Музыкально-исполнительский (специальный) класс в ДМШ. Психолого-педагогические аспекты

Музыкально-исполнительский    (специальный)  класс  в  ДМШ

                                                                          Зинченко Маргарита Николаевна,

                                                                                     преподаватель фортепиано

                                                                                         СПб ГБУДО ДМШ № 17

                                                                                              им. А.Г.Рубинштейна

Класс педагога-музыканта - не просто некая арифметическая сумма учащихся, это определенная творческая общность. Аналогичным образом обстоит дело и в театральном искусстве и в некоторых других видах художественно-творческой деятельности. В театре говорят: «Курс такого-то мастера», имея в виду при этом определенную систему художественных принципов и воззрений на профессию. То же и в музыкально-исполнительском искусстве.

      Сказывается ли (и если да, то как?) индивидуальность преподавателя на художественно-творческом облике его класса? Что в этой сфере наследуется от предшественников, а что создается заново? Что можно сказать о «человеческой» индивидуально-личностной совместимости педагога и ученика? Каковы трудности, встречающиеся на пути педагога при формировании им собственного класса? Что дает исполнительской молодежи индивидуально-групповая форма занятий?

Все эти вопросы, непосредственно затрагивающие практику преподавания в музыкально-исполнительских классах, вполне могут и должны быть выведены в ранг теоретического обобщения.

В профессиональных кругах обычно интересуются, по классу какого преподавателя закончил обучение тот или иной музыкант. Да и сами музыканты, к какому бы профессиональному цеху они не принадлежали, обычно с гордостью называют имя своего учителя.

Слово «класс» можно понимать в нескольких значениях. Класс — это группа учащихся разных классов, занимающихся у одного преподавателя. Для самого же преподавателя класс представляет собой понятие более широкое, существующее в различных временных измерениях. Когда бы не закончил ученик класс того или иного педагога, он всегда будет принадлежать к этому классу. Ибо понятие класса вбирает в себя определенные идеи, педагогические установки, эстетические воззрения и т. д., характеризующие музыканта, возглавляющего свой класс. Итак, «класс» — категория не только количественная, но и качественная (качественная прежде всего!), отображающая эстетические и профессиональные позиции того или иного музыканта.

Н.Л. Штаркман вспоминает: «Когда формировался мой класс, я как педагог формировался, можно сказать, на ходу: во-первых, я вспоминал, как учили меня самого, а, с другой стороны, я имел определенный исполнительский опыт, который тоже очень важен в нашей профессии». Обратим внимание, что Н.Л. Штаркман подчеркивает: «Я вспоминал, как учили меня самого».

Говоря о феномене «класса», его структуре и отличительных особенностях, следует подчеркнуть, что имеет в данном случае значение и количество учеников, занимающихся одновременно (вернее в один и тот же период времени) у данного педагога. Важна, с точки зрения В.В. Горностаевой, и творческая, и чисто человеческая совместимость педагога и учеников. В.В.Горностаева определяет «Класс» как «семью единомышленников».

  О важности психологической совместимости педагога и учащегося говорит Э.К. Вирсаладзе, вспоминая начало своей педагогической работы:  «Педагог это не только человек, который работает над определенной программой и над определенными обязательствами перед той школой, в которой он работает (я имею в виду зачеты, экзамены), а это прежде всего психолог, который должен выявить максимум способностей ученика».

 По-разному выглядят классы молодых педагогов и опытных мастеров. Сложнее положение тех, кто приходит на работу в учебное заведение и получает контингент учащихся, собранных из классов других преподавателей, т.е. не удержавшихся по тем или иным причинам в классах этих преподавателей. «Класс» как творческая категория, как профессиональная и художественно-стилевая общность создается не сразу, не вдруг; на это требуется время. Сложным моментом является переход учащегося из класса одного педагога в класс другого. Э. К. Вирсаладзе в беседе заметила: «У меня были случаи, когда я советовала перейти к  другому педагогу сама. Это, когда я чувствовала недоверие к себе как к педагогу. Я считаю, что очень долго учиться у одного тоже нехорошо. Педагог привыкает к ученику, знает его возможности как бы заранее, потому что тот учился у него уже некоторое время и он от него как бы уже ничего и не ждет, радуется маленьким успехам, потому что после взятия определенной высоты, двигаться вперед безумно трудно! Труднее, чем взять первую планку. Крошечные успехи не так заметны уху, которое привыкло. Поэтому мне всегда приятно, когда кто-то из моих коллег послушает моего ученика, так сказать «свежим ухом».

 Практика показывает, что время от времени в классах даже лучших преподавателей могут возникать конфликтные ситуации, имеющие следствием переход учащихся от одного преподавателя к другому. Не следует излишне драматизировать эти ситуации, видеть в них экстраординарное. Подобные случаи имели место и в прошлом — они подчас результат той несовместимости, о которой шла речь выше. Сказанное не противоречит тезису о том, что педагогу следует проявлять гибкость, «пластичность» во взаимоотношениях с учениками, считаться с реальной разностью характеров, индивидуальностей, темпераментов детей, с их заметно изменившейся в последние годы ментальностью. В этом случае вероятность остро конфликтных ситуаций внутри класса резко уменьшится, а количество межличностных недоразумений заметно пойдет на убыль.

Среди людей, работающих в Московской консерватории, существует определенная этика общения: не всегда учащийся, пожелавший в какой-то момент сменить своего педагога, может осуществить это намерение. Согласие должно быть достигнуто всеми «договаривающимися сторонами», это означает, что педагог не должен возражать против перехода учащегося в класс своего коллеги; только в этом случае устраняется болезненность, возможная в ситуациях такого рода.

При комплектовании класса происходит своего рода «взаимооценка» педагога и ученика. Оба присматриваются к друг другу, оценивают перспективы предстоящей работы, и это процесс совершенно закономерный и естественный. Неверно было бы думать, что право на оценку имеет только одна сторона, т.е. педагог. Следует добавить к этому, что формирование класса - процесс находящийся в постоянной динамике; внутренних пертурбациях, что также объясняется поисками творческого «оптимума» как со стороны тех кто учится, так и тех, кто учит.

Что касается педагогов, то их при формировании класса интересуют в первую очередь профессиональные качества и природная одаренность своих будущих питомцев. Имеет значение, конечно, и сугубо человеческие персонально-личностные качества ученика, но они раскрываются далеко не сразу. «Иногда проходит месяц, другой и третий пока начинают раскрываться какие-то сугубо человеческие качества и свойства ученика, - говорит М.С. Воскресенский. - Конечно, эту сущность распознать и определить гораздо труднее.

И М.С. Воскресенский, и Н.Л. Штаркман, и другие педагоги-музыканты подчеркивают, что от «психологии ученика», его персонально-личностных качеств очень многое зависит во взаимоотношениях педагога и ученика. Желательно, конечно, чтобы психологических трудностей в процессе занятий не возникало, однако так бывает не всегда. Иной раз возникают коллизии, связанные с тем, что морально-эстетические качества молодого музыканта не соответствуют его профессиональным достоинствам: второе явно превалирует над первым. В.В. Горностаева комментирует это так: «Бог наделяет талантом совершенно загадочно: иногда дарование дается человеку скверному, скользкому, несимпатичному. Тут возникает вопрос: отказаться ли педагогу от таких учеников? Лично для меня талант был всегда столь сильным магнитом, что я крайне редко с ним расставалась. Лишь в тех случаях, когда чувствовала, что невозможно найти духовного контакта. А без этого преподавание для меня — пустое место»

Резюмируя сказанное, следует еще раз обратить внимание, что процесс формирования класса - процесс сложный, сочетающий в себе и профессиональный, и психологический, и морально-этический компоненты. Естественно, что давать в данном случае какие-то точные и безапелляционные рецепты невозможно. Можно утверждать в то же время, что у опытных музыкантов существуют определенные подходы при комплектовании класса, учитывающие всю сложную гамму профессиональных и духовно-личностных взаимоотношений между людьми, между представителями различных поколений. Именно это и обеспечивает успех педагогической деятельности.

Анализ проблемы, обозначенной выше, показывает, что класс педагога-музыканта являет собой в «оптимуме» не случайную подборку людей, а некое их внутреннее единство, общность, творческое содружество. Единство и содружество тех, кто исповедует, если не одинаковые, то, во всяком случае, достаточно близкие взгляды на музыкально-исполнительское искусство, придерживается сходных художественно-эстетических позиций.

Не будет преувеличением сказать, что музыкально-исполнительский класс — это некоторая особая творческая «аура», которая (что совершенно естественно) исходит в первую» очередь от педагога, «излучается» им. И чем педагог интереснее, значительнее как творческая личность, тем сильнее ощущается в его классе эта особая художественно-поэтическая «аура».

Творческая индивидуальность ученика «преломляет» в себе, причем каждый раз особо, на свой манер, в зависимости от масштабов и характера дарований данного исполнителя, влияние, идущее от преподавателя, от школы в целом. Эта закономерность четко просматривается при аналитическом подходе к такой интересной и важной структурной единицей музыкальной школы  как исполнительский класс.

Сближению и объединению учащихся в «класс» может способствовать практика, когда ученики присутствуют на занятиях своего педагога с другими учениками. Так повелось еще с дореволюционной поры, со времен Н. Г. Рубинштейна, П. А. Пабста, В. И. Сафонова и других выдающихся музыкантов. Эта традиция была продолжена К. Н. Игумновым, А. Б. Гольденвейзером, Г. Г. Нейгаузом, С. Е. Фейнбергом; не умерла такого рода традиция и в наше время. Таким образом, вырабатываются общие художественно-эстетические и профессиональные позиции у учащихся, входящих в класс одного педагога, уточняется и укрепляются принципиально-важные позиции в музыкально-исполнительском искусстве, отрабатывается методология работы над музыкальным произведением.

Причем речь в данном случае не о коллективном обучении и воспитании, как иногда ошибочно утверждают. Коллективное обучение и воспитание — есть процесс достижения неким коллективом единой и общей цели для всех ее участников. В музыкально-исполнительском классе перед каждым учеником стоят свои особые задачи, каждый осваивает свой индивидуально-подобранный репертуар. Тут правильнее говорить об индивидуально-групповом обучении и воспитании, когда в процесс занятий вовлечена определенная группа учащихся, но каждый из участников этой группы имеет собственные индивидуально очерченные творческие цели и задачи, каждый берет из наставлений учителя, из увиденного и услышанного в классе то, что может быть необходимым именно для него.

Сближению и объединению учащихся в «класс» способствует практика проведения классных концертов с их последующим обсуждением. Это весьма важная и эффективная форма коллективного воздействия  на учеников. Тематика классных концертов должна отличатся значительным разнообразием. На пример: « Рождение рояля», « Посвящение в юные пианисты », «Весенний музыкальный букет», «Классика - это классно!», «Осенние мотивы », «Язык музыки », «Рождество», « Интересные факты из жизни композиторов », «Играем в ансамбле всей семьёй », « Где музыка берёт начало?», « Музыка всех времён на цифровом фортепиано ». « Я помню вальса звук прелестный…».

Ещё одной из коллективных  форм  является совместное посещение концертов, театров, музеев, выезды на природу.

Классный уголок с фотографиями учащихся класса способствует адаптации первоклассников в коллективе, заочному знакомству учащихся друг с другом.

 Класс как некая сущность, как структурная единица учебного заведения предполагает определенную человеческую совместимость преподавателя и учащихся, равно как и учеников друг с другом. Сугубо человеческая и творческая совместимость, разумеется, это не одно и то же. В обоих случаях имеются свои особые отличительные черты, но в то же время полностью отрицать внутренние; взаимосвязи между человеческой и творческой совместимостью, тоже было бы неправильно. Психологическая близость людей, их готовность и умение понять друг друга облегчает творческие контакты тех кто образует — своеобразную профессиональную общность — «КЛАСС», и здесь роль и значение педагога трудно переоценить: именно ему принадлежит инициатива в установлении такой эмоционально-психологической атмосферы в классе, которая в максимальной степени будет способствовать продуктивности занятий, взаимопониманию одноклассников.

Литература

1.Фёдорович Е.Н. Пианист Наум Штаркман: Екатеринбург,1999

2.Верткова Л. Некоторые аспекты фортепианно-педагогической практики.

                      Издательская компания «Sansam», Алматы, 2005

3.Перельман Н.В. В классе рояля: Ленинград, 1986

4.Методические рекомендации по обучению детей в классе фортепиано

   детской музыкальной школы: Караганда,1991

5.Вопросы фортепианного творчества, исполнительства и педагогики:

  «Советский композитор», Ленинград, 1973