Главные вкладки

    ИННОВАЦИОННЫЙ БУМ

    Шаранин Алексей Сергеевич

    От словосочетания «российская инновационная политика» уже даже не смешно. Понятно, что никакой такой политики все последние правительства РФ не собирались вести, а десятилетние заклинания о ней с трибун лишь иллюстрация глубокой пропасти между словом и делом, ставшей в нашей стране трюизмом.

    Скачать:

    ВложениеРазмер
    Microsoft Office document icon innovacionnyy_bum.doc49 КБ

    Предварительный просмотр:

    ИННОВАЦИОННЫЙ БУМ

    Шаранин  Алексей Сергеевич, менеджер ФГУП «ЦАГИ»

            От словосочетания «российская инновационная политика» уже даже не смешно. Понятно, что никакой такой политики все последние правительства РФ не собирались вести, а десятилетние заклинания о ней с трибун лишь иллюстрация глубокой пропасти между словом и делом, ставшей в нашей стране трюизмом.

            Похоже, что само словосочетание «инновационная деятельность» с развесёлых 90-х гг. превратилось у нас в ширму для охватывания шахер-махеров и поэтому обрело в серьёзных деловых кругах подозрительный оттенок. Эта сомнительная репутация термина (кроме других материальных и ментальных факторов) сильно мешает массовому повороту бизнес - идей в сторону инноваций.

            То, что отдельные отечественные инновации выходят на рынок – и порой даже мировой, - говорит, прежде всего, о героическом упорстве и изворотливости самих инноваторов, достигающих успеха в абсолютно враждебных условиях (речь идет о научно-технических инновациях, основанных на изобретениях). На этапе «стартапа» многим из них досталось дармовое наследство в виде многолетних дорогостоящих НИОКР, выполненных советскими НИИ и КБ, но всё равно, чтобы в пореформенной России превратить эти работы в реальные товары, труд требуется титанический, и, как правило, никакие венчурные фонды и «бизнес - ангелы» по западным рецептам им в этом аду не помогают.

            Для экспертов не секрет, что значительная часть коммерчески «ликвидного» научно-технического потенциала страны в девяностые годы от нас безвозвратно уплыла, но с оставшимся пока ещё интеллектуальным заделом в принципе Россия могла бы совершить инновационно - промышленный скачок, который при искусном манёвре позволит уйти так сказать от неизбежного коллапса нефтегазовой экономики. Где же выход?

    Выход в том, чтобы срочно разработать и начать проводить в жизнь ту самую государственную инновационную политику, о которой у нас только пока болтают.

            В последние годы государство в лице Администрации Президента, некоторых министерств – особенно Минобрнауки вроде бы проявляют сильную заинтересованность в инновационном буме в России, однако пока вместо «бума» слышен, говоря языком радиотехники, устойчивый «белый шум».

            Разработанный ещё в 1999 г. проект ФЗ «Об инновационной деятельности и государственной инновационной политике», так и остаётся по сей день проектом. Вместо него принят документ гораздо более низкого статуса «Стратегия РФ в области развития науки и инноваций до 2010 г.». Документ включает неоспоримые в своей правильности благопожелания в виде таких задач, как:

            - создание эффективной инновационной инфраструктуры и развитие малого и среднего предпринимательства в инновационной сфере;

            - модернизация экономики на основе технологических инноваций;

            - создание конкурентоспособного сектора исследований и разработок и т.д.

            Расшифровка этих задач в виде «мероприятий» мало проясняет то, а как предполагается решать поставленные задачи и в чём, собственно говоря, будут состоять «мероприятия».

            В глаза бросается обещание сделать к 2008 г. среднюю зарплату «бюджетникам» в академическом секторе науки не менее 30 тыс. руб. Если учесть, что сегодня она где-то втрое - вчетверо меньше – впечатляет. За кадром остаётся, правда, то, что в развитых странах, куда продолжают «утекать» оставшиеся мозги, эта самая средняя зарплата впятеро больше, а также тот факт, что на одну зарплату из действующих учёных сегодня мало кто живёт.

            Иные предложенные меры вызывают умиление, например, такие:

     «усилить непосредственное участие бизнеса в конкретизации национальных приоритетов технологического развития и отборе наиболее эффективных научных организаций для выполнения соответствующих НИОКР». Принципиальная схема «усилителя», к сожалению, не прикладывается.

    При этом закрадывается подозрение, что имеется очередной документ, прокладывающий дорогу к широкому освоению новых бюджетных средств без какого-либо чёткого механизма контроля за эффективностью данного процесса.

            Может быть где-то существует гораздо более подробный и лаконично изложенный вариант «Стратегии», и если это так, то авторы более конкретного документа, не слишком-то заинтересованы в детальном его обсуждении. Удалось наткнуться на сайт, где эксперты, принимавшие участие в начальных слушаниях по «Стратегии», поделились некоторыми фактами, так сказать, «внутренней кухни» иных положений этого документа. Например, под графой «реформирование научных организаций и повышение их капитализации» составители «Стратегии» подразумевали такой шаг, как частичная приватизация академических и отраслевых НИИ. Скорее всё это закончится тем, что произойдёт полное свёртывание научной деятельности, массовые увольнения, продажа здания и т.п.

            Сколько слов ныне говорится об инновационной революции, сколько заседаний, конференций! Лучше бы вместо всего этого законодательно утвердили освобождение от налога на добавленную стоимость для инновационных стартапов, а промышленные предприятия поощрили бы таким же макаром к обновлению основных фондов! Это те простейшие меры, которые уже устали повторять серьёзные эксперты, дающие заключение о причинах инновационного застоя в России. Еще, конечно же, если государство вместе с пряниками использовало бы и кнут, нормативно обязав крупные корпорации (под угрозой крупных штрафов) к ежегодному финансированию отечественных инноваций, тогда возможно и заря этой самой революции зардела бы на горизонте.

            В конце концов, некоторые действия последнего года, например, создание нескольких действительно крупных венчурных инновационных фондов с госучастием, подают нам надежды. Опять же, национальные мегапроекты зовут нас в светлые постиндустриальные дали.

    Многие, даже на этих святых понятиях уже успели оторваться: «только в России освоение бюджетных средств догадались назвать нанотехнологией», а потому что слишком уж привыкли за последние 15 – 20 лет к безответственному словоблудию власть предержащих. Как хотелось бы поверить, что на этот раз это всё, правда, хотя бы на половину.

            Наша главная беда (и не только в инновационной сфере), что вместо хоть сколь - нибудь логичной, последовательной национально-ориентированной политики имеется лишь набор противоречивых шагов и цветных деклараций на эту тему. Компетентность чиновничьего аппарата в целом весьма низка, взяткоёмкость столь же весьма высока, ответственность системы перед обществом – нулевая.

            Уважаемый доктор экономических и технических наук, координатор оргкомитета Всемирного экономического форума в Давосе,

    профессор В.В. Овчинников указывает в своём докладе «Проблемы текущей и перспективной конкурентоспособности экономики РФ» на несколько очевидных мер государственной инновационной политики, которые в России упорно не предпринимаются. К примеру, это привлечение к финансированию крупных инновационных проектов населения – через выпуск ценных бумаг под гарантии правительства. Для этого надо, чтобы этот народ действительно почувствовал государственную волю повернуть от насквозь коррумпированной – к прозрачной, реально-созидательной экономике.

            Если чиновники будут ежегодно отчитываться перед обществом (фактически – своими акционерами) о достигнутых результатах и провалах и если наказание за халатность и коррупцию будет жёстким, если принимаемые законы будут однозначно поощрять инноваторство – живительный перелом в России наступит, но, разумеется, не сразу, ведь инерция предыдущих лет слишком велика, но при последовательности этих действий – непременно.

            В отношении неинноваторского менталитета противоречия нет. Есть и другой, немало важный момент, стремительно тающее богатство – это армия учёных, ИТР, способных оригинально и эффективно решить практически любую научно-техническую задачу, но не за особняк где-нибудь на Рублёвке,

    а так сказать по «призыву Родины». Не использовать эту мощнейшую мотивацию – через государственный венчур и напрямую через госзаказ – есть, грубо говоря, «управленческий идиотизм».

            Кроме отработанных во многих странах рыночно-поощрительных мер инновационного развития, в России могут быть и свои специфические «рыночно-принудительные меры», например, обязать крупные добывающие корпорации под страхом резкого увеличения налоговой ставки регулярно вкладывать средства в инновационные разработки или возродить существовавший в СССР Фонд промышленного развития, куда все субъекты хозяйствования обязаны были ежегодно отчислять небольшие средства. И там же они могли размещать заказ на разработку конкретной технической новации для собственного производства.

            Инновационная революция сверху? В России дельные «революции» сверху обычно и происходили. Зарубежные же инвесторы вкладывались обычно в разрушительные для страны революции.

            Разумеется, речь не идёт о буквальном возрождении плановой советской внедренческой системы, проигравшей по эффективности западно-предпринимательской. Не остроумно было призывать и к отказу от привлечения иностранных инвестиций. Необходимо осознать, что некая абстрактно-рыночная модель инновационного бума, о которой у нас до сих пор по инерции толкуют с трибун, в России не состоится, скорее всего, никогда и переводные учебники по инноватике (науке об инновационных процессах) нам не помогут – надо написать собственный.

            Инновационную революцию можно и нужно инициировать в самых разных организационных формах, но как остроумно было кем-то замечено, что «формы способны родиться в процессе инновационной деятельности, а

    не в рамках проведения очередной кампании по совершенствованию этих форм». Если останемся и дальше с той имитацией деятельности, что имеем сегодня, - заклинание «инновационный бум» постигнет та же судьба, что в своё время словечко «ускорение». Оно и сегодня звучит уже как загадочный ропот: «бум-бум-бум».

    Р.S.

             Цифры для размышления 2: из всех расходов на НИОКР на долю государственного бюджета приходится,  %: в Китае – 40, в США – 27, в России – 15. Про абсолютные цифры этих расходов лучше вообще помолчать. Известно, что весь научный бюджет России сравним с бюджетом одного более или менее крупного американского университета. Стоит упомянуть и о том, что показатель – 4% от расходной части бюджета, записанный в ФЗ «О государственной научно-технической политике», принятом ещё в 1996 г., не выполнялся с тех пор ни разу.

             По данным экспертов Организации экономического сотрудничества и развития (ОЭСР) 3, Россия сегодня находится лишь в начале второй десятки стран по расходам на НИОКР (11,6 млрд. $). Лидерами по этому показателю являются с большим отрывом США (282 млрд. $), Япония (103 млрд. $), Китай (59,8 млрд. $), Германия (53,9 млрд. $)

             По разным данным 1, доля внедрения изобретений в России колеблется от 0,3 до 5%. В постиндустриальных странах этот показатель составляет около 30%. Коэффициент изобретательской активности российской экономики примерно в 3-4 раза ниже, чем в Германии и США, и в 18-19 раз ниже, чем в Японии. Удельный вес организаций, занимавшихся инновационной деятельностью у нас – 8,5 % (по промышленности – 7,1%). Только 4% отгруженной российскими предприятиями продукции является инновационной.

             В США практически каждый пятый житель, так или иначе, участвует в финансировании малого бизнеса в инновационной сфере через биржи

    высоких технологий. Рядовые европейцы столь же активно финансируют коммерциализацию интеллектуальной собственности соотечественников через банки, инвестирующие в инновации через межбанковский рынок.

    Литература

    1) Зиновьева И.В., Миндели Л.Э., Постникова И.Е. Инновации в России: аналит.-стат. сб., Центр исследований проблем развития науки РАН. М.: Наука , 2007. 254 с.

    2) Россия в цифрах. 2007: Крат. стат.сб./ Росстат. М., 2007. 477 с.

    3) OECD. Survey of Russian Federation. Paris: OECD, 2008.