г. по инициативе Рыдз-Смиглы новую правящую политическую партию — лагерь национального единства (обуз зъедноченя народовего — ОЗН). Эта политическая партия была призвана предотвратить явно обозначившийся раскол в господствующей клике, упрочить ее власть и заменить окончательно скомпрометировавший себя так называемый беспартийный блок сотрудничества с правительством {1267}. Новая правящая партия, построенная по фашистскому образцу, являлась ударной силой польской реакции, за спиной которой стояла главная организация национального капитала — центральный союз польских промышленников («Левиафан»), тесно связанный с французским капиталом {1268}. ОЗН поддерживали и союзы польских помещиков.

Программа лагеря национального единства отличалась крайним национализмом, католическим клерикализмом и приверженностью к фашистским методам управления. Широко пропагандировались милитаризация страны, культ армии и нового «вождя народа» Рыдз-Смиглы. Милитаристская группировка не признавала политического и культурного равноправия национальных меньшинств, составлявших значительную часть населения Польши. Только в Западной Украине было закрыто 3518 украинских школ {1269}; в Западной Белоруссии к 1939 г. не осталось ни одного печатного органа на белорусском языке. У крестьян были отобраны лучшие земли и отданы польским колонистам-осадникам {1270}.

Программа националистов была пронизана ненавистью к коммунизму вообще и к первой стране социализма в особенности. Антисоветский курс нового правительства был продиктован также великодержавными устремлениями имущих классов и «ягеллонской идеей» {1271} создания Польши «от можа и до можа» («от моря и до моря»).

В решении задачи по укреплению единства народа в борьбе против наступления германского фашизма и внутренних сил реакции важную роль могли бы сыграть так называемые «оппозиционные» партии, [346] которых в предвоенной Польше насчитывалось несколько десятков. Однако в переломные 1935 — 1939 годы, когда решалась судьба дальнейшего развития страны, лагерь буржуазно-либеральных и социал-демократических партий легальной оппозиции не представлял единого целого. Вся деятельность этих партий проходила в ожесточенной борьбе за узкокорыстные программные и тактические цели. Объединяло их лишь одно — классовая ненависть к Советскому Союзу, международному и польскому рабочему движению. Правительственные круги умело использовали соглашательство и неспособность оппозиционных партий к решительным действиям.

В то же время особенно острые противоречия существовали между партиями легальной демократической оппозиции и эндеками — наиболее реакционной профашистской националистической партией «Стронництво народово», лидеры которой претендовали на руководящую политическую роль в стране, оспаривая ее даже у правящего лагеря, и пытались установить ничем не прикрытую фашистскую диктатуру. Это обстоятельство в ряде случаев вынуждало демократическую оппозицию объединять свои усилия с коммунистической и другими партиями в борьбе против эндеков.

Только Коммунистическая партия Польши (КПП) разработала реальную программу защиты государства от гитлеровской угрозы, фашизации страны и последовательно с позиций пролетарского интернационализма выступала за братский союз польского и советского народов. Компартии, находившейся в подполье, приходилось действовать в чрезвычайно трудной и сложной обстановке: ей противостояли объединенные силы буржуазной реакции, государственного аппарата, правого крыла социалистической и крестьянской партий. Кроме того, наиболее испытанные и закаленные в революционной борьбе партийные работники томились в тюрьмах и концентрационных лагерях {1272}.

В феврале 1936 г. состоялся IV пленум ЦК КПП, который обсудил вопрос о последовательном проведении линии VII конгресса Коминтерна {1273}. Обобщив опыт освободительного движения в Польше, пленум указал, что цели пролетарской борьбы против фашизма, реакции и войны совпадают с общенациональными интересами.

«Борясь против военных махинаций Века и Гитлера, — говорилось в постановлении пленума, — наша партия защищает как мир, так и национальную независимость... мы — коммунисты — не позволим превратить нашу страну в плацдарм или в проходной коридор для гитлеровских генералов, стремящихся поработить как польский народ, так и народы Советского Союза» {1274}.

V пленум ЦК КПП (февраль 1937 г.) подчеркнул, что «оборону Польши должен взять в свои руки польский народ. Польская армия... должна быть превращена в сознательного защитника независимости народа, освобожденного от фашистской диктатуры» {1275}.

В результате последовательной и гибкой линии КПП и ее союзников развертывался фронт сопротивления антинародной внутренней политике буржуазно-помещичьего правительства. Под лозунгами народного фронта налаживалась совместная деятельность коммунистов, левых социалистов, [347] а также некоторых групп демократической интеллигенции. Более радикальным становилось крестьянское движение. Коммунистическая партия развернула борьбу по оказанию действенной помощи борющейся Испании. Реальным выражением интернационализма КПП явился тот факт, что в интернациональных бригадах под лозунгом «За вашу и нашу свободу!» сражались тысячи польских добровольцев. Под руководством коммунистов усилилось национально-освободительное движение в Западной Украине и Западной Белоруссии.

В период 1935 — 1938 гг. в стране развернулось мощное забастовочное движение и начались крестьянские волнения, часто перераставшие в вооруженные столкновения трудящихся с полицией и жандармерией. Революционные выступления трудящихся Польши основательно потрясли устои реакционного режима. Однако, поддержанный правыми политическими группировками, правыми лидерами польской социалистической и крестьянской партий, он удержался и продолжал свою антинародную политическую линию. Весной 1936 г. начались массовые репрессии против участников революционного движения. Осенью 1937 г. многочисленные организации профсоюзов, в которых коммунисты и левые социалисты пользовались значительным влиянием, были распущены. В 1938 г. спала волна забастовочного движения в городах (число бастующих сократилось до 268 тыс. человек вместо 675 тыс. в 1936 г.) {1276}.

Осенью 1938 г. в силу вступили декреты, ограничившие и без того урезанные до минимума гражданские права и свободы народа. Новыми законами предусматривалось наказание за «преступления в печати», «пораженческую пропаганду», то есть предусматривались репрессивные меры за распространение правды о последствиях антинародной внешней и внутренней политики санации, а также тюремное заключение за участие в забастовках на военных заводах, за организацию всеобщих и крестьянских стачек {1277}. В мае 1939 г. сейм принял закон о предоставлении президенту права издавать в период между сессиями чрезвычайные законы. Движимое страхом перед народом, польское правительство старалось ограничить публичные манифестации и митинги антигитлеровской направленности.

В 1936 — 1939 гг. правящие круги Польши осуществили ряд мероприятий по перестройке и расширению экономической программы, направленной на милитаризацию и подготовку страны к войне {1278}. Решить эту проблему было весьма нелегко. Уровень производства основных отраслей тяжелой промышленности к концу 30-х годов не достигал даже показателей 1913 г., что видно из данных таблицы 12.

По технической оснащенности предприятий и уровню производительности труда Польша значительно отставала от наиболее развитых западноевропейских стран. В 1938 г. на одного жителя Польши приходилось промышленной продукции примерно в пять раз меньше, чем в Германии, Англии, Франции и Италии {1279}. Производство и добыча важнейших видов стратегического сырья фактически контролировались заграничным капиталом. В 1939 г. доля его составляла в польской горнодобывающей (без нефтяной) и металлургической промышленности 63,6 процента, электротехнической — 74,2, химической — 76,2, [348]

Таблица 12. Производство важнейших видов промышленной продукции Польши (в тыс. тонн) {1280}

Годы

Виды сырья и продукции

1913

1932

1938

Железная руда

493

77

872

Чугун

1055

870

Сталь

1677

564

1441

Цинк

192

85

108

Олово

45

12

20

Уголь

41000

28800

38100

Нефть

1114

557

507

нефтяной — 89,9 процента {1281}. Производство цинка и олова почти полностью находилось в руках иностранных компаний. Цинком, добывавшимся в стране, распоряжались германские фирмы {1282}. Кроме того, во все отрасли экономики Польши глубоко проникла тщательно замаскированная разведка различных империалистических государств, и прежде всего германская {1283}.

Польская экономика, поставленная на службу подготовки к войне, была весьма уязвима из-за хронического недостатка стратегического сырья и материалов. Ежегодно Польша закупала за границей промышленного сырья в среднем на сумму более 500 млн. злотых, что составляло около 40 процентов стоимости всего импорта {1284}.

Географическое расположение промышленных предприятий было исключительно неблагоприятным. В основном они размещались в районах, которые непосредственно прилегали к границе с фашистской Германией. Например, 67,3 процента всех промышленных и ремесленных предприятий находилось в зоне, расположенной к западу от Вислы и составлявшей лишь 30 процентов всей территории страны.

К началу войны доля сельского хозяйства в национальном доходе достигала 68 процентов {1285}. В руках крупных помещиков (около 20 тыс. хозяйств) находилось 24,2 процента всей обрабатываемой земли, тогда как почти 3 млн. крестьянских хозяйств с наделом до 5 гектаров имели всего 17,2 процента {1286}. Более 2 млн. крестьян и сельскохозяйственных рабочих совсем не имели земли {1287} и влачили нищенское существование.

Начиная с 1936 г. руководство экономической подготовкой Польши к войне фактически было сосредоточено в руках генералитета. Организованный в 1936 г. комитет обороны Польши был обязан разрабатывать и рекомендовать правительству исходные данные для определения военной политики государства. На него возлагалась также задача координации всех мероприятий, проводимых в соответствии с мобилизационными планами {1288}. Однако практически все эти задачи выполнял главный секретариат [349] комитета обороны страны, входивший в состав главного штаба вооруженных сил. Таким образом, секретариат являлся основным правительственным органом по вопросам экономики, размещения и строительства объектов гражданской и оборонной промышленности и использования стратегического сырья {1289}.

В соответствии с планами перестройки промышленности и военного производства были разработаны четырехлетний план развития народного хозяйства Польши на 1936 — 1940 гг. и шестилетний план модернизации и развития вооруженных сил на 1936 — 1942 гг.

Основные объекты промышленного и военного производства предполагалось развернуть в районе, который польские правители назвали «треугольником наибольшей безопасности» из-за его относительной удаленности от границ. Этот район, прикрытый с востока и запада водными рубежами Вислы и Сана, а с юга — Карпатскими горами, именовался центральным промышленным округом {1290}. На его территории в 1939 г. строилось 105 промышленных предприятий, не считая заводов и фабрик по производству вооружения. Однако к началу войны их строительство не было завершено {1291}.

Программой модернизации и перевооружения армии предусматривалось расширение производства и освоение выпуска некоторых образцов вооружения, создание резервов оружия, боеприпасов, а также военно-технического имущества. Большое место в планах отводилось увеличению огневой мощи вооруженных сил. Но значительное развитие танковой промышленности, а также моторизация армии из-за экономической слабости страны не предусматривались {1292}. Для реализации этой программы требовалось 5 — 6 млрд. злотых {1293}. Ежегодно на вооружение и армию в среднем предполагалось выделять до 1 млрд. злотых, в то время как фактически из военного бюджета страны можно было ассигновать максимум 150 — 200 млн. злотых {1294}. Финансирование вооруженных сил Польши происходило за счет ограбления и эксплуатации трудящихся, увеличения как прямых, так и косвенных налогов, а также путем увеличения государственного долга и иностранных займов.

В 1936 г. Франция предоставила Польше заем на проведение комплекса военно-экономических мероприятий общей суммой свыше 2 млрд. франков (около 500 млн. злотых) {1295}. Реализация этого займа происходила очень медленно. Так, в соответствии с договором первые зенитные орудия для Польши Франция должна была направить 15 декабря 1939 г., а завершить поставки лишь в 1942 г. К началу немецко-фашистского вторжения в Польшу французская материальная помощь была реализована только на 13 процентов {1296}. Непосредственно накануне войны Польша получила от Франции дополнительный заем; на основе его было поставлено 50 легких танков {1297}, которыми удалось укомплектовать один танковый батальон. За несколько недель до начала войны был подписан договор [350] с Англией на приобретение вооружения и военно-стратегических материалов в кредит на сумму 8 млн. фунтов стерлингов {1298}. Получить что-либо с Британских островов Польша не успела.

Медлительность в реализации займов свидетельствовала о том, что английское и французское правительства на деле не были склонны помочь Польше в случае войны. Они и по отношению к ней проводили мюнхенскую политику.

Тем не менее меры, принятые по перестройке промышленности на военный лад, позволили повысить производство в 1935 — 1939 гг. примерно на 10 процентов в год {1299}. Однако к началу фашистского нападения Польша не достигла главной цели — обеспечения мобилизационных потребностей армии — и была далека от реализации основных заданий военных экономических планов. Военное производство едва обеспечивало текущие потребности армии мирного времени.

Несмотря на то что угроза гитлеровской агрессии против Польши становилась все более очевидной, буржуазно-помещичье правительство продолжало руководствоваться доктриной антикоммунизма, не отказывалось от поиска путей сотрудничества с наиболее агрессивными силами Европы. Продолжая претендовать на роль равноправного партнера в готовившемся антисоветском походе, польская реакция была не прочь поживиться за счет народов соседних стран. Готовя почву для вторжения в Литву, польская пропаганда усиленно муссировала спровоцированный самой польской стороной инцидент на польско-литовской границе в марте 1938 г. Вступление гитлеровцев в Вену сопровождалось истерическими призывами польских шовинистов, обращенными к Рыдз-Смиглы: «Веди нас, вождь, на Ковно!» Польское правительство благожелательно отнеслось к гитлеровскому плану захвата Австрии, а затем не преминуло принять участие в разделе Чехословакии и оказало помощь хортистской Венгрии в оккупации Закарпатской Украины.

Заветной мечтой польских реакционеров было участие в вооруженном походе против Советского Союза. В докладе «двуйки» — 2-го (разведывательного) отдела главного штаба Войска Польского, составленном в декабре 1938 г., подчеркивалось: «Расчленение России лежит в основе польской политики на Востоке... Поэтому наша возможная позиция будет сводиться к следующей формуле: кто будет принимать участие в разделе. Польша не должна оставаться пассивной в этот знаменательный исторический момент. Задача состоит в том, чтобы заблаговременно хорошо подготовиться физически и духовно... Главная цель — ослабление и разгром России» {1300}.

Польский народ на примере мюнхенского сговора распознал реальную опасность утраты его страной национальной независимости и государственной самостоятельности, превращения в колонию «третьего рейха». Вскрылось полное банкротство прежней ставки правительства на антисоветский блок с гитлеровской Германией и губительность такой ставки для судеб Польши. Однако даже в этот решающий момент реакционные правящие круги страны не пожелали учесть веление времени и пойти на коалицию с Советским Союзом. Теперь они рассчитывали на поддержку Англии и Франции, с которыми укрепляли союзные отношения.

Несмотря на необоснованный роспуск КПП, идейно выдержанный ее костяк сохранял верность ленинским принципам интернационализма и продолжал борьбу за национальные интересы страны. Польские коммунисты принимали активное участие в деятельности легальных рабочих [351] и демократических организаций, особенно профсоюзов, культурно-просветительных учреждений, демократических клубов, низовых организаций крестьянской партии. Позиция коммунистов, а также левых социалистов существенным образом повлияла на то, что за несколько месяцев до нападения Германии на Польшу проявилось решительное стремление трудящихся к активной борьбе во имя защиты независимости страны, к действенному отпору фашистской агрессии. В эти трагические для польского народа дни рабочий класс проявил высокую сознательность и дисциплинированность. В конце августа 1939 г. трудящиеся спешно копали противотанковые рвы и строили бомбоубежища. 27 августа только в Варшаве на эти работы вышло 20 тыс. человек, а спустя два дня — уже 40 тыс. {1301}. Находившиеся в заключении коммунисты требовали у тюремной администрации допустить их к активному участию в оборонительных работах {1302}.

* * *

Взаимоотношения Англии, Франции, США и Польши в конце 30-х годов обусловливались как империалистической внутренней политикой правящих кругов этих стран, так и прежде всего все более зримой опасностью развязывания гитлеровской Германией и ее союзниками новой мировой войны. Уже в эти годы начинают складываться основы военного союза между Англией, Францией и Польшей.

В связи с отказом Германии от локарнских соглашений и ремилитаризацией Рейнской зоны Англия и Франция 19 марта 1936 г. заключили соглашение о двусторонних гарантиях. После захвата Германией Чехословакии и в связи с усилившейся угрозой гитлеровской агрессии против Польши в двадцатых числах марта 1939 г. Англия и Франция обменялись нотами, в которых содержались взаимные обязательства об оказании друг другу помощи в случае нападения на одну из стран {1303}. Тогда же была окончательно достигнута договоренность о взаимной военной помощи в случае нападения Германии на Голландию или Швейцарию. Так, незадолго до второй мировой войны был сделан новый шаг в оформлении англо-французского военно-политического союза. 31 марта Англия предоставила гарантии Польше.

В отношении сотрудничества с Советским Союзом французская дипломатия заняла крайне пассивную позицию. Нарком иностранных дел СССР Литвинов 4 апреля 1939 г. писал: «Франция, поскольку дело нас касается, как будто совершенно стушевалась, предоставив даже разговоры с нами одной Англии» {1304}.

Весной и летом 1939 г. между Англией, Францией и США состоялись предварительные тайные переговоры о сотрудничестве в случае войны. На англо-французском совещании генеральных штабов 4 апреля 1939 г. было решено: «Уже теперь, в мирных условиях, как и позднее во время войны, следует использовать все дипломатические возможности для обеспечения благожелательного нейтралитета или активной поддержки других держав, особенно США» {1305}. В марте Лондон предупреждал Вашингтон, что обострение обстановки в Европе не даст возможности Англии отправить флот на Дальний Восток {1306}. В апреле эту позицию поддержал Париж: если английский средиземноморский флот отправится на свою базу в Сингапур, [352] Франция не сможет принять участия в войне в случае агрессии Германии. Учитывая эти обстоятельства, в апреле 1939 г. по приказу Рузвельта американский флот на Тихом океане получил подкрепление. Тем самым США, заботясь прежде всего о собственных интересах, в какой-то степени хотели обеспечить позиции Англии и Франции.

В июле 1939 г. по приглашению президента Рузвельта Соединенные Штаты с большой помпой посетила королевская чета Англии. Этот визит был задуман как демонстрация солидарности Великобритании и США в международных делах. В ходе переговоров стороны детально обсудили предложение президента: с началом военных действий вести патрулирование кораблями военно-морского флота США Западной Атлантики, а для этого Великобритания должна предоставить американцам базы в своих владениях в Западном полушарии {1307}.

В конце июля — начале августа 1939 г. в США находилась секретная миссия лорда Ривердаля, обсуждавшая проблему экономического сотрудничества во время войны. Было достигнуто принципиальное соглашение о том, что продукция американской военной промышленности будет распределяться между Англией и США в соотношении 3 : 5. Подводя итоги этих переговоров, Ривердаль заключил: «В целом английские заявки в течение двух ближайших лет могут быть удовлетворены, если США не вступят в войну, а Англия изыщет доллары для их оплаты» {1308}.

Резкое осложнение международной обстановки весной и летом 1939 г. со всей остротой поставило вопрос о позиции Франции в отношении Польши. Национальные интересы страны и давление общественности вынудили министра иностранных дел Боннэ подтвердить верность Франции договорам, заключенным ею с Польшей и Румынией. В мае 1939 г. было подписано франко-польское соглашение (протокол Гамелена — Каспритц-кого), предусматривавшее взаимную военную помощь в случае германской агрессии против Франции или Польши, а также материальную и финансовую помощь со стороны Франции в целях «укрепления польской армии и развертывания польской военной промышленности» {1309}. Но по настоянию Боннэ из соглашения был исключен пункт об оказании Польше «автоматической военной помощи всеми родами войск» {1310}. Таким образом, этот протокол, по словам Гамелена, «не имел никакой ценности» и «нисколько не связывал» Францию, а неоднократные заявления Боннэ о сохранении обязательств по оказанию помощи Польше, по его собственному признанию в беседе с тогдашним германским послом в Париже Вельчеком, были предназначены лишь для «внутреннего потребления» {1311}.

Последовательно проводя эгоистически классовую империалистическую политику, игнорируя коренные интересы своих наций, правители Англии, Франции, США и Польши, мечтавшие об уничтожении Страны Советов, сорвали попытки прогрессивных сил организовать коллективный отпор гитлеровской Германии и фактически расчищали дорогу все более наглеющему фашистскому агрессору.



Предварительный просмотр:

СССР НАКАНУНЕ ВЕЛИКОЙ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ВОЙНЫ

 

 

С чем Советский Союз пришёл к началу войны, насколько страна, ее вооруженные силы были готовы к отражению вражеской агрессии - ответ на этот вопрос необходимо искать, в первую очередь, в состоянии и степени развития нашей экономики и промышленности - основы обороноспособности государства.

Третий пятилетний план (1938-1942 гг.) являлся естественным продолжением второго и первого. Две первые пятилетки были перевыполнены. Промышленность возросла за четыре года первой пятилетки в два раза, намеченное увеличение на вторую пятилетку в 2,1 раза практически завершилось ростом в 2,2 раза. XVIII съезд ВКП(б) утвердил рост выпуска промышленной продукции за пять лет в 1,9 раза.

К июню 1941 года валовая продукция промышленности уже составила 86 процентов, а грузооборот железнодорожного транспорта - 90 процентов от уровня, намеченного на конец 1942 года. Было введено в действие 2900 новых заводов, фабрик, электростанций, шахт, рудников и других промышленных предприятий.

Если взять капиталовложения в их денежном выражении, то план предусматривал создание новых и реконструкцию старых предприятий на сумму в 182 миллиарда рублей против 103 миллиардов рублей во второй и 39 миллиардов в первой пятилетке. Из этого видно, что с учетом имевшегося в последние годы удорожания строительства вводилось в действие производственных мощностей больше, чем за две предшествовавшие пятилетки, вместе взятые.

В докладе XVIII съезду ВКП(б) об очередном плане развития народного хозяйства отмечалось, что в ходе выполнения прошлых планов пришлось, ввиду осложнения международной обстановки, вносить серьезные поправки в развитие тяжелой индустрии, значительно увеличив намеченный темп подъема оборонной промышленности. По плану третьей пятилетки по-прежнему особенно быстро шла вперед тяжелая и оборонная промышленность.

Ежегодный выпуск продукции всей промышленности возрастал в среднем на 13 процентов, а оборонной промышленности - на 39 процентов. Ряд машиностроительных и других крупных заводов был переведен на производство оборонной техники, развернулось строительство мощных специальных военных заводов.

Центральный Комитет ВКП(б) помогал предприятиям, выпускающим новую военную технику, в снабжении дефицитным сырьем, новейшим оборудованием. Чтобы крупные оборонные заводы имели все необходимое и обеспечивали осуществление заданий, туда посылались в качестве парторгов ЦК опытные партийные работники, видные специалисты. И.В. Сталин лично вел большую работу с оборонными предприятиями, хорошо знал десятки директоров заводов, парторгов, главных инженеров, часто встречался с ними, добиваясь с присущей ему настойчивостью выполнения намеченных планов.

Таким образом, с экономической точки зрения, налицо был факт форсированного развития оборонной промышленности.

Этот гигантский рост в значительной степени достигался ценой исключительного трудового напряжения масс, во многом происходил за счет развития легкой промышленности и других отраслей, непосредственно снабжавших население продуктами и товарами. Подъем тяжелой и оборонной промышленности происходил в условиях мирной экономики, в рамках миролюбивого, а не военизированного государства.

Поэтому еще больший нажим или крен в эту сторону практически означал бы переход с рельсов мирного развития страны на рельсы военного развития, вел к изменению, перерождению самой структуры народного хозяйства, ее милитаризации в прямой ущерб интересам трудящихся.

В промышленной, оборонной сфере было много трудностей - в связи с огромным размахом строительства ощущалась нехватка квалифицированной рабочей силы, недоставало опыта в освоении производства нового оружия и организации его массового выпуска.

В целом созданные за две довоенные пятилетки и особенно в три предвоенных года огромные производственные мощности обеспечивали основу обороноспособности страны.

С военной точки зрения исключительное значение имела линия партии на ускоренное развитие промышленности в восточных районах, создание предприятий-дублеров по ряду отраслей машиностроения, нефтепереработки и химии. Здесь сооружались три четверти всех новых доменных печей, вторая мощная нефтяная база между Волгой и Уралом, металлургические заводы в Забайкалье, на Урале и Амуре, крупнейшие предприятия цветной металлургии в Средней Азии, тяжелой индустрии на Дальнем Востоке, автосборочные заводы, алюминиевые комбинаты и трубопрокатные предприятия, гидростанции. Во время войны, вместе с эвакуированными сюда предприятиями, на востоке страны была создана промышленная база, обеспечившая отпор врагу и его разгром.

Материальные резервы, заложенные накануне войны, преследовали цель обеспечить перевод хозяйства на военный лад и питание войск до тех пор, пока хозяйство не заработает целиком на нужды войны. С 1940 по июнь 1941 года общая стоимость государственных материальных резервов увеличилась с 4 миллиардов до 7,6 миллиарда рублей.

Сюда входили резервы производственных мощностей, топлива, сырья, энергетики, черных и цветных металлов, продовольствия. Эти запасы, заложенные накануне войны, хотя и были довольно скромными, помогли народному хозяйству, несмотря на тяжелый 1941 год, быстро взять темп и размах, необходимые для успешного ведения войны.

Внеочередная IV сессия Верховного Совета СССР в сентябре 1939 года приняла "Закон о всеобщей воинской обязанности". По новому закону в армию призываются лица, которым исполнилось 19 лет, а для окончивших среднюю школу призывной возраст устанавливается в 18 лет. Для более совершенного овладения военным делом были увеличены сроки действительной службы: для младших командиров сухопутных войск и ВВС - с двух до трех лет, для всего рядового состава ВВС, а также рядового и младшего комсостава пограничных войск - до четырех лет, на кораблях и в частях флота - до пяти лет.

Выполнение третьего пятилетнего плана, заданий в области тяжелой и оборонной промышленности, а также угроза военного нападения на СССР требовали увеличения количества рабочего времени, отданного народному хозяйству. В связи с этим Президиум Верховного Совета СССР 26 июня 1940 года принял Указ "О переходе на восьмичасовой рабочий день, на семидневную неделю и о запрещении самовольного ухода рабочих и служащих с предприятий и учреждений". Была создана система подготовки квалифицированной рабочей силы в ремесленных и железнодорожных училищах, школах фабрично-заводского обучения, готовивших в среднем от 800 тысяч до 1 миллиона человек в год.

В середине 1940 года, Президиум Верховного Совета СССР издал Указ "Об ответственности за выпуск недоброкачественной продукции и за несоблюдение обязательных стандартов промышленными предприятиями". Вводились строгие меры, способствовавшие улучшению руководства предприятиями, укреплялись дисциплина, ответственность и порядок.

Государственный аппарат, управление промышленностью претерпели серьезные изменения, стали гибче, ликвидировалась громоздкость, излишняя централизация. Наркомат оборонной промышленности был разделён на четыре новых наркомата - авиационной, судостроительной промышленности, боеприпасов, вооружения. Наркомат машиностроения был разделён на наркоматы тяжелого, среднего и общего машиностроения.

Были созданы новые народные комиссариаты (автомобильного транспорта, строительства и др.), имевшие прямое отношение к укреплению обороны страны. Перестроена работа Экономсовета при СНК СССР. На его базе были созданы хозяйственные советы по оборонной промышленности, металлургии, топливу, машиностроению и т. д.

Все эти изменения вызывались возросшим объемом работы, требованиями подготовки к активной обороне от агрессии, возможность которой нарастала с каждым месяцем.

Применительно к условиям времени, а также в связи с новым "Законом о всеобщей воинской обязанности" реорганизовался и центральный военный аппарат, местные органы военного управления. В автономных республиках, областях и краях были созданы военные комиссариаты, введено в действие новое положение об их деятельности.

Большие, принципиальные вопросы в Наркомате обороны рассматривались на Главном военном совете Красной Армии. Особо важные вопросы обычно докладывались и решались в присутствии И.В. Сталина и других членов Политбюро ЦК ВКП (б).

Решением ЦК партии и Советского правительства от 8 марта 1941 года было уточнено распределение обязанностей в Наркомате обороны СССР.

Руководство Красной Армией осуществлялось наркомом обороны через Генеральный штаб, его заместителей и систему главных и центральных управлений.

В преддверии войны наши вооруженные силы выглядели следующим образом.

Стрелковые войска.

В апреле 1941 года для стрелковых войск был введен штат военного времени. Стрелковая дивизия - основное общевойсковое соединение Красной Армии - включала три стрелковых и два артиллерийских полка, противотанковый и зенитный дивизионы, саперный батальон и батальон связи, тыловые части и учреждения. По штатам военного времени дивизии надлежало иметь около 14 с половиной тысяч человек, 78 полевых орудий, 54 противотанковые 45-мм пушки, 12 зенитных орудий, 66 минометов калибра 82-120 мм, 16 легких танков, 13 бронемашин, более трех тысяч лошадей. Укомплектованные стрелковые дивизии могли представлять собой достаточно мобильное и грозное боевое соединение.

В 1939, 1940 и первой половине 1941 года войска получили более 105 тысяч ручных, станковых и крупнокалиберных пулеметов, около 85 тысяч автоматов. Это при том, что выпуск стрелково-артиллерийского вооружения в это время несколько снизился, так как устаревшие виды снимались с производства, а новые из-за сложности и конструкторских особенностей сложно было поставить на поток.

В конце марта было решено призвать пятьсот тысяч солдат и сержантов и направить их в приграничные военные округа для доукомплектования с тем, чтобы довести численность стрелковых дивизий до 8 тысяч человек. Несколькими днями позже было решено призвать 300 тысяч приписного состава для укомплектования специалистами укрепрайонов и других родов и видов вооруженных сил, артиллерии резерва Главного командования, инженерных войск, войск связи, противовоздушной обороны и службы тыла военно-воздушных сил. Итак, накануне войны Красная Армия получила дополнительно около 800 тысяч человек. Сборы планировалось провести в мае - октябре 1941 года.

Накануне войны в приграничных округах из общего числа соединений - ста семидесяти дивизий и двух бригад - 19 дивизий были укомплектованы до 5-6 тысяч человек, 7 кавалерийских дивизий в среднем по 6 тысяч человек, 144 дивизии имели численность по 8-9 тысяч человек. Во внутренних округах большинство дивизий также содержалось по сокращенным штатам, а многие стрелковые дивизии только формировались и начинали боевую учебу.

Бронетанковые войска.

К 1938 году по сравнению с началом тридцатых годов производство танков возросло более чем в три раза. В связи с новыми требованиями обороны страны ЦК ВКП(б) и Советское правительство поставили перед конструкторами и танкостроителями задачу создания танков с более мощной броневой защитой и вооружением при высокой подвижности и надежности в эксплуатации. В 1939- 1940 годах эта задача была блестяще решена.

Талантливые коллективы конструкторов под руководством Ж.Я. Котина создали тяжелый танк КВ, под руководством М.И. Кошкина, А.А. Морозова и Н.А. Кучеренко - знаменитый средний танк Т-34. Моторостроители дали мощный дизельный танковый двигатель В-2. КВ и Т-34 оказались лучшими из машин, созданных накануне войны. В ходе войны они сохраняли превосходство над аналогичными типами машин противника. Дело было за тем, чтобы как можно быстрее наладить их массовое производство.

По указанию ЦК ВКП(б) Комитет обороны в декабре 1940 года, изучив положение с производством новых танков, доложил ЦК о том, что некоторые заводы планы не выполняют, имеются большие трудности в отработке технологического процесса, вооружение войск танками КВ и Т-34 идет крайне медленными темпами. Правительством были приняты необходимые меры. Параллельно принимаются постановления ЦК ВКП(б) и Совета Народных Комиссаров, имевшие исключительное значение для обороны страны, об организации массового производства танков в Поволжье и на Урале.

С января 1939 года по 22 июня 1941 года Красная Армия получила более семи тысяч танков, в 1941 году промышленность уже могла дать около 5,5 тысячи танков всех типов. Что касается КВ и Т-34, то к началу войны заводы успели выпустить 1861 танк. Практически новые танки только со второй половины 1940 года начали поступать в войска приграничных округов.

К трудностям, связанным с количественной стороной дела, прибавились проблемы организационные. Красная Армия была пионером создания крупных механизированных соединений - бригад и корпусов. Однако опыт использования такого рода соединений в специфических условиях Испании был оценен неправильно, и мехкорпуса в нашей армии были ликвидированы. Между тем еще в битве при Халхин-Голе РККА многого добилась активным применением мобильных танковых соединений. Широко использовались мощные танковые соединения Германией в ее агрессивных действиях против стран Европы.

Необходимо было срочно вернуться к созданию крупных бронетанковых соединений.

В 1940 году начинается формирование новых мехкорпусов, танковых и моторизованных дивизий. Было создано 9 мехкорпусов. В феврале 1941 года Генштаб разработал еще более широкий план создания бронетанковых и моторизованных войск, чем это предусматривалось решениями правительства в 1940 году.

Учитывая количество бронетанковых войск в германской армии, в марте 1941 года было принято решение о формировании 20 механизированных корпусов.

Для полного укомплектования новых мехкорпусов требовалось 16,6 тысячи танков только новых типов, а всего около 32 тысяч танков. Такого количества машин в течение одного года практически при любых условиях взять было неоткуда, недоставало и технических, командных кадров.

Таким образом, к началу войны удалось оснастить меньше половины формируемых корпусов. Как раз они, эти корпуса, и сыграли большую роль в отражении первых ударов противника.

Артиллерия.

По уточненным архивным данным, с 1 января 1939 года по 22 июня 1941 года Красная Армия получила от промышленности 29 637 полевых орудий, 52 407 минометов, а всего орудий и минометов, с учетом танковых пушек,- 92 578. Подавляющее большинство этого оружия приходилось на войсковую артиллерию, входившую в штат частей и соединений. Войсковая артиллерия приграничных округов была в основном укомплектована орудиями до штатных норм.

Непосредственно накануне войны РККА располагала шестьюдесятью гаубичными и четырнадцатью пушечными артиллерийскими полками РГК. На артиллерию резерва Главного командования приходилось примерно восемь процентов всей артиллерии. Этого было совершенно недостаточно.

Весной 1941 года было начато формирование десяти противотанковых артиллерийских бригад, но полностью укомплектовать их к июню не удалось. И все же противотанковые артиллерийские бригады сыграли исключительную роль в уничтожении танков врага. В некоторых случаях это было единственно надежное средство сдерживания его массовых танковых атак.

К началу войны Главное артиллерийское управление не оценило полностью такое мощное реактивное оружие, как БМ-13 ("катюши"), которое первыми же залпами в районе Орши обратило в бегство вражеские части. Комитет обороны только в июне принял постановление об их серийном производстве и через 10-15 дней после начала войны войска получили первые партии этого грозного оружия.

Программу по вооружению миномётами определило Постановление Политбюро ЦК ВКП (б) от 30 января 1940 года "Об увеличении производства минометов и мин". Однако в требуемых масштабах армия начала получать 82-мм и 120-мм минометы только перед самой войной. В июне 1941 года в количественном и качественном отношении наши минометы уже значительно превосходили немецкие.

И. В. Сталин считал артиллерию важнейшим средством войны, много уделял внимания ее совершенствованию. Наркомом вооружения во время войны был Д. Ф. Устинов, наркомом боеприпасов до войны и во время войны - Б. Л. Ванников, главными конструкторами артиллерийских систем - генералы И. И. Иванов, В. Г. Грабин.

Всех этих людей И. В. Сталин знал хорошо, часто с ними встречался и целиком доверял их деловым качествам.

Войска связи, инженерные войска.

Комиссия ЦК ВКП(б) и СНК СССР, работавшая в середине 1940 года, справедливо указала на то, что количество инженерных войск в мирное время не могло обеспечить их нормальное развертывание на случай войны.

В предвоенное время штаты кадровых частей этих войск были увеличены, сформированы новые части, улучшилась общая подготовка инженерных войск, структура и оперативный расчет частей связи; в войска начали поступать новая инженерная техника и средства связи. Однако все недостатки в инженерных войсках и войсках связи до начала войны устранить не удалось.

Сеть шоссейных дорог в западных областях Белоруссии и Украины была в плохом состоянии. Многие мосты не выдерживали веса средних танков и артиллерии, а проселочные дороги требовали капитального ремонта.

Приграничные железнодорожные районы были мало приспособлены для массовой выгрузки войск. Об этом свидетельствуют следующие цифры. Железные дороги немцев, идущие к границе Литвы, имеют пропускную способность 220 поездов в сутки, а наша литовская дорога, подходящая к границам Восточной Пруссии,- только 84. Не лучше обстоит дело на территории западных областей Белоруссии и Украины: здесь у нас почти вдвое меньше железнодорожных линий, чем у противника. Железнодорожные войска и строительные организации в течение 1941 года явно не успевали выполнить те работы, которые нужно провести.

В 1940 году по заданию ЦК ВКП(б) Наркомат путей сообщения разработал семилетний план технической реконструкции западных железных дорог. Однако к началу войны были проведены только работы по перешивке колеи и по приспособлению железнодорожных сооружений под погрузку и выгрузку массы войск и вооружения.

Радиосеть Генштаба была обеспечена радиостанциями типа РАТ только на 39 процентов, а радиостанциями типа РАФ и заменяющими их 11-АК и др.- на 60 процентов, зарядными агрегатами - на 45 процентов и т. д. Приграничный Западный военный округ располагал радиостанциями только на 27 процентов нормы, Киевский военный округ - на 30 процентов, Прибалтийский военный округ - на 52 процента. Примерно так же обстояло дело и с другими средствами радио- и проводной связи.

Перед войной считалось, что для руководства фронтами, внутренними округами и войсками резерва Главного командования в случае войны будут использованы преимущественно средства Наркомата связи и ВЧ НКВД. Узлы связи Главного командования, Генштаба и фронтов получат все нужное от местных органов Наркомата связи, которые, как потом оказалось, к работе в условиях войны подготовлены не были.

Внутренняя радиосвязь в подразделениях боевой авиации, в аэродромной сети, в танковых подразделениях и частях, где проводная связь вообще неприменима, осуществлялась недостаточно четко.

Военно-Воздушные Силы.

Партия и правительство развитию советской авиации всегда уделяли очень большое внимание. В 1939 году Комитет обороны принял постановление о строительстве девяти новых самолетостроительных заводов и семи авиамоторных, на следующий год еще семь заводов, уже из других отраслей народного хозяйства, перестраиваются на выпуск авиационной продукции, предприятия оснащаются первоклассным оборудованием. Авиапромышленность к концу 1940 года возросла по сравнению с 1939 годом более чем на 70 процентов. Параллельно строились новые авиамоторные предприятия и заводы авиаприборов на площадках предприятий, переданных авиапромышленности из других отраслей народного хозяйства.

По уточненным архивным данным, с 1 января 1939 года по 22 июня 1941 года Красная Армия получила от промышленности 17 745 боевых самолетов, из них 3719 самолетов новых типов.

Начинался новый этап развития авиации. Практически был полностью реконструирован ЦАГИ, созданы новые конструкторские бюро военной авиации. Талантливые конструкторы С. В. Ильюшин, А. И. Микоян, С. А. Лавочкин, В. М. Петляков, А. С. Яковлев дали военной авиации истребители ЯК-1, МИГ-3, ЛАГГ-3, штурмовик ИЛ-2, пикирующий бомбардировщик ПЕ-2 и многие другие - всего около двадцати типов.

В конце 1940 - начале 1941 года развертывается борьба за ускоренное серийное освоение лучших типов самолетов. ЦК ВКП(б), И.В. Сталин много времени и внимания уделяли авиационным конструкторам.

Однако промышленность все же не поспевала за требованиями времени. В количественном отношении накануне войны в авиации преобладали машины старых конструкций. Примерно 75- 80 процентов общего числа машин по своим летно-техническим данным уступали однотипным самолетам фашистской Германии. Материальная часть новых самолетов только осваивалась, современной авиационной техникой мы успели перевооружить не более 21 процента авиационных частей.

Число авиационных соединений резко возросло. Высшим тактическим соединением истребительной, штурмовой и бомбардировочной авиации становится дивизия, преимущественно смешанная, состоявшая из четырех-пяти полков. Каждый полк включал четыре-пять эскадрилий.

Такая система организации Военно-Воздушных Сил позволяла обеспечить лучшее взаимодействие в бою различных родов авиации и самой авиации с сухопутными силами. Накануне войны соотношение между важнейшими родами ВВС было следующим: бомбардировочные авиаполки - 45 процентов, истребительные - 42 процента, штурмовые, разведывательные и другие - 13 процентов.

В конце 1940 года нарком обороны, Генеральный штаб вместе со штабом ВВС разработали и внесли в ЦК ВКП (б) предложения по реорганизации и перевооружению Военно-Воздушных Сил. Эти предложения были быстро рассмотрены и утверждены.

Постановлением "О реорганизации авиационных сил Красной Армии" предусматривалось формирование новых частей (106 авиаполков), расширение и укрепление военно-учебных заведений ВВС, перевооружение боевых соединений новыми образцами самолетов. К концу мая 1941 года удалось сформировать и почти полностью укомплектовать 19 полков.

Вскоре был сделан еще один шаг на пути укрепления ВВС - 10 апреля 1941 года ЦК ВКП (б) и СНК СССР приняли постановление о реорганизации системы тыла ВВС. Было решено сформировать тыл ВВС по территориальному принципу - изъять из строевых частей и соединений ВВС органы и учреждения тыла, создать районы авиационного базирования и батальоны аэродромного обслуживания.

Сам характер возможных боевых операций определил необходимость значительного увеличения воздушно-десантных войск. В апреле 1941 года начинается формирование пяти воздушно-десантных корпусов. К 1 июня их удалось укомплектовать личным составом, но боевой техники не хватило. Поэтому в начале войны задачи авиадесантных войск могли выполнять только старые авиадесантные бригады, объединенные в новые корпуса, а большинство личного состава новых соединений использовалось как стрелковые войска.

В феврале 1941 года ЦК ВКП (б) и СНК СССР утвердили дополнительный план строительства аэродромов. Предусматривалось создать в западных районах 190 новых аэродромов.

К началу войны аэродромные работы были в полном разгаре, однако преобладающее большинство их не было закончено.

Война застала наши военно-воздушные силы в стадии широкой реорганизации, перехода на новую материальную часть и переучивания летно-технического состава. К полетам в действительно сложных условиях успели подготовиться лишь отдельные соединения, а к ночным полетам - не более 15 процентов летного состава. Командование ВВС, уделив большое внимание переучиванию летного состава на новую материальную часть, несколько ослабило внимание к поддержанию боевой готовности на старой материальной части.

Буквально через год-полтора наша авиация могла предстать в совершенно обновленном, мощном боевом виде.

Войска ПВО.

Угроза воздушного нападения на СССР в предвоенные годы отчетливо нарастала. Поэтому ЦК ВКП (б) повысил требования к противовоздушной обороне страны, наметил конкретные меры значительного усиления обороны с воздуха. Прежде всего были проведены важные организационные преобразования, поскольку система ПВО, принятая в 1932 году, серьезно устарела.

Территория страны была разделена на зоны ПВО, соответствовавшие границам всех тогдашних военных округов,- северную, северо-западную, западную, киевскую, южную, северокавказскую, закавказскую, среднеазиатскую, забайкальскую, дальневосточную, московскую, орловскую, харьковскую. Зоны ПВО делились на районы ПВО, которые состояли из пунктов ПВО. В состав зоны ПВО входили соединения и части, предназначенные для обороны городов и объектов на территории зоны.

К июню 1941 года орудиями среднего калибра силы ПВО были обеспечены примерно на 85 процентов, малого калибра - на 70 процентов. Некомплект по истребителям составлял 40 процентов (накануне войны для целей ПВО было выделено 39 авиаполков), укомплектованность зенитными пулеметами - 70 процентов, по аэростатам заграждения и прожекторам - до половины.

Части и соединения ПВО западных приграничных районов, а также Москвы и Ленинграда были вооружены лучше. Западные округа получали новую материальную часть в большем количестве, чем другие округа, зенитными орудиями они были оснащены на 90-95 процентов, располагали новыми средствами обнаружения и наблюдения за воздушным противником. Войска, оборонявшие Москву, Ленинград и Баку, имели в своем составе более 40 процентов всех зенитных артиллерийских батарей среднего калибра. В ленинградской и московской зонах ПВО было дислоцировано до 30 радиолокационных станций РУС-2.

ЦК ВКП(б) и СНК СССР приняли решение сформировать истребительные корпуса для усиления противовоздушной обороны столицы и Ленинграда. Эти корпуса сыграли исключительную роль в отражении налетов фашистской авиации на Москву и город Ленина.

Военно-Морской Флот.

В предвоенные годы темпы оснащения Военно-Морского Флота постоянно нарастали. Только за 11 месяцев 1940 года было спущено на воду 100 миноносцев, подводных лодок, тральщиков, торпедных катеров, отличавшихся высокими боевыми качествами. Около 270 кораблей всех классов строилось в самом конце 1940 года. Создавались новые военно-морские базы, дополнительно осваивались районы на Балтийском, Северном и Черном морях. На всех флотах эскадры значительно укрепляются новыми кораблями, формируются новые соединения эскадренных миноносцев, торпедных катеров. Военно-Морской Флот накануне войны располагал хорошо подготовленными подводными и легкими надводными силами, способными успешно решать боевые задачи.

Всего накануне войны в строю флота было около 600 боевых кораблей, в том числе 3 линкора, 7 крейсеров, 49 эсминцев, 241 подводная лодка, 279 торпедных катеров, свыше 1000 орудий береговой обороны, более 2500 самолетов.

В целом же накануне войны советский Военно-Морской Флот производил внушительное впечатление и достойно встретил противника.

О том, сколь велики были мероприятия, осуществленные партией и правительством по укреплению обороны страны в 1939-1941 годах, говорит и рост численности наших вооруженных сил. Они возросли за это время в 2,8 раза, было сформировано 125 новых дивизий, и к 1 января 1941 года в сухопутных войсках, военной авиации, на флоте, в войсках ПВО было более 4200 тысяч человек.

Традиция подготовки гражданского населения и, прежде всего, молодежи к защите своего Отечества до призыва в армию пользовалась в народе широкой популярностью. Массово-оборонной работой занимался Осоавиахим. К 1 января 1941 года в рядах Осоавиахима состояло более 13 миллионов человек, ежегодно десятки тысяч энтузиастов летного дела, парашютистов, стрелков, авиамехаников приобретали специальности более чем в трехстах аэро- и автомотоклубах, авиашколах и планерных клубах.

Профессиональное обучение командиров всех степеней проводилось более чем в двухстах военных училищах Красной Армии и Военно-Морского Флота, в девятнадцати академиях, на десяти военных факультетах при гражданских вузах, семи высших военно-морских училищах. Согласно решению Главного военного совета и приказу наркома обороны № 120 система обучения в военных заведениях усовершенствовалась. На военных кафедрах, в литературе, учебных планах и разработках слушателям преподносилась современная военная теория, в значительной степени учитывавшая опыт начавшейся второй мировой войны.

Учащимся прививалась мысль, что войны в нынешнюю эпоху не объявляются, что агрессор стремится иметь на своей стороне все преимущества внезапного нападения. Принималось как должное, что с самого начала в операции вступят главные силы противостоящих друг другу противников со всеми вытекающими отсюда стратегическими и оперативными особенностями. Подчеркивалась непримиримость, ожесточенность вооруженной борьбы, возможность ее длительного характера и необходимость мобилизации усилий всего народа, объединения в борьбе фронта и тыла.

В связи с возраставшей угрозой агрессий со стороны фашистской Германии Наркомат обороны и Генеральный штаб не только вносили коррективы в разработанные оперативный и мобилизационный планы для отражения неизбежного нападения на нашу страну, но по указаниям ЦК партии и правительства проводили в жизнь целый ряд очень важных мероприятий из этих планов, направленных на усиление обороноспособности наших западных границ. Так, с середины мая 1941 года по директивам Генерального штаба началось выдвижение ряда армий - всего до 28 дивизий - из внутренних округов в приграничные, положившее тем самым начало выполнению плана сосредоточения и развертывания советских войск на западных границах. В мае - начале июня 1941 года на учебные сборы было призвано из запаса около 800 тыс. человек, и все они были направлены на пополнение войск приграничных западных военных округов и их укрепленных районов. Центральный Комитет партии и Советское правительство проводили ряд и других серьезнейших мероприятий в целях дальнейшего повышения боевой готовности и боеспособности Вооруженных Сил, по развитию военно-промышленной базы, по укреплению обороноспособности страны в целом. К середине 1941 года общая численность армии и флота достигла более 5 млн. человек и была в 2,7 раза больше, чем в 1939 году.

В мае - июне 1941 года по железной дороге на рубеж рек Западная Двина и Днепр были переброшены 19, 21 и 22-я армии из Северо-Кавказского, Приволжского и Уральского военных округов, 25-й стрелковый корпус из Харьковского военного округа, а также 16-я армия из Забайкальского военного округа на Украину, в состав Киевского Особого военного округа. 27 мая Генштаб дал западным приграничным округам указания о строительстве в срочном порядке полевых фронтовых командных пунктов, а 19 июня - вывести на них фронтовые управления Прибалтийского, Западного и Киевского Особых военных округов. Управление Одесского военного округа по ходатайству окружного командования добилось такого разрешения ранее. 12-15 июня этим округам было приказано вывести дивизии, расположенные в глубине округа, ближе к государственной границе. 19 июня эти округа получили приказ маскировать аэродромы, воинские части, парки, склады и базы и рассредоточить самолеты на аэродромах.

Однако полностью провести в жизнь и завершить намеченные мобилизационные и организационные мероприятия не удалось. Сказался здесь и просчет в определении времени возможного нападения гитлеровской Германии на нашу страну, да и экономические возможности страны не позволили выполнить их в сроки, отведенные нам историей. Сыграли, конечно, в этом свою роль и те недочеты, которые были допущены военным руководством при планировании и практическом осуществлении этих мероприятий.

Партия видела приближение войны и предпринимала максимум усилий, чтобы оттянуть сроки вступления в нее Советского Союза. Это был мудрый и реалистичный курс. Его осуществление требовало прежде всего искусного ведения дипломатических отношений с капиталистическими странами, и особенно с агрессивными. Советский Союз, руководимый большевистской партией, решительно боролся за укрепление мира, за безопасность народов, а в отношении Германии пунктуально выполнял свои договорные обязательства, не предпринимал ни одного шага, который гитлеровские главари могли бы использовать для обострения обстановки, для военных провокаций.

Вся проблема сводилась к тому, как долго нужно было продолжать такой курс.

14 июня 1941 года было опубликовано сообщение ТАСС, которое, с одной стороны, являлось военно-политическим зондажем, который со всей очевидностью показал, что Германия держит курс на войну против СССР и угроза войны приближается. Это вытекало из гробового молчания фашистских главарей на запрос, обращенный к ним Советским правительством. С другой стороны, это заявление показывало стремление нашего правительства использовать всякую возможность, чтобы оттянуть начало войны, выиграть время для подготовки наших Вооруженных Сил к отражению агрессии.

Таким образом, правильным считать, что сообщение ТАСС от 14 июня 1941 года является свидетельством заботы партии и правительства о безопасности нашей страны и о ее жизненных интересах.

О том, что это сообщение является внешнеполитической акцией, говорит продолжавшееся осуществление организационно-мобилизационных мероприятий, переброска на запад войсковых соединений, перевод ряда предприятий на выполнение военных заказов и т, д.

Захватив в свои руки почти все экономические и военно-стратегические ресурсы Европы, Германия хорошо оснастила свои вооруженные силы современным оружием, боевой техникой и достаточным количеством материальных средств. Отсутствие в то время активно действующих сил в Западной Европе дало возможность гитлеровцам сосредоточить против Советского Союза все свои главные силы.

Накануне войны Германия выплавляла вместе с оккупированными странами стали 31,8 миллиона тонн, сама добывала угля 257,4 миллиона тонн, а вместе с сателлитами - 439 миллионов тонн. Советский Союз соответственно 18,3 миллиона тонн, 165,9 миллиона тонн. Слабым местом Германии была добыча нефти, но это в какой-то степени компенсировалось импортом румынской нефти, а также созданными запасами и производством синтетического горючего.

После ликвидации версальских ограничений гитлеровское руководство в целях обеспечения своих захватнических планов всю экономическую политику подчинило интересам задуманной агрессивной войны. Германская промышленность была целиком переведена на рельсы военной экономики.

Был создан мощный военно-экономический потенциал, за сравнительно короткий срок построено более 300 крупных военных заводов, военное производство в Германии в 1940 году увеличилось по сравнению с 1939 годом на две трети, а по сравнению с 1932 годом - в 22 раза. В 1941 году германская промышленность произвела более 11 тысяч самолетов, 5200 танков и бронемашин, 30 тысяч орудий разных калибров, около 1,7 миллиона карабинов, винтовок и автоматов. При этом нужно учитывать большие запасы награбленного вооружения и производственные мощности сателлитов Германии и оккупированных ею стран.

По данным разведывательного управления нашего Генштаба, возглавлявшегося генералом Ф. И. Голиковым, дополнительные переброски немецких войск в Восточную Пруссию, Польшу и Румынию начались с конца января 1941 года. Разведка считала, что за февраль и март группировка войск противника увеличилась на девять дивизий: против Прибалтийского округа - на три пехотные дивизии; против Западного округа - на две пехотные дивизии и одну танковую; против Киевского округа - на одну пехотную дивизию и три танковых полка.

На 4 апреля 1941 года общее увеличение немецких войск от Балтийского моря до Словакии, по данным генерала Ф. И. Голикова, составляло 5 пехотных дивизий и 6 танковых дивизий. Всего против СССР находилось 72-73 дивизии. К этому количеству следует добавить немецкие войска, расположенные в Румынии общим количеством 9 пехотных и одна моторизованная дивизия.

На 5 мая 1941 года, по докладу генерала Ф. И. Голикова, количество немецких войск против СССР достигло 103-107 дивизий, включая 6 дивизий, расположенных в районе Данцига и Познани, и 5 дивизий в Финляндии. Из этого количества дивизий находилось: в Восточной Пруссии - 23-24 дивизии; в Польше против Западного округа - 29 дивизий; в Польше против Киевского округа - 31- 34 дивизии; в Румынии и Венгрии - 14-15 дивизий.

Большие работы осуществлялись противником по подготовке театра военных действий: проводились вторые железнодорожные пути в Словакии и Румынии, расширялась сеть аэродромов и посадочных площадок, велось усиленное строительство военных складов. В городах и на промышленных объектах организовывались учения по противовоздушной обороне, закладывались бомбоубежища и проводились опытные мобилизации.

Из числа войск венгерской армии до четырех корпусов находилось в районе Закарпатской Украины, значительная часть румынских войск располагалась в Карпатах.

В Финляндии высадки производились в порту Або, где с 10 по 29 апреля было высажено до 22 тысяч немецких войск, которые в дальнейшем следовали в район Рованиеми и далее на Киркинес. Генерал Ф. И. Голиков считал возможным в ближайшее время дополнительное усиление немецких войск за счет высвободившихся сил в Югославии.

На 1 июня 1941 года, по данным разведывательного управления, против СССР находилось до 120 немецких дивизий.

Весной 1941 года гитлеровцы не опасались серьезных действий со стороны западных противников, и главные вооруженные силы Германии были сосредоточены на всем протяжении от Балтийского до Черного моря.

К июню 1941 года Германия довела общую численность войск до 8 миллионов 500 тысяч человек, увеличив ее с 1940 года на 3 миллиона 550 тысяч человек, то есть до 208 дивизий. У нас к июню с учетом призыва дополнительных контингентов в вооруженных силах было около 5 миллионов человек.

Гитлер считал, что настал выгодный момент для нападения на Советский Союз. (См. План "Барбаросса"). Он торопился, и не без оснований...

Наиболее массовые перевозки войск на восток гитлеровское командование начало проводить с 25 мая 1941 года. К этому времени железные дороги немцами были переведены на график максимального движения. Всего с 25 мая до середины июня было переброшено к границам Советского Союза 47 немецких дивизий, из них 28 танковых и моторизованных.

Исходя из имеющихся разведданных, в течение всего марта и апреля 1941 года в Генеральном штабе шла усиленная работа по уточнению плана прикрытия западных границ и мобилизационного плана на случай войны. Было решено в срочном порядке отмобилизовать несколько армий за счет войск внутренних округов и в начале мая передвинуть их на территорию Прибалтики, Белоруссии и Украины, под видом подвижных лагерных сборов перебросить на Украину и в Белоруссию по две общевойсковые армии сокращенного состава.

13 мая Генеральный штаб дал директиву округам выдвигать войска на запад из внутренних округов. С Урала шла в район Великих Лук 22-я армия; из Приволжского военного округа в район Гомеля - 21-я армия; из Северо-Кавказского округа в район Белой Церкви-19-я армия; из Харьковского округа на рубеж Западной Двины - 25-й стрелковый корпус; из Забайкалья на Украину в район Шепетовки - 16-я армия.

Всего в мае перебрасывалось из внутренних военных округов ближе к западным границам 28 стрелковых дивизий и четыре армейских управления.

В конце мая Генеральный штаб дал указание командующим приграничными округами срочно приступить к подготовке командных пунктов, а в середине июня приказывалось вывести на них фронтовые управления: Северо-Западный фронт - в район Паневежиса; Западный - в район Обуз-Лесны; Юго-Западный - в Тарнополь. Одесский округ в качестве армейского управления - в Тирасполь. В эти районы полевые управления фронтов и армии должны были выйти с 21 по 25 июня.

Ближе всего к возможному противнику находились 47 сухопутных и 6 морских пограничных отрядов, 9 отдельных пограничных комендатур, 11 полков оперативных войск НКВД, а также расположенные вблизи границы, но не развернутые в боевые порядки стрелковые дивизии первых эшелонов армий прикрытия.

Всего в западных приграничных округах и флотах насчитывалось 2,9 миллиона человек, более полутора тысяч самолетов новых типов и довольно много самолетов устаревших конструкций, около 35 тысяч орудий и минометов (без 50-миллиметровых), 1800 тяжелых и средних танков (на две трети новых типов) и значительное число легких танков с ограниченными моторесурсами.

Боевая подготовка, настроенность в приграничных округах были различны и зависели от многих факторов: традиций в воспитании войск командованием, инициативы и ответственности комсостава, организованности и упорства в выполнении требований боевых уставов.

В ночь начала войны командование приграничных округов держало непрерывную связь с руководством Наркомата обороны и Генеральным штабом. В 4 часа с минутами нам стало известно от оперативных органов окружных штабов о бомбардировке немецкой авиацией наших аэродромов и городов. Одновременно или несколько ранее эти данные стали известны руководству Наркомата обороны и почти тут же Советскому правительству. Отборные фашистские армии, обладавшие двухлетним опытом ведения современной войны, обрушились на наши пограничные войска и войска прикрытия.

Так началась Великая Отечественная война. На всем протяжении границы от Баренцева до Черного моря завязалась ожесточенная и кровопролитная борьба.

29 июня ЦК ВКП(б) и Советское правительство приняли директиву, пронизанную ленинскими мыслями о защите социалистического Отечества. Ее основополагающая идея: "Все для фронта, все для победы!" В директиве говорилось: "Теперь все зависит от нашего умения быстро организоваться и действовать, не теряя ни минуты времени, не упуская ни одной возможности в борьбе с врагом". ЦК ВКП(б) призывал: "В беспощадной борьбе с врагом отстаивать каждую пядь советской земли, драться до последней капли крови за наши города и села, проявлять смелость, инициативу и сметку, свойственные нашему народу".

По прошествии более семи десятилетий не утихают дискуссии по поводу того, что помогло Советскому Союзу выжить и победить в Великой отечественной войне. Существуют различные мнения на счет того, в каком состоянии страна подошла к 1941 году. Причем эти мнения зачастую отражают диаметрально противоположные точки зрения. Одни утверждают, что страна находилась на пике после индустриализации 30-х годов, другие считают достижения промышленности и сельского хозяйства скорее бутафорными. Итак, какой же все таки была СССР накануне Второй Мировой войны?

Несомненно, большое влияние на ход будущей войны оказали коллективизация и индустриализация, проведенные в 30-е годы. Можно много спорить насчет хода сельскохозяйственной и технической революции в СССР, однако главная цель - превращение государства из аграрной страны в ведущую индустриальную державу - была достигнута. Удельный вес тяжелой промышленности в валовой продукции народного хозяйства только в первую пятилетку (с 1928 по 1933 годы) увеличился с 54,5% до 70,4%. В короткие сроки были созданы целые направления в промышленности, производственная и научно-техническая база, сокращена неграмотность населения. Все это сократило отставание Советской России от ведущих европейских стран в сфере экономики.

Одной из основных целей индустриализации было наращивание военной мощи коммунистического государства. В конце 20-х годов страна жила в ожидании войны против капиталистических стран и эти ожидания не были столь эфемерны, как может показаться сейчас. Отношения СССР с Англией оказались безнадежно испорченные в 1927 году из-за поддержки советами китайских коммунистов. Итогом противостояния стал разрыв дипломатических отношений между странами. Советское посольство в Пекине подверглось бомбардировкам, а представители РОВС, поддерживаемые британцами устроили ряд терактов против советских граждан. Обстановка в дальневосточных регионах страны так же была напряженной. Дополнительным фактором нервозности стали внутренние проблемы, неурожай и противостояние идеологических установок с реальным положением в стране.

Все это заставило руководство страны разработать план по наращиванию экономической и военной мощи страны в максимально короткие сроки. На декабрьском съезде ВКП(б) 1927 года были приняты директивные установки, на базе которых позже подготовили план будущей индустриализации. Первый этап был рассчитан на пять лет (с 1 октября 1928 г. по 1 октября 1933 г.) и включал тщательно проработанный комплекс мер, в которые входили не только строительство новых заводов, но и полное создание всей цепочки от подготовки кадров до проектирования и строительства гигантских объектов. Во время индустриализации власти привлекали к работе зарубежных специалистов, включая американских и немецких.

Форсированная индустриализация не могла не затронуть сельское хозяйство. Для обеспечения большей производительности была проведена коллективизация, объединившая разрозненных производителей сельхозпродукции в гигантские колхозы. Насильственная коллективизация и просчеты на начальном плане привели к плачевным последствиям, итогом которых стал голод во многих регионах страны в 1932-1933 годах. Однако переход на прямой контроль хода реформы партией позволил уже в 1935 году добиться стабилизации положения и отказаться от карточной системы.

СССР накануне Великой Отечественной войны уже не была отсталым сельскохозяйственным государством. Все проведенные меры позволили значительно снизить зависимость страны от внешних поставок техники и оборудования. Одних только тракторов Советский Союз за 10 предвоенных лет произвел в количестве 700 тыс штук или 40% от общемирового производства. Надо понимать, что эта продукция двойного назначения, с началом Второй Мировой те же самые заводы перешли на выпуск вооружения и вместо тракторов производили уже танки.

Индустриализация в СССР позволила выполнить одну из основных целей - наращивание военного потенциала. В войска в массовом порядке поступали бронемашины, танки и самолеты различных типов. Их количество в 1940 году на порядок превосходит вооружение в 1932 году. Накануне Второй мировой в СССР разрабатывались и внедрялись новые виды техники - тяжелый танк КВ, средний танк Т- 34; самолеты: истребители Як-1, ЛаГГ-3, МИГ-3; штурмовик Ил-2, бомбардировщик Пе-2; реактивные установки на машинах ("Катюши") и многое другое. Такие разработки стали возможны благодаря созданию в стране целой системы подготовки научно-технических кадров, образованию при предприятиях конструкторских бюро и опытных цехов.

Некоторые историки полагают, что все успехи индустриализации были сведены на нет в первые годы Великой Отечественной. Немецкие войска к зиме 1941 года захватили территорию, на которой проживало 42% населения Советского Союза, добывалось 63% угля, выплавлялось 68% чугуна и т.п. Впрочем такой подход не совсем верный. Индустриализация в наибольшей степени затронула Урал и Сибирь, а на оккупированных территориях располагалась дореволюционная промышленность. К тому же еще до войны были проведены ряд мер по подготовке к эвакуации предприятий в районы Урала. С началом Великой Отечественной только в течении первых трех месяцев более 1360 крупных фабрик и заводов были перемещены в безопасные районы.

Опыт, полученный в течении двух предвоенных пятилеток помог уже с началом войны с минимальными потерями переместить промышленность в районы Урала. Хотя советская промышленность к 1943 году выплавляла стали в четыре раза меньше, чем Германия (8,5 млн тонн против 35 тонн), ей удалось обогнать немецкую промышленность по выпуску вооружения. Так в 1942 году СССР произвел танков в 3,9 раз, боевых самолетов в 1,9 раза, орудий всех видов в 3,1 раз больше, чем Германия. При этом в военные годы организация и технология производства быстро совершенствовались. Все это было невозможно без опыта, полученного еще в предвоенные годы.

Состоявшийся в марте 1939 г. XVIII съезд ВКП(б) определил, что СССР вступил в полосу завершения строительства социалистического общества и постепенного перехода от социализма к коммунизму. Съезд сформулировал основную экономическую задачу: догнать и перегнать главные капиталистические страны по производству продукции на душу населения. На решение этой задачи отводилось 10-15 лет. На съезде был рассмотрен и утвержден план третьей пятилетки (1938-1942 гг.).

Решения съезда были встречены с энтузиазмом. В строй вводились новые предприятия, много внимания уделялось повышению активности масс. Однако морально-психологическое состояние общества оставалось противоречивым. С одной стороны, советские люди гордились трудовыми успехами, о которых постоянно сообщали средства массовой пропаганды, верили в светлое отдаленное будущее, а с другой - массовые репрессии порождали чувство страха, неуверенности в завтрашнем дне. К тому же был принят ряд суровых мер, направленных на укрепление трудовой и производственной дисциплины. Так, в 1940 г. Президиумом Верховного Совета СССР были изданы указы о переходе на восьмичасовой рабочий день, на семидневную рабочую неделю и о запрещении самовольного ухода рабочих с предприятий и учреждений, о запрещении самовольного ухода с работы трактористов и комбайнеров, работающих в машинно-тракторных станциях, по которым за прогул и уход с предприятия без разрешения администрации устанавливалась уголовная ответственность. Таким образом, государство фактически прикрепляло рабочих и служащих к предприятию. Были повышены нормы выработки, снижены расценки, а невыполнение минимума трудодней колхозниками могло привести к уголовному преследованию. Однако попытки руководства страны добиться поставленных целей, развивая энтузиазм масс и в то же время используя метод устрашения, не дали желаемого результата. План трех лет третьей пятилетки выполнен не был.

В связи с угрозой войны важное значение придавалось развитию военного производства, особенно на Востоке страны. В Поволжье, на Урале, в Сибири шло интенсивное строительство оборонных предприятий, основывающихся на местной топливно-металлургической базе. Темпы развития оборонной промышленности были высокими. Если за три года третьей пятилетки рост промышленного производства составлял в целом 13,2% в год, то в военных отраслях - 39%. Особое значение придавалось созданию новейших видов боевой техники. Укрупнялись научно-исследовательские организации, на ведущих оборонных заводах создавались конструкторские бюро и опытные цеха; активно действовали закрытые КБ, где работали репрессированные специалисты (в частности, известные авиаконструкторы Туполев и Сухой). Были разработаны перспективные образцы военной техники: тяжелый танк КВ, средний танк Т- 34; самолеты: истребители Як-1, ЛаГГ-3, МИГ-3; штурмовик Ил-2, бомбардировщик Пе-2; реактивные установки на машинах ("катюши") и т.п. Однако наладить выпуск новой техники в массовом масштабе к началу войны не удалось.

С конца 30-х годов и особенно после войны с Финляндией, которая выявила многие слабые места Красной Армии, принимались интенсивные меры, направленные на повышение боеспособности вооруженных сил. Их общая численность к июню 1941 г. составила 5,7 млн. человек; дополнительно формировались стрелковые, танковые, авиационные, механизированные дивизии, увеличивались воздушно-десантные войска, инженерно-технические части; расширялась сеть военных училищ, действовали 19 военных академий. Однако восполнить чудовищные потери от массовых репрессий 30-х годов, когда было уничтожено 80% высшего офицерского состава армии, не удалось. Профессиональный уровень командных кадров был низким, не были освоены передовые способы вооруженной борьбы, советская военная доктрина основывалась на наступательном характере и практически не предполагала длительных оборонительных действий. Все это предопределило крупные поражения Красной армии в начале войны.



Предварительный просмотр:

ВТОРАЯ МИРОВАЯ ВОЙНА. НАЧАЛО ВОЙНЫ В ЕВРОПЕ 1939-1940


Захват Польши. 1 сентября 1939 Германия без объявления войны вторглась в пределы Польши. Через два дня Великобритания и Франция объявили Германии войну. Два германских военно-воздушных флота разбомбили и без того слабые военно-воздушные силы Польши на аэродромах еще до того, как польские самолеты смогли подняться в воздух. После этого немецкая авиация обрушила удары на крупнейшие города и военные объекты Польши, разрушая мосты, пункты снабжения на железных дорогах, транспортные узлы и электростанции. Значительные по численности польские вооруженные силы были разгромлены фактически до того, как успели занять боевые позиции. За 30 дней сопротивление было почти сломлено. Последним беспрецедентно жестоким актом польской кампании была продолжительная бомбардировка Варшавы, где собрались тысячи беженцев. Когда германские армии сомкнули кольцо за Варшавой и их победа не вызывала сомнений, 17 сентября на территорию Польши вступили советские войска. Поляки не пытались противостоять этому; советские войска остановились, заняв линию на границе с Восточной Пруссией и тянувшуюся на юг вдоль р.Буг, а затем к западу от Львова, включая Галицию. Тем самым германские и советские войска вышли на границу, оговоренную в секретном протоколе Пакта Молотова - Риббентропа и подтвержденную последующими решениями правительств обеих стран. 28 сентября Германия согласилась признать новые границы между Советским Союзом и завоеванной ею территорией. 5 октября, после того как пала Варшава, Гитлер объявил об аннексии Германией Западной Польши (Силезии), где проживало 10 млн. поляков, и об установлении "протектората" над центральными районами страны. СССР провел плебисцит на захваченных им территориях и, объявив о его положительном результате, 1-2 ноября присоединил к СССР Западную Украину и Западную Белоруссию, входившие в состав Восточной Польши, население которых насчитывало 12 млн. человек - в основном белорусов, украинцев и евреев.
Реакция Великобритании и Франции. В ходе польской кампании Великобритания и Франция не оказали своему союзнику эффективной помощи. Британская армия лишь начинала выдвижение на континент, где ей предстояло занять позиции во Фландрии вдоль западного выступа линии Мажино. К концу октября из Англии длжны были прибыть 4 дивизии экспедиционного корпуса. Французская армия обороняла линию Мажино - сплошной пояс долговременных укреплений с проволочными заграждениями и противотанковыми ловушками. В течение нескольких недель французские войска атаковали немецкие передовые укрепления в Сааре, но эти попытки имели сугубо символическое значение. "Странная война" тянулась в течение зимы 1939-1940.
Нападение Советского Союза на Финляндию. Еще до окончательного раздела Польши СССР предпринял шаги по укреплению своих позиций в Прибалтике. После 1918, когда был заключен Брест-Литовский мир, советское руководство не смирилось с потерей Латвии, Литвы и Эстонии. Вслед за разделом Польши СССР в конце сентября - начале октября 1939 вынудил эти три страны подписать договоры о ненападении; в августе 1940 на их территории вошли части Красной Армии. Финляндия оказалась более несговорчивой, даже когда в октябре 1939 Москва потребовала от ее правительства заключить договор о дружбе и уступить СССР стратегически важные финские территории на Карельском перешейке, примыкающие к Ленинграду с севера. СССР также требовал от Финляндии предоставить ему свободный доступ к заполярному поселку Печенга, близ которого находится незамерзающий порт Лиинахамари, и согласиться на аренду морских баз, расположенных на финском побережье вдоль Балтийского моря и Финского залива. 30 ноября СССР начал военные действия с бомбардировок Хельсинки. У Финляндии имелась хорошо подготовленная 330-тысячная армия. Поначалу казалось, что этого вполне достаточно, учитывая слабую концентрацию частей Красной Армии в регионе. К 12 декабря попытки советских войск обойти с юга в районе Ладожского озера мощную оборонительную линию Маннергейма, которая прикрывала подходы к Финляндии со стороны Ленинграда, оказались неудачными, и нападавшие войска были отбиты с большими для них потерями. Через неделю в боях при Салле финская лыжная дивизия обошла и практически уничтожила вторую советскую группировку. В то же время советские передовые части вторглась на территорию страны на другом направлении с целью нанесения ударов по наиболее уязвимым объектам Финляндии. 21 декабря в сражении при Суомуссалми эти силы были отброшены 2-м финским корпусом. Успехи финнов показали слабость военного руководства Красной Армии. После провала наступления в январе бои были приостановлены, но советские войска, перегруппировавшись, 11 февраля предприняли новое наступление, определившее исход войны. Шаг за шагом, ценой тяжелейших потерь с обеих сторон линия Маннергейма была прорвана. 13 марта 1940 СССР и Финляндия при посредничестве Германии подписали соглашение о перемирии. По его условиям Москва получила весь Карельский перешеек, укрепленный Выборг (Виипури), а также длинную узкую полосу территории к северу от Ладожского озера. Морская база на полуострове Ханко была сдана в аренду Москве сроком на 30 лет. Советский Союз отодвинул свою границу в районе Печенги.
Падение Норвегии и Дании. Следующий акт агрессии Германии оказался неожиданным. В Норвегии существовала сильная пронацистская партия во главе с В.Квислингом; он предпринял несколько поездок в Берлин с целью убедить Гитлера, что если в Норвегии не произойдет переворот, то Великобритания оккупирует ее побережье. На решение Германии занять Норвегию повлияли и попытки Англии и Франции оказать помощь Финляндии. 16 февраля 1940 британский эсминец "Коссак" вошел в прибрежные воды Норвегии, чтобы захватить германский транспорт "Альтмарк", на котором находились английские пленные моряки. Гитлер решил, что Норвегия сотрудничает с Англией, и использовал этот инцидент в качестве предлога для вторжения в Норвегию. 8 марта на заседании военного кабинета Черчилль изложил план защиты Норвегии, придерживаясь принципа "демонстрации силы с тем, чтобы избежать ее применения". Союзники планировали провести 5 апреля минирование норвежских вод, а затем 8 апреля высадить десант в Нарвике, Тронхейме, Бергене и Ставангере. Но по ряду причин операция была отложена, и гитлеровцы опередили союзников. Ранним утром 9 апреля германские войска высадились с военных кораблей возле крупных портов Норвегии в полосе от Осло до Нарвика и без особых усилий захватили их. К стремительным действиям морского десанта подключилась авиация, что в целом обеспечило успех кампании, хотя в ней приняли участие всего 25 тыс. военнослужащих сухопутных сил. Норвежские батареи потопили германский крейсер "Блюхер". В ходе операции немцы потеряли 3 крейсера, 10 эсминцев, 4 подводные лодки, артиллерийское учебное судно и 10 малых судов. Союзники потеряли 1 авианосец, 2 крейсера, 1 сторожевой корабль и 6 эсминцев. Правительство перебралось из Осло в центральную часть страны. Что касается норвежской армии, то страна располагала 25 тыс. плохо вооруженных и слабо обученных солдат. 14 апреля на севере близ Нарвика и 17 апреля в Намсусе и Ондальснесе в центральной Норвегии высадился франко-английский морской десант. Две последние операции носили сугубо разведывательный характер. Союзникам удалось в начале июня взять Нарвик, однако непрекращавшиеся воздушные налеты с занятого немцами Тронхейма заставили их оставить город. С 3 по 8 июня войска союзников были эвакуированы, а 8 июня норвежская армия капитулировала. Одновременно с нападением на Норвегию (9 апреля) подверглась агрессии Дания, она была оккупирована без сопротивления, а правительство страны капитулировало.
Начало захвата Германией Западной Европы. С вторжением Германии в Норвегию и Данию "странная война" закончилась. Стало ясным намерение Гитлера захватить Западную Европу. 10 мая 1940 военно-морской министр У.Черчилль сменил на посту премьер-министра Н.Чемберлена. Позиции союзников оказались весьма уязвимыми вследствие незащищенности Нидерландов, Бельгии и Люксембурга, через которые немецкие войска могли нанести удар по Франции. Опасаясь вызвать раздражение со стороны гитлеровского правительства, нейтральные Бельгия, Нидерланды и Люксембург отклоняли предложения о сотрудничестве с Францией и Великобританией и даже не решались принимать эффективные меры по организации самообороны, хотя правительства указанных государств уже располагали неопровержимыми свидетельствами о готовящейся агрессии со стороны Германии. Армии трех стран находились в состоянии полуготовности и лишь демонстрировали свое присутствие на границах, в местах сосредоточения германских частей. Таким образом, к 10 мая 1940, когда Германия начала вторжение на их территорию, имея в виду в дальнейшем нападение на Францию, у них не оказалось общего плана совместной обороны. Германия напала на эти страны без предупреждения, не прибегая ни к каким предварительным дипломатическим процедурам. Планируя очередной захват, Германия сконцентрировала на этом участке крупные военные силы: 136 дивизий, в том числе 10 танковых и 6 моторизованных, 2580 танков, 3824 самолета, 7378 полевых орудий. Силы союзников насчитывали на северо-восточном фронте 111 дивизий, ок. 3100 танков, 1648 французских и 1837 английских самолетов. Французская армия мобилизовала 97 дивизии; 49 из них держали оборону на линии Мажино. Бронетанковые части насчитывали примерно равное с немецкими количество техники, но многие французские машины устарели. Все воинские формирования и занятые армией позиции, кроме линии Мажино, были плохо оснащены противотанковым и зенитным оружием. Британские экспедиционные силы во Франции составляли 12 дивизий, три из которых все еще находились в стадии подготовки. Бельгийцы мобилизовали 23 дивизии, 12 из которых занимали оборону на Альберт-канале. Нидерланды, вообще не имевшие тяжелых боевых машин, смогли выставить на линию обороны 8 дивизий. Немецкое командование рядом дезинформационных акций поддерживало в союзническом генералитете уверенность в том, что немцы повторят "план Шлиффена" 1914, когда их армии своим правым крылом обрушились на левый фланг французской обороны через Нидерланды и Бельгию. На этот раз немецкие войска нанесли основной удар в центре Западного фронта через труднопроходимую местность в Арденнских горах - с целью форсировать р.Маас и выйти к морю - и прорвали оборону союзников там, где немцев ожидали меньше всего.
Падение Нидерландов. Ранним утром 10 мая 1940 тогдашняя столица страны Гаага и ее главный порт Роттердам подверглись нападению воздушно-десантных сил. В целом в операции было занято только 16 тыс. человек. Одновременно на восточной границе Нидерландов, которая находилась на расстоянии 160 км, силами пехоты началось наступление по трем направлениям. 14 мая после массированной бомбардировки Роттердама голландская армия капитулировала, а правительство перебралось в Лондон.
Нападение на Бельгию. После падения Нидерландов германским воздушно-десантным силам оставалось взломать бельгийский замок, чтобы облегчить продвижение 6-й армии под командованием генерала В.фон Райхенау. Голландцы взорвали мосты через Маас близ Маастрихта, что несколько замедлило продвижение немцев. Как только это направление оказалось перекрытым, войска стремительно развернулись в направлении Бельгии. Бельгийская армия оставила свои укрепленные приграничные рубежи и отступила на запад, где планировалось ее соединение с франко-британскими силами, уже направлявшимися к р.Диль. Прежде чем соединиться на этой линии, союзники отошли к оборонительному рубежу за Шельдой. 6-я германская армия почти беспрепятственно продолжала продвижение на Брюссель. Тем временем немецкий танковый корпус генерала Геппнера столкнулся с французскими легкими механизированными дивизиями возле Анню и Жамблу; на следующий день немецкие танки осуществили успешный маневр против оборонявшихся танковых частей и отбросили их к р.Диль. Затем немецкие танки были переброшены в район Седана. Французские бронетанковые части не выдвинулись в том же направлении для генерального сражения, а остались в Бельгии, поскольку высшее командование ошибочно считало, что немецкий танковый корпус все еще находится близ Жамблу и представляет здесь главную угрозу вторжения во Францию. Почти все подвижные соединения союзников уже втянулись в сражение за Бельгию. Они включали британский экспедиционный корпус численностью в 350 тыс. человек, а также две французские армии общей численностью ок. 1 млн. военнослужащих. 9-я французская армия под командованием генерала А.Корапа удерживала наиболее уязвимый участок границы с Францией, соседний с юго-восточным бельгийским выступом. Оставив под Седаном плохо замаскированный и слабо защищенный сектор, Корап направил свои главные силы к Намюру. Когда они уже были на марше, основная мощь германской армии, обойдя их правый фланг, обрушилась на Францию. Ее целью оказались именно те позиции, которые только что оставил французский генерал.
Вторжение во Францию. Для прорыва во Францию 86 немецких дивизий сосредоточились в узком коридоре на границе с Люксембургом. На передовом участке находились три танковых корпуса под командованием генерала П.фон Кляйста. Продвижение этих сил, начавшееся утром 10 мая 1940, напоминало скорее гонки, нежели проведение военной операции. За два дня наступавшие войска преодолели расстояние в 122 км по территории Арденнских гор и вышли к Маасу. Утром 13 мая пехота выдвинулась к берегу реки. Около полудня над Седаном появились бомбардировщики, расстреливая и забрасывая бомбами оборонительные рубежи французов. Немногочисленные французские защитники были полностью деморализованы. В середине дня немецкая пехота форсировала реку на лодках и плотах; к полуночи инженерные войска закончили наведение моста между Седаном и Сент-Менжем. Ночью танковые части переправились через реку и заняли глубокий плацдарм в южной части города. За танками на захваченные рубежи выдвигались пехотные дивизии. Так, одним ударом, почти без сопротивления, и решилась судьба битвы за Францию. Все последовавшие за этим события - продвижение танков к морю, разгром союзников в Бельгии, эвакуация из Дюнкерка, капитуляция Франции - лишь последствия этой операции немецкой группы армий "А".
Битва за Фландрию. Танковая группа Кляйста совершила бросок от плацдарма Седана к портам в проливе Ла-Манш. 3-я французская танковая дивизия вступила в сражение к югу от Седана, но сама получила удар с фланга и была разбита. 4-я танковая дивизия под командованием генерала де Голля предприняла контратаку, но была отброшена. Из двух оставшихся французских танковых дивизий одна оказалась в сложном положении из-за нехватки горючего, другая утратила боевую мощь, будучи расчлененной на мелкие подразделения для боевого охранения. Таким образом, главная наступательная сила Германии - танковые войска - не встретила активного сопротивления, и 20 мая ее передовые части вышли к побережью близ Абвиля. К тому времени немецкие механизированные колонны, повернув вдоль берега на север, отрезали Булонь и Кале, а 22 мая одна из оперативных групп достигла линии Эр - канал Сент-Омер в 32 км от Дюнкерка, единственного оставшегося порта, который еще связывал британские экспедиционные силы с родиной. 16 мая главнокомандующий французскими войсками генерал М.Гамелен был заменен генералом Вейганом. Слишком оптимистически оценив ситуацию, он приказал генералу Горту нанести удар с севера по флангу противника во взаимодействии с французскими войсками, которым предписывалось наступать с юга. Однако наступление французов захлебнулось, в то время как на левом фланге британской армии бельгийцы отступали под натиском немцев. 25 мая Горт под свою ответственность принял решение немедленно прекратить наступление в южном направлении, а предназначенными для этого двумя дивизиями заполнить расширявшуюся брешь между левым флангом и бельгийцами. Тем самым - как считает официальная английская историография - он спас британскую армию. 28 мая бельгийская армия капитулировала, британская же продолжила с боями отступление к Дюнкерку. Германские танковые силы после прорыва угрожали Дюнкерку уже с запада; 23 мая по приказу генерала Рундштедта, командующего группой армий "А", они остановились на рубеже Бетюн - Сент-Омер - Гравлин. Этот приказ позже приписывался Гитлеру и стал предметом множества дискуссий, однако, как свидетельствуют оперативные документы германской армии, Гитлер лишь утвердил 24 мая действия Рундштедта, который решил поберечь уже потрепанные в боях бронетанковые соединения для нанесения окончательного удара по Франции. Рундштедт решил, что он сделал свое дело, посчитав, что британские войска будут окружены и прижаты к морю, а люфтваффе (военно-воздушные силы) не позволит им использовать морской путь для спасения. Но в результате ожесточенных боев и ценой больших потерь англичане все же сумели провести эвакуацию союзных сил, названную "дюнкеркским чудом". К утру 4 июня ок. 215 тыс. английских, а также 123 тыс. французских и бельгийских военнослужащих высадились на побережье Великобритании. Общие потери Великобритании в ходе операции составили 69,6 тыс. человек. Разгром прорванного левого фланга французской армии завершился после Дюнкеркской операции капитуляцией окруженных воинских частей. В результате Франция потеряла 30 дивизий, включая бронетанковые. Для строительства новой линии обороны протяженностью 240 км - от центральной части Франции до Ла-Манша - в распоряжении генерала Вейгана осталось только 49 дивизий.
Капитуляция Франции. Германия не оставила французам времени на передышку. 5 июня германские войска свернули завершающие операции во Фландрии и нанесли удар к югу и юго-западу от Соммы. Танковые дивизии немцев стремительно продвигались, одерживая одну победу за другой над французами, беззащитными против танковых атак. Оборонительные рубежи к северу от Парижа были разгромлены, а французская армия окончательно разбита и деморализована. Французы не предпринимали попыток оборонять Париж и, чтобы спасти город от бомбардировок, 14 июня сдали его без боя. Судьба Франции фактически была решена. 10 июня, когда победа Германии уже не вызывала сомнений, Италия объявила войну Франции и атаковала ее на всем протяжении общей границы. На какое-то время французам удалось удерживать свои позиции. 10 июня французское правительство перебралось из Парижа в Тур, откуда вскоре переехало в Бордо. Германские войска вошли в Париж, одновременно продолжая оттеснять французскую армию к Луаре. 11 июня премьер-министр Франции П. Рейно обратился к премьер-министру Великобритании Черчиллю с просьбой освободить Францию от взаимных обязательств, по которым ни одна из сторон не имела права без согласия союзника заключать сепаратный мир. 14 июня группа немецких армий "Ц" атаковала линию Мажино на узком участке фронта южнее Саарбрюккена и прорвала оборону французов. 16 июня, признав неспособность союзника выполнять свои обязательства, Великобритания согласилась освободить от них Францию при условии, что ее военно-морской флот не будет передан Гитлеру. Провалилась и попытка Великобритании побудить Францию продолжать войну на африканском театре военных действий. 16 июня большая часть французского правительства проголосовала за перемирие. Рейно ушел в отставку, его место занял маршал Петен. 17 июня он запросил у Гитлера перемирия. 22 июня 1940 мирный договор был подписан в железнодорожном вагоне в том самом Компьенском лесу, где в 1918 маршал Фош принимал германскую военную делегацию, приехавшую просить мира. Две трети территории Франции были оккупированы. Будучи номинально независимой, Франция де-факто стала государством-сателлитом стран Оси. Германия больше выигрывала от частичной оккупации Франции, нежели от ее полного захвата. Немцы удерживали индустриальный север и заняли все северное и западное побережье Франции, превратив его в главную базу для борьбы против Великобритании. Итальянцы получили лишь то, что успели захватить до 24 июня, когда был подписан акт о капитуляции Франции. Морская база в Тулоне должна была оставаться нейтральной. Всем французским военным судам было приказано прибыть в порта их приписки, где они были разоружены. Новое французское правительство обосновалось в Виши; главой государства стал Петен. Официальная Франция сдалась на милость победителю, но за пределами страны остался символ сопротивления - генерал де Голль, который в конце июня 1940 создал в Лондоне комитет "Свободная (с июня 1942 - Сражающаяся) Франция".

Все политические режимы стран Восточной Европы к началу Второй мировой войны, разделяя общую для многих стран Европы 1920 – 1930 гг. тенденцию, носили отчетливые черты авторитаризма (Тибо П. Эпоха диктатур). При формальном сохранении демократических институтов реальной властью обладали различные «вожди», «отцы нации», опиравшиеся прежде всего на армию, полицию и на политические партии национал-радикального толка, относимые к массовым фашистским (венгерские «Скрещенные стрелы», румынская «Железная гвардия») или полуфашистским движениям. В политической практике управления были распространены методы радикального подавления левой оппозиции, получавшей поддержку у значительной части населения. Национальная политика была направлена на стимулирование «национального мифа» титульных наций и ограничения прав национальных меньшинств. Во всех странах Восточной Европы в 1930-х гг. существовала сильная оппозиция правящим режимам, представленная прежде всего коммунистическими партиями и политическими организациями национальных меньшинств.

В ходе Второй мировой войны некоторые страны Восточной Европы потеряли свой суверенитет – часть бывшей Чехословакии (протекторат Богемия и Моравия) и Польша. Административный режим управления в них в разное время определяли поглотившие их сверхдержавы – Германия или Советский Союз. Также на политическое влияние претендовали различные «правительства», образованные в эмиграции или в режиме оккупации, которые ориентировались на одну из враждующих сторон в мировом конфликте.

Уже с начала 1930-х гг. государства Восточной Европы стали объектом притязаний двух набиравших военную мощь держав – Германии и Советского Союза, документально оформленных дополнительными протоколами советско-германского пакта о ненападении от 23 августа 1939 г.

Германия стремилась возвратить свои восточные территории, потерянные после поражения в Первой мировой войне, – города Познань, Данциг, части Западной Пруссии и Верхней Силезии (после объединения с Австрией еще и Судетскую область), а также контролировать экономические ресурсы Восточной Европы.

Советский Союз также желал вернуть территории, ранее входившие в состав Российской империи, – Восточную Польшу и Бессарабию. Стимулом к распространению своего геополитического влияния на Восточную Европу являлась для него и доктрина экспорта революции.

В свою очередь, практически все страны Восточной Европы, имея смешанный этнический состав населения и границы, проведенные инициативой третьих стран (Версальский мирный договор 1919 г. и последующие договоры начала 1920-х гг.), в 1920-х – 1940-х гг. предъявляли территориальные претензии к своим соседям или являлись объектом данных притязаний, что исключило вариант создания общего политического союза восточноевропейских стран.

Территориальные претензии стали поводом для начала 1 сентября 1939 г. германо-польской войны, которая в течение нескольких дней превратилась в мировую. 17 – 28 сентября 1939 г. без объявления войны Советский Союз поглотил восточные области Польши. В октябре 1939 г. территория польского государства была поделена между СССР, Германией, Словакией и Литвой. В состав Советского Союза бывшие польские территории вошли как части Белорусской и Украинской ССР. Третий рейх включил в свою систему польские земли в качестве генерал-губернаторства. Литве Советским Союзом 10 октября 1939 г. была передана Виленская область с городом Вильно, а Словакия 24 октября 1939 г. получила Тешинскую область.

В июле 1940 г. Советский Союз путем дипломатического давления принудил Румынию передать ему часть ее северных территорий – Северную Буковину и Бесарабию.

В августе 1940 г. Румыния была вынуждена также передать Болгарии Южную Добруджу, а Венгрии – Северную Трансильванию.

Участие во Второй мировой войне позволяло государствам Восточной Европы начать новый этап пересмотра границ, компенсировать территориальные потери и претендовать на новые приобретения. Поэтому все страны Восточной Европы, сохранившие к лету 1941 г. свою государственность, приняли покровительство Германии и стали ее союзниками в военных действиях против ее противников – Польши, Югославии, Греции и СССР.

В апреле 1941 г. за участие в войне против Югославии Венгрия получила область Воеводину и районы Баранью, Бачку, Медимурье и Прекумье.

Участие восточноевропейских стран – союзников Германии в войне с СССР делится на следующие периоды;

1. С 1 сентября 1939 г. по 22 июня 1941 гг. ограниченные контингенты
словацких и венгерских войск участвовали в крупных боевых операциях германских войск против Польши и Югославии.

2. С 22 июня 1941 г. румынская армия и экспедиционные корпуса Венгрии и Словакии принимали участие в боевых действиях против СССР. К началу зимы 1941/42 гг. они оказались истощены, большинство из них было отведено в тыл для перегруппировки.

3. В ходе летней наступательной кампании германских войск 1942 г. на Восточный фронт начали прибывать крупные контингенты румынских, венгерских и словацких войск, выступающих в качестве независимых национальных армий. Они были сосредоточены германским командованием на южном участке фронта – на Дону и Северном Кавказе. Зимой 1942/1943 г.
румынские, венгерские и словацкие войска потерпели поражение.

4. Весной 1943 г. большая часть войск восточноевропейских стран – союзниц Германии была отправлена домой, а оставшаяся до лета 1944 г. использовалась в борьбе с партизанами, для охраны коммуникаций и черноморского побережья.

5. Весной 1944 г. войска стран Восточной Европы – союзников Германии вновь занимают участки Восточного фронта – румынская армия на южном, причерноморском направлении, а словацкая и венгерская армии вдоль Карпатских гор.

6. После наступления советских войск в августе 1944 г. Румыния перешла на сторону антигитлеровской коалиции, а в Словакии в октябре произошло окончившееся неудачей восстание против Германии, оккупировавшей эту страну до окончания войны в Европе.

7. До 8 мая 1945 г. Венгрия оставалась последней восточноевропейской страной – союзницей Германии.

Дефицит вооружения, слабая подготовка большинства солдат и офицеров, а также отсутствие мотивации к самопожертвованию превращали армии стран Восточной Европы – союзников Германии в слабое звено Восточного фронта. Данные государства не обладали собственным высокоразвитым промышленным потенциалом (за исключением протектората Богемия и Моравия), и с началом мировой войны им стало трудно пополнять запасы тяжелых вооружений. В результате они вступили в войну с устаревшими артиллерией, танками, стрелковым оружием и транспортными средствами. Особенно ощущалась нехватка противотанкового оружия. Германия пыталась исправить положение, передавая им трофейное вооружение, захваченное в Чехословакии, Польше, Франции, Бельгии и СССР, но и оно оказывалось большей частью устаревших довоенных образцов.

В странах Восточной Европы помимо раскалывающего общество германо-советского противостояния Вторая мировая война обострила до уровня вооруженных конфликтов и существовавшие в них в течение десятилетий внутренние социальные и межнациональные проблемы. В Польше в 1942 – 1945 гг. они приняли характер гражданской войны, которая была осложнена еще и острыми межнациональными противоречиями. В период Второй мировой войны общества различных стран Восточной Европы по-разному реагировали на оккупацию их территорий германскими войсками – в протекторате Богемия и Моравия в целом (за исключением отдельных эксцессов) спокойно, а в Польше – массовым подпольным и партизанским движением.

Чехи на территории протектората Богемия и Моравия, выполняя трудовую повинность, имели возможность добровольно вступать в вермахт и войска СС (Чехи в СС). Кроме того, существовали собственные Вооруженные Силы протектората – Regierungstruppe des Protektorats Bhmen und Mhren (1939 – 1945 гг.).

Чехи-эмигранты и бывшие военнопленные имели возможность участвовать в войне в составе чехословацких формирований в войсках антигитлеровской коалиции.

Поляки сумели организовать собственные вооруженные формирования в армиях, воюющих против Германии, и массовые партизанские движения внутри страны:

В то же время в Польше существовали и сравнительно незначительные вооруженные силы польских коллаборационистов.

С вступлением в 1944 – 1945 гг. советских войск на территории стран Восточной Европы здесь были установлены политические режимы, настроенные либо просоветски (Польша), либо находящиеся под сильным давлением со стороны Советского Союза и поддерживаемых им местных левых сил (Венгрия, Чехословакия, Румыния).

В целом страны Восточной Европы являлись активными участниками Второй мировой войны. Они стали в 1939 – 1945 гг. ареной не только театра военных действий между странами – членами Стального пакта и антигитлеровской коалицией, но и активной зоной гражданской и этнической конфликтности.

В результате Второй мировой войны страны Восточной Европы вошли в зону политического и идеологического влияния Советского Союза.

Действия на коммуникациях в Атлантическом океане 

Основная статья: Бой у Ла-Платы

В начальный период войны немецкое командование рассчитывало решить задачу борьбы на морских сообщениях, используя надводные рейдеры, как главную ударную силу. Подводным лодкам и авиации отводилась обеспечивающая роль. Они должны были заставить англичан осуществлять перевозки в конвоях, что облегчало действия надводных рейдеров. Англичане предполагали в качестве основного метода зaщиты судоходства от подводных лодок использовать метод конвоев, а в качестве основного метода борьбы с надводными рейдерами - применить но опыту Первой Мировой войны дальнюю блокаду. С этой целью в начале войны англичане установили морские дозоры в Ла-Манше и в районе Шетландские острова - Норвегия. Но эти действия были малоэффективны - надводные рейдеры и тем более подводные лодки Германии активно действовали на коммуникациях - союзники и нейтральные страны до конца года потеряли 221 торговое судно общим тоннажем 755 тыс. т.

Германские торговые суда имели инструкции о начале войны и постарались достичь портов Германии или дружественных ей стран, около 40 пароходов были потоплены своими командами, и только 19 судов попали в начале войны в руки противника.

Действия в Северном море 

Основная статья: Рейд в Скапа-Флоу

С началом войны началась широкомасштабная постановка минных заграждений в Северном море, которая сковала активные действия в нем до конца войны. Обе стороны минировали подходы к своему побережью широкими заградительными поясами из десятков минных заграждений. Германские эсминцы устанавливали минные заграждения и у берегов Англии.

Рейд немецкой подлодки U-47 в Скапа-Флоу, в ходе которого она потопила английский линкор HMS Royal Oak показал слабость всей противолодочной обороны английского флота.

Кампания 1940 года

Оккупация Дании и Норвегии 

Основные статьи: Бой в Норвежском море, Инцидент с «Альтмарком», Битва при Нарвике

В апреле - мае 1940 года германские войска провели операцию «Везерюбунг», в ходе которой захватили Данию и Норвегию. При поддержке и под прикрытием крупных сил авиации, 1 броненосца, 6 крейсеров, 14 эсминцев и других судов в Осло, Кристиансанне, Ставангере, Бергене, Тронхейме и Нарвике было высажено в общей сложности до 10 тыс. человек. Операция была неожиданной для англичан, которые с запозданием включились. Британский флот в боях 10 и 13 в Нарвике уничтожил немецкие эсминцы. 24 мая командование союзников отдало приказ об эвакуации из Северной Норвегии, которая была произведена с 4 по 8 июня. При эвакуации 9 июня немецкие линкоры потопили авианосец HMS Glorious и 2 эсминца. Всего за операцию немцы потеряли тяжёлый крейсер, 2 лёгких крейсера, 10 эсминцев, 8 подводных лодок и другие корабли, союзники - авианосец, крейсер, 7 миноносцев, 6 подводных лодок.

Действия в Средиземном море 

Военные действия на средиземноморском театре начались после объявления 10 июня 1940 г. Италией войны Англии и Франции. Боевые действия итальянского флота начались с постановки минных заграждений в Тунисском проливе и на подходах к своим базам, с развертывания подводных лодок, а также с налетов авиации на Мальту.

Основная статья: Бой у Пунта-Стило

Первым крупным морским сражением между ВМС Италии и ВМС Великобритании стал бой у Пунта-Стило (в английских источниках также известное под названием бой у Калабрии. Столкновение произошло 9 июля 1940 года у юго-восточной оконечности Апеннинского полуострова. В результате боя потерь ни одна из сторон не понесла. Но у Италии были повреждены: 1 линкор, 1 тяжёлый крейсер и 1 эсминец. А у англичан - 1 лёгкий крейсер и 2 эсминца.

Основная статья: Атака Таранто

Английский флот на Средиземном море по крупным кораблям был примерно равен итальянскому, но уступал ему в легких силах и авиации. Основной задачей английского флота являлось обеспечение конвоев из Гибралтара на о.Мальту и в Египет. Итальянский флот действовал нерешительно, и англичанам удавалось без потерь проводить конвои, но для проводки каждого конвоя выходил в море весь английский флот. Чтобы ослабить флот противника 11 ноября 1940 г. англичане атаковали авианосной авиацией Таранто - главную базу итальянского флота. Были тяжело повреждены 3 итальянских линкора, 2 крейсера и подводная лодка.

Капитуляция Франции 

Основные статьи: Операция «Катапульта», Нападение на Мерс-эль-Кебир

22 июня Франция капитулировала. Несмотря на условия капитуляции вишистское правительство не намеревалось отдавать флот Германии. Недоверяя французам, английское правительство начало операцию «Катапульта» по захвату французских кораблей, находившихся в разных базах. В Порсмуте и Плимуте были захвачены 2 линкора, 2 эсминца, 5 подлодок; корабли в Александрии и Мартинике были разоружены. В Мерс-эль-Кебире и Дакаре, где французы оказали сопротивление, англичане потопили линкор Bretagne и повредили еще три линкора. Из захваченных кораблей был организован флот Свободной Франции, вишистское правительство тем временем разорвало отношения с Великобританией. Действия в Атлантике в 1940-1941 гг.

Действия в Атлантическом океане 

Основные статьи: Неограниченная подводная война, Операция Нордзеетур, Дюнкеркская операция

После капитуляции Нидерландов 14 мая, немецкое сухопутные войска прижали к морю войска союзников. С 26 мая по 4 июня 1940 года в ходе операции «Динамо» с французского побережья в районе Дюнкерка в Британию было эвакуировано 338 тыс. военнослужащих союзников. Флот союзников при этом понес большие потери от германской авиации - погибло около 300 кораблей и судов.

В 1940 г. германские лодки перестали действовать в нормах призового права и перешли к неограниченной подводной войне. После захвата Норвегии и западных районов Франции расширилась система базирования германских лодок. После вступления в войну Италии в Бордо стало базироваться 27 итальянских лодок. Немцы постепенно перешли от действий одиночных лодок к действиям групп лодок завесами, перекрывавшими район океана.

На океанских коммуникациях успешно действовали немецкие вспомогательные крейсеры - до конца 1940 г. 6 крейсеров захватили и уничтожили 54 судна водоизмещением 366 644 т.

Кампания 1941 года

Действия в Средиземном море в 1941 г.

Действия в Средиземном море 

Основные статьи: Рейд на Александрию, Операция «Грог», Сражение у мыса Матапан

В мае 1941 г. немецкие войска захватили о. Крит. Британский ВМФ, ожидавший у острова корабли противника, от атак немецкой авиации потерял 3 крейсера, 6 эсминцев, более 20 других кораблей и транспортов, были повреждены 3 линкора, авианосец, 6 крейсеров, 7 эсминцев.

Активными действиями британский флот наносил противнику чувствительный урон конвоям в Северную Африку. Начиная с июля 1941 г. из общего числа кораблей и судов, участвовавших в этих перевозках, 70% итальянцы теряли ежемесячно потопленными и поврежденными.

В ответ Германия перебросила подводные лодки с Атлантики и потери англичан в кораблях тут же возросли. 14 ноября после торпедной атаки затонул авианосец HMS Ark Royal, 25 ноября погиб линкор HMS Barham. 19 декабря три итальянские человеко-торпеды в гавани Александрии подорвали линкоры HMS Queen Elizabeth и Valiant. Почти одноременно на минном поле погиб крейсерский отряд «К».

Линкор «Парижская коммуна» обстреливает позиции противника

Вступление в войну СССР 

Основные статьи: Таллинский переход, Арктические конвои

22 июня 1941 года началось вторжение Германии в СССР. Основные события на этом театре действий разворачивались на суше. На Балтийском и Черном море противник не имел крупных надводных кораблей, поэтому действия флота сводились к поддержке сухопутных войск. К 1 декабря 1941 года германские войска захватили Прибалтику, значительную часть Украины, оказался в блокаде Ленинград. Советский флот был вынужден оставить свои базы - Одессу, Лиепая, Таллин. На покинутых базах были потеряны ремонтирующиеся корабли и различное снаряжение. Лишь на севере фронт удержался и Северный флот смог выполнять свои задачи.

Дунайская и Пинская речные флотилии активно оказывали содействие сухопутных войскам огнем орудий и высадками десантов, но с отступлением войск от рек были вынуждены затопить свои корабли.

С вступлением СССР в войну начались поставки снаряжения по ленд-лизу арктическими конвоями. 21 августа 1941 года первый арктический конвой «Дервиш» отправился из Исландии в Архангельск. До декабря 1941 г. германское командование не предпринимало активных действий против северных конвоев.

Действия в Атлантике 1941-1942 гг.

Действия на коммуникациях в Атлантическом океане 

Основная статья: Сражение в Датском проливе

После гибели линкора Bismarck Германия отказалась от использования крупных кораблей в Атлантике, они были отведены в Арктику. Коммерческие рейдеры действовали с большей эффективностью, но были очень уязвимы, и потому ограничивались районами, где охранение отсутствовало (например, Южная Атлантика). В то же время наращивались масштабы подводной войны. Число немецких подводных лодок в Атлантике к концу года достигло 280 единиц. Одновременно изменилась тактика их действий. Вместо одиночных атак стала практиковаться тактика групповых атак («волчья стая»), при которой конвой атаковало одновременно более десятка лодок с разных направлений. Эта тактика, а также широкое применение на море авиации привели к тяжелым потерям английского торгового флота.

Для борьбы с немецкими подводными лодками англичане с июля 1941 г. ввели на северном маршруте от Ньюфаундленда до Великобритании систему «сквозного конвоя». Одновременно американский флот и авиация взяли на себя защиту коммуникаций, примыкающих к Исландии.

Вступление в войну Японии и США 

Основные статьи: Нападение на Пёрл-Харбор, Бой у Куантана, Битва за остров Уэйк

В июле 1941 года Япония вторглась в южную часть Индокитая. В ответ США, Великобритания и Голландия объявили эмбарго на экспорт нефти в Японию. Япония, не имевшая своих источников топлива, решилась на продолжение экспансии в Азию, что означало вступление в войну против этих стран.

7 декабря 1941 года самолеты с японских авианосцев внезапно атаковали американскую базу Перл-Харбор. Американский флот был разгромлен - были потоплены или повреждены 19 кораблей, в т.ч. все 8 линкоров. Потери авиации составили 311 самолетов, потери в людях 3400 человек убитыми и ранеными. 10 декабря японская авиация у Куантана атаковала британскую эскадру, потопив линкор HMS Prince of Wales и линейный крейсер HMS Repulse. Уничтожив основные силы флотов противников, японцы до конца года захватили базы Гонконг, Гуам, Уэйк, Филиппинские острова.



Предварительный просмотр:

Состав войск гарнизона к началу войны

На день нападения Германии на СССР 22 июня 1941 года в Брестской крепости дислоцировалось 7 стрелковых батальонов, 1 разведывательный батальон, 2 артиллерийских дивизиона, некоторые спецподразделения стрелковых полков и подразделения корпусных частей, сборы приписного состава 6-й Орловской стрелковой дивизии и 42-й стрелковой дивизий 28-го стрелкового корпуса 4-й армии, подразделения 17-го Брестского пограничного отряда, 33-го отдельного инженерного полка, часть 132-го батальона войск НКВД, штабы частей (штабы дивизий и 28-го стрелкового корпуса располагались в Бресте). Части не были развернуты по-боевому и не занимали позиций на пограничных рубежах. Некоторые части или их подразделения находились в лагерях, на полигонах, на строительстве укрепленного района. К моменту нападения в крепости было от 7 до 8 тысяч советских воинов, здесь же жило 300 семей военнослужащих. С первых минут войны Брест и крепость подверглись массированным бомбардировкам с воздуха и артиллеристскому обстрелу, бои развернулись на границе, в городе и крепости.

Редактировать 

Начало штурма

Штурмовала Брестскую крепость немецкая 45-я пехотная дивизия (около 17 тысяч солдат и офицеров), которая наносила лобовой и фланговые удары во взаимодействии с частью сил 31-й пехотной дивизии, на флангах основных сил действовали 34-я пехотная дивизия и остальная часть 31-й пехотной дивизий 12-го армейского корпуса 4-й немецкой армии, а также 2 танковые дивизии 2-й танковой группы Гудериана, при поддержке авиации и частей усиления, имевших на вооружении тяжелые артиллерийские системы. Противник в течение получаса вел прицельный артиллерийский обстрел по входным воротам в крепость, предмостным укреплениям и мостам, по артиллерии и автопарку, по складским помещениям с боеприпасами, медикаментами, продовольствием, по казармам, домам начальствующего состава, передвигая шквал артиллерийского огня каждые 4 минуты на 100 м вглубь крепости. Следом шли ударные штурмовые группы врага. В результате обстрела и пожаров большинство складов и материальная часть были уничтожены или разрушены, перестал действовать водопровод, прервалась связь. Значительная часть советских бойцов и командиров была выведена из строя в самом начале военных действий, гарнизон крепости расчленен на отдельные группы.

В первые минуты войны в бой с противником вступили пограничники на Тереспольском укреплении, красноармейцы и курсанты полковых школ 84-го и 125-го стрелковых полков, находившихся у границы, на Волынском и Кобринском укреплениях. Их сопротивление позволило утром 22 июня выйти из крепости примерно половине личного состава, вывести несколько пушек и легких танков в районы сосредоточения своих частей, эвакуировать первых раненых. В крепости осталось 3,5-4 тысяч бойцов. Противник имел почти 10-кратное превосходство в силах. В первый день боев к 9 часам утра крепость была окружена. Передовые части 45-й немецкой дивизии попытались с ходу овладеть крепостью (по плану немецкого командования к 12 часам дня). Через мост у Тереспольских ворот штурмовые группы врага прорвались в Цитадель, в ее центре захватили доминирующее над другими постройками здание полкового клуба (бывшую церковь). Одновременно противник развил наступление в направлении Холмских и Брестских ворот, надеясь соединиться там с группами, наступавшими со стороны Волынского и Кобринского укреплений. Однако гарнизон перешел в контратаку, отбил попытки немцев овладеть Холмскими и Брестскими воротами (соединяющими Цитадель соответственно с Волынским и Кобринским укреплениями) и на второй день вернул церковь, уничтожив укрепившихся в ней немцев. Немцы в Цитадели смогли закрепиться лишь на отдельных участках.

Ожесточенные бои развернулись на всей территории крепости. С самого начала они приобрели характер обороны отдельных ее укреплений без единого штаба и командования, без связи и почти без взаимодействия между защитниками разных укреплений. Оборонявшихся возглавили командиры и политработники, в ряде случаев — принявшие на себя командование рядовые бойцы. Уже через несколько часов боев командование немецкого 12-го армейского корпуса было вынуждено направить на крепость все имеющиеся резервы. Противник безуспешно передавал через радиоустановки призывы к сдаче в плен, посылал парламентеров. Сопротивление продолжалось. Защитники Цитадели удерживали почти двухкилометровое кольцо оборонительного двухэтажного казарменного пояса в условиях интенсивных бомбардировок, артиллерийского обстрела и атак штурмовых групп противника.

Редактировать 

Героическая оборона

23 июня вновь с артиллерийского обстрела и бомбардировки начался новый штурм крепости. На территории пограничного Тереспольского укрепления оборону держали воины курсов шоферов Белорусского пограничного округа под командованием начальника курсов старшего лейтенанта Ф.М. Мельникова и преподавателя курсов лейтенанта Жданова. Им удалось очистить от прорвавшегося противника большую часть территории укрепления, но из-за недостатка боеприпасов и больших потерь в личном составе удержать его они не могли. В ночь на 25 июня остатки защитников Тереспольского укрепления форсировали Западный Буг и присоединились к защитникам Цитадели и Кобринского укрепления.

На Волынском укреплении к началу военных действий размещались госпитали 4-й армии и 28-го стрелкового корпуса, 95-й медико-санитарный батальон 6-й стрелковой дивизии, немногочисленная часть состава полковой школы младших командиров 84-го стрелкового полка, наряды 9-й погранзаставы. Противник стремился пробиться к Холмским воротам и, прорвавшись, соединиться с штурмовой группой в Цитадели. На помощь из Цитадели пришли воины 84-го стрелкового полка. В черте госпиталя оборону организовали батальонный комиссар Н.С. Богатеев, военврач 2-го ранга С.С. Бабкин (оба погибли). К концу недели очаговая оборона на укреплении затухла. Некоторые бойцы влились в ряды защитников Цитадели, немногим удалось пробиться из вражеского кольца.

В Цитадели к концу дня 22 июня определилось командование отдельных участков обороны: в западной части, в районе Тереспольских ворот, ее возглавили начальник 9-й погранзаставы А.М. Кижеватов, лейтенанты 333-го стрелкового полка А.Е. Потапов и А.С. Санин, старший лейтенант Н.Г. Семенов, командир 31-го автомобильного батальона Я.Д. Минаков. Воинов 132-го батальона НКВД возглавил младший сержант К.А. Новиков. Группой бойцов, занявших оборону в башне над Тереспольскими воротами, командовал лейтенант А.Ф. Наганов. К северу от 333-го стрелкового полка, в казематах оборонительной казармы сражались бойцы 44-го стрелкового полка под командованием помощника командира 44-го стрелкового полка по хозяйственной части капитана И.Н. Зубачева, старших лейтенантов А.И. Семененко, В.И. Бытко (с 23 июня). На стыке с ними у Брестских ворот сражались воины 455-го стрелкового полка под командованием лейтенанта А.А. Виноградова и политрука П.П. Кошкарова. В казарме 33-го отдельного инженерного полка боевыми действиями руководил помощник начальника штаба полка старший лейтенант Н.Ф. Щербаков, в районе Белого дворца — лейтенант А.М. Нагай и рядовой А.К. Шугуров — ответственный секретарь комсомольского бюро 75-го отдельного разведывательного батальона. В районе расположения 84-го стрелкового полка и в здании Инженерного управления руководство на себя взял заместитель командира 84-го стрелкового полка по политической части полковой комиссар Е.М. Фомин. Ход обороны требовал объединения всех сил защитников крепости. 24 июня в Цитадели состоялось совещание командиров и политработников, где решался вопрос о создании сводной боевой группы, формировании подразделений из воинов разных частей, утверждении их командиров, выделившихся в ходе боевых действий. Был принято решение возложить командование сводной боевой группы на капитана Зубачева, его заместителем стал полковой комиссар Фомин. Практически они смогли возглавить оборону только в Цитадели.

По решению командования сводной группы были предприняты попытки прорвать кольцо окружения. 26 июня пошел на прорыв отряд (120 человек, в основном сержанты) во главе с лейтенантом Виноградовым. За восточную черту крепости удалось прорваться 13 воинам, но они были схвачены врагом. Безуспешными оказались и другие попытки массового прорыва из осажденной крепости, пробиться смогли только отдельные малочисленные группы.

В районе Западного форта и домов начсостава, куда проник противник, оборону возглавили командир батальона 125-го стрелкового полка капитан В.В. Шабловский и секретарь партбюро 333-го стрелкового полка старший политрук И.М. Почерников. Оборона в этой зоне угасла к концу третьего дня войны. Напряженный характер носили бои в районе Восточных ворот укрепления, где в течение почти двух недель сражались бойцы 98-го отдельного противотанкового артиллерийского дивизиона. Противник, форсировав Мухавец, двинул в эту часть крепости танки и пехоту. В северной части главного вала в районе Северных ворот в течение двух дней сражалась группа бойцов из разных подразделений (из тех, кто прикрывал выход и был ранен или не успел уйти) под руководством командира 44-го стрелкового полка майора П.М. Гаврилова.

На третий день защитники северной части главного вала отошли в Восточный форт, где находилась часть 393-го отдельного зенитно-артиллерийского дивизиона, транспортная рота 333-го стрелкового полка, учебная батарея 98-го отдельного противотанкового артиллерийского дивизиона. Здесь же в укрытии находились семьи командиров. Всего собралось около 400 человек. Руководили обороной форта майор Гаврилов, заместитель по политчасти политрук С.С. Скрипник из 333-го стрелкового полка, начальником штаба стал командир 18-го отдельного батальона связи капитан К.Ф. Касаткин. В ходе боев были сформированы роты, назначены их командиры, развернут лазарет, который возглавила лейтенант медицинской службы Р.И. Абакумова, организованы наблюдательный и командный пункты, налажено взаимодействие отдельных участков. В земляных валах, окружающих форт, прорыты окопы, на валах и во внутреннем дворе установлены пулеметные точки.

К концу дня 24 июня немецкие войска овладели большей частью крепости, за исключением участка кольцевой казармы («Дом офицеров») и казематов в земляном валу на противоположном берегу Мухавца и удалось взять в плен около 1250 защитников крепости. Еще 450 бойцов, защищавших крепость были взяты в плен 26 июня. До 30 июня продолжалась зачистка цитадели.

На это организованная оборона Брестской крепости на этом закончилась. В крепости отдельные советские бойцы сражались до 20-х чисел июля. Майор П. М. Гаврилов был пленён раненым в числе последних — 23 июля. К этим дням относятся надписи, оставленные на стенах крепости ее защитниками:

«Умрем, но из крепости не уйдем», «Я умираю, но не сдаюсь. Прощай, Родина. 20/VII.41».

Указом Президиума Верховного Совета СССР от 8 мая 1965 года Брестской крепости присвоено звание крепость-герой с вручением ордена Ленина и медали «Золотая Звезда». С 1971 года Брестская крепость является мемориальным комплексом. На ее территории выстроен ряд монументов в память о героической обороне крепости, работает музей обороны Брестской крепости.

Смоле́нское сраже́ние — оборонительные и наступательные действия советских и немецких войск во время Великой Отечественной войны на центральном участке советско-германского фронта с 10 июля по 10 сентября 1941 года. Советские войска остановили наступление немецкой группы армий «Центр» (генерал-фельдмаршал Ф. фон Бок) на московском стратегическом направлении на рубеже Ярцево, Ельня, река Десна и сорвали план безостановочного продвижения немцев к Москве.

В связи с неблагоприятным исходом приграничных сражений советское командование, чтобы остановить продвижение противника на смоленско-московском направлении, стало с конца июня развертывать на рубеже среднего течения Западной Двины и Днепра, от Краславы до Лоева, войска второго стратегического эшелона (22-я, 19-я, 20-я, 16-я, 21-я армии), которые в начале июля были включены в состав Западного фронта под командованием С.К. Тимошенко. Однако из 48 дивизий этих армий к началу Смоленского сражения заняли позиции только 37, из них 24 — на передовой. Но и они не успели создать прочной обороны; к тому же им приходилось действовать на широком фронте от Идрицы до Речицы.

8 июля немецкое командование поставило группе армий «Центр» задачу окружить советские войска, оборонявшие рубеж Западной Двины и Днепра, овладеть районом Орша, Смоленск, Витебск и открыть кратчайший путь на Москву. К 10 июля подвижные соединения группы армий «Центр» вышли на Днепр и Западную Двину. Противник превосходил войска Западного фронта в людях, артиллерии и самолетах в два раза, а в танках в четыре раза. По характеру боевых действий и содержанию выполнявшихся задач Смоленское сражение делится на четыре этапа.

На первом этапе, с 10 по 20 июля, немецкие войска (13 пехотных, 9 танковых, 7 моторизованных дивизий) прорвали оборону Западного фронта на его правом крыле и в центре. Подвижные соединения противника, продвинувшись до 200 км, окружили Могилев, затем Оршу, Смоленск, Ельню, Кричев. 19-я, 16-я, 20-я армии оказались в окружении в районе Смоленска. На левом крыле Западного фронта 21-я армия (генерал-полковник Ф.И. Кузнецов), которая в эти дни вела наступление на бобруйском направлении силами 63-го стрелкового корпуса (комкор Л.Г. Петровский) освободила города Рогачев и Жлобин и сковала на главные силы 2-й полевой армии противника.

На втором этапе, с 21 июля по 7 августа, советское командование предприняло попытку организовать контрнаступление, использовав войска Фронта резервных армий. Для этой цели были созданы армейские оперативные группы 29-й, 30-й, 28-й, 24-й армий и генерал-майора К.К. Рокоссовского, переданные в состав Западного фронта. Они нанесли удары из районов Белого и южнее его, Ярцева и Рославля по сходящимся направлениям на Смоленск с задачей во взаимодействии с 16-й и 20-й армиями разгромить противника севернее и южнее города. В ходе боевых действий образовались два основных очага борьбы: один — в районе Смоленска и Ельни, другой — в районе реки Сож и в междуречье Днепра и Березины. В связи с этим 24 июля из 13-й и 21-й армий левого крыла Западного фронта и выдвинутой из резерва 3-й армии (с 1 августа) был образован Центральный фронт (генерал-полковник Ф.И. Кузнецов, с августа генерал-лейтенант М.Г. Ефремов). Хотя в ходе контрнаступления смоленскую группировку противника разгромить не удалось, советские войска сорвали наступление группы армий «Центр» на Москву, помогли 20-й и 16-й армиям прорвать кольцо окружения. К 23 июля танковые и моторизованные соединения группы армий «Центр» потеряли около 50%, а пехотные — около 20% своего состава. 30 июля немецкие войска вынуждены были перейти на московском направлении к обороне.

На третьем этапе, с 8 по 21 августа, центр боевых действий переместился к югу. 8 августа в наступление против Центрального фронта перешли 2-я полевая армия и 2-я танковая группа противника, повернутые фронтом на юг. Советские войска были вынуждены отходить в юго-восточном и южном направлениях. 16 августа для прикрытия брянского направления был образован Брянский фронт (генерал-лейтенант А.И. Еременко) в составе 13-й и 50-й, а с 25 августа — также 3-й и 21-й армии. 25 августа Центральный фронт был упразднен. К 21 августа противнику удалось продвинуться на 120-140 км, выйти на рубеж Гомель, Стародуб, создав угрозу флангу и тылу Юго-Западного фронта. 16 августа войска Западного фронта и 24-й и 43-й армий Резервного фронта (Г.К. Жуков) начали наступление против духовшинской и ельнинской группировок противника.

На четвертом этапе, с 22 августа по 10 сентября, войска Брянского фронта пытались фланговыми ударами сорвать наступление части сил группы армий «Центр» в тыл Юго-Западного фронта, но безуспешно. Проведенная в полосе фронта с той же целью воздушная операция с участием 460 самолетов также не дала результата. 1 сентября под Смоленском 30-я, 19-я, 16-я, 20-я армии Западного фронта вновь перешли в наступление, но оно не получило успеха. К 8 сентября 24-я армия Резервного фронта завершила разгром ельнинской группировки противника, освободив Ельню. 10 сентября войска Западного, Резервного и Брянского фронтов по приказу Ставки перешли к обороне.

Смоленское сражение, развернувшееся на фронте до 650 км и в глубину до 250 км, сыграло главную роль в срыве гитлеровского плана молниеносной войны против СССР. Советские войска нанесли большой урон группе армий «Центр». Впервые во Второй мировой войне немецкие войска были вынуждены перейти к обороне на главном направлении. Гитлеровское командование не рискнуло перебросить 3-ю танковую группу из-под Смоленска для наступления на Ленинград. Наиболее отличившиеся соединения Красной Армии впервые получили звание гвардейских.

Ленинградская битва (монумент)

Монумент Родина-Мать на Пискаревском мемориальном кладбище 

Би́тва за Ленинград— стратегическое сражение во время Великой Отечественной войны, с 10 июля 1941 по 9 августа 1944 года, развернувшееся в северо-западных районах России на подступах к Ленинграду. В ходе сражения советским войскам удалось удержать в своих руках Ленинград (несмотря на его блокаду), сковать под городом крупную группировку войск противника, не дав соединиться немецким и финским войскам, сохранить Балтийский флот.

Свернуть

Содержание

1.

Соотношение сил к началу блокады

2.

Ход сражения

-

1941 год

-

1942-1943 годы

3.

Снятие блокады и освобождение Ленинграда

Редактировать 

Соотношение сил к началу блокады

Наступление немецких войск на Ленинград началось 10 июля 1941 года с рубежа реки Великой. К этому времени на дальних юго-западных и северо-западных подступах к Ленинграду немецкое и финское командование имело 38 дивизий (32 пехотные, 3 танковые, 3 моторизованные), 1 кавалерийскую и 2 пехотные бригады. Им противостояли войска Северного фронта (командующий генерал-лейтенант М.М. Попов) в составе 7-й и 23-й армий (всего 8 дивизий) и Северо-Западный фронт (командующий генерал-майор П.П. Собенников) в составе 8-й, 11-й, 27-й армий (31 дивизия и 2 бригады), оборонявшихся на фронте длиною 455 км; в 22 дивизиях потери в личном составе и материальной части составляли свыше 50%.

Редактировать 

Ход сражения

Для усиления обороны юго-западных подступов к Ленинграду командование Северного фронта 6 июля образовало Лужскую оперативную группу, из состава которой к началу боевых действий прибыли 2 стрелковые дивизии, 1 дивизия народного ополчения, личный состав двух ленинградских военных училищ, отдельная горнострелковая бригада, особая артиллерийская группа. К 10 июля войска группы армий «Север» (генерал-фельдмаршал В. Лееб), имели превосходство над войсками Северо-Западного фронта: по пехоте — в 2,4; орудиям — в 4; минометам — в 5,8; танкам — в 1,2; самолетам — в 9,8 раза.

1941 год

Для координации действий фронтов 10 июля 1941 года Государственный комитет обороны (ГКО) образовал Северо-Западное направление во главе с К.Е. Ворошиловым (член Военного совета секретарь ЦК ВКП (б) А.А. Жданов, начальник штаба генерал-майор М.В. Захаров), подчинив ему войска Северного и Северо-Западного фронтов, Северный флот, Балтийский флот. Вокруг Ленинграда создавалась система обороны, состоявшая из нескольких поясов. На ближних подступах к Ленинграду в юго-западном и южном направлениях строились Красногвардейский и Слуцко-Колпинский укрепленные районы, к северу от города совершенствовался Карельский укрепленный район. Возводился также пояс оборонительных сооружений по линии Петергоф (Петродворец), Пулково; создавались оборонительные сооружения и внутри Ленинграда. Помощь войскам в строительстве рубежей обороны оказывало гражданское население. В короткий срок были сформированы 10 дивизий народного ополчения и десятки партизанских отрядов. Из города были эвакуированы дети, часть заводского и фабричного оборудования, культурных ценностей. Оставшаяся в городе промышленность перестроилась на производство и ремонт вооружения.

Преодолев сопротивление советских войск в Прибалтике, враг вторгся в пределы Ленинградской области. Немецкие войска 5 июля овладели городом Остров, а 9 — Псковом. 10 июля 1941 года развернулось наступление противника на юго-западных и северных подступах к Ленинграду. Почти одновременно враг нанес удары на лужском, новгородском и старорусском направлениях, в Эстонии, на петрозаводском и олонецком направлениях. В последней декаде июля противник вышел на рубеж рек Нарва, Луга, Мшага, где вынужден был перейти к обороне и произвести перегруппировку. На Карельском перешейке с 31 июля советские войска вели оборонительные бои с наступающими финскими войсками и к 1 сентября остановили их на рубеже государственной границы 1939 года. На олонецком, петрозаводском и свирском направлениях наземные войска при поддержке Ладожской военной флотилии (командующий с августа капитан первого ранга, с сентября контр-адмирал Б.В. Хорошхин, с октября 1941 — капитан первого ранга В.С. Чероков), ведя с 10 июля упорные бои, к концу сентября остановили противника на рубеже реки Свирь.

В августе развернулись бои на ближних подступах к Ленинграду. С 8 августа противник перешел в наступление на красногвардейском направлении. 16 августа был оставлен Кингисепп, к 21 августа противник вышел к Красногвардейскому укрепленному району, пытаясь обойти его с юго-востока и ворваться в Ленинград, но его атаки были отражены. С 22 августа по 7 сентября велись бои на ораниенбаумском направлении. Враг был остановлен северо-восточнее Копорья. Боевые действия наземных войск развивались во взаимодействии с Балтийским флотом (командующий вице-адмирал В.Ф. Трибуц) и Ладожской военной флотилией. Кроме поддержки сухопутных войск авиацией и артиллерией, флот решал самостоятельные задачи: защищал подступы к Ленинграду, нарушал коммуникации противника в Балтийском море, вел борьбу за Моонзундский архипелаг, главную базу флота — Таллин и за полуостров Ханко. В период обороны Ленинграда флот направил на сушу (в бригады морской пехоты, отдельные стрелковые батальоны) свыше 160 тысяч человек личного состава.

На новгородско-чудовском направлении советские войска пытались контратаковать противника, но успеха не добились. 19 августа враг овладел Новгородом, а 20 августа советские войска оставили Чудово. За счет освободившихся войск немецкое командование усилило группировку, наступавшую на Ленинград, и перенесло сюда основные усилия авиации группы армий «Север». Создалась опасность окружения Ленинграда. 23 августа Ставка разделила Северный фронт на Карельский фронт (командующий генерал-лейтенант В.А. Фролов) и Ленинградский фронт (командующий генерал-лейтенант М.М. Попов, с 5 сентября К.Е. Ворошилов, с 12 сентября Г.К. Жуков, с 10 октября генерал-майор И.И. Федюнинский, с 26 октября генерал-лейтенант М.С. Хозин). 29 августа ГКО объединил Главное командование Северо-Западного направления с командованием Ленинградского фронта, а Северо-Западный фронт подчинил непосредственно Ставке Верховного главнокомандования. Враг начал наступление вдоль шоссе Москва-Ленинград и 25 августа захватил Любань, 29 августа Тосно, 30 августа вышел на реку Неву и перерезал железные дороги, связывающие Ленинград со страной. С 30 августа по 9 сентября велись бои в районе Красногвардейска. Прорвавшись 8 сентября через станцию Мгу на Шлиссельбург, немецкие войска отрезали Ленинград от суши. Началась блокада города. Сообщение поддерживалось только по Ладожскому озеру и по воздуху. Подвоз всего необходимого войскам, населению и промышленности резко сократился. С 4 сентября 1941 года противник начал артиллерийский обстрел города и систематические налеты авиации.

В сентябре-ноябре 1941 года на город было сброшено 65 тысяч зажигательных и 3 тысячи фугасных авиабомб, в сентябре-декабре 1941 года было выпущено 30 тысяч артиллерийских снарядов. Но враг не сломил боевой дух защитников города. Во второй половине ноября была проложена автомобильная дорога по льду Ладожского озера, по которой подвозились боеприпасы, вооружение, продовольствие, медикаменты, топливо, а из Ленинграда эвакуировались больные, раненые, нетрудоспособные. В ноябре 1941 — апреле 1942 года было эвакуировано 550 тысяч человек. С началом работы Ладожской трассы хлебный паек в городе стал постепенно увеличиваться.

1942-1943 годы

Попытки деблокады Ленинграда в 1942 году сорвались из-за недостатка сил и средств, недочетов в организации наступления. Успешное контрнаступление советских войск зимой 1942-1943 года под Сталинградом оттянуло часть вражеских сил из района Ленинграда и создало благоприятную обстановку для его деблокады. 12-30 января 1943 года войска 67-й армии Ленинградского фронта (командующий Л.А. Говоров), 2-й ударной и части сил 8-й армий Волховского фронта (создан 17 декабря 1941, командующий К.А. Мерецков) при поддержке авиации дальнего действия, артиллерии и авиации Балтийского флота встречными ударами в узком выступе между Шлиссельбургом и Синявином (южнее Ладожского озера) разорвали кольцо блокады и восстановили сухопутную связь Ленинграда со страной. Через образовавшийся коридор (шириной 8-10 км) в течение 17 суток были проложены железная дорога и автомобильная трасса, но полностью проблема снабжения города еще не была решена: станция Мга на железнодорожной линии Ленинград—Волхов оставалась в руках врага, дороги в освобожденной полосе находились под постоянным обстрелом вражеской артиллерии. Попытки расширить сухопутные коммуникации (наступление в феврале-марте 1943 года на Мгу и Синявино) не достигли цели. В июле-августе 1943 года на Мгинском выступе советские войска вели бои с силами 18-й немецкой армии и не допустили переброски войск противника на другие фронты.

Редактировать 

Снятие блокады и освобождение Ленинграда

Лишь в начале 1944 года наступательная операция советских войск под Ленинградом и Новгородом завершилась снятием блокады Ленинграда. В июне-августе 1944 в ходе Выборгской и Свирско-Петрозаводской операции были разбиты финские войска и снята угроза Ленинграду с севера. Советские войска в битве за Ленинград оттянули на себя до 15-20% вражеских сил на Восточном фронте и всю финскую армию, разгромили до 50 немецких дивизий. Воины и жители города показали образцы героизма и самоотверженной преданности Родине.

Сотни тысяч воинов удостоились правительственных наград, сотни получили звание Героя Советского Союза, из них пятеро дважды: А.Е. Мазуренко, П.А. Покрышев, В.И. Раков, Н.Г. Степанян, Н.В. Челноков. 22 декабря 1942 года была учреждена медаль «За оборону Ленинграда»; 26 января 1945 года Ленинград был награжден орденом Ленина, а 8 мая 1965 года в ознаменование 20-летия победы в Великой Отечественной войне Ленинграду было присвоено почетное звание город-герой.

МОСКОВСКАЯ БИТВА (Отстоим Москву)

Отстоим Москву! 

Моско́вская би́тва — стратегическое сражение в Великой Отечественной войне, продолжавшееся с 30 сентября 1941 по 20 апреля 1942 года на московском направлении. Московская битва, включавшая в себя сложный комплекс различных по характеру боев и операций, развернулась на территории центрального участка советско-германского фронта. С обеих сторон в ней одновременно участвовало более 2 млн. человек, около 2,5 тысяч танков, 1,8 тысячи самолетов, свыше 25 тысяч орудий и минометов. Битва под Москвой состояла из двух периодов — оборонительного и наступательного.

По замыслу операции «Тайфун» город Москва должен быть окружен. Против советских войск в составе Западного фронта (генерал-полковник И. С. Конев, с 10 октября генерал армии Г. К. Жуков), Резервного фронта (С.М. Буденный), Брянского фронта (генерал-полковник А.И. Еременко, с октября генерал-майор Г.Ф. Захаров), действовавших на московском направлении, немецкое командование сосредоточило более чем миллионную армию группы «Центр» (генерал-фельдмаршал Т. фон Бок). В двухмесячных оборонительных боях советские войска сумели обескровить противника. Особенно тяжелые бои шли на волоколамском и можайском направлениях, представлявших кратчайшие пути к Москве. К началу декабря немецкие войска были остановлены на рубеже южнее Волжского водохранилища, Дмитров, Яхрома, Красная Поляна (в 27 км от Москвы), восточнее Истры, западнее Кубинки, Наро-Фоминск, западнее Серпухова, восточнее Алексина, Тулы.

5-6 декабря войска части Красной Армии нанесли контрудар по передовым группировкам немецко-фашистских войск севернее и южнее столицы. Наступление войск Калининского фронта (И.С. Конев), Западного фронта, Брянского фронта развернулось на полосе 1000 км, от Калинина до Ельца. Советские войска наступали на равного по численности противника. За первые три дня они продвинулись на 30-40 км. Противник держался стойко, но сказывалась неподготовленность к ведению военных действий в зимних условиях, недостаток резервов. А. Гитлер, подписав в декабре директиву о переходе на советско-германском фронте к обороне, свалил неудачи на военное командование и, отстранив от занимаемых должностей часть высших генералов армии, принял верховное командование на себя. Но это не привело к существенным изменениям. 7-10 января 1942 года было развернуто общее наступление на всем центральном участке советско-германского фронта. В январе-апреле 1942 года войска левого крыла Северо-Западного (генерал-лейтенант П.А. Курочкин), Калининского, Западного, Брянского (генерал-полковник Я.Т. Черевиченко) фронтов нанесли поражение противнику и отбросили его на 100-250 км. Советские войска освободили Калинин и Калугу, непосредственная угроза Москве была устранена. В Московской битве впервые в ходе войны была одержана крупная победа над немецкой армией, означавшая полный крах плана «молниеносной войны».

Оборона Севастополя (1942)

Оборона Севастополя (1942) 

Оборона Севастополя — оборонительные действия советских войск в Великой Отечественной войне по защите города Севастополя — главной военно-морской базы Черноморского флота, в период 30 октября 1941 года по 4 июля 1942 года.

Свернуть

Содержание

1.

Положение войск к началу операции

2.

Ход оборонительной операции

-

Осень 1941 года

-

Весна 1942 года

-

Лето 1942 года. Завершение операции

3.

Результаты операции

Редактировать 

Положение войск к началу операции

До войны Севастополь был подготовлен для обороны только с моря и с воздуха. Система сухопутной обороны города начала создаваться в июле 1941 года. Она включала три оборонительных рубежа (передовой, главный, тыловой), оборудование которых к моменту выхода противника на ближние подступы к городу не было закончено. Севастопольский гарнизон насчитывал около 2З тысяч человек и имел до 150 полевых и береговых орудий. Оборона с моря осуществлялась береговой артиллерией и кораблями Черноморского флота.

Редактировать 

Ход оборонительной операции

Осень 1941 года

Войска 11-й немецкой армии (генерал-полковник Э. Манштейн), прорвавшиеся в октябре 1941 года в Крым, 30-31 октября и в начале ноября предприняли попытку овладеть Севастополем с ходу, которая окончилась безуспешно. 4 ноября сухопутные войска и силы флота, защищавшие город, были объединены в Севастопольский оборонительный район (СОР), в который вошла Приморская армия. Командовать СОР был назначен командующий Черноморского флота вице-адмирал Ф.С. Октябрьский. В составе СОР насчитывалось до 50 тысяч человек, 170 орудий, 90-100 самолетов. Основные силы флота в начале ноября перебазировались в порты Кавказского побережья, но в Севастополе периодически находились значительные силы флота, в том числе и крупные корабли. Свыше 15 тысяч севастопольцев вступили в народное ополчение. Трудящиеся города активно участвовали в строительстве оборонительных рубежей, оказывали помощь раненым; было налажено производство оружия и боеприпасов

11 ноября противник, сосредоточив 4 пехотные дивизии (всего около 60 тысяч человек), возобновил наступление на Севастополь, нанося главный удар вдоль Ялтинского шоссе на Балаклаву и вспомогательный — из района Черкез-Кермен вдоль долины Кара-Кобя. Ему удалось вклиниться на отдельных участках в передовую оборонительную полосу на 1-4 км, но решающего успеха немцы не добились и с 21 ноября перешли к планомерной осаде города. 17 декабря противник предпринял второе наступление, в котором участвовало 7 немецких пехотных дивизий, 2 румынские горнострелковые бригады, 1275 орудий и минометов, свыше 150 танков и до 300 самолетов.

Главный удар наносился силами трех дивизий через Мекензиевы горы к Северной бухте, вспомогательный — одной дивизией вдоль реки Черной на Инкерман. Противник имел почти двойное превосходство в людях и технике. В районе Мекензиевых гор он вклинился в расположение советских войск и создал угрозу прорыва к Северной бухте. Ставка Верховного главнокомандования усилила войска СОР двумя стрелковыми дивизиями и одной бригадой, переброшенными по морю. При поддержке прибывших кораблей и авиации войска СОР в декабре 1941 года нанесли контрудар и отбросили противника на главном направлении. Большую роль в срыве второго вражеского наступления сыграла начавшаяся 25 декабря Керченско-Феодосийская десантная операция, вынудившая противника оттянуть силы от Севастополя.

Весна 1942 года

В январе-марте 1942 года войска СОР при поддержке кораблей и авиации Черноморского флота вновь нанесли ряд контрударов и отбросили противника на отдельных участках. Однако в конце мая 1942 года советские войска были вынуждены оставить Керченский полуостров, положение Севастополя резко ухудшилось. Немецкое командование сосредоточило под Севастополем почти все силы 11-й армии (свыше 200 тысяч человек, 450 танков, свыше 2 тысяч орудий и минометов, в том числе тяжелой и сверхмощной артиллерии калибра до 600 мм, около 600 самолетов). К началу июня войска СОР, получив пополнения, имели в своем составе 106 тысяч человек, 600 орудий и минометов, 38 танков и 5З самолета. Противник блокировал город с воздуха, активизировал действия на море.

Лето 1942 года. Завершение операции

С 27 мая Севастополь непрерывно подвергался ударам авиации и обстрелу артиллерией. 2-7 июня противник провел артиллерийскую и авиационную подготовку, после которой утром 7 июня перешел в наступление. Главный удар наносился с севера и северо-востока в направлении восточного берега Северной бухты, вспомогательный — из р-на Камары через Сапун-гору на юго-восточную окраину Севастополя.

В течение первых пяти дней защитники города успешно отражали атаки противника. Однако к середине июня сказался недостаток боеприпасов. 18 июня противнику удалось выйти к Северной бухте, Инкерману, Сапун-горе. 22-26 июня в Севастополь на боевых кораблях прибыло последнее пополнение — 142-я стрелковая бригада. Боеприпасы и продовольствие стали доставляться в Севастополь только подводными лодками в небольшом количестве. 29 июня противник ворвался в город, 30 июня — на Корабельную сторону, где развернулись бои за Малахов курган. Вечером 30 июня защитники Севастополя по приказу Ставки отошли к бухтам Стрелецкая, Камышевая, Казачья и на мыс Херсонес. Их положение было крайне тяжелым. Многие соединения СОР понесли большие потери и утратили боеспособность. К 1 июля противник блокировал с моря и держал под артиллерийским огнем все побережье в районе Севастополя. Только некоторой части воинов удалось эвакуироваться на мелких судах. Оставшиеся на берегу защитники Севастополя (109-я стрелковая дивизия, 142-я стрелковая бригада, 4 сводных батальона — всего около 5,5 тысяч человек) под командованием генерал-майора П.Г. Новикова, имевшие лишь стрелковое оружие, небольшое количество минометов и орудий малокалиберной артиллерии, отражали атаки противника, пока не кончились боеприпасы, продовольствие и питьевая вода. Борьба продолжалась до 4 июля, а на отдельных участках до 9 июля. Часть бойцов прорвалась в горы к партизанам.

Редактировать 

Результаты операции

250-дневная оборона Севастополя вошла в военную историю как образец длительной активной обороны приморского города и крупной военно-морской базы, оставшихся в глубоком тылу противника. Надолго сковав значительные силы немецко-румынских войск и нанеся им большой урон (около 300 тысяч человек убитыми и ранеными), защитники Севастополя нарушили планы вражеского командования на южном крыле советско-германского фронта. Оборона Севастополя стала примером массового героизма, мужества и самоотверженности советских войск.

За боевые отличия 46 защитникам Севастополя было присвоено звание Героя Советского Союза. В ознаменование подвигов защитников города 22 декабря 1942 года была учреждена медаль «За оборону Севастополя».



Предварительный просмотр:

НАЧАЛО ВОЙНЫ И ПЕРВЫЕ ПРИГРАНИЧНЫЕ СРАЖЕНИЯ

Июнь – сентябрь 1941 г.

Гитлеровская Германия уже давно планировала войну против Советского Союза. Еще 18 декабря 1940 г. в директиве верховного главнокомандования ОКВ № 21, подписанной А. Гитлером, был изложен план нападения на СССР – знаменитый план "Барбаросса". Планом предусматривался разгром СССР в ходе "молниеносной войны" с использованием основных вооруженных сил Германии и ее сателлитов. В соответствии с директивой от 31 января 1941 г. вооруженные силы Германии развертывались между Балтийским морем и Карпатами в трех группах армий: "Центр", "Север" и "Юг". Их задачей было — разгром Красной Армии в приграничных сражениях, захват Москвы, Ленинграда, Киева и Донбасса с выходом на линию Астрахань — р. Волга — Архангельск.

 

Для нападения на СССР были выделено 190 дивизий Германии и ее союзников, в том числе 19 танковых и 14 моторизованных. Общее число войск составляло 5,5 млн человек, на вооружении которых находилось около 4 300 танков, 47 200 орудий и минометов, 4 980 боевых самолетов и свыше 190 боевых кораблей. Вооруженные силы противника расположились на четырех стратегических направлениях. Финская группировка "Норвегия" была нацелена на Мурманск, Беломорье и Ладогу. Группа армий "Север" под командованием генерал-фельдмаршала фон Лееба наступала на Ленинград. Задачей наиболее мощной группы армий "Центр" во главе с генерал-фельдмаршалом фон Боком было наступление непосредственно на Москву. Группа армий "Юг" под командованием генерал-фельдмаршала фон Рундштедта должна была оккупировать Украину, захватить Киев и наступать дальше на восток.

 

В этот период на территории западных приграничных военных округов Советского Союза находилось 167 дивизий и 9 бригад, общей численностью 2 млн 900 тыс. человек. Это составляло более половины (60,4%) всего личного состава Красной Армии и Военно-Морского Флота. На вооружении этой группировки войск Красной Армии насчитывалось 38 000 орудий и минометов, 14 200 танков различных типов, из них 1 475 новых образцов, более 9 200 самолетов, из которых 1 540 - самолеты новых типов (16% общего числа танков и 18,5% самолетов находилось в ремонте или требовали ремонта). Как видно, в целом силы и средства Германии и ее союзников в начале войны в 1,2 раза превосходили силы и средства СССР.

 

На рассвете 22 июня 1941 г. германская авиация начала бомбардировку приграничных советских городов, затем немецко-фашистские войска вторглись на территорию СССР, нарушив договор о ненападении между Германией и СССР. На стороне Германии против Советского Союза выступили также Румыния, Финляндия, Венгрия, Словакия и фашистская Италия. Началась Великая Отечественная война.

 

22 июня 1941 г. в 12 часов дня по радио с заявлением советского правительства выступил нарком иностранных дел Молотов. В заявлении сообщалось о нападении германских войск на СССР. Заключил свою речь В.М. Молотов следующими словами: "Наше дело правое. Враг будет разбит. Победа будет за нами".

 

22 июня Президиум Верховного Совета СССР объявил о мобилизации военнообязанных 1905–1918 гг. рождения и введении военного положения в ряде западных областей страны, что позволило уже к июлю пополнить армию 5,3 млн человек. Одновременно в стране развернулось широкое добровольческое движение. В начале июля 1941 г. с инициативой о создании в помощь фронту частей и соединений народного ополчения выступили трудящиеся Москвы и Ленинграда. Уже к 7 июля в Москве и области было сформировано 12 дивизий народного ополчения общей численностью 120 тысяч человек. В Ленинграде за короткий срок было сформировано 10 коммунистических дивизий и 14 отдельных артиллерийско-пулеметных батальонов, куда входило свыше 135 тысяч человек. Кроме того, из добровольцев создавались истребительные батальоны для обеспечения в прифронтовой полосе порядка и для борьбы с вражескими диверсионными группами. С начала войны по 1 декабря 1941 г. было дополнительно сформировано и отправлено в действующую армию 291 дивизия и 94 бригады народного ополчения. Эти части позднее были преобразованы в кадровые стрелковые дивизии, многие из которых в ходе войны стали гвардейскими.

 

23 июня 1941 г. была создана Ставка Главного Командования Вооруженных Сил. В ее состав вошли: И.В. Сталин, В.М. Молотов, Маршалы Советского Союза С.К. Тимошенко, К.Е. Ворошилов, С.М. Буденный, генерал армии Г.К. Жуков, адмирал Н.Г. Кузнецов. В дальнейшем членами Ставки ВГК являлись сменявшиеся начальники Генштаба - маршал Б.М. Шапошников, генерал армии А.М. Василевский, генерал армии А.И. Антонов. По решению ЦК ВКП(б) 30 июня 1941 г. был образован чрезвычайный орган - Государственный Комитет Обороны (ГКО), сосредоточивший всю полноту власти в стране. В состав ГКО вошли: И.В. Сталин (председатель), В.М. Молотов (зам. председателя), К.Е. Ворошилов, Л.П. Берия, Г.М. Маленков. Позже в состав ГКО вошли Н.А. Булганин, Н.А. Вознесенский, Л.М. Каганович, А.И. Микоян, а выведен К.Е. Ворошилов. В прифронтовых городах создавались местные чрезвычайные органы - городские комитеты обороны.

 

3 июля 1941 г. по радио с обращением к народу выступил И.В. Сталин. В своей речи он рассказал о положении страны после начала войны и призвал население выступить на защиту Отечества. 10 июля 1941 г. Ставка Главного Командования преобразовывается в Ставку Верховного Главнокомандования (ВГК) Вооруженных Сил СССР. И.В. Сталин назначается Народным комиссаром обороны СССР, а 8 августа - Верховным Главнокомандующим Вооруженными Силами СССР.

 

Первыми удар врага приняли пограничные войска и дивизии, расположенные вблизи границы. На всех направлениях войска Красной Армии проявили мужество и отвагу, упорно оборонялись, стремясь удержать занятые рубежи. За первые сутки войны немецкая авиация нанесла массированные удары по 66 аэродромам приграничных округов, уничтожив около 1 200 самолетов Красной Армии. Все же за этот день советские летчики совершили более шести тысяч боевых вылетов и сбили свыше 200 самолетов противника. Были случаи, когда, израсходовав боеприпасы, они таранили вражеские машины. В первый день войны было совершено более 20 воздушных таранов, а за все годы войны - 636.

 

22 июня был совершен и первый наземный таран. В районе юго-западной границы командир звена 62-го штурмового авиационного полка старший лейтенант П.С. Чиркин направил свой горящий самолет на танковую колонну врага. 24 июня этот подвиг повторили экипаж старшего лейтенанта Г.А. Храпая и старший политрук С.М. Айрапетов, 25 июня - экипаж капитана А.Н. Авдеева, 26 июня - экипажи капитана Н.Ф. Гастелло и лейтенанта С.Н. Кошелева. Всего, по последним данным, подобные подвиги совершили более 500 экипажей советских самолетов.

 

В период оборонительных сражений как величайший образец патриотизма и героизма воинов Красной Армии вошла в историю Великой Отечественной войны оборона военно-морской базы Лиепаи, Таллина, Моонзундских островов и полуострова Ханко. Примером высочайшего мужества советских воинов стала оборона Брестской крепости.

 

Брестская крепость — укрепленный форпост у западных границ России, в 2 км от Бреста на правом берегу Буга. Крепость была построена в 1833–1838 гг., модернизирована в конце XIX – начале XX вв. В день вероломного нападения на СССР фашистской Германии в крепости располагались подразделения 6-й и 42-й стрелковых дивизий, 17-го пограничного отряда и 132-го отдельного батальона войск НКВД общей численностью до 3 500 человек. Гарнизон крепости вступил в неравную борьбу с превосходящими силами противника. 24 июня был создан штаб обороны, который возглавили майор П.М. Гаврилов, капитан И.Н. Зубачев и полковой комиссар Е.М. Фомин. Стойкая и мужественная оборона советских воинов сковала крупные силы врага - пехотную дивизию, поддерживаемую танками, артиллерией и авиацией. Сопротивление продолжалось до 20-х чисел июля 1941 г. Лишь немногим участникам обороны удалось вырваться из вражеского окружения. В 1965 г. Указом Президиума Верховного Совета СССР Брестской крепости было присвоено почетное звание "Крепость-Герой".

 

С тяжелыми боями, сдерживая натиск врага, отступали войска Красной Армии вглубь страны. 23 июня 1941 г. в районе Луцк-Броды-Ровно развернулось самое крупное в начальный период войны встречное танковое сражение, в котором с обеих сторон участвовало около двух тысяч танков. В ожесточенных боях войска Красной Армии при поддержке авиации нанесли противнику большой урон в танках и живой силе, задержали его наступление на восток на целую неделю. План противника - окружить главные силы Юго-Западного фронта в районе Львова - был сорван. Однако и войска Красной Армии понесли большие потери, и 30 июня им пришлось отступить.

 

Красная Армия с кровопролитными боями отступала на восток. 28 июня был оставлен Минск. Немецкие войска генерал-фельдмаршала фон Бока вышли на подступы к Смоленску. На северо-западном направлении в середине июля группа армий "Север" захватила Ковно и Псков. Группа армий "Юг" потеснила войска Юго-Западного фронта, которые оставили Львов и Тернополь. В целом за три недели боев немецкие войска продвинулись на 300–600 км вглубь советской территории, оккупировав Латвию, Литву, Белоруссию, Правобережную Украину и почти всю Молдавию. Создалась угроза их прорыва к Ленинграду, Смоленску и Киеву.

 

За три недели войны противнику удалось полностью разгромить 28 дивизий Красной Армии. Кроме того, более 70 дивизий понесли потери в людях и боевой технике до 50% своего состава. Общие потери Красной Армии только в дивизиях первого эшелона, которые вели бои, без учета частей усиления и обеспечения, составили за это время более 850 000 человек, около 6 000 танков, до 10 000 орудий, 12 000 минометов, более 3 500 боевых самолетов. Противник потерял за это время около 110 000 солдат и офицеров, более 1 700 танков и штурмовых орудий, 950 самолетов.

В последнее время, в сетевых баталиях, я сталкиваюсь с очень большим количеством рассуждений по вопросу: «Почему РККА так страшно проиграла приграничное сражение 1941г.?» При этом большинство моих оппонентов апеллируют к знаменитой в определенных кругах книге М.Солонина «23 июня «день М». В этой книге Солонин, вываливая на читателей огромное количество цифр из различных источников, рисует апокалипсическую картину разгрома гигантской РККА маленьким, но удаленьким вермахтом. Дабы не быть обвиненным в подтасовке фактов, при написании данной статьи я пользовался только самой книгой Солонина и некоторыми источниками, на основании которых Солонин и писал свой «день М», и на которые он периодически ссылается в тексте своей книги, а именно:

«1941 год—уроки и выводы».

Б. Мюллер-Гиллебранд. «Сухопутная армия Германии 1933—1945».

Ф. Гальдер. «Военный дневник».

Здесь хотелось бы сделать маленькую оговорку – Б.Мюллер-Гиллебрандт – генерал-майор вермахта, который не просто изучал – видел происходящее своими глазами. Также должен отметить, что в западной историографии принято считать его труды образцом исторических исследований и едва ли не учебником по истории второй мировой войны (такая точка зрения в известной мере разделяется и нашими современными историками). Что касается Гальдера, то он, в период 1938 - 1942 гг занимал пост начальника генерального штаба сухопутных сил Германии. Его книга – это дневник, который автор вел в указанный выше период.

Попробуем разобраться, какие силы столкнулись в приграничных сражениях в период с 22 июня по 10 июля 1941г. Для начала посмотрим, что представляли собой вооруженные силы Германии и СССР на начало Великой Отечественной Войны. В 1941 г численность ВС Германии составляла 7 234 тыс. чел. (Мюллер–Гиллебрандт) в том числе:

1. Действующая армия – 3,8 млн. чел.

2. Армия резерва – 1,2 млн. чел.

3. ВВС – 1,68 млн.чел.

4. Войска СС – 0,15 млн.чел.

С приведенными выше цифрами Солонин согласен.

Численность ВС СССР на 22.06.41 составляет 5,6 млн. чел., в которые, по аналогии с Германией входят также ВВС и ВМФ СССР. («1941 год—уроки и выводы»), эти данные Солонин признает. Итого, на начало ВОВ численность ВС СССР составляет только 77,4% от ВС Германии.

Но нас интересует не численность ВС вообще, а численность ВС на советско-германском фронте. Советская историография традиционно указывает следующее соотношение 150 дивизий вермахта + 40 дивизий сателлитов Германии против 170 дивизий и 2 бригад РККА. Т.е. примерно 190 дивизий против 171.

По численности РККА Солонин в целом подтверждает данные официальной историографии, напоминая только о наличии на западном театре военных действий еще 77 дивизий резерва главного командования СССР. Солонин признает, впрочем, что в период приграничного сражения, т.е. с 22 июня по 10 июля 1941г эти дивизии не использовались в боях – слишком уж далеко находились они от границы. Но вот силы Германии Солонин считает категорически завышенными. Вот что пишет Солонин: «В самом деле, фактически в составе трех групп армий («Север», «Центр», «Юг») на западной границе Советского Союза сосредотачивались: 84 пехотные дивизии, 17 танковых и 14 моторизованных дивизий (в общее число «84 пехотные дивизии» мы включили также 4 легкопехотные, 1 кавалерийскую и 2 горно-стрелковые дивизии, в общее число 14 мотодивизий включены части войск СС, соответствующие 5 «расчетным дивизиям»). Всего — 115 дивизий.»

При этом Солонин не утруждает себя какими-либо объяснениями, каким образом посчитаны эти 115 дивизий. А что пишут по этому поводу немецкие генералы?

Гальдер, в своем донесении фюреру от 20 июня 41 года по готовности к «Барбароссе»: Общий состав сил:

1. Пехотные дивизии – 103 (в т.ч. 2 горнопехотные и 4 легкие дивизии)

2. Танковые дивизии – 19

3. Моторизованные дивизии – 14

4. Кавалерийские дивизии – 1

5. Спецсоединения – 5 (3 охранных и 2 пехотных дивизии)

Всего – 141 соединение дивизионного состава

Мюллер-Гиллебрандт, в своей книге «Сухопутная армия Германии 1933—1945» дает следующие цифры по силам на Востоке:

1. В группах армий (т.е. «Север», «Центр» «Юг» - прим. авт) – 120,16 дивизий - 76 пехотных, 13,16 моторизованных, 17 танковых, 9 охранных, 1 кавалерийская, 4 легких, 1 горнострелковая дивизии – «хвостик» в 0,16 дивизии возник из-за наличия соединений, не сведенных в дивизии.

2. В распоряжении ОКХ за фронтом групп армий – 14 дивизий. (12 пехотных, 1 горнострелковая и 1 полицейская)

3. В резерве ГК – 14 дивизий. (11 пехотных, 1 моторизованная и 2 танковых)

4. В Финляндии – 3 дивизии (2 горнострелковых, 1 моторизованная, еще 1 пехотная прибыла в конце июня, но ее мы считать не будем)

А всего – 152,16 дивизий, из 208 дивизий, сформированных вермахтом. В их число входит 99 пехотных, 15,16 моторизованных, 19 танковых, 4 легких, 4 горнострелковых, 9 охранных, 1 полицейская и 1 кавалерийская дивизии, включая дивизии СС.

Попробуем разобраться в расхождениях данных у Гальдера и Мюллера-Гиллебрандта. Очевидно, что Гальдер не числит в составе сил финскую группировку (3 дивизии), 6 охранных дивизий и 1 полицейскую дивизию СС. Кроме того, если пересчитать указанные Гальдером соединения, почему-то получается 142 дивизииJ. С учетом того, что Финляндия (соответственно, немецкие дивизии на ее территории) вступила в войну 25 июня 1941г, а присутствие 9 охранных и 1 полицейской дивизии на восточном фронте подтверждается многочисленными историками, приходится признать, что оценка Мюллера-Гиллебрандта все же более точна.

Откуда такие расхождения – 115 дивизий у Солонина против 141-152,16 дивизий, о которых пишут немецкие генералы? Понять это достаточно нелегко. Перед нападением на СССР немецкая армия имела четко выраженное эшелонное построение. Первый, ударный эшелон - группы армий «Север», «Центр» «Юг» - включали в себя 120 дивизий, в т.ч. 3,5 моторизованных дивизии СС. Второй эшелон – так сказать, оперативный резерв – размещался непосредственно за фронтами групп армий и насчитывал 14 дивизий. Третий эшелон – резерв главного командования, в составе также 14 дивизий. И, отдельно, финская группировка в составе трех дивизий. Солонин не учитывает второй и третий эшелоны, не учитывает группировку в Финляндии. Но даже и так искомые 115 дивизий не получается – их 120. При этом, формально Солонин не лжет – помните его: «В самом деле, фактически в составе трех групп армий («Север», «Центр», «Юг»)…» Он просто не упоминает о том, что помимо групп армий на Востоке были и другие силы. Можно сколь угодно долго рассуждать, правомерно ли исключение вышеуказанных сил, но если немецкий генералитет для нападения на СССР числит 141-152 дивизии, а Солонин считает что их было всего 115 – Солонину следовало хотя бы снизойти до объяснений. Но объяснений нет – и это дает основания подозревать Солонина в банальной подтасовке фактов.

Но, может быть, указанные дивизии были небоеспособны, имели выраженный некомплект личного состава? Попробуем разобраться.

Вы обратили внимание на такое интересное формирование гитлеровской армии – «Армия резерва»? Дело в том, что в Германии не принято было отправлять призывников непосредственно в боевые части. Армия резерва – это такой аналог наших учебок, где будущие солдаты должны были овладевать всеми премудростями военной науки. Обучение солдата вермахта выглядело так – 8 недель в армии резерва, потом еще 2 месяца в действующей армии. В действующей армии новичкам старались поручать второстепенные задачи – чтобы бойцы могли адаптироваться к реальным фронтовым условиям – и только спустя два месяца обученный новобранец начинал считаться полноценной боевой единицей. Следует понимать, что пополнение потерь вермахта и формирование новых дивизий осуществлялось за счет обученных, имеющих (как минимум) базовую подготовку бойцов.

«Плач Ярославны» германского генералитета (начавшийся, если мне не изменяет память, с конца 41г) о том что «новобранцев приходилось бросать в самое пекло, без предварительной адаптации и это приводило к излишним потерям» следует понимать не как «дали шмайссер и бросили под траки советских танков» а как «обучили солдатскому ремеслу, но не дали времени обвыкнуть на фронте» - есть некоторая разница, не находите?

Таким образом можно утверждать – все солдаты вермахта, находившиеся к 22.06.1941г в действующей армии являлись обученными и подготовленными бойцами.

Теперь попробуем определить, насколько укомплектованы были эти 152 с лишним дивизии. К сожалению, данных о личном составе каждой дивизии у меня нет, так что попробуем посчитать по другому. Для начала ответим на вопрос - сколько всего войск, по мнению немецких генералов вело бои на территории СССР в июне-июле 1941г? По мнению Мюллера-Гилебрандта, из 3,8 млн действующей армии для действий на Востоке было сосредоточено 3,3 млн. чел. Если заглянуть в «Военный дневник» Гальдера, то обнаружим, что общую численность действующей армии он определяет как 2,5 млн. чел. На самом деле цифры в 3,3 млн. чел. и 2,5 млн.чел не сильно противоречат друг другу, так как кроме собственно дивизий в вермахте (как и в любой другой армии) имелось достаточное количество частей числящихся в действующей армии но по сути своей небоевых (строители, военные врачи и проч и проч). Вероятно, 3,3 млн Мюллера-Гиллебрандта включают в себя и боевые и нестроевые части, а 2,5 млн. чел. Гальдера – только боевые подразделения. Так что мы не сильно ошибемся, предположив численность боевых подразделений вермахта и СС на восточном фронте на уровне 2,5 млн.чел.

А теперь посчитаем штатную численность 152 немецких дивизий, указанных Мюллером-Гиллебрандтом. Сделать это несложно – в ходе реорганизации перед нападением на СССР многочисленные «волны» немецких дивизий были признаны недопустимыми и вермахт попытался перейти на единые штаты пехотной дивизии численностью 16 859 чел. Танковая дивизия включала в себя 16 952 чел, моторизованная – 14 029 чел, горная – 14 000 чел, а легкая – 11 000 чел. Штатная численность охранных, полицейских и кавалерийских дивизий мне неизвестна, так что возьмем по минимуму – 10 тыс. чел. каждая. Произведя нехитрые вычисления, получим штатную численность 2 431 809 чел. Все это в совокупности говорит о том, что развернутые на Востоке 152 немецкие дивизии имели численность на уровне штатной, и 2,5 млн. чел. действующей армии, о которых постоянно упоминает Гальдер и есть вычисленные нами 2,432 млн. чел. штатной численности 152 немецких дивизий.

Теперь попробуем разобраться с РККА. 170 дивизий приграничных военных округов включали в себя 103 пехотных, 40 танковых, 20 моторизованных и 7 кавалерийских дивизий. Официальная советская историография жалуется на недоукомплектованность указанных частей. Солонин же пишет, ссылаясь на данные книги «1941 год—уроки и выводы»: «В 99 стрелковых дивизиях западных округов (включая Ленинградский ВО) численность личного состава (при штате в 14,5 тыс. человек) была доведена до: 21 дивизия — 14 тыс., 72 дивизии — 12 тыс., и 6 дивизий — 11 тыс. человек.». Давайте поверим Солонину. Для дальнейших расчетов примем фактическую численность оставшихся «неоцененными» 4 пехотных дивизий РККА по штату мирного времени (6 тыс. чел.) получим фактическую численность 103 наших пехотных дивизий – 1 258 143 тыс.чел. Поскольку имелось еще 2 бригады неизвестной мне численности – добавим еще 10 тыс. чел., получится 1 268 143 тыс.чел. Больше о фактической численности РККА в приграничных военных округах Солонин не пишет ничего. Ну что ж, сделаем это за него, руководствуясь все тем же источником («1941 год—уроки и выводы») из которого Солонин берет данные по пехотным дивизиям РККА. Уж если Солонин верит этому источнику – будем верить ему и мы:))

60 танковых и моторизованных дивизий РККА были сосредоточены в 20 мехкорпусах, причем «1941 год—уроки и выводы» дают численность по каждому мехкорпусу на начало войны, а также общую фактическую численность личного состава мехкорпусов - 510 тыс. чел. Мехкорпуса были укомплектованы личным составом от 43% до 90% штатной численности, а в среднем около 71%. Фактическая численность 7 кавалерийских дивизий мне неизвестна, но есть данные о том, что их штаты в мирное время почти не отличались от штатов военного времени. Что, в общем, неудивительно, поскольку кавалерист – не пехотинец, быстро подготовить его просто невозможно. Так что беру их по штатной численности, 9000 чел. Получается – 63 тыс.чел. кавалерии. А всего:

1 268 143 + 510 000 + 63 000 = 1 841 212 чел.

При этом средняя фактическая численность пехотной дивизии РККА получается примерно 12 215 чел, танковой или моторизованной – по 8 500 чел.

Интересно получается. 2,4 млн. чел. «маленького» вермахта против 1,8 млн.чел. «огромного» РККА. Но насколько корректно такое сравнение? Может быть, части вермахта были разбросаны на таком расстоянии, что просто не могли все вместе вести боевые действия?

Для начала разберемся с диспозицией РККА. Для этого, опять же, воспользуемся книгой «1941 год—уроки и выводы». Там приводятся следующие сведения о диспозиции РККА (в книге перечислены только расстояния и дивизии, я сразу буду добавлять численность, исходя из расчетов, сделанных выше):

Первый эшелон - (0-50 км от границы) – 53 стрелковых, 3 кавалерийских дивизии и 2 бригады – примерно 684, 4 тыс.чел.

Второй эшелон - (50-100 км от госграницы) – 13 стрелковых, 3 кавалерийских, 24 танковых и 12 моторизованных дивизий – примерно 491,8 тыс. чел.

Третий эшелон - располагался на расстоянии от 100 до 400 и более км от госграницы – 37 стрелковых, 1 кавалерийская, 16 танковых, 8 моторизованных дивизий – примерно 665 тыс.чел.

Численность эшелонов мною рассчитана не очень правильно, поскольку считается по средней численности дивизии. Т.е., например, пехотные дивизии имели от 6 до 14 тыс. чел. фактического состава, я же считаю по средней – 12 225 чел. Но все же эта погрешность для общего расчета относительно невелика – полагаю не более чем плюс-минус 50-70 тыс. чел. на эшелон.

Мне неизвестно, на каком расстоянии от госграницы располагались резервы ОКХ и ГК вермахта. Но, если мне не изменяет память, от Варшавы до Берлина нет и 600 км, а от Варшавы до тогдашней советско-германс-кой границы – не более 100 км, так что практически невозможно представить себе, что указанные силы размещались дальше, чем в 400 км от госграницы. Мюллер-Гиллебрандт указывает, что на территории собственно Германии (исключая восточную границу) в 41г дислоцировалось ровно 1 (одна) дивизия Следовательно, 152 немецкие дивизии были эшелонированы в глубину не превышающую, а скорее даже меньшую чем 170 дивизий РККА. За это говорит и здравый смысл - командование германскими ВС идиотизмом не страдало и не стало бы размещать резервы вдалеке от театра военных действий. Мюллер-Гиллебрандт пишет: «Из числа имевшихся 208 дивизий для ведения кампании против Советского Союза, согласно плану, первоначально было выделено 152 дивизии (включая финский фронт). В количественном отношении они составляли около 75% действующей армии, фактически же это была значительно большая часть боевой мощи, так как остальные 56 дивизий, как правило не представляли собой полноценных соединений…. Усилия ОКХ были направлены на то, чтобы сосредоточить все имевшиеся силы на решающем театре военных действий…не считаясь с трудностями и угрозами, которые в результате этого могли возникнуть на других театрах войны».

Как я уже писал выше, в построении немецкой армии четко просматриваются 3 эшелона. Пересчитаем теперь количество дивизий этих эшелонов в их численность. Первый эшелон – непосредственно группы армий «Север», «Центр» «Юг» с дивизиями СС плюс 3 дивизии, расположенные в Финляндии – это 1 954,1 тыс.чел. Второй эшелон – резервы ОКХ – 226,3 тыс. чел. И, наконец, третий эшелон – резерв ГК – 233,4 тыс. чел.

Ну что ж, время делать выводы. Первый эшелон армий прикрытия РККА принял огонь на себя в первый день войны. Второй эшелон мог очень быстро прийти к нему на помощь. Правда, если не считать 13 стрелковых дивизий, которым тяжеловато было пешочком за день 50-100 км прошагать. Солонин, кстати, пишет, что скорость перемещения стрелковой дивизии в мирное время – 20 км в сутки. Считайте сами… Третий эшелон практически не имел шансов вступить в бой в разумные сроки (особенно это касается 37 стрелковых дивизий в 100-400 км от госграницы). Следовательно…

Общее соотношение сил в приграничном сражении составило 1/1,3 в пользу вермахта. Но 22 июня 1941г, 1 954,1 тыс. чел. первого эшелона вермахта ударили в 684,4 тыс. чел. первого эшелона армий прикрытия РККА. Соотношение –1/2,85 в пользу немцев. С вводом второго эшелона армий прикрытия РККА (491,2 тыс. чел.) это соотношение могло бы улучшиться до 1/1,66 в пользу немцев (если соотносить только с первым немецким эшелоном), или 1/1,87 (если считать первый и второй эшелоны немцев), но тут нужно учитывать потери, которые понесли дивизии РККА к моменту подхода дивизий второго эшелона. Ведь до получения подкреплений они вынуждены были драться из расчета один против троих. Особенно с учетом того, что для многих частей, расположенных непосредственно на границе война началась с массированных арт- и авианалетов, уничтоживших большую часть личного состава еще до того, как бойцы РККА смогли сделать первый выстрел по врагу.

Таким образом, основные силы наших приграничных военных округов сражались с противником вдвое, а то и втрое превосходящей численности!

И это если не считать немецких сателлитов. В то же время, Мюллер-Геллебрандт пишет, что на 22 июня 1941г вермахту напрямую подчинялись 4 дивизии и 6 бригад (т.е. примерно 7 дивизий) румынской армии (число прочих румынских сил, вступивших в войну под водительством румынского командования Мюллер-Геллебрандт, к сожалению, не приводит). А 25 июня в войну вступило какое-то количество финских дивизий…

Но и это еще не все. Дело в том, что в составе 1,8 млн. чел. первого стратегического эшелона РККА имелось 802 тыс. новобранцев, призванных и попавших в части в мае-июне 1941г. Эти бойцы никак не могут считаться ровней солдатам вермахта – период их нахождения в частях составляет от 0 до 7 недель. Их германские визави в это время проходили обучение в армии резерва. Т.е. эти 802 тыс. чел. по уровню подготовки примерно соответствовали германской армии резерва, которая вообще не числилась в действующих войсках Германии



Предварительный просмотр:

Сталинградская битва

За оборону Сталинграда (медаль)

Медаль «За оборону Сталинграда» 

Сталингра́дская би́тва — стратегическое сражение в Великой Отечественной войне, продолжалось с 17 июля 1942 года по 2 февраля 1943 года в течение 200 дней и ночей и включала оборонительную (17 июля — 18 ноября 1942) и наступательную (19 ноября 1942 — 2 февраля 1943) операции. Победа в Сталинградской битве стала переломным моментом в ходе Великой отечественной войны. Советский Союз после этой победы начал освобождение своей территории от немецких захватчиков. Германия после поражения на Волге потеряла стратегическую инициативу.

В ознаменование победы советских войск под Сталинградом 2 февраля установлен День воинской славы России — День разгрома советскими войсками немецко-фашистских войск в Сталинградской битве в 1943 году.

Свернуть

Содержание

1.

Обстановка перед битвой

2.

Начало битвы

-

Оборонительная операция

-

Наступательная операция

-

Окружение вражеских войск

-

Завершение разгрома

3.

Итоги Сталинградской битвы

Редактировать 

Обстановка перед битвой

В оборонительных сражениях в районе Сталинграда и в самом городе войска Сталинградского фронта (командующий С.К. Тимошенко, с 23 июля генерал-лейтенант В.Н. Гордов, с 9 августа генерал-полковник А.И. Еременко), Юго-Восточного фронта (7 августа — 27 сентября), Донского фронта (с 28 сентября; генерал-лейтенант, 15 января 1943 генерал-полковник К.К. Рокоссовский) остановили наступление немецких 6-й полевой армии и 4-й танковой армии.

Редактировать 

Начало битвы

Оборонительная операция

Сталинградский фронт был создан 12 июля 1942 года. Его командующему маршалу С.К. Тимошенко была поставлена задача, обороняясь в полосе шириной 520 км, остановить продвижение противника, который превосходил советские войска в людях в 1,4 раза, танках в 2 раза, в самолетах — в 3,5 раза. Основные усилия фронта были сосредоточены в большой излучине Дона, где заняли оборону 62-я армия генерал-лейтенанта В.И. Чуйкова и 64-я армия генерал-майора М.С. Шумилова. Перед ними стояла задача не допустить форсирования противником реки и прорыва его кратчайшим путем к Сталинграду. Оборонительная операция началась 17 июля 1942 года на дальних подступах к Сталинграду. После месяца упорных боев советским войсками пришлось отойти на ближние подступы к городу.

23 августа 1942 года противнику удалось прорваться к Волге севернее Сталинграда, после чего немцы попытались захватить город ударом с севера вдоль Волги, но их попытка с ходу ворваться в город была сорвана. Немецкие войска были остановлены на северо-западных окраинах города и только 12 сентября вплотную подошли к Сталинграду с запада и юго-запада, и в городе развернулись ожесточенные уличные бои. За четыре месяца боев между Доном и Волгой противник потерял около 700 тысяч человек убитыми и ранеными и большое количество боевой техники. Наши войска потеряли свыше 640 тысяч человек.

Наступательная операция

План контрнаступления под кодовым наименованием «Уран», разработанный советским командованием, предусматривал нанесение глубоких охватывающих ударов по флангам вражеской группировки под Сталинградом по сходящимся направлениям на Калач в целях окружения и разгрома противника. Для проведения операции привлекались войска трех фронтов: Юго-Западного под командованием генерал-лейтенанта Н.Ф. Ватутина, Донского под командованием генерал-лейтенанта К.К. Рокоссовского, Сталинградского под командованием генерал-полковника А.И. Еременко. Координацию их действий осуществлял представитель Ставки генерал-полковник A.M. Василевский.

В 7 часов 20 минут 19 ноября 1942 года залпами 7 тысяч орудий и реактивных установок началось контрнаступление советских войск под Сталинградом. Войска Юго-Западного фронта (командующий — с 22 октября генерал-лейтенант, с 7 декабря генерал-полковник Н.Ф. Ватутин), наступавшие из районов Серафимовича и Клетской, в первый же день прорвали оборону 3-й румынской армии и продвинулись на юго-восток в направлении населенных пунктов Калач, Советский на глубину 25-35 км. Войска 65-й армии Донского фронта, встретив сильное сопротивление, продвинулись лишь на 3-5 км. 20 ноября перешли в наступление войска Сталинградского фронта, нанося удар южнее Сталинграда. 62-я армия вела сковывающие бои в городе. Действия войск фронта поддерживала 8-я воздушная армия. Сокрушив оборону противника, войска Сталинградского фронта устремились на северо-запад к Калачу.

Окружение вражеских войск

На третий день наступления в районе Распопинской было окружено 5 румынских дивизий, которые 23 ноября капитулировали. В этот же день передовые соединения Юго-Западного фронта встретились с частями Сталинградского фронта в районе населенных пунктов Калач, Советский. Окружение вражеской группировки под Сталинградом было завершено. В кольце оказались 22 дивизии и 160 отдельных частей противника. А. Гитлер отдал приказ командующему 6-й полевой армией генерал-полковнику Ф. Паулюсу оставаться на занимаемых позициях под Сталинградом и организовать круговую оборону.

К 30 ноября 1942 года наши войска сжали кольцо окружения, сократив более чем вдвое территорию, занимаемую противником, но рассечь и уничтожить его группировку с ходу не смогли. В то же время был образован более чем 500-километровый внешний фронт окружения противника. В конце ноября командование противника создало новую группу армий «Дон» под командованием генерал-фельдмаршала Э. Манштейна с целью деблокирования окруженных. 12 декабря 1942 года немцы из района Котельниково перешли в наступление. Но немецкие танковые дивизии были остановлены на реке Мышкова, а затем разгромлены. Почти одновременно с Котельниковской операцией 16 декабря 1942 года развернулось наступление советских войск на Среднем Дону. Оно вынудило немецкое командование отказаться от попыток деблокировать окруженную группировку. К концу декабря войска левого крыла Воронежского фронта, Юго-Западного фронта, Сталинградского фронта разгромили противника перед внешним фронтом окружения и отбросили остатки его соединений на 150-200 км. Этим были созданы благоприятные условия для ликвидации окруженных под Сталинградом вражеских войск.

Завершение разгрома

В течение декабря 1942 года была сорвана попытка организовать снабжение окруженной группировки с помощью авиации и при этом уничтожено более 700 вражеских самолетов. К началу января 1943 года численность группировки противника сократилась до 250 тысяч человек, в ее составе оставалось до 300 танков, более 4,1 тыс. орудий и минометов и 100 боевых самолетов. Для ликвидации окруженных вражеских войск была разработана операция «Кольцо», осуществление которой возложили на усиленный подкреплениями Донской фронт, войска которого превосходили противника по артиллерии в 1,7 раза, самолетам в 3 раза, но уступали ему в людях и танках в 1,2 раза. Представителем Ставки на Донской фронт был назначен генерал-полковник артиллерии Н.Н. Воронов. После отклонения противником предложения о капитуляции 10 января 1943 года войска фронта перешли в наступление, которому предшествовала артиллерийская и авиационная подготовка.

В результате операции вражеская группировка была рассечена на две части. 31 января 1943 года прекратила сопротивление южная группа войск 6-й армии во главе с генерал-фельдмаршалом Паулюсом, а 2 февраля капитулировала и северная группа. Войска Донского фронта с 10 января по 1 февраля 1943 года взяли в плен 91 тысячу солдат и офицеров противника, около 140 тысяч было убито в ходе наступления.

Редактировать 

Итоги Сталинградской битвы

Победа советских войск под Сталинградом оказала определяющее влияние на дальнейший ход Великой Отечественной войны. В результате победы под Сталинградом Советский Союз овладел стратегической инициативой, был достигнут коренной перелом в ходе Великой Отечественной войны, который оказал серьезное влияние на дальнейший ход всей Второй мировой войны. Поражение Германии изменило дальнейший характер действий немецких войск на других фронтах — на Кавказе, под Москвой.

Поражение Германии в Сталинградской битве вызвало кризис профашистских режимов в Италии, Румынии, Венгрии, Словакии. Влияние Германии на ее союзников резко ослабло, обострились разногласия между ними. Победа на Волге вынудила Турцию и Японию воздержаться от вступления в войну против СССР.

После сокрушительного поражения перед германским командованием встала проблема восстановления людских потерь, и потерь в технике, которые превысили потери Германии за весь предыдущий период боев на советско-германском фронте.

Курская битва

Курская битва (фрагмент диорамы)

Фрагмент диарамы 

Ку́рская би́тва — стратегическое сражение в Великой Отечественной войне, продолжалась 50 дней, с 5 июля по 23 августа 1943 года. В оборонительных сражениях в июле советские войска отразили наступление немецких войск, сорвав попытку противника окружить и уничтожить части Красной Армии на Курской дуге. В июле-августе советские войска перешли в контрнаступление, разгромили части противника и освободили города Орел (5 августа), Белгород (5 августа), Харьков (23 августа).

В отечественной историографии Курскую битву принято разделять на три части:

  • Курскую оборонительную операцию (5-12 июля)
  • Орловскую наступательную операцию (12 июля-18 августа)
  • Белгородско-Харьковскую наступательную операцию (3-23 августа).

Общий замысел германского командования сводился к тому, чтобы окружить и уничтожить оборонявшиеся в районе Курска войска Центрального и Воронежского фронтов. В случае успеха предполагалось расширить фронт наступления и вернуть стратегическую инициативу. Для реализации своих планов противник сосредоточил ударные группировки, которые насчитывали свыше 900 тысяч человек, около 10 тысяч орудий и минометов, до 2700 танков и штурмовых орудий, около 2050 самолетов. Большие надежды возлагались на новые танки «тигр» и «пантера», штурмовые орудия «Фердинанд», самолеты-истребители «Фокке-Вульф-190-А» и штурмовики «Хейнкель-129».

Советское командование решило сначала обескровить ударные группировки врага в оборонительных сражениях, а затем перейти в контрнаступление. Войска Центрального фронта обороняли северный фас Курского выступа (командующий генерал армии К.К. Рокоссовский), а войска Воронежского фронта (генерал армии Н.Ф. Ватутин) — южный фас. В глубине обороны были развернуты войска Степного фронта (генерал-полковник И.С. Конев). Координацию действий фронтов осуществляли представители Ставки Г.К. Жуков и А.В. Василевский. Начавшаяся битва приняла грандиозный размах и носила напряженный характер. Советские войска приостановили наступление ударных группировок противника, которому удалось лишь на отдельных участках вклиниться в советскую оборону: на Центральном фронте на 10-12 км, на Воронежском фронте до 35 км. Во встречном танковом сражении под Прохоровкой 12 июля 1943 года с обеих сторон одновременно участвовали 1200 танков и самоходных орудий.

Потеряв под Прохоровкой до 400 танков, немцы были вынуждены отказаться от продолжения наступления. 12 июля начался второй этап Курской битвы — контрнаступление советских войск, в котором приняли участие также войска Западного (генерал-полковник В.Д. Соколовский), Брянского (генерал-полковник М.М. Попов) и Юго-Западного (генерал армии Р.Я. Малиновский) фронтов. 5 августа советские войска освободили города Орел и Белгород. Вечером 5 августа в честь этого успеха в Москве впервые за два года войны был дан победный салют. 23 августа был освобожден Харьков. В ходе Курской битвы было разгромлено 30 дивизий противника. Немецкие войска потеряли около 500 тысяч человек, 1500 танков, 3 тысячи орудий и 3700 самолетов.

Битва за Днепр

БИТВА ЗА ДНЕПР (диорама)

Диарама 

Би́тва за Днепр — ряд взаимосвязанных наступательных операций советских войск в ходе Великой Отечественной войны, проведенных во второй половине 1943 года и связанных с освобождением Украины от немецкой оккупации. В соответствии с замыслом летне-осенней кампании 1943 года советское командование приняло решение нанести главный удар на Юго-Западном стратегическом направлении. Войска Центрального, Воронежского и Степного фронтов в середине августа нацеливались на выход к среднему течению Днепра, а Юго-Западного и Южного фронтов — к нижнему течению Днепра и к Крыму. На этом южном фланге советско-германского фронта были сосредоточены силы пяти советских фронтов, в состав которых входили 36 общевойсковых, 4 танковые и 5 воздушных армий, свыше 30 танковых и механизированных и 5 кавалерийских корпусов, а также 1-я Чехословацкая отдельная бригада. Наступлению сухопутных войск на юге должна была содействовать Азовская военная флотилия путем высадки десантов на северном побережье Азовского моря. Одновременно Западный фронт и левое крыло Калининского фронта должны были наступать на смоленском направлении, а Брянского фронта — на брянско-гомельском направлении и тем самым лишить противника возможности перебрасывать силы с этого участка фронта на юг.

На первом этапе битвы за Днепр (август-сентябрь 1943) советские войска развернули борьбу за освобождение Левобережной Украины и Донбасса. Непосредственным прологом к битве за Днепр явилась Донбасская стратегическая наступательная операция (13 августа — 22 сентября 1943). Войска Юго-Западного фронта (Р.Я. Малиновский) 13-16 августа перешли в наступление южнее Харькова и на барвенково-павлоградском направлении. Южный фронт (Ф.И. Толбухин) перешел в наступление 18 августа и, прорвав оборонительный рубеж противника по реке Миус, 30 августа освободил Таганрог.

Утром 26 августа началась Черниговско-Полтавская стратегическая наступательная операция (26 августа — 30 сентября), проводимая войсками Центрального, Воронежского и Степного фронтов. Войска Центрального фронта (К.К. Рокоссовский) наносили главный удар на Севск, Новгород-Северский. Прорвав оборону противника южнее Севска, они освободили Глухов и, продвигаясь на Конотоп, вступили в северные районы Украины. Одновременно соединения Воронежского фронта (Н.Ф. Ватутин), преследуя противника, начавшего отход из ахтырского выступа, освободили Сумы и наступали на Ромны. Войска Степного фронта (И.С. Конев) до конца августа вели бои западнее и юго-западнее Харькова и, сломив сопротивление врага, в начале сентября развернули наступление на Красноград, Верхнеднепровск.

В первой половине сентября советские войска продолжали наступление по всей Левобережной Украине и в Донбассе. 15 сентября германское командование вынуждено было отдать приказ об общем отводе группы армий «Юг» на «Восточный вал», рассчитывая удержать районы Правобережной Украины, Крым, порты Черного моря. При отходе враг применял тактику выжженной земли: разрушал города и села, уничтожал предприятия, мосты, дороги, сжигал посевы. Советские войска преследовали противника. По вражеским колоннам наносила удары авиация, борьбу в тылу врага развернули партизаны.

В начале сентября 1943 года Ставка Верховного главнокомандования дала указание фронтам о форсировании Днепра с ходу и захвате плацдармов на его правом берегу. Основные усилия Центральный и Воронежский фронты сосредоточили на киевском, Степной — на полтавско-кременчугском, Юго-Западный — на днепропетровском и запорожском, Южный — на мелитопольском направлениях. Развивая наступление, войска Центрального фронта 22 сентября 1943 года вышли к Днепру, форсировали его и первыми захватили плацдармы в междуречье Днепра и Припяти. В тот же день войска Воронежского фронта достигли Днепра и, форсировав его, захватили плацдарм в излучине реки в районе Великого Букрина. С целью оказания войскам помощи в захвате плацдарма в районе Канева 24 сентября ночью была осуществлена Днепровская воздушно-десантная операция. Ее неудачный исход привел Ставку к решению отказаться от проведения воздушно-десантных операций в дальнейшем.

Степной фронт 23 сентября освободил Полтаву, 24 сентября захватил плацдарм на Днепре северо-западнее Днепродзержинска, а 28 сентября — юго-восточнее Кременчуга и в районе Верхнеднепровска. Войска Юго-Западного и Южного фронтов к 22 сентября освободили Донбасс. Продолжая наступление, войска Юго-Западного фронта 25 сентября форсировали Днепр южнее Днепропетровска, а Южный фронт вышел к оборонительному рубежу на реке Молочная — составной части германского «Восточного вала». Таким образом, в течение августа-сентября 1943 года Красная Армия разгромила немецкие войска на Левобережной Украине и в Донбассе. Советские войска вышли к Днепру в его среднем течении почти на 750-километровом фронте и, форсировав реку, захватили 23 плацдарма.

На втором этапе битвы за Днепр (октябрь-декабрь 1943) Ставка Верховного главнокомандования поставила задачу фронтам ликвидировать на левом берегу Днепра оставшиеся предмостные укрепления врага, расширить захваченные плацдармы и в последующем провести операцию по освобождению Правобережной Украины и Крыма. План германского командования заключался в том, чтобы ликвидировать плацдармы советских войск и организовать на рубеже рек Днепр и Молочная прочную оборону. Особое внимание противник уделял удержанию района Киева. Командование немецких войск приводило в порядок свои разбитые дивизии и перебрасывало к Днепру новые соединения из Западной Европы.

В период с 26 сентября по 20 декабря 1943 года серией из пяти фронтовых операций войсками Степного, Юго-Западного и Южного фронтов (с 20 октября — Второго Украинского, Третьего Украинского, Четвертого Украинского фронтов соответственно) была осуществлена Нижнеднепровская наступательная операция, в ходе которой советские войска завершили освобождение Левобережной Украины в низовьях Днепра, блокировали немецкую группировку в Крыму, ликвидировали запорожский плацдарм противника, освободили Запорожье и Днепропетровск и захватили стратегический плацдарм на правом берегу Днепра до 450 км по фронту и до 100 км в глубину.

Сражения на юге Украины оказали большое влияние на дальнейший ход и исход битвы за Днепр. В ходе наступления войска Второго, Третьего, Четвертого Украинских фронтов сковали силы противника, что облегчило наступление советских войск на киевском направлении. Наступление войск Воронежского (с 20 октября — Первого Украинского) фронта по разгрому киевской группировки противника началось 12 октября. В результате многодневных ожесточенных сражений 6 ноября Киев был освобожден. Развивая наступление на Коростень, Житомир, Фастов, войска фронта продвинулись на глубину до 150 км и образовали на Правобережной Украине киевский стратегический плацдарм. Попытки противника во второй половине ноября и в декабре 1943 года перейти в контрнаступление и снова овладеть Киевом не имели успеха.

Наземным войскам содействовала авиация фронтов и дальнего действия. Только в сентябре, обеспечивая форсирование Днепра, она совершила свыше 90 тысяч самолетовылетов, сбросила на объекты врага около 9,6 тысячи т авиабомб, выпустила более 55 тысяч реактивных снарядов. Войска противовоздушной обороны прикрывали прифронтовые пути сообщения и переправы через Днепр. Азовская военная флотилия высаживала тактические десанты вдоль северного побережья Азовского моря. Большую помощь советским войскам в постройке мостов, обеспечении переправ оказали партизаны и население Украины.

В ходе битвы за Днепр Красная Армия нанесла поражение основным силам группы армий «Юг» и части сил групп армий «А» и «Центр», освободила более 38 тысяч населенных пунктов, в том числе 162 города. В ходе общего стратегического наступления советские войска развернули боевые действия на фронте в 2000 км и разгромили 118 дивизий противника. С захватом стратегических плацдармов на правобережье Днепра были созданы условия для последующего наступления в Белоруссии, освобождения Правобережной Украины, Крыма. Потери Красной Армии в битве за Днепр составили свыше 1,5 млн. человек. Потери противника на советско-германском фронте с июля 1943 по январь 1944 года включительно, составили, по немецким данным, около 1,6 млн. человек. С обеих сторон в ходе боев и форсирования множества рек было потеряно большое количество военной техники. В Великой Отечественной войне битва за Днепр занимает особое место. В ходе битвы сражения развернулись на фронте до 1400 км, что превышает пространственный размах других битв.

Корсунь-Шевченковская операция

В районе Корсунь-Шевченковской операции 

Ко́рсунь-Шевче́нковская опера́ция — наступательная операция советских вооруженных сил во время Великой Отечественной войны, проведенная на Правобережной Украине 24 января — 17 февраля 1944 года силами Первого Украинского фронта (командующий Н.Ф. Ватутин) и Второго Украинского фронта (командующий И.С. Конев). Советские войска в ходе битвы за Правобережную Украину окружили в районе Корсунь-Шевченковского свыше 10 дивизий из состава немецкой группы армий «Юг» (генерал-фельдмаршал Э. Манштейн) и разгромили их.

Замысел советского командования состоял в нанесении ударов войсками Первого и Второго Украинских фронтов в общем направлении на Звенигородку с целью окружения и уничтожения группировки немецких войск в Корсунь-Шевченковском выступе, образовавшемся в ходе предшествовавших Житомирско-Бердичевской и Кировоградской операций. К началу операции советские войска имели 27 стрелковых дивизий, 1 механизированный и 4 танковых корпуса (255 тысяч человек, 5300 орудий и минометов, 513 танков и самоходно-артиллерийских установок), 772 боевых самолета. Противник имел 14 дивизий (в том числе 3 танковых) и моторизованную бригаду (170 тысяч человек, 2600 орудий и минометов, 310 танков и штурмовых орудий), 1000 боевых самолетов. 24 января войска Второго Украинского фронта (4-я гвардейская, 53-я армии, 5-я гвардейская танковая армия) при поддержке 5-й воздушной армии перешли в наступление передовыми отрядами, а 25 января — основными силами.

Войска Первого Украинского фронта (40-я, 27-я армии и 6-я танковая армия) при поддержке 2-й воздушной армии начали наступление 26 января и 28 января соединились в районе Звенигородки с войсками Второго Украинского фронта. В окружении оказались до 10 немецких дивизий и 1 бригада общей численностью около 80 тысяч человек. Для оказания помощи окруженным войскам немецко-фашистское командование предприняло попытки прорвать фронт окружения в районах Новомиргорода и Толмача (3 февраля) и Ризино (4 февраля), но успеха не добилось. Кольцо окружения сжималось. 8 февраля советское командование предложило вражеским дивизиям сложить оружие, но это предложение было отвергнуто. На внешнем фронте противник продолжал усиливать группировку войск, которая к 10 февраля имела 6 пехотных, 8 танковых дивизий и отдельные части (всего свыше 110 тысяч человек, 940 танков и штурмовых орудий). 11 февраля враг снова начал наступление из района Ризино, потеснил советские войска и вышел в район Лысянки.

Окруженным немецко-фашистским войскам 12 февраля удалось прорваться из района Стеблёва в район Шендеровки, расстояние между ними и немецкими войсками в районе Лысянки сократилось до 10-12 км. Ставка Верховного главнокомандования с целью объединения усилий всех войск, выделенных для уничтожения противника, 12 февраля подчинила их командующему Вторым Украинским фронтом. В ночь на 17 февраля противник тремя колоннами, под покровом пурги, двинулся из Шендеровки на прорыв кольца окружения, но лишь небольшой группе танков и бронетранспортеров удалось прорваться к своим войскам в Лысянку. В результате Корсунь-Шевченковской операции было убито и ранено около 55 тысяч и взято в плен свыше 18 тысяч вражеских солдат и офицеров. Ликвидация корсунь-шевченковской группировки противника создала условия для окончательного освобождения Правобережной Украины.

Белорусская операция

На улицах освобожденного Полоцка 

Белору́сская опера́ция (операция «Багратион») — стратегическая наступательная операция советских войск с 23 июня по 29 августа 1944 года; одна из крупнейших стратегических операций Второй мировой войны; проводилась с целью разгрома немецкой группы армий «Центр» и освобождения Белоруссии. В ходе Белорусской операции войска Первого Прибалтийского, Третьего, Второго, Первого Белорусского фронтов прорвали оборону немецкой группы армий «Центр», окружили и ликвидировали группировки противника в районах Витебска, Бобруйска, Вильнюса, Бреста, восточнее Минска, освободили территорию Белоруссии и ее столицу Минск (3 июля), значительную часть Литвы и ее столицу Вильнюс (13 июля), восточные районы Польши и вышли на рубеж рек Нарев, Висла и к границам Восточной Пруссии.

Планирование и подготовку Белорусской операции Ставка Верховного Главнокомандования, военные советы и штабы фронтов начали весной 1944 года. Обсуждение плана в Ставке состоялось 22-23 мая того же года. Замысел командования предусматривал одновременный прорыв обороны врага на шести участках, чтобы расчленить его войска и разбить их по частям. Особое значение придавалось разгрому наиболее сильных фланговых группировок гитлеровцев, оборонявшихся в районах Витебска и Бобруйска, что обеспечивало условия для стремительного продвижения сил Третьего Белорусского фронта и Первого Белорусского фронта, развития их успеха по сходящимся направлениям на Минск. Уцелевшие при этом войска противника предусматривалось отбросить на глубину 200-250 км в невыгодный для оборонительных действий район под Минском, отрезать им пути отхода, окружить их и ликвидировать. В дальнейшем, наращивая удар и расширяя фронт наступления, советские войска должны были выйти к западной границе СССР.

В полосе наступления советских войск оборонялись соединения группы армий «Центр» (Heeresgruppe Mitte) (командующие генерал-фельдмаршал Эрнст Буш, с 28 июня 1944 г. — генерал-фельдмаршал Вальтер Модель) в составе 3-й танковой армии, 4-й, 9-й, 2-й армий. Эти войска поддерживала авиация 6-го и частично 1-го и 4-го воздушных флотов. На севере к группе армий «Центр» примыкали войска 16-й армии группы армий «Север», на юге — 4-й танковой армии группы армий «Северная Украина». Всего в группировке немецких войск насчитывалось 63 дивизии и 3 бригады, 1,2 млн солдат, 9500 орудий и минометов, 900 танков и штурмовых орудий, 1350 самолетов.

Для разгрома противника в Белоруссии привлекались: Первый Прибалтийский фронт под командованием генерала армии И.Х. Баграмяна (4-я ударная, 6-я гвардейская, 43-я армии, 1-й танковый корпус; численность 359,5 тыс. человек); Третий Белорусский фронт под командованием генерал-полковника И.Д. Черняховского (39-я, 5-я, 11-я гвардейские, 31-я армии, 5-я гвардейская танковая армия, конно-механизированная группа, 2-й гвардейский танковый корпус; численность 579 тыс. человек); Второй Белорусский фронт под командованием генерал-полковника, с конца июля 1944 года генерала армии Г.Ф. Захарова (33-я, 49-я, 50-я армии; численность 319,5 тыс. человек); Первый Белорусский фронт под командованием генерала армии К.К. Рокоссовского (3-я, 48-я, 65-я, 28-я, 61-я, 70-я, 47-я, 69 армии, 8-я гвардейская армия, 2-я танковая армия, конно-механизированная группа, 9-й и 1-й гвардейские танковые корпуса, 11-й танковый корпус, 2-й и 7-й гвардейские конные корпуса, 1-я армия Войска Польского; численность 1,071 млн человек). Войска фронтов поддерживали Днепровская военная флотилия, под командованием контр-адмирала В.В. Григорьева, авиация 3-й, 1-й, 4-й, 6-й, 16-й воздушных армий (5,3 тыс. самолетов).

К началу операции в четырех фронтах насчитывалось 20 общевойсковых и 2 танковых армии (168 дивизий, 12 танковых и механизированных корпусов, 7 укрепленных районов и 20 бригад). Общая численность личного состава составила 2,333 млн человек. На вооружении находилось свыше 36 тысяч орудий и минометов, 5,2 тыс. танков и САУ. В состав 1-й армии Войска Польского входили 4 пехотные дивизии, 1 кавалерийская бригада; общая численность личного состава достигала 79,9 тыс. человек. Координацию действий фронтов осуществляли представители Ставки Верховного главнокомандования маршалы Г.К. Жуков и А.М. Василевский.

Белорусская стратегическая операция делится на два этапа. В ходе первого этапа (23 июня — 4 июля 1944) были проведены Витебско-Оршанская, Могилевская, Бобруйская, Полоцкая, Минская фронтовые наступательные операции. Войска Первого Прибалтийского фронта, перейдя 23 июня в наступление, к 25 июня окружили западнее Витебска пять немецких дивизий, и разгромили их. Главные силы фронта 28 июня овладели городом Лепель. Войска Третьего Белорусского фронта, развивая наступление, 1 июля 1944 года освободили город Борисов. В результате группа армий «Центр» была рассечена и немецкая 3-я танковая армия была отделена от 4-й армии.

Войска Второго Белорусского фронта после прорыва обороны противника 28 июня освободили Могилев. Войска Первого Белорусского фронта к 27 июня окружили свыше шести немецких дивизий в районе Бобруйска и уничтожили их. В результате Минской операции 3 июля был освобожден Минск, восточнее которого в окружении оказались соединения 4-й и 9-й немецких армий, численностью более 100 тысяч человек. Первый Прибалтийский фронт в ходе Полоцкой операции освободил Полоцк и развил наступление на Шауляй. За 12 дней Красная Армия продвинулась на 225-280 километров, освободив большую часть территории Белоруссии. Группа армий «Центр» потерпела поражение, ее главные силы были окружены и разгромлены. У Красной Армии появилась возможность начать преследование остатков разбитых вражеских войск.

В ходе второго этапа Белорусской стратегической операции (5 июля — 29 августа 1944) были проведены Вильнюсская, Шауляйская, Белостокская, Люблин-Брестская, Каунасская, Осовецкая фронтовые наступательные операции. Части Красной Армии завершили уничтожение окруженной группировки в районе восточнее Минска. Войска фронтов последовательно разгромили остатки отходивших дивизий группы армий «Центр» и нанесли урон войскам, переброшенным из Германии, Норвегии, Нидерландов, из группы армий «Север», «Южная Украина», «Северная Украина», и вновь сформированным соединениям в тылу группы армий «Центр». Группа немецких армий «Север» оказалась изолированной в Прибалтике.

Продолжительность Белорусской стратегической наступательной операции составила 68 суток, ширина фронта боевых действий — 1100 км; глубина продвижения советских войск — 550-600 км; среднесуточные темпы наступления на первом этапе — 20-25 км, на втором — 13-14 км. К концу боев были освобождены Белоруссия, часть Литвы и Латвии. Красная Армия вступила на территорию Польши и выдвинулась к границам Восточной Пруссии. В ходе наступления были форсированы водные преграды Березина, Неман, Висла, захвачены плацдармы на их западных берегах; обеспечены условия для нанесения ударов вглубь Восточной Пруссии и в центральные районы Польши. Войска наступавших фронтов разгромили одну из наиболее сильных вражеских группировок — группу армий «Центр», ее 17 дивизий и три бригады были уничтожены, а 50 дивизий потеряли более половины своего состава. По разным оценкам число убитых, раненых и пленных достигло 500 тысяч человек.



Предварительный просмотр:

20 апреля 1942 года - окончилась Московская битва (началась 30 сентября 1941 года) во время Великой Отечественной войны.

Московская битва 1941-1942 годов — совокупность оборонительных и наступательных операций советских войск в Великой Отечественной войне, проведённых с 30 сентября 1941 года по 20 апреля 1942 года на западном стратегическом направлении с целью обороны Москвы и Центрального промышленного района, разгрома угрожавших им ударных группировок немецких войск. Она включала стратегическую Московскую оборонительную операцию (30 сентября — 5 декабря 1941 года), Московскую наступательную операцию (5 декабря 1941 года — 7 января 1942 года), Ржевско-Вяземскую операцию (8 января — 20 апреля 1942 года) и фронтовую Торопецко-Холмскую операцию (9 января — 6 февраля 1942 года). В Московской битве участвовали войска Калининского, Западного, Резервного, Брянского, левого крыла Северо-Западного и правого крыла Юго-Западного фронтов, войска Противовоздушной обороны страны, Военно-воздушные силы. Им противостояла немецкая группа армий "Центр".

© РИА Новости

Крах операции "Тайфун". Битва за Москву в архивных кадрах

К началу Московской битвы обстановка для советских войск была чрезвычайно сложной. Враг глубоко вторгся в пределы страны, захватив Прибалтику, Белоруссию, Молдавию, значительную часть Украины, блокировал Ленинград (ныне — Санкт-Петербург), достиг дальних подступов к Москве. После провала плана захватить Москву с ходу в первые недели войны гитлеровское командование подготовило крупную наступательную операцию под кодовым наименованием "Тайфун". План операции предусматривал расчленить оборону советских войск тремя мощными ударами танковых группировок из районов Духовщины, Рославля и Шостки в восточном и северо-восточном направлениях, окружить и уничтожить советские войска в районах западнее Вязьмы и восточнее Брянска. Затем сильными подвижными группами планировалось охватить Москву с севера и юга и во взаимодействии с войсками, наступавшими с фронта, овладеть ею.

Предназначавшаяся для наступления немецкая группа армий "Центр" имела 1,8 миллиона человек, свыше 14 тысяч орудий и минометов, 1,7 тысяч танков и 1390 самолетов. Советские войска насчитывали 1,25 миллиона человек, 7,6 тысяч орудий и минометов, 990 танков, 677 самолетов (с учётом резервных авиагрупп).

Наступление по плану "Тайфун" немецко-фашистские войска начали 30 сентября 1941 года на брянском и 2 октября на вяземском направлениях. Несмотря на упорное сопротивление советских войск, противник прорвал их оборону. 6 октября он вышел в район западнее Вязьмы и окружил там четыре армии Западного и Резервного (10 октября объединён с Западным) фронтов. Своими действиями в окружении эти армии сковали 28 вражеских дивизий; 14 из них не могли продолжать наступление до середины октября.

Тяжёлая обстановка сложилась и в полосе Брянского фронта. 3 октября противник захватил Орёл, а 6 октября — Брянск. 7 октября войска фронта были окружены. Прорываясь из окружения, армии Брянского фронта вынуждены были отходить. К концу октября немецко-фашистские войска вышли на подступы к Туле.

На калининском направлении враг начал наступление 10 октября и 17 октября овладел городом Калинином (ныне Тверь). Войска Калининского фронта (создан 17 октября) во второй половине октября остановили наступление 9-й армии противника, заняв охватывающее положение по отношению к левому крылу группы армий "Центр".

К началу ноября фронт проходил по линии Селижарово, Калинин, Волжское водохранилище, по pекам Озерна, Нара, Ока и далее Тула, Новосиль. В середине ноября начались бои на ближних подступах к Москве. Особенно упорными они были на волоколамско-истринском направлении. 23 ноября советские войска оставили Клин. Враг захватил Солнечногорск, Яхрому, Красную Поляну. В конце ноября — начале декабря немецкие войска вышли к каналу Москва — Волга, форсировали реку Нара севернее и южнее Наро-Фоминска, подошли к Кашире с юга, охватили с востока Тулу. Но дальше они не прошли. 27 ноября в районе Каширы и 29 ноября севернее столицы советские войска нанесли контрудары по южной и северной группировкам противника, 3-5 декабря — контрудары в районах Яхромы, Красной Поляны и Крюкова.

Стойкой и активной обороной Красная Армия вынудила фашистские ударные группировки рассредоточиться на огромном фронте, что привело к потере наступательной и манёвренной возможностей. Создались условия для перехода советских войск в контрнаступление. В полосы предстоящих действий Красной Армии стали выдвигаться резервные армии. Замысел контрнаступления советских войск заключался в одновременном разгроме наиболее опасных ударных группировок противника, угрожавших Москве с севера и юга. К Московской наступательной операции привлекались войска Западного, Калининского и правого крыла Юго-Западного (18 декабря 1941 года преобразовано в Брянский фронт) фронтов.

Контрнаступление началось 5 декабря ударом левого крыла Калининского фронта. Ведя напряжённые бои, советские войска к 7 января вышли на рубеж реки Волга северо-западнее и восточнее Ржева. Они продвинулись на 60-120 километров в южном и юго-западном направлениях, заняв охватывающее положение по отношению к немецким войскам, находившимся перед Западным фронтом.

Армии правого крыла Западного фронта, перешедшие в контрнаступление 6 декабря, освободили Истру, Клин, Волоколамск и отбросили врага на запад на 90-110 километров, ликвидировав угрозу обхода Москвы с севера. Армии левого крыла Западного фронта нанесли с нескольких направлений мощные удары по глубоко вклинившейся в оборону 2-й танковой армии противника. Немецко-фашистское командование, опасаясь окружения своих войск восточнее Тулы, начало их отвод на запад. К исходу 16 декабря непосредственная угроза Москве была устранена и с юга.

Правофланговые армии Юго-Западного фронта в ходе наступления освободили до 400 населенных пунктов и 17 декабря ликвидировали елецкий выступ.

Продолжая наступление, советские войска к началу января 1942 года отбросили противника на 100-250 километров, нанесли тяжелый урон его 38 дивизиям, было освобождено свыше 11 тысяч населенных пунктов.

В начале января 1942 года Ставка Верховного Главнокомандования приняла решение о переходе советских войск в общее наступление под Ленинградом, а также на западном и юго-западном направлениях. Перед войсками западного направления ставилась задача окружить и разгромить главные силы группы армий "Центр".

Наступление, развернувшееся на огромном пространстве, велось по отдельным направлениям, причём фронты приступили к операциям в различное время и в разных условиях. На западном направлении войска Западного и Калининского фронтов провели Ржевско-Вяземскую, а левого крыла Северо-Западного (с 22 января Калининского) фронта — Торопецко-Холмскую операции, в результате которых немцы были отброшены от столицы ещё на 80-250 километров. Советские войска глубоко вклинились в их оборону на стыке групп армий "Север" и "Центр", нарушив оперативное взаимодействие между ними. Однако окружить и уничтожить основные силы группы армий "Центр" не удалось.

Несмотря на незавершённость, общее наступление на западном направлении достигло значительных успехов. Враг был отброшен на запад на 150-400 километров, освобождены Московская и Тульская области, многие районы Калининской и Смоленской областей.

Враг потерял убитыми, ранеными и пропавшими без вести более 500 тысяч человек, 1,3 тысячи танков, 2,5 тысячи орудий и другой техники.

Германия потерпела первое крупное поражение во Второй мировой войне.

В Московской битве значительные потери понесли и советские войска. Безвозвратные потери составили 936 644 человека, санитарные — 898 689 человек.

Исход Московской битвы имел огромные политические и стратегические последствия. Произошёл психологический перелом среди солдат и гражданского населения: укрепилась вера в победу, разрушился миф о непобедимости немецкой армии. Крах плана молниеносной войны ("Барбаросса") породил сомнения в успешном исходе войны как у германского военно-политического руководства, так и у простых немцев.

Московская битва имела большое международное значение: она способствовала укреплению антигитлеровской коалиции, заставила правительства Японии и Турции воздержаться от вступления в войну на стороне Германии.

За образцовое выполнение боевых задач в ходе Московской битвы и проявленные при этом доблесть и мужество около 40 частей и соединений получили звание гвардейских, 36 тысяч советских воинов были награждены орденами и медалями, из них 110 человек удостоены звания Героя Советского Союза. Президиумом Верховного Совета СССР в 1944 году была учреждена медаль "За оборону Москвы", которой награждено более одного миллиона защитников города.

За прошедшие 70 лет на эту тему написаны тонны различных трудов и исследований. Московская битва расписана буквально по часам и минутам, дана оценка каждому приказу и докладной с той и другой стороны, описаны мельчайшие боестолкновения вплоть до взвода. Т. е. белых пятен в этой истории, казалось бы, уже нет и быть не может. Но почему-то «за кадром» данного исторического события постоянно остается один момент – внятное объяснение того, как вообще стало возможным контрнаступление под Москвой. Почему после всех страшных поражений Красной армии летом-осенью 41-го в декабре вермахт был разгромлен буквально в считаных километрах от стен Кремля?

Традиционные ссылки на суровую русскую зиму и огромные пространства в данном случае абсолютно несостоятельны. Говоря о зиме и бескрайних русских просторах, подобные исследователи фактически подтверждают, что белое – это белое, а не черное, а дважды два – четыре, а не пять, и не более того. По этой логике и на Луне немцам пришлось бы туго, т. к. там нет кислорода. Да и холодно, опять-таки...

Разумеется, разгром немецких войск под Москвой стал возможен благодаря героизму сражающихся частей Красной армии. Но была и другая причина – психологическая. Речь идет о психологии немецких командиров. В последние годы либеральные историки и иже с ними с помощью книг, фильмов и разного рода «сенсационных расследований» пытаются убедить аудиторию в том, что немецкая армия была сильнейшей в мире, немецкие военачальники представляли собой профессионалов до мозга костей, операции вермахта по разгрому частей Красной армии летом-осенью 1941 года являются чуть ли не образцово-показательными и достойны занесения во все учебники по тактике и стратегии. А до этого в Европе были «образцово-показательный» разгром Польши, Франции, Греции и Югославии и блестящая десантная операция на Крите... В общем, вольно или невольно, но немецкому командованию дается не просто высокая, а высочайшая оценка.

Вместе с тем о советском командовании представители либерального лагеря зачастую отзываются пренебрежительно, а то и с плохо скрываемым презрением: дескать, тупое мужичье с тремя классами образования, которое только и умело, что махать шашками да сражаться с тамбовскими крестьянами в гражданскую войну, – вот и все руководители Красной армии. Про Верховного главнокомандующего Сталина и говорить нечего: недоучившийся семинарист, тиран, злыдень и маньяк...

Предположим на минуту, что все было действительно так, как считает либеральная братия: с одной стороны – блистательная немецкая военная элита (практически боги войны), с другой – малообразованные плебеи с генеральскими лампасами во главе с недоучкой-параноиком. Сразу возникает логичный вопрос: как же так получилось, что в декабре 1941 года немецкие солдаты и их выдающиеся военачальники, за которыми стояла не только родная Германия, но и чуть ли не вся Европа, к тому моменту так или иначе работавшая на Рейх, не маршировали по Красной площади, как планировали, а десятками тысяч валялись бездыханными в заснеженных полях под Москвой? Как получилось, что «параноик»-Сталин весной 1945 года принимал поздравления по случаю победоносного завершения войны в Европе, а немногие дожившие до того момента «гениальные» немецкие военачальники куковали на нарах – кто в советском, а кто в англо-американском плену?

Это может показаться достаточно странным, но лучше немецких генералов, полковников, майоров, лейтенантов и рядовых солдат на эти вопросы не ответит никто. И вот почему.

В послевоенные годы бывшие солдаты и офицеры вермахта написали массу воспоминаний о боях на Восточном фронте. Попутно были опубликованы фронтовые дневники многих видных немецких военачальников. И вот что удивительно: практически каждая книга воспоминаний и каждый дневник проникнуты чувством тягостного непонимания – непонимания того, с чем немцы реально столкнулись в России. Создается такое ощущение, что характерной чертой немецкого солдата и офицера был клинический оптимизм, переходящий в не менее клинический инфантилизм.

Взять хотя бы самого Гитлера. Судя по выступлениям Адольфа Алоизыча, он считал войну с СССР своего рода легкой прогулкой в лес по грибы.

«Надежда Англии – Россия и Америка. Если рухнет надежда на Россию, Америка тоже отпадет от Англии. Вывод: Россия должна быть ликвидирована. Чем скорее мы разобьем Россию, тем лучше» (из речи 31 июля 1940 г.).

Или: «Русские уступают нам в вооружении. Русский человек неполноценен. Армия не имеет настоящих командиров. Следует ожидать, что русская армия при первом же ударе германских войск потерпит еще большее поражение, чем армия Франции в 1940 году» (5 декабря 1940 г.).

И еще: «Ныне существует возможность разгромить Россию. Я был бы преступником перед немецким народом, если бы не воспользовался этим» (из речи 30 марта 1941 г.).

Но, может быть, Гитлер один был таким клиническим оптимистом среди руководителей Третьего рейха? Как бы не так. Вот что думал о предстоящей кампании против СССР начальник германского Генерального штаба сухопутных войск Франц Гальдер: «Советская Россия – все равно что оконное стекло: нужно только раз ударить кулаком, и все разлетится в куски».

Уже после войны Гальдер опубликует свой знаменитый дневник, рассказывающий о сражениях 1941-1942 гг. на Восточном фронте. И оптимизма там с каждой страницей будет все меньше и меньше. Пока он не исчезнет окончательно.

Но весной и летом 41-го оптимизм у высшего военного руководства Германии хлестал через край. Вот что Гитлер написал Муссолини буквально за сутки до вторжения в СССР: «Англия проиграла эту войну. Как утопающий, она хватается за любую соломинку, воображая, что это ее спасет. Поражение Франции постоянно устремляет взгляды британских поджигателей войны к месту, с которого они могут возобновить войну, – к Советской России» (21 июня 1941 г.).

Итак, выбор сделан, Рубикон перейден. Чтобы добить «проигравшую» (?!) Англию, надо разгромить СССР. Т. е. наступать на Лондон через Москву. Логично, ничего не скажешь. Впрочем, англосаксы для того и выкормили своего цепного пса – Гитлера, чтобы натравить его на СССР. Другое дело, что хозяева никак не ожидали, что в какой-то момент вышедший из-под контроля «пес» набросится и на них тоже.

Но вернемся к воспоминаниям бонз Третьего рейха. 3 июля 1941 года все тот же Франц Гальдер записал в своем дневнике: «Можно сказать, что задача разгрома главных сил сухопутной русской армии перед Западной Двиной и Днепром выполнена. Поэтому не будет преувеличением сказать, что кампания против России выиграна в течение 14 дней». Само собой, что так же полагает и фюрер: «Я все время стараюсь поставить себя в положение противника. Практически он войну уже проиграл» (4 июля 1941 г.).

Оптимизм Гитлера настолько зашкаливал, что уже 14 июля он приказал начать реорганизацию вермахта и сосредоточить основные усилия на подготовке боевых действий против Англии путем увеличения численности германского военно-морского флота и ВВС за счет сокращения численности сухопутных войск. Гитлер собирался вывести основную часть армий с Восточного фронта в Западную Европу, а для поддержания «порядка» на оккупированных территориях СССР оставить 56 дивизий. Причем вывод германских частей с советской территории планировалось начать уже в августе.

Опять-таки возникает вопрос: могли ли нормальные и трезвомыслящие люди ТАК руководить военными действиями? На чем строился их расчет, и почему немецкие генералы решили, что СССР полностью разбит и уже не сможет оправиться от летних поражений? Все очень просто: расчет немцев строился на все том же оптимизме и клиническом европейском инфантилизме.

Разработчик плана «Барбаросса» и будущий фельдмаршал Фридрих Паулюс, впоследствии сдавшийся в плен в Сталинграде, писал: «Большие людские резервы Советской России из-за недостатка командных кадров и материального снабжения не могут быть полностью использованы». На основании чего Паулюс сделал такой вывод – загадка. Численность населения СССР на начало 40-х годов XX века не была секретом, и элементарный расчет мог бы назвать цифру советского мобилизационного резерва. Но оптимистам-немцам недосуг было заниматься вычислениями на уровне первого класса, и они эту цифру взяли с потолка – 11-12 млн человек. Но и она им показалась слишком большой, и, учитывая пресловутый «недостаток Красной армии в командных кадрах и материальном снабжении», они уменьшили ее до 6,2 млн человек, т. е. по факту ошиблись ровно в пять раз. Не в два и даже не в три, а в ПЯТЬ раз. Ведь за время войны в ряды Красной армии было призвано почти 34,5 млн человек. Немцы решили, что к осени 41-го Красная армия осталась без резервов, и война окончена, в то время как мобилизационные резервы СССР не были исчерпаны и на четверть. Стоит ли удивляться, что после таких грубейших просчетов блицкриг забуксовал?

Гитлер планировал закончить войну до ноября, парадным маршем пройти по Белоруссии, Украине, Прибалтике, на севере взять Ленинград и соединиться с финнами, затем взять Москву и выйти к Волге в районе Горького, а на юге захватить кавказские месторождения нефти и поставить в войне точку. В 1942 году фюрер уже собирался воевать в Иране и Индии, а Средиземное море превратить во внутреннее германо-итальянское озеро. 25 октября 1941 года он в очередной раз порадовал своих соратников и весь немецкий народ, заявив, что Россия уже никогда не оправится от понесенных потерь и находится на последнем издыхании.

Меж тем Красная армия и ее командование и не думали прекращать сопротивление. Более того, несмотря на действительно катастрофические по меркам любой другой страны потери, сопротивление вермахту все возрастало. А тут началась осенняя распутица, а за ней – и зима. И то, и другое, разумеется, стало для немцев полной неожиданностью. По свидетельству генерала Гюнтера Блюментрита, настольной книгой фельдмаршала фон Клюге, в декабре 41-го назначенного на пост командующего группой армий «Центр», накануне нападения на СССР были мемуары наполеоновского генерала Армана де Коленкура. В своих мемуарах де Коленкур очень красочно расписал все трудности, с которыми столкнулся Наполеон в России, – и осень, и зиму, и мужиков с вилами, готовых при каждом удобном случае воткнуть их в одно место оккупантам. Но фон Клюге, похоже, не придал этому значения, потому что он, как и Гитлер, не планировал воевать в России зимой. По крайней мере, надеялся, что предрешить исход войны получится довольно быстро: «Москва – голова и сердце советской системы. Если мы захватим Москву до наступления холодов, то можно будет считать, что мы для одного года достигли очень многого. Затем нужно будет подумать и о планах на 1942 год».

И вермахт продолжал упрямо рваться к Москве. Хотя уже осенью начались проблемы со снабжением, пополнением резервами и отсутствием теплого зимнего обмундирования: немецких солдат элементарно не во что было переодеть. Дело дошло до того, что пришлось собирать теплые вещи по всей Германии и отправлять их на Восточный фронт. А ведь ранее Гитлер заявлял: «Я не хочу больше слышать этой болтовни о трудностях снабжения наших войск зимой. Никакой зимней кампании не будет. Поэтому я категорически запрещаю говорить мне о зимней кампании».

Но реальность оказалась совсем другой. Вот что писал 21 ноября знаменитый генерал Гейнц Вильгельм Гудериан, командующий 2-й танковой группой: «Страшный холод, жалкие условия расквартирования, недостаток в обмундировании, тяжелые потери в личном составе и материальной части, а также совершенно неудовлетворительное состояние снабжения горючим – все это превращает руководство боевыми операциями в сплошное мучение».

Ему вторит фон Клюге, написавший также в конце ноября следующее: «Боеспособность 57-го и 21-го корпусов настолько упала, что в оперативном отношении они больше не имеют никакого значения. Потери в людях просто колоссальны».

Дальше – больше. 29 ноября на докладе у Гитлера министр по делам вооружений и боеприпасов Тодт заявил, что в военно-экономическом отношении война уже проиграна, и требуется срочное политическое урегулирование (это было сказано Гитлеру, повторяем, уже осенью 1941 года! В этом свете гибель Тодта в авиакатастрофе в феврале 1942 года не выглядит стопроцентно непредумышленной. – Прим. ред.).

Но и это были еще цветочки. Ягодки случились 5 декабря, когда, к немалому изумлению немцев, началось контрнаступление «разгромленной» Красной армии, после чего вермахт ударился в дружное бегство. Если прежде немцы видели звезды Кремля – и наяву, и в грезах – и собирались зимовать в Москве, то после 5 декабря выяснилось, что война только начинается. СССР оказался не колоссом на глиняных ногах, как говорил Гитлер, а той страной, с которой надо было связываться в последнюю очередь. А Бисмарк и вовсе не советовал этого делать ни при каких условиях.

«Наступление на Москву провалилось, – писал Гудериан. – Все жертвы и усилия наших доблестных войск оказались напрасными. Мы потерпели серьезное поражение, которое из-за упрямства верховного командования привело к роковым последствиям». А последствия эти были таковы: Гитлер (как, задолго до него, и Наполеон) оказался в стратегическом тупике. Никаких планов действий в подобной ситуации у вермахта не было, т. к. вероятность поражения попросту не рассматривалась немецкими инфантильными стратегами.

Никто не знал, что делать и с бегущим, бросающим вооружение вермахтом. Пришлось Гитлеру 20 декабря подписывать драконовский указ о создании заградотрядов. В создании заградотрядов либеральные историки дружно отдают пальму первенства Сталину, но факты доказывают обратное: Гитлер начал их использовать еще в декабре 1941 года.

Поражение немцев под Москвой вскрыло целый ряд проблем в планировании и осуществлении операций вермахта. Весь план «Барбаросса» был, по сути, набором трогательно-наивных пожеланий, совершенно исключающих возможность сколь-нибудь серьезных трудностей, с которыми вермахт столкнется в России. Плюс еще мыслящий глобальными категориями Гитлер в середине июля 41-го решил, что война выиграна. Подобная оторванность от реалий и проявилась в преждевременном снижении объемов производства военной продукции, отсутствии теплого обмундирования, неудовлетворительном снабжении и скромным пополнением резервами действующей армии. Все эти факторы и предрешили разгром вермахта под Москвой. Наряду с, естественно, умелыми действиями советского командования и героизмом солдат и офицеров Красной армии.

В то самое время, как Гитлер готовился к покорению Индии и отзывал с Восточного фронта полки и дивизии, Сталин и его генералы и наркомы запустили военную машину СССР на полную мощность и мобилизовали все ресурсы страны. В отличие от Гитлера, они были не инфантильными оптимистами, а реалистами до мозга костей. Вот почему в 1942 году советскому командованию удалось, несмотря на все катастрофы 1941 года, стабилизировать фронт практически на всем его протяжении, и лишь на юге немцы смогли продвинуться до Сталинграда, где и нашли свой конец. В 1943 году вермахт надорвался окончательно, а 1944 год стал зеркальным отражением 1941 года, только все прелести блицкрига, с «котлами» и сгинувшими в них группами армий, теперь познали на собственной шкуре немцы. Впрочем, среди них все равно находились клинические оптимисты, кто и в 1945 году верил в победу Германии…

Главная проблема немецких военачальников и высшего руководства Рейха, повторяем, заключалась в непонимании того, что их ожидает после вторжения в СССР. Они не знали ни численности советских войск, ни точного количества танков, самолетов и пушек, ни советского мобилизационного резерва и уж тем более – реальных возможностей советской промышленности. Они шли даже не воевать, а покорять неполноценных славянских унтерменшей, но, перейдя советскую границу, вермахт столкнулся с наихудшим из всех возможных противников. Это во Франции или Польше война была относительно бескровной и, если так можно выразиться, «цивилизованной». В СССР же все было совсем не так, и немцы к такому обороту оказались совершенно не готовы. В СССР никто не собирался с ними о чем-то договариваться и просить мира, особенно после того, как стало известно о «подвигах» немцев на оккупированных территориях. Война сразу же приобрела чрезвычайно ожесточенный характер, без всяких компромиссов. По воспоминаниям немецких ветеранов, «отправка на Восточный фронт означала отправку прямиком в ад», откуда мало кто возвращался живым и не искалеченным. Вот почему входной билет на территорию СССР стоил немцам, образно говоря, рубль, но за выход пришлось отдать все, что у них было.

«Нападение на Россию было политической ошибкой, и поэтому все военные усилия с самого начала были обречены на провал», – писал генерал вермахта Герман Гот. Прозрение к немецким стратегам пришло слишком поздно.

Сталинградская битва. 17 июля 1942 года – 2 февраля 1943 года

Вступление

20 апреля 1942 года закончилась битва за Москву. Немецкая армия, наступление которой казалось неудержимым, была не только остановлена, но и отброшена от столицы СССР на 150–300 километров. Гитлеровцы понесли тяжёлые потери, и, хотя вермахт был ещё очень силён, возможности наступать одновременно на всех участках советско-германского фронта у Германии уже не было.

Пока длилась весенняя распутица, немцы разработали план летнего наступления 1942 года, получивший кодовое название Fall Blau — «Синий вариант». Изначальной целью германского удара были нефтяные промыслы Грозного и Баку с возможностью дальнейшего развития наступления на Персию. Перед развёртыванием этого наступления немцы собирались срезать Барвенковский выступ — крупный плацдарм, захваченный Красной армией на западном берегу реки Северский Донец.

Советское командование, в свою очередь, также собиралось вести летнее наступление в зоне Брянского, Южного и Юго-Западного фронтов. К сожалению, несмотря на то, что Красная армия первой нанесла удар и поначалу немецкие войска удалось оттеснить почти к Харькову, немцы сумели повернуть ситуацию в свою пользу и нанести крупное поражение советским войскам. На участке Южного и Юго-Западного фронтов оборона была ослаблена до предела, и 28 июня 4-я танковая армия Германа Гота прорвалась между Курском и Харьковом. Немцы вышли к Дону.

В этот момент Гитлер личным приказом внёс в «Синий вариант» изменение, которое впоследствии дорого обошлось нацистской Германии. Он разделил группу армий «Юг» на две части. Группа армий «А» должна была продолжать наступление на Кавказ. Группе армий «Б» предстояло выйти к Волге, перерезать стратегические коммуникации, связывавшие европейскую часть СССР с Кавказом и Средней Азией, и захватить Сталинград. Для Гитлера этот город был важен не только с практической точки зрения (как крупный промышленный центр), но и чисто по идеологическим соображениям. Взятие города, носившего имя главного врага Третьего рейха, стало бы величайшим пропагандистским достижением немецкой армии.

Расклад сил и первый этап битвы

Группа армий «Б», наступавшая на Сталинград, включала в себя 6-ю армию генерала Паулюса. В состав армии входили 270 тысяч солдат и офицеров, около 2200 орудий и миномётов, около 500 танков. С воздуха 6-ю армию поддерживал 4-й воздушный флот генерала Вольфрама фон Рихтгофена, насчитывавший около 1200 самолётов. Немногим позже, ближе к концу июля, в состав группы армий «Б» была передана 4-я танковая армия Германа Гота, включавшая в себя на 1 июля 1942 года 5-й, 7-й и 9-й армейские и 46-й моторизованный корпуса. В состав последнего входила 2-я танковая дивизия СС «Дас Райх».

Юго-Западный фронт, 12 июля 1942 года переименованный в Сталинградский, насчитывал около 160 тысяч личного состава, 2200 орудий и миномётов, около 400 танков. Из 38 дивизий, числившихся в составе фронта, только 18 были полностью укомплектованы, прочие же имели в составе от 300 до 4000 человек. 8-я воздушная армия, действовавшей вместе с фронтом, также существенно уступала в численности флоту фон Рихтгофена. Этими силами Сталинградский фронт был вынужден оборонять участок шириной более 500 километров. Отдельной проблемой для советских войск была ровная степная местность, на которой вражеские танки могли действовать в полную силу. С учётом низкой укомплектованности частей и соединений фронта противотанковыми средствами, это делало танковую угрозу критической.

Наступление немецких войск началось 17 июля 1942 года. В этот день авангарды 6-й армии вермахта вступили в бой с частями 62-й армии на реке Чир и в районе хутора Пронин. К 22 июля немцы оттеснили советские войска почти на 70 километров, к главному рубежу обороны Сталинграда. Немецкое командование, рассчитывавшее взять город с хода, решило окружить красноармейские части у станиц Клетская и Суворовская, захватить переправы через Дон и без остановки развивать наступление на Сталинград. С этой целью были созданы две ударные группы, наступавшие с севера и юга. Северная группа формировалась из частей 6-й армии, южная — из подразделений 4-й танковой армии.

Северная группировка, нанеся удар 23 июля, прорвала фронт обороны 62-й армии и окружила две её стрелковые дивизии и танковую бригаду. К 26 июля передовые части немцев вышли к Дону. Командование Сталинградского фронта организовало контрудар, в котором принимали участие подвижные соединения резерва фронта, а также ещё не закончившие формирование 1-я и 4-я танковые армии. Танковые армии были новой штатной структурой в составе Красной армии. Неясно, кто именно выдвинул идею их формирования, но в документах первым эту мысль озвучил перед Сталиным начальник Главного автобронетанкового управления Я. Н. Федоренко. В том виде, в котором танковые армии задумывались, они просуществовали достаточно недолго, впоследствии претерпев серьёзную реструктуризацию. Но то, что именно под Сталинградом появилась такая штатная единица, — это факт. 1-я танковая армия наносила удар из района Калача 25 июля, а 4-я — от станиц Трёхостровская и Качалинская 27 июля.

Ожесточённые бои на этом участке длились до 7–8 августа. Деблокировать окружённые части удалось, однако разгромить наступавших немцев не получилось. Негативное влияние на развитие событий оказало и то, что уровень подготовки личного состава армий Сталинградского фронта был невысоким, и ряд ошибок в координации действий, допущенных командирами подразделений.

На юге советские войска сумели остановить немцев у населённых пунктов Суровикино и Рычковский. Тем не менее гитлеровцы смогли прорвать фронт 64-й армии. Для ликвидации этого прорыва 28 июля Ставка Верховного Главнокомандования приказала не позднее 30 числа силами 64-й армии, а также двух пехотных дивизий и танкового корпуса нанести удар и разгромить врага в районе станицы Нижне-Чирская.

Несмотря на то что новые части вступали в бой с хода и от этого их боевые возможности страдали, к указанной дате Красной армии удалось потеснить немцев и даже создать угрозу их окружения. К сожалению, гитлеровцы успели ввести в бой свежие силы и оказать помощь группировке. После этого бои разгорелись ещё жарче.

28 июля 1942 года произошло ещё одно событие, которое нельзя оставить за кадром. В этот день был принят знаменитый Приказ Народного комиссара обороны СССР № 227, известный также как «Ни шагу назад!». Он существенно ужесточал наказания за несанкционированное отступление с поля боя, вводил штрафные подразделения для провинившихся бойцов и командиров, а также вводил заградительные отряды — специальные части, которые занимались задержанием дезертиров и возвращением их в строй. Этот документ, при всей его жёсткости, был принят в войсках достаточно позитивно и действительно уменьшил количество дисциплинарных нарушений в воинских частях.

В конце июля 64-я армия всё-таки была вынуждена отойти за Дон. Немецкие войска захватили ряд плацдармов на левом берегу реки. В районе станицы Цымлянская гитлеровцы сосредоточили весьма серьёзные силы: две пехотные, две моторизованные и одна танковая дивизия. Ставка приказывала Сталинградскому фронту выбить немцев на западный (правый) берег и восстановить линию обороны по Дону, однако ликвидировать прорыв не удалось. 30 июля немцы перешли в наступление от станицы Цымлянская и к 3 августа существенно продвинулись вперёд, захватив станцию Ремонтную, станцию и город Котельниково, населённый пункт Жутово. В эти же дни к Дону вышел 6-й румынский корпус противника. В зоне действий 62-й армии немцы перешли в наступление 7 августа в направлении на Калач. Советские войска были вынуждены отойти на левый берег Дона. 15 августа 4-й советской танковой армии пришлось поступить так же, потому что немцы смогли прорвать её фронт в центре и расколоть оборону пополам.

К 16 августа войска Сталинградского фронта отошли за Дон и заняли оборону на внешнем рубеже городских укреплений. 17 августа немцы возобновили натиск и к 20-му числу сумели захватить переправы, а также плацдарм в районе населённого пункта Вертячий. Попытки отбросить или уничтожить их успеха не имели. 23 августа немецкая группировка при поддержке авиации прорвала фронт обороны 62-й и 4-й танковой армий и передовыми частями вышла к Волге. В этот день немецкие самолёты совершили около 2000 вылетов. Многие кварталы города оказались в руинах, пылали нефтехранилища, погибло около 40 тысяч мирных жителей. Противник прорвался до линии Рынок — Орловка — Гумрак — Песчанка. Борьба перешла под стены Сталинграда.

Бои в городе

Вынудив советские войска отступить чуть ли не на окраины Сталинграда, противник бросил против 62-й армии шесть немецких и одну румынскую пехотные дивизии, две танковые дивизии и одну моторизованную. Количество танков в этой группировке гитлеровцев равнялось приблизительно 500. С воздуха противника поддерживало не менее 1000 самолётов. Угроза захвата города стала осязаемой. Чтобы устранить её, Ставка ВГК передала защитникам две укомплектованные армии (10 стрелковых дивизий, 2 танковые бригады), заново укомплектовала 1-ю гвардейскую армию (6 стрелковых дивизий, 2 гвардейские стрелковые, 2 танковые бригады), а также подчинила Сталинградскому фронту 16-ю воздушную армию.

5 и 18 сентября войска Сталинградского фронта (30 сентября его переименуют в Донской) провели две крупные операции, благодаря которым удалось ослабить натиск немцев на город, оттянув на себя около 8 пехотных, две танковые и две моторизованные дивизии. Осуществить полный разгром гитлеровских частей снова не получилось. Яростные бои за внутренний оборонительный обвод шли ещё долго.

Городские бои начались 13 сентября 1942 года и продолжались вплоть до 19 ноября, когда Красная армия перешла в контрнаступление в рамках операции «Уран». С 12 сентября оборона Сталинграда была возложена на 62-ю армию, которую передали под командование генерал-лейтенанта В. И. Чуйкова. Этот человек, которого перед началом Сталинградской битвы считали недостаточно опытным для боевого командования, устроил в городе настоящую преисподнюю для врага.

13 сентября в непосредственной близости от города находились шесть пехотных, три танковые и две моторизованные дивизии немцев. До 18 сентября шли жестокие бои в центральной и южной частях города. Южнее железнодорожного вокзала натиск противника удавалось сдерживать, однако в центре немцы вытеснили советские войска вплоть до оврага Крутой.

Чрезвычайно ожесточенными были бои 17 сентября за вокзал. В течение дня он четыре раза переходил из рук в руки. Здесь немцы оставили 8 сожжённых танков и около сотни убитых. 19 сентября левое крыло Сталинградского фронта попыталось нанести удар в направлении вокзала с дальнейшей атакой на Гумрак и Городище. Продвижение осуществить не удалось, однако была скована боями крупная группировка противника, что облегчило положение дел для частей, сражающихся в центре Сталинграда. В целом оборона здесь была настолько прочной, что противнику так и не удалось выйти к Волге.

Понимая, что в центре города успеха добиться не получается, немцы сосредоточили войска южнее для удара в восточном направлении, к Мамаеву Кургану и посёлку Красный Октябрь. 27 сентября советские войска начали атаку на упреждение, работая мелкими пехотными группами, вооружёнными ручными пулемётами, бутылками с горючей смесью и противотанковыми ружьями. Ожесточённые бои продолжались с 27 сентября по 4 октября. Это были те самые сталинградские городские бои, от рассказов о которых стынет кровь в жилах даже у человека с крепкими нервами. Здесь шли сражения не за улицы и кварталы, порой даже не за целые дома, а за отдельные этажи и комнаты. Орудия били прямой наводкой почти в упор, в ход шла зажигательная смесь, огонь с малых дистанций. Рукопашные схватки стали обыденным явлением, как в средние века, когда на бранном поле правило бал холодное оружие. За неделю непрерывных боёв немцы продвинулись на 400 метров. Воевать приходилось даже тем, кто для этого не предназначен: строителям, солдатам понтонных частей. Гитлеровцы понемногу начинали выдыхаться. Такие же отчаянные и кровавые схватки кипели у завода «Баррикады», у селения Орловка, на окраинах завода «Силикат».

В начале октября территории, которые занимала Красная армия в Сталинграде, настолько уменьшились, что насквозь простреливались пулемётным и артиллерийским огнём. Обеспечение сражавшихся войск осуществлялось с противоположного берега Волги с помощью буквально всего, что могло плавать: катеров, пароходов, лодок. Немецкая авиация непрерывно бомбила переправы, делая эту задачу ещё более сложной.

И пока бойцы 62-й армии сковывали и перемалывали в боях войска противника, Верховное Командование уже готовило планы большой наступательной операции, направленной на уничтожение сталинградской группировки гитлеровцев.

«Уран» и капитуляция Паулюса

К моменту начала советского контрнаступления под Сталинградом находились, кроме 6-й армии Паулюса, также 2-я армия фон Зальмута, 4-я танковая армия Гота, итальянская, румынская и венгерская армии.

19 ноября Красная армия силами трёх фронтов начала крупномасштабную наступательную операцию, получившую кодовое название «Уран». Открыли её около трёх с половиной тысяч орудий и миномётов. Артиллерийский шквал длился около двух часов. Впоследствии именно в память этой артподготовки день 19 ноября стал профессиональным праздником артиллеристов.

23 ноября вокруг 6-й армии и основных сил 4-й танковой армии Гота сомкнулось кольцо окружения. 24 ноября у станицы Распопинская капитулировали около 30 тысяч итальянцев. К 24 ноября территория, занимаемая окружёнными гитлеровскими частями, с запада на восток занимала порядка 40 километров, а с севера на юг — около 80. Дальнейшее «уплотнение» продвигалось медленно, так как немцы организовали плотную оборону и цеплялись буквально за каждый клочок земли. Паулюс настаивал на прорыве, но Гитлер категорически это запретил. Он ещё не терял надежды на то, что удастся помочь окруженцам извне.

Миссия спасения была возложена на Эриха фон Манштейна. Группа армий «Дон», которой он командовал, должна была в декабре 1942 года ударом от Котельниковского и Тормосина деблокировать осаждённую армию Паулюса. 12 декабря операция «Зимняя гроза» началась. Причём немцы пошли в наступление не полными силами — фактически к моменту начала наступления они смогли выставить только одну танковую дивизию вермахта и пехотную румынскую дивизию. Впоследствии к наступлению присоединились ещё две неполные танковые дивизии и некоторое количество пехоты. 19 декабря войска Манштейна столкнулись со 2-й гвардейской армией Родиона Малиновского, и к 25 декабря «Зимняя гроза» угасла в заснеженных донских степях. Немцы откатились на исходные позиции, понеся крупные потери.

Группировка Паулюса была обречена. Казалось, что единственным человеком, который отказывался это признавать, был Гитлер. Он был категорически против отступления, когда оно еще было возможно, и слышать не хотел о капитуляции, когда мышеловка окончательно и бесповоротно захлопнулась. Даже тогда, когда советские войска захватили последний аэродром, с которого самолеты люфтваффе осуществляли снабжение армии (крайне слабое и нестабильное), он продолжал требовать от Паулюса и его людей сопротивления.

10 января 1943 года началась завершающая операция Красной армии по ликвидации сталинградской группировки гитлеровцев. Она называлась «Кольцо». 9 января, за день до её начала, советское командование предъявило Фридриху Паулюсу ультиматум, требуя сдаться. В этот же день по случайности в котёл прибыл командир 14 танкового корпуса генерал Хубе. Он передал, что Гитлер требует продолжать сопротивление вплоть до новой попытки прорвать окружение извне. Паулюс выполнил приказ и отверг ультиматум.

Немцы сопротивлялись, как могли. Наступление советских войск даже было остановлено с 17 по 22 января. После перегруппировки части Красной армии снова пошли в атаку и 26 января гитлеровские силы были расколоты на две части. Северная группировка находилась в районе завода «Баррикады», а южная, в которой был и сам Паулюс, располагалась в центре города. Командный пункт Паулюса размещался в подвале центрального универмага.

30 января 1943 года Гитлер присвоил Фридриху Паулюсу звание фельдмаршала. По неписаной прусской военной традиции, фельдмаршалы в плен не сдавались никогда. Так что со стороны фюрера это был намёк на то, как командиру окружённой армии следовало закончить свою военную карьеру. Однако Паулюс решил, что некоторых намёков лучше не понимать. 31 января в полдень Паулюс сдался в плен. На то, чтобы ликвидировать остатки гитлеровских войск в Сталинграде, понадобилось ещё два дня. 2 февраля всё было кончено. Сталинградская битва завершилась.

В плен было захвачено около 90 тысяч немецких солдат и офицеров. Немцы потеряли убитыми около 800 тысяч, было захвачено 160 танков и около 200 самолётов.



Предварительный просмотр:

ТЕГЕРАНСКАЯ КОНФЕРЕНЦИЯ 1943, конференция глав правительств трёх ведущих держав антигитлеровской коалиции. Проходила 28 ноября – 1 декабря. Условное наименование «Эврика». В её работе принимали участие председатель СНК СССР И.В. Сталин, президент США Ф. Рузвельт и премьер-министр Великобритании У. Черчилль.

 

Повестка дня заранее не разрабатывалась, многие вопросы обсуждались лишь в предварительном порядке, став впоследствии предметом детального рассмотрения на Крымской (Ялтинской) конференции 1945 и на Берлинской (Потсдамской) конференции 1945.

 

Основными в работе Тегеранской конференции были военные вопросы, в первую очередь проблема открытия второго фронта в Европе. Каждая из сторон изложила свою точку зрения на масштабы, место и время высадки англо-американских войск. Рузвельт стоял за выполнение принятого главами правительств США и Великобритании в авг. 1943 на Квебекской конференции плана «Оверлорд», предполагавшего десантную операцию в северной Франции. Черчилль, не возражая прямо против этого, предложил расширить операции в Италии и на Балканах. Это позволило бы англо-амер. войскам занять Центральную Европу и выйти к Чёрному морю. Глава сов. делегации в течение всей Тегеранской конференции проводил мысль, что лучший результат даст удар по врагу в Северной или Северо-Западной Франции с одновременной высадкой десанта на юге Франции, т.е. фактически поддерживал план «Оверлорд».

 

Западные союзники, согласившись с этой точкой зрения, не отказались от своих военно-стратегических планов в Юго-Восточной Европе. Они предложили расширить помощь югославским партизанам и вовлечь Турцию в войну против Германии. Сталин признал целесообразность этих предложений, но заметил, что они не должны отсрочить операцию «Оверлорд» и что Турция «не вступит в войну, какое бы давление мы на неё ни оказывали». В ходе дискуссии об открытии второго фронта важное значение имело заявление главы сов. правительства о том, что СССР, по просьбе своих союзников, готов после капитуляции Германии вступить в войну с Японией.

 

Учитывая, что Германия в течение 25 лет развязала две мировые войны, особое внимание на Тегеранской конференции уделили вопросам её послевоенного устройства. Черчилль заявил, что союзники обязаны обеспечить безопасность в мире по крайней мере на 50 лет и предложил расчленить Германию на несколько новых гос. образований. Рузвельт выдвинул план расчленения Германии на 5 государств. Сталин полагал, что нет никаких мер, которые могли бы исключить возможность объединения Германии. Он предлагал предоставить самостоятельность Венгрии и Австрии, а проблему Германии решать на путях её демилитаризации и демократизации. В итоге вопрос был передан на изучение в Европейскую консультативную комиссию.

 

Участники Тегеранской конференции обсудили вопрос о Польше, согласившись в предварительном порядке, что её послевоенные границы должны пройти по «линии Керзона» на востоке и по р. Одер на западе. Сов. сторона не поддержала пожелания западных союзников о признании Сов. Союзом польского эмигрантского правительства в Лондоне, заявив, что она отделяет Польшу от этого правительства.

 

По итогам работы Тегеранской конференции принято три документа: «Военные решения Тегеранской конференции» (не подлежал опубликованию), «Декларация трёх держав» и «Декларация трёх держав об Иране» (были опубликованы в печати).

 

В первом стороны обязывались в возможно большем размере помогать борьбе югославских партизан. Участники Тегеранской конференции отметили желательность вступления Турции в войну на стороне союзников. США и Великобритания приняли на себя обязательство провести операцию «Оверлорд» в течение мая 1944 вместе с операцией в Южной Франции, а сов. сторона – начать в это время наступление Кр. армии с целью предотвратить переброску германских сил с Восточного на Западный фронт.

 

Второй документ, констатируя решимость трёх великих держав сотрудничать как в военный, так и в послевоенный период, подчёркивал, что они согласовали планы уничтожения германских вооружённых сил по срокам и масштабам операций, предпринимаемых с востока, запада и юга.

 

В декларации об Иране стороны положительно оценили помощь, оказанную Ираном в войне с общим врагом, брали обязательства по дальнейшей посильной экономической поддержке этой страны, выражали желание сохранить независимость, суверенитет и территориальную неприкосновенность Ирана.

ЯЛТИНСКАЯ КОНФЕРЕНЦИЯ 1945 г., также Крымская конференция – конференция глав правительств трех союзных держав антигитлеровской коалиции во Второй мировой войне 1939–1945 (СССР, США и Великобритании): председателя СНК СССР И.В.Сталина, президента США Ф.Д.Рузвельта и премьер-министра Великобритании У.Черчилля при участии министров иностранных дел, начальников высших штабов и других советников. «Большая тройка» (Сталин, Рузвельт и Черчилль) собралась 4–11 февраля в Ливадийском дворце близ Ялты в период, когда в результате наступления Советской Армии и высадки союзных войск в Нормандии военные действия были перенесены на германскую территорию и война против фашистской Германии вступила в завершающую стадию. На Ялтинской конференции были согласованы планы окончательного разгрома Германии, определено отношение к Германии после ее безоговорочной капитуляции, намечены основные принципы общей политики в отношении послевоенного устройства мира, обсужден ряд других вопросов.

Перед Ялтой британская и американская делегации встретились на Мальте. Рузвельт намеревался продолжать сотрудничество с СССР. По его мнению, Великобритания была империалистической державой, а ликвидацию колониальной системы Рузвельт считал одним из приоритетов послевоенного урегулирования. США вели дипломатическую игру: с одной стороны, Великобритания продолжала оставаться их ближайшим союзником и атомный проект осуществлялся с ведома Лондона, но в тайне от Москвы; с другой стороны, советско-американское сотрудничество позволяло осуществить глобальное регулирование системы международных отношений.

В Ялте, как и в 1943 на Тегеранской конференции, вновь рассматривался вопрос о судьбе Германии. Черчилль предложил отделить от Германии Пруссию и образовать южно-германское государство со столицей в Вене. Сталин и Рузвельт согласились с тем, что Германия должна быть расчленена. Однако, приняв это решение, союзники не установили ни примерные территориальные контуры, ни процедуру расчленения.

Рузвельт и Черчилль предложили предоставить Франции зону оккупации в Германии, причем Рузвельт подчеркнул, что американские войска не останутся в Европе дольше двух лет. Но Сталин не хотел предоставлять это право Франции. Рузвельт поначалу с ним согласился. Однако затем Рузвельт заявил, что если ввести Францию в Контрольную Комиссию, которая должна была управлять оккупированной Германией, это заставит французов пойти на уступки. Сталин, которому пошли навстречу в других вопросах, согласился на такое решение.

Советская сторона подняла вопрос о репарациях (вывоз оборудования и ежегодные платежи), которые должна заплатить Германия за причиненный ущерб. Однако сумма репараций установлена не была, т.к. этому воспротивилась британская сторона. Американцы же благожелательно восприняли советское предложение определить общую сумму репараций в 20 миллиардов долларов, из которых 50 процентов должны были быть выплачены СССР.

Советское предложение о членстве советских республик в будущей ООН было принято, однако их число было ограничено двумя (Молотов предлагал две-три – Украину, Белоруссию и Литву, мотивируя это тем, что Британское Содружество представлено в полном составе). Было решено провести учредительную конференцию ООН в США в апреле 1945. Советская сторона согласилась с американским предложениям, согласно которому постоянный член Совета Безопасности не мог принимать участие в голосовании в том случае, если вопрос касался страны-члена СБ. Рузвельт воспринял советскую уступку с воодушевлением.

Рузвельт серьезно относился к принципу опеки ООН над колониальными территориями. Когда американская сторона представила соответствующий документ, Черчилль заявил, что не допустит вмешательства в дела Британской империи. Как, вопрошал Черчилль, апеллируя к СССР, отнесся бы Сталин к предложению интернационализировать Крым? Американская сторона заявила, что имелись в виду территории, отвоеванные у врага, например острова в Тихом океане. Согласились на том, что американское предложение распространяется на подмандатные территории Лиги наций, территории, отобранные у противника, и территории, которые добровольно согласятся на надзор со стороны ООН.

Конференция обсудила ряд вопросов, связанных с европейскими государствами. Сталин не оспаривал британо-американского контроля над Италией, в которой все еще шли бои. В Греции шла гражданская война, в которую вмешались британские войска на стороне, противостоящей коммунистам. В Ялте Сталин подтвердил договоренность, достигнутую с Черчиллем в октябре 1944 в Москве, – рассматривать Грецию как сугубо британскую сферу влияния.

Великобритания и СССР, опять же в соответствии с октябрьскими договоренностями, подтвердили паритет в Югославии, где руководитель югославских коммунистов Иосип Броз Тито договаривался с прозападным югославским лидером Шубашичем о контроле над страной. Но практическое урегулирование ситуации в Югославии складывалось не так, как этого хотелось Черчиллю. Англичан беспокоили также вопросы территориального урегулирования между Югославией, Австрией и Италией. Было решено, что эти проблемы будут обсуждаться по обычным дипломатическим каналам.

Аналогичное решение было принято и по претензиям американской и британской сторон в связи с тем, что СССР не консультировался с ними в решении проблем послевоенного устройства Румынии и Болгарии. Ситуация в Венгрии, где советская сторона также исключила западных союзников из процесса политического урегулирования, подробно не обсуждалась.

Без всякого энтузиазма участники конференции взялись обсуждать польский вопрос. К этому времени вся территория Польши контролировалась советскими войсками; в этой стране было образовано прокоммунистическое правительство.

Рузвельт, поддержанный Черчиллем, предложил, чтобы СССР вернул Польше Львов. Однако это была уловка, уже обсужденные в Тегеране польские границы западных лидеров не занимали. В действительности на повестке дня стоял другой вопрос – послевоенного политического устройства Польши. Сталин повторил ранее согласованную позицию: западная граница Польши должна быть передвинута, восточная – проходить по линии Керзона. Что же касается правительства Польши, то варшавское с лондонским никаких контактов иметь не будет. Черчилль заявил, что по его сведениям просоветское правительство представляет взгляды не более чем трети поляков, ситуация может привести к кровопролитию, арестам и депортациям. Сталин в ответ пообещал включить во временное правительство некоторых «демократических» лидеров из польских эмигрантских кругов.

Рузвельт предложил создать президентский совет в Польше, состоящий из представителей различных сил, который бы сформировал польское правительство, однако вскоре снял свое предложение. Последовали долгие дискуссии. В итоге было решено реорганизовать временное польское правительство на «широкой демократической основе» и провести как можно скорее свободные выборы. Все три державы обязались установить дипломатические отношения с реорганизованным правительством. Восточная граница Польши определялась по линии Керзона; территориальные приращения за счет Германии были упомянуты расплывчато. Окончательное определение западной границы Польши откладывалось до следующей конференции.

Фактически решениями по польскому вопросу, о других государствах Европы в Ялте было подтверждено, что Восточная Европа остается в советской, а Западная Европа и Средиземноморье – в англо-американской сфере влияния.

Американская сторона представила на конференции документ под названием «Декларация об освобожденной Европе», который был принят. В декларации провозглашались демократические принципы. Главы союзных правительств, в частности, брали на себя обязательства согласовывать друг с другом свою политику по разрешению политических и экономических проблем освобожденных стран в период «временной» нестабильности. Союзники должны были создавать условия для установления демократических форм правления через свободные выборы. Однако эта декларация так и не была реализована на практике.

На Ялтинской конференции было заключено соглашение по вступлению СССР в войну против Японии через два-три месяца после окончания войны в Европе. В ходе раздельных переговоров Сталина с Рузвельтом и Черчиллем были достигнуты договоренности об усилении позиций СССР на Дальнем Востоке. Сталин выдвинул следующие условия: сохранение статуса Монголии, возвращение России Южного Сахалина и прилегающих островов, интернационализация порта Далянь (Дальний), возвращение СССР ранее принадлежавшей России военно-морской базы в Порт-Артуре, совместное советско-китайское владение КВЖД и ЮМЖД, передача СССР Курильских островов. По всем этим вопросам с западной стороны инициатива уступок принадлежала Рузвельту. Основная тяжесть военных усилий против Японии приходилась на США, и они были заинтересованы в скорейшем выступлении СССР на Дальнем Востоке.

Решения Ялтинской конференции во многом предопределили послевоенное устройство Европы и мира почти на пятьдесят лет, вплоть до крушения социалистической системы в конце 1980-х – начале 1990-х годов.

ПОТСДАМСКАЯ КОНФЕРЕНЦИЯ 1945 г., также Берлинская конференция глав правительств СССР, США и Великобритании. Советскую делегацию возглавлял И.В.Сталин, американскую – президент Г.Трумэн, английскую – премьер-министр Великобритании У.Черчилль, которого затем сменил К.Эттли. Конференция проходила с 17 июля по 2 августа во дворце Цецилиенхоф в Потсдаме и была призвана обсудить проблемы послевоенного устройства мира.

К этому времени Германия капитулировала. 2 мая прекратились боевые действия на южном направлении в Италии, 4 мая в штабе генерала Монтгомери, командовавшего британскими силами, был подписан документ о капитуляции германских войск в Северо-Западной Европе, 7 мая в штабе Эйзенхауэра в Реймсе была подписана капитуляция всех германских вооруженных сил. Аналогичный документ подписали маршал Г.К.Жуков и германский фельдмаршал Вильгельм Кейтель в ночь с 8 на 9 мая.

Европа лежала в руинах. Германия и Италия были разбиты и на неопределенно долгое время выбыли из игры как значимые державы. Материальные разрушения и временная ликвидация государственности во многих странах Европы делали послевоенное восстановление многотрудной задачей.

После Второй мировой войны обозначились два глобальных центра силы – США и СССР, последний был вовлечен в мировые дела на основе партнерства относительно недавно. Новой войны никто не хотел. Однако характер отношений в «Большой Тройке» кардинальным образом изменился после смерти в апреле 1945 Рузвельта. В первый же день конференции Трумэн предложил создать Совет министров иностранных дел пяти великих держав (хотя ни Франция, ни Китай в конференции не участвовали), который бы занимался мирными переговорами и территориальным урегулированием. Предложение было принято, заседание Совета было назначено на 1 сентября в Лондоне.

Британская и американская стороны отказались рассматривать вопрос о репарациях в отрыве от вопроса о помощи немцам. Продовольствие же в Германии производилось в большой мере в тех восточных районах, которые Москва уже передала под польскую юрисдикцию. В свою очередь, советская сторона во время обсуждения вопроса о принятии Италии в ООН потребовала такого же разрешения для бывших союзников Германии в Юго-Восточной Европе. Это вызвало вопросы к советским представителям относительно выполнения СССР принятой в Ялте «Декларации об освобожденной Европе». Заключение мирных договоров предусматривало признание новых правительств; западные представители готовы были признать их, только убедившись в том, что они сформированы на принципах выборности. Советская сторона сослалась на состояние дел в Греции, подразумевая, что Великобритания сама не выполняет взятых обязательств.

Во время встречи с Черчиллем Сталин заявил, что СССР не собирается советизировать Восточную Европу и разрешит свободные выборы для всех партий, кроме фашистских. Черчилль вернулся к «процентной» дипломатии и пожаловался, что вместо 50 СССР получил в Югославии 99 процентов.

На первом же пленарном заседании вновь (как в Тегеране и Ялте) встал вопрос о Польше. Советская делегация отстаивала западную польскую границу по рекам Одеру – Нейсе. Трумэн упрекнул Сталина за то, что он уже передал полякам эти районы, не дождавшись мирной конференции, как это было договорено в Ялте. По настоянию советской стороны в Потсдам прибыли польские представители во главе с Болеславом Берутом. Польская делегация требовала немецкие земли и обещала демократически выборы. Черчилль и Трумэн предлагали не спешить, а Черчилль выразил сомнение, что Польша сможет успешно «переварить» такую большую территорию.

Польский вопрос, стоивший Черчиллю столько крови, был последним, который он обсуждал как премьер-министр Великобритании. 25 июля Черчилль вместе с министром иностранных дел А.Иденом отбыл в Лондон, где на следующий день подал в отставку. В Потсдам прибыли новый премьер-министр К.Эттли и новый министр иностранных дел Э.Бевин.

Уже в новом составе конференция пришла к соглашению по вопросу о Польше. Польша должна была провести свободные выборы с участием всех демократических и антинацистских партий. Окончательное решение вопроса о западной границе Польши было отложено, однако уже сейчас Польше передавались восточногерманские земли. Конференция согласилась на передачу СССР города Кенигсберга и прилегающей территории.

Была достигнута договоренность о порядке осуществления контроля над Германией. Провозглашались цели разоружения, демилитаризации и денацификации Германии. Все военные и полувоенные формирования подлежали ликвидации. Нацистские законы отменялись. Национал-социалистическая партия Германии и все нацистские институты ликвидировались. Военные преступники предавались суду. Активные члены нацистской партии удалялись со всех значимых постов. Германская система образования ставилась под контроль с тем, чтобы уничтожить нацистские и милитаристские доктрины и обеспечить развитие демократии. На демократических принципах учреждались органы самоуправления по всей Германии. Поощрялась деятельность демократических партий. Было решено не создавать пока центрального германского правительства. Германская экономика подлежала децентрализации, производство – постановке под контроль союзников, чтобы исключить возрождение военной промышленности. На период союзной оккупации Германия должна была рассматриваться как единый экономический организм, в том числе в отношении валюты и налогообложения.

По вопросу о репарациях компромисс все же был достигнут. СССР (обязуясь передать часть репараций Польше) должен был получить их из своей зоны оккупации, а также частично из западных зон в той мере, в которой это не подрывало мирную германскую экономику.

Военно-морской флот Германии делился в равных пропорциях между СССР, США и Великобританией. Большую часть германских подлодок предстояло затопить. Германский торговый флот, за исключением судов, необходимых для речной и прибрежной торговли, также делился между тремя державами. Великобритания и США выделяли из своей доли суда странам, пострадавшим от германской агрессии.

Был достигнут и ряд других соглашений. Италию как страну, порвавшую с Германией, было решено рекомендовать для членства в ООН. Совету министров иностранных дел поручалось подготовить мирные договоры с Италией, Болгарией, Финляндией, Венгрией и Румынией. Подписание мирных договоров делало возможным включение этих государств в ООН. Испании в членстве в ООН отказали. Было решено «улучшить» работу контрольных комиссий в Румынии, Болгарии и Венгрии. Переселение германского населения из Польши, Чехословакии и Венгрии предлагалось осуществлять «упорядоченным и гуманным» образом. Войска союзников должны были быть немедленно удалены из Тегерана, а Совет министров иностранных дел – решить вопрос о дальнейшем выводе войск из Ирана.

Конференция не согласилась с советским предложением относительно Босфора и Дарданелл. Сталин требовал отменить конвенцию Монтре, предоставить выработку режима проливов Турции и СССР, дать СССР возможность организовать военные базы в проливах наравне с турками. Трумэн предложил свободный режим проливов при гарантиях всех великих держав. В итоге было принято решение о том, что конвенция Монтре должна быть пересмотрена в ходе контактов каждого из трех правительств с турецким правительством.

Потсдамская конференция решила наиболее актуальные вопросы послевоенного устройства. Стало ясно, что европейский порядок будет строиться на конфронтационных началах. На Потсдамской конференции впервые в истории дипломатии обозначился ядерный фактор. 24 июля в разговоре со Сталиным Трумэн походя упомянул, что у США появилось новое оружие необычайной разрушительной силы. Сталин ответил, что рад это слышать и надеется, что ему найдется применение в войне против Японии. К тому времени Сталин давно знал об американском атомном проекте и торопил советских ученых в аналогичной разработке. К 1945 в мире лихорадочно развивалось три атомных проекта: американский (при британском участии), советский и немецкий. США первыми вышли на атомный рубеж.

ПРИЛОЖЕНИЕ. ПОТСДАМСКАЯ ДЕКЛАРАЦИЯ

Заявление глав правительств Соединенных Штатов, Соединенного Королевства и Китая (Потсдамская декларация) 

(Потсдам, 26 июля 1945 года)

1. Мы, Президент Соединенных Штатов, Президент Национального Правительства Республики Китая и Премьер-министр Великобритании, представляющие сотни миллионов наших соотечественников, совещались и согласились в том, что Японии следует дать возможность окончить эту войну.

2. Огромные наземные, морские и воздушные силы Соединенных Штатов, Британской Империи и Китая, усиленные во много раз их войсками и воздушными флотами с Запада, изготовились для нанесения окончательных ударов по Японии. Эта военная мощь поддерживается и вдохновляется решимостью всех Союзных Наций вести войну против Японии до тех пор, пока она не прекратит свое сопротивление.

3. Результат бесплодного и бессмысленного сопротивления Германии мощи поднявшихся свободных народов мира с ужасной отчетливостью предстает как пример перед народом Японии. Могучие силы, которые теперь приближаются к Японии, неизмеримо больше тех, которые, будучи применены к сопротивляющимся нацистам, естественно, опустошили земли, разрушили промышленность и нарушили образ жизни всего германского народа. Полное применение нашей военной силы, подкрепленной нашей решимостью, будет означать неизбежное и окончательное уничтожение японских вооруженных сил, столь же неизбежное полное опустошение японской метрополии.

4. Пришло время для Японии решить, будет ли она по-прежнему находиться под властью тех упорных милитаристических советников, неразумные расчеты которых привели японскую империю на порог уничтожения, или пойдет она по пути, указываемому разумом.

5. Ниже следуют наши условия. Мы не отступим от них. Выбора никакого нет. Мы не потерпим никакой затяжки.

6. Навсегда должны быть устранены власть и влияние тех, которые обманули и ввели в заблуждение народ Японии, заставив его идти по пути всемирных завоеваний, ибо мы твердо считаем, что новый порядок мира, безопасности и справедливости будет невозможен до тех пор, пока безответственный милитаризм не будет изгнан из мира.

7. До тех пор, пока такой новый порядок не будет установлен, и до тех пор, пока не будет существовать убедительное доказательство, что способность Японии вести войну уничтожена, – пункты на японской территории, которые будут указаны союзниками, будут оккупированы для того, чтобы обеспечить осуществление основных целей, которые мы здесь излагаем.

8. Условия Каирской декларации будут выполнены и японский суверенитет будет ограничен островами Хонсю, Хоккайдо, Кюсю, Сикоку и теми менее крупными островами, которые мы укажем.

9. Японским вооруженным силам после того, как они будут разоружены, будет разрешено вернуться к своим очагам с возможностью вести мирную и трудовую жизнь.

10. Мы не стремимся к тому, чтобы японцы были порабощены как раса или уничтожены как нация, но все военные преступники, включая тех, которые совершили зверства над нашими пленными, должны понести суровое наказание. Японское Правительство должно устранить все препятствия к возрождению и укреплению демократических тенденций среди японского народа. Будут установлены свобода слова, религии и мышления, а также уважение к основным человеческим правам.

11. Японии будет разрешено иметь такую промышленность, которая позволит поддержать ее хозяйство и взыскать справедливые репарации натурой, но не те отрасли промышленности, которые позволят ей снова вооружиться для ведения войны. В этих целях будет разрешен доступ к сырьевым ресурсам, в отличие от контроля над ними. В конечном счете, Японии будет разрешено принять участие в мировых торговых отношениях.

12. Оккупационные войска союзников будут отведены из Японии, как только будут достигнуты эти цели и как только будет учреждено мирно настроенное и ответственное правительство в соответствии со свободно выраженной волей японского народа.

13. Мы призываем Правительство Японии провозгласить теперь же безоговорочную капитуляцию всех японских вооруженных сил и дать надлежащие и достаточные заверения в своих добрых намерениях в этом деле. Иначе Японию ждет быстрый и полный разгром.

ЗАЯВЛЕНИЕ СОВЕТСКОГО ПРАВИТЕЛЬСТВА ПРАВИТЕЛЬСТВУ ЯПОНИИ

«После разгрома и капитуляции гитлеровской Германии Япония оказалась единственной великой державой, которая все еще стоит за продолжение войны.

Требование трех держав – Соединенных Штатов Америки, Великобритании и Китая – от 26 июля сего года о безоговорочной капитуляции японских вооруженных сил было отклонено Японией. Тем самым предложение Японского Правительства Советскому Союзу о посредничестве в войне на Дальнем Востоке теряет всякую почву.

Учитывая отказ Японии капитулировать, союзники обратились к Советскому Правительству с предложением включиться в войну против японской агрессии и тем сократить сроки окончания войны, сократить количество жертв и содействовать скорейшему восстановлению всеобщего мира.

Верное своему союзническому долгу, Советское Правительство приняло предложение союзников и присоединилось к Заявлению союзных держав от 26 июля сего года.

Советское Правительство считает, что такая его политика является единственным средством, способным приблизить наступление мира, освободить народы от дальнейших жертв и страданий и дать возможность японскому народу избавиться от тех опасностей и разрушений, которые были пережиты Германией после ее отказа от безоговорочной капитуляции.

Ввиду изложенного Советское Правительство заявляет, что с завтрашнего дня, то есть с 9-го августа, Советский Союз будет считать себя в состоянии войны с Японией.

8 августа 1945 года.



Предварительный просмотр:

ЛЮБАНСКАЯ ОПЕРАЦИЯ

Любанская операция 1942 - наступательная операция войск Волховского и Ленинградского фронтов в Великой Отечественной войне, проведенная 7 января - 30 апреля; составная часть боевых действий советских войск, предпринятых зимой 1942 с целью разгромить группу армий "Север" и деблокировать Ленинград. Замысел операции заключался в том, чтобы ударом войск центра Волховского фронта с рубежа р. Волхов в северо-западном направлении во взаимодействии с 54-й армией Ленинградского фронта окружить и уничтожить группировку противника в районе Любань, Чудово и в дальнейшем выйти в тыл немецко-фашистским войскам, блокировавшим Ленинград с юга...

7 января войска Волховского фронта, еще не закончив необходимых перегруппировок и сосредоточения сил, перешли в наступление и попытались силами 2-й ударной и 52-й армий прорвать оборону противника на р. Волхов. Наступление не принесло успеха и 10 января приказом Ставки ВГК было приостановлено. Безуспешными оказались и атаки 54-й армии в районе Посадникова Острова. 13 января войска Волховского фронта, создав на избранных для прорыва участках ударные группировки, возобновили наступление. Главный удар наносила 2-я ударная армия на Любань, с флангов ее поддерживали 59-я и 52-я армии. Наступление проходило в сложных условиях лесисто-болотистой местности. Бездорожье и глубокий снег затрудняли маневр и снабжение войск. Не хватало боеприпасов, продовольствия, фуража. Только на направлении главного удара и на левом фланге 59-й армии после упорных боев удалось к 25 января прорвать оборону противника южнее Спасской Полисти. В прорыв был введен 13-й кавалерийский корпус. Соединения 2-й ударной армии, развивая наступление, к концу января узким клином продвинулись до 70-75 км и глубоко охватили с юго-запада любанско-чудовскую группировку противника, Для содействия Волховскому фронту в завершении ее окружения в конце февраля навстречу 2-й ударной армии в общем направлении на Любань нанесла удар 54-я армия. Прорвав вражескую оборону западней Киришей, ее войска к концу марта продвинулись на 22 км и вышли на подступы к Любани с северо-востока. Однако развить наступление и завершить окружение противника советским войскам не удалось вследствие возросшего сопротивления. Немецко-фашистское командование в январе-марте перебросило на усиление 18-й армии из состава 16-й армии, а также из Германии, Франции и Югославии 7 дивизий и 1 бригаду. Кроме того, в полосу наступления Волховского фронта было перегруппировано до 4 дивизий из-под Ленинграда. Для поддержания своих войск в районе прорыва противник привлек до 250 бомбардировщиков 1-го воздушного флота. Это резко изменило соотношение сил на любанском направлении. С марта противник стал наносить сильные контрудары по флангам 2-й ударной армии. 19 марта немецко-фашистским войскам удалось перехватить важные коммуникации армии у основания ее прорыва. 27 марта войска 52-й и 59-й армий пробили 3-5-км горловину, соединившую 2-ю ударную армию с фронтом, однако положение армии оставалось сложным. Оно стало еще более тяжелым с началом весенней распутицы, когда испортились дороги и колонные пути, проложенные через болотистые участки местности и лесные массивы. Нарушились снабжение, связь и управление войсками. 30 апреля наступление в районе Любани было прекращено. Соединения 2-й ударной армии до лета вели тяжелые оборонительные бои, удерживая захваченный выступ. В конце июня 1942 ее войска были отведены на рубеж Спасская Полисть, Мясной Бор.

Любанская операция не получила полного завершения. Однако в ходе ее советские войска захватили инициативу и заставили 18-ю армию противника вести оборонительные бои. Войска Волховского фронта и 54-й армии привлекли на себя главные силы группы армий "Север".

Военные действия в мае-ноябре 1942

Разгромив Крымский фронт (в плен попало почти 200 тыс. чел.), немцы 16 мая заняли Керчь, а в начале июля – Севастополь. 12 мая войска Юго-западного фронта и Южного фронта предприняли наступление на Харьков. В течение нескольких дней оно развивалось успешно, однако немцы 19 мая разбили 9-ю армию, отбросив ее за Северский Донец, вышли в тыл наступавшим советским войскам и 23 мая взяли их в клещи; число пленных достигло 240 тыс. 28–30 июня началось немецкое наступление против левого крыла Брянского и правого крыла Юго-западного фронта. 8 июля немцы захватили Воронеж и вышли к Среднему Дону. К 22 июля 1-я и 4-я танковые армии достигли Южного Дона. 24 июля был взят Ростов-на-Дону.

В условиях военной катастрофы на юге Сталин 28 июля издал приказ №227 «Ни шагу назад», предусматривавший суровые наказания за отступление без указания свыше, заградотряды для борьбы с самовольно оставляющими позиции, штрафные подразделения для действий на самых опасных участках фронта. На основе этого приказа за годы войны было осуждено около 1 млн. военнослужащих, из них расстреляно 160 тыс., а 400 тыс. отправлено в штрафные роты.

25 июля немцы форсировали Дон и устремились на юг. В середине августа немцы установили контроль почти над всеми перевалами центральной части Главного Кавказского хребта. На грозненском направлении немцы 29 октября заняли Нальчик, взять Орджоникидзе и Грозный им не удалось, и в середине ноября их дальнейшее продвижение было остановлено.

16 августа немецкие войска развернули наступление на Сталинград. 13 сентября начались бои в самом Сталинграде. Во второй половине октября – первой половине ноября немцы захватили значительную часть города, однако не смогли сломить сопротивление оборонявшихся.

К середине ноября немцы установили контроль над Правобережьем Дона и большей частью Северного Кавказа, но не достигли своих стратегических целей – прорваться в Поволжье и Закавказье. Этому помешали контрудары Красной Армии на других направлениях («Ржевская мясорубка», танковое сражение между Зубцовом и Карманово и др.), которые, хотя и не увенчались успехом, тем не менее не позволили командованию вермахта перебросить резервы на юг.

Второй период войны (19 ноября 1942 – 31 декабря 1943): коренной перелом

Общий ход военных действий во втором периоде ВОВ

Общий ход военных действий во втором периоде ВОВ

Победа под Сталинградом (19 ноября 1942 – 2 февраля 1943)

19 ноября части Юго-западного фронта прорвали оборону 3-й румынской армии и 21 ноября взяли в клещи пять румынских дивизий (операция «Сатурн»). 23 ноября подразделения двух фронтов соединились у Советского и окружили Сталинградскую группировку противника.

16 декабря войска Воронежского и Юго-Западного фронтов начали операцию «Малый Сатурн» на Среднем Дону, разгромили 8-ю итальянскую армию, 26 января 6-я армия была рассечена на две части. 31 января капитулировала южная группировка во главе с Ф.Паулюсом, 2 февраля – северная; в плен попало 91 тыс. чел. Сталинградская битва, несмотря на большие потери советских войск, стала началом коренного перелома в Великой Отечественной войне. Вермахт потерпел крупнейшее поражение и утратил стратегическую инициативу. Япония и Турция отказались от намерения вступить в войну на стороне Германии.

Экономический подъем и переход в наступление на центральном направлении

К этому времени произошел перелом и в сфере советской военной экономики. Уже зимой 1941/1942 удалось остановить спад в машиностроении. С марта 1942 годов начался подъем черной металлургии, со второй половины 1942 годов – энергетики и топливной промышленности. К началу 1943 обозначился явный экономический перевес СССР над Германией.

В ноябре 1942 – январе 1943 года Красная Армия перешла в наступление на центральном направлении.

Была проведена операция «Марс» (Ржевско-Сычевская) с целью ликвидации ржевско-вяземского плацдарма. Соединения Западного фронта пробились через железную дорогу Ржев – Сычевка и совершили рейд по вражеским тылам, однако значительные потери и недостаток танков, орудий и боеприпасов вынудили их остановиться, но эта операция не позволила немцам перебросить часть сил с центрального направления под Сталинград.

Освобождение Северного Кавказа (1 января – 12 февраля 1943)

1–3 января началась операция по освобождению Северного Кавказа и излучины Дона. 3 января был освобожден Моздок, 10–11 января – Кисловодск, Минеральные Воды, Ессентуки и Пятигорск, 21 января – Ставрополь. 24 января немцы сдали Армавир, 30 января – Тихорецк. 4 февраля Черноморский флот высадил десант в районе Мысхако южнее Новороссийска. 12 февраля был взят Краснодар. Однако недостаток сил помешал советским войскам окружить северокавказскую группировку противника.

Прорыв блокады Ленинграда (12–30 января 1943)

12 января 1943 года Ленинградский и Волховские фронты нанесли с востока и запада совместный удар по шлиссельбурго-синявинскому выступу для прорыва блокады Ленинграда (операция «Искра»); 18 января был пробит коридор вдоль берега Ладожского озера шириной 8–11 км; сухопутная связь города на Неве с Большой землей была восстановлена.

Военные действия на юге и в центре в январе-марте 1943

13–14 января войска Воронежского фронта прорвали немецкую оборону южнее Воронежа, а части Юго-западного фронта – южнее Кантемировки и взяли в клещи тринадцать дивизий группы армий «Б» (Острогожско-Россошанская операция).

25 января был освобожден Воронеж, успешно проведена Во