"Память о Холокосте – путь к толерантности". Эссе.

Человек – это звучит гордо

Да, на самом деле, гордо. Но можно ли сказать это о людях, сожженных войной, с порванными душами и судьбами, потерявших себя? Научит ли нас чему-нибудь смерть? Эти вопросы важны для меня.

Почему так бесчеловечно поступили граждане передовой, развитой страны? Почему ученые «продвигая» науку, коллекционировали черепа? Почему врачи, «развивая» медицину, заставляли корчиться от боли тысячи людей? Почему «предприимчивые» немецкие промышленники варили мыло из человеческих тел? Все эти вопросы ставят под сомнение адекватность этих людей. Оправдать убийство, совершенное сумасшедшим, в какой-то степени можно. Вот только фашистов нездоровыми не назовешь. Характеристики «звери», «нелюди», «дикие» подойдут лучше. Меня постоянно одолевает мысль: ведь и у фашистов были любящие семьи, дома, в которые хотелось возвращаться, были дети, были родители, и, убивая, они прекрасно понимали, что сейчас кто-то лишился ребенка, отца, мужа. Что нужно сделать с человеком, чтобы он хладнокровно пошел убивать? Нет, не хладнокровно, а веселясь и смеясь в глаза замученной жертве? Ответа на этот вопрос я не знаю. Но думаю, что потратить свою жизнь, растратить душу на убийства – это самое плохое, что человек может сделать в своей жизни.

Сейчас есть много различной информации о Великой Отечественной Войне. О концентрационных лагерях, о посмертных наградах, о детях войны, о тяжелой жизни мирных людей. Читая книги, смотря фильмы, плачем даже мы, дети мирного времени, не знавшие свиста пуль над головой или хрипов умирающего товарища, знакомые с войной только понаслышке. Даже мы, те, кто с трудом представляет, как можно терпеть многочасовые пытки, не сдаваясь, как можно ложкой собирать червяков с ран живого человека, как можно обезуметь от голода настолько, чтобы есть тела своих товарищей, плачем, хотя человек не столь сильно сопереживает смерти, если сам не пережил ее. Это было, это отличительные черты той жестокой, кровавой, бесчеловечной войны. Но есть еще кое-что, о чем при разговоре о Великой Отечественной Войне нужно сказать. Я не говорила о Холокосте.

Холокост – это в первую очередь смерть. Смерть людей в огромном количестве, смерть просто за другую национальность. Мы должны о нем знать, мы должны его помнить. Но учит ли он нас? Не думаю, что смерть может чему-то научить. Учение – это компонент созидания, смерть же только разрушает. Кроме того, я считаю, что человек любой национальности достоин большего, чем просто толерантности, терпения его существования со стороны других, больше, чем уверенность в своей безопасности. Он достоин уважения. Добиться его можно только лишь поступками, а не акцентированием внимания на то, как плохо поступили с евреями во время Великой Отечественной Войны. Тогда погибали, умирали не только евреи, но и русские (в конц. лагерях их погибло около 3 миллионов), цыгане (их уничтожили более, чем на треть), и эти потери не менее важны, они так же невосполнимы, этих людей так же считали живыми инструментами, над ними так же издевались. К сожалению, евреев как нацию тогда чуть не истребили. Как сказала Валерия Новодворская «"нация господ" не выдерживала с ними конкуренции и избрала самый простой способ выиграть состязание: газовую камеру и крематорий». Так исторически сложилось, что евреев считали «низшей расой». Почему? «Сейчас снова в душе русского человека назревает гнойный нарыв зависти и ненависти бездельников и лентяев к евреям — народу живому, деятельному, который потому и обгоняет тяжелого русского человека на всех путях жизни, что умеет и любит работать...». Это слова Максима Горького. Но, я думаю, что стоит говорить не только о русских, но и о большинстве народов земного шара. Издревле самыми лучшими предпринимателями, самыми богатыми людьми были евреи. А где есть деньги – там место для зависти. Но Джон Коллинз говорил: « Зависть – самая искренняя форма лести».

Я не знаю, что будет с еврейским народом через 500, 600, 700 лет, надеюсь только, что «еврейская женщина будет так же стеречь дух и тип расы, бережно нести священный огонь народного гения и никогда не даст потушить его», что этот маленький, стойкий народ сможет сохранить свой национальный характер, развить лучшие черты и изменить отношение к себе других людей, уважать себя самих так, чтоб можно было без сомнения сказать: «Еврей – это звучит гордо!».