Данна работа посвящена великому нижегородскому ученому - М.В.Вильбушевичу, который совершил переворт в жимии жиров, за счет чего Нижегородский МЖК шагнул вперед в своей развитии.
Вложение | Размер |
---|---|
![]() | 21.75 КБ |
МБОУ СОШ № 121 Канавинского района
ОЧЕРК
«Переворот в химии жиров»
Выполнили:
ученицы 5 «В» класса
Мелешко Ольга
Кондраченкова Алина
Седышева Дарья
ученик 8 «А» класса
Сосунов Владислав
Руководитель:
учитель английского языка
Шорникова Евгения Игорьевна
Нижний Новгород, 2014
Настоящий переворот в химии жиров и мыловаренной промышленности произвела переработка жидких растительных масел в твердые жиры путем гидрогенизации, которую наладил в августе 1909 года Моисей Владимирович Вильбушевич, технический директор нижегородского завода З.М.Персица. С этого времени завод находился в центре внимания не только России, но и мира, позже он вошел в сообщество «Салолин» (в настоящее время Нижегородский масложировой комбинат). Об этом открытии мало кто помнит и говорит, а интернет-источники даже не знают, кто же такой М.В.Вильбушевич и в чем его заслуга. Информации о нём, как о личности, о его жизни и судьбе осталось мало, но его открытие оставило свой след в истории.
Московский купец 1-й гильдии Зелик Мордухович Персиц решил открыть собственное дело в Нижнем Новгороде. Старинный купеческий город, слывший торговой столицей России из-за проводимой здесь ежегодно знаменитой Нижегородской ярмарки, благоприятствовал любому размещению капитала, будь это покупка и перепродажа товаров с выгодой для себя либо производство таких, которые пользуются всеобщим спросом и поэтому приносят верный доход. Персиц открыл в Нижнем небольшой завод по выпуску гарного масла. В конце XIX века электрическое освещение в русских городах было в диковинку. Сами нижегородцы впервые увидели свет электрических ламп накаливания в 1896 г., во время проведения в Нижнем Новгороде с благословения российского императора Всероссийской промышленной и художественной выставки. В течение четырех месяцев вечерами в губернаторском дворце, вблизи дворца и на территории выставки сияли электрические фонари. Но это было исключением. Дворцы аристократов, дворянские особняки в России того времени освещались свечами. Канделябры на стенах, люстры с десятками свечей по вечерам зажигал специальный слуга. Простому народу свечи были недоступны, и он пользовался гарным маслом. Круглосуточно теплились огоньки лампадок в красных углах перед иконами, каждый вечер тысячи огоньков в осветительных лампах зажигались в домах бедноты. Уличные фонари до конца XIX века также заправлялись гарным маслом. Керосин для освещения стал применяться только в начале XX века.
Гарное масло было товаром, приносящим немалые доходы даже в случае дешевизны по причине массового спроса на него. Поэтому оно, как и винно-водочные изделия, облагалось в России акцизными сборами. Предприниматель не имел право без разрешения построить завод по выпуску масла. Участок земли З. М. Персиц арендовал у выходца из Прибалтики, литовского гражданина, а на момент устройства завода — жителя Нижнего Новгорода Александра Михайловича Чиркова, проживавшего в собственном доме вблизи Московского шоссе. Чирков ранее был управляющим имениями князя Голицына и получил этот участок земли и леса в подарок от князя. Персица привлекло расположение участка вдоль полотна железной дороги и всего в двух километрах от Московского вокзала в Канавине (удобные подъездные пути). Кроме того, на территории находилось двухэтажное с подвальным помещением здание, которое Чирков построил было для стекловаренного завода по изготовлению пивных и водочных бутылок. Завод проработал недолго — Чирков не выдержал конкуренции с другими заводчиками. В этом деревянном здании Персиц и установил свое первое оборудование. Так начиналась история предприятия, которое существует и по нынешний день. Предприятие за всю его истории прошло много разных периодов (военный период, послевоенный период), но одним из переломных моментов для завода стало время работы технического директора М.В.Вильбушевича, который вывел его на мировой уровень.
В 1906 г. М. В. Вильбушевич ездил с научными целями в Германию и познакомился с незаконченными лабораторными исследованиями немецких ученых, пытающихся найти практическое применение научному открытию французского химика П. Сабатье — методу гидрогенизации жиров (каталитическому присоединению водорода к сложным эфирам глицерина и ненасыщенных жирных кислот). Метод гидрогенизации жиров был предложен немецкой фирмой «Лепренск-Сивке» и одновременно английским инженером Вильгельмом Норманом в 1902—1903 гг. Самое заманчивое в том методе для Вильбушевича было то, что при положительном завершении исследований они могли иметь возможность из жидких растительных масел получать отвержденные жиры с соответствующими свойствами. Промышленное использование метода сулило завоевание рынка теми предпринимателями, которые опередят конкурентов. Вильбушевич купил патент Нормана.
К чести Персица, он не жалел средств для достижения подобных целей. В заводской лаборатории уже в начале века была богатая техническая библиотека. В ней были книги по химии, и в частности по технологии жиров, как на русском, так и на иностранных языках, главным образом немецких авторов. Выписывались немецкие химические журналы, были книги и журналы на английском и французском языках.
По приезде в Нижний Новгород М. В. Вильбушевич совместно с заведующим лабораторией химиком К. А. Рождественским в течение двух лет вели исследования по гидрогенизации жиров. После успешного завершения опытов по насыщению жидких жиров водородом они предложили З. М. Персицу построить новое производство с водородным цехом.
В августе 1909 г. на заводе Персица впервые в России было создано промышленное производство по переработке жидких растительных масел в твердые жиры, названные салолином (сегодня они называются саломасы), т. е. искусственное сало. Аппарат для гидрогенизации (насыщения водородом) жиров именовался дубликатором. Это был закрытый котел высотой полтора метра с рабочей емкостью на 25 пудов, снабженный паровой рубашкой, через которую паром давления 6—8 атмосфер, масло нагревалось до 120°С. Внутри котла вращалась змеевидная мешалка, на крыльях которой были дырчатые сетки. В специальном ящике под замком для секретности находились манометр и термометр. Имелся люк для чистки часто засоряющихся сеток. Водород подавался из газгольдера объемом 40 куб. м и нагнетался компрессором до 3 атмосфер. В качестве катализатора применялся углекислый никель, осажденный на кизельгуре. Процесс насыщения длился 4—5 часов. Вначале насыщали хлопковое и подсолнечное масла, затем льняное, рыжиковое, касторовое, ореховое и рыбий жир. Температура при насыщении иногда доходила до 300°С, и поэтому при спуске готового салолина в коробку при открытии крана порой слышались хлопки, вплоть до вспышки с пламенем. Застывший в тазах салолин упаковывался в мешки, а в дальнейшем, по мере роста выработки, разливался в бочки. С этого момента завод вышел на новый уровень развития, но на этом удивительные открытия не закончились.
Маслобойно-химический завод стал пионером в России по переработке хлопкового семени на масло. По предложению Вильбушевича Персиц закупил в Средней Азии (в Коканде) миллион пудов хлопкового семени. Доставлялось оно на баржах по Каспийскому морю, а затем по Волге. До этого хлопковое семя шло на удобрение или сжигалось в топках котлов. А Вильбушевич с помощью хлопкового масла решил проблему замены дорогостоящего оливкового. Использование хлопкового масла поставило перед инженерами другую проблему — его рафинации, поскольку масло это было непривычного черного цвета. Работавший у Персица француз-техник производил кислотную рафинацию с последующей щелочной, а для пущей секретности подкрашивал масло хлорофиллом или медным купоросом. Принятый на работу в 1903 г., окончивший среднетехническое промучилище в Казани, С. Д.Давыдов сначала в лаборатории, а затем на производстве совместно с молодыми работниками внедрил метод щелочной очистки, исключив излишнюю очистку серной кислотой.
Кроме хлопкового масла, на заводе вырабатывали рыжиковое, сурепное, подсолнечное масла. Кокосовая копра ввозилась из Цейлона и Сингапура. Позднее для нее были специально установлены три автоматических пресса Крупна. Кокосовое масло шло частично на выработку высших сортов гарного масла. Для утилизации отходов растительных масел — фузы — был построен экстракционный цех.
Кислый гудрон был проблемой, настоящим стихийным бедствием для завода Персица. Никто не знал, что с ним делать. А его количество в виде отходов все увеличивалось и увеличивалось. Но, как говорится, нет худа без добра. Дело шло к тому, что на маслобойно-химическом заводе Персица откроется производство мыла. Однако все по порядку.
Однажды емкость во дворе переполнилась, и кислый гудрон потек на соседний участок, загрязнив большое пространство территории соседа. Возмущенный Чирков написал жалобу земскому начальнику, но конфликт был улажен при помощи денег. Сохранился такой документ:
«1904 г. апреля 21 дня мы, нижеподписавшиеся Митавский гражданин Александр Михайлович Чирков и доверенный директор завода З. М. Персица Моисей Владимирович Вильбушевич, заключили настоящее условие в следующем: 1) Я, Чирков, принимаю на свой счет очистку моей земли от гудрона и других нечистот, выпущенных из завода Персица, и обязываюсь неотлагательно подать г. Земскому начальнику прошение о прекращении производства по всем моим претензиям о загрязнении и порче моей земли от гудрона и других нечистот, а если встретится необходимость выпуска гудрона или каких-либо жидкостей из завода Персица на мою местность, то я, Чирков, предоставляю управлению г. Персица право прорыть на моей земле канаву, направленную по обоюдному соглашению, по которой они стекали бы правильно в существующую прежде вырытую канаву и не могли бы разливаться по равнине моей земли; 2) Я, Вильбушевич, в возмещение расходов по очистке земли, уплачиваю Чиркову при подписании сего условия 200 руб. наличными и 250 руб. векселем сроком 15 июля с. г. и обязуюсь с настоящего времени навсегда не допускать, чтобы гудрон и другие жидкости выпускались беспорядочно из завода Персица на землю Чиркова и разливались бы по луговой, пахотной и садовой земле».
Неприятности такого рода заставили Вильбушевича вплотную заняться обработкой отходов с целью их утилизации. Кислый гудрон стали омылять щелочью и получать асидол-мылонафт. Он обладает хорошими моющими свойствами и является одним из компонентов мыла. Рафинация темнохлопкового масла поставила задачу найти применение соапстоку. После очистки щелочных отходов получали мылонафт, также по своим качествам пригодный для изготовления мыла. Образующие кислотные остатки после их нейтрализации использовались в котельной как топливо.
Таким образом, М.В. Вильбушевич совершил два важных открытия, которые в дальнейшем перевернули жизнь не только всего предприятия, но и осуществили настоящий переворот в химии жиров и и мыловаренной промышленности. О самой судьбе и жизни Вильбушевича не осталось никаких данных. В истории его имя будут помнить по этим знаментальным открытиям. Но судя по тому, какую колоссальную работу он вел, следует сказать, что это был умный, ответственный и трудолюбивый человек. Исследование – это трудоемкий процесс, в нем много неудач и препятствий. Но наш нижегородский ученый нашел в себе силы справиться с препятствиями и довести знания до нужного предела. Мы должны знать о таких великих наших земляках.
Снеговик
Три коробки с орехами
За чашкой чая
Алые паруса
Притча о гвоздях