Статья "Региональный компонент на уроках русского языка и литературы"
Рассматриваются вопросы регионального компонента на уроках русского языка и литературы
Скачать:
Вложение | Размер |
---|---|
![]() | 38.29 КБ |
Предварительный просмотр:
Попова А.О.
Региональный компонент на уроках русского языка и литературы
Под региональным компонентом школьного лингвистического курса в современной лингводидактике следует понимать систематическое и последовательное включение в общеобразовательный курс русского языка местного языкового материала, как в тематическом отношении, так и в отношении сугубо лингвистическом. Методисты предлагают рассматривать региональный компонент в преподавании русского языка как углубленную лингвокраеведческую работу и использовать местный языковой материал не только на уроках русского языка, но и для внеклассной работы. Ведь живое слово земляков и о земляках на уроках русского языка воспитывает интерес к тому, что называется малой родиной, рассказывает о ее истории и сегодняшнем дне, что, в конечном счете, способствует общей гуманизации школьного образования.
Высокий воспитательный потенциал ономастики определяется рядом факторов, одним из которых является ее межпредметный характер. Междисциплинарная направленность этой отрасли языкознания дает возможность системного к ней обращения: на уроках русского языка и литературы, географии, истории. Мы же остановимся на вопросах изучения на уроках русского языка антропонимики, топонимики.
Увлекательный разговор об имени собственном можно начать уже при первой встрече с учащимися и продолжать едва ли не на каждом уроке. Традиционные личные имена издавна называли календарными в связи с православным обычаем нарекать новорожденных по святцам. Почти ежедневно в каждом классе находятся именинники. Кому-то повезет, и его в течение года несколько раз поздравят с днем ангела. Это хороший повод обратиться к народным традициям, культурным ценностям православно-славянской цивилизации.
Хорошим поводом является и первый урок – урок знакомства учителя с классом. Вот так выглядело первое домашнее задание по русскому языку в 6 «Б» классе (на основе рекомендаций Е.С.ЛебедевоЙ: учащимся было предложено написать небольшое сочинение о своем имени и ответить на вопросы: как меня зовут, почему меня так назвали, что я знаю о своем имени?
Как оказалось, задание с радостью восприняли не только дети, но и родители. Они вспомнили то время, когда с волнением выбирали имя для своего ребенка. Некоторые были удивлены, узнав о значении и происхождении имен.
Не меньший интерес вызывает разговор о происхождении фамилий, который мы ведем, изучая притяжательные прилагательные. У каждого есть основание гордиться своей фамилией. Ученики делятся семейными преданиями. Здесь они могут и пофантазировать, сочинить сказку или рассказ. Многие фамилии, как известно порождали прозвища, которые также вызывают интерес.
Приводя пример, можно рассматривать фамилии, характерные для Тамбовской области.
Большинство современных фамилий, зафиксированных на территории Тамбовской области, образовано от имен-прозвищ, которые несут в своем составе богатство сведений о жизни русских людей в разные эпохи. Например: В Тамбовской области, селе Горелое наиболее частотными являются прозвища:
- по роду деятельности: Кузнец – человек, работающий кузнецом в колхозе, Почтальонка – женщина, работающая на почте., хотя, её дочь работала продавцом, её все равно звали прозвищем матери. Гусятников – водил много гусей.
- внешним признакам: Таракан – в семье было много детей, все темнокожие и маленького роста. Земляковы – также в семье было много детей, хлюпеньких, жители села говорили, что они как будто из земли «вылезли». Мосины – потому что маленького роста. Волостной – жители село так называли человека крупного телосложение, гордого, важного. В словаре Д.И. Ушакова волостной – старшина, писарь.
- физическим недостаткам: Хромой, Трех (от трехаться – «идти не- ровно, спотыкаться, с трудом передвигаться, тмб.). Зафиксировано прозвище, основанное на метонимическом переносе - Костыль, а также более экспрессивное, судя по суффиксу -ыга, содержащее в себе негативную оценку: Хрымалыга.
- месту проживания: Стёпин – жили в степях, Бугор – человек, живший на возвышенности, холме. Озёрный – живший недалеко от водоёма ( озера).
При описании внешности человека, его физических параметров на основе характеристик «положительные ассоциации» или «отрицательные ассоциации» формируется то или иное прозвище.
Известный русский философ Н.А. Бердяев подчеркивал, что «русский народ есть в высшей степени поляризованный народ, он есть совмещение противоположностей».
Так, оценка, лежащая в основе характеристики человека, высвечивает негативную и позитивную характеристику, в основе которой лежат оппозитивные отношения: ХОРОШО – ПЛОХО.
В качестве иллюстративного примера приведем частотные прозвища, бытующие на территории Тамбовской области, в которых оценка внешности в целом передается категориями типа красота, рост, тело, привычки, черты характера, поведение, речь.
эстетическая оценка внешности человека:
Если же у человека был румянец, то он мог получить прозвище Землянуха, которое и послужило основой фамилии Землянухин. Диалектное слово землянуха в тамбовских говорах означает земляника. Красненков (красненок – «сын «красного», т.е. красивого человека), Завидов (завид – «красивый»), Красавцев, Красов (краса – красивый); Бабаев (бабай «леший», т.е. «страшный, некрасивый»; тмб.), Страшнов (некрасивый); опрятность/неопрятность: Апряткин (апрятка – «опрятный»), Дерюгин (дерюга – «грубая одежда»), Клоков (клок – «одетый в лохмотья»), Космачев (растрепа), Чупахин (чупаха – «неряха»);
а) рост:
Оглоблин (оглобля – «высокий, худой»), Долгов – долгой – «высокий, долговязый», Чаплыгин – чаплыга «высокий, длинноногий, как цапля», Глоба (глоба – «высокий, тонкий, но крепкий»), Пичугин – пичуга – «маленький», Уклеин (маленький, юркий), Махонин (маленький).
Замечено, что слишком высокий рост чаще всего совмещается с худобой, а слишком маленький рост – с хрупким телосложением.
б) тело:
Смагин (смага – «жар», «огонь», «пламя», о смуглом человеке), Смурыгин (смурый – «хмурый», Ширшов (ширша – «широкоплечий), Сложеникин (статный), Мозгалин (мозгаля – «хилый, слабый»), Брюнин (брюня – «пузатый»), Зародов (зарод – «толстяк»); Тянников, Тянутов (вытянутый, длинный), Ходяков (худой);
Самое большое количество прозвищ приходится на тех, у кого высокий рост сочетается с очень длинными ногами: Долгой (Долгов) – (долгой, диал. «высокий, долговязый человек»), Долгий (Долгих), а также вторичные образования с суффиксами, вносящими дополнительную семантическую окраску: Долгуша (Долгушин), Долгач (Долгачёв), Долган (Долганов).
Это подтверждается прозвищем Дылда (Дылдин), совмещающем в себе оба эти признака: дылда – «человек очень высокого роста», «долгоногий, долговязый», верста, жердяй,», «очень длинные ноги».
В современных тамбовских прозвищах, бытующих у людей старшего поколения, имеются прозвища, основанные на метафорическом переносе: Батя («ветеран Великой Отечественной войны, пользовался всеобщим уважением»), Кардинал («умный, как кардинал Ришелье»). Кроме того, отмечены прозвища окказионального плана: Дога («от догадаться, догадываться либо от догадливый»), Чуёк («все чует, все понимает, на лету схватывает»).
В молодежной среде все прозвища умных людей основаны на метафорическом переносе: Профессор, Доцент, Демагог («любит поговорить на «заумные темы»), Ботаник, Отец («в студенческой среде это прозвище получил молодой человек, пришедший в вуз после армии и дававший всем дельные житейские советы»), Розенталь («лучше всех писал диктанты»).
Людей, обделенных интеллектом, если судить по фамилиям Тамбовской области, называли Дурак (Дураков), Дурень (Дурнев), Дураня (Дуранин), Дуриман (Дуриманов).
Менее обидными были прозвища Тупчик (Тупчиков), Тупик (Тупиков), Тупыня (Тупынин).
Глупых называли также Басарга (Басаргин), басарга, диал. «глупый или несерьезный человек», Дикой (Диков), дикий, диал. «глупый, шальной, безумный, малоумный», Дикарь (Дикарев).
В молодежной среде прозвищ глупых людей меньше, но они отличаются своей экспрессивностью. Это Тундра, Дубина. Эти прозвища используются только в том случае, если речь идет о непроходимо глупых людях. Кроме этих, вполне традиционных, отмечены следующие прозвища: метафорическое Дубина («глупый»); прозвища, образованные бессуффиксным способом: Болт («болтает всякую чепуху»).
Таким образом, прозвища можно подразделить на следующие группы: отфамильные прозвища и отыменные прозвища; прозвища, данные на основе сходства именуемого с кем-либо или с чем-либо; прозвища, данные по одежде; прозвища, данные по любимым словам, словам-паразитам или особенностям их произношения; прозвища, данные по любимому кушанью; прозвища, данные по любимому занятию; прозвища, данные по любимым темам разговора или песням; прозвища, данные по событиям, ставшим мотивом появления прозвищ; единичные случаи.
У людей старшего возраста имеется большой жизненный опыт, в ходе которого были накоплены многие привычки (любимое занятие), многие ассоциации (сходство), разнообразие/однообразие одежды. Именно в силу этого таких прозвищ у людей старшего поколения оказалось больше.
Следует отметить, что у этого же поколения шире ассоциации, также приобретенные за многие годы, и устоявшиеся нормы поведения. Целевая установка появления прозвищ в этой среде – характеризующая. Однако, невзирая на разную целевую установку, как у представителей старшего поколения, так и молодого, прозвища в основном появляются на основе метонимических и метафорических переносов.
В современных прозвищах шире представлены те, которые имеют негативную окраску. Это происходит в силу того, что прозвища чаще всего даются в том случае, если внешний вид человека, черты его характера и т.п. выходят за рамки тех норм, которые традиционно данным человеческим сообществом принимаются за эталон.
Рассматривая на уроках русского языка этимологию фамилий, имён, прозвищ характерных данной территории, у ученика тем самым проснётся интерес и к собственной родостловной.
Что касается региональной поэзии, то здесь можно заметить, насколько часто авторы используют имена собственные, связанные с Тамбовским краем. Литературная ономастика изучает все особенности употребления имён собственных в тексте художественного произведения, в творчестве писателей. Подобно другим средствам языка, собственные имена, будучи использованными в контексте художественного произведения, начинают жить и восприниматься в «сложной и глубокой образной перспективе художественного целого» [Виноградов 1954: 18].
Каждый из писателей употребляет собственные имена в соответствии со своим творческим методом и конкретными идейно – художественными задачами, стоящими в том или ином произведении. На употреблении имен лежит оттенок определенной эпохи, литературного направления, позиции автора. В тексте произведений связь между именем и носителем вполне может быть установлена волею писателя. Особенно актуальным сегодня представляется анализ специфики употребления имен собственных в поэтических текстах.
Языковая картина художественного мира Валентины Тихоновны Дорожкиной, известной тамбовской писательницы, насыщена всевозможными изобразительно-выразительными средствами, в том числе в ряду этих средств одним из интереснейших и важнейших являются имена собственные, художественное осмысление которых приобретают в тексте особую значимость и выразительность.
Так, поэтесса употребляет такие антропонимы как Зоя, Пикассо, Пушкин, Лермонтов, Ахматова. В стихотворении «Венок сонетов» поэт использует антропонимы, которые отражают литературную жизнь XIX-XX веков.
«Присутствовали Пушкин здесь и Блок,
Ахматова, Цветаева и Белый.
И мой полуисписанный листок
Дописывался мною так несмело…» [Дорожкина 1993: 93].
Также у В.Т.Дорожкиной есть стихотворение, в котором употребляется антропоним Пушкин «Все – к Пушкину. Толпа какая! <…> Я каждый год мечту лелею: приеду к Пушкину одна» и топоним Михайловское «Приезд в Михайловское – праздник». В данном стихотворении Валентина Тихоновна говорит о том, что нельзя плакать о живом человеке, что «Дантесы смертны, Пушкин – нет!».
Есть у поэта «Стихи о хлебе», в котором можно увидеть разнообразие антропонимов: соседка тётя Мария, Нечаева Анна Петровна – «вдова в двадцать девять лет», Алёша – «тракторист хороший», Нечаев, Анна, Колька Власов, Андрюша.
У Аркадия Макарова, уроженца Бондарского района, есть немало стихотворений, которые изобилуют топонимами и антропонимами. В стихотворении «Земля» поэт пишет о «Соловках» (архипелаг в Белом море). Одно из стихотворений поэта названо топонимом «В Бондарях».
«Скупа природа в Бондарях;
Бугор да яма.
Пустырь за школой и овраг
В огне бурьяна…» [Макаров 1992: 27].
Есть у поэта ряд стихотворений, в котором активно используются гидронимы. Оно так и называется «Есть реки малые в России». Здесь автор поэтическим словом раскрывает всё многообразие рек: «несут до Волги или Дона кровинку русскую свою», «у ног течёт и моет берег речушка детства Ломовис». В стихотворении без названия упоминается о реке Цне «заиграет гармошка «страданье», запечалятся волны на Цне…». Есть стихотворение и о реке Вороне «коли есть река Ворона на Тамбовщине моей». В этом стихотворении также употребляется топоним «село Коростелево». В текстах Аркадия Макарова встречается топоним «район Мордовский», село «Мельчуны», «деревенька Горки», «город Сливен», страна Болгария.
Географические названия в контексте художественного текста Аркадия Макарова сохраняют общие для всех топонимов функции. Как реальные, так и вымышленные литературные топонимы обозначают определенное пространство, являются его локализаторами, которые конкретизируют и ограничивают место действия, где развиваются события, описываемые в том или ином произведении. Невозможно представить художественный текст без географических названий, являясь обязательным элементом, литературные топонимы несут адресную и информативную функции.
Таким образом, мы выявили, что топонимический и антропонимический пласт литературных названий объектов разнообразен. Бесспорно то, что региональная топонимика имеет удивительное свойство – хранить историческую память данной территории, содержать языковую информацию о прошлом на материале художественного текста, так как она обладает особой памятью, своеобразным механизмом «запоминания» и «хранения» информации об определенной исторической эпохе. В нашем случае В.Т.Дорожкиной А.В.Макаровым были описаны места как Тамбовской области, так и соседних стран, употреблялись в текстах имена известных писателей разных поколений.
Многообразие и обилие имён собственных в художественном тексте тамбовских писателей не вызывает сомнения. Каждый из писателей по своему раскрывает те или иные ономастические единицы. Данный материал региональной ономастики открывает перспективы для изучения тамбовского ономастикона в школе.
Надо сказать, что ономастические справочники очень популярны у учащихся. Не случайно, В.К.Чичагов в свое время отмечал, что «ни одна область языковой деятельности русского народа не была так тесно и непосредственно связана с его историей, как область ономастики».
Апелляция к ономастике на уроках русского языка неизбежна и предусматривается в ряде случаев. Так в 6 классе мы обращаемся к ономастике, когда собственные имена включены:
– в содержание теоретической части некоторых параграфов. Например, «Несклоняемые имена существительные» (поэма Гейне, роман Дюма, стихи Гюго), «Род несклоняемых имен существительных»;
– в тексты специальных упражнений на правописание, склонение собственных имен; к ним примыкают задания, в которых предлагается привести «свои» примеры. Например: «В наши дни городам, селам, поселкам, площадям, улицам присваиваются имена героев, ученых, путешественников, писателей. Запишите примеры таких названий». Учащиеся вспоминают названия улиц, носящих имена земляков – Н.Вирты, Лунина, Михаила Рахманинова; Олега Кошевова, Николая Гастелло.
Среди этих выдающихся россиян стоит и светлое имя почётного гражданина г.Тамбова, представителя старинного дворянского рода Эммануила Дмитриевича Нарышкина. Личность его многогранна, круг интересов в деле благотворительности в области просвещения очень широк. Дворяне Нарышкины – известные в русской истории люди. Своим родоначальником называли крымского татарина Нарышку. Это уменьшительная форма, полное же имя Нарыш означает ‘мужественный’. Старинная русская фамилия Нарышкин принадлежала боярскому роду, который в Московском государстве 17 века имел огромную власть. Но утверждать, что у всех Нарышкиных в фамилиях тюркские корни, не стоит. У слов с этим корнем в разных российских говорах много значений. Вот только некоторые: нарышка – розыск; отыскивание; вынюхивание. «Нарыш» – окликали человека с рыжеватым оттенком волос; в Поволжье нарышкой именовали путешествие без руля и ветрил.
Эммануил Дмитриевич Нарышкин родился в г. Санкт-Петербурге 30 июля 1813 года, являлся общественным деятелем, благотворителем и меценатом. Из древнего боярского рода.
Отец – Дмитрий Львович Нарышкин, гофмейстер при дворе Александра 1. Пользовался расположением Александра 1, пожаловавшего ему обширные Тамбовские имения: сёла Глуховка, Сабино, Таракса Моршанского уезда.
Мать – Мария Антоновна Нарышкина, придворная дама из польского рода князей Четвертинских. В некоторых политических и придворных кругах надеялись воспользоваться её близостью к государю в интересах восстановления Польши и союза с Наполеоном. Но Нарышкина не вмешивалась в государственные дела.
По своему происхождению Эммануил Дмитриевич принадлежал к старинной родовой фамилии, состоявшей в самом близком родстве с Царствующим Домом. В ниспадающих поколениях родства Эммануил Дмитриевич был ближайшим родственником Наталии Кирилловны Нарышкиной, матери великого преобразователя России, Петра Великого. Первоначальное своё образование Нарышкин получил в кругу своей семьи, под руководством иностранных гувернёров, но иностранное воспитание не заглушило в Эммануиле Дмитриевиче горячих чувств любви и привязанности к своему родному русскому.
Отдав дань военной службе и считая себя более нужным и полезным среди своих земляков, «серых» и бедных людей, Эммануил Дмитриевич, в чине полковника, выходит в отставку и поселяется в своей родной Тамбовской губернии, чтобы в глуши всецело отдаться заботе о просвещении этих серых людей и помощи бедному люду. Он становится организатором просвещения среди крестьян. Будучи знаком с медициной, Эммануил Дмитриевич организует медицинские пункты в Тамбовских сёлах. В своих имениях открывает сразу несколько школ для детей крестьян: снабжает их книгами, заботится об учителях.
На открытие Екатерининского учительского института, который находился на левом берегу реки Студенца, он передал в распоряжение Министерства капитал в 250 тысяч рублей. На свои средства близ тюремного острога на улице Козловской он купил дом и приспособил его для приюта арестантских детей.
На улице Коммунальной находится здание бывшего Нарышкинского общежития для учащихся мужской гимназии и реального училища. В настоящее время здесь расположены факультеты Тамбовского государственного технического университета. Также Нарышкин участвовал в организации губернского музея. На улице Советской было расположено бывшее здание Нарышкинской читальни.
В настоящее время здесь располагается Тамбовская картинная галерея, где установлен бронзовый бюст Нарышкина. До нашего времени сохранился на улице Советской дом под № 80, в котором проживал со своей семьёй Э. Д. Нарышкин. Дом сохранил неповторимую прелесть и своеобразие. На каменном фундаменте, построен из дерева, выполнен в формах классической каменной архитектуры. В доме воплотились основные качества архитектуры: интимность и представительность. Всю свою долгую жизнь, весь свой опыт, всю силу большой любви к человеку Эммануил Дмитриевич посвятил России, просветительству Тамбовской губернии. Высочайшие награды свидетельствуют о признании заслуг Нарышкина перед Отечеством. Он имел все Российские ордена.
Изучение ономастики на уроках русского языка способствует развитию речи, мышления, познавательных интересов учащихся. Не менее важным является обращение к ономастике на уроках литературы. Знакомство с личностью писателя, работа над художественными образами его героев не будут полноценными без внимания к именам. Ведь мы имеем дело с людьми. Немыслимы и малосостоятельны, по нашему мнению, попытки гуманизации образования без антропоцентрического подхода не только к личности учащегося, но и к содержанию материала. Мы учим детей пониманию, сочувствию. Через знакомство с яркими образами литературных героев они воспринимают социальный, духовный опыт поколений. И неполной, поверхностной будет работа с произведением без внимания к имени человека, к имени героя. Ведь часто многое в замысле писателя объясняет ономастика.
Например, знакомясь с творчеством А.П.Чехова, можно выяснить, как связан писатель с Тамбовский краем. Тамбовский край оказал большое влияние на творческий процесс А.П.Чехова. Предположительно, в 1892 году Чехов навестил в Рассказово Тамбовской губернии своих однокашников по Московскому университету М.В. Асеева и А.И. Петэна. работе над путевыми записками «Остров Сахалин» Антон Павлович прибегал к труду тамбовского земского врача В.И. Никольского.
Примечательно, что темой для создания рассказа «Каштанка» послужил рассказ актёра из Тамбова Василия Григорьева, который и оповестил о случае с собакой, попавшей в тамбовский цирк. Рассмотрим антропонимы рассказа «Каштанка».
Обратимся к главному персонажу - Каштанке. Вообще, изучением кличек собак занимается раздел ономастики - зоонимия. Но в данном случае, хочется рассмотреть эту кличку с антропонимической точки зрения. Обратимся к описанию Каштанки: «Молодая рыжая собака - помесь такса с дворняжкой - очень похожая мордой на лисицу, бегала взад и вперед по тротуару и беспокойно оглядывалась по сторонам. Услыхав свое имя, помесь такса с дворняжкой вышла из-под верстака, где она спала на стружках, сладко потянулась и побежала за хозяином.» [Чехов 1984, 113].
Уже в самом начале автор конкретно даёт нам ответ на вопрос: Каштанка это имя или кличка? Автор как бы предвещает наш интерес, и далее, на протяжении текста мы понимаем, что имя дано собаке не случайно. Почему именно Каштанка? Нет сомнений, что это из-за цвета. Но почему же Чехов даёт ей именно имя, а не кличку попытаемся разобрать с помощью текста.
Итак, в самом начале мы видим размышления собаки о том, почему она осталась одна, почему заблудилась. Каштанка могла разделять людей на хозяев и заказчиков, понимала, на кого можно лаять, на кого нельзя. По мере развития сюжета мы замечаем, что собаке снится сон. После того, как Каштанка потерялась, её жизнь разделяется на две части: первая - это жизнь у столяра, и вторая- жизнь у циркача. Чехов очень тонко проводит грань между прошлым и настоящим собаки. В прошлой жизни её звали Каштанкой, а в настоящей Теткой. Каштанку били и ругали, Тетку хвалили и называли талантом.
В конце рассказа мы видим, что преданность взяла вершину над чувствами Каштанки и она вернулась к прежнему хозяину. Возможно, ей было неважно, как её кормят, восхваляют, она была предана своему хозяину, и то, что было с Каштанкой в доме циркача, осталось в памяти как «перепутанный, тяжёлый сон» [Чехов 1984, 123].
Отвечая на вопрос, поставленный выше, можно сказать, что автор даёт собаке именно имя потому, что наделяет её человеческими качествами: разумом, любовью, состраданием. Чехов также даёт имя и отчество коту - Иван Иваныч, и гусю - Федор Тимофеич. Это обусловливается тем, что животные выполняли больше работы, чем люди: они тренировались, выполняли команды, которые очень трудно выполнимы. Чехов иронически описывает гуся, которого трудно дрессировать, и кота, который делал всё с неохотой.
Имя столяра – Лука Андреич несёт негативную окраску. Если посмотреть на список персонажей с антропонимической точки зрения, то можно заметить, что Чехов , давая имена своим персонажам, наделяет их определёнными качествами. Итак, имя Лука переводится с латинского как «свет» [Суперанская 2005: 158]. А использование суффикса -ич- в отчестве Андреич несет негативную окраску. Тем самым, в персонаже сочетается как светлое начало от имени, так и тёмное, негативное от отчества. Использование на уроках русского языка художественных текстов, связанных с Тамбовским краем помогает развить у ученика круг знаний о родной земле, а все имена персонажей мотивированы и несут определённую окраску.