Эссе "Часкалба"

Часкалба

        Шел 1943 год. Солнце щедро разливало свои лучи по широким степным просторам. Над Енисеем стоял крик птиц. Дробь и трели, капель, набухшие почки тополей и даже сам воздух – все говорило о весне.

На сердце у Часкалбы было легко и радостно. Новорожденная дочь, тепло закутанная,  тихонько сопела у нее на руках. Впервые после гибели мужа ее переполняли радость и надежда. К самым ее ногам подкатился ручеек, коснулся ног и побежал дальше. Молодая девушка осторожно встала, улыбнулась ручейку, солнышку и в порыве материнской нежности покрыла поцелуями крошечное личико малышки.

За домашними хлопотами Часкалба не заметила, как прошел день. К вечеру вернулся с работы отец, еще не старый мужчина, но уже с гривой совершенно седых волос. Много горя выпало на его долю, потому и поседел рано. За это его прозвали Седым. Часкалба была у него единственным ребенком. Жену он потерял еще в молодости. Нелегко было одинокому мужчине воспитывать дочь. Прошли годы, и вот он уже дедушка… Он то и дело подходил к колыбели и любовался внучкой. Глядя на светящуюся от счастья дочь, отец тихо радовался.

Было уже поздно. Слышалось мерное дыхание его дочерей. Несмотря на усталость, Седой никак не мог уснуть. Чтобы не потревожить сон молодой матери, он вышел во двор подышать воздухом. Веяло свежестью, весенней прохладой. Звезды светили необычайно ярко. Он отметил про себя, что, прожив столько лет на берегу Енисея, ни разу не восхищался красотой ночи так, как сегодня.

Его раздумья прервал  шум, поначалу невнятный, но уже через минуту усилившийся до того, что вызвал у Седого сильное беспокойство. Соседские собаки завыли.  Надрывно лая и жалобно скуля, они стали рваться с цепей. Где-то недалеко послышались тревожные крики людей. Внезапно отец семейства понял: пришла беда. Началось наводнение.

Часкалбу разбудил крик отца: «Вставай! Нас затопило!» Девушка начала собирать самое необходимое. Но как бы быстро она не собиралась, вода прибывала еще быстрей. Закутав ребенка и схватив собранный узел, Часкалба выбежала из дома. На улице творилось невообразимое. Люди в панике кричали, толкались, бежали, спасаясь от воды. В этой сутолоке девушка потеряла из виду отца. Однако медлить было нельзя. Бросив замедлявший бег узел, она, прижав к сердцу малютку-дочь, неслась изо всех сил. Вышедший из берегов Енисей неистовствовал, унося жизни.

В какой-то момент волна сбила ее с ног. Захлебываясь, молодая мать поняла, что случилось непоправимое: она не удержала ребенка. Острая боль пронзила ее сердце. Отчаянье и горе были настолько сильны, что она завыла, подобно раненному зверю. Чувство отчаяния и безнадежности разрывало ее душу. В ее голове пронеслось: «Зачем мне жить, если нет моей малышки? Зачем это небо, зачем это солнце, если нет моей дочери?»

Часкалба перестала бороться со стихией. Теряя сознание, она почувствовала убийственный холод, пронимавший ее так, что лишало способности двигаться. С каждой секундой становилось все холоднее – стужа уже добралась до самого сердца, раздирала легкие. Девушка опускалась на самое дно воды.

Неожиданно кто-то, схватив за ворот, с силой рванул ее наверх. Часкалба стремительно поднималась на поверхность.  Глоток воздуха обжег ей легкие, заставив надрывно закашлять. Безвольное тело девушки перенесли на носилки.

Разомкнув веки, она увидела лицо своей спасительницы. Это была совсем юная девушка с огненно-рыжими волосами и вздернутым носом, усыпанным веснушками, на круглом, почти детском, лице. Ее изумрудные глаза излучали тепло и сочувствие. Полные губы тронула едва заметная улыбка. Было что-то неуловимо озорное во всем ее облике.

-  Меня зовут Шура, - представилась незнакомка.  

- Зачем вы спасли меня? Теперь, когда я потеряла свое дитя, моя жизнь бессмысленна,- сказала Часкалба.

- Жизнь каждого из нас бесценна. Многие наши солдаты погибли, геройски сражаясь за наши с вами жизни. Мы должны быть им благодарны. Пусть их жертва не окажется напрасной. Живите.

Тут слезы потекли из глаз Часкалбы. Перед ней встал образ ее любимого мужа, Сенчен-оола, который ушел на фронт добровольцем.

Прошло три года. Могучая река Енисей со спокойною важностью текла по руслу.  Чистые и глубокие воды отражали голубое небо. Ветерок поднимал мелкую рябь на воде. На берегу играла в камешки маленькая девочка. Шелковистые черные кудри обрамляли ее прелестное личико. Рядом сидела мать и задумчиво смотрела куда-то вдаль. Это была Часкалба.

Все три года она пыталась разыскать свою спасительницу, чтобы поблагодарить ее. Но, увы, поиски не увенчались успехом. И тут, глядя в свое отражение в воде, она вспомнила чьи-то слова о том, что вода обладает памятью, и решила ей довериться. Часкалба наклонилась над рекой и тихо произнесла заветные слова: «Спасибо, Шура». И Енисей понес их на своих волнах.