Фанфик "Муму"

Баданина Валерия, пос. Воротынск

emmatuman1@rambler.ru

«Муму». Новый Герасим.

Саммари: Фанфик является продолжением рассказа «Муму» И.С. Тургенева. Герасим не по своей воле утопил единственного друга Муму.

Не описать словами его чувств , когда он после содеянного оставил барский дом и уехал в деревню…

После долгого утомительного пути Герасим увидел вдали очертания родной деревеньки. Казалось, впервые после долгих переживаний его сердце замерло. Он приостановился , расправил могучие плечи, но печальные , наполненные болью глаза выдавали его горе.

Вокруг все дышало свежайшим воздухом деревни : огромные сосны окаймили небольшую лужайку , пестревшую , как драгоценный камень необыкновенной красоты среди темно зеленой бесконечности соснового бора , и лишь узенькая просека посмела раздвинуть грозно нахмуренные деревья к приютившийся деревеньке.

Герасим поднял котомку с сырой земли и поплел дальше , осторожно сторонясь вновь раскрывшихся маков, казалось, после содеянного им греха он боялся причинить даже мельчайший вред окружающему его миру. Он приближался к деревне. Был полденный час. Вокруг послышался звон колоколов из соседнего села. Герасим будто чувствовал их звон. Он поднял голову , вдалеке виднелись позолоченные купола. Герасим опустил виноватый взор и поспешил к старенькому домику , возле которого купола скрывались за синими верхушками леса.

В деревне Герасим занялся усвоенной в городе профессией. Он аккуратно выметал дворы и улочки, а люди помогали ему чем могли.

Так прошел год. Кажется, ничего не могло измениться в жизни глухонемого великана с потопленными чувствами и обманутым сердцем. Осенью у Герасима было много работы. Шелестевшие листья падали к его ногам и, будто насмехаясь над ним , прибавляли ему работу. У одного дома листьев было очень много, и пока Герасим убирал их,  он заметил какое-то движение.

Возле дома показалась невысокая , укутанная в коричневый шаль девушка.

Герасим смущенно отступил. Девушка представилась Ариной, еще не зная , что новый знакомый не слышит ее. Герасим перебирал в руках варежки , потом промычал что-то…

Арина подошла к нему и дотронулась его сильной жилистой руки. Кажется, она понимала , что Герасим чувствует. Движением руки она позвала его в дом. Герасим , словно околдованный, шел  вслед за маленькими быстро и уверенно сменившими ножками Арины. Это было его первое «общение» с человеком после страшных событий в городе.

В доме было уютно. Казалось, обстановка притягивала Герасима , согревая его теплым светом лампады. Арина разливала  чай, угощала Герасима сухарями. Затем она резко встала и , рассмеявшись , достала из старенького шкафчика лист бумаги и огрызок карандаша. Уверенным движением она нарисовала домик , стрелочку  и себя рядом с Герасимом. Она протянула ему листок, хитро улыбаясь. Герасим тоже улыбнулся, впервые за много лет. Его улыбка была настолько незаметной  что уголки губ лишь вздрогнули на долю секунды . Но Арине хватило этого: она прикрыла чуть обнаженную грудь платком и кокетливо подойдя к Герасиму , взяла его за руку. Герасим поднялся , предварительно запихнув в рот сухарей , и, нечаянно встряхнув крошки прямо на свою знакомую , неуклюже побрел за ней, вглядываясь в ее легкую танцующую походку.

Прошел год. Желтеющие листья скрючивались и падали на сырую землю , рассыпаясь на мельчайшие части. Казалось, еще вчера они были такими яркими и свежими , но осенние дни не пощадили их юную красоту.

В домике у Герасима жарко топилась печь. Молодая хозяюшка чистила свежую картошку, искоса поглядывая на него. Он нашел новое занятие : их общение рисунками разбудило в нем небольшой талант рисования. Возле него на столике лежала стопка рисунков , половина из них принадлежала Арине. Рисовала она небрежно. Казалось, будь у нее другой выход для общения с Герасимом , она бы никогда не рисовала. Он же вкладывал душу в небольшие рисунки , скорее похожие на творения маленького ребенка.

Арина в очередной раз заглянула в рисунок Герасима.

На оборванном листочке виднелись очертания маленькой собачонки, жалобно смотрящей с картинки. Особенно выразительными были темные глаза , они , казалось, были живыми. Герасим закрыл рисунок рукой и прижался к углу избы. Арина зловеще посмотрела на него.

-Я ненавижу собак! – сказала она. Утопить их всех надо!

Герасим, будто понимая слова Арины, съёжился  промычал: «Му-му…». Он прижал рисунок к сердцу. Арина подошла к нему и уверенным бесстрастным движением вырвала из его огромных рук листок и бросила его в огонь.

Пламя безжалостно поглотило беззащитного карандашного щенка. Арина же беззаботно продолжала хлопотать. Она даже не заметила слёз на щетине Герасима, не увидела она и то, что он ушёл , сжав ручища в огромные кулаки.

Вернулся он вечером. Сгорбленный , но с блестевшими от какого-то непонятного чуда глазами он что-то прикрывал , прижимая к сердцу. Арина сидела возле печи, поправляя распущенные волосы. После недолгого молчания она посмотрела на Герасима , но он не смотрел на нее. На руках у него сидел маленький мокрый щенок, белый с черными пятнышками и невероятно добрыми глазами. Герасим вопрошающе смотрел на Арину. Она резко встала , и показав на щенка, другой рукой указала на дверь, тогда Герасим медленными уверенными шагами подошел к столу. Маленький беззащитный щенок своим присутствием придавал огромную силу громадному Герасиму. Он быстро нарисовал дом , в нём девушку и от неё стрелочку к двери. Затем протянул листок Арине и отвернулся , зарывшись лицом в мокрую шерсть щенка.