Доклад Барон Унгер

«Только люди, лично знавшие Романа,

Могут объективно оценить его поступки.

Одно можно сказать, что он не такой как все…»

Из воспоминаний барона Альфреда Мирбаха.

В наше время растет интерес к личностям, игравших значительную роль в событиях начала ХХ века. Барона Унгерна можно отнести к таким личностям. Его образ не однозначен, его либо очерняли, выставляя полным сумасшедшим, либо наоборот возносили, восхваляя его как прирождённого воина.

Тема достаточно актуальна в наше время, так как растёт интерес к этой загадочной и неоднозначной личности, сыгравшей противоречивую роль в истории России и Монголии. Можно выделить следующую цель, которую я ставлю в своей работе: Это дать оценку роли Барона Унгерна в установлении независимости Монголии.  

Барон Унгерн фон Штенберг (1887-1921) - неординарная, яркая личность. Храбрый офицер, жестокий генерал, убежденный противник революций, враг большевиков и евреев, яркий монархист, бессребреник и мистик. Его имя неразрывно связано с Монголией, северную часть которой он завоевал в 1921г., выбил оттуда китайские войска и восстановил на троне главу монгольской ламаистской церкви Джебцзун-Дамба-хутухту VII. Барон питал ненависть к любым революционерам, которые свергали монархии. Поэтому он решил посвятить свою жизнь и деятельность восстановлению монархий.

В марте 1921г. он писал монгольскому князю Найман-вану: «Моя цель-это восстановление монархий. Выгоднее всего начать это великое дело с Востока, монголы для этой цели самый надёжный народ…Я вижу, что свет идёт с Востока и принесёт счастье всему человечеству». На допросах Унгерн говорил, что целью его похода в Монголию кроме изгнания оттуда китайских войск являлось объединение всех монгольских племен в единое государство и на его основе создание мощного Срединного (Центрально – Азиатского) государства. В основу плана создания такого государства он положил идею о неизбежности столкновения Востока с Западом, откуда исходила опасность белой расы жёлтой расе.

В середине декабря 1920 г. войско Унгерна подошло к Урге. Оно значительно пополнилось монгольскими всадниками. В боях за Ургу на стороне барона участвовали отряды, которыми командовали Лувсан Цэвэн, Найден-гун (князь из Внутренней Монголии), Д. Жамболон (бурят, бывший есаул Забайкальского казачьего войска) и Батор Чунн Чжамцу. Это были добровольческие отряды. Большинство монголов приветствовали приход Унгерна в их страну.

Среди причин поражения китайских войск сановник называл: влияние монгольского населения, «сыгравшего решающую роль под Ургой», «позиционное настроение» китайских войск, дезорганизацию в командном составе, некоторое влияние Унгерна через Бодо. Видимо, Д. Бодо (будущий первый глава Временного народного правительства Монголии), на короткий срок, перешедший на сторону Унгерна и служивший у него секретарем, обладал большими способностями пропагандиста.

Унгерн свою победу объяснил так: присоединение монголов Восточной Монголии к нему, малая боеспособность китайских войск, а также собственное военное счастье, которое сопутствовало ему к этому надо добавить плохую дисциплину китайских войск, их слабую выучку, большие военные способности Унгерна.

Отношение Унгерна к монголам было дружественное. Они являлись для него важной социальной опорой. Выпущенные из тюрьмы Х.-Б. Максаржав, Тогтохо (Тохтохо), Пунцагдорж и другие князья перешли на сторону Унгерна и стали служить ему. Бывший министр иностранных дел Автономной Монголии Цэрэн Доржи (Цэрэндорж) также оказался в стане Унгерна.

После захвата Урги Унгерн созвал в торговом городе группу монгольских князей и лам. Он заявил им: «Я ставлю своей целью восстановление трех монархий: русской, монгольской и маньчжурской (Цинской). Следует теперь вновь восстановить автономное монгольское правительство... Необходимо выбрать счастливый день для восшествия на трон Богдо-хана, пригласив его с супругой в Ургу, и вновь организовать, пять министерств».

Таким днем стало 22 февраля. Комендант Сипайлов издал специальное объявление для населения города и войск, в котором сообщалось, что коронация Джебцзун-Дамба-хутухты назначена на 22 февраля.

На коронации присутствовал Унгерн. После восшествия на престол Джебцзун-Дамба-хутухты Внешняя Монголия снова превратилась в теократическое государство, каковым оно было в 1911-1915 гг. Вся высшая светская и церковная власть сосредоточилась в руках одного человека - Богдо-хана Джебцзун-Дамба-хутухты.

Таким образом, можно сказать, что монголы хорошо относились к Унгерну, но все-таки для них он был чужаком, пришлым человеком, уже силу этого он не мог стать их главным руководителем, а тем более диктатором. Главным в государстве, духовным руководителем монголов являлся, которому они поклонялись, которого они высоко ценили.

Отрывок из приказа о назначении на высшую должность Джебцзуна-Дамбы-хутухты: «…Каждый народ имеет право строить свою жизнь, как он этого хочет, как захочет большинство народа. Освобождая Монголию от баронского ига, мы не должны и не будем навязывать ей порядки и государственное устройство, угодные нам. Великое народное собрание всего монгольского народа само установит формы государственного устройства будущей свободной Монголии».

В заключении хотелось бы отметить, что в наше время наблюдаются две тенденции. Это идеализация барона и большой интерес к его личности. В своей работе я попыталась взглянуть на него непредвзято.