Исследовательская работа по воспоминаниям жителей Северска - людей, которые в годы Великой Отечественной войны были детьми - "Выжили и выстояли!"

Муниципальное Бюджетное Общеобразовательное Учреждение

 «Средняя Общеобразовательная школа № 84»

ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКАЯ РАБОТА

по воспоминаниям жителей города Северска –

людей, которые в годы Великой Отечественной войны

были детьми

«ВЫЖИЛИ и ВЫСТОЯЛИ!»

                                                                                                         ВЫПОЛНИЛА:

                                                                                                 Устюжанцева Елизавета

                                                                                      учащаяся 5А

                                                                                                                    РУКОВОДИТЕЛЬ:

                                                                            педагог дополнительного образования

                                                                            высшей квалификационной категории,

                                                                  Никиенко Александра Аркадьевна

                                                                                                     РУКОВОДИТЕЛЬ МУЗЕЯ «ИСТОКИ»

                                                                                 г. Северск, ул. Крупской д. 6., кв. 18                

                                                                                          д. т. 8(3823) 99-62-87

                                                                                         сот. т. 8-906-956-94-71

                                                                                   E-mail: sandra_n@sibmail.com

СЕВЕРСК ● 201

СОДЕРЖАНИЕ:

• Введение  –  «О людях, чьё детство обожгла чёрной краской война»……………3
• Основная часть работы

• «Картинка детства» В. К. Самойловой.………………………………………….......6
• «Война прошла через всю мою жизнь» – по воспоминаниям Н. М. Ивановой…..6
• «Трудно представить, что  живы остались!» – быль о жизни Н. М. Ивановой …10
•  «Мы голодали, но не сломились» – по воспоминаниям В. П. Шошина…………12
•   «Потрясла смерть людей» – по воспоминаниям В. А. Забываева………………..14
•   «Прятались в лесу» – по воспоминаниям В. Н. Ивановой………………………..15
• «Мой отец погиб за Родину!» – по воспоминаниям В. А. Пашковой…………….16
•  «Всю жизнь тоскую без отца» А. Н. Ромашова……………………………………17

• Выводы – «Что могли о войне запомнить дети?»………………………………...18
• Заключение – «Школьники должны это знать!»…………………………………20
• Список литературы………………………………………………………………...21

ВВЕДЕНИЕ

 «О людях, чьё детство обожгла чёрной краской война».

Была земля жестокой и метельной,

Была судьба у всех людей одна.

У нас и детства не было отдельно,

А были вместе – детство и война.

                                                                                                                             Р. Рождественский.

        Я, Устюжанцева Лиза, обычная девочка, как и тысячи ребятишек, занимаюсь серьёзным трудом – учусь в пятом классе  средней образовательной школы № 84 города Северска, которую считаю самой лучшей школой, потому что мне нравится учиться и принимать участие в общественной жизни школы.

     В  нашей   школе,  как  и  во многих других средних общеобразовательных

        Школа №84       учреждениях города, есть историко-краеведческий музей «Истоки», Актив которого под руководством руководителя музея проводит разнообразные интересные мероприятия.  Деятельность музея направлена на воспитание человека, знающего историю своей страны и  гордящегося её прошлым –     Совет музея «Истоки»

гражданина и патриота, поэтому он работает  под девизом: «Изучаем прошлое, чтобы познать настоящее и заглянуть в будущее». 

Ещё учась в третьем классе,  я вместе с другими ребятами стала посещать занятия «Школы музееведения», где мы знакомились с музейной деятельностью, осваивали азы и приобретали навыки музейной культуры.

Уже в 4-ом классе я провела несколько своих первых экскурсий для первоклашек и второклассников, а также для ребят своего класса.

А нынче, продолжая заниматься экскурсионно-лекторской деятельностью,  я решила попробовать написать исследовательскую работу – работу о детстве, вернее о людях, которые в годы Великой Отечественной войны были детьми. Великая Отечественная война 1941 – 1945 годов – самая народная и поистине самая священная из всех войн на земле, навсегда останется великим уроком человеческого мужества.

Ещё живут на свете люди, преподавшие этот урок всему человечеству. Ещё можно взглянуть на их лица, в их глаза, услышать их простые, бесхитростные рассказы о том тяжёлом времени – о сороковых и роковых годах.

       А в нашей школе уже давно сложилась традиция – проводить музейные мероприятия, посвящённые дням Воинской Славы России, на которые приглашаются жители нашего города – люди старшего поколения: ветераны  Великой Отечественной войны, участники сражений,  труженики тыла,  узники концлагерей и те, кто во время войны был ребёнком – дети войны.

     Вот и в прошлом учебном году в преддверии Великого праздника –  дня Великой Победы, в нашей школе по инициативе музея были организованы встречи учащихся разных классов с людьми, которые в годы войны были детьми.

      В течение целого месяца на встречи с учащимися приходили люди старшего поколения: женщины и мужчины, которые вспоминали своё нелёгкое, почти безрадостное детство.

  Почему все приглашённые люди считают своё детство таковым? Да потому, что их детские годы пришлись  на  период  страшного  лихолетья,  их  детство  оказалось  опалённым  страшной и

 беспощадной войной.

А  так  как  я  работаю  в  Активе  музея,  то  я  посетила несколько встреч и делала кое-какие

записи. Поэтому я и решила написать исследовательскую работу по воспоминаниям людей, которые в годы Великой Отечественной войны были детьми, и назвала её «Выжили и выстояли!», которую я вам и представляю.

Свою работу я посвятила жителям нашего города – людям, которые в годы Великой Отечественной войны были детьми. Я её посвятила тем, кто помнит эту войну, кто видел эту войну, кто страдал, голодал, но выжил и выстоял в ту войну  – тем, кому71 год назад не было и шестнадцати лет, тем, чьё детство обожгла чёрной краской война.

Эти люди, которым пришлось много увидеть, испытать и потрудиться, прибыли сюда кто по направлению, кто по призыву, а кто просто по своему желанию на строительство нового в стране гиганта – Сибирского Химического комбината. Так и стали они, практически, первостроителями и настоящими северчанами.

Обоснование выбора темы исследовательской работы.

Почему я остановила свой выбор на этой теме?

Всё очень просто. Если честно, меня не очень интересовала тема войны, ведь она от меня так далека и не совсем понятна, мне всегда сложно было понимать произошедшие военные события. И это понятно, ведь мы – современные школьники живём в мирное и радостное время и мы  – счастливые дети.

Но рассказы пожилых людей о своём безрадостном детстве меня потрясли до глубины души. Вспоминая о своём таком далёком детстве, делясь с нами своими нелёгкими воспоминаниями, у кого-то из наших гостей дрожал голос, а кто-то из них даже всплакнул. Некоторые люди о своём детстве написали стихи.

Слушая истории, наполненные лишениями и страданиями, я как-то на мгновение смогла представить себя на  месте тех детей в то время, и мне вдруг стало очень страшно – а чтобы делала я, так привыкшая к заботе, опеки и любви своей  любимой  мамы и любимого  папы? Смогла бы я что-то предпринимать, смогла бы преодолеть страх, нашла бы в себе силу воли выживать и не сдаваться?

У многих приглашённых гостей о своём детстве не было ярких впечатлений. Да что там ярких, ведь рассказывая о своих детских годах, практически у всех гостей на глазах блестели  слезинки. «Время было очень тяжёлое, страшное и жутко голодное!» – эти слова сказал каждый человек, чьи детские годы опалила война и обожгла слезами и страданиями.

Так как я сама ещё ребёнок, то мне захотелось ещё более подробно послушать таких людей, которые были детьми в такое тяжёлое для страны время. Захотелось более серьёзно  осмыслить и составить более полное представление о том тяжёлом времени, пропустить воспоминания людей и через себя.

Я также подумала и о том, что являясь экскурсоводом музея, я смогу рассказывать школьникам младших классов о войне, демонстрируя материал наглядными правдоподобными историями, которые услышала от детей войны,  испытавших весь ужас военного времени.

Считаю, что только так, такими историями, когда дети могут представить и себя на месте других детей, можно встрепенуть души современных школьников и поведать им о той страшной трагедии, какую пришлось пережить нашему народу и нашей стране, ведь музей и занимается воспитанием патриотизма и формированием уважения к людям старшего поколения.

Цель моей исследовательской работы: изложение фактического и достоверного материала о жизни детей в военные годы. Использование его в экскурсионно-лекторской и культурно-просветительской деятельности с целью формирования у ребят интереса к событиям Великой Отечественной войны, расширения знаний и кругозора учащихся по данной теме и формирование уважения к людям, узнавшим войну не понаслышке.

Задачи моей исследовательской  работы:

• получение информации и расширение знаний о жизни детей в военные годы;
• более подробное «знакомство» с жителями города – детьми войны;
• общение с людьми и запись их воспоминаний;
•  изучение собранного материала и овладение им;
• разработка беседы или урока мужества для учащихся школы;
• создание компьютерной презентации для более эмоционального восприятия материала.

Выполнение моей исследовательской  работы:

1. Мною внимательно были просмотрены городские газеты «Новое время» и «Диалог» за 2 –

3 последних года, имеющиеся в школьном музее, прочитаны и изучены конкретные статьи.

2. Из подаренных людьми записей и стихов, я выбрала те, которые меня тронули. Это стихи

Самойловой Валентины Константиновны и Ромашова Анатолия Николаевича.

3. В ходе своей работы я встречалась и беседовала с жителями Северска – детьми войны:

• Ивановой Ниной Михайловной;
• Шошиным Владимиром Павловичем;
• Ивановой Валентиной Николаевной;
• Пашковой Валентиной Андреевной;
• Забываевым Валентином Анатольевичем.

4. Я внимательно читала свои записи воспоминаний людей, анализировала, сопоставляла. Составила план своей работы.

Все люди пожилого возраста и трудной судьбы, воспоминания их  нелегки, но рассказанные ими истории реальные, и они помогают иметь более полное представление об их тяжёлом детстве.

Ранним солнечным утром в июне,              

В час, когда пробуждалась страна,

Прозвучало впервые для юных                   

Это страшное слово «Война».            

Я слушала каждого из этих людей в отдельности. История каждого человека – история его жизни, отличная от жизни другой. Но в их жизни была огромная, одна общая беда на всех  – война, ворвавшаяся в их жизнь внезапно, нарушив все планы и мечты на счастливую будущую жизнь.

Людей, которых я слушала, можно назвать сиротами военного времени, ведь  отцы семейств  ушли на фронт защищать родную землю, но дети оставались с мамами, которые о них терпеливо и нежно заботились, насколько  это возможно было делать в военное время.

Но всех этих людей, которые были детьми, объединяют  кое-какие общие воспоминания. Тогда, в 1941 г. в их глазах появилась тревога и отчаяние. Всем им, без исключения, был присущ страх, они росли в нищете и очень голодали, то есть у них у всех было голодное и нищее детство.

Но больше всего меня потрясла история Ивановой Нины Михайловны, которая, будучи  ещё достаточно маленькой девочкой, воочию видела фашистов, сталкивалась с ними лицом к лицу и вместе со своими сестрёнками и братом видела, как у них на глазах погибала от тяжёлого ранения их мама, а потом от болезни умер маленький братик. Они – маленькие дети, в такое тяжёлое и страшное время остались одни на один со своим горем и своей бедой.

Потрясённые историей этой героини, мы с руководителем музея и моей работы смогли сочинить быль о её жизни «Трудно представить, что живы остались!»

Все услышанные мною истории из жизни людей, которые были детьми в годы Великой Отечественной войны, и легли в основу моей исследовательской работы «Выжили и выстояли!»

 «Картинка детства».

          И рядом на койку ложится мою.

       И шепчет, жалея: «Не спугивай сна,

   Лишь только б скорее кончалась война».

          Самойлова Валентина Константиновна родилась 30 августа 1940 г. в городе Ярославле.

         Её отец воевал на фронте с первых дней войны, так как был кадровым военным. Мать осталась с тремя детьми и племянницей из Ленинграда.

          Отец вернулся в конце 1945 г. после войны с Японией инвалидом и вскоре умер.

«Война прошла через всю мою жизнь» –

по воспоминаниям Ивановой Нины Михайловны.

С фразы «война прошла через всю мою жизнь и живёт до сих пор» – начала свой рассказ Нина Михайловна о своей жизни, которую трудно назвать словом «детство».

Родилась и жила Нина Михайловна под городом Вязьмой Смоленской области в деревне Авдеево в семье, в которой   было 6 детей: старший 13-летний брат Коля, 11-летняя сестра Зина, она, 6-летняя – Нина, ещё 2 младшие сестрёнки: Маня, Шура и грудной братик Витя.  

Когда немцы стали рваться к Москве, то жители этой деревушки оказались в гуще происходящих событий. До октября 1941 г. Нина Михайловна войны не помнит, помнит какие-то отрывочные, непонятные моменты: помнит, как мама их прятала за печку при появлении самолётов. А когда убирали за домом сено, помнит она, как по ним стреляли с немецких самолётов, как они падали на землю, пытаясь спрятаться, а вокруг них свистели пули.

Конечно, маленьким детям в такие моменты было очень жутко и страшно, но в октябре 1941 г. и для них, маленьких детей началась настоящая война. А началась она для них – для детей этой семьи, также как и для детей других семей этой деревни с того самого дня, когда по деревне с оглушительным треском,  вихрем промчалось большое количество мотоциклов, а потом уже пошли немцы и нагло заняли их деревню. Когда происходило это страшное действо – шествие немцев по деревне, маленькая Нина в это время была на огороде и что-то резала с грядки. Услышав такой незнакомый доселе и страшный гул, она  с перепугу  забилась в угол за дом.

По прошествии стольких лет, всё равно Нина Михайловна  хорошо помнит, как немцы заполонили все дворы – хозяйничали и творили всё, что хотели. Варварски вторглись они и в их двор, поселились в их доме и везде сразу стали хозяйничать, причём агрессивно, жёстко, жестоко и зло. Немцы в саду спилили все яблони, пристрелили собаку, тащили куда-то визжащую свинью. И всё это видели маленькие дети. Смотрели, не понимая, что же случилось, но понимали, что происходит что-то страшное – нарушена знакомая и привычная жизнь, рядом незнакомая жуткая речь, крики, окрики, стрельба из автоматов. Всё было очень страшно. Вспоминается и то, что когда немцы уходили из дома, мама сажала их – ребятню за стол, намазывала им что-то на хлеб, может, масло, и давала им съесть. Дети ели и просили ещё еду, не понимая, что подвергают маму опасности.

Но  очень  скоро  наступил  для  детей  самый  страшный  день  –  день,  когда  им   пришлось  

пережить горе – детское горе, несравнимое ни с какой другой бедой – на их глазах умирала мама, самый родной и единственный старший для них человек. А произошло это так. В один из дней – 8 или 9 октября 1941 г. около их дома раздался оглушительный взрыв. Немцы, которые после обеда лежали в доме и отдыхали, вскочили в считанные секунды, похватали ружья, стоявшие у стенки около подвешенной к потолку люльке, где спал грудной братик, и выскочили на улицу. Изба наполнилась дымом и гарью. Шум, гам, крик. Все куда-то бежали. В панике дети потеряли маму.

Сейчас уже никто ничего не может вспомнить точно, что и как всё произошло. Когда рассеялся дым, то Нина увидела стоящую возле люльки сестру Зину, которая схватила младшего братика и побежала. Нина побежала за сестрой. Девочки бежали в огород, так как там был окопчик, который вырыла мама. А когда они подбежали к окопчику, то увидели кругом кровь. Спустились девочки в окопчик и увидели лежащую на кителе вниз лицом маму, у которой был распорот живот и перебита рука, а около неё стоял Коля  и сестрёнки Шура и Маня. Увидев такую израненную маму, Нина громко закричала от нахлынувшего на неё ужаса А потом окружив маму, дети стали её трясти за плечо и звать, а мама только тихонько откликалась «А…а…а», – потом всё тише и тише, а потом и вовсе смолкла. Отзывалась она до последнего вздоха.

Спустя много лет  Нина Михайловна стала сознавать, как нелегко было смириться маме с мыслью, что она умирает и оставляет детей одних. Наверное, сразу все мысли в голове пронеслись у мамы – как они останутся одни одинёшеньки в такое тяжёлое время.

А тогда в 1941 г. старший брат стоял над мамой на коленях и, не сознавая, что делает, от горя рвал на себе рубашку. Наверное, он понимал, что вся забота о младших сестрёнках и братике ляжет полностью на него, как самого старшего. Весь вечер и ночь до самого утра тогда дети просидели около мамы в окопчике. Маленький братик всю ночь кричал, хотел есть. Зина качала его на руках, но он плакал, не переставая.

Мамы больше нет. Что делать? Оправились утром дети к старосте деревни, три дня они у него прожили, худо ли бедно ли, но он их три дня кормил, а потом сказал о том, что пора им к себе в дом возвращаться и стараться как-то выживать самим. Вернулись они в свой дом, дом был холодный, стена дома была изрешечена осколками, и немцев, поэтому больше не поселяли. Дети жили одни.

Как жили? Жили,  как и все в эти страшные голодные годы:  бедно, нище, голодно, страшно и одиноко. Носить было нечего, есть было нечего. Что ели и чем питались? Ходили по деревням, просили милостыню. Иногда им подавали немцы. Один раз старшие девочки зашли в одну избу, а за столом обедали два немца. Хозяйка, обратившись к Нине, сказала: «Помолись, тогда подам». Нина потупилась и молчала, но один немец подошёл и подал ей две маленькие булочки, размером с пряник.

Потом около трёх месяцев ребятню  подкармливали с немецкой кухни. А произошло это совершенно случайно. У немецкого коменданта, который жил в сельсовете, была женщина, детям она казалась красивой. У неё был патефон, и она его достаточно часто включала. А ребятишки, не зная чем заняться, бегали к крыльцу сельсовета и слушали музыку. А когда комендант уходил куда-нибудь, то эта  женщина его провожала, и они вместе задерживались, разговаривая. Вот в одно из таких прощаний эта женщина обратила внимание на девочек и стала  расспрашивать их обо всём, так как хорошо говорила на русском языке. Через несколько дней комендант и распорядился, чтобы ребят кормили с полевой кухни. Повар давал им то, что оставалось после того, когда солдаты поедят. Чаще всего за едой к этой кухни Нина ходила с большим ведром и становилась последней в очередь. Однажды в ведро налили только один чай, да так много, что она еле тащила это большое ведро, чай расплёскивался, а немецкие солдаты гоготали.

Нина Михайловна вспоминает, что, несмотря на то, что детям что-то и где-то перепадало поесть, всё равно они постоянно хотели есть, они по-прежнему голодали и мёрзли. Одежды не хватало, носить было нечего, поэтому на улицу девочки выходили по-очереди, да и в своём изрешечённом доме они промерзали. Поэтому, болезней дети не избежали. От голода и холода дети болели, от грязи их заедали вши, все переболели тифом, болели они и чесоткой, от которой всё тело раздирали в кровь.

Часто вспоминается Нине Михайловне ещё один страшный эпизод детства –  как они изнеможённые и больные лежали на тряпье, а вместе с ними самый младшенький братик, который лежал  очень-очень  тоненький,  одни  кости,  да  чёрненький  от болезни и уже не плакал, а только

звуки жалобные издавал. Летом 1942 года он умер. Положили  его рядом с мамой за домом, так как хоронить маму немцы не разрешили, так она и лежала в этом окопчике. А к ней ещё был брошен наш солдат. При отступлении он был ранен и как-то оказался у соседки, она его спрятала на печке. А когда в избу зашли немцы, он застонал. Немцы и выволокли его за ноги, да сразу пристрелили да бросили к маме в окопчик. А когда весной начал таять снег, окоп наполнился водой, трупы сгнили, пошёл запах. Кто-то сходил к коменданту. Нина была дома, когда пришёл комендант, и в руках у него была тросточка, вот этой тросточкой он тыкнул жухлую траву и велел закопать. Так, наконец,  была сделана могила, где лежат мама, братик и какой-то русский солдат.

Вот так горемычно и продолжалась жизнь этих бедных и одиноких детей, сразу повзрослевших от горя. Жили в холодном доме, обогревали друг друга. Делили одежду и бегали поочерёдно по деревням побираться продуктами.

Время шло. Вот наступил и 1943 год – время, когда Красная Армия погнала фашистов с нашей земли. Отступая, немцы стали хватать всё, что попадалось им под руки, а главное – гнали под конвоем людей в Германию. Не миновала этой участи и та деревня Авдеево, в которой жили дети – сироты.

Что же произошло с детьми?  Какие испытания им пришлось преодолевать вновь?

События происходили так. Как всегда, Зина и Нина, одев на себя почти всю одежду, что была у них на всех пятерых, чтобы было теплее, покинули дом, в котором оставался брат Коля и сестрички Шура и Маня и оправились в «путешествие» по деревням, попытаться справить хоть какое-нибудь продовольствие. И когда девочки через сутки возвращались домой, везя на санках мешок картошки, то в одной из деревень им сообщили, что всех жителей их деревни забрали и увели в Германию. Испугавшись, что сейчас их могут встретить немцы и тоже забрать, девочки, как оглашенные, даже забыв о мешке с картошкой, бросились домой, к себе в деревню, через лес. В лесу к ним присоединились ещё две девочки. Деревня находилась рядом с лесом. Вышли девочки из леса и направились к деревне, а на пригорке немцы стоят. Увидели девочек, ружья вскинули. Нина, испугавшись, так громко закричала, что потеряв сознание,  упала в обморок  у ног своей старшей сестрёнки на холодный снег. Прошло какое-то время. И Нина, очнувшись, увидела, что рядом с ней её сестра и те две другие девочки едут в санях на каких-то мешках, в которых барахтались живые куры, а немец, сидя на лавочке, погонял лошадь.

Нина Михайловна и до сих пор считает, что тогда она и те девочки остались живы благодаря старшей сестре, которая за те три года научилась немного понимать и  говорить по-немецки.

А тогда в 1943-м, когда они ехали в санях, Нина смотрела вокруг и содрогнулась от ею увиденного зрелища. Впереди них и вдоль дороги шёл скот. Громко мычали коровы и блеяли овцы. Стоял жуткий плач, очень хотелось заткнуть уши. И тогда Нина понимала, что их везут догонять этап. Вечером девочек на краю деревни Поповское закинули в какой-то холодный и вонючий сарай, сказали, что утром за ними придут. От усталости и от бессилья девочки заснули. А проснулись утром Нина и Зина от холода, дверь сарая настежь была открыта, а сестрёнки  с недоумением обнаружили, что девочки куда-то пропали, а они остались одни, за ними никто не пришёл. От угона в Германию их снова спас случай. Нина и Зина лежали за дверью сарая, зарывшись в сено. Видимо, их не заметили.

В этой деревне оказалась какая-то дальняя родственница девочек, которая на некоторое время их приютила. Они пожили у неё, пока девочкам подавали милостыню, а потом они решили вернуться в свою деревню и в свой старый дом в надежде хоть что-то найти из еды. Шли девочки около леса, в гору. Обернулись, а внизу видна деревня Поповское и тракт, по которому сплошным потоком шли и ехали отступающие немцы. Посмотрели вниз, и сердце ёкнуло у обеих, ведь ситуация была явно не в их пользу. На фоне леса, на пригорке  – две фигурки, как на ладони. Взбреди в голову кому-нибудь из немцев выстрелить в девочек, и оборвалась бы жизнь ещё двух девочек, как жизнь многих и многих людей в это время. Судьба пощадила девочек и на этот раз.

Подходя к деревне, ещё издали девочки увидели дымок из трубы в одной хате. От нетерпения, они побежали бегом, а там хлопотала – топила печку и пекла мёрзлую картошку деревенская баба Варя, ей удалось с этапа сбежать. Накормила она девчонок и послала Нину на другой конец деревни к столетней старушке, которую немцы, стащив с печки, бросили посреди избы, и ушли, решив такую в Германию не брать. Идёт Нина к этому дому по деревне, а навстречу, глазам своим Нина не верит, идёт её родной брат Коля. Сначала несколько секунд смотрели друг на друга, не веря, вытаращив глаза, а потом, бросившись, друг к другу, обнялись и некоторое время плакали. Наконец, успокоившись, друг другу рассказали о том, что с каждым из них произошло.

Оказывается, когда староста сообщил жителям деревни, что немцы всех погонят в Германию, кто смог и успел, убежали в лес, спрятались.  Убежал и Коля. А двум сёстрам пришлось остаться дома, так как Нина с Зиной, уходя побираться, забрали всю тёплую одежду. И поэтому Шура, и Маня даже и попытки не предприняли убежать и спрятаться. И их, почти полуголых, немцы вывели на улицу и погнали в Германию.   Одели девочек жители деревни в то, что у кого нашлось.

В войну в лесах пряталось много народу. Прятались и убежавшие жители нашей деревни, в том числе и подростки, как брат девочек Николай. В 1943 г. ему было уже 16 лет. В лесу прятавшиеся люди вырыли землянки, если  можно их так назвать со всяким там тряпьём. Николай забрал девочек с собой, так и жили они в лесу до прихода солдат Советской Армии.

«Это уже одна из счастливых картинок воспоминаний», – говорит Нина Михайловна, вспоминая о приходе наших. Воспоминания, хоть и отрывистые, не очень чёткие, но радостные и сравнительно яркие. Помнит, как кто-то крикнул: «Наши! Наши пришли!» Девочки помчались в деревню. Выскочили из леса на дорогу и увидели наших солдат. Они шли гуськом по тропинке вдоль дороги, человек 5 или 6, в ботинках с обмотками. Почему-то очень сильно запомнились Нине именно обмотки вокруг ног. Может, потому, что Нина была маленькой, а их ноги с обмотками до колен были в её рост, а может, потому, что у немцев она обмоток не видела. Солдаты спросили девочек о немцах, далеко ли до соседней деревни и есть ли в ней немцы. Это была разведка. Прибежали девочки в деревню, а там было полно советских солдат. Так сразу стало как-то оживлённо и шумно. Всё двигалось, лязгало, шумело. А когда Нина вошла в свой дом, то солдаты, увидев её, устроили ей туш. Кричали: «Хозяйка пришла!» и колотили ложками по котелкам. Шум, гам, хохот. Один подскочил, спрашивает: «Миска есть?» Нина никак не могла понять, что такое «миска», пока кто-то не сказал, что «миска» – это «чашка». Нина закивала головой и полезла в подпол, где была спрятана всякая утварь. Стали солдаты детей кормить. Один котелок поставили, дети съели, второй, третий, а из четвёртого котелка девочки стали только колбасу вылавливать. Наелись сестрёнки, их разморило и им спать захотелось. Командир взял Нину на руки и носил и носил её по комнате, прикрывая её тело рваньём, что на ней было одето. Так и уснула она у военного командира на руках. Проснулись девочки на другой день утром, укрытые плащ-палаткой, а в доме стояла полная тишина, но на столе лежал сухой паёк.

Где-то в марте 1943 года девочки почему-то стали жить в сельсовете. Дом был разделён большим коридором на две части. На другой половине всегда собиралась молодёжь на вечёрки. Ходил туда и брат. Однажды, когда брат был на вечёрке, Нина с Зиной спали на печке. В углу висела икона, а в лампаде вместо керосина горел солидол. Проснулись сестрички от грохота. В доме было полно дыма, который щипал глаза. Нина сползла с печки и увидела на полу горевшую икону, и весь угол был в огне. Зина побежала за братом. Вместе с ним

прибежали солдаты и шинелями стали сбивать огонь. Но было поздно, уже полыхал чердак, забитый под самую крышу сеном. Дом вспыхнул, словно спичка. Жильцы выскочили на улицу, Зина успела вытащить узел с какими-то пожитками. Нина стояла и смотрела на горящий дом и вся тряслась, то ли от холода, то ли от испуга. Бегали солдаты, но ничего не получилось, дом сгорел в считанные минуты. И жить девочки снова стали в старом доме.

Вскоре брат уехал работать в город Вязьму, а в 1944 году его призвали в армию.

Нину и Зину стали уговаривать уехать в детский дом.

Не помнит уже Нина Михайловна  о том, кто и с кем отправил их на сборный пункт в Вязьму. Помнит она, что ребят там было очень много. Помнит, как раздели их догола, а всю одежду отправили на прожарку от вшей, вымыли их в бане. А потом погрузили всех детей в «телячьи» вагоны, разделённые на две половины небольшим проходом и с полками в три яруса, на которых они  и  ехали.  В  каждом  вагоне  была  сопровождающая  женщина.  

Зина и Нина                              Привезли  их  на  Урал, в настоящую Пермскую область. Попали Нина с Зиной в детский дом в селе Ашап.  

Так и началась жизнь девочек в детском доме, более устроенная и упорядоченная. Жизнь в детском доме – это уже другая история. В детдомовской жизни были и счастливые моменты, и радости, но в душе и Нина и Зина оставались сиротами.

Кстати, также нашлись и другие сестрёнки. Воспитывались они в Смоленском детдоме.  Позднее, их нашёл брат Коля и забрал к себе  в город Калининград. По рассказам Мани и Шуры, им тоже пришлось нелегко, но в 1944 г. на границе Белоруссии их отбили наши войска. Четверо суток шёл бой, и всё это время они сидели в воронке от снарядов.

Все дети этой семьи жили в аду, но выживали.

«Трудно представить, что  живы остались!» –

быль о жизни Ивановой Нины Михайловны, её брата и сестёр.

Нина Михайловна Иванова родилась в деревне Авдеево,

Что находилась под городом Вязьмой в Смоленской области.

Большой была их семья. Папа, мама и 6 детей.

Два брата: самый старший – 13-летний Коля

И самый младший – грудной Витя  

И четыре сестрёнки:11-летняя Зина, 6-летняя Нина

И младшие  Шура и Маня.

Хоть и бедно жили, но жили как все – трудились.

Но вдруг, словно гром средь ясного неба – 

Пришла большая беда – началась война.

Нина Михайловна знает войну не понаслышке,

Хоть в те страшные годы была ещё малышкой.

Ужасы те и кошмары, что выпало ей пережить

До сих пор не смогла забыть.

Помнит многое, что с ней происходило,

Помнит, как очень ей страшно было.

Да разве такое можно забыть?

Когда ежедневно решался вопрос: как быть?

Моменты из жизни, как страшные картинки.

Мама, словно наседка, прятала ребятню за печку,

А сама дрожала за них, словно свечка.

Убирали за домом сено,

А над ними – немецкие самолёты летали,

С них безжалостно в людей стреляли.

Люди кричали, к земле припадали,

Спрятаться хотели, а кругом пули свистели.

Октябрь 1941 года.

Нина на огороде что-то резала с грядки.

Мотоциклы несутся вихрем.

И следом немцы идут и идут.

Казалось, бесконечным потоком.

Такие здоровые, дерзкие, наглые,

На лицо все ужасные.

Все дворы заполонили, что хотели – то творили.

Яблони все спилили, собаку пристрелили,

Свинью куда-то тащили, и в их доме жили.

Взрывы часто раздавались.

Вздрагивали дети и сильно пугались.

Что-то кричали, куда-то бежали,

Так было много-много раз.

Однажды снова был мощный взрыв,

Изба наполнилась дымом и гарью.

И вновь привычный шум, гам и крик.

Немцы и дети куда-то бежали,

В панике маму они потеряли.

Когда прибежала Нина в огород

И спустилась в окопчик, что вырыла мама,

То в ужасе увидела кровь,

А на киле лежащую маму.

Осколком снаряда живот был распорот

И перебита рука,

Она тихонько хрипела,

И на зов детей отвечала лишь «А…».

А потом совсем смолкла,

Наступила гнетущая тишина.

Дети поняли: они остались без мамы!

Они немного помолчали, потом снова маму звали.

Так и просидели с мамой до самого утра.

Шесть детей остались одни – совсем одни на свете.

Как жили?

Им вспоминать и не хочется,

А нам и представить нельзя.

Сказать – жили трудно, не сказать ничего – 

Огромное количество испытаний

На их хрупкие плечи легло.

Но надо было жить, чем-то себя кормить.

По деревням ходили, милостыню просили.

От голода и холода болели,

От чесотки руки раздирали в кровь,

От грязи вши их ели, тифом переболели.

Самого младшего похоронили,

Грязь и боль переносили.

Шёл 1943 год.

Немцы всех жителей деревни из домов выгнали.

Собрали и под конвоем этапом в Германию погнали.

Зина и Нина, казалось, этой участи избежали,

Так как в это время по деревням ходили, продукты собирали.

Но когда довольные, с мешком картошки возвращались,

С пригорка их немцы увидали и автоматы вскинули.

А Нина, испугавшись, от страха очень громко вскрикнула,

И потеряв сознание, в обморок упала.

А когда очнулась, поняла, что жива, и рядом – сестра.

И едут они в санях,  лёжа на мешках с живыми  курами.

Впереди шли коровы, мычали и блеяли овцы.

Ясно было: догоняют этап.

Плач страшный и жуткий стоял, до дрожжи он пробирал.

Вечером бросили девчонок в сарай.

Снова они в неведении.

Утром, услышав собаки лай, девочки впали в оцепенение,

Но за ними никто не пришёл, их никто никуда не забрал,

Шок и испуг прошёл,

Снова были сами себе предоставлены.

И снова бежали в деревню, и снова искали еду.

Мытарства и лишения их продолжались, пока не оказались в детском дому.

«Мы голодали, но не сломились» –

по воспоминаниям Шошина Владимира Павловича.                       

        Шошин Владимир Павлович родился 19 декабря 1935 года в Московской области, в городе, названном  Сталиногорском  (теперь это город Новомосковск, Тульской области) третьим ребёнком в семье.

Но детство и юность родителей Владимира Павловича: отца – Шошина Павла Васильевича и мамы – Шошиной Татьяны Федотьевны прошло в селе Нижнее Смородино, Поныровского района, Курской области, которое располагалось в семи километрах от железнодорожной станции Возы. От этой станции до областного центра Курска было шестьдесят, а до Москвы шестьсот километров. В селе не было ни радио, ни электричества, ни водопровода.

В 1934 г. Павел Васильевич и Татьяна Федотьевна, уже с двумя детьми, Шурой и Зиной, чудом вырвались из деревни и уехали  в город, в котором и родился сын, а глава семьи стал работать каменщиком на железной дороге.

        По рассказам мамы, семья жила очень бедно, «жалованья» отца на возросшую семью не хватало. Мама сидела с детьми да обстирывала бригаду, в которой работал отец. Однажды она отважилась на отчаянный поступок – взяла сына на руки и пошла на улицу просить милостыню. Можно себе представить, чего ей это стоило, с детства прирученной к труду (её ведь даже не пустили в школу, и она осталась неграмотной). Она была стеснительной, совестливой и стыдливой. Этот случай у неё был единственный раз в жизни. И она «сгорела от стыда». Постепенно жизнь в Сталиногорске стала налаживаться. Отец уже сделался бригадиром каменщиков, и маме стало легче.

Но отец отца,  дедушка ребят Василий Петрович, прислал строгое и слёзное письмо, в котором сообщал, что ему живётся плохо, что сын его бросил. Просил вернуться в деревню. Так в 1936 г. и закончилась  городская жизнь семьи.

Но для Володи всё же оставался очень значимым факт, что он родился в городе. Это было где-то глубоко внутри, и это всегда придавало ему силы, помогало чуть-чуть привставать на цыпочки над печальной деревенской действительностью и куда-то всё время стремиться.

Деревенская  дедушкина хата на три окна с земляным полом и соломенной крышей была разделена стенкой пополам (по полтора окна). Отец смастерил в своей половине русскую печь, которая занимала основную часть нашей жилой площади и которая спасала всех членов семьи от холода и голода в лихое военное и послевоенное время. Довоенная деревенская жизнь  была нелёгкой. Мама почти бесплатно работала  в колхозе, отец устроился работать на железную дорогу и приходил домой только по выходным дням. Миновали голодные 1937 и 1938 годы, и снова жизнь только-только начала налаживаться.

Но грянул 1941 год, а в июне этого года весь мир услышал страшное слово «война».  Детей в семье было уже четверо, до войны родилась ещё сестрёнка Нина.

Татьяна Федотьевна   пять раз прощалась со своим мужем, а дети с отцом, провожая его на войну. Где-то на сборном пункте его несколько раз отпускали домой как ценного специалиста-каменщика,   плотника   и   работника  железной   дороги,  ведь   приходилось   что-то   строить   и

восстанавливать разрушенное.

Но перед самой Курской битвой забрали на фронт и Шошина Павла Васильевича, и как позднее поняли дети, уже навсегда. Только уже после войны маме детей выдали копию извещения о том, что её муж на фронте пропал без вести в феврале 1944 года. Ему было только 35 лет.

Помнит Владимир Павлович, что семья от отца получала письма, а последнее солдатское письмо дети прочитали вместе с мамой 23 июня 1943 года. В нём он писал, что скоро наши войска пойдут в наступление, и просил маму  к нему прийти на свидание. И мама ходила к нему за много километров.

Во время боёв на Курской дуге село Нижнее Смородино было оккупировано немцами и даже несколько раз переходило из рук в руки. Запомнилось Владимиру Павловичу, как через всё село, немцы водили расстреливать деревенских коммунистов в единственный в округе небольшой дубовый лесок, как над ними кружили немецкие самолёты и сбрасывали бомбы, а в небе они наблюдали воздушные бои. Сбитые самолёты зарывались глубоко в землю. Железнодорожная станция Возы и районный центр Поныри были разрушены и горели.

Жили очень голодно. Не было соли, спичек, мыла, керосина. Не было одежды, обуви, нечего  было под себя подстелить, и нечем было укрыться. Мама и старшие сёстры Владимира ходили за семь километров на станцию Возы за горелым зерном,  которое люди собирали с обгоревшей земли на месте,  где раньше находились склады. Вся земля в округе ещё долго потом была напичкана минами, снарядами, патронами авиационных пулемётов, а также винтовок, автоматов и пистолетов. Летом, ближе к осени, на огороде вырастала картошка, свекла, просо, из которого в ступе толкли пшено. Собирали небольшое количество  ржи, ячменя, пшеницы. Что-то из всего этого вырастало, если весной удалось раздобыть семена. Эти зерновые сами дети размалывали в самодельной ручной мельнице, сделанной Володей. Одна цилиндрическая тёрка вращалась внутри другой, а в зазор между ними сыпалось зерно. Получалась мука-крупа грубого помола.

Пора относительной сытости всё же быстро проходила, что-то откладывалось про запас на долгую зиму, что-то – на семена. Остальное расходовалось строго экономно и дозировано. К весне главный питательный продукт – картофель – кончался практически у всех в деревне.

Очень хорошо помнит Владимир Павлович, как беженцы с Брянщины и Украины иногда угощали их семью белым хлебом, которого  до этого они не видели. На всю жизнь запомнился ему и полюбился гороховый суп с тушёнкой, которым угощали их наши солдаты.

Тогда мама брала что-нибудь из своих вещей и ходила в другие деревни за 12 – 15 километров выменивать эти вещи на картошку. Возвращалась к своим детям, как правило, когда уже было темно, но сразу отваривала в печи картошку и кормила своих детей и счастливая, рассказывала, как с двумя вёдрами картошки за спиной летела эти километры, как на крыльях, радуясь, что удалось выменять вещи на картошку. А удавалось не всегда, да и менять скоро стало уже просто нечего.

Ежегодно наступало самое голодное время, когда весной последние картофелины, что строжайше хранились на семена, высаживались в землю, а из земли ещё не вырастало никакой съедобной травы (лебеды, крапивы, конского щавеля, аниса, картофельной или свекольной ботвы). Начиналась охота на мёрзлую, гнилую картошку, которая осталась зимовать в земле. Целыми днями люди перекапывали палками свои огороды и колхозные картофельные поля в поисках этих «ископаемых». Крахмал, добытый из этой гнилой, с резким запахом картошки, был в это время самым ценным пищевым продуктом.

Даже когда подрастала трава, и мама пекла лепёшки из лебеды, такой крахмал, если он оставался, добавлялся вместо муки. Настоящей муки или хотя бы щепотку отрубей, найти было невозможно. До молодой картошки было ещё 3-4 месяца. Чтобы не окочуриться с голоду, дети бродили по полям, лугам и перелескам в поисках чего-нибудь съестного. То же самое делали и взрослые, поэтому найти лебеду, крапиву или конский щавель было непросто.

Такое голодное  детство сопровождалось и всякими болезнями, которые были и от простуды и от антисанитарии, и от плохого или никакого питания: ангинами, обморожениями, фурункулами по всему телу, чесоткой, длительными изнурительными расстройствами животов.

В 1944 г. Володя пошёл в первый класс начальной школы, и он  обязан был принести вязанку чернобыля для постройки школьного туалета. Для учёбы в школе не хватало бумаги, тетрадей, книг, чернил и карандашей.  И сначала ему было очень трудно учиться, потому что ему всё время хотелось есть, так хотелось есть, что кружилась голова, и он не мог думать, но постепенно привык к труду. Учась в школе, он помогал и по дому. В 1948 году Володя окончил начальную школу, и его  первая учительница Дина Афанасьевна Демидова сшила из куска холста, покрасив его в чёрный цвет, штанишки и  подарила их ему за хорошую учёбу, чтобы было в чём пойти в пятый класс уже в другую Нижне-Смородинскую среднюю школу. Она находилась уже в два раза дальше, чем начальная, на расстоянии более четырёх километров. Это была единственная в Поныровском районе и к тому же чудом уцелевшая в войну средняя школа (в 1943 г. в школах находились раненые). После окончания седьмого класса мальчик предпринял попытку поступить в Курское авиационное училище, но директор школы Ковалёв Александр Сергеевич убедил его обязательно  закончить 10 классов, и подарил ему штанишки своего сына.

Сердобольные соседки, глядя, как выбивается из сил женщина с пятью детьми и, не имея возможности ей помочь, тяжело вздыхали и говорили: «Хоть бы эту самую маленькую Бог прибрал к себе!», имея в виду Валю. Но Валя выжила! А вот Нина, обучаясь во втором классе, не перенесла голодных послевоенных лет и в 1949 году умерла от туберкулёзного менингита.

Владимиру в 1949-м году  было 13 лет. И он, как единственный мужчина в доме, брал несколько раз в колхозе лошадь, сам запрягал её в повозку и возил Нину в больницу, а из больницы в последний путь. В ту пору летом повзрослевшему мальчику приходилось пасти колхозное стадо, бывать на колхозном дворе, а за весь рабочий день пастуха вечером получать оплату в виде половинки небольшого кирпичика чёрного хлеба. Требовалось  большое самообладание, чтобы донести хлеб до дома…

Володя стал первым золотым медалистом этой школы. Это было в 1954 году. Тот же Александр Сергеевич после последнего выпускного экзамена, поздравив его с золотой медалью и, зная, что у него нет денег для того, чтобы поехать куда-то, предложил ему заработать на поездку – строить из шлака и цемента актовый зал школы. Так Володя, отправив документы в Московский Авиационный Технологический институт, стал зарабатывать деньги на дорогу в Москву. Его шикарным обедом в то время был кусок чёрного хлеба и бутылка лимонада, за которой он бегал через мост на другой берег реки, в буфет машинно-тракторной станции.

В институте он учился на повышенную, а последний курс – на самую высокую, Сталинскую стипендию, и закончил МАТИ с отличием в 1959 году. Распределился  в город Северск (тогда Томск-7). В этот город  в 1961 году приехали мама, Зина и Валя. И только здесь, на 57 году жизни, мама вдоволь наелась хлеба.

«Потрясла смерть людей» – 

по воспоминаниям Забываева Валентина Анатольевича. 

            Родился Валентин Анатольевич 22 июня 1937 года в Подмосковье, в 100 км от Коломны – в городе Озеры. Но так как его отец – Забываев Анатолий Прохорович был в то время профессиональным спортсменом – футболистом, то окончив Высшую школу тренеров при Всесоюзном институте физкультуры и спорта имени Сталина, в 1939-ом году он был направлен на работу в город Горький в должности тренера футбольной команды «Торнадо».

А когда началась война, то он сразу получил повестку в военкомате, и был отправлен воинским эшелоном на Западный фронт. Уже гораздо позднее, когда в дом пришла «похоронка», стало известно, что во время следования железнодорожного состава на Смоленском направлении, транспорт был атакован массированным налётом немецких бомбардировщиков. В живых почти никого не осталось. Всё было смешано с землёй. Так погиб папа 4-х-летнего мальчика.

А мама была отмобилизована трудиться по 16 часов в сутки на Автозаводе в кузовном производстве. Мальчик посещал круглосуточный детский сад, потому что мама работала с раннего утора до позднего вечера, но иногда мама забирала его домой.

В августе – сентябре 1941 года начались налёты бомбардировочной немецкой дальней авиации. Особенно маленькому мальчику запомнились фугасные осветительные и зажигательные бомбы, летящие со свистом и жутким приближающимся жужжанием, падающие на их 4-хэтажный дом Соцгорода Автозавода и на улицы.

На всю оставшуюся жизнь детские глаза запечатлели на всю жизнь убитых и раненых женщин и детей после ужасных бомбёжек. После того, как фронтовая полоса войны была отодвинута  на  запад,  налёты  немцев  прекратились. И люди после тяжёлого труда на конвейерах Автозавода залечивали раны своих жилищ, в которых не было стёкол в окнах, были разбиты входные двери, мебель, посуда и т. д.

Появились  продуктовые и хлебные карточки. Мама получила 450 грамм, а ребёнок – 300 грамм хлеба в сутки. Словом, было холодно и голодно. Запомнился такой случай, как однажды ночью, когда они с мамой легли спать, укрывшись от холода всеми вещами, какие только были, а по ним стали ползать здоровые крысы, которых им с трудом приходилось с себя сбрасывать. И это было очень страшно.

Дальнейшая жизнь протекала, как и у всех людей их города. Голодные дни, нищета, безотцовщина. В 1944-ом году мальчик пошёл учиться в школу №27, которую закончил в 1951 году. В этом же году умерла мама от туберкулёза – болезни, которая была спутницей войны. И Валентин в 14 лет остался сиротой окончательно. Ему повезло только в том, что с ним в одном подъезде жила семья политработника районного МВД майора Баскатова Алексея Ивановича, который взял над ним шефство и помог ему поступить в Горьковское речное училище на полное государственное обеспечение.

В училище готовили ребят по гражданским специальностям для речного  флота и одновременно офицерами для военно-морского флота. В нём царила военная дисциплина, организованность, порядок. В училище подросток получил и первые музыкальные навыки – играл в духовом оркестре и танцевальные навыки. После окончания училища  юноша был направлен на работу в Западный речной порт Москвы, на должность мастера участка погрузо-разгрузочных работ. Но в 1956 году Валентин, как член ВЛКСМ, получил комсомольскую путёвку и отправился в Томск на строительство Сибирского Химического Комбината и города.

«Прятались в лесу» –

по воспоминаниям Ивановой Валентины Николаевны.

         Иванова Валентина Николаевна родилась в Ленинградской области, в селе Ошта, расположенном в 18 км от Онежского озера. В 1941 г. ей было 5 лет. Конечно, она мало что она помнит, но кое-что помнит. Помнит, что летом 1941 г. через их село шли люди, которых называли незнакомым для маленькой девочки словом «эвакуированные». Эти люди останавливались, чтобы поесть и отдохнуть, а потом шли дальше.

Очень хорошо Валентина Николаевна помнит один день, как однажды ночью в дом забежал отец и торопливо крикнул маме, чтобы она очень быстро собирала дочерей (сестре было 2 года) и выходила очень быстро из дома. Так же он быстро сообщил, что скотину уже выгнал из хлева. Все жители деревни ночью были подняты на ноги и бежали в лес. Взрослые и дети, коровы, овцы, свиньи – всё смешалось. Настолько страшный и оглушительный был этот крик, крик горя и отчаяния, и такой он был пронзительный, что так и остался в памяти. А потом семья Вали стала жить в лесу, в огромном бараке, в котором посередине стояла огромная русская печь, а по стенам были расположены нары-козлы, где все его жители сидели  и ели. В бараке жило очень много народу, но это никого не смущало, все понимали, что время слишком трудное – военное.

Потом, спустя некоторое время, их семью привезли в какой-то дом, хозяйкой которого была одна женщина. Их, эвакуированных, было 4 семьи, в каждой их которых было по два ребёнка. Все семьи были бедными. Мама устроилась на работу. А их с сестрёнкой устроила в детский сад. Достаточно часто над ними летали самолёты, которые бомбили, и кругом свистели пули. Часто бывало страшно.

Когда сняли блокаду, семья переехала в село Мегра, где старшая девочка стала учиться, окончила 7 классов и поступила учиться в педучилище г. Вытегры, Вологодской области.

В 1959 г. Валентина Николаевна приехала в город Томск-7 и стала работать учителем начальных классов. Общий стаж работы 50 лет. Ветеран труда. Отличник народного образования.

«Мой отец погиб за Родину» –

по воспоминаниям Пашковой Валентины Андреевны. 

        Семья Валентины Андреевны жила в городе Томске. Поэтому, к её счастью, ей не пришлось слышать грохот орудий и свист падающих бомб с самолётов, ей не надо было  бегать прятаться  в бомбоубежище. Но даже в свои пять лет она смогла осознать и понять, что такое война, ведь война у неё отняла отца, и рано пришлось заниматься непосильным для неё трудом.

Когда началась Великая Отечественная война, девочке Вале было только 5 лет, а её отцу – Столярову  Андрею Дмитриевичу было 30 лет, когда он в числе первых был призван на фронт

            Снимок семьи 1939 г.          Томским военкоматом. Несмотря на то, что Валя была маленькой девочкой, она хорошо помнит  тот день, когда они вместе с мамой провожали его на фронт. Всех призванных на фронт мужчин собрали во дворе военкомата города Томска на пересечении улиц Фрунзе и Равенства (сейчас это улица Гагарина). К этому месту пришли женщины с детьми.  Ворота закрыты. Прощание было недолгим. Общались и прощались через смотровое окошечко в один квадратный дециметр.  Папа в этот квадратик протянул дочурке кусок сахара, а она, в свою очередь, помахала ему рукой, и они с мамой отошли в сторону.  Оказалось, что это расставание было последним. Тот день оказался последним разом, когда мама видела своего супруга, а дочь – отца.

Жена – Столярова Наталья Николаевна осталась с тремя детьми: 5-летняя Валя, младшая сестрёнка Галя, ей было 7 месяцев и родная сестра отца Зоя, оставшаяся с трёх лет сиротой. Семья оказалась не готовой к войне: ни сбережений, ни запасов продуктов, ни одежды. Сундук был пуст. Как жить дальше –  никто не знал. Но так как мама девочки имела медицинское образование, была лаборантом клинической лаборатории, поэтому была военнообязанной. В Томске в военное время работало около 20 госпиталей, в одном из них и работала            Снимок 1941 г.

мама, который находился в здание,  в котором теперь находится главный корпус ТУСУРа. Раненых привозили днём и ночью. Ночами разгружали эшелоны с тяжелоранеными. Многие были без рук, без ног. Все работники госпиталей относились к раненым с большой теплотой и нежностью.

Жила семья в коммунальной квартире двухэтажного деревянного дома на 2-ом этаже на улице Гагарина, 39. Кроме них, в квартире жило три семьи. На всех одна общая кухня и водопровод с холодной водой. Зимой вода в нём замерзала, и воду приходилось носить из колонки, её выдавали по талонам. За ведро – талон. Отопление в комнатах было печное. Очень скоро к ним в комнату поселили ещё двух эвакуированных женщин, одна из которых была из Москвы, а другая – из Ленинграда.  И все 7 человек жили в комнате  площадью 19 квадратных метров. Жили дружно, всех жильцов объединяло общее горе.

С пяти лет в детский сад Валя ходила одна. А младшую сестрёнку мама оставляла с чужой, очень хорошей бабушкой, которая жила с ними в квартире, так как не имела своего жилья. Несмотря на небольшой возраст, Валентине приходилось регулярно помогать маме. Из сарая, который находился во дворе дома, носила дрова и уголь. Смёрзшийся уголь надо было разбить и принести  в вёдрах на второй этаж, принести дрова для растопки, воду из колонки с улицы Плеханова, помыть полы и выполнить по дому и другие работы.

Позднее, когда девочка пошла в школу учиться, при всех жизненных трудностях, Валя старалась  учиться очень хорошо. А после уроков девочка вместе с другими детьми бегала в госпиталь, где дети раненым бойцам рассказывали стихи, пели и танцевали.

Валентина Андреевна помнит некоторые моменты ребячьих выступлений в госпитале. У мужчин в глазах были слёзы и большая благодарность. Каждый из пациентов старался чем-нибудь угостить ребят. Дети, хоть и стеснялись брать, но не всегда могли отказаться. Очень уж всегда детям хотелось есть. Но как считает Валентина Андреевна, дети  ходили не за угощением, а это был  их  посильный  вклад  в  общее  дело – в  Победу. Много  солдат и офицеров из госпиталей не

вернулись домой. Они навечно остались на Томской земле – на Южном кладбище.

А в семьях стали получать «похоронки». Письма с фронта приходили редко, их читали коллективно всей «коммуналкой», ждали хороших вестей. Каждый день ребятишки бегали к Дому офицеров, на фасаде которого висела огромная карта военных действий, на которой чёрными и красными флажками были обозначены линии фронта. Чёрные флажки – фашисты, красные – наши. Шли бои под Москвой. Враг остановлен! Отступает!

21 ноября 1943 года в квартиру постучал почтальон и принёс письмо …, такие письма в почтовый ящик не опускали, их вручали лично. И вручил почтальон это письмо семилетней девочке. Девочка протянула письмо пришедшей поздно с работы маме, а мама взяла письмо, посмотрела конверт на свет и увидела в углу небольшую бумажку. Она сразу всё поняла. Медленно вскрыла конверт, достала извещение, прочитала и заплакала.  

       Девочки были рядом и не очень понимали, почему мама плачет. А мама, утирая глаза, сказала, что папы больше нет – он погиб под Москвой.

      Это потом уже подраставшие девочки узнали, что это извещение являлось «похоронкой». В ней  говорилось о том, что 21 ноября 1941 года Столяров Андрей Дмитриевич погиб в ожесточённом бою, защищая Родину».

Вспоминая свои детские годы, Валентина Андреевна, показывая фотографию отца, с горечью говорит: «Мой отец погиб за Родину!», а я осталась сиротой, и семья наша жила бедно.

                                               «Всю жизнь тоскую без отца».

          Ромашов Анатолий Николаевич родился в селе Пробуждение Кожевниковского района Томской области в 1938 году.

         Когда началась Великая Отечественная война, ему было всего 3 года,  но он знает, что его отец – Ромашов Николай Васильевич был призван на фронт, потом попал в плен и был замучен в концлагере.

          А мой герой помнит своё детство с того момента, когда в 1946 г. пошёл в первый класс. И его воспоминания такие, как и у предыдущих моих героев, голодное детство и нищета,  ещё работа в колхозе.

ВЫВОДЫ

«Что могли о войне запомнить дети?»

Изложила я в своей работе, как смогла, воспоминания пожилых людей о своих детских годах, о  детстве каждого из них.

Написала я слово «детство» и задумалась, невольно сравнивая своё детство с детством тех ребят, из далёких, и оказывается таких страшных сороковых годов.  

Они были детьми и я – ребёнок. Но мои воспоминания коренным образом будут отличаться от воспоминаний, которые я слушала и записывала. Мои воспоминания будут яркими, светлыми, иногда и восторженными. А воспоминания моих героев полны горечи и слёз.

Дети войны вместе со всем народом испытали тяготы военного времени.

Дети и война. Нет более ужасного сближения противоположных вещей на свете. Ребёнок, прошедший через ужасы войны, ребёнок ли? Кто возвратит ему детство? Что могли понять, увидеть, запомнить дети? Что могут рассказать?

Оказывается, те люди, которые в годы войны были детьми, смогли рассказать многое, несмотря на то, что когда началась война, они были ещё маленькими.

Валентину Анатольевичу Забываеву было 4 года, Валентине Николаевне Ивановой и Валентине Андреевне Пашковой – 5 лет, Владимиру Павловичу Шошину было 5,5 лет и Нине Михайловне Ивановой было около 6 лет. Все они были детьми, и даже никто из них ещё не ходил в школу.

Валентин Забываев жил в городе Горьком, который считался прифронтовым городом, поэтому он отчётливо слышал пугающий его свист падающих бомб и ощущал происходящую трагедию. На всю оставшуюся жизнь детские глаза запечатлели убитых и раненых женщин и детей после ужасных бомбёжек. А в 14 лет он остался полной сиротой и самостоятельно без поддержки родных людей шёл по жизни.

Вале Коровкиной (Ивановой) вместе с семьёй удалось чудом избежать оккупации, так как семья успела убежать и спрятаться в лесу. Но девочка всё равно натерпелась страха и испытывала ощущение голода. Отец погиб на фронте.

Владимир Шошин жил со своей мамой и сёстрами в оккупации. Он хорошо помнит, как вздрагивал от бомбёжек и как постоянно испытывал голод, как болели все члены семьи, как семья прочитала «похоронку», как умерла одна из сестёр.

А Нина Михайловна со своей семьёй в полной мере «познакомилась» с войной, хлебнула горя и страданий «полную чашу».  Её семье пришлось с немцами жить под одной крышей, слышать немецкую речь. Много и много раз им приходилось пугаться и вздрагивать, прятаться, и куда-то бежать. Видела она с братом и сёстрами, как умирала их мама, а потом и маленький братик. Приходилось девочкам бегать по деревням и просить милостыню. Видела она с сестрой, как угнали жителей деревни в Германию, и их тоже чуть не постигла такая участь. Они бегали по лесу, голодали, мёрзли, болели, расставались – теряли друг друга, прятались и жили в лесу, выскакивали из горящего дома. Словом, они не жили, а просто страшно бедствовали.

Валентина Столярова (Пашкова) жила с семьёй в глубоком тылу, в городе Томске, но и она смогла понять, что такое война. Семье были знакомы и слёзы и голод, а папа, как и миллионы других защитников, не вернулся с войны.

1941 год безжалостно забирал из семей отцов, сыновей, братьев, сестёр, близких родственников на войну, с которой многим из них не суждено было возвратиться в родные дома, к родным семьям.

Все мои герои помнят, как провожали на фронт отцов, и  с мамой горько плакали. Провожали отцов на фронт, получали «похоронки», и это понятно, на войне убивают. А каково было увидеть, осознать и смириться с гибелью своей мамы – есть ли горе страшнее этого?

Все мои герои вспоминали о том, что всегда очень хотелось есть. Почти все мои герои помнят, как выла зловеще сирена, рвались снаряды, падали бомбы, и всем им  было страшно. Война обрушилась на детей бомбёжками, голодом, разлуками.

Все мои герои хлебнули  с детства очень много горя, слёз и работы: холод, голод, а, в конечном счёте – сироты!

Сейчас  я  могу  осознать  –  какое  это  было  для детей страшное,  ничем не измеримое горе,

несчастье – стать сиротами. Смерть отца, а тем более мамы для детей была трагедией. Кто пожалеет, кто обнимет и приласкает? Дети  оставались одни со своей бедой и со своими проблемами.

Дети войны. В военное время они рано и быстро взрослели. Они думали, что им есть и вынуждены были сами думать о пропитании, а многим из них приходилось брать на себя ответственность и заботиться и о младших братьях и сёстрах.

Недетская это тяжесть – война, а они хлебнули её полной мерой. Война бесцеремонно вторглась и безжалостно ворвалась в их детство, прошлась по их сердцам и душам, разрушила их семьи, отняла у детей отцов, а у кого-то и матерей, сделав их навсегда безотцовщиной.

Но все мои герои, как и многие другие дети, даже в осаждённом Ленинграде, учились даже в военное время. Голодные, разутые, одетые в переношенные одежонки, они учились в нетопленных школах. Учились, несмотря на то, что не было тетрадей, бумаги, ручек, чернил. Но всё это дети делали сами – изобретали, и учились. А после уроков дети занимались и взрослым трудом.

И как бы им трудно не было, но все мои герои  окончили школу. Двое из них учились в институтах. А трое из них окончили  училища, двое потом получили и высшее образование.

Вот какие целеустремлённые дети войны. Никакие трудности их не сломили, они выжили, выстояли, и достойно трудились на благо Отечества, ведь у всех моих героев большой трудовой стаж, и даже заслуженные звания и награды.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

«Школьники должны это знать!»

Слушая воспоминания людей и трудясь над своей исследовательской работой, я невольно думала о том, к чему мы – люди XXI века так привыкли и о чём практически не говорим: «Как хорошо, что кружится планета, как хорошо на свете без войны!»

Завершена моя  исследовательская работа «Выжили и выстояли!» о людях, чьё детство чёрной краской опалила война.

В чём значимость моей поисковой или исследовательской деятельности?

Деятельность моя значима, потому что информацию, которую я узнала, буду обязательно использовать в экскурсионно-лекторской деятельности для учащихся школы. Ведь, несмотря на то, что так далека от нас война, мы не имеем права забыть о ней, потому что ещё живут люди, которые преподали человечеству урок мужества. Нам есть, чему учиться у этих людей и есть, за что  их уважать.

В моей работе – крик той памяти детства, детства детей войны – полуголодного, полухолодного, лишённого полнокровной родительской ласки. Дети грозных сороковых не брали в руки оружия, не шли открыто в бой, не уничтожали фашистские танки. Но если вникнуть в воспоминания моих героев, то разве нельзя утверждать, что эти дети хорошо узнали, что такое война?!

Своей работой я отдала дань уважения тем людям, которые в годы войны были лишены яркого и счастливого детства.

У детей, родившихся в конце 30-х – начале 40-х годов, детство отняла война. Она его смяла и искалечила. Оставшись без отцов, а то и без обоих родителей, дети прошли тяжёлые испытания. На их плечи, детские, неокрепшие, легли все тяготы военного и послевоенного времени.

Есть у поколения детей войны и доля подвига – они всё вынесли, пережили голод, болезни, горечь потерь, не сломились, не согнулись, выдюжили, выжили и выстояли! Вопреки всем трудностям и смертям, они остались живы, получили образование, поднимали на своих плечах страну из разрухи, создали семьи, вырастили детей и внуков. Война в далёком прошлом. Выросли дети войны, выросли людьми достойными, честными, трудолюбивыми.

И все мы, кто родился в веке XX, должны помнить: мы перед «детьми войны» в неоплатном долгу.

Почему? Да просто потому, что у нас есть то, что у них отняла война – самую яркую пору жизни – детство. А ещё  мы  можем учиться у этих людей жизненной стойкости.

Вот какие строки посвятила своему детству и всем детям войны томичка Е. И. Большакова.

«Всё это мы – дети войны».

Моя работа, вернее беседы и уроки мужества, основанные на материале моей исследовательской работы, несомненно, должны и будут  способствовать формированию у школьников чувства гражданственности и патриотизма, чувства уважения к людям старшего поколения. Ведь каждый человек нашей страны, каждый её гражданин должен знать, что история нашей страны отражена в судьбах людей целого поколения, в том числе, и детей войны.

В преддверии  праздника Победы – праздника всей страны, всех поколений мы обязаны благодарить всех людей военного времени за выстраданную и завоёванную Победу!                

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ:

1. Была война…: Четыре главы из книги, написанной поэтом послевоенных лет, Л. Таганов; Предисл. А. Михайлова. – 2-е изд. – М., 1987 г.;

2. Дети военной поры/Сост. Э. Максимова. – 2-е изд.. доп. – М.: Политиздат, 1988 г.;

3. Диалог, 2010 – 2012 гг.;

4. Мы все из детства, из войны. Воспоминания сирот Великой Отечественной войны. Томск, 2006 г.;

5. Новое время, от 30.03.2000, №13;

6. Опалённые войной. – Томск: «Диалог – Сибирь – Томск», 1997 г.;

7. Память сердца. Воспоминания детей погибших защитников Отечества. Томск 2010 г.

Воспоминания жителей Северска – людей, которые в годы войны были детьми.

• Ивановой Нины Михайловны;
• Шошина Владимира Павловича;
• Ивановой Валентины Николаевны;
• Пашковой Валентины Андреевны;
• Забываева Валентина Анатольевича.