Рассказ "Соня"

Соня.

Она стоит на поляне и смотрит, с трудом веря, что это не сон. Гладит рукой настоящую ярко-зеленую траву, заглядывает в чашечки цветов, трогает тычинки и слизывает пыльцу с пальцев. С непостижимой разудалой щедростью солнце заливает теплом и светом все вокруг. Соня слабеет и жмурится – слишком много всего. Буквально каждый сантиметр земли через край полон жизни – стебелек, по нему ползет маленькая коричневая гусеничка, внизу муравей тащит половинку сосновой иголки. Везде жизнь, во всем жизнь, сплошной оглушающий гимн жизни. Соня вслушивается в чьи-то разговоры, звуки знакомые, но смысл непонятен. В кронах огромных деревьев перекликаются и поют птицы, но для Сони это – речь. Постепенно из хора птичьих голосов начинает выделяться один, самый красивый, родной. Он произносит ее имя: «Соня, милая, пора вставать, доченька!» Мама. Так радостно – мама, но так досадно – сон. Все-таки опять сон. Соня рассматривает свои голубоватые пальчики, ищет следы вкусной пыльцы и вздыхает – ничего. Мама догадалась и улыбается: «Опять на Земле была?»

 - Опять, мамочка! Вот прямо еще руки траву помнят, еще мне тепло от солнышка! Как же его там много, мама!

 - Ну, ничего, доченька, наше не такое теплое, но тебя уже ждет, волнуется. Где это Соня, где моя красавица?

Соня улыбается ласковым словам, трется похожим на хоботок носом о мамино плечо. На их планете кислорода мало и носы у всех жителей очень большие. На их планете всего мало. Тепла, еды, света. На камнях растут только мхи и лишайники, еще есть плесень. Ее выращивают в огромных пещерах, увлажняют, ухаживают и потом перерабатывают на пищу. У них все съедобное называется так – пища. Мама подает на  каменной дощечке несколько светлых маленьких кубиков. Соня съедает все до крошечки и собирается на подготовку. Все дети ходят на подготовку. Несколько поколений жителей планеты Уга готовят своих детей к полету. На огромную, неимоверно богатую планету Земля. Уже давным-давно маленький спутник летает на орбите Земли и передает информацию на  Угу. Данные обрабатываются в большом научном центре, куда каждый день спешит на работу Сонин папа. Мама отправляется в пещеры заботиться о плесени. Из этих пещер каждый день выносят все, что остается от переработки. Много-много лет жители планеты готовят «огороды». Мелко раздробленный камень засыпают органикой, всем, что может стать «искусственной почвой». Планета живет мечтой и надеждой. Полет на Землю.  Им нужны семена.   У них очень мало шансов, но они надеются и молят Господа, чтоб все получилось. И когда-нибудь их дети тоже будут есть кашу из настоящих зерен.  Все это Соня знает, она уже шесть лет ходит на подготовку. У них очень хороший учитель, только старый, ему сорок лет. Для Уги это - глубокая старость. И если голоса всех детей звучат щебетом птичьей стайки, то голос учителя  как кряканье старого селезня.

 - Все годы я учил вас и надеялся, что именно вам выпадет это… Испытание, счастье, называйте, как хотите. Мои надежды оправдались. Сегодня от Высшего Руководства пришло сообщение. Решение принято, все готово к полету. Список команды объявят позже.

 - Учитель выкрикивал фразы очень скупо, официально и только подрагивающий нос-хоботок выдавал волнение.  Всю жизнь учил детей, готовил их к этому полету, не зная, состоится ли он. Соня замирает – неужели сбудется ее сон? Как хочется увидеть списки! Вот если бы там стояло ее имя!

 - Мама, мамочка, ты знаешь?

Мама уже дома, она грустно смотрит на Соню. Ее голос, голос земного соловушки, тихонько щебечет: «Вот и сбудутся сны моей доченьки, моей девочки любимой». Соня начинает догадываться и смотрит на маму с надеждой, радостью и страхом. Та кивает головой: «Ты в списке, Соня». Теперь в глазах у Сони – только радость. Страх – у мамы. Она больше не увидит свою девочку, даже если полет завершится благополучно. Через тридцать лет Соня вернется пожилой женщиной.  На Уге не живут больше сорока пяти. Но, может, что-то изменится? Если  посланцы вернутся с семенами, на их планете тоже заколосятся пшеничные поля. Они все просчитали, все должно получиться. У тех. У других. Кто будет жить после. Вечером Соня, мама и папа ели светлые кубики, улыбались друг другу и щебетали, не переставая. Вышли на улицу и долго смотрели на звездное небо.  Папа с мамой старались стать поближе к Соне, обнять, погладить. Они уже прощались с дочерью, а до полета еще несколько дней. Дети проходят окончательную подготовку, вся команда сживается в единое целое. С ними двое взрослых. Они должны дожить до Земли и еще успеть улететь обратно, а потом… Но это будет потом. А сегодня – последний вечер дома.

              - Соня, доченька, мы будем видеть друг друга. Раз в полгода, больше нельзя, не хватит    энергии на все годы полета

               - Да, мамочка, я все знаю.

               - Соня…

              - Я знаю, мамочка. Но я уже буду совсем взрослой. Не надо об этом думать.

               Они молчат и смотрят. Мама - на дочь, дочь - на маму. Взгляд – любовь, взгляд – прощание. Папа очень озабочен, какой-то странный, но Соня с мамой ничего не замечают. Наконец Соня укладывается и с трудом засыпает, а мама всю долгую ночь не сводит с нее глаз. Папа несколько раз подходит, порывается что-то сказать и не решается. Утро ничем не отличается от других. Все те же светлые кубики на завтрак, все то же неяркое солнышко по дороге на космодром. Только сегодня с Соней папа и мама. На космодроме почему-то шумно и бестолково. Все бегут в Центральный зал, не видно приготовлений к старту корабля. Соня с мамой не понимают, в чем дело, папа молча увлекает их за собой и спешит за всеми. В Центральном зале – огромный экран, с него смотрит необычно грустный Главный Правитель Уги. Он только что сделал паузу и продолжил свою речь.

             - И теперь я должен все объяснить вам. Чтобы ни у кого не осталось сомнения – полет    невозможен. Все годы, пока спутник передавал нам информацию с планеты Земля, ее тщательно обрабатывали и вы видели лишь небольшую часть. Огромные зеленые леса Земли – у нас не растет даже травинка. Мы не считали возможным показать вам, как пилят и рубят этот лес. Ваш мозг не готов был понять, почему ради наживы нескольких землян губится принадлежащее всем. Вы видели моря, океаны. Мы не смогли показать вам, как безжалостно их опустошают, не заботясь о следующих поколениях. Как сливаются в реки все отходы, даже органика!

             По залу разнесся изумленный щебет. Правитель продолжал:

             - Вы видели поля землян, родящие им зерно. У нас есть только съедобная плесень. Мы не  показали вам, как часть зерна перерабатывается в непонятный напиток, выпив который ,        они перестают быть Землянами. Мы не можем объяснить иначе, но они теряют способность  видеть красоту своей Земли, любить родных, радоваться своему полю. Все, чем Господь так щедро одарил их, они больше не ценят.  Зал оцепенело молчал.

   - Вы видели прекрасных детей землян, у некоторых их бывает много, даже по десять. Вы знаете, на Уге большая редкость – три ребенка. Но мы благодарны Богу, если рождается хотя бы один.

В зале не было ни движения, все уже боялись следующей правды. И Правитель ее не скрыл.

 - Земляне убивают своих детей, даже еще не родившихся.                                                        

 У Правителя на экране заметно подрагивал хобот-нос, в зале многие были близки к обмороку. Самые стойкие мамы запоздало пытались прикрыть уши своим детям. Но они уже все слышали и смотрели с недоумением – ведь такого не может быть? А речь с экрана звучала дальше.

- У них так много всего, но они все время хотят чего-то еще. Они воюют друг с другом, убивают, грабят. Некоторые вещи мы не в состоянии назвать, на нашем языке нет таких понятий… Вчера пришла очередная информация со спутника.

Правитель помолчал, в зале была полная тишина. Все ждали, когда он сможет говорить.

Его слова были похожи на приговор.

 - Они убили свою планету. Одни Земляне сумели вывести смертоносную бактерию и хотели с ее помощью уничтожить других Землян. Эта бактерия сейчас стала хозяйкой Земли. Она на свободе и убивает всех – ее создателей, других, ни в чем не повинных, всех подряд. Земля стала больной, заразной. Нам нельзя лететь на нее. Мы не можем рисковать своими детьми, у нас их так мало… И мы их так любим…

Мамы невольно взглянули на своих детей. И вдруг по залу пронесся тревожный щебет – почти всей команды несостоявшегося полета не было! Вслед за волной тревоги на  замерших от страшного предчувствия родителей налетела звуковая волна – взлетал космический корабль. Все в полном молчании побежали к выходу. На Уге нельзя было бежать и кричать – сбивалось дыхание, не хватало кислорода. Возвращались тоже молча, но шли очень-очень медленно. Дети улетели одни, без взрослых. Потухший экран  как символ полной растерянности. Никто не знал, что дальше.  Два долгих томительных часа отчаяния и тишины просто ощутимо ползли по коже, царапая и раня. Когда экран ожил и на нем появилась Соня, мама подумала: «Ну, наконец-то! Я так и знала: моя девочка здесь, на Уге!» Но Соня была очень далеко, хотя голос звучал совсем рядом и так строго, по-взрослому.

 - Мы улетели без вашего согласия. Это решение принято не сегодня. Нельзя отнимать надежду у жителей целой планеты. Нас всего только двадцать четыре. Сегодня мы еще дети, но мы готовы выполнить свой долг.

Соня обернулась к своей команде,  и на экране взметнулись вверх двадцать четыре руки. Они приветствовали тех, ради кого улетали в неизвестность. Может быть, навсегда.