Зазеркалье Страны Чудес или Расшифровывая Алису. Часть 3. (приём литературной пародии)
Зазеркалье Страны Чудес или Расшифровывая Алису. Часть 3. (приём литературной пародии)
В «Алисе в Стране Чудес» Кэрролл широко использует народное творчество. Опираясь на фольклорную сказочную традицию и песенное творчество, Льюис Кэролл переосмысливает их, и создает совершенно оригинальные и ни на что не похожие образы и ситуации, которые ни в чем не являются простым повторением или воспроизведением фольклорных стереотипов. Органическое сочетание традиционного, проверенного веками, с одной стороны, и неожиданного, индивидуального, непредсказуемого, с другой, придает особое очарование сказкам Кэрролла.
Такой удивительный эффект зачастую достигается благодаря виртуозному использованию Льюисом Кэроллом его излюбленного приёма литературной пародии.
В этой части статьи «Зазеркалье Страны Чудес или Расшифровывая Алису» я приведу примеры литературных пародий и объясню, с какой целью автор использует этот литературный приём.
Пародии Кэролла можно подразделить на несколько типов:
1) Пародии на конкретные стихи.
Пример 1:
Это стихотворение Алиса читает сама себе в одной из начальных глав произведения “Алиса в Стране Чудес”, главе 2 под названием “Море слёз/The Pool of Tears” чтобы убедиться, что после того, как она оказалась в Стране Чудес, она все еще остается сама собой и не растеряла свои прежние навыки. На самом деле она пытается прочитать стихотворение Исаака Уотса (Isaac Watts, 1674-1748) “Against Idleness and Mischief”. Вот это стихотворение:
Льюис Кэролл | Исаака Уотса |
“How doth the little crocodile Improve his shining tail, And pour the waters of the Nile On every golden scale! How cheerfully he seems to grin, How neatly spread his claws, And welcome little fishes in With gently smiling jaws!'”
| “How doth the little busy bee Improve each shining hour And gather honey all the day From every opening flower. How skilfully she builds her cell How neat she spreads the wax And labours hard to store it well With the sweet food she makes. In works of labour or of skill I would be busy, too; For Satan finds some mischief still For idle hands to do. In books or work; or healthful play Let my first years be passed, That I may give for every day Some good account at last.” [Головчинская Л.С. Комментарии. // Carroll L. Alice in Wonderland. М., 1967. стр 162].
|
Пример 2:
Эта песенка, которой Герцогиня из главы “Поросёнок и Перец/Pig and Pepper” (“Алиса в Стране Чудес”) пытается убаюкать младенца, является пародией на первые 2 строфы стихотворения У. Лэнгфорда (G.W.Langford):
Льюис Кэролл: | У. Лэнгфорд |
“Speak roughly to your little boy, And beat him when he sneezes: He only does it to annoy, Because he knows it teases.” CHORUS. “Wow! wow! wow!” “I speak severely to my boy, I beat him when he sneezes; For he can thoroughly enjoy The pepper when he pleases!” CHORUS. “Wow! wow! wow!” | “Speak gently; it is better far To rule by love, than fear; Speak gently, let no hard word mar The good we may do here. Speak gently to the little child, Its love be sure to gain; Teach it in accents soft and mild; It may not long remain.” [Головчинская Л.С. Комментарии. // Carroll L. Alice in Wonderland. М., 1967. стр 167].
|
Пример 3:
Это стихотворение, которое в главе “Синяя Гусеница даёт совет/Advice from a Caterpillar” (“Алиса в Стране Чудес”) Алиса читает Гусенице, чтобы еще раз проверить, осталась ли она прежней Алисой, является пародией на дидактическое стихотворение Роберта Саути (Robert Southey, 1774-1843) “The Old Man’s Comforts and How He Gained Them”, которое Алиса, собственно, и пыталась прочесть. Приведем это стихотворение:
Льюис Кэролл | Роберт Саути |
”You are old, Father William,” the young man said, “And your hair has become very white; And yet you incessantly stand on your head— Do you think, at your age, it is right?” “In my youth,” Father William replied to his son, “I feared it might injure the brain; But, now that I'm perfectly sure I have none, Why, I do it again and again.” “You are old,” said the youth, “as I mentioned before, And have grown most uncommonly fat; Yet you turned a back-somersault in at the door— Pray, what is the reason of that?” “In my youth,” said the sage, as he shook his grey locks, “I kept all my limbs very supple By the use of this ointment--one shilling the box— Allow me to sell you a couple?” “You are old,” said the youth, “and your jaws are too weak For anything tougher than suet; Yet you finished the goose, with the bones and the beak— Pray how did you manage to do it?'” “In my youth,” said his father, “I took to the law, And argued each case with my wife; And the muscular strength, which it gave to my jaw, Has lasted the rest of my life.” “You are old,” said the youth, “one would hardly suppose That your eye was as steady as ever; Yet you balanced an eel on the end of your nose— What made you so awfully clever?” “I have answered three questions, and that is enough,” Said his father; “don't give yourself airs! Do you think I can listen all day to such stuff? Be off, or I'll kick you down stairs!”[Carroll: 83-84]. | “You are old, father William”, - the young man cried, “The few locks which are left are grey; You are hale, father William, a hearty old man; Now tell me the reason, I pray.” “In the days of my youth”, - father William replied, “I remembered that youth would fly fast, And abused not my health and my vigour at first, That I never might need them at last.” “You are old, father William,” – the young man cried, “And pleasures with you pass away, And yet you lament not the days that are gone, Now tell me the reason, I pray.” “In the days of my youth”, - father William replied, “I remembered that youth could not last, I thought of the future whatever I did That I never might grieve for the past.” “You are old, father William,” – the young man cried, “And life must be hast’ ning away; You are cheerful and love to converse upon death, Now tell me the reason, I pray.” “I am cheerful, young man,” – father William replied, “Let the case thy attention engage; In the days of my youth I remembered my God. And He hath not forgotten my age.” [Головчинская Л.С. Комментарии. // Carroll L. Alice in Wonderland. М., 1967: 166].
|
Пример 4:
Это слова песни, которую, по словам Шляпника из главы “Безумное чаепитие/The Mad Tea-Party” (“Алиса в Стране Чудес”), он исполнял на концерте у Королевы. Она пародирует первую строфу известного стихотворения Джейн Тейлор (Jane Taylor, 1783-1827) под названием “Star”:
Льюис Кэролл | Джейн Тейлор |
"Twinkle, twinkle, little bat! How I wonder what you're at!" "Up above the world you fly, Like a tea-tray in the sky. Twinkle, twinkle--"
| “Twinkle, twinkle, little star, How I wonder, what you are. Up above the world so high Like a diamond in the sky.” [Головчинская Л.С. Комментарии. // Carroll L. Alice in Wonderland. М., 1967. стр 168].
|
2) Пародии на конкретные песни.
Пример 1:
Эта песня, которую в главе “Морская кадриль/The Lobster Quadrille” (“Алиса в Стране Чудес”) поет Черепаха, пародирует популярную во времена Кэрролла песенку “Beautiful Star” (автор музыки и слов Джеймс Сейлс (James M. Sayles). Вот ее начало:
Льюис Кэролл: | Джеймс Сейлс : |
“Beautiful Soup, so rich and green, Waiting in a hot tureen! Who for such dainties would not stoop? Soup of the evening, beautiful Soup! Soup of the evening, beautiful Soup! Beau--ootiful Soo--oop! Beau--ootiful Soo--oop! Soo--oop of the e--e--evening, Beautiful, beautiful Soup! ` Beautiful Soup! Who cares for fish, Game, or any other dish? Who would not give all else for two p- Ennyworth only of beautiful Soup? Pennyworth only of beautiful Soup? Beau--ootiful Soo--oop! Beau--ootiful Soo--oop! Soo--oop of the e--e--evening, Beautiful, beauti--FUL SOUP!” | “Beautiful star in heaven so bright, Softly falls thy silvery light As thou movest from earth afar, Star of the evening, beautiful star. CHORUS: Beautiful star Beautiful star Star of the evening, beautiful, beautiful star.”[ Головчинская Л.С. Комментарии. // Carroll L. Alice in Wonderland. М., 1967. стр 182-183].
|
Пример 2:
Эта колыбельная, которую в главе “Алиса становится Королевой/Queen Alice” (“Алиса в Зазеркалье”) поет Черная Королева, является пародией на знаменитую английскую детскую колыбельную:
Льюис Кэролл | Английская колыбельная |
“Hush-a-by lady, in Alice's lap! Till the feast's ready, we've time for a nap: When the feast's over, we'll go to the ball Red Queen, and White Queen, and Alice, and all!”[Carroll].
| “Hushaby, baby, thy cradle is green; Father's a nobleman, mother's a queen; Sister's a lady, and wears a gold ring; Brother's a drummer, and drums for the king.”
Rockabye, baby, on the tree top; When the wind blows the cradle will rock; When the bough breaks the cradle will fall; Down will come baby, bough, cradle, and all.”
|
Пример 3:
Этой песней в предпоследней главе “Алисы в Зазеркалье” пирующие на коронации Алисы гости прославляют новую королеву. Эта песня является пародией на 2 первые строфы песни “Bonny Dundee” из пьесы Вальтера Скотта “The Doom of Devorgoil”. Приведем эти 2 строфы:
Льюис Кэролл | Вальтер Скотт |
“To the Looking-Glass world it was Alice that said, "I've a sceptre in hand, I've a crown on my head; Let the Looking-Glass creatures, whatever they be, Come and dine with the Red Queen, the White Queen, and me." And hundreds of voices joined in the chorus: - Then fill up the glasses as quick as you can, And sprinkle the table with buttons and bran: Put cats in the coffee, and mice in the tea And welcome Queen Alice with thirty-times-three! "O Looking-Glass creatures," quothe Alice, "draw near! 'Tis and honour to see me, a favour to hear: 'Tis a privilege high to have dinner and tea Along with the Red Queen, the White Queen, and me!" Then came the chorus again: - Then fill up the glasses with treacle and ink, Or anything else that is pleasant to drink: Mix sand with the cider, and wool with the wine And welcome Queen Alice with ninety-times-nine!” | “To the Lords of Convention 'twas Claver'se who spoke, 'Ere the King's crown shall fall there are crowns to be broke; So let each Cavalier who loves honour and me, Come follow the Bonnet of Bonny Dundee. 'Come fill up my cup, come fill up my can, Come saddle your horses, and call up your men; Come open the West Port, and let me gang free, And itХs room for the bonnets of Bonny Dundee!'” [Scott].
|
3) Пародии на определенный жанр или стиль.
Такие пародии в силу отсутствия в них аллюзии на какой либо конкретный текст, требуют от переводчика совершенно иного подхода, так как перед ним стоит задача отразить в переводе именно жанр пародируемого произведения, то есть обратить внимание на стилистическое оформление текста перевода.
Пример 1:
Это стихотворение в главе “Траляля и труляля/Tweedledum and Tweedledee” (“Алиса в Зазеркалье”) читают Алисе персонажи главы с целью ее развлечь. Оно является пародией на жанр поэмы, т.к. несет а себе ее характерные черты – это размер, ритмика, длина произведения, употребление возвышенной лексики.
Льюис Кэролл | Перевод |
The sun was shining on the sea, Shining with all his might: He did his very best to make The billows smooth and bright And this was odd, because it was The middle of the night. The moon was shining sulkily, Because she thought the sun Had got no business to be there After the day was done "It's very rude of him," she said, "To come and spoil the fun!" The sea was wet as wet could be, The sands were dry as dry. You could not see a cloud, because No cloud was in the sky: No birds were flying over head There were no birds to fly. The Walrus and the Carpenter Were walking close at hand; They wept like anything to see Such quantities of sand: "If this were only cleared away," They said, "it WOULD be grand!" "If seven maids with seven mops Swept it for half a year, Do you suppose," the Walrus said, "That they could get it clear?" "I doubt it," said the Carpenter, And shed a bitter tear. "O Oysters, come and walk with us!" The Walrus did beseech. "A pleasant walk, a pleasant talk, Along the briny beach: We cannot do with more than four, To give a hand to each." The eldest Oyster looked at him. But never a word he said: The eldest Oyster winked his eye, And shook his heavy head Meaning to say he did not choose To leave the oyster-bed. But four young oysters hurried up, All eager for the treat: Their coats were brushed, their faces washed, Their shoes were clean and neat And this was odd, because, you know, They hadn't any feet. Four other Oysters followed them, And yet another four; And thick and fast they came at last, And more, and more, and more All hopping through the frothy waves, And scrambling to the shore. The Walrus and the Carpenter Walked on a mile or so, And then they rested on a rock Conveniently low: And all the little Oysters stood And waited in a row. "The time has come," the Walrus said, "To talk of many things: Of shoes - and ships - and sealing-wax Of cabbages - and kings And why the sea is boiling hot And whether pigs have wings." "But wait a bit," the Oysters cried, "Before we have our chat; For some of us are out of breath, And all of us are fat!" "No hurry!" said the Carpenter. They thanked him much for that. "A loaf of bread," the Walrus said, "Is what we chiefly need: Pepper and vinegar besides Are very good indeed Now if you're ready Oysters dear, We can begin to feed." "But not on us!" the Oysters cried, Turning a little blue, "After such kindness, that would be A dismal thing to do!" "The night is fine," the Walrus said "Do you admire the view? "It was so kind of you to come! And you are very nice!" The Carpenter said nothing but "Cut us another slice: I wish you were not quite so deaf I've had to ask you twice!" "It seems a shame," the Walrus said, "To play them such a trick, After we've brought them out so far, And made them trot so quick!" The Carpenter said nothing but "The butter's spread too thick!" "I weep for you," the Walrus said. "I deeply sympathize." With sobs and tears he sorted out Those of the largest size. Holding his pocket handkerchief Before his streaming eyes. "O Oysters," said the Carpenter. "You've had a pleasant run! Shall we be trotting home again?" But answer came there none And that was scarcely odd, because
They'd eaten every one | Сияло солнце в небесах, Светило во всю мочь, Была светла морская гладь, Как зеркало точь-точь, Что очень странно – ведь тогда Была глухая ночь. И недовольная луна Плыла над бездной вод, И говорила: «Что за чушь Светить не в свой черед? И день – не день, и ночь – не ночь, А все наоборот». И был, как суша, сух песок. Была мокра вода. Ты б не увидел в небе звезд - Их не было тогда. Не пела птица над гнездом - Там не было гнезда. Но Морж и Плотник в эту ночь Пошли на бережок, И горько плакали они, Взирая на песок: – Ах, если б кто-нибудь убрать Весь этот мусор мог! – Когда б служанка, взяв метлу, Трудилась дотемна. Смогла бы вымести песок За целый день она? – Ах, если б знать! – заплакал Морж, - Проблема так сложна! – Ах, Устрицы! Придите к нам, - Он умолял в тоске, - И погулять, и поболтать Приятно на песке. Мы будем с вами до утра Бродить рука в руке. Но Устрицы преклонных лет Не выплыли на зов. К чему для странствий покидать Страну своих отцов? Ведь можно дома в тишине Прожить в конце концов. А юных Устриц удержать Какой бы смертный мог? Они в нарядных башмачках Выходят на песок. Что очень странно – ведь у них Нет и в помине ног. И, вымыв руки и лицо Прохладною водой, Они спешат, они ползут Одна вослед другой За Плотником и за Моржом Веселою гурьбой. А Морж и Плотник шли и шли Час или два подряд, Потом уселись на скале Среди крутых громад, А Устрицы – все до одной - Пред ними стали в ряд. И молвил Морж: «Пришла пора Подумать о делах: О башмаках и сургуче. Капусте, королях, И почему, как суп в котле. Кипит вода в морях». Взмолились Устрицы: «Постой! Дай нам передохнуть! Мы все толстушки, и для нас Был очень труден путь». – Присядьте, – Плотник отвечал, - Поспеем как-нибудь. – Нам нужен хлеб, – промолвил Морж, - И зелень на гарнир, А также уксус и лимон, И непременно сыр, И если вы не против, то Начнем наш скромный пир. – Ах, неужели мы для вас Не больше, чем еда, Хотя вы были так добры, Нас пригласив сюда! А Морж ответил: «Как блестит Вечерняя звезда! Я очень рад, что вы пришли В пустынный этот край. Вы так под уксусом нежны - Любую выбирай». А Плотник молвил: «Поскорей Горчицу мне подай!» – Мой друг, их заставлять спешить Отнюдь мы не должны. Проделав столь тяжелый путь, Они утомлены. – С лимоном, – Плотник отвечал, - Не так они вкусны. – Мне так вас жаль, – заплакал Морж И вытащил платок, - Что я не в силах удержать Горючих слез поток. И две тяжелые слезы Скатились на песок. А Плотник молвил: «Хорошо Прошлись мы в час ночной. Наверно, Устрицы хотят Пойти к себе домой?» Но те молчали, так как их Всех съели до одной. |
4) пародии на пословицы.
Поскольку пословицы невозможно интерпретировать вне речевой ситуации, в которой они используются, ниже приведён отрывок из произведения “Алиса в Стране Чудес”, в который входит встречающаяся в произведении пародия на пословицу (выделена курсивом). Это отрывок из главы “Повесть Черепахи Квази/The Mock Turtle’s Story” произведения “Алиса в Стране Чудес”, в котором Алиса ведет беседу с Герцогиней, склонной находить во всем мораль, которую она и выражает при помощи пословиц (в этом отрывке также много и реально существующих пословиц и поговорок):
“`The game's going on rather better now,' she said, by way of keeping up the conversation a little. `'Tis so,' said the Duchess: `and the moral of that is--"Oh,'tis love, 'tis love, that makes the world go round!" '`Somebody said,' Alice whispered, `that it's done by everybody minding their own business!' `Ah, well! It means much the same thing,' said the Duchess, digging her sharp little chin into Alice's shoulder as she added, `and the moral of THAT is--"Take care of the sense, and the sounds will take care of themselves."'
| - Игра, кажется, пошла веселее, - заметила она, чтобы как-то поддержать разговор. - Я совершенно с тобой согласна, - сказала Герцогиня. - А мораль отсюда такова: "Любовь, любовь, ты движешь миром...". - А мне казалось, кто-то говорил, будто самое главное - не соваться в чужие дела, - шепнула Алиса. - Так это одно и то же, - промолвила Герцогиня, вонзая подбородок в Алисино плечо. - А мораль отсюда такова: думай о смысле, а слова придут сами!
|
Выделенная фраза является пародией на английскую пословицу “Take care of the pence and the pound will take care of itself.” (“Копейка рубль бережёт”)
Вывод:
На основании вышеизложенного можно сделать вывод, что пародии в произведениях Льюиса Льюис Кэролла выполняют следующие функции:
1) Создание комического эффекта.
2) Создание определенной атмосферы .
Например, Шляпник в главе “Безумное чаепитие/The Mad Tea Party” (“Алиса в Стране Чудес”) рассказывает Алисе, что на концерте должен был петь песню:
"Twinkle, twinkle, little bat!
How I wonder what you're at!"
То, что подобная песня была заявлена в концерте, показывает, что даже на концертах в Стране Чудес поют песни-нелепицы, что чепуха и бессмыслица являются здесь неотъемлемой частью жизни.
3) Раскрытие образов персонажей.
В качестве примера можно привести песню “Beautiful Soup”, которую в главе “Морская кадриль/The Lobster Quadrille” (“Alice in Wonderland”) исполняет Черепаха. Она является пародией на популярную в то время песенку “Beautiful Star”, которую, как Кэрролл пишет в своем дневнике, ему исполнили в тот день сестры Лидделл:
“Beautiful Soup, so rich and green, Waiting in a hot tureen! Who for such dainties would not stoop? Soup of the evening, beautiful Soup! Soup of the evening, beautiful Soup! Beau--ootiful Soo--oop! Beau--ootiful Soo--oop! Soo--oop of the e--e--evening, Beautiful, beautiful Soup! ` Beautiful Soup! Who cares for fish, Game, or any other dish? Who would not give all else for two p- Ennyworth only of beautiful Soup? Pennyworth only of beautiful Soup? Beau--ootiful Soo--oop! Beau--ootiful Soo--oop! Soo--oop of the e--e--evening, Beautiful, beauti--FUL SOUP!”
|
Еда вечерняя, любимый Суп морской! Когда сияешь ты, зеленый и густой, - Кто не вдохнет, кто не поймет тебя тогда, Еда вечерняя, блаженная Еда! Еда вечерняя, блаженная Еда!
Блаже-э-нная Е-да-а! Блаже-э-нная Е-да-а! Еда вече-е-рняя, Блаженная, блаженная Еда!
Еда вечерняя! Кто, сердцу вопреки, Попросит семги и потребует трески? Мы все забудем для тебя, почти зада- ром данная блаженная Еда! Задаром данная блаженная Еда!
Блаже-э-нная Е-да-а! Блаже-э-нная Е-да-а! Еда вече-е-рняя, Блаженная, блаженная Еда! |
Имя персонажа Кэрролла Mock Turtle (Черепаха Квази в русском переводе) происходит от понятия “the mock turtle soup”, которым в Англии обозначали имитацию черепахового супа, который варили из телятины. Mock Turtle и есть то существо, из которого этот суп варят. Поэтому Черепаха так грустно поет эту песню, очевидно, думая о том, что когда-нибудь и он попадет в этот суп. Черепаха вообще персонаж очень печальный, и эта протяжная песня дополняет его образ.
Пародии на пословицы и поговорки, которые у Кэрролла звучат из уст Герцогини в главе “Повесть Черепахи Квази/The Mock Turtle’s Story” (“Alice in Wonderland”), раскрывают образ Герцогини, склонной находить во всем мораль, пусть даже она совершенно не соотносится с высказыванием:
«‘The game’s going on rather better now,’ she said, by way of keeping up the conversation a little. ‘Tis so,’ said the Duchess: ‘and the moral of that is—“Oh, ‘tis love, ‘tis love, that makes the world go round! | - Игра, кажется, пошла веселее, - заметила она, чтобы как-то поддержать разговор. - Я совершенно с тобой согласна, - сказала Герцогиня. - А мораль отсюда такова: "Любовь, любовь, ты движешь миром...". |
Герцогиня похожа, по мнению Кэрролла, на многих взрослых: не всегда знает, о чем говорит, однако считает, что имеет право поучать окружающих.
4) Высмеивание отдельных черт жизни и общества (сатира). Речь идет о тех явлениях, к которым Кэрролл относился негативно. K примеру, в стихотворении “You are old, Father William” (Алиса в Стране Чудес”) Кэрролл высмеивает так называемую “старческую мудрость” и недвусмысленно намекает на прямо противоположные изменения, происходящие в человеке с возрастом:
”You are old, Father William,” the young man said, “And your hair has become very white; And yet you incessantly stand on your head— Do you think, at your age, it is right?” “In my youth,” Father William replied to his son, “I feared it might injure the brain; But, now that I'm perfectly sure I have none, Why, I do it again and again.”
| - Папа Вильям, - сказал любопытный малыш, - Голова твоя белого цвета. Между тем ты всегда вверх ногами стоишь. Как ты думаешь, правильно это?
- В ранней юности, - старец промолвил в ответ, - Я боялся раскинуть мозгами, Но узнав, что мозгов в голове моей нет, Я спокойно стою вверх ногами. |
Заключительные главы «Страны чудес» - суд над Валетом- основаны на старинном народном стишке (первая строфа его цитируется в тексте; вторая, в которой Валет возвращает украденное и клянется больше не воровать, в тексте не используется).
The Queen of Hearts, She made some tarts Upon a summer day; The Knave of Hearts, He stole those tarts, And took them quite away.
Вторая строфа, опущенная Кэроллом: The King of Hearts, He missed those tarts, And beat the knave full sore; The Knave of Hearts Brought back those tarts, And vowed he'd steal no more. | Дама Червей напекла кренделей В летний погожий денек. Валет Червей был всех умней И семь кренделей уволок
|
Скачать:
Вложение | Размер |
---|---|
![]() | 149.38 КБ |
Предварительный просмотр:
Зазеркалье Страны Чудес или Расшифровывая Алису. Часть 3. (приём литературной пародии)
В «Алисе в Стране Чудес» Кэрролл широко использует народное творчество. Опираясь на фольклорную сказочную традицию и песенное творчество, Льюис Кэролл переосмысливает их, и создает совершенно оригинальные и ни на что не похожие образы и ситуации, которые ни в чем не являются простым повторением или воспроизведением фольклорных стереотипов. Органическое сочетание традиционного, проверенного веками, с одной стороны, и неожиданного, индивидуального, непредсказуемого, с другой, придает особое очарование сказкам Кэрролла.
Такой удивительный эффект зачастую достигается благодаря виртуозному использованию Льюисом Кэроллом его излюбленного приёма литературной пародии.
В этой части статьи «Зазеркалье Страны Чудес или Расшифровывая Алису» я приведу примеры литературных пародий и объясню, с какой целью автор использует этот литературный приём.
Пародии Кэролла можно подразделить на несколько типов:
1) Пародии на конкретные стихи.
Пример 1:
Это стихотворение Алиса читает сама себе в одной из начальных глав произведения “Алиса в Стране Чудес”, главе 2 под названием “Море слёз/The Pool of Tears” чтобы убедиться, что после того, как она оказалась в Стране Чудес, она все еще остается сама собой и не растеряла свои прежние навыки. На самом деле она пытается прочитать стихотворение Исаака Уотса (Isaac Watts, 1674-1748) “Against Idleness and Mischief”. Вот это стихотворение:
Льюис Кэролл | Исаака Уотса |
“How doth the little crocodile Improve his shining tail, And pour the waters of the Nile On every golden scale! How cheerfully he seems to grin, How neatly spread his claws, And welcome little fishes in With gently smiling jaws!'” | “How doth the little busy bee Improve each shining hour And gather honey all the day From every opening flower. How skilfully she builds her cell How neat she spreads the wax And labours hard to store it well With the sweet food she makes. In works of labour or of skill I would be busy, too; For Satan finds some mischief still For idle hands to do. In books or work; or healthful play Let my first years be passed, That I may give for every day Some good account at last.” [Головчинская Л.С. Комментарии. // Carroll L. Alice in Wonderland. М., 1967. стр 162]. |
Пример 2:
Эта песенка, которой Герцогиня из главы “Поросёнок и Перец/Pig and Pepper” (“Алиса в Стране Чудес”) пытается убаюкать младенца, является пародией на первые 2 строфы стихотворения У. Лэнгфорда (G.W.Langford):
Льюис Кэролл: | У. Лэнгфорд |
“Speak roughly to your little boy, And beat him when he sneezes: He only does it to annoy, Because he knows it teases.” CHORUS. “Wow! wow! wow!” “I speak severely to my boy, I beat him when he sneezes; For he can thoroughly enjoy The pepper when he pleases!” CHORUS. “Wow! wow! wow!” | “Speak gently; it is better far To rule by love, than fear; Speak gently, let no hard word mar The good we may do here. Speak gently to the little child, Its love be sure to gain; Teach it in accents soft and mild; It may not long remain.” [Головчинская Л.С. Комментарии. // Carroll L. Alice in Wonderland. М., 1967. стр 167]. |
Пример 3:
Это стихотворение, которое в главе “Синяя Гусеница даёт совет/Advice from a Caterpillar” (“Алиса в Стране Чудес”) Алиса читает Гусенице, чтобы еще раз проверить, осталась ли она прежней Алисой, является пародией на дидактическое стихотворение Роберта Саути (Robert Southey, 1774-1843) “The Old Man’s Comforts and How He Gained Them”, которое Алиса, собственно, и пыталась прочесть. Приведем это стихотворение:
Льюис Кэролл | Роберт Саути |
”You are old, Father William,” the young man said, “And your hair has become very white; And yet you incessantly stand on your head— Do you think, at your age, it is right?” “In my youth,” Father William replied to his son, “I feared it might injure the brain; But, now that I'm perfectly sure I have none, Why, I do it again and again.” “You are old,” said the youth, “as I mentioned before, And have grown most uncommonly fat; Yet you turned a back-somersault in at the door— Pray, what is the reason of that?” “In my youth,” said the sage, as he shook his grey locks, “I kept all my limbs very supple By the use of this ointment--one shilling the box— Allow me to sell you a couple?” “You are old,” said the youth, “and your jaws are too weak For anything tougher than suet; Yet you finished the goose, with the bones and the beak— Pray how did you manage to do it?'” “In my youth,” said his father, “I took to the law, And argued each case with my wife; And the muscular strength, which it gave to my jaw, Has lasted the rest of my life.” “You are old,” said the youth, “one would hardly suppose That your eye was as steady as ever; Yet you balanced an eel on the end of your nose— What made you so awfully clever?” “I have answered three questions, and that is enough,” Said his father; “don't give yourself airs! Do you think I can listen all day to such stuff? Be off, or I'll kick you down stairs!”[Carroll: 83-84]. | “You are old, father William”, - the young man cried, “The few locks which are left are grey; You are hale, father William, a hearty old man; Now tell me the reason, I pray.” “In the days of my youth”, - father William replied, “I remembered that youth would fly fast, And abused not my health and my vigour at first, That I never might need them at last.” “You are old, father William,” – the young man cried, “And pleasures with you pass away, And yet you lament not the days that are gone, Now tell me the reason, I pray.” “In the days of my youth”, - father William replied, “I remembered that youth could not last, I thought of the future whatever I did That I never might grieve for the past.” “You are old, father William,” – the young man cried, “And life must be hast’ ning away; You are cheerful and love to converse upon death, Now tell me the reason, I pray.” “I am cheerful, young man,” – father William replied, “Let the case thy attention engage; In the days of my youth I remembered my God. And He hath not forgotten my age.” [Головчинская Л.С. Комментарии. // Carroll L. Alice in Wonderland. М., 1967: 166]. |
Пример 4:
Это слова песни, которую, по словам Шляпника из главы “Безумное чаепитие/The Mad Tea-Party” (“Алиса в Стране Чудес”), он исполнял на концерте у Королевы. Она пародирует первую строфу известного стихотворения Джейн Тейлор (Jane Taylor, 1783-1827) под названием “Star”:
Льюис Кэролл | Джейн Тейлор |
"Twinkle, twinkle, little bat! How I wonder what you're at!" "Up above the world you fly, Like a tea-tray in the sky. Twinkle, twinkle--" | “Twinkle, twinkle, little star, How I wonder, what you are. Up above the world so high Like a diamond in the sky.” [Головчинская Л.С. Комментарии. // Carroll L. Alice in Wonderland. М., 1967. стр 168]. |
2) Пародии на конкретные песни.
Пример 1:
Эта песня, которую в главе “Морская кадриль/The Lobster Quadrille” (“Алиса в Стране Чудес”) поет Черепаха, пародирует популярную во времена Кэрролла песенку “Beautiful Star” (автор музыки и слов Джеймс Сейлс (James M. Sayles). Вот ее начало:
Льюис Кэролл: | Джеймс Сейлс : |
“Beautiful Soup, so rich and green, Waiting in a hot tureen! Who for such dainties would not stoop? Soup of the evening, beautiful Soup! Soup of the evening, beautiful Soup! Beau--ootiful Soo--oop! Beau--ootiful Soo--oop! Soo--oop of the e--e--evening, Beautiful, beautiful Soup! ` Beautiful Soup! Who cares for fish, Game, or any other dish? Who would not give all else for two p- Ennyworth only of beautiful Soup? Pennyworth only of beautiful Soup? Beau--ootiful Soo--oop! Beau--ootiful Soo--oop! Soo--oop of the e--e--evening, Beautiful, beauti--FUL SOUP!” | “Beautiful star in heaven so bright, Softly falls thy silvery light As thou movest from earth afar, Star of the evening, beautiful star. CHORUS: Beautiful star Beautiful star Star of the evening, beautiful, beautiful star.”[ Головчинская Л.С. Комментарии. // Carroll L. Alice in Wonderland. М., 1967. стр 182-183]. |
Пример 2:
Эта колыбельная, которую в главе “Алиса становится Королевой/Queen Alice” (“Алиса в Зазеркалье”) поет Черная Королева, является пародией на знаменитую английскую детскую колыбельную:
Льюис Кэролл | Английская колыбельная |
“Hush-a-by lady, in Alice's lap! Till the feast's ready, we've time for a nap: When the feast's over, we'll go to the ball Red Queen, and White Queen, and Alice, and all!”[Carroll]. | “Hushaby, baby, thy cradle is green; Father's a nobleman, mother's a queen; Sister's a lady, and wears a gold ring; Brother's a drummer, and drums for the king.” Rockabye, baby, on the tree top; When the wind blows the cradle will rock; When the bough breaks the cradle will fall; Down will come baby, bough, cradle, and all.” |
Пример 3:
Этой песней в предпоследней главе “Алисы в Зазеркалье” пирующие на коронации Алисы гости прославляют новую королеву. Эта песня является пародией на 2 первые строфы песни “Bonny Dundee” из пьесы Вальтера Скотта “The Doom of Devorgoil”. Приведем эти 2 строфы:
Льюис Кэролл | Вальтер Скотт |
“To the Looking-Glass world it was Alice that said, "I've a sceptre in hand, I've a crown on my head; Let the Looking-Glass creatures, whatever they be, Come and dine with the Red Queen, the White Queen, and me." And hundreds of voices joined in the chorus: - Then fill up the glasses as quick as you can, And sprinkle the table with buttons and bran: Put cats in the coffee, and mice in the tea And welcome Queen Alice with thirty-times-three! "O Looking-Glass creatures," quothe Alice, "draw near! 'Tis and honour to see me, a favour to hear: 'Tis a privilege high to have dinner and tea Along with the Red Queen, the White Queen, and me!" Then came the chorus again: - Then fill up the glasses with treacle and ink, Or anything else that is pleasant to drink: Mix sand with the cider, and wool with the wine And welcome Queen Alice with ninety-times-nine!” | “To the Lords of Convention 'twas Claver'se who spoke, 'Ere the King's crown shall fall there are crowns to be broke; So let each Cavalier who loves honour and me, Come follow the Bonnet of Bonny Dundee. 'Come fill up my cup, come fill up my can, Come saddle your horses, and call up your men; Come open the West Port, and let me gang free, And itХs room for the bonnets of Bonny Dundee!'” [Scott]. |
3) Пародии на определенный жанр или стиль.
Такие пародии в силу отсутствия в них аллюзии на какой либо конкретный текст, требуют от переводчика совершенно иного подхода, так как перед ним стоит задача отразить в переводе именно жанр пародируемого произведения, то есть обратить внимание на стилистическое оформление текста перевода.
Пример 1:
Это стихотворение в главе “Траляля и труляля/Tweedledum and Tweedledee” (“Алиса в Зазеркалье”) читают Алисе персонажи главы с целью ее развлечь. Оно является пародией на жанр поэмы, т.к. несет а себе ее характерные черты – это размер, ритмика, длина произведения, употребление возвышенной лексики.
Льюис Кэролл | Перевод |
The sun was shining on the sea, Shining with all his might: He did his very best to make The billows smooth and bright And this was odd, because it was The middle of the night. The moon was shining sulkily, Because she thought the sun Had got no business to be there After the day was done "It's very rude of him," she said, "To come and spoil the fun!" The sea was wet as wet could be, The sands were dry as dry. You could not see a cloud, because No cloud was in the sky: No birds were flying over head There were no birds to fly. The Walrus and the Carpenter Were walking close at hand; They wept like anything to see Such quantities of sand: "If this were only cleared away," They said, "it WOULD be grand!" "If seven maids with seven mops Swept it for half a year, Do you suppose," the Walrus said, "That they could get it clear?" "I doubt it," said the Carpenter, And shed a bitter tear. "O Oysters, come and walk with us!" The Walrus did beseech. "A pleasant walk, a pleasant talk, Along the briny beach: We cannot do with more than four, To give a hand to each." The eldest Oyster looked at him. But never a word he said: The eldest Oyster winked his eye, And shook his heavy head Meaning to say he did not choose To leave the oyster-bed. But four young oysters hurried up, All eager for the treat: Their coats were brushed, their faces washed, Their shoes were clean and neat And this was odd, because, you know, They hadn't any feet. Four other Oysters followed them, And yet another four; And thick and fast they came at last, And more, and more, and more All hopping through the frothy waves, And scrambling to the shore. The Walrus and the Carpenter Walked on a mile or so, And then they rested on a rock Conveniently low: And all the little Oysters stood And waited in a row. "The time has come," the Walrus said, "To talk of many things: Of shoes - and ships - and sealing-wax Of cabbages - and kings And why the sea is boiling hot And whether pigs have wings." "But wait a bit," the Oysters cried, "Before we have our chat; For some of us are out of breath, And all of us are fat!" "No hurry!" said the Carpenter. They thanked him much for that. "A loaf of bread," the Walrus said, "Is what we chiefly need: Pepper and vinegar besides Are very good indeed Now if you're ready Oysters dear, We can begin to feed." "But not on us!" the Oysters cried, Turning a little blue, "After such kindness, that would be A dismal thing to do!" "The night is fine," the Walrus said "Do you admire the view? "It was so kind of you to come! And you are very nice!" The Carpenter said nothing but "Cut us another slice: I wish you were not quite so deaf I've had to ask you twice!" "It seems a shame," the Walrus said, "To play them such a trick, After we've brought them out so far, And made them trot so quick!" The Carpenter said nothing but "The butter's spread too thick!" "I weep for you," the Walrus said. "I deeply sympathize." With sobs and tears he sorted out Those of the largest size. Holding his pocket handkerchief Before his streaming eyes. "O Oysters," said the Carpenter. "You've had a pleasant run! Shall we be trotting home again?" But answer came there none And that was scarcely odd, because They'd eaten every one | Сияло солнце в небесах, Светило во всю мочь, Была светла морская гладь, Как зеркало точь-точь, Что очень странно – ведь тогда Была глухая ночь. И недовольная луна Плыла над бездной вод, И говорила: «Что за чушь Светить не в свой черед? И день – не день, и ночь – не ночь, А все наоборот». И был, как суша, сух песок. Была мокра вода. Ты б не увидел в небе звезд - Их не было тогда. Не пела птица над гнездом - Там не было гнезда. Но Морж и Плотник в эту ночь Пошли на бережок, И горько плакали они, Взирая на песок: – Ах, если б кто-нибудь убрать Весь этот мусор мог! – Когда б служанка, взяв метлу, Трудилась дотемна. Смогла бы вымести песок За целый день она? – Ах, если б знать! – заплакал Морж, - Проблема так сложна! – Ах, Устрицы! Придите к нам, - Он умолял в тоске, - И погулять, и поболтать Приятно на песке. Мы будем с вами до утра Бродить рука в руке. Но Устрицы преклонных лет Не выплыли на зов. К чему для странствий покидать Страну своих отцов? Ведь можно дома в тишине Прожить в конце концов. А юных Устриц удержать Какой бы смертный мог? Они в нарядных башмачках Выходят на песок. Что очень странно – ведь у них Нет и в помине ног. И, вымыв руки и лицо Прохладною водой, Они спешат, они ползут Одна вослед другой За Плотником и за Моржом Веселою гурьбой. А Морж и Плотник шли и шли Час или два подряд, Потом уселись на скале Среди крутых громад, А Устрицы – все до одной - Пред ними стали в ряд. И молвил Морж: «Пришла пора Подумать о делах: О башмаках и сургуче. Капусте, королях, И почему, как суп в котле. Кипит вода в морях». Взмолились Устрицы: «Постой! Дай нам передохнуть! Мы все толстушки, и для нас Был очень труден путь». – Присядьте, – Плотник отвечал, - Поспеем как-нибудь. – Нам нужен хлеб, – промолвил Морж, - И зелень на гарнир, А также уксус и лимон, И непременно сыр, И если вы не против, то Начнем наш скромный пир. – Ах, неужели мы для вас Не больше, чем еда, Хотя вы были так добры, Нас пригласив сюда! А Морж ответил: «Как блестит Вечерняя звезда! Я очень рад, что вы пришли В пустынный этот край. Вы так под уксусом нежны - Любую выбирай». А Плотник молвил: «Поскорей Горчицу мне подай!» – Мой друг, их заставлять спешить Отнюдь мы не должны. Проделав столь тяжелый путь, Они утомлены. – С лимоном, – Плотник отвечал, - Не так они вкусны. – Мне так вас жаль, – заплакал Морж И вытащил платок, - Что я не в силах удержать Горючих слез поток. И две тяжелые слезы Скатились на песок. А Плотник молвил: «Хорошо Прошлись мы в час ночной. Наверно, Устрицы хотят Пойти к себе домой?» Но те молчали, так как их Всех съели до одной. |
4) пародии на пословицы.
Поскольку пословицы невозможно интерпретировать вне речевой ситуации, в которой они используются, ниже приведён отрывок из произведения “Алиса в Стране Чудес”, в который входит встречающаяся в произведении пародия на пословицу (выделена курсивом). Это отрывок из главы “Повесть Черепахи Квази/The Mock Turtle’s Story” произведения “Алиса в Стране Чудес”, в котором Алиса ведет беседу с Герцогиней, склонной находить во всем мораль, которую она и выражает при помощи пословиц (в этом отрывке также много и реально существующих пословиц и поговорок):
“`The game's going on rather better now,' she said, by way of keeping up the conversation a little. `'Tis so,' said the Duchess: `and the moral of that is--"Oh,'tis love, 'tis love, that makes the world go round!" '`Somebody said,' Alice whispered, `that it's done by everybody minding their own business!' `Ah, well! It means much the same thing,' said the Duchess, digging her sharp little chin into Alice's shoulder as she added, `and the moral of THAT is--"Take care of the sense, and the sounds will take care of themselves."' | - Игра, кажется, пошла веселее, - заметила она, чтобы как-то поддержать разговор. - Я совершенно с тобой согласна, - сказала Герцогиня. - А мораль отсюда такова: "Любовь, любовь, ты движешь миром...". - А мне казалось, кто-то говорил, будто самое главное - не соваться в чужие дела, - шепнула Алиса. - Так это одно и то же, - промолвила Герцогиня, вонзая подбородок в Алисино плечо. - А мораль отсюда такова: думай о смысле, а слова придут сами! |
Выделенная фраза является пародией на английскую пословицу “Take care of the pence and the pound will take care of itself.” (“Копейка рубль бережёт”)
Вывод:
На основании вышеизложенного можно сделать вывод, что пародии в произведениях Льюиса Льюис Кэролла выполняют следующие функции:
1) Создание комического эффекта.
2) Создание определенной атмосферы .
Например, Шляпник в главе “Безумное чаепитие/The Mad Tea Party” (“Алиса в Стране Чудес”) рассказывает Алисе, что на концерте должен был петь песню:
"Twinkle, twinkle, little bat!
How I wonder what you're at!"
То, что подобная песня была заявлена в концерте, показывает, что даже на концертах в Стране Чудес поют песни-нелепицы, что чепуха и бессмыслица являются здесь неотъемлемой частью жизни.
3) Раскрытие образов персонажей.
В качестве примера можно привести песню “Beautiful Soup”, которую в главе “Морская кадриль/The Lobster Quadrille” (“Alice in Wonderland”) исполняет Черепаха. Она является пародией на популярную в то время песенку “Beautiful Star”, которую, как Кэрролл пишет в своем дневнике, ему исполнили в тот день сестры Лидделл:
Имя персонажа Кэрролла Mock Turtle (Черепаха Квази в русском переводе) происходит от понятия “the mock turtle soup”, которым в Англии обозначали имитацию черепахового супа, который варили из телятины. Mock Turtle и есть то существо, из которого этот суп варят. Поэтому Черепаха так грустно поет эту песню, очевидно, думая о том, что когда-нибудь и он попадет в этот суп. Черепаха вообще персонаж очень печальный, и эта протяжная песня дополняет его образ.
Пародии на пословицы и поговорки, которые у Кэрролла звучат из уст Герцогини в главе “Повесть Черепахи Квази/The Mock Turtle’s Story” (“Alice in Wonderland”), раскрывают образ Герцогини, склонной находить во всем мораль, пусть даже она совершенно не соотносится с высказыванием:
«‘The game’s going on rather better now,’ she said, by way of keeping up the conversation a little. ‘Tis so,’ said the Duchess: ‘and the moral of that is—“Oh, ‘tis love, ‘tis love, that makes the world go round! | - Игра, кажется, пошла веселее, - заметила она, чтобы как-то поддержать разговор. - Я совершенно с тобой согласна, - сказала Герцогиня. - А мораль отсюда такова: "Любовь, любовь, ты движешь миром...". |
Герцогиня похожа, по мнению Кэрролла, на многих взрослых: не всегда знает, о чем говорит, однако считает, что имеет право поучать окружающих.
4) Высмеивание отдельных черт жизни и общества (сатира). Речь идет о тех явлениях, к которым Кэрролл относился негативно. K примеру, в стихотворении “You are old, Father William” (Алиса в Стране Чудес”) Кэрролл высмеивает так называемую “старческую мудрость” и недвусмысленно намекает на прямо противоположные изменения, происходящие в человеке с возрастом:
”You are old, Father William,” the young man said, “And your hair has become very white; And yet you incessantly stand on your head— Do you think, at your age, it is right?” “In my youth,” Father William replied to his son, “I feared it might injure the brain; But, now that I'm perfectly sure I have none, Why, I do it again and again.” | - Папа Вильям, - сказал любопытный малыш, - Голова твоя белого цвета. Между тем ты всегда вверх ногами стоишь. Как ты думаешь, правильно это? - В ранней юности, - старец промолвил в ответ, - Я боялся раскинуть мозгами, Но узнав, что мозгов в голове моей нет, Я спокойно стою вверх ногами. |
Заключительные главы «Страны Чудес» - суд над Валетом- основаны на старинном народном стишке (первая строфа его цитируется в тексте; вторая, в которой Валет возвращает украденное и клянется больше не воровать, в тексте не используется).
The Queen of Hearts, She made some tarts Upon a summer day; The Knave of Hearts, He stole those tarts, And took them quite away. Вторая строфа, опущенная Кэроллом: The King of Hearts, He missed those tarts, And beat the knave full sore; The Knave of Hearts Brought back those tarts, And vowed he'd steal no more. | Дама Червей напекла кренделей В летний погожий денек. Валет Червей был всех умней И семь кренделей уволок |