И.С. Бах. Обыкновенный гений.

«ОБЫКНОВЕННЫЙ» ГЕНИЙ

Жизнь и характер гениального немецкого композитора Иоганна Себастьяна Баха является удивительным примером сочетания творческого вдохновения и здоровой рассудительности, глубокой религиозности и практичности в материальных делах.

Гениальность этого человека сродни невероятной одаренности величайших умов эпохи Возрождения. Бах изобрел лютневый клавесин, виолу помпоза, усовершенствовал конструкцию органа. Исполнитель и композитор, изобретатель и мастер, сведущий в законах акустики, Бах досконально знал технику строительства органа.

Невероятная мощь полифонических произведений Иоганна Себастьяна Баха поражала умы его современников, она же заставляет благоговейно трепетать сердца ценителей высокой музыки и теперь. Будущие поколения музыкантов все также будут отрабатывать технику фортепианной игры на фугах и прелюдиях Баха, написанных композитором специально для обучения этому искусству собственных сыновей. 

В жизненной борьбе, нередко омрачавшей его существование, Бах не всегда был симпатичен. Его раздражительность и упрямая неуступчивость, манера слепо идти напролом и создавать из мелочи крупное дело, раздражала начальство. Таким он был, когда встречался с людьми, которые, как ему казалось, могут попытаться ограничить его свободу.

Подлинный же Бах был совсем другим. Все свидетельства сходятся в том, что в обычной жизни он был чрезвычайно приветливым и скромным человеком. Прежде всего, он был прямодушен и неспособен совершить несправедливость.

Известна и его беспристрастность. Особенно ясно проявлялась она при многочисленных экспертизах органов, к которым его часто привлекали. Баха боялись, так как он был строг, ни одна мелочь не ускользала от его внимания. Приглашали ли его на конкурс органистов или на экспертизу вновь построенного органа, он всегда был так добросовестен и нелицеприятен, что, число его друзей после этого редко увеличивалось. Иногда он наживал и врагов, например в лице Шейбе. В 1729 году вместе с Гёрнером и другими органистами последний участвовал в конкурсе на вакантное место органиста церкви св. Фомы. Однако Шейбе не помогло и то, что он был сыном органного мастера являвшегося приятелем Баха. Бах высказался в пользу Гёрнера, с которым вел длительную борьбу и самомнение которого ему было неприятно. Шейбе запомнил это на всю жизнь.

Но Бах был более чем беспристрастен — он был доброжелателен. Если при экспертизе органа он находил, что вознаграждение не соответствует хорошей работе, он сразу же предлагал увеличить вознаграждение, и часто его просьба имела успех. 

Если Бах мог оказать кому-либо услугу, он никогда не отказывал. Когда его ученик определялся на работу, он дружески помогал ему. Не задумываясь, он писал рекомендательное письмо к церковному начальству в самых почтительных выражениях.

С этой добротой соединялась приятная скромность. С начальством он был оскорбительно горд, но в обычной жизни никому не давал почувствовать своего превосходства.

Работу своих учеников он судил строго, однако хвалил тех, кто этого заслуживая. Никогда не осуждал других музыкантов и не любил слушать о своих победах на творческих соревнованиях и никогда не позволял в своем присутствии говорить о музыкальном «поединке» с Луи Маршаном. (Подробности этой победы всем известны).

Маршан, органист при дворе французского короля в 1717 году впал в немилость у своего повелителя и отправился в Германию. Его элегантная игра так понравилась при дрезденском дворе, что концертмейстеру придворной капеллы, пришла мысль устроить художественное соревнование между французом и Бахом. Все живо интересовались турниром. Приглашенные, судьи и Бах явились в назначенное время, Маршан заставлял себя ждать. Когда послали за ним, узнали, что тот уехал еще с утренней почтой. Бах играл один и вызвал всеобщий восторг.

Когда Баха спрашивали, как он достиг такого совершенства в искусстве, он обычно отвечал: «Мне пришлось быть прилежным; кто будет столь же прилежен, достигнет того же». И с заносчивыми музыкантами он сохранил свою доброжелательность и не показывал, что видит их суетность.

Бах всю жизнь жалел, что не познакомился с Генделем. Он хотел с ним встретиться, но, кончено, не для того, чтобы померяться силами, а поучиться у него. В Германии, правда, мечтали о подобном турнире, и все считали, что как органист Бах победит.

Как высоко ценил Генделя И. С. Бах, видно из того, что вместе с Анной Магдаленой он собственноручно переписал его «Страсти», а значит, и исполнил их.

Вообще рукописные копии Баха — одно из свидетельств его скромности. Даже в то время, когда он уже давно перестал ощущать себя чьим-либо учеником, он продолжал переписывать Палестрину, Фрескобальди, Телемана, и многих других. Кажется непонятным: что заставляло его переписывать целые кантаты Телемана? Но ведь это были признанные всеми мастера: он уважал их и заботился о распространении их сочинений.

Сам же композитор не сознавал величия своих творений. Бах знал только, что он признанный всеми первый органист и клавесинист.  Но он даже не подозревал, что из всех созданных тогда музыкальных произведений лишь его сохранятся для потомства.

Свои партитуры Бах украшал буквами: S. D. G.— Soll Deo Gloria («Одному богу слава»). Музыка для него — богослужение. Искусство было для него религией. Поэтому оно не имело ничего общего ни с миром, ни с успехом в мире.

Вся жизнь и.С. Баха – служение Музыке. Одному ученику, который не знал, как выразить свою благодарность, композитор скромно сказал: «Мне ничего от Вас не нужно, кроме заверения, что в своё время Вы будете стараться передать то немногое, что Вы получили от меня, другим хорошим людям». Передавать друг другу доброе – таков смысл простых слов великого Баха. И это – его завет всем будущим поколениям музыкантов.

Литература:

1. А. Швейцер. Иоганн Себастьян Бах. М.: Музыка, 1965.
2. А. Валяев. «Обыкновенный» гений. Минск, 2005.