Главные вкладки
Стихи "Крымские самоцветы".
Предварительный просмотр:
Крымские самоцветы.
Алушта.
- Алушта, Алушта! Уеду! - Неужто?
Гора Демерджи, обмани, задержи!
Пусть в горку по тропке, под горочку - уф! -
Пусть сердце ее очарует Гурзуф.
А если и с ним что-то будет не так,
Покрепче беглянку прижми, Аю-Даг!
- И, все же уеду! Ты плачешь, Алушта?
- Успела тебя полюбить потому что!
Хоть пляжа кусочек, хоть моря глоток,
Из чашечки ночи луны уголок
На память возьми в свою долгую зиму,
Чтоб вновь возвращаться к любимому Крыму!
Крымские самоцветы.
Столь милы, сколь невелики:
Халцедоны, сердолики,
Яшмы, кварцы и агаты!
В вас — восходы и закаты,
В вас — приливы и отливы.
Волн ночные переливы.
Водорослей паутина,
Очертание дельфина,
Раковины глубина,
Недр морские письмена.
Вас ко мне влечет волна!
Старый Крым.
Маковая юбочка на ветру колышется, -
Огонек немеркнущий древних крымских гор!
Чистым этим воздухом дышишь — не надышишься:
Киммерия, Греция, Кафа и Боспор!
Кафе «Барабуля».
Бычки, креветки, барабули, -
Их любят детки и бабули
И симпатичные коты.
Бар «Барабуля» - бар мечты!
Бусы.
Живешь как будто спишь как будто нет лица у времени у памяти как будто
и осень проплывает не спеша но это только кажется однажды и она
единственная спутница оставит вдогонку выбежишь и только мокрый след
рассыпанные бусы расставаний на ветви крон и слезы нарасхват.
Алушта в июле.
Плавятся на солнце горы Демерджи.
Нежная лаванда, море да инжир.
Вся в гостях Алушта. Жарится народ.
В персиковых шубках - сладкий сочный мед.
Кофе, чебуреки, снеди разных мест.
Мидии, креветки, - кто их только съест?
Но проходит лето, море гонит прочь.
Шепчет в спину ветер: что тоску толочь?
Возвращайся в город ненаглядный свой
С каменной оградой, с северной Невой!
Олеандро - лавандовым ладаном манишь к себе Алушта благовоний твоих эфиры из сладчайшей дамасской розы полны горсти тяжёлых кадильниц кипариса и терпкого мёда а закаты твои закаты лепестки всех цветов побережья из ладоней морских халцедоны яшмы камни застывшие слезы или чьи-то глаза Алушта и в моих они нынче ладонях бесконечные море и горы с необычным татарским звучанием Чатыр - Даг Аю-Даг Демерджи задержи забери Алушта в олеандро - лавандовый рай!
Ночи Орджо.
Крымские жгучие ночи —
Точно волшебные сны:
Нежно цикады стрекочут:
Шумной не слышно волны.
В бухте Провато агаты,
Точно ягнята, чисты.
Овцы паслись здесь когда-то.
Храмов армянских кресты
Местность благословляли.
Венецианцы—купцы
Редкий товар доставляли
В бухту овечьей мечты.
Кафа прельщала красою:
Турок, ромеев, татар.
Каждый нёс за собою:
Битвы, торговлю, пожар.
Море все помнит и прячет
В пенных своих кружевах.
В чистых агатах Провато -
Строки о тех временах.
Огни.
Зажигает огни Коктебель
У подножия Кара — Дага.
А в Провато садятся на мель корабли,
Их морская отвага
Отдыхает в ночи до утра.
В Коктебеле — веселья пора.
Горы Орджо.
Козочек резвые ножки
В глинах Киик — Атламы
Понатоптали дорожки,
Коими бегаем мы.
Тропки ведут к Кара-Дагу -
Хозяину местных гор.
В сердце — восторг и отвага:
Мил коктебельский простор.
В бухте Провато - агаты,
Волны, дельфины, мысы.
Хамелеона халаты -
Светлой нефритной красы.
Тихая—тихая гавань,
Нежная дремлет печаль.
Море лелеет и гладит, -
Теплая мамина шаль.
Горы - что волны морские:
Цвета лазурной волны.
Над Коктебелем закаты -
Богом вдохновлены!
В дымке оранжево-синей
Дремлет Курносый варяг.
Там, где Златые ворота,
В вечность - один только шаг.
Меж крымских рыжих гор — Орджо
В объятьях Кара — Дага.
Мое он сердце стережет, -
Курносый страж с душой варяга!
Агаты.
Только вспыхнут над морем закаты -
Как глаза открывают агаты.
В них — сапфиры и бирюза, -
Моря пенного образа.
В них написаны штормы и штили,
Приключения, сказки и были.
Я читаю их, не дыша.
Это - Черного моря душа!
В крымском Орджо догорают закаты.
Я уезжаю. Не плачьте, агаты,
Руки мои иногда вспоминая.
Слезы морские, осколочки Рая!
Камни на память.
Теплые камни морские от берегов Провато
Едут со мной в вагоне в стареньком рюкзаке.
Скрасят зимние будни дымчатые агаты,
С розовым сердоликом станет теплей вдвойне.
Я их рассыплю горкой. Буду смотреть перед лампой
На отражения моря, водорослей и звезд.
И уберу подальше, спрятав на книжной полке.
Целое состояние из халцедоновых слез!
Келья.
Россыпь камней, миндаля и инжира.
Горный кизил, винограда лоза.
Мед прошлогодний, все просто, не лживо.
Келья, кровать. Вот и радость моя!
Солнце проснётся - и к морю на встречу.
Колокол всхлипнет - на службу пора.
Вспыхнет закат - приближается вечер.
Дождь или ветер, хлад иль жара, -
Жизнь, в этих малых своих проявленьях, -
Все-таки есть настоящая жизнь.
И проступает в тончайших мгновениях
Смысл сокровенный, Божественный смысл.
Вероникины коты.
Рыжий Фокс – старый крымский гуляка,
Из разряда пришлых котов!
Он весьма романтичный, однако:
С кошкой Норой поладить готов.
Только в пёстром кошачьем братстве
Не до рыжих его усов.
Фокс пришёл сюда столоваться,
И на зиму остаться готов.
Рони, Чарли, Еша с Маркизой,
И другая кошачья братва,
Не прощают его капризов.
И идет за Нору борьба.
Метит Фокс все и углы и ботинки,
Не спуская с невесты взгляд.
За воротами, по-старинке,
Он ей нежно мурлыкать рад.
Но когда соберёт Вероника
На обед всех питомцев своих,
Ни шипенья не слышно, ни крика.
Каждый точно к тарелке прилип.
В этом дружном кошачьем мире
Есть незыблемый, вечный закон:
Коль в одной поселился квартире,
То живешь до последних времен!
До свидания.
Уходит лето, зонтиком играя.
На море шторм. Я окна закрываю.
Алеет виноградная лоза.
У осени готовы чудеса.
Вот чудо первое - плодов полна корзинка.
Второе - ярко вспыхнула рябинка.
Другое чудо – звезды, что алмазы:
С небес летят рубины и топазы.
И с неба звёздного, как с чистого листа:
Memento mori. Итина проста.
И в ожиданьи зимней пустоты,
Я собираю павшие листы.