"Здесь на бывшем кладбище...".

I

Друзья спрашивают, что сейчас копаю. Второй отпуск подряд провожу на археологических раскопках. На этот раз в Самаре. Работаем с сыном на ликвидированном большевиками Всесвятском кладбище, где идёт очередная большая стройка.
Спасаем останки самарчан, похороненных больше сотни лет назад.
Да и как не взглянуть на то, что останется от тебя через век! Надеюсь, мои кости прежде попадут в добрые руки археологов, а не в строительный ковш ради нового торгового центра.
О драматичной истории этой части Самары можно почитать в интернете.
А ещё я подумал о том, что в родном городе тоже на месте старого кладбища давным - давно разбит сад, как и на Всесвятском сейчас находится Парк имени Щорса.
В начале журналистской деятельности даже писал в газете о запущенном состоянии лысьвенского сада.
Тогда же впервые узнал, что на этом месте похоронены жертвы гражданской войны: красноармейцы и колчаковцы. Сегодня это место отмечено памятной плитой.
А ещё я пофантазировал. Появится вдруг в Лысьве инвестор-застройщик, подобный самарскому, и соберутся со всех концов родины археологи на старое лысьвенское кладбище.
Я вот пока не знаю, где похоронены герои моих очерков - учителя Александра Сапожникова и Павел Исаков. Вдруг мы ходим по их бывшим могилам? Надеюсь, ошибаюсь.
Вы спросите, а надо ли спасать останки? Задумался над этим вопросом впервые, сметая кисточкой землю с косточек ребенка 19 века.

II

"Здесь на бывшем кладбище...". А у кладбища название имелось. Любопытно, многие ли местные жители знают его? Я не увидел поблизости знака с упоминанием этого намоленного места, на котором за сто лет возникла столь плотная застройка в Самаре.
Хорошо ещё, нашлось местечко для памятника трагическим событиям 1918 года.
А поодаль на фото виднеется крупнейший торгово-развлекательный центр 'Гудок". Где-то здесь до 30-х годов прошлого века стояла церковь Всех Святых.
Можно, сколько угодно ерничать по поводу сочетаемости места и деятельности комплекса, но именно благодаря его строительству сюда впервые пришли археологи, чтобы отыскать и бережно перезахоронить останки самарчан, живших и умерших во второй половине XIX - первой четверти XX веков.
Сегодня эта благородная работа на бывшем Всесвятском кладбище Самары продолжается. Застройщик решил возвести рядом с "Гудком" жилой массив. И финансирует работу археологов.
Я рад, что вместе с сыном, сделавшим первую в жизни археологическую зачистку сектора, со студентами и школьниками, приехавшими из разных концов родины, вносим свой посильный вклад в дело сохранения исторической памяти самарчан.

III

Вы знаете, сколько весит скелет человека? Не помню, есть ли ответ в школьном учебнике анатомии. Мы в школе на многое забивали, не понимая, где это знание может пригодиться.
Представляете, в моем десятом историческом классе три года назад не велась биология!
А сегодня я познакомился с антропологом. Оказывается, есть такая редкая профессия.
Мне поручили на время оставить зачистки и отвалы и пристать к специалисту в качестве "подносчика снарядов": распаковывать пакеты с костями, унести - принести.
Вот почему пришлось уточнять вес скелета. Слава богу, оказался не тяжелее ведра с землёй.
Я ждал медицинского работника из патологоанатомической лаборатории. А пришел наш брат-историк. Вернее, сестра. Юлия - исследователь самарских кладбищ. Археолог, этнограф, культуролог, краевед. Аспирант местного педагогического университета.
Я спросил ее: антропология - это больше история или биология? Смотря, где защищались, ответила она. Будучи гуманитарием, она служит в центре палеоантропологических исследований при кафедре, нет, не истории , а биологии.
При мне она по костям определяла пол, возраст человека, патологии скелета. В палеоантропологических лабораториях изучают и гораздо более древние кости.
Вот так, пришлось мне снова вспоминать строение скелета человека.
Теперь легче будет объяснить ученикам, почему важно в школе изучать все, а не гнаться за узкопрофильным образованием. Ведь, кто его знает, чем придется заниматься спустя годы.?
Вот и я через тридцать два года снова закочевал по экспедициям. А заодно размышляю о новом курсе внеурочной деятельности, посвященном профессиям для гуманитариев.

IV

Старая Самара - словно ожившая история. Я очарован.
Вот милый домик конца XIX века на улице Ленинской. Рядом находится такой же. В нем сейчас располагается театр кукол.
Вся улица - из таких домиков. Правда, не из таких ухоженных, как этот на фото. Я бы даже сказал: ветхих. И в них живут люди двадцать первого века!
Но вернёмся к дому купца И. Рытикова. Приближаясь к парадному входу, невольно поднимаешь глаза на окно над ним. А оттуда выглядывает... Нет, не сам хозяин. Большая честь для него! Догадались, кто? Да, тот самый человек, чьим именем названа улица (Сокольничья в то время).
Здесь с советских времён находится дом-музей Ленина.
Странно, что его так называют по-прежнему. Точнее было бы назвать музеем семьи Ульяновых, арендовавшей шесть комнат второго этажа. Двадцатилетний Владимир ещё не стал профессиональным революционером. Да и встречает нас мама, Мария Александровна, после казни старшего сына не снимающая траура. Кажется, что она, а не ее сын, главное лицо, хозяйка жилища и стержень всей экспозиции.
Очень трогательная, уютная обстановка, ничем не угрожающая "старому миру".
В Самаре Ульянов начал профессиональную деятельность помощником присяжного поверенного.
И как знать, не свяжись с плохой компанией, которую советские пропагандисты назовут "передовой, революционной молодежью", его ждала карьера преуспевающего адвоката.
Так и представляю, как встречаю их в Струковском саду среди приличной публики, праздно шатающейся, как я сегодня, обсуждающих планы переустройства мира. Бр-р-р...
Кстати, работодатель Ульянова присяжный поверенный Андрей Хардин упокоился на Всесвятском кладбище, и среди множества отрытых нами погребений вряд ли археологи найдут его останки. Зато Ленин лежит в мавзолее. Это к вопросу о роли личности в истории.
На улице Ленинской причудливо переплелись прошлое и настоящее. Современная архитектура неумолимо наступает и, кажется, окончательно задавит эту часть исторической Самары, как, обратите внимание, высотное здание, возвышающееся за музеем.
А вообще было бы здорово сохранить эту улочку. Людей, конечно, переселить.
Все здесь аутентично, как говорят историки. Впрямь, исторический заповедник, музей под открытым небом.
В моем родном городе тоже есть кусочек аутентичной старой Лысьвы. Как здорово было бы его сохранить единым музейным пространством!

V

В Самаре много памятников и арт-обьектов. Взгляд цепляли места камерные, в тени зелени и журчании водоемов. Почти сказочные. Как, например, сквер семьи Аксаковых на месте их усадьбы.
Уставший путник, как я после раскопок, найдет здесь умиротворение, пройдя лабиринт из стеклянных "страниц " сказки 'Аленький цветочек", и насладится каждым кустиком и цветочком, соответствующим определенному движению сюжета.
Такая вот семейная идиллия: сказку писатель посвятил, как известно, своей внучке.
Заметил, что совсем не хочу посещать достопримечательности, отражающие героические страницы нашей истории. Поэтому, увидев очередь в бункер Сталина, развернулся и ретировался в малолюдный музей Модерна (особняк А.П. Курлиной) на выставку "Бывшие".
И снова прикоснулся к личным и семейным историям людей, утративших статус после 1917 года и переживших все ужасы, что случились в первой половине XX века.
Кстати, сама хозяйка особняка дожила до глубокой старости в московской коммунальной квартире.
А я размышлял в этот момент о судьбах лысьвенских учителей Александры Сапожниковой и Павла Исакова. Тоже ведь из 'бывших,". Занимаясь их биографиями, узнал, что они пережили голод и холод гражданской войны, приняли советскую власть и активно участвовали в создании новой трудовой школы и в борьбе с безграмотностью.
Даже в доме-музее В.И.Ленина я не увидел ни идеологии, ни политики. Экспозиция побудила задуматься о семейной драме Ульяновых.
История страны сквозь историю семьи - тема явно меня волнует. Оно и понятно. Сегодня обстоятельства снова разлучают семьи, разводят по разные стороны, ломают судьбы и жизни близких людей. Вот и ищешь, на что опереться...

VI

VII

"На днях у нас ночью Васька сбежал. Приехали сортирщики.Так она выходила, ворота отворяла. Только на беду вторая беда. Ворота она отворила, - корова у нас и ушла. Я за ней полночи пробегал по городу. Оказалось, ей потребовалось жениха. Это через две недели после отела-то!"
Из письма А..А. Бострома А.Л. Толстой. 15 октября 1904 г.
Вот такую забавную историю прочел на экспозиции в музее Алексея Николаевича Толстого.
Продолжаю знакомиться с усадебной культурой старой Самары. Чем жили эти люди? Что их волновало? Ведь страна ведёт кровопролитную войну и неумолимо катится к революции. А у них забота: корова сбежала!
Перед нами ещё одна семейная история из жизни "бывших" . Впрочем, "красный граф" весьма преуспел в СССР. В отличие от хозяйки особняка Курлиной по соседству.
Обратил внимание на строчки из его корреспонденций с фронта во время первой мировой и из выступления "Призываю к ненависти" в 1941 -ом. Любопытно стало, как работает пропаганда во время разных войн. Актуально!
Кстати, могила матери писателя тоже затерялась на бывшем Всесвятском кладбище под советской застройкой. Интересно, как относился к этому факту сам писатель? А вдруг у археологов получится отыскать погребение?

VIII

Вот уж где мне не захотелось устраивать фотосессию на самарской набережной. Возможно, задумка скульптора оргинальна: создать объёмную копию знаменитой картины. Если отогнать за ней публику, то небо и Волга становятся естественным фоном, а баржа кажется плывущей по реке.
Но публика поглощена собой: пьет колу, плещется на пляже и делает селфи. Никаких поисков смыслов и причин задуматься. Никакого сочувствия к героям произведения.
Только потребительство, хайп да пиар для чиновников и политиков, "передавших в дар" это "украшение гооода'.
Невыносимый тяжёлый труд ничего и никого не украшает.
Не приемлю циничное и развлекательное отношение к истории.

IX

X

Прогулка по Ленинградской, "самарскому Арбату".
До свидания, Самара. Спасибо за гостеприимство, работу и новые впечатления!

ПОСЛЕСЛОВИЕ К ЭКСПЕДИЦИИ.
"Из правил поведения на погосте:
...Уважение к усопшим. Необходимо с уважением относиться к чужим захоронениям.
Соблюдение этикета при общении со скорбящими. Не допускается издевка или иное оскорбление личности покойного или его родственников.
По возможности соблюдение тишины.
Поддержание чистоты на территории.
Перемещение шагом.
...Помните, вы последние, кто видел, посетил, проводил в последний путь то или иное захоронение. Цените этот момент".
Да-да, именно так. Меня тронули эти правила, о которых нам поведал наш руководитель Дмитрий Светоносов. Обязательно расскажу ученикам и студентам на уроке о них.
Кто-то скажет: "Ну, это же просто кости!" Нет, это память о людях, благодаря которым продолжается история их города. Нельзя обращать ее в строительный мусор и относиться с цинизмом.
Я очень рад, что принял участие в этом благородном деле. Мои новые товарищи продолжают сейчас там свою работу. И я очень надеюсь, что она завершится достойно, с большим смыслом. Неспроста же это называют - "спасательная археология"!
На городском кладбище выделят участок под собранные нами останки, дадут ему название, точнее, вернут, и уже не будет бывшего Всесвятского кладбища. Поставят памятный знак на месте нового захоронения, может, часовенку, какие были на Всесвятском. Привлекут неравнодушных горожан (а ведь, наверняка, у них кто-то, да был там похоронен!) на благоустройство участка.
Должны же остаться память и след о работе археологов. Я бы хотел, возможно, в будущем прийти, поклониться, что ли, людям, развивавшим Самару в прошлом, которое я, пермяк, так получилось, помогаю сберечь. Не хотелось бы узнать, что кости просто свалили в яму и закатали. Это обессмыслит нашу миссию. Это будет эксгумация, а не археология. Работа землекопа, а не историка, копщика могил, а не просветителя в широком смысле слова. Просто приехал заработать деньги? И все?
Мне очень созвучна позиция автора прикрепленной статьи. Прочитайте ее, пожалуйста. Ведь это касается многих старых кладбищ. Было такое кладбище и в моем родном городе. Мне кажется: я знаю о Всесвятском уже все, а о нем - ничего...