Лексические особенности басен С.Михалкова
В работе исследуются лексические особенности басен Михалкова, трансформированные фразеологизмы, фразеологизмы эллипсы. Работа сопутствуется презентацией.
Скачать:
| Вложение | Размер |
|---|---|
 lesicheskie_osobennosti_basen_s.v.mikhalkova.docx | 27.27 КБ |
| lesicheskie_osobennosti_basen_s.v.mikhalkova.docx | 27.45 КБ |
Предварительный просмотр:
Муниципальное бюджетное образовательное учреждение
«Чапаевская основная общеобразовательная школа»
Секция: «Литература»
Лексические особенности басен С.Михалкова
Автор:
Ильмуратова Азиза,
8 класс
Руководитель:
Егорова Тамара Венидиктовна,
учитель русского языка и литературы
Д.Чапаево, 2013
Содержание:
- Введение
- Особенности басен С. Михалкова
- Трансформированные фразеологизмы басен С. Михалкова
- Используемые материалы
Введение
Сочинением стихов Михалков увлёкся ещё в школе. Отец, желая помочь сыну определиться в жизни, послал стихи мальчика поэту Безыменскому, который отметил способности юного автора.
В 1930 году его первое стихотворение было опубликовано в ростовском журнале. После школы Михалков отправляется в Москву, решив стать писателем. В 1935 году Сергей Владимирович поступил в Литературный институт. Примерно в это же время он написал первый вариант «Дяди Стёпы». Встреча с Маршаком оказалась решающей для дальнейшего творчества Михалкова. Он решает писать для детей. В 23 года у Сергея Владимировича вышла первая книга – «Стихи». Михалков был принят в Союз писателей. Многие его произведения вошли в детские учебники и хрестоматии. Это «А что у вас?», «Фома», «Песенка друзей» и другие. Во время Великой Отечественной войны Михалков был военным корреспондентом. В 1943 году он принял участие в создании Гимна нашей страны. Новый Гимн тоже написан с его участием.
Один из старейших мастеров русской литературы А. Толстой подал Михалкову мысль обратиться к басне, и первые же написанные им басни получили одобрение Толстого.
«Русская басня – это живой отклик бытовой повседневности с её грубоватым языком, с её разнообразными голосами. Она требует естественности мыслей и изображения. Стремясь быть выражением народного духа и сближаясь с фольклором, она в тоже время «располагает всем арсеналом выразительных средств поэтического стихотворного языка» (Виноградов: 246)
Басня – жанр подвижный и синкретический. Она сочетает в себе элементы и повести, и сказки, и драматической сценки, и общественной сатиры. Кроме того содержание многих басен носит международный, интернациональный характер.
Михалков стал писать басни, в которых высмеивает разные человеческие пороки – жадность, глупость, высокомерие. Сюжеты для них автор брал прямо из жизни.Все басни Михалкова читать легко и весело, они знакомы каждому и многими любимы. Басен множество - все не перечислишь.
Предметом исследования данной работы являются басни С. Михалкова
Цель работы: Изучить лексические особенности басен С.Михалкова
Особенности басен С.Михалкова
Чем богаче язык выражениями и оборотами,
тем лучше для искусного писателя.
А.С. Пушкин
В баснях С. Михалкова много конкретных деталей и любопытных наблюдений. Если И. Крылов изумительно описал пение Соловья, когда Соловей «являть своё искусство стал», то С. Михалков очень точно передал пение Скворца.
Интересно отметить, что в русской традиции сами названия животных часто служат для характеристики людей. Эта особенность также использована Михалковым (вслед за И.А. Крыловым): трусливый заяц, хитрая лиса, могучий лев, орлиный взгляд; или даже сами названия животных и птиц даются без определений: енот, паук, змея, коза, медведь и т.п. Но Михалков « нередко берёт на себя смелость вести тему прямо, без всяких там зверооколичностей, без игры в зоопарк» (Исаев: 9). Больше того он персонажами своих басен делает даже неодушевленные предметы: арбуз, винтик, кирпич, «Москвич», «Волгу», розу, голову, а также отвлеченные понятия: тщеславие, ложь, клевету.
Так же, как и Крылов, Михалков не поучает, а наблюдает и выносит на суд читателя свои наблюдения. Личность автора отдалена от образов как содержательно, так и стилистически. Голос автора – рассказчика всегда звучит довольно определённо, всегда ясно, чью сторону он занимает.
Он защитник общеобязательной морали, нравственный судья. Своеобразие творчества баснописца в том , что автор - рассказчик как бы находится рядом со своими персонажами, но не над ними. Даже когда герои делают явные глупости, автор впрямую их не осуждает, а лишь показывает нелепость их поведения. Благодаря характерным деталям мы сразу же представляем себе героев Михалкова: и Сороку – трещотку (« Дальновидная Сорока») и Индюка-хвастуна (« Морской индюк»), и Лентяйку муху (« Муха и пчела»), других героев. Мораль Михалков помещает в основном в конце басни.
Чаще всего басни построены в форме диалога, где автор и герои говорят каждый своим собственным языком.
А при чтении басни «Грязная работа» (1983 г.) сразу вспоминается период предвыборных кампаний, когда по радио, телевидению, в газетах выливается столько грязи на того или иного кандидата.
И закипела тут работа:
Идут в набор статьи, печатаются фото,
Ползут потоки лжи по радио в эфир.
Ложь на трибуне. Клевета в газете.
За фактом факт – все в искаженном свете!
И многие другие басни, несмотря на давность написания (первые басни датированы 1945 г, последние – 1983 г), нисколько не потеряли своей живости и остроты. Очень свежо и без каких-либо потерь воспринимаются такие басни, как «Осторожные птицы – о всякого рода перестраховщиках, «Лев и ярлык» - о неотразимом воздействии маленького слушка - ярлычка на большие фигуры, обличенные властью, «Заяц во хмелю» - не столько о пагубном воздействии алкоголя, сколько о гипертрофированном хвастовстве по мелкости натуры и безудержном подхалимстве по слабости характера, «Шарик – Бобик» - о тунеядстве до потери чувства собственного достоинства, «Неврученная награда»– о мелкой зависти и большом административном самоуправстве.
Трансформированные фразеологизмы в баснях С. Михалкова
Наиболее распространенным приемом деформации фразеологизмов у С. Михалкова является приём замены одного из компонентов устойчивого словосочетания словом со свободным значением:
Орел в два уха слушает Сороку,
А у нее любое лыко в строку:
«А слышала на днях, как Соловей поет.
Подумать только, с кем концерты он дает …» (Сорока-наушница)
(Ср.: Всякое лыко в строку. Любая ошибка вменяется в вину, ставится в упрек).
- Так что ж ты сочинил? Рассказ? Стихи? Статью?
Не знал я за тобой, что ты владеешь слогом (Тщеславие)
(Ср.: Владеть словом. Обладать способностью выразительно говорить, писать).
Как начали дружки тонуть
Поодиночке-
Стал прыгать наш Федот от кочки и до кочки
И наконец допрыгался до точки:
Ему уж не охнуть, ни вздохнуть-
Засасывает гниль и тянет вниз Федота.
(Федот, болото и пастух).
(Ср.: Доходить до точки. До безвыходного, отчаянного положения; до предела в чувствах, в поступках и т.п.)
Чаще всего подобная замена компонента фразеологизма связана с явлением синонимии в русском языке. т.е. «вместо традиционного компонента корреспондирующими элементами являются его синонимы» Наумов: 72.
В нескольких случаях наблюдается замена межстилевого слова словом с суффиксом субъективной оценки или наоборот.
«Мне страшно! Я боюсь! Сказала
Свинка Свинке,-
Мурашки у меня уже бегут по спинке…
(Свинки и свиньи)
(Ср.: Мурашки бегают по спинке. Ощущается озноб, вызываемый чувством сильного страха, волнения, возбуждения и т.п.).
Иной, что мнит себя на должности Орлом,
Таких наушниц держит под крылом.
(Сорока- наушница)
(Ср.: Держать под крылышком. Опекать, оберегать; покровительствовать кому-либо).
Кроме того, в баснях С.Михалкова мы встречаем замену глагола его формой - причастием, деепричастием.
Мне жаль, что рецензент в статье
Хвативший лишку,
Решив ее послать в известный нам журнал,
Не посмотрел сперва на своего сынишку…
(Курам на смех)
(Ср.: Хватить лишку. – Допустить крайнее преувеличение в чём-либо; присочинить).
Охрипнув от бессмысленного крика,
Всех на ноги подняв от мала до велика
И этим показав, какой «работник» он,
Петух потом весь день в крапиве отсыпался …
(Петух-Болтун)
(Ср.: Поднять на ноги. Разбудить.)
В качестве нового, замещенного компонента фразеологизма в баснях С.Михалкова встречаются не только языковые, но и речевые, контекстуальные, ситуативные (окказиональные) синонимы.
Останутся лишь перышки да ножки!
Я берегу тебя от кровожадной кошки!» (Канарейка и кошка)
(Ср.: Рожки да ножки.Ничего, почти ничего, совсем ничего не оставлять).
Не менее интересна разновидность этого приема, заключающаяся в том, что в качестве субститута традиционного компонента выступает антоним:
Напрасно Лев просил и унижался,
От Волка требовал, Шакалу объяснял …
Он без сочувствия, конечно, не остался,
Но ярлыка никто с него не снял (Лев и ярлык)
(Ср.: Наклеивать ярлыки.Давать кому-либо или чему-либо поверхностную, одностороннюю характеристику).
К ней подплыла домашних уток стая-
Сородичи по пуху и перу:
«Останься здесь! Придешься ко двору!» (Тихий водоем)
(Ср.: Не ко двору.Не подходящий, не соответствующий каким-либо требованиям).
Скворец схватил однажды Червяка
И вместе с ним вознесся в облака…
Другой Червяк пускай теперь доложит,
Что он летать, рожденный ползать, может! (Червяк на крыльях)
(Ср.: М.Горький. Песня о сколе. Рожденный ползать летать не может).
Во всех приведенных примерах новые компоненты придают фразеологизму противоположное общепринятому значению, что и способствует созданию комического эффекта.
Не менее характерным для стиля басен С.Михалкова является использование фразеологизмов-эллипсов. Поскольку устойчивое словосочетание характеризуется целостной воспроизводимостью, читатель легко восстанавливает недостающий компонент фразеологизма. Иногда отсутствующий компонент является опорным во фразеологизме, поэтому отсутствие его сразу замечается и внимание читателя заостряется на нем.
В порядке критики пришлось при всех признать:
«Не оправдалтоварищ Лопоухий!
Не справился. С поста придется снять». (Осёл в обойме)
(Ср.: Не оправдать надежды.)
В кругу друзей, за шумною беседой,
Виной-рекой. (Заяц во хмелю)
(Ср.: Вино лилось рекой).
Довольно часто у Михалкова можно встретить и противоположный прием – приём распространения фразеологизма, введение в его структуру дополнительно одного или нескольких компонентов, конкретизирующих либо весь фразеологизм в целом, либо отдельные компоненты фразеологического оборота. Причем конкретизация отдельных компонентов осуществляется «в большинстве случаев за счет введения определений и дополнений к традиционным компонентам устойчивого словосочетания. В результате компоненты фразеологизма воспринимаются как таковые, потому что находятся в структуре фразеологизма, образуют его; с другой стороны, определения или дополнения, введенные в фразеологизм, возвращают словам- компонентам то лексическое значение, с которым они функционируют в языке. Наконец, они сближают фразеологизм с контекстом номинативного значения» Наумов: 73.
Лев юбилей справлял. Седой почтенный Лев,
Как говорят, видавший в жизни виды (Старый Лев)
(Ср.: Видать виды.Многое испытать в жизни).
Я был в гостях у старого поэта,
Чье мнение я высоко ценю…
Читал ему стихи… Ждал доброго совета…»
Каков же был совет?
«Предать стихи огню!» (Трезвый подход)
(Ср.: Предавать огню.Беспощадно разорять, уничтожая и сжигая все).
Наиболее распространенным приемом модификации устойчивых словосочетаний является приём намеренного сталкивания прямого и фразеологического значений словосочетаний.
Нет, хлеба не искал курортный этот пес-
От хлебного куска он воротил свой нос… (Шарик-Бобик)
Плыл по реке Кирпич на Льдине…
А Льдина таяла, приветствуя весну…
Прошло мгновение- Кирпич пошел ко дну.
(Кирпич и Льдина)
Заключение
Анализ языка басен С.Михалкова показывает, что автор использует восновном деформированные устойчивые словосочетания (включающие фразеологизмы с замененными компонентами, фразеологизмы-эллипсы, фразеологизмы с введенными в их структуру дополнительными компонентами, контаминированные фразеологизмы; иногда баснописец использует только образ фразеологизма и один его компонент).
Использованные материалы
1. Быстрова Е.А., Окунева А.П., Шанский Н.М. Краткий фразеологический словарь русского языка. - Санкт-Петербург: Просвещение, 1994.-271с.
2. Виноградов В.В. Очерки по истории русского литературного языка 17-19 веков. –М.: Высшая школа ,1982.-528с.
3. Ефимов А.И.Стилистика художественной речи. –М.: Учпедгиз , 1957.
4. Исаев Е. Поучительная, но не поучающая … // Предисловие к книге Сергей Михалков. Басни. –М.: Художественная литература , 1984.-С.4-10.
5. Межерина С.А. Взаимодействие фразеологического оборота и контекста в художественной речи // РЯШ. -1971.-№3.-С.75-78.
6. Фразеологический словарь русского языка //Под. Ред. А.И. Молоткова .-М.: Русский язык , 1987.
7.Шанский Н.М. Фразеология современного русского языка .- М.: Просвещение, 1969.-316с.
8. Интернет - ресурсы
Предварительный просмотр:
Муниципальное бюджетное образовательное учреждение
«Чапаевская основная общеобразовательная школа»
Секция: «Русский язык»»
Лексические особенности басен С.Михалкова
Автор:
Ильмуратова Азиза,
8 класс
Руководитель:
Егорова Тамара Венидиктовна,
учитель русского языка и литературы
Д.Чапаево, 2013
Содержание:
- Введение
- Особенности басен С. Михалкова
- Трансформированные фразеологизмы басен С. Михалкова
- Используемые материалы
Введение
Сочинением стихов Михалков увлёкся ещё в школе. Отец, желая помочь сыну определиться в жизни, послал стихи мальчика поэту Безыменскому, который отметил способности юного автора.
В 1930 году его первое стихотворение было опубликовано в ростовском журнале. После школы Михалков отправляется в Москву, решив стать писателем. В 1935 году Сергей Владимирович поступил в Литературный институт. Примерно в это же время он написал первый вариант «Дяди Стёпы». Встреча с Маршаком оказалась решающей для дальнейшего творчества Михалкова. Он решает писать для детей. В 23 года у Сергея Владимировича вышла первая книга – «Стихи». Михалков был принят в Союз писателей. Многие его произведения вошли в детские учебники и хрестоматии. Это «А что у вас?», «Фома», «Песенка друзей» и другие. Во время Великой Отечественной войны Михалков был военным корреспондентом. В 1943 году он принял участие в создании Гимна нашей страны. Новый Гимн тоже написан с его участием.
Один из старейших мастеров русской литературы А. Толстой подал Михалкову мысль обратиться к басне, и первые же написанные им басни получили одобрение Толстого.
«Русская басня – это живой отклик бытовой повседневности с её грубоватым языком, с её разнообразными голосами. Она требует естественности мыслей и изображения. Стремясь быть выражением народного духа и сближаясь с фольклором, она в тоже время «располагает всем арсеналом выразительных средств поэтического стихотворного языка» (Виноградов: 246)
Басня – жанр подвижный и синкретический. Она сочетает в себе элементы и повести, и сказки, и драматической сценки, и общественной сатиры. Кроме того содержание многих басен носит международный, интернациональный характер.
Михалков стал писать басни, в которых высмеивает разные человеческие пороки – жадность, глупость, высокомерие. Сюжеты для них автор брал прямо из жизни. Все басни Михалкова читать легко и весело, они знакомы каждому и многими любимы. Басен множество - все не перечислишь.
Предметом исследования данной работы являются басни С. Михалкова
Цель работы: Изучить лексические особенности басен С.Михалкова
Особенности басен С.Михалкова
Чем богаче язык выражениями и оборотами,
тем лучше для искусного писателя.
А.С. Пушкин
В баснях С. Михалкова много конкретных деталей и любопытных наблюдений. Если И. Крылов изумительно описал пение Соловья, когда Соловей «являть своё искусство стал», то С. Михалков очень точно передал пение Скворца.
Интересно отметить, что в русской традиции сами названия животных часто служат для характеристики людей. Эта особенность также использована Михалковым (вслед за И.А. Крыловым): трусливый заяц, хитрая лиса, могучий лев, орлиный взгляд; или даже сами названия животных и птиц даются без определений: енот, паук, змея, коза, медведь и т.п. Но Михалков « нередко берёт на себя смелость вести тему прямо, без всяких там зверооколичностей, без игры в зоопарк» (Исаев: 9). Больше того он персонажами своих басен делает даже неодушевленные предметы: арбуз, винтик, кирпич, «Москвич», «Волгу», розу, голову, а также отвлеченные понятия: тщеславие, ложь, клевету.
Так же, как и Крылов, Михалков не поучает, а наблюдает и выносит на суд читателя свои наблюдения. Личность автора отдалена от образов как содержательно, так и стилистически. Голос автора – рассказчика всегда звучит довольно определённо, всегда ясно, чью сторону он занимает.
Он защитник общеобязательной морали, нравственный судья. Своеобразие творчества баснописца в том , что автор - рассказчик как бы находится рядом со своими персонажами, но не над ними. Даже когда герои делают явные глупости, автор впрямую их не осуждает, а лишь показывает нелепость их поведения. Благодаря характерным деталям мы сразу же представляем себе героев Михалкова: и Сороку – трещотку (« Дальновидная Сорока») и Индюка-хвастуна (« Морской индюк»), и Лентяйку муху (« Муха и пчела»), других героев. Мораль Михалков помещает в основном в конце басни.
Чаще всего басни построены в форме диалога, где автор и герои говорят каждый своим собственным языком.
А при чтении басни «Грязная работа» (1983 г.) сразу вспоминается период предвыборных кампаний, когда по радио, телевидению, в газетах выливается столько грязи на того или иного кандидата.
И закипела тут работа:
Идут в набор статьи, печатаются фото,
Ползут потоки лжи по радио в эфир.
Ложь на трибуне. Клевета в газете.
За фактом факт – все в искаженном свете!
И многие другие басни, несмотря на давность написания (первые басни датированы 1945 г, последние – 1983 г), нисколько не потеряли своей живости и остроты. Очень свежо и без каких-либо потерь воспринимаются такие басни, как «Осторожные птицы – о всякого рода перестраховщиках, «Лев и ярлык» - о неотразимом воздействии маленького слушка - ярлычка на большие фигуры, обличенные властью, «Заяц во хмелю» - не столько о пагубном воздействии алкоголя, сколько о гипертрофированном хвастовстве по мелкости натуры и безудержном подхалимстве по слабости характера, «Шарик – Бобик» - о тунеядстве до потери чувства собственного достоинства, «Неврученная награда»– о мелкой зависти и большом административном самоуправстве.
Трансформированные фразеологизмы в баснях С. Михалкова
Наиболее распространенным приемом деформации фразеологизмов у С. Михалкова является приём замены одного из компонентов устойчивого словосочетания словом со свободным значением:
Орел в два уха слушает Сороку,
А у нее любое лыко в строку:
«А слышала на днях, как Соловей поет.
Подумать только, с кем концерты он дает …» (Сорока-наушница)
(Ср.: Всякое лыко в строку. Любая ошибка вменяется в вину, ставится в упрек).
- Так что ж ты сочинил? Рассказ? Стихи? Статью?
Не знал я за тобой, что ты владеешь слогом (Тщеславие)
(Ср.: Владеть словом. Обладать способностью выразительно говорить, писать).
Как начали дружки тонуть
Поодиночке-
Стал прыгать наш Федот от кочки и до кочки
И наконец допрыгался до точки:
Ему уж не охнуть, ни вздохнуть-
Засасывает гниль и тянет вниз Федота.
(Федот, болото и пастух).
(Ср.: Доходить до точки. До безвыходного, отчаянного положения; до предела в чувствах, в поступках и т.п.)
Чаще всего подобная замена компонента фразеологизма связана с явлением синонимии в русском языке. т.е. «вместо традиционного компонента корреспондирующими элементами являются его синонимы» Наумов: 72.
В нескольких случаях наблюдается замена межстилевого слова словом с суффиксом субъективной оценки или наоборот.
«Мне страшно! Я боюсь! Сказала
Свинка Свинке,-
Мурашки у меня уже бегут по спинке…
(Свинки и свиньи)
(Ср.: Мурашки бегают по спинке. Ощущается озноб, вызываемый чувством сильного страха, волнения, возбуждения и т.п.).
Иной, что мнит себя на должности Орлом,
Таких наушниц держит под крылом.
(Сорока- наушница)
(Ср.: Держать под крылышком. Опекать, оберегать; покровительствовать кому-либо).
Кроме того, в баснях С.Михалкова мы встречаем замену глагола его формой - причастием, деепричастием.
Мне жаль, что рецензент в статье
Хвативший лишку,
Решив ее послать в известный нам журнал,
Не посмотрел сперва на своего сынишку…
(Курам на смех)
(Ср.: Хватить лишку. – Допустить крайнее преувеличение в чём-либо; присочинить).
Охрипнув от бессмысленного крика,
Всех на ноги подняв от мала до велика
И этим показав, какой «работник» он,
Петух потом весь день в крапиве отсыпался …
(Петух-Болтун)
(Ср.: Поднять на ноги. Разбудить.)
В качестве нового, замещенного компонента фразеологизма в баснях С.Михалкова встречаются не только языковые, но и речевые, контекстуальные, ситуативные (окказиональные) синонимы.
Останутся лишь перышки да ножки!
Я берегу тебя от кровожадной кошки!» (Канарейка и кошка)
(Ср.: Рожки да ножки.Ничего, почти ничего, совсем ничего не оставлять).
Не менее интересна разновидность этого приема, заключающаяся в том, что в качестве субститута традиционного компонента выступает антоним:
Напрасно Лев просил и унижался,
От Волка требовал, Шакалу объяснял …
Он без сочувствия, конечно, не остался,
Но ярлыка никто с него не снял (Лев и ярлык)
(Ср.: Наклеивать ярлыки.Давать кому-либо или чему-либо поверхностную, одностороннюю характеристику).
К ней подплыла домашних уток стая-
Сородичи по пуху и перу:
«Останься здесь! Придешься ко двору!» (Тихий водоем)
(Ср.: Не ко двору.Не подходящий, не соответствующий каким-либо требованиям).
Скворец схватил однажды Червяка
И вместе с ним вознесся в облака…
Другой Червяк пускай теперь доложит,
Что он летать, рожденный ползать, может! (Червяк на крыльях)
(Ср.: М.Горький. Песня о сколе. Рожденный ползать летать не может).
Во всех приведенных примерах новые компоненты придают фразеологизму противоположное общепринятому значению, что и способствует созданию комического эффекта.
Не менее характерным для стиля басен С.Михалкова является использование фразеологизмов-эллипсов. Поскольку устойчивое словосочетание характеризуется целостной воспроизводимостью, читатель легко восстанавливает недостающий компонент фразеологизма. Иногда отсутствующий компонент является опорным во фразеологизме, поэтому отсутствие его сразу замечается и внимание читателя заостряется на нем.
В порядке критики пришлось при всех признать:
«Не оправдалтоварищ Лопоухий!
Не справился. С поста придется снять». (Осёл в обойме)
(Ср.: Не оправдать надежды.)
В кругу друзей, за шумною беседой,
Виной-рекой. (Заяц во хмелю)
(Ср.: Вино лилось рекой).
Довольно часто у Михалкова можно встретить и противоположный прием – приём распространения фразеологизма, введение в его структуру дополнительно одного или нескольких компонентов, конкретизирующих либо весь фразеологизм в целом, либо отдельные компоненты фразеологического оборота. Причем конкретизация отдельных компонентов осуществляется «в большинстве случаев за счет введения определений и дополнений к традиционным компонентам устойчивого словосочетания. В результате компоненты фразеологизма воспринимаются как таковые, потому что находятся в структуре фразеологизма, образуют его; с другой стороны, определения или дополнения, введенные в фразеологизм, возвращают словам- компонентам то лексическое значение, с которым они функционируют в языке. Наконец, они сближают фразеологизм с контекстом номинативного значения» Наумов: 73.
Лев юбилей справлял. Седой почтенный Лев,
Как говорят, видавший в жизни виды (Старый Лев)
(Ср.: Видать виды.Многое испытать в жизни).
Я был в гостях у старого поэта,
Чье мнение я высоко ценю…
Читал ему стихи… Ждал доброго совета…»
Каков же был совет?
«Предать стихи огню!» (Трезвый подход)
(Ср.: Предавать огню.Беспощадно разорять, уничтожая и сжигая все).
Наиболее распространенным приемом модификации устойчивых словосочетаний является приём намеренного сталкивания прямого и фразеологического значений словосочетаний.
Нет, хлеба не искал курортный этот пес-
От хлебного куска он воротил свой нос… (Шарик-Бобик)
Плыл по реке Кирпич на Льдине…
А Льдина таяла, приветствуя весну…
Прошло мгновение- Кирпич пошел ко дну.
(Кирпич и Льдина)
Заключение
Анализ языка басен С.Михалкова показывает, что автор использует, в основном, деформированные устойчивые словосочетания (включающие фразеологизмы с замененными компонентами, фразеологизмы-эллипсы, фразеологизмы с введенными в их структуру дополнительными компонентами, контаминированные фразеологизмы; иногда баснописец использует только образ фразеологизма и один его компонент).
Использованные материалы
1. Быстрова Е.А., Окунева А.П., Шанский Н.М. Краткий фразеологический словарь русского языка. - Санкт-Петербург: Просвещение, 1994.-271с.
2. Виноградов В.В. Очерки по истории русского литературного языка 17-19 веков. –М.: Высшая школа ,1982.-528с.
3. Ефимов А.И.Стилистика художественной речи. –М.: Учпедгиз , 1957.
4. Исаев Е. Поучительная, но не поучающая … // Предисловие к книге Сергей Михалков. Басни. –М.: Художественная литература , 1984.-С.4-10.
5. Межерина С.А. Взаимодействие фразеологического оборота и контекста в художественной речи // РЯШ. -1971.-№3.-С.75-78.
6. Фразеологический словарь русского языка //Под. Ред. А.И. Молоткова .-М.: Русский язык , 1987.
7.Шанский Н.М. Фразеология современного русского языка .- М.: Просвещение, 1969.-316с.
8. Интернет - ресурсы
Самарские ученые разработали наноспутник, который поможет в освоении Арктики
За еду птицы готовы собирать мусор
Весенняя гроза
Император Акбар и Бирбал
Как Дед Мороз сделал себе помощников