Война… Какая это страшная беда, когда жизнь каждого человека висит на волоске, когда никто из солдат на передовой не знает, увидит ли он рассвет следующего дня, когда матери, жёны, дети фронтовиков с надеждой и страхом ожидают прихода почтальона. Что там для них: письмо или похоронка?
Вложение | Размер |
---|---|
![]() | 18.75 КБ |
Великая Отечественная в истории моей семьи
Война… Какая это страшная беда, когда жизнь каждого человека висит на волоске, когда никто из солдат на передовой не знает, увидит ли он рассвет следующего дня, когда матери, жёны, дети фронтовиков с надеждой и страхом ожидают прихода почтальона. Что там для них: письмо или похоронка?
У меня воевал прадедушка по линии мамы Мельников Михаил Михайлович. Сейчас я держу в руках пожелтевшие от времени листы бумаги, на которых неровным почерком прадед описывал военные действия своими глазами. Я считаю каждый из нас должен прочитать это и почувствовать все реалии Великой Отечественной.
« До ВОВ я учился в прокопьевском горном техникуме.12.08.42 был взят в ряды Советской армии. Зачислен курсантом Новосибирского пехотного училища, где готовили офицеров. Учеба была трудной и напряженной, занимались по 12-14 часов. Подъем в 6 утра, отбой в 11 вечера. Закончить его не удалось, наши войска перешли в наступление, требовалось пополнение. Наше училище почти полностью было закрыто и нас курсантами отправили на фронт, это было как раз в день праздника Советской Армии 23.02.43 года. До Москвы нас везли около месяца, так была загружена железная дорога. Не доезжая города Вязьмы, дальше мы продвигались пешком, так как все мосты через реки были взорваны. Совершая в день походы по 40- 50 км мы встретились со своими войсками, находящимися на передовой и тут сразу же , еще не встретившись с врагом, мы перенесли большие трудности: в это время уже началась весна, таял снег, текли ручьи, а мы были в валенках, и вот в промокшей обуви догоняли свою регулярную армию, причем нас совершенно перестали снабжать продовольствием, снабжали только передовые части. На двенадцатый день мы догнали свои части, которые после упорных боев перешли к обороне. По прибытии на передовую нам стали выдавать регулярный паек: 100 гр хлеба в день и жиденького супа, позже с каждым днем паек стали прибавлять и довели до нормального: 800 гр , но в связи с тем, что мы сильно отощали эту пищу съедали за один прием. Во второй половине апреля была развернута огромная работа по созданию не преодолимой противотанковой и противопехотной обороны, все это мы делали в дневное время, а ночью стояли на карауле, спать приходилось мало, считанные часы, в землянках, одетыми и с винтовкой в руке. Одновременно наши войска готовились к наступлению, все солдаты и офицеры ждали этого дня. И вот в один из июльских дней нашим войскам была дана команда перейти в наступление. На рассвете наша артиллерия начала обработку переднего края противника, появились наши бомбардировщики и все в небе почернело. Это продолжалось в течении часа, потом пошли наши танки и пехота, оборона противника была прорвана, но продвинуться далеко вглубь не удалось, так как немец упорно сопротивлялся, боролся за каждую траншею, а когда немец он все на своем пути уничтожал, жег деревни. Свежо в памяти, когда наши войска продолжая наступление, после трехдневных боев овладели железнодорожным узлом, который несколько раз переходил из рук в руки. Страшная картина была после взятия этого узла: кучами лежали убитые. Наступать приходилось в тяжелейших условиях, немцы вырыли траншеи, сделали проволочные заграждения, пулеметные площадки были вынесены на несколько метров вперед, все населенные пункты превратили в узлы сопротивления, подвалы все были приспособлены к обороне, сделали противотанковые рвы. Несмотря на большое сопротивление мы все же продвигались вперед, буквально не спали ночами, а если и спали то сидя в окопах. При наступлении как немецкие так и наши войска несли большие потери, дивизии буквально в течении недели выходили из строя и требовалось постоянное пополнение. В одной из дивизий, в которой находился я, нам дали приказ во чтобы то не стало взять деревню, в которой находились большие военноначальники немецкой армии. Нас из дивизии всего осталось человек 300, и вот когда мы пошли в наступление немцы открыли артиллерийский огонь, начали бомбами с воздуха, но несмотря на это мы продвигались вперед. И в этом бою я получил первое тяжелое ранение разрывной пулей. Сначала у меня был такое чувство, как будто меня проткнули каленым железом и я потерял сознание, меня подобрали санитары, трижды меня оперировали, пролежал в госпиталях около 6 месяцев во Владимире, Вологде и Ленинграде. После выздоровления в феврале 1944 года опять пошел на фронт как раз в то время когда наши войска перешли в наступления на ленинградском фронте и немцев далеко отбросили от Ленинграда.
Участвовал при взятии городов Пскова, Гдова, Риги. Приказом Верховного главнокомандующего от 19.09 и 13. 10 1944 г за отличные боевые действия при взятии городов бала объявлена благодарность. При взятии указанных городов я состоял в составе инженерных войск в 440 особом саперном батальоне 377 стрелковой дивизии. Наша задача в основном была строить мосты для переправы, заниматься подготовительными мероприятиями к наступлению. В ночное время человек по 16 подползали к вражеским ограждениям, перелезали колючую проволоку, обезвреживали мины, делали проходы для пехоты, иногда в ходе этих операции немцы нас обнаруживали, освещая это место ракетами, объявлялась тревога, после чего не многие из наших возвращались обратно.
В начале 1945 года мы перешли оборону, меня в это время перевели в ботальонную разведку, где я участвовал во взятии «языка», трудное это дело- разведка. Ты и горсточка людей, кругом мрак и тишина обступают тебя, за каждым деревом мерещится дуло, нацеленное на тебя, но ты знаешь, что от данной разведки зависит успех предстоящего боя, жизнь многих солдат. Нейтральная зона была большая, мы по пластунски ползли все это расстояние, разминировывали территорию, преререзали колючую проволоку и пробирались в расположение врага, захватили «языка», за что нас всех, кто участвовал в этой операции наградили путевками в дом отдыха. В одной из таких операций я вторично был тяжело ранен, это было в феврале 1945 года. Находился на лечении в городе Выбогре до 25 мая 1945 года. Оконце войны мы узнали в 2 часа ночи 9 мая, когда я находился в госпитале, все спали и вдруг заговорил по радио диктор: « Внимание, внимание говорит Москва…» он сообщил, что война закончилась и 9 мая считается праздником Днем победы. Все после сообщения проснулись, кричали ура, целовали друг друга, у всех были веселые лица, те которые ходили на костылях побросали их, и так до утра никто не спал. Все это говорит о том, что наконец-то наступил мир на земле. Мы все участники Великой Отечественной войны хотим, чтобы ваше поколение не знало ужаса войны, чтобы мы всегда жили под ясным, чистым, солнечным небом.
Вода может клеить?
Мост из бумаги для Киры и Вики
Неньютоновская жидкость
Астрономический календарь. Июнь, 2019
«Яндекс» открыл доступ к нейросети "Балабоба" для всех пользователей
Комментарии
Они всегда живы в наших
Они всегда живы в наших сердцах.