Психология саморегуляции личности: историко-философский анализ

Реферат

         на тему
«Психология саморегуляции личности: историко-философский анализ»

СОДЕРЖАНИЕ

ВВЕДЕНИЕ

1. Проблема саморегуляции в философии
2. Понятие «саморегуляция»: терминология и основные подходы
3. Биологические и физиологические (психофизиологические) концепции регуляции жизнедеятельности
4. Психология саморегуляции психических состояний
5. Саморегуляция деятельности личности

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

Введение

Мастер построения афоризмов Р. Шеридан  в свое время отметил следующее: «Победа человека над самим собой – единственное торжество, в котором удача не имеет своей доли»[1]. Данным высказыванием автор особенно точно выразил значение в жизни человека его умения организовать самого себя, собственное поведение и деятельность. Заключенный в нем смысл не утратил своей актуальности и в настоящее время. Современная эпоха отличается расширением возможностей человека в плане личностного развития и улучшения собственной жизнедеятельности. Еще никогда люди, живущие практически в любой точке земного шара, не располагали подобным потенциалом для увеличения собственного знания и саморазвития. Расширение возможностей для построения проекта собственного «Я» отмечается в отношении большого количества людей, и вследствие этого неизбежно возникновение и обострение конкуренции между ними за получение права на реализацию своих желаний. Кроме того, в процессе выполнения действий, направленных на получение результата, человек неожиданно может столкнуться с трудностями, препятствующими ее дальнейшему осуществлению. 

В подобной ситуации у человека (хотя бы на некоторое время) не может не возникнуть желание отказаться от выполнения задуманного или обратиться к другим способам достижения цели. Не каждый человек обладает достаточным количеством ресурсов для того, чтобы выдержать такое испытание. Именно поэтому ему особенно необходимо быть уверенным в том, что, несмотря на возникающие трудности, он может максимально приблизиться к достижению поставленной цели, если организует собственное поведение определенным образом. При этом он должен помнить о том, что в некоторых ситуациях важно на время отложить дело, реализацией которого он занимается в данный момент, а порой нужно собрать все силы и сосредоточить внимание на конкретной работе. Подобные аспекты можно определить как тонкости построения человеком собственной жизнедеятельности, осознание которых приходит по мере приобретения им опыта. 

Необходимо  отметить, что важную роль в данном процессе играет знакомство человека с философским наследием. Выделенные и оформленные известными философами в виде афористических выражений общие закономерности устройства мира могут стать для человека руководящим правилом в жизни, а размышления по поводу их содержания помогут пересмотреть взгляды на жизнь. Поэтому целесообразно рассмотрение того, какой позиции придерживались философы разных эпох в отношении организации человеком собственной жизни и деятельности. Особенно интересна в данном аспекте точка зрения представителей эллинистического периода в развитии философской науки. На этом этапе исторического развития появились такие философские системы как эпикуреизм, стоицизм, скептицизм и др. По мнению ряда специалистов в области истории философии, данные направления существенно отличались от философских учений, предложенных ранее. Это связано с тем, что в рамках этих систем была предложена целостная система убеждений и принципов, на которые может ориентироваться человек при построении собственного поведения. При этом этический аспект выходит на первый план в этих учениях. Выдвинутые представителями данных направлений положения не утратили своей значимости и почти не претерпели изменений в настоящее время. Это подтверждается тем, что на сегодняшний день в обществе есть люди, которые следуют отдельным положениям эпикуреизма, стоицизма или скептицизма в своей жизни. Они могут придерживаться принципов одного из направлений или обращаться к тем или иным из них в зависимости от ситуации.

Данный  реферат состоит из введения, основной части, которая включает три параграфа, заключения и списка литературы (13 источников). Общий объем работы равен 38 страниц.  

1. ПРОБЛЕМА САМОРЕГУЛЯЦИИ В ФИЛОСОФИИ

При подготовке реферата возникла следующая трудность, которая связана с тем, что ни в одном из словарей по философии нет определения понятия «саморегуляция». Однако изучив несколько разделов, посвященных смежным с рассматриваемой нами категорией (термины «эмоция», «деятельность», «человек»), мы пришли к выводу, что в философской науке имеется представление о ряде особенностей, раскрывающих сущность данного процесса. Поэтому дальнейшее изучение этого вопроса целесообразно, а для его продолжения необходимо обратиться к определениям понятия «саморегуляция», сформулированным в других отраслях знания. Но сначала проанализируем структуру данного слова и попытаемся выделить отдельные его элементы, раскрытие значений которых помогут нам приблизиться к более точному пониманию этой категории.

В структуре слова «саморегуляция»  можно выделить две части –  само- и -регуляция. Первая из них (само-) указывает на причину и источник возникновения активности. С ее помощью подчеркивается самостоятельность некоторого субъекта (человека, группы, общества в целом и др.) в инициации и осуществлении некоторого действия. Вторая часть слова (-регуляция, - регулировать – от лат. regulare) имеет следующее значение: подчинять определенному порядку, правилу, упорядочивать; устанавливать правильное, необходимое для работы взаимодействие частей механизма, прибора, аппарата и т.п.; делать что-либо для получения нужных показателей, нужной степени чего-либо [12]. Сопоставив друг с другом содержание каждой из выделенных частей и выбрав в качестве возможного субъекта активности человека, мы можем выделить примерное содержание данной категории. Получается, что человек, использующий возможности саморегуляции в отношении той или иной деятельности, может подчинять определенному порядку и правилу свою активность и жизнедеятельность в целом, причем необходимость в осуществлении подобных действий четко осознается им, и поэтому он приступает к их выполнению. Он делает это для достижения некоторой цели, получения нужного результата. В процессе выполнения деятельности и осуществления некоторой активности могут возникать определенного рода трудности, препятствия, которые человеку необходимо преодолеть. Поэтому он может вносить коррективы в процесс выполнения отдельных действий для того, чтобы поддержать порядок и продолжать следовать правилу. Рассмотрим несколько определений понятия «саморегуляция», которые предложены в рамках других наук. 

Саморегуляция:

1)это особенность поведения человека, которая заключается в его способности ставить перед собой цели, планировать процесс их достижения, выполнять необходимые действия и вносить в случае необходимости коррективы. 

2)это система сознательных актов, действий, направленных на поддержание, достижение необходимого психического состояния, управление своей психикой.

Саморегуляция достигается самоубеждением, самовнушением, самоприказом, самопринуждением, а также путем систематической аутогенной тренировки (в психологической литературе)[6]. 

В деятельности как особом виде активности человека действие саморегуляции проявляется особенно ярко. Неоценимо ее значение при овладении человеком новым ее видом и при выполнении им ранее знакомых действий на более высоком уровне. В подобном случае необходимо организовать собственную активность таким образом, чтобы рационально распределить имеющиеся у него ресурсы для достижения желаемого результата. Чем успешнее будет выбранный человеком алгоритм выполнения деятельности, и чем большую гибкость он проявит при осуществлении его на практике, тем стремительнее он будет продвигаться к претворению задуманного им в жизнь.

Действие саморегуляции проявляется не только в создании человеком плана осуществления деятельности, но и в оказании им точечного воздействия на ряд ее параметров в случае возникновения трудностей по ходу ее выполнения или отклонения ее от намеченного направления. В подобной ситуации целенаправленное изменение возможно в отношении эмоционального состояния субъекта деятельности (гармонизация эмоционального состояния, настрой на выполнение предстоящей деятельности) и используемых им действий и операций (подход к выполнению деятельности).

Необходимость внесения корректив в процесс осуществления деятельности обусловлена тем, что созданный человеком в сознании примерный план выполнения действий является идеальным продуктом, построенным на основе ограниченного круга знаний об условиях, в которых будет действовать человек. Представления человека не всегда соответствуют действительности, но знакомство с ними и вынужденная потребность в собственном изменении вследствие влияния окружающего мира в конкретный момент способствует его росту и саморазвитию.

В действии саморегуляции непосредственное участие принимают сформированные у человека в течение жизни представления о том, как должны строиться действия в той или иной ситуации и поведение в целом, убеждения, ценности, личностные смыслы и накопленный им объем знаний об окружающем мире и существующих взаимосвязях в нем.

Отсчет в работе целостной системы саморегуляции начинается с постановки человеком цели, достижение которой необходимо ему на данный момент. Однако человек может ставить цели, различающиеся для него по степени значимости и срокам, в течение которых к ним нужно приблизиться. Так, цели могут быть поставлены максимально конкретно и точно, отнесены к текущему моменту и определены по принципу «здесь и теперь». Как правило, такие цели требуют собственного осуществления в настоящее время или в ближайшем будущем. В то же время каждый человек имеет определенные представления о том, как бы он хотел прожить отведенную ему жизнь, и чего бы он желал достичь по мере ее протекания. Он выстраивает собственную жизнь в соответствии со своими убеждениями и ценностями, со своими взглядами на жизнь. В рамках собственного мировоззрения он определяет, чего бы он хотел достичь, и как он примерно будет приближаться к осуществлению задуманного. Подобного рода планы или убеждения также можно назвать целями, над реализацией которых в своей жизни работает человек. Однако они имеют менее конкретный характер, сформулированы в общих чертах и более растянуты в осуществлении по времени, они как бы пронизывают жизнь человека, начиная с некоторого отрезка времени и заканчивая моментом ее достижения. Но в тот момент, когда преследуемая цель уже достигнута, она может изменить свой статус и выступить теперь в роли убеждения, которое определяет поведение человека и характер предпринимаемых им действий.

Необходимо отметить, что система жизненных принципов и убеждений человека принимает непосредственное участие в саморегуляции. Это связано с тем, что за каждым жизненным принципом стоит представление о модели поведения, которая должна быть продемонстрирована в случае опоры на данное положение.

Как правило, человек, благодаря собственной активности, знакомится с разными вариантами построения поведения, и, основываясь на собственных ощущениях и реакции окружающих на его действия, делает вывод о том, какой из вариантов подходит ему в большей степени, и каким убеждениям он будет следовать в той или иной ситуации и в жизни в целом. При этом выбранные им жизненные ориентиры должны находиться в согласии с системой общественных норм и принципов, однако последние выступают базисом для построения мировоззрения человека. Итак, человек организует свое поведение необходимым образом при осуществлении деятельности, спланированной и организованной им для достижения некоторой цели, при столкновении с трудностями в процессе выполнения конкретных действий, при общении с другими людьми и согласовании собственного поведения с общественными требованиями. 
     Саморегуляция играет важную роль в жизни человека. Ученые отмечают, что данная особенность является системообразующим качеством личности, образует своеобразный стержень личности человека. Это обусловлено тем, что она очень тесно связана с процессом подготовки и выполнения деятельности.

Действительно, если человек не в состоянии спланировать и осуществить необходимые действия для достижения поставленной им же цели, то можно предположить, что он в принципе не способен на какие-либо свершения в собственной жизни. Саморегуляция выступает такой особенностью личности человека, которую не замечают до тех пор, пока она существует, но отмечено, что при недостаточном ее развитии у человека возникают серьезные проблемы.

На овладение человеком собственным поведением и постепенное приобретение им возможности для управления собственным потенциалом значительное влияние оказывают как биологический фактор (наследственно обусловленные заболевания, генетически определенный тип нервной системы и др.), так и социальный (особенности семейного воспитания, опыт, приобретенный в процессе обучения в школе и общении со сверстниками и др.). Однако влияние наследственности и среды не сравнится с потенциалом, который открывает перед человеком приобретение опыта в плане организации собственного поведения и деятельности необходимым образом. В этом случае важно указать на тот факт, что полученные человеком данные о том, как лучше организовать поведение и деятельность, должны быть переосмыслены и обдуманны им, поскольку в противном случае он может повторить ошибки, которые отмечались у него ранее. Ориентация на приобретенные знания и на информацию о том, как был организован процесс в прошлом, и к каким результатам и почему он привел, может помочь человеку достигнуть лучшего в данный момент. При осуществлении саморегулирующих воздействий человек может использовать разные средства и приемы. К числу таковых ученые относят самовнушение, самоубеждение, самоприказ, самопринуждение и др. В последнее время достаточно часто среди средств и приемов, с помощью которых оказать влияние на собственное поведение и деятельность, упоминают самоограничение. 

2. ПОНЯТИЕ «САМОРЕГУЛЯЦИЯ»: ТЕРМИНОЛОГИЯ И ОСНОВНЫЕ ПОДХОДЫ

В глобализирующемся мире усиливается взаимопроникновение этнических, социокультурных, идеологических, экономических, экологических и политических факторов, что вызывает обострение проблем саморегуляции. Поэтому актуальность кросс-культурного исследования не вызывает сомнения. Психологическая сущность и природа саморегуляции личности изучена далеко недостаточно, хотя, как известно, многие крупнейшие зарубежные и отечественные исследователи занимались и продолжают работать над различными аспектами и составляющими рассматриваемого феномена и социального конструкта. Принципиальным для отечественной науки является подход к саморегуляции личности не как к некоему абстрактному явлению, не как только биологическому образованию, а как к социальному ноумену и психологическому явлению [12]. Саморегуляция (от лат. regulare — приводить в порядок, налаживать) относится к фундаментальным понятиям, поэтому является предметом исследования многих отраслей человеческого знания. Задача настоящей статьи ограничена анализом основных аспектов исследования саморегуляции, которые акцентируются в ее теоретических трактовках. Конструктивное решение этой задачи предполагает междисциплинарный анализ развития проблематики саморегуляции. Итогом же теоретического обобщения проанализированных проблем и направлений их исследования должно стать определение ключевых представлений о сущности саморегуляции как особой психологической реальности. Указанная логика решения задачи данной статьи и определяет ее структуру.

В онтологии саморегуляция личности осмысливается в рамках опережающего отражения. Поскольку высшим регулятором и организатором деятельности человека выступает сознательное отражение в форме воли, то реализация планов и программ обусловлена произвольными действиями. Психика человека (мир внутри нас) не только отражает то, что окружает человека, но и создает новую картину своего окружения — модель потребного будущего [6]. 

В биологии саморегуляция рассматривается как свойство систем разных уровней, во-первых, сохранять внутреннюю стабильность благодаря их скоординированным реакциям, компенсирующим влияние изменяющихся условий окружающей среды, во-вторых, обеспечивать установление и поддержание согласованности как между элементами в их совместной деятельности по осуществлению целостного поведения, так и между системой в целом и внешней средой. В процессуальном отношении саморегуляция представляет целесообразное функционирование живых систем разных уровней организации и сложности. Биологическая обратная связь, как важнейшее звено функциональных систем всех уровней организации, выступает важнейшим механизмом саморегуляции поведения и деятельности животных и человека. 

П.К. Анохин предложил сложную схему рефлекторного кольца, объясняющую саморегулирующийся характер поведения [1]. Функциональная система обладает способностью к саморегуляции, которая присуща ей как целому, при ее возможном дефекте происходит быстрая перестройка составляющих ее компонентов так, чтобы необходимый результат, пусть даже менее эффективно (как по времени, так и по энергетическим затратам), но все же был бы достигнут. Она поддерживает свое единство на основе циркуляции информации от периферии к центрам и от центров к периферии. Важным дополнением к традиционным представлениям о деятельности мозга явилось положение о роли обратной афферентации, что предвосхитило те идеи саморегуляции, которые были значительно позднее внесены кибернетикой. 

С идеей функциональных систем непосредственно связан и принцип саморегуляции физиологических процессов, сформулированный в отечественной физиологии  H.A. Бернштейном [2]. Активирующая ретикулярная формация составляет важную часть механизма саморегуляции центральных нервных структур, поддерживающего бодрствование и внимание. Опираясь на идеи И.М. Сеченова о том, что у человека «чувствование превращается в повод и цель, а движение — в действие», и положения современной психологии о сложной структуре психической деятельности человека, о той роли, какую в формировании целей играет речь, Н.А. Бернштейн сформулировал основные принципы физиологии активности. Слово, являясь слепком с внешней действительности, сформированным в процессе предметной, трудовой деятельности человека, оказывается и основным орудием, с помощью которого создается модель потребного будущего. Эта модель сличается затем человеческим мозгом с картиной наличной ситуации, и именно различие между моделью будущего и реальной ситуацией и образует движущую силу, определяющую дальнейшее построение целесообразного произвольного действия. По мнению Н.А. Бернштейна, этот механизм является решающим звеном в формировании саморегулирующейся системы поведения. 

Обобщая номологические утверждения междисциплинарного характера, рассмотрим базовые направления в исследовании психологии саморегуляции (Selfregulation). В рамках структурно-функционального подхода О.А. Конопкина [5] и концепции индивидуального стиля В.И. Моросановой [7] осознанная саморегуляция понимается как система необходимых для регуляции любой деятельности структурно-функциональных и содержательных психологических характеристик. Следует согласиться с мнением О.А. Конопкина о том, что наиболее продуктивный путь изучения закономерностей процессов саморегуляции состоит в реализации системного подхода, который дает возможность максимально избежать как кибернетического редукционизма, приводящего к психологической бессодержательности или упрощенчеству, так и психологической калейдоскопичности, которая выражается во внесистемном изучении отдельных психических феноменов и факторов, детерминирующих осуществление деятельности, и фактически реализует линейно-причинные (не имеющие места в действительности) схемы, снимающие вопрос о системном строении процессов психической регуляции. 

Саморегуляция активности человека рассматривается как система, обладающая определенными системными качествами (целостность, структурность, иерархичность, взаимосвязанность со средой), как специфическая форма активности человека, которая отражает влияние сложившихся личностных структур разного уровня индивидуальности на особенности целенаправленной активности. 

С позиции системного подхода, уровень сформированности осознанной саморегуляции должен определяться целостностью системы саморегуляции. Категория целостности определяет полноту охвата объекта исследования и степень его организованности (упорядоченности). Саморегуляция рассматривается как системно-организованный процесс, имеющий закономерную внутреннюю структуру. Наличие полноценной функциональной структуры саморегуляции и высокий уровень сформированности каждого функционального компонента определяют эффективное саморегулирование. Психическая саморегуляция как собственно регуляторный процесс представляет преодоление субъектом информационной неопределенности. O.A. Конопкин, высоко оценивая роль психической саморегуляции человеком своей деятельности, отмечает, что она «является высшим уровнем регуляции поведенческой активности биологических систем, отражающих качественную специфику реализующих ее психических средств отражения и моделирования действительности и самого себя, своей активности и деятельности, поступков, их оснований». 

O.A. Конопкиным выделены регуляторные функции (планирование, программирование, контроль), психические средства осуществления регуляторных функций (умственные умения и операции), специфический источник информации, используемый при реализации какой-либо регуляторной функции (образ Я, самооценка), условия, активирующие и поддерживающие процесс саморегуляции (мотивационные, эмоциональные феномены идр.). 

Осознанная саморегуляция, по O.A. Конопкину, представляет системно-организованный процесс внутренней психической активности человека по инициации, построению, поддержанию и управлению разными видами и формами произвольной активности, непосредственно реализующей достижение принимаемых человеком целей. 

Ключевым понятием индивидуально-стилевого подхода является стиль саморегуляции. Индивидуальный стиль активности и индивидуальный стиль саморегуляции этой активности — это взаимосвязанные стороны реализации психической активности. По мнению В.И. Моросановой, предметом психологии саморегуляции являются интегративные психические процессы и явления, которые обеспечивают самоорганизацию различных видов психической активности человека, целостность его индивидуальности и личности. Стиль саморегуляции характеризуется индивидуальными особенностями протекания регуляторных процессов планирования, программирования, моделирования, оценивания результатов своей деятельности. Индивидуальные различия в сформированности различных звеньев саморегуляции отражены в когнитивных стилях, в частности, могут существовать связи импульсивности и поленезависимос-ти с различными звеньями контура саморегуляции (O.A. Конопкин, В.И. Моросано-ва, Т.Ю. Смирнова, М.Л. Холодная, И.П. Шкуратова). 

Согласно концепции регуляции состояний А.О. Прохорова, становление способов саморегуляции происходит в ходе онтогенеза, поэтому социальная среда, в частности, национальные, культуральные и др. её особенности, влияют на специфику средств и способов саморегуляции психических состояний. Саморегуляция рассматривается как возможность актуализации внутренних резервов человека. Основными компонентами концепции регуляции состояний являются осознанный образ желаемого состояния, актуализация соответствующей мотивации, рефлексия переживаемого состояния, использование психорегулирующих средств. А.О. Прохоров [11] выделяет особенности возрастных и гендерных способов саморегуляции в когнитивной оценке ситуации, уровне эмоциональной регуляции, в ориентации на действие или состояние. 

С позиции системно-деятельностной концепции психической саморегуляции психофизиологического состояния психическая саморегуляция представлена и как психическая деятельность, и как психологическая система. Л.Г. Дикая [10] рассматривает особенности становления психической саморегуляции как целостной системы взаимодействия профессиональной деятельности, экстремальных условий, личности. Это и системное свойство личности, и самостоятельный вид деятельности субъекта. Основными составляющими системно-деятельностной концепции психической саморегуляции функциональных состояний являются иерархическая структура саморегуляции субъекта, межсистемное взаимодействие механизмов произвольной и непроизвольной саморегуляции психических состояний, целенаправленная активность и личностные уровни организации субъекта деятельности. В триаде «деятельность — состояние — личность» реализован личностный принцип, поэтому системообразующим детерминантом выступает личностный уровень. Функциональное состояние выступает как результат межсистемного взаимодействия в рассматриваемой триаде. Эффективность саморегуляции функциональных состояний как деятельности обусловлена уровнем межсистемного взаимодействия компонентов интегративной системы. Степень доминирования волевой, эмоциональной, непроизвольной и произвольной психофизиологической, личностной форм саморегуляции зависит от индивидуального стиля саморегуляции функциональных состояний. 

Л.П. Басов, В.А. Иванников, Т.П. Шульга, A.B. Быков, Т. Куль исследуют личностную саморегуляцию в контексте волевого овладения личностью своим поведением. В.А. Иванников подчеркивает, что роль личности в волевой регуляции проявляется в способности к смыслообразованию при недостатке мотивации для осуществления или прекращения действия. Преодоление трудностей в деятельности опосредуется волевыми качествами личности. 

Используя субъектно-деятельностный и системный подходы, Е.А. Сергиенко исследует контроль поведения как единую систему, включающую три субсистемы регуляции (когнитивный контроль, эмоциональную регуляцию, волевой контроль, или контроль действий), которые основаны на ресурсах индивидуальности и интегрируются, создавая индивидуальный паттерн саморегуляции. Когнитивный контроль предполагает сосредоточение на задаче и удержание ее в фокусе внимания, целе-полагания; построение плана действия и действие в соответствии с планом, а также сличение полученного результата с исходным представлением о нем, поэтому Е.А. Сергиенко относит когнитивный контроль к процессам решения когнитивных задач. Контроль действия означает становление уровня произвольности, который составляет континуум от непроизвольности — к произвольности — до волевых действий. Е.А. Сергиенко оперирует терминами «контроль поведения», «регуляция», «саморегуляция». Термин «саморегуляция» означает уровень осознанной, произвольной регуляции собственного поведения, который опирается на предшествующие более низкие уровни. Ресурсами саморегуляции служат интеллектуальный потенциал, эмоциональность, способность к произвольной организации действий и волевых усилий, предполагающих организацию исполнительного компонента, гибкость реализации действий в зависимости от изменяющихся условий задачи, анализа результата исполнения. 

Термин «регуляция» носит универсальный характер, поскольку применяется при обозначении явлений биологического, технического характера. В связи с чем, подчеркивает Е.А. Сергиенко, термин «контроль поведения» указывает на именно психологический уровень в организации регуляции. Однако Г.С. Никифоров рассматривает самоконтроль человека как один из компонентов процессов саморегулирования, как сознательного воздействия человека на собственную сферу психических явлений (процессы, состояния, свойства) с целью поддержания или изменения характера их протекания. 

В акмеологии саморегуляция рассматривается как индивидуальный способ координации психических процессов, состояний, свойств ит. д., компенсации дефицитарных и оптимизации потенциальных качеств, свойств и возможностей, поскольку согласует темпы, ритмы и направленность психических процессов с событиями, условиями и требованиями деятельности во времени и пространстве последней. В функциональном плане саморегуляция служит для поддержания устойчивости психики как целостной системы по отношению к деструктивным внешним воздействиям, а также с целью подчинения содержания и структуры деятельности принятым личностью целям. Ведущими параметрами саморегуляции могут быть как психодинамические (эмоциональная устойчивость, противодействие стрессовым воздействиям), так и содержательно-смысловые (противодействие ситуативным средовым влияниям или импульсивным влечениям, способность отстаивать свои убеждения ит. д.), волевые и другие характеристики. 

Важным для дальнейшего анализа является уточнение сущности саморегуляции с учетом восточной перспективы. Согласно восточной традиции, трансценденция проблем, отстранение от эгоконфликтов, понимание человеческого опыта осуществляются на экзистенциальном уровне. Восточное мировоззрение, акцентируя внимание на личном, эмпирическом пути к знанию, характеризуется динамизмом и органической целостностью. Так, в восточной психологии саморегуляция осмысливается как результат созерцательно-медиативной практики [12]. Вместе с тем, существует позиция, в соответствии с которой саморегуляция рассматривается как базовый компонент темперамента (Ян Бинь). В концепции Р. Хонга, М. Тана, В. Чанга саморегулирование понимается как сравнение альтернатив желаемых итоговых состояний и выбор средств их достижения. Оптимальное саморегулирование достигается за счет высокого уровня динамического и оценочного способов саморегуляции, которые, по определению, относительно независимы друг от друга. Способность человека начинать и поддерживать любую целенаправленную деятельность, активно переходя от одного состояния процесса к другому, часто преодолевая возможные отвлечения и трудности в процессе, является динамическим способом саморегуляции. Сравнение относительного качества существующего состояния (цели или средства) с возможными другими осуществляется оценочным способом. 

Интерес представляет исследование способов саморегуляции в рамках самоуважения, субъективного благополучия и депрессии. Высокая оценочная саморегуляция и недостаточно развитая динамическая регуляция коррелируют с депрессивными состояниями, поскольку критическая самооценка усиливает внимание к собственным дефицитам, что препятствует осуществлению действий по преодолению ситуации. Индивиды с высоким развитием обеих способностей не удовлетворены собой, поскольку после достижения цели в состоянии критически оценивать, достигли ли они действительно необходимых целей оптимальными средствами. 

Таким образом, понятие «саморегуляция» имеет междисциплинарный характер и является одним из ключевых как в психологии, так и во многих других дисциплинах, в частности, в философии, общей теории систем, биологии и др. Саморегуляция представляет сложный, многоаспектный феномен, имеющий закономерное строение. Думается, что культуральный аспект с привлечением учений Востока позволит выделить ряд новых представлений в психологии саморегуляции. 

3. Биологические и физиологические (психофизиологические) концепции регуляции жизнедеятельности

Становление человека как вида Homosapience связано, прежде всего, с тем, что в процессе совместного труда он превращается в человека общественного. Человек вступает в новые многочисленные отношения, которые с развитием общества становятся все более регламентированными. Таким образом, совокупность людей образуют надындивидуальную структуру, которая предъявляет к отдельному человеку отдельные требования к его поведению, деятельности и, в конечном счете, к его психике. Данные нормативные требования подкрепляются определенной системой «поощрений-наказаний», которые и вынуждают человека следовать им. Жизнь человека, таким образом, начинает нуждаться в регуляции.

Естественно, встает вопрос о сфере и возможностях регуляции поведения, психики, всей жизнедеятельности человека в целом. По этому поводу М.Я.Басов писал: «Какая деятельность человека нуждается в регуляции и подлежит ей? На этот вопрос не может быть двух ответов: конечно, всякая. Какой бы формы процесс поведения мы не взяли, он должен быть рассмотрен с точки зрения механизмов его регуляции. Будет ли то внешняя,

чисто двигательная реакция или процесс восприятия каких-либо внешних впечатлений, или воспроизведение явлений из глубины прошлого опыта, или, наконец, это будет сложный мыслительный процесс — все равно, каждый из процессов этого рода в своем течении должен быть как-то регулируемым» [Цит. по 109, с. 19].

Способы регуляции на заре человеческой цивилизации формировались, в основном, «стихийно», т.е. их появление диктовалось определенной необходимостью, связанной, прежде всего, с безопасностью, питанием и др. витальными потребностями. Однако с ростом общественного и индивидуального сознания, с возникновением «духовных» потребностей у человека появилась необходимость и в «искусственной» регуляции, история которой уходит своими корнями в глубокую древность. Причем, что удивительно (а может быть и, наоборот, не удивительно) шаманизм — один из первых «искусственных» способов регуляции, связанный с использованием измененных состояний сознания, — насчитывает, согласно археологическим исследованиям наскальных рисунков и мест древних захоронений, около 40 000 лет. Системы медитации, хатха-, лайя-, раджа-йоги сформировались не позднее 10 тыс.лет до н.э. [75].

Сознательное воздействие на человека без знания причин, механизмов и факторов, определяющих его психическую деятельность, будет по меньшей мере крайне неэффективным. В то же время рассмотрение проблемы регуляции психической деятельности будет недостаточно без анализа других, прежде всего, биологических (физиологических) концепций регуляции.

Говоря о биологической регуляции, прежде всего, подразумевается нейрогуморальная регуляция психической деятельности. Биологическое регулирование психической деятельности возможно, поскольку сама психика является функцией центральной нервной системы [11; 147; 172]. Таким образом, естественно, что при изменении состояния головного мозга, а также химического состава крови изменяется психическая деятельность человека.

Громадный вклад в исследование проблемы биорегулирования внес Б.Г.Ананьев. Он считал, что любая биологическая система, в том числе головной мозг человека, представляет собой сложную организацию контуров регулирования с множественной цепью звеньев, включающих объекты регулирования, измерительные и исполнительные устройства, механизмы обратной связи, обеспечивающие постоянство регулируемой величины.

Дублирование контуров регулирования в одной биологической системе — явление, в высшей степени характерное именно для мозговой деятельности. «Ступенчатость» механизмов регулирования следует понимать и в этом смысле, поскольку дублирование контуров регулирования происходит на различных уровнях центральной нервной системы, особенно на уровне мозгового ствола с его ретикулярной формацией, субкортикальных и кортикальных аппаратов. Поэтому не случайно в теории биорегулирования важнейшее значение приобрела идея «многоэтажной иерархической системы» [11, с. 189]. Эта идея имеет параллель с концепцией физиологии активности Н.А.Бернштейна [17].

Н.А.Бернштейн выделил пять уровней построения движения.

Уровень А — самый низкий и филогенетически самый древний. У человека он не имеет самостоятельного значения, зато заведует очень важным аспектом любого движения — тонусом мышц. Он участвует в организации любого движения совместно с другими уровнями.

На этот уровень поступают сигналы от мышечных проприо-рецепторов, которые сообщают о степени напряжения мышц, а также от органов равновесия.

Уровень В. Н.А.Бернштейн назвал его уровнем синергии. На этом уровне перерабатываются в основном сигналы от мышеч-но-суставных рецепторов, которые сообщают о взаимном положении и движении частей тела.

Уровень С. Н.А.Бернштейн называет его уровнем пространственного поля. На него поступают сигналы от зрения, слуха, осязания, т.е. вся информация о внешнем пространстве. На нем строятся движения, приспособленные к пространственным свойствам объектов — к их форме, положению, длине, весу и т.п.

Уровень D назван уровнем предметных действий. Это корковый уровень, который заведует организацией действий с предметами.

Уровень Е. Это уровень интеллектуальных двигательных актов, в первую очередь речевых движений, движений письма, а также движения символической, или кодированной, речи — жестов глухонемых, азбуки Морзе и др. Движения этого уровня определяются не предметным, а отвлеченным, вербальным смыслом.

Также Н.А.Бернштейн разработал схему рефлекторного кольца, в котором имеются моторные «выходы» (эффектор), сенсорные «входы» (рецептор), рабочая точка или объект, а также несколько центральных блоков — блок перешифровок, программа, задающий прибор и прибор сличения (Рис.1).

Рис. 1. Схема рефлекторного кольца Н.А.Бернштейна.

Кольцо функционирует следующим образом. В программе записаны последовательные этапы сложного движения. В каждый данный момент отрабатывается какой-то ее частный этап, или элемент, и соответствующая частная программа спускается в задающий прибор.

Из задающего прибора сигналы поступают на прибор сличения; Н.А.Бернштейн обозначает их двумя латинскими буквами SW(от немецкогоSoilWert, что означает «то, что должно быть»). На тот же блок от рецептора приходят сигналы обратной связи, сообщающие о состоянии рабочей точки; они обозначеныIW(от немецкого 1stWert, что означает «то, что есть»). В приборе сличения эти сигналы сравниваются, и на выходе из него получаютсяAW, т.е. сигналы рассогласования между требуемым и фактическим положением вещей. Они попадают на блок перешифровки, откуда выходят сигналы коррекции; через промежуточные центральные инстанции (регулятор) они попадают на эффектор.

Представление о рефлекторном кольце легло в основу формирования функциональной системы (по П.К.Анохину). П.К.Анохин [13; 14] предложил модель организации и регуляции поведенческого акта, в которой есть место для всех основных психических процессов и состояний, которая получила название функциональной системы (Рис.2).

Слева на этой схеме под названием «обстановочная аффе-рентация» представлена совокупность разнообразных воздействий, которым подвергается человек, оказавшийся в той или

Рис.2. Схема функциональной системы (по П.К.Анохину), дополненная психическими процессами.

иной ситуации. Многие связанные с ней стимулы могут оказаться несущественными, и только некоторые из них, вероятно, вызовут интерес — ориентировочную реакцию. Эти факторы на схеме изображены под названием «пусковой стимул».

Прежде чем вызвать поведенческую активность, обстановочная и пусковая афферентация должны быть восприняты, т.е. субъективно отражены человеком в виде ощущений и восприятий, взаимодействие которых с прошлым опытом (памятью) порождают образ. Сформировавшись, образ сам по себе поведения не вызывает. Он обязательно должен быть соотнесен с мотивацией и той информацией, которая хранится в памяти.

Сравнение образа с памятью и мотивацией через сознание приводит к принятию решения, возникновению в сознании человека плана и программы поведения: нескольких возможных вариантов действий, которые в данной обстановке и при наличии заданного пускового стимула могут привести к удовлетворению имеющейся потребности.

В ЦНС ожидаемый итог действий представлен в виде своеобразной нервной модели — «акцептора результата действия». Когда он задан и известна программа действия, начинается процесс осуществления действия.

С самого начала выполнения действия в его регуляцию иключается воля, и информация о действии через обратную афферентацию передается в ЦНС, сличается там с акцептором действия, порождая определенные эмоции. Туда же через некоторое время попадают и сведения о параметрах результата уже выполненного действия. Основное правило саморегуляции, сформулированное П.К.Анохиным, заключается в запуске системы корректировочных действий при выработке акцептором результата действия сигнала рассогласования между тем, что должно быть и тем, что получилось.

Если параметры выполненного действия не соответствуют акцептору действия (поставленной цели), то возникает отрицательное эмоциональное состояние, создающее дополнительную мотивацию к продолжению действия, его повторению по скорректированной программе до тех пор, пока полученный результат не совпадет с поставленной целью (акцептором действия). Если же это совпадение произошло с первой попытки выполнения действия, то возникает положительная эмоция, прекращающая его.

Бессознательная (непроизвольная) регуляция. Они представлены как типы саморегуляции по классификации [44]. А. Крауклис [81] установил, что любая ответная реакция включает в себя первичные и вторичные приспособительные эффекты. Первичные представляют собой непосредственный ответ на конкретное воздействие, вторичные же вызывают неспецифическую реакцию — изменение общего уровня бодрствования организма и являются основными механизмами, обеспечивающими условно-рефлекторную саморегуляцию уровня общей активности бодрствующего организма.

Первый тип — отреагирование избыточной активности и нервной импульсации мозга на периферию нервной системы, пронизывающую мышечную ткань. Как отмечает Л.П.Гримак, при сильном и внезапном воздействии в головном мозгу развивается настолько высокая активность, что она не может быть срочно уравновешена в собственных системах мозга, и потому большая часть ее переключается на внешние двигательные и речевые реакции. Возбужденный человек не может найти себе место, судорожно и хаотично двигается, изливает душу первому встречному. Оскорбленный в ярости кричит, крушит все и вся на своем пути. Некоторые люди спонтанно, не ведая собственно о механизме отреагирования, снимают возбуждение через тяжелую работу, например, колют дрова, выбивают ковры.

Иногда человек, в силу обстоятельств или же имея строгие правила поведения, вынужден тормозить двигательные и речевые движения, оставаться внешне спокойным, сдерживать крик и т.д. В этом случае избыток нервной импульсации из головного мозга направляется к внутренним органам, выдавая их сильное напряжение: резко повышается давление, учащается сердцебиение и дыхание. Центробежное отреагирование на внутренние органы сильнее «бьет» по слабым органам и системам, а они могут не выдержать.

Второй тип саморегуляции реализуется с привлечением дополнительного притока в мозг нервной импульсации. Сюда можно отнести такие распространенные средства тонизирования, как физическая нагрузка, воздействие на органы чувств, рецепторы кожи (музыка, холодный душ, массаж и т. п.). Таким образом, если в первом случае саморегуляции имеет место отвод избыточной нервной энергии от мозга, то во втором специально продуцируется дополнительная нервная импульсация, необходимая для тонизирования мозга.

Наконец, третий тип саморегуляции характеризуется использованием условных (привычных) сигналов, сочетавшихся ранее с определенным уровнем бодрствования и потому вызывающих его привычным образом. Так, высокая продуктивность работы связывается с дружественной обстановкой в коллективе и т. п. Все три типа саморегуляции высшей нервной деятельности (ВНД) взаимосвязаны и взаимообусловлены, вызывают, поддерживают или ослабляют друг друга.

Установлено также, что высокий уровень бодрствования мозга обеспечивает большую полноту анализа и синтеза воспринимаемой информации, лучшее использование накопленного опыта, а значит, и формирует более точные ответные реакции. В этих условиях текущая деятельность организма наиболее полно соответствует не только наличной ситуации, но и ее вероятным изменениям в ближайшем будущем. Следовательно, если человек может мобилизовать свои волевые усилия при встрече с трудностями и преодолевает их, имеются основания говорить о высоком уровне саморегуляции его ВНД. Наоборот, неспособность справиться с трудностями свидетельствует о низком уровне саморегуляции психики. Таким образом, задача саморегуляции состоит в том, чтобы обеспечивать адекватность и экономичность поведенческих реакций, т.е. высокую приспособительную эффективность психической деятельности в целом.

Четвертый тип регуляции имеет место тогда, когда не «срабатывают» первые три или они недостаточны. Происходит это в так называемых кризисных ситуациях (мощных стрессах, фрустрациях, конфликтах и др.), при крайних вариантах реализации внутренних необходимостей своей жизни (мотивов, стремлений, ценностей). Атрибутом кризисных ситуаций является переживание мощного психологического дискомфорта, сильных отрицательных эмоциональных состояний. Пути решения кризисных ситуаций зависят от индивидуального опыта их решения. Это может быть обесценивание ситуации, вытеснение неприятных переживаний с установкой «Ничего страшного не случилось», это и стоическая терпеливость: «После черной полосы придет «белая», поиск каких-либо положительных моментов в ситуации: «Хорошо, что это случилось сейчас, а не вчера», это и поиск новых ориентиров, ценностей, возможностей и др.

4. Психология саморегуляции психических состояний

При взаимодействии с окружающим миром человек непрерывно сталкивается с ситуацией выбора различных способов реализации своей активности в зависимости от поставленных целей, индивидуальных особенностей и условий окружающей его действительности, особенностей взаимодействующих с ним людей. В ситуации выбора уменьшение неопределенности возможно лишь средствами регуляции, а в случае психологической регуляции — средствами саморегуляции в том смысле, что человек сам исследует ситуацию, программирует свою активность, контролирует и корректирует результаты.

«Регулировать», согласно определению, данному в «Словаре русского языка» [157] означает: «1) подчинять определенному порядку, правилам, упорядочивать; 2) воздействовать на работу механизма и его частей, добиваться нужного протекания какого-либо процесса» (с.695). Эти определения отражают разные стороны психической саморегуляции.

Поиск оптимального решения происходит путем самоуправления и саморегуляции. Эти два понятия не идентичны. Самоуправление связано с постановкой целей самим субъектом деятельности и общения, с предвидением отдаленных результатов. Что касается саморегуляции, то как пишет Г.С. Никифоров [1986] прибавление местоименного прилагательного «само» к тому или иному существительному, имеет вполне определенное словообразовательное значение, смысл которого заключается в обозначении направленности действия на того, кто его производит. Объектом регуляции для человека в данном случае являются его

собственные поступки и действия, присущие ему психические явления (процессы, состояния, свойства). Именно в последнем случае, когда человек регулирует собственную психическую сферу, мы имеем дело с психической регуляцией.

Саморегуляция имеет две формы — произвольную и непроизвольную. Произвольная саморегуляция (осознанная) связана с целевой деятельностью, тогда как непроизвольная (неосознанная) связана с жизнеобеспечением, не имеет целей и осуществляется в организме на основе эволюционно сложившихся норм. Вместе с тем, самоуправление и саморегуляция имеют сходство: все они направлены на достижение оптимального уровня жизнедеятельности субъекта. Достижение оптимального уровня функционирования субъекта является целью, а самоуправление и произвольная саморегуляция — механизмами реализации этой цели, благодаря которой и происходят закономерные изменения элементов всей системы психических явлений.

Рассматривая состав и функцию саморегуляции, мы тем самым затрагиваем вопрос о его механизме. По мнению Е.И. Бойко [24], термин «психологический механизм» всегда предполагает соотнесение его с тем или иным процессом и неразрывную связь с материальным субстратом. Вскрыть механизм чего-либо — это, значит, проникнуть в его внутреннее устройство (строение), уяснить взаимосвязь и взаимозависимость частей и элементов целого и объяснить сущность предмета (процесса), его необходимый закономерный ход и его неизбежное возникновение в тех или иных условиях. Вполне понятно, что саморегуляция не может осуществляться без наличия того, что собственно регулируется, проверяется. С другой стороны, в саморегуляции ее составляющие должны соответствовать эталону. Контролируемая и эталонная составляющие, процесс сличения и оценки степени их совпадения формируют информационное содержание механизма саморегуляции. Каналы прямой и обратной связи, мозговое представительство операции сличения являются структурными компонентами механизма саморегуляции.

Механизмы саморегуляции имеют место уже на клеточном уровне организации жизнедеятельности человека. В основе единства и целостности организма человека как биологической системы лежат два взаимосвязанных вида саморегуляции: гуморальная или химическая, и нервная. Через их взаимодействие осуществляется саморегуляция физиологических функций по гомеостатическому принципу, состоящему в поддержании в требуемых пределах сложившихся в процессе эволюции биологических констант или эталонов организма. В качестве примера таких констант можно назвать уровень концентрации сахара в крови, содержание в ней углекислого газа и кислорода, температуру тела, уровень артериального давления и др. Саморегуляция по гомеостатическму принципу заключается в том, что та или иная контролируемая составляющая непрерывно сличается в механизме саморегуляции с соответствующим биологическим эталоном, и если в результате сличения вырабатывается сигнал рассогласования, то это является толчком к восстановлению нарушенного равновесия.

Саморегуляция пронизывает все психические явления, присущие человеку — саморегуляция отдельных психических процессов: ощущения, восприятия, мышления и др.; саморегуляция собственного состояния, или умение управлять собой, ставшее свойством человека, чертой его характера в результате воспитания и самовоспитания, включая саморегуляцию социального поведения субъекта [176]. Одной из особенностей саморегуляции является ее уровневость, связанная с уровневостью психического отражения. По мнению К.А.Абульхановой-Славской [2] может быть выделена ступенчатость психической регуляции: регуляция психических процессов; действий с помощью этих психических процессов; обстоятельств жизни посредством этих действий; управление собой в процессе изменения этих обстоятельств.

В деятельности, как в фокусе, пересекаются все психические явления, и наиболее полно обнаруживает свое присутствие в ней саморегуляция. Мотив понимается как побуждение к деятельности, связанное с удовлетворением определенных потребностей, целей, намерений. Отличительной особенностью человеческой деятельности является ее целенаправленный характер. Функция саморегуляции в сознании человека настолько важна, что в нормальных условиях мы не можем себе представить направленного целевого действия без сознательной регуляции. Любое предметное действие человека состоит из отдельных движений, являющихся способом осуществления действия. Система движений, входящих в то или иное действие, подчинена достижению стоящей перед ним цели. Движения могут регулироваться осознанно и неосознанно. Однако по мере тренировки исполнение движений автоматизируется настолько, что первоначально осознанный характер их регуляции становится неосознанным.

В соответствии с принципом произвольности, как отмечалось нами выше, следует различать произвольный и непроизвольный

виды саморегуляции. Действия называются произвольными, если они доступны самоконтролю. Вытекает неразрывная связь произвольного с сознательным, что было в лаконичной форме отмечено И.М.Сеченовым, который говорил, что произвольное движение всегда сознательно [153]. Позицию, близкую к сказанному, занимает Е.П.Ильин [67], когда затрагивает вопрос о том, какие действия можно отнести к произвольным, а какие к непроизвольным. По мнению автора, произвольные действия характеризуются суммарной деятельностью коры и наличием представления (образа) как регулятора действий. Непременной чертой произвольных действий является их сознательный характер (наличие осознанной цели), в то время как осознанность произвольных действий по ходу их проявления может быть совсем не обязательной. Она появляется обычно на главных этапах осуществления произвольного действия.

5. Саморегуляция деятельности личности

Рассмотрим соотношение психики и личности с точки зрения их функций в регуляции деятельности. Функциональную роль психики в наиболее общем виде можно охарактеризовать как регуляцию жизнедеятельности на основе ориентировки в объективном мире посредством построения субъективных образов действительности. Иными словами, психика как форма отражения соотносится с самой объективной действительностью, данной субъекту в образе. Более конкретно функция познавательных процессов определяется как опознание инвариантов внешнего окружения. Психическая регуляция жизнедеятельности имеет всецело адаптивную направленность; полностью сводясь к приспособлению к окружающему миру, она не порождает необходимости выделения субъектом себя из этого мира. Здесь мы имеем дело лишь с самоорганизацией, присущей всем живым системам и не специфичной для человека.

Овладение человеком своим поведением – это поворот в процессе эволюции человека, на котором свойство самоорганизации живых систем уступает место механизму самоконтроля, что означает возникновение «отношения» к самому себе, становление «самости», субъективности с ее имманентной способностью быть «для себя». Регуляция его жизнедеятельности со стороны объективных отношений, связывающих его с миром, принимает форму саморегуляции, осуществляемой личностью – психологической структурой, в которой в специфической форме представлены и упорядочены эти отношения.

Личностная регуляция жизнедеятельности возникает в процессе антропогенеза, когда сама жизнедеятельность становится предметом отношения со стороны ее носителей. Возникает новая система отношений субъекта – отношения к собственным непосредственным отношениям с миром. В сознании человека отражается не только объективная действительность, но и (в специфической форме) сами отношения, связывающие его с ней. Эти отношения могут быть различной степени осознанности; их репрезентация в сознании образует особый план субъективной реальности, присущий внутренне сложному жизненному миру. Если функцию психики мы охарактеризовали в общих чертах как ориентировку в объективной действительности, в ее инвариантных свойствах, то функцию личности можно охарактеризовать как ориентировку в отношениях, связывающих субъекта с объективной действительностью, и подчинение деятельности иерархии этих отношений. Целостность личности тем самым определяется степенью интегрированности ее отношений с миром.

Таким образом, личность как психологическое образование, как регуляторная система конституируется функциями выделения субъектом себя из окружающего мира, выделения, презентации и структурирования им своих отношений с миром и подчинения своей жизнедеятельности устойчивой структуре этих отношений, в противовес сиюминутным импульсам и внешним стимулам.

Эту систему функций осуществляет главная, конституирующая подструктура личности – ее смысловая сфера. Смысловая сфера личности – это особым образом организованная совокупность смысловых образований (структур) и связей между ними, обеспечивающая смысловую регуляцию целостной жизнедеятельности субъекта во всех ее аспектах. Личность в своей основе представляет собой целостную систему смысловой регуляции жизнедеятельности, реализующую через отдельные смысловые структуры и процессы и их системы логику жизненной необходимости во всех проявлениях человека как субъекта жизнедеятельности.

Чтобы лучше понять соотношение смысловой регуляции с другими системами регуляции жизнедеятельности, надо рассмотреть вопрос: почему люди делают то, что они делают? Это ключевой вопрос психологии личности, поскольку личность вбирает в себя и интегрирует различные механизмы регуляции деятельности и жизни в целом. Возможны по меньшей мере шесть ответов на этот вопрос, которые определяют шесть разных систем отношений человека с миром и, соответственно, шесть разных систем регуляции поведения, жизни человека в мире. Эти системы переплетаются друг с другом, тем не менее их достаточно четко можно логически выделить в чистом виде.

Первый ответ на этот вопрос: «Потому что я хочу». Это логика удовлетворения потребностей. У меня есть желание, влечение, его надо удовлетворить. Второй ответ, вторая логика поведения: «Потому что он первый начал». Это логика реагирования на стимул. Третий ответ: «Потому что я всегда так делаю». Это логика предрасположенности, стереотипа, диспозиции, которая охватывает, пожалуй, большую часть психологии личности. С ней связаны такие понятия, как «характер », «стиль», «установка», «научение». Очень большая часть нашей жизни протекает именно по этой логике. Три названных системы или механизма – общие для человека и животного. Любое животное может себя вести в русле этих трех логик или их констелляции.

Четвертый ответ уже специфичен для человека, но не специфичен для личности: «Потому что все так делают». В.В.Столин ввел в свое время несколько спорное понятие «социальный индивид», которое описывает именно эту логику – логику социальной нормативности, социальных ожиданий, где критерием регуляции выступает соответствие определенным ожиданиям социально значимой группы. Крайним выражением этой логики является тотальный конформизм. Но, разумеется, строя отношения с миром, учитывать в той или иной мере социальные ожидания, интересы социального целого необходимо.

Пятый ответ: «Я это сделал, потому что мне это важно». Эта логика – логика смысла или логика жизненной необходимости, специфичная для личности и конституирующая личность. Можно утверждать, что человек является личностью в той мере, в какой его жизнь определяется именно этой логикой. Первые три системы регуляции деятельности не нуждаются в представлении о мире как о целом. Для того чтобы реагировать на стимул, достаточно стимула. Для того чтобы удовлетворять свои потребности, достаточно потребностей. Чтобы вести себя по стереотипу, Достаточно стереотипа. Детерминанты всех этих форм поведения не выходят за пределы конкретной ситуации. Действуя в рамках этих трех логик, субъект не может сделать что-то, чего нет в ситуации. Логика социальной нормативности расширяет контекст деятельности, учитывая то, чего нет здесь-и-теперь, в данной ситуации, но она все равно не связана с миром как целым, она связана с расширением контекста жизнедеятельности, с включением значимых социальных групп в жизненную структуру этих отношений. Действие же, ориентирующееся на смысл – это действие, которое ориентируется на всю систему отношений с миром в целом. Это поведение, в котором учитывается определенным образом вся система отношений с миром и вся дальняя временная перспектива. Если я ориентируюсь на смысл действия для меня, я не могу сделать что-то, что разрушительно для моей жизни в дальней перспективе. Подобно тому, как по любому маленькому кусочку голограммы можно восстановить целое, в смысле любого конкретного действия отражается весь жизненный мир как целое. Ориентируясь на смысл, человек поднимается над ситуацией.

Наконец, шестой ответ: «А почему бы и нет?». В нем отражается логика свободного выбора. Если первые пять логик поведения (в описательных терминах) или систем регуляции деятельности (в объяснительных конструктах) в той или иной степени присущи всем психически здоровым и полноценным людям, то шестая логика или система присуща не всем людям и отражает меру личностной зрелости как ее основную дифференциально-психологическую характеристику.

Исчерпывают ли шесть описанных логик все возможные регуляторные принципы человеческого поведения? Теоретических оснований настаивать на этом нет.

Рассмотрим теперь взаимоотношения между различными регуляторными системами. Хотя, по всей видимости, за ними лежат различные психологические механизмы, в конкретном поведении они функционируют не порознь, а интегрируются в единых многоуровневых функциональных системах регуляции деятельности и ее отдельных единиц. В принципе можно рассматривать шесть описанных логик как шесть измерений человеческого действия; соответственно, любое действие может быть разложено на шесть векторов, соответствующих этим шести логикам и выступающих как проекции целостного действия на каждое из шести измерений.

Взгляд на личность через призму этих шести измерений составляет основу того, что мы считаем оправданным называть мультирегуляторной моделью личности:

1. логика удовлетворения потребностей
2. логика реагирования на стимул
3. логика предрасположенности
4. логика социальной нормативности
5. логика смысла или логика жизненной необходимости
6. логика свободного выбора

Если посмотреть на личность через призму предлагаемой мультирегуляторнои модели, мы, во-первых, можем констатировать заметные индивидуальные различия в выраженности каждой из шести логик. Есть люди, в большей или меньшей степени влекомые своими актуальными потребностями; более или менее легко реагирующие на внешние стимулы; более или менее механически прикладывающие готовые схемы и стереотипы; более или менее чувствительные к социальным ожиданиям и давлению; более или менее учитывающие (сознательно либо интуитивно) множественные контексты и отдаленные следствия своих действий; более или менее способные (или неспособные вовсе) преодолеть заданные детерминанты своих действий и осуществить свободный поступок.

Во-вторых, достаточно наглядно можно проследить генетическую последовательность становления различных регуляторных систем. Первые три логики начинают развиваться параллельно с момента рождения (если не раньше). Логикам социальной нормативности и жизненной необходимости младенца также начинают обучать на первом году жизни, но реально проявляются в поведении они не ранее 1 года, и лишь после 3 лет занимают более или менее заметное место в спектре логик поведения. Критический период становления логики свободного выбора – подростковый возраст. Сущность подросткового кризиса заключается как раз в конфликте между стремлением к автономии и недостаточным развитием психологических механизмов автономной регуляции поведения. Разрешение этого кризиса – либо формирование этих механизмов, либо отказ от автономии

Эта модель позволяет также дать внятные ответы на вопросы о том, когда рождается личность и возможно ли измерить ее количественно, то есть говорить, у кого «больше личности », а у кого «меньше». Действительно, если принять, что личность конституируется одной из шести логик поведения, а именно логикой жизненной необходимости или смысловой логикой, то удельный вес этой логики в спектре механизмов регуляции поведения и будет служить «количественной мерой личности». Соответственно, можно утверждать, что отдельные проявления личности можно наблюдать примерно с 1 года, а ее устойчивое влияние на поведение (хоть и в конкуренции с другими регуляторными механизмами) – с 3 лет. В горниле подросткового кризиса имеет шанс родиться зрелая, автономная, самодетерминируемая личность, хотя это происходит отнюдь не со всеми.

Функциональными звеньями, реализующими структурно полноценный процесс саморегуляции деятельности, являются:

Принятая субъектом цель деятельности (целеполагание). Это звено выполняет общую системообразующую функцию, весь процесс саморегуляции формируется для достижения принятой цели в том ее виде, как она осознана субъектом.

Субъективная модель значимых условий. Она отражает комплекс тех внешних и внутренних условий активности, учет которых сам субъект считает необходимым для успешной исполнительской деятельности. Такая модель несет функцию источника информации, на основании которой человек осуществляет программирование собственно исполнительских действий. Модель включает, естественно, и информацию о динамике условий в процессе деятельности.

Программа исполнительских действий. Реализуя это звено саморегуляции, субъект осуществляет регуляторную функцию построения, создания конкретной программы исполнительских действий. Такая программа является информационным образованием, определяющим характер, последовательность, способы и другие (в том числе динамические) характеристики действий, направленных на достижение цели в тех условиях, которые выделены самим субъектом в качестве значимых, в качестве основания для принимаемой программы действий.

Система субъективных критериев достижения цели (критериев успешности) является функциональным звеном, специфическим именно для психической регуляции. Оно несет функцию конкретизации и уточнения исходной формы и содержания цели. Общая формулировка (образ) цели очень часто недостаточна для точного, «остро направленного» регулирования, и субъект преодолевает исходную информационную неопределенность цели, формулируя критерии оценки результата, соответствующего своему субъективному пониманию принятой цели.

Контроль и оценка реальных результатов. Это регуляторное звено, несущее функцию оценки текущих и конечных результатов относительно системы принятых субъектом критериев успеха, не требует особых комментариев. Оно обеспечивает информацию о степени соответствия (или рассогласования) между запрограммированным ходом деятельности, ее этапными и конечными результатами и реальным ходом их достижения.

Решения о коррекции системы саморегулирования. Функция этого звена обозначена в его названии. Специфика же реализации этой функции состоит в том, что если конечным (часто видимым) моментом такой коррекции является коррекция собственно исполнительских действий, то первичной причиной этого может служить изменение, внесенное субъектом по ходу деятельности в любое другое звено регуляторного процесса, например, коррекция модели значимых условий, уточнение критериев успешности и др.

Все звенья регуляторного процесса, будучи информационными образованиями, системно взаимосвязаны и получают свою содержательную и функциональную определенность лишь в структуре целостного процесса саморегуляции.

Психическая саморегуляция в качестве собственно регуляторного процесса является преодолением субъектом информационной неопределенности в каждом отдельном звене, при их информационном согласовании. Реализация субъектом регуляторного процесса есть самостоятельное принятие человеком ряда взаимосвязанных решений, осуществление последовательности согласованных между собой выборов как преодоление самых разных сторон (содержание, субъективное значение, личностная ценность и др.) субъективной информационной неопределенности при построении и управлении своею активностью, начиная с принятия цели и кончая оценкой достигнутых результатов. Психологические средства преодоления, снятия субъектом информационной неопределенности весьма разнообразны. Это весь арсенал процессов активного отражения, внутреннего моделирования и преобразования отраженной действительности, целенаправленно используемых субъектом в зависимости от конкретного вида активности и условий ее осуществления. Селекция, оценка используемой для регуляции (в конечном счете - для построения и осуществления активности) информации, презентированной сознанию субъекта в форме психических феноменов (от конкретных чувственных образов до терминальных личностных ценностей), осуществляется субъектом на основе принятых им самим критериев.

Процесс саморегуляции как система функциональных звеньев обеспечивает создание и динамическое существование в сознании субъекта целостной модели его деятельности, предвосхищающей (как до начала действий, как и в ходе их реализации) его исполнительскую активность.

Рассмотренный аспект функциональной структуры процессов саморегуляции является базисным для реализации второго необходимого содержательно-психологического аспекта анализа этих процессов. Содержательно-психологический аспект предполагает анализ информационного обеспечения саморегуляции средствами конкретных психических процессов, явлений, продуктов психической активности и т.д. Лишь реализуя этот аспект, можно представить процесс саморегуляции как живой, пристрастный процесс собственно психической активности субъекта со всеми особенностями его детерминации, содержательным и личностным смыслом целей, отношением человека к способу их достижения, условиями деятельности, палитрой индивидуальных особенностей субъекта и многими другими факторами. Конкретный процесс саморегуляции как собственно психический процесс существует лишь в единстве обоих аспектов. Однако реализовать содержательно-психологический аспект процессов саморегуляции, не потеряв их собственно регуляторную суть, можно лишь в органической соотнесенности с уже получившим определенное решение аспектом их функциональной структуры.

Модель функциональной структуры процессов саморегуляции позволяет анализировать реальную обеспеченность отдельных функциональных звеньев и процесса в целом необходимыми психическими средствами; рассматривать любой вовлеченный в целенаправленную активность психический феномен в его соотнесенности с конкретным регуляторным звеном, оценивать его причастность к обеспечению определенной функции, т.е. выявлять его конкретное место и роль в целостном регуляторном процессе, в режимном механизме саморегуляции. Это, в свою очередь, позволяет оценивать согласованность данного психического феномена по различным параметрам (например, по его информационному содержанию, учитывая как семантический, так и аксиологический аспект) с другими, реализующими процесс саморегуляции психическими средствами, предвидеть и оценивать режимную вовлеченность (или отторжение) данного фактора в реализацию данного регуляторного процесса.

Заключение