Два сердца

МУНИЦИПАЛЬНОЕ БЮДЖЕТНОЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ

«СРЕДНЯЯ ОБЩЕОБРАЗОВАТЕЛЬНАЯ ШКОЛА № 5 г. МИХАЙЛОВКИ»

ВОЛГОГРАДСКОЙ ОБЛАСТИ

15-ый областной патриотический

 литературно-художественный конкурс для детей и юношества «Сталинградская сирень – Сирень Победы»

Рассказ

«Два сердца»

Автор Лащенов Иван Дмитриевич

        Два сердца.

   Прошло уже много-много лет с того чудовищного дня. А я помню этот случай, да и буду помнить всегда, как будто это было вчера.

   Шел сентябрь 1943 года. Мне было 7 лет, когда я попал в полуразрушенный дом, где люди прятались от войны. Нас было 15 человек: семья, состоящая из семи человек, два пожилых человека, мать с тремя детьми, женщина с трёхлетним ребенком и я, сирота. Мама умерла в августе сорок третьем. В дом, где мы жили, попал снаряд, чтобы я остался жив, мама закрыла собой снаряд. Я долго сидел один, смотря на то место, где лежала моя самая милая, любимая мама. У меня не было слез, я забыл все, что происходило вокруг. Ни одного звука я не мог произнести. Через несколько часов я понял, что стал немой. На следующее утро меня нашла женщина и привела в дом, где я стал свидетелем ещё одного ужасного случая.

   Из всех людей в доме, особое внимание я обратил на мать с трехлетнем ребенком. Мать не отходила от своего голубоглазого сына ни на секунду. В доме были некоторые запасы, которые мы делили на всех. Конечно, чувство голода присутствовало, но хоть крошка хлеба помогала жить дальше.

   Мальчик, получив свой кусочек, аккуратно клал его в рот  и начинал медленно пережевывать. Мать смотрела на сына со слезами на глазах, потому что знала, что сын её все ещё был голоден. Когда мальчик съедал свою порцию, мать отдавала ему свою.  Невозможно описать ту радость в глазах ребенка, когда он видел ещё один маленький кусочек черствого хлеба. Кажется, он был самым счастливым ребенком в это страшное военное время. Мать же наслаждалась счастьем своего ребенка.

   Прошло уже месяц, как я бал в этом доме. За это время мама мальчика съела один кусочек черствого хлеба и две сырые картошки. Смотреть на нее не было сил. Она была похожа на старушку, ее красивые большие глаза впали, губы высохли от слез, торчали скулы, от этой ранее прекрасной молодой женщине остались только длинные густые вьющиеся волосы. Ее волосом можно было любоваться каждый день, локоны легко ложились на её черные, от сажи, плечи.  Сын её ласково и нежно, своими крохотными ручонками, убирал черные локоны с плеч, как только понимал, что они мешают его заботливой маме. Смотря на эту картину, я всегда вспоминал свою любимую маму: её ласковые и заботливы руки, приятный запах ее тела, легкое дыхание. Мне всегда её не хватало.

   Мы прожили ещё месяц. Стали наступать холода. Мороз чувствовался все сильнее и сильнее. Дров оставалось немного. Среди нас был молодой мужчина, который отправился на поиски дров. Мы прождали его до вечера, но он так и не вернулся. Нас осталось 14 человек. Вскоре дрова закончились. И это заставило расстаться двум любящим сердцам, матери и сыну.  Мама долго что-то шептала сыну, но сын только и делал, что обнимал и целовал  свою маму, произнося: «Нет, нет мамочка». Она встала, взяла сына на руки и посадила рядом со мной, попросив присмотреть за ним, пока она будет ходить за дровами. Я обнял мальчика и улыбнулся ему. Он схватил меня за руку, сжал её так, что мне стало больно.

   Его мама вышла из дома, в окно мы долго провожали ее печальными взглядами. Наступал вечер, а мамы ещё не было. Мы сели вдвоем у окна и стали ждать её, уже смеркалось. И тут из-за угла появилась мама со связкой дров за спиной. Я видел счастье, но такое впервые. Мальчик засмеялся, забегал по дому, он кричал громко и радостно: «Мама, мамочка, мамулечка…она живая». Он подбежал к окну и стал ждать, когда она зайдет в дом. Но в эту роковую минуту раздался взрыв, и на улице стало туманно. Когда туман рассеялся, мы увидели окровавленную, без движения маму. Я не помню, как это случилось, но сын её очень быстро оказался на улице возле тела своей матери. Он нежно взял её голову и положил  на колени, долго-долго он целовал окровавленные губы мамы. Она ещё была жива, с её губ сорвалось одно единственное и самое дорогое слово «Люблю». Она погрузилась в мир вечных снов, где не было войны и где не было её дорого сына. Я медленно подошёл к мальчику, взял его за руку и повел в дом. Чрез недели этот мальчик умер. Не смогли два любящих сердца жить друг без друга.

   Я выжил в этой беспощадной войне, но иногда думаешь, лучше было бы иначе. Ведь, когда я закрываю глаза, то  вижу те ужасные картины войны, которые я смог пережить ребенком.