У мёртвых свои мысли

О чем думает памятник…

Все мы знаем, что в нашей жизни есть место чему-то нереальному, фантастическому; хотя бы мечтам. Ведь каждый из нас хоть раз в жизни строил «розовые замки», да и людей, верящих в паранормальное и жизнь умерших душ, хватает. Но что же нам делать, если у мёртвых и правда своя жизнь, свои мысли, чувства?..

Весеннее утро. Первые майские деньки. Дети весело резвятся на школьном дворе, догоняя друг друга и шустрый ветер. Небольшая группа ребят вместе с учителем выходят из здания школы.

- Наталья Васильевна, опять этот памятник! Мы каждый год туда ходим! – возмущается неугомонный Витька.

- Да, Наталья Васильевна! И что нам от этого? – поддержала его Юленька.

- Почему мы? Что, никто больше не может, что ли??? – хор ребят поддерживал одноклассников.

Классный руководитель ребят шла молча. Что она могла им сказать? То же, что и всегда: надо чтить память дедов, они ведь защищали нашу Родину… Или же правду: что её заставляет директор, грозя удержанием зарплаты?.. Но первое они уже слышали, ведь эта клумба на памятнике закреплена за их классом уже пятый год, а второго им просто не понять… Вот и шла Наталья Васильевна молча, немного наклонив голову.

- Здравствуйте, Иван Никифорович! – пронесся нескладный хор детских голосов вслед пожилому ветерану.

- Здравствуйте, ребятки… - не оглядываясь, ответил старик, шаркая больными ногами.

- Он, должен быть, с памятника идёт… - зашептала Люба (она жила как раз у обелиска), - он туда, к нам, каждую неделю приходит, цветочки приносит. А потом стоит и… плачет. Долго так, взахлёб. Будто там все его родные и близкие лежат…

- Да нет, ребята, юность его там вместе с его сослуживцами похоронены, - обронила учительница, погружаясь в свои мысли.

Она уже не раз сама вспоминала судьбу своего отца, которого только по старым пожелтевшим фотокарточкам-то и видела. Ещё юношей он ушёл, как все, на фронт, защищать Родину в первом призыве в тот роковой 41 год. Позже, в каждый день его рождения, Наташа посвящала «своему папке» стихи:

Сильный, смелый, защитник ты мой!

Вот бы чайку попить мне с тобой!..

И посидеть, поболтать обо всем!

Как с мамой трудно жить нам вдвоём…

Сегодня снова твоё день рожденья,

Но ты не сможешь принять поздравленья.

Тихо и сыро в могиле твоей.

Там не летает косых журавлей…

Папка, погиб ты, защитник ты мой…

Папка, запомни: я сердцем – с тобой…

Но так и не поняло маленькое, всё ещё детское сердечко, почему проклятый немец, убивший её отца живёт и радуется где-то под Лейпцигом, а папка, её папка, так и не увидел ни разу свою доченьку, свою Наташеньку…

«Как это странно, - думал солдат, стоявший на постаменте обелиска, - сегодня такое синее небо. А ещё, кажется, вчера, по нему летали боевые самолёты, сбрасывавшие опасные бомбы. Ещё, кажется, вчера мы с сослуживцами прижимались к земле, спасаясь от пролетающих над нашими головами пуль. Ещё, кажется, только вчера одна из них попала в мою разгорячённую грудь и я ПОГИБ…»

Ребята, наконец, дошли до памятника и принялись за работу: Витька с Колей пошли на реку за водой, Юленька с Любой стали подметать площадку, а остальные ребята выносили мусор и прошлогодние увядшие цветы.

«Какие же они сейчас счастливые! – думал солдат-обелиск, - нарядные, улыбчивые. Пришли вспомнить о нас, погибших… Чтут память. Преклоняются перед подвигом…»

- Ну что, ребята, вы молодцы. Сегодня мы все действительно постарались! – улыбаясь, говорила Наталья Васильевна.

- Давайте уже пойдём, а?.. У меня ещё танцы сегодня! – захныкала Юленька.

- А я вообще кушать хочу, не успел сегодня в столовую… - заявил Коля.

- Пойдёмте, ребята, - опустив глаза, промолвила Наталья Васильевна, - пойдёмте…

Она мысленно приходила в себя – возвращалась в нашу реальность. Сюда, где нет скорби, боли, голода, войны… Сюда, где уже нет её отца. Но есть дети, муж, мать. Сюда, где синее-синее небо и весело поют соловья по утрам на той берёзе, что у забора… Сюда, где все, как надеялись наши деды, будут счастливы.

Рипенко Елена