ученик 8 "А" класса МБОУ "Элистинский технический лицей"
Вложение | Размер |
---|---|
![]() | 50.5 КБ |
«Вклад князей Тюменей в калмыцкую культуру»
Середина 18 века – трагический конец Джунгарского ханства. 1759 году китайские войска подавили последний очаг сопротивления ойратов. Началось жесточайше массовое истребление населения. Спаслось лишь сорок тысяч человек – те, кто успел откочевать к границам России. В числе их был и потомок рода хойт-нойон Дегжит со своей супругой Ельзе-Орошиху и приближенными кетчинерами (телохранителями) .
Прибыв в город Семипалатинск, Дегжит изъявил желание войти под российское покровительство. Императрица Елизавета Петровна удовлетворила просьбу знатного джунгарца, разрешила ему и его семье поселиться в сибирском городе Тюмени. Здесь у Ельзе-Орошиху родился сын. Родители назвали его Тюмень-Джиргалан в честь города, давшего им спасение. К тому же «Тюмень» на ойратском означало «десять тысяч», и полностью имя новорожденного переводилось как «радость десятитысячная».
В Тюмени Дегжит пробыл недолго. Собрав своих подданных, он направился к берегам Волги. Дегжит поселился вблизи ставки калмыков Хошеутовского улуса.
Так, в 60-е годы 18 века на левом берегу Волги появилось небольшое поселение. Вскоре Дегжит умер. Через год Ельзе-Орошиху вышла замуж за вдовствующего хошеутовского нойона Замьяна, который по ойратскому обычаю усыновил осиротевшего Тюмень-Джиргалана. После кончины Замьяна хозяином поселения стал его пасынок. В литературных источниках источниках начала 19 века поселение значится уже под названием « Сельцо Тюменевка».
Строительство комплекса Хошеутовского хурула (1814— 1817 гг.), своеобразного исторического памятника, органически сочетающего элементы буддийской архитектуры с монументальной величественностью европейского классицизма, было связано с одной из крупнейших феодальных фамилий, игравших ведущую роль в жизни калмыцкого общества XVIII - начала XX вв. Династия нойонов Тюменей выдвинула из своих рядов доблестных участников, героев Отечественной войны 1812 г., прекрасно образованных людей своего времени, усилиями которых было создано историческое сочинение "Сказание о дербен-ойратах", переведен с русского языка рад исторических работ, посвященных калмыкам, заложены основы изучения национального фольклора. Представители династии Тюменей явились инициаторами перехода калмыков от кочевого образа жизни к оседлому, ранее всех перенимая прогрессивные методы хозяйствования передовой русской земледельческой культуры.
История Хошеутовского хурула через фамилию Тюменей, представляла небольшой, но очень важный этап истории калмыцкого народа, являющейся составной частью истории России, выступает как один из ярких примеров единения двух народов. Единство калмыков с Россией неоднократно проявлялось в участии их в войнах против турецких, крымских вторжений в XVII- XVIII вв., в пограничной службе на юго-востоке страны. Одним из первых на призыв русского народа встать на борьбу с Наполеоном откликнулись калмыки Хошеутовского улуса. Тюмень-Джиргалан снарядил пятисотенный полк, вошедший в историю как Второй астраханский калмыцкий полк под командованием старшего сына Серебджаба. В войне 1812 г. и заграничных кампаниях 1813-1814 гг. полк С. Тюменя в составе 3-й западной армии генерала Тормасова начал боевой путь от Бреста и прошел до Парижа. 20 марта 1814 г. Второй астраханский калмыцкий полк в парадном марше прошел по улицам французской столицы. За доблесть в борьбе с захватчиками С. Тюмень был произведен в чин подполковника, награжден орденами св. Владимира, Анны и золотым именным оружием. Подвиг С. Тюменя в "битве народов" под Лейпцигом был отмечен орденом св. Георгия.
Батур-Убаши Тюмень, профессиональный военный, офицер русской армии, принял участие в Отечественной войне 1812 г. не в составе калмыцких полков. Будучи кадровым военным, он вместе с друзьями по оружию, представителями других народов России, с первых же дней нашествия наполеоновских войск познал горечь отступления, а затем был участником победного преследования захватчиков по опустошенной и разоренной русской земле. Не случайно Батур-Убаши летом 1814 г. был удостоен чести представлять калмыков Хошеутовского улуса в Петербурге на торжествах по случаю празднования великой победы русского народа в Отечественной войне 1812 г..
Время пребывания Батур-Убаши Тюменя в Петербурге совпало с окончательным завершением строительства монументального церковного сооружения - Казанского собора, над проектом которого работал А. Н. Воронихин - один из крупных мастеров русской архитектуры периода классицизма. Грандиозность и величественность ансамбля этого собора оказали неизгладимое впечатление на посланца калмыцкого народа.
История Казанского собора теснейшим образом была связана с событиями народно-освободительной борьбы 1812 г. С площади перед колоннадой собора летом 1812 г. уходили русские полки на театры военных действий, под сводами собора состоялась торжественная служба накануне отъезда в действующую армию нового главнокомандующего русскими войсками фельдмаршала М. И. Кутузова. Именно в Казанском соборе в дни торжеств по случаю разгрома войск Наполеона были размещены трофейные знамена и ключи от сдавшихся неприятельских городов. В 1814 г. Батур-Убаши Тюмень посетил Казанский собор и осмотрел хранилище священных исторических реликвий всенародной войны, активными участниками которой были кочевники-скотоводы калмыцкой степи. Торжественная атмосфера, царившая в Петербурге в дни празднования, ощущение причастности своего калмыцкого народа к этой большой победе побудили Батур-Убаши Тюменя к мысли о создании подобного монумента в честь ратных подвигов воинов-калмыков. Для осуществления этой мысли он ближе познакомился с архитектурными особенностями Казанского собора, стилевыми и конструктивными решениями христианского храма. Возможно, здесь же им были сделаны зарисовки плана и отдельных фрагментов сооружения.
Осуществить строительство монументального культового сооружения самостоятельно Батур-Убаши Тюмень не имел возможности, поскольку, будучи человеком военным, он не располагал достаточными для этого средствами. Поэтому по возвращении из Петербурга в Калмыкию он поделился своими замыслами с братом нойоном Серебджабом, который не только поддержал эту идею, но и принял на себя большую часть расходов.
Строительство Хошеутовского монастырского комплекса было начато в 1814 г. на месте старой деревянной ламаистской церкви, где проходило торжественное богослужение в честь вернувшихся из похода участников Отечественной войны 1812 г., воинов Второго астраханского калмыцкого полка. Проект главного храма был создан Батур-Убаши Тюменем по образцу Казанского собора в Петербурге. Но это не было слепым заимствованием. Батур-Убаши с помощью Гаван-Джимбы, буддийского монаха, незадолго до этого совершившего паломничество в Тибет и Монголию, переработал композицию собора применительно к требованиям буддизма, национальным традициям и небольшим размерам хурула .
Хошеутовский хурул был одним из самых крупных в Калмыцких степях и центральным в улусе и выполнял соответствующие его статусу функции.
По свидетельству А. М. Позднеева, в нем насчитывалось 80 рисованных полотен, 27 литых бурханов и различные музыкальные инструменты. Каждый из этих предметов был в то же время и произведением искусства. Одни изготовлялись местными мастерами, другие были вывезены и присланы из Тибета, Монголии и других стран. Большую художественную ценность представляли и росписи на стенах.
Особенно славился Хошеутовский хурул своей богатой библиотекой
А. М. Позднеев видел часть ее, а монахи рассказывали ученому, что ранее здесь хранились десятки тысяч старинных рукописных книг.
Отличало Хошеутовский хурул и то, что он хранил память об участии калмыков в Отечественной войне 1812 г. Непосвященным посетителям рассказывали предысторию создания храма, показывали знамя Второго калмыцкого полка, пробитое французскими пулями. Здесь проходили основные торжества по случаю празднования в Калмыцких степях, как и по всей России, 100-летия победы над наполеоновской армией.
Хошеутовский хурул стал также центром празднования 300-летия добровольного вхождения калмыцкого народа в состав России. И конечно, в хуруле проводились все большие религиозные праздники, которые являлись в то время праздниками всенародными.
Немало делал для поддержания авторитета и материального благосостояния хурула Серебджаб Тюмень. Он же способствовал тому, что добрая слава о хуруле распространилась далеко за пределы улуса и даже Калмыцких степей. Так, уже с момента окончания строительства Хошеутовский хурул стал одной из достопримечательностей Калмыцких степей; он привлекал внимание многих ученых и путешественников своими необычными формами. В 1829 г. хурул посетил и описал его немецкий естествоиспытатель Александр Гумбольдт. В 1838 г. русские художники, братья Григорий и Никанор Чернецовы, сделали серию рисунков храма. Эти работы хранятся в Государственном музее архитектуры им. А. В. Щусева, в Эрмитаже и Русском музее. В 1858 г. в храме побывал французский писатель Александр Дюма, написавший небольшой мадригал творению Батур-Убаши Тюменя. Хошеутовский хурул притягивал к себе не только любителей восточной экзотики, но и специалистов-архитекторов, этнографов, востоковедов. Одним из первых здесь побывал этнограф П. И. Небольсин, основоположник либерально-демократического направления в историографии Калмыкии. Художественные особенности Хошеутовского хурула были отмечены в работах ссыльного народника И. А. Житецкого. По заданию Русского комитета по изучению Средней и Восточной Азии в 1911г. был командирован в Хошеутовский улус калмыцкий просветитель Н. Очиров. Он также не обошел вниманием уникальный памятник калмыцкой истории и отметил: "На самом берегу Волги, среди небольших домиков гелюнгов и разбросанных здесь и там калмыцких глинобитных турпушек и кибиток, красиво и рельефно выделяется небольшой храм, который привлекает внимание едущих на пароходах своим величием и своеобразностью стиля".
ГЛАВА ТРЕТЬЯ, в которой Пух и Пятачок отправились на охоту и чуть-чуть не поймали Буку
Лиса Лариска и белка Ленка
Мост Леонардо
Загадочная система из шести экзопланет
Волшебная фортепианная музыка