Исследовательский проект "Врата учености"

Творческо- исследовательская работа.

Тема:  «Врата учёности»

Участники ведут между собой разговор, задавая друг другу вопросы и отвечая на них. Такова форма презентации данной работы.

Стихотворение.

С тех пор как существует мирозданье,

Такого нет, кто б не нуждался в знанье.

Какой мы ни возьмем язык и век,

Всегда стремится к знанью человек.

Джафар Рудаки

1)Ой, посмотрите, ребята, какую удивительную книгу я увидела у нас в школьном  музее… Эта книга достоверно может рассказать о русском образовании 17 века.

2)А почему 17 века?

1)Потому что издана в 1646 году, во второй год правления Алексея Михайловича – отца Петра 1.

2) А каким было образование в то время?

1)Мы исследовали этот вопрос и постараемся ответить на него сейчас…

1-Й: Говоря о русском образовании второй половины 17 века, мы обнаруживаем удивительную схожесть проблем, стоящих перед русским обществом того времени, с теми, что стоят перед российскими педагогами сегодня.

2-Й:Тогда, как и сегодня, Россия должна была решить проблему образования, чтобы поднять международный авторитет среди развитых европейских государств. России срочно нужны были молодые высокоэрудированные люди. И уже со времен царствования Алексея Михайловича были запущены процессы по развитию качественного школьного образования.

5-й: В таком случае реформы Петра Великого не свалились на Россию как снег на голову и оказали влияние на качество и бурное развитие русской школы второй половины 17 века  (Реформа алфавита, упрощение его начертания. Открытие школ, обязательное обучение дворян  )

1-Й: Но каким было русское образование в этот  период? Соответствующим нехитрым запросам отсталого же Российского государства, как об этом говорят  нам путевые записи иностранцев, посетивших Россию в то время? Или вполне соответствующим и среднеевропейскому уровню?  

        2-Й: Чтобы ответить на эти вопросы, надо понять какой была учебная база русской школы?

3-й: Понять, кто преподавал в русской школе того времени? Каков был уровень их профессиональной подготовки?

4-: Наконец, кто учился в русской школе, для чего учился и к чему стремился, получая знания?

        2-й: Школы существовали при всех крупных монастырях, церквях и приказах, причем не только в городах, но и в сельской местности. Преподавали чтение, письмо, основы христианского вероучения, реже — счет.

3-й: Например, о чём говорит тот факт, что население крупных городов было грамотным едва ли не на половину?

4-й: О том, что мест обучения в городах должно было быть достаточно много и существовало надомное обучение.

6-й: Значит и тех, кто учил грамоте должно было быть немало.

1-й: И далеко не о всех школах сохранились сведения?

2-й: Например, о школе при Симоновом монастыре в Москве нигде специальных упоминаний нет. Но об этой школе мы узнаём, знакомясь с биографией того, кто составил лучший для своего времени учебник арифметики, представляющей совокупность всех математических наук того времени?

3-й: Ну, и кто же это?

4-й: Русский учёный из крестьян Леонтий Магницкий.

5-й:Там он прекрасно овладел немецким и латынью, почерпнул во всей полноте математические знания.

1-й: Выходит, при Симоновом монастыре существовала школа, дающая прекрасное образование своим ученикам.

2-й: Значит, добротные школы существовали во всех без исключения русских городах, и в некоторых больших сёлах.

3-й: Но главнейшим центром образования, конечно, была Москва?

4-й: Кого же готовила русская школа? Какое поприще было уготовлено её выпускникам? Кто эти выпускники? В русской политике, в русской культуре, в русской науке? Ярчайший пример – Михаил Васильевич Ломоносов!

Учитель: Михайло! Ломоносов! Ты почто Евдокима Переходова поколотил намедни перед уроком?

Михайло: Всего-то и дал, что один подзатыльник. Объясняю ему, объясняю, а он никак в толк не возьмёт, как сей пример разрешить.

Евдоким: Да я не в обиде, учитель. Михайло меня любя, не со зла. Горяч он больно, не в пример мне.

Учитель: Так уж выходит, Михайло, что за учёбу тебя и сечь никогда не секли. А вот за норов свой разбойный ты не раз претерпевал. И нонечи придётся розог десять тебе отсыпать.

Михайло: Вы, учитель, коли и посечёте, то за дело. Без Вас мы бы науки не превозмогли.

Учитель: Не меня надо благодарить, а Леонтия Магницкого «Арифметику». Нет ей равных среди прочих мудрых книжек счислению научающих. И немецких она получше будет. И «Грамматику» Мелетия Смотрицкого нам, русским, Господь послал не за зря. Сто лет ужо учат по ней деток уму разуму.

Евдоким: Выходит и Пётр Алексеевич, государь наш, учился по книжке сей.

Учитель: И Пётр Алексеич, и многие сподвижники его.

Михайло: Кабы приехал он в Холмогоры, пал бы я ему в ноги и просил о продолжении учения моего.

Учитель: Любознавство твоё, Михайло, так велико и такого удивления достойно, что никакой похвалы не хватит, чтобы его превознести. «Грамматику» до последней буквицы помнишь, а об «Арифметике» и говорить нечего. Священнописание толмачишь пуще иного батюшки, не в обиду будь им сказано. Ты, аки самородок золотой посередь каменьев простых. И нынче возвысился ты супротив меня в учёности, а я мал стал пред тобою.

Михайло: Нет, нет, это мы навеки малейшие пред Вами, и с радостию то сознаём.

Учитель: Робята иноземные, что в школе при аглицком подворье торговом науки постигают, с тобою тягаться в арифметике не вольны.

Михайло: Глядывал я в их книги. Латынью всё писаны. Однако примеры из их арифметики отчего ж не понять. Я их и переписал многие и разрешил, а и уразумел, что нашего Леонтия Магницкого «Арифметика» много справнее будет.

Учитель: А по логике кое в чём даже и превосходит. А уж то, что русским языком писана, выше похвалы всякой. А вот тебе ученье надобно продолжать, а где ж его продолжишь в Холмогорах-то. Эх, кабы тебя в Москву в учение в Славяно-греко-латинскую академию отдать. Тебе бы и там равных не было.

1-й: А что мы знаем о качестве русского образования?

2-й: О существовании "Арифметики" Магницкого (1703) знает практически любой образованный человек России. Это настоящая энциклопедия математических знаний того времени. Именно  она и "Грамматика" М. Смотрицкого были одними из "врат учености" М.В.Ломоносова.

5-й: По велению Петра Великого "Февраля в 1 день (1701 г.) Леонтию Магницкому, велено ради народныя пользы издать чрез труд свой словенским диалектом книгу арифметику». Вышла "Арифметика" в январе 1703 г.

6-й: Книга представляет собой довольно большой том, насчитывает 662 стр., набрана кириллицей, украшена гравюрами, текст иллюстрирован рисунками и чертежами, используются стихотворные вставки.

Магницкий на долгие годы предвосхитил структуру преподавания математики в средней школе (арифметика, алгебра, геометрия, тригонометрия).

3-й: "Арифметика" в познавательно-педагогическом смысле не утратила значения до сих пор. Исследователей до сих пор в этой книге привлекают педагогические особенности, благодаря которым она в силу системы учебных упражнений приобрела характер текста, пригодного для самообразования.

5-й: Кроме того, содержание "Арифметики" довольно тесно связано с жизнью через кораблевождение. "Арифметика" Магницкого стала действительно практическим пособием для всех путешественников и мореплавателей с 1703 г.

1-й: Доктор исторических наук Р.А. Симонов вполне обоснованно утверждает, что «"Арифметика" Магницкого  …  обладала для своей эпохи крупными научными и методическими достоинствами, и ее преимущества особенно ясно выступают при сравнении с аналогичными западноевропейскими учебниками, ей современными».

2-й: Словом, эта книга действительно является выдающимся памятником нашей национальной культуры, которым Россия может по-настоящему гордиться.

        1-й: Русская школа второй половины 17 века по праву может гордиться и таким учебником как «Грамматика» Мелетия Смотрицкого.

2-й: Канули в лету подробности личной жизни Мелетия (Максима) Смотрицкого. Осталось непреходящее значение его «Грамматики». Учебника, которым восторгался Ломоносов. Издана она была в 1618 году Свято-Духовской типографией в Вильне.

 4-й: В то время почти вся литература создавалась на языке церковно-славянском, который в Москве утвердился как язык культуры (литературы).

3-й: Смотрицкий, пожалуй первым в истории, отнесся к церковно-славянскому языку, как к отвлеченному предмету исследования.

5-й: В 1642 году церковно-славянскую «Грамматику» Смотрицкого издают в Москве. Ему принадлежит установление системы падежей, свойственных славянским языкам (в этом Смотрицкий опередил западных грамматистов, подгонявших падежи живых языков под нормы латинского языка), установление двух спряжений глаголов, определение  вида глаголов и др.; отмечены лишние буквы славянской письменности, в которых она не нуждается.

6-й: Таким образом, именно в середине 17 века в России наконец-то появился учебник, предписывающий нормы церковно-славянского языка, языка культуры Московии.

1-й: И наконец, на основе церковно-славянской «Грамматики» (т.е. учебника, созданного профессиональным филологом) можно было приступать к формированию грамматики живого русского языка.

2-й:  И первой такой грамматикой стал труд Михайло Ломоносова «Российская грамматика», который был издан в Санкт-Петербурге в 1755-1757 г. г. Причем, по признанию самого автора, наиважнейшим источником для создания «Российской…» стала «Грамматика славенская…» Мелетия Смотрицкого. На этой основе и вырос великий русский язык, язык Александра Сергеевича Пушкина.

3-й: Возрастанию грамотности способствовало и бурное развитие книгопечатания. Печатный двор в Москве выпускал книги сотнями, а то и тысячами экземпляров. Первый печатный букварь Василия Бурцова попал в школярские руки в 1634 году и переиздавался затем несколько раз. В конце 17 века его сменил великолепный букварь монаха Кариона Истомина.

4-й: А кто же преподавал в русской школе того времени?

6-й: В 17 веке в России издавались прекрасные методические пособия для учителей, где формулировались общие для всех принципы преподавания соответствующих дисциплин.

1-й: Неужели это так? И неужели этому есть какие-либо доказательства?

6-й: Именно так. Замечательным свидетельством этому является хранящаяся в нашем школьном музее книга 1646 года издания «Наказание ко учителем, како им учити детей грамоте…».

6-й: Уже в самом начале книги мы читаем: «Господие и братие, простите нас худых, еже убо зде написахом в кратце учителем, иже учат младых отрочат грамоте, како им подобает искусство имети в словесех и в речи и в пословицах, чтобы учеником их было в научение, и во извещение разума, а не в срам и понос, паче же да не в грех»

3-й: Это прекрасное методическое пособие говорит о том, что школьное образование в России во второй половине 17 века не было пущено на самотёк, что существовала устойчивая хорошо разработанная система подготовки не только детей, но и самих учителей.

4-й: Мне кажется, нам удалось доказать, что русская школа второй половины 17 века вполне соответствовала запросам русского же государства и общества.

5-й: Да, это так. И её выпускники готовы были приступать к строительству высококачественной высшей школы.

Шумахер: Герр Ломоносов! Смею утвершдать, что в Россия наук не имеет бутущий. Русише лютишка не склонны к изысканиям в естественный наука. Если не бутет приглашаете учёных из Европа, то уше завтра в Россия некому бутет заниматься история, физика, химия.

Ломоносов: Экий ты, майн херр Шумахер, провидец. Дальше своего носа не видишь. Не ты ли давеча нахваливал «Арифметику» Магницкого, утверждая, что лучше сего учебника счислительного в Европах не сыскать. А кто сию книгу сочинил? Немец? Не-е-т. Наш природный русак, к тому ж крестьянского роду, в русской школе наученный, в закордонных университетах штаны не просиживавший.

Шумахер: Случайность сие.

Ломоносов: Нет, брат Шумахер. Сие не случайность, а самая что ни на есть Богом данная закономерность. В университетах ваших нонеча не один русский учится, и зазорного в том ничего нет. Однако школярство своё они чрез русских же учителей прошли, отчего в Неметчине вашей не из последних студиозусов будут.

Шумахер: О, та. Школы ваши русские есть карош. Но университет нет, профессор нет…

Ломоносов: Всё будет, майн херр. И Платоны, и Невтоны, токмо на русский лад. И залогом тому школа наша русская, учителя русские при тех школах, коих немало славных на Руси-матушке имеется. И университетами, даст Бог, обрастём, и профессорами природными. Будет вам и у нас немало чему  поучиться. Помяни моё слово.

Шумахер: Это заблуждений, херр Ломоносов. Триста лет пройти… Токта, мошет быть.

Ломоносов: А ты, брат Шумахер, не жаловался бы на меня сиятельствам разным на русскость мою, а присмотрелся бы попристальней, к чему дело-то идёт. Русская наука, она вона, у порога стоит. Да не озирайся ты. Ты ей, науке-то, не больно нужен.

1-й: Таким образом, огромная жажда знаний, обнаружившаяся в русских людях во второй половине 17 века, спровоцированная потребностями русского же общества, стала мощным импульсом для уже никогда не прерывающегося процесса успешного развития русской средней и высшей школы, вплоть до последнего времени.

2-й: Русская школа это: Ломоносов, Яблочков, Менделеев, Миклухо-Маклай, Пржевальский.

3-й: Карамзин, Соловьёв, Ключевский, Гумилёв;

4-й: Курчатов, Ландау, Королёв, Прохоров.

5-й: Уехавшие на Запад Сидоров – изобретатель телевидения, Сикорский – изобретатель вертолёта.

6-й: Неужели все эти имена обязаны русской школе второй половины 17 века?

1-й: Да! Истоки высокого авторитета русской науки сегодня – берут начало именно там.

С тех пор как мир возник во мгле,

Еще никто на всей земле

Не предавался сожаленью

О том, что отдал жизнь ученью.