Статья
статья

Детские травмы

План:

1. Что такое психологическая травма (как это выглядит)
2. Источники детских травм
3. Последствия травмы – ее проявления, влияние на качество жизни человека
4. Симптомы (как понять, что это оно)
5. «Скорая» помощь

Сталкиваясь в детском возрасте со сложной ситуацией и не сумев разрешить ее, справиться с ней самостоятельно либо с помощью взрослого, дети могут получить нарушение психики, которое даст о себе знать через многие годы в их жизни.

Детский возраст – это тот период жизни человека, когда его психическое состояние особенно ранимо и подвержено влиянию извне. Дети все весомые события в их жизни пропускают сквозь себя. Если же ребенок обладает особой чувствительностью, то он буквально открыт для воздействий внешнего мира, как хороших, так и отрицательных.

Маленький человек еще не способен защищать свое сознание от всего ненужного, вредного, опасного. Он не в силах контролировать поток поступающей информации, фильтровать, проводить ее качественный мониторинг, определяя, что – положительное, а что нет, и от чего нужно укрываться. Если это яркое событие имеет в дополнение ко всему острую негативную окраску, то наверняка отголосок его навсегда будет запечатлен уже в подсознании взрослеющего человека.

Психологическая травма – реактивное психическое образование (реакция на значимые для данного человека события), вызывающее длительные эмоциональные переживания и имеющее длительное психологическое воздействие.

Детская психологическая травма – результат интенсивного стрессового воздействия, чрезмерного для возможности защитных механизмов психики ребенка, который проявился при определенных обстоятельствах в их зрелом возрасте.

При травме ребенок теряет ощущение комфорта и безопасности, которые должны окружать его. На смену им приходит чувство страха, бессилия, беспомощности перед неопределенностью и переменчивостью внешнего мира: то, что вчера обеспечивало покой, уверенность, сегодня приносит боль и страдание. Те дети, которые находятся в стрессовой ситуации часто, являются группой риска, они наиболее подвержены негативному влиянию внешнего мира.

Травматический опыт не обязательно должен быть физического характера. Главные его критерии – сила и интенсивность, вызывающие эмоциональный отклик в человеке. Чем интенсивнее будет отрицательное влияние события, тем выше возможность травмы.

Но не каждая неприятная ситуация может нанести урон психическому здоровью. Для этого она должна быть значимой, важной для ребенка. Отрицательное влияние ситуации (обстоятельств, людей), подкрепляясь весом и значимостью, и несет угрозу. Их частые повторения способны из здорового ребенка в будущем сделать невротически больного взрослого.

Источники детской психологической травмы.

К причинам, являющимся потенциальными источниками психологической детской травмы, можно отнести:

• Отделение от одного из родителей, вызванное, например, разводом. Взрослые также могут манипулировать друг другом, используя ребенка как орудие мести и управления. В таком случае ребенок невольно должен принять сторону одного из родителей, что обязывает «отделиться» от другого.
• Опасная среда обитания. Опасность не обязательно физического, осязаемого характера. Это могут быть постоянные конфликты дома, в коллективе, где ребенок проводит много времени: моральное давление, прессинг, латентные конфликты, угнетающая тяжелая атмосфера.
• Серьезная болезнь, смерть одного из близких членов семьи или друзей. Потеря близкого человека может спровоцировать появление неуверенности в постоянности, безопасности внешнего мира.
• Недостаток внимания со стороны родителей. Каждый ребенок должен чувствовать их безусловную любовь и ощущать свою необходимость для самых близких ему людей. Пока он не понимает слов, которыми взрослые выражают любовь, главными показателями их привязанности для него будут поступки, внимание, уход. Малыш, порученный сам себе, растет отверженным и отчужденным. У него появляется ощущение своей ненужности, никчемности.
• Директивы. Иногда родители закладывают «сценарий» для всей последующей жизни ребенка своими личными установками, с которыми они так и не сумели справиться, перебороть их пагубное влияние. Родительские директивы, заложенные в психику ребенка, вызывают отрицательные последствия. Влияют на формирование многочисленных комплексов, неуверенности в себе, низкой самооценки, неумения общаться с людьми в зрелом возрасте.

В 2014 году исследователи Кембриджского университета установили, что мозг 17ти, 18-ти и 19тилетних, подвергавшихся в детстве различным видам психотравмирующих воздействий, меньше по объему, чем мозг их сверстников, выросших в нормальных условиях.

Новые открытия в нейробиологии и психологии подтверждают: травмирующие психику события приводят к биологическим изменениям в нашем организме. Полученные в детстве психологические травмы имеют далеко идущие последствия. Они меняют архитектуру нашего мозга, подтачивают иммунную систему, запускают и питают воспалительные процессы, т.е. оказывают комплексное воздействие на физическое здоровье и долголетие.

От того, в какой атмосфере растут дети, напрямую зависят их реакции на окружающий мир, успехи и неуспехи на работе, способность дружить и способность любить. И даже то, как они будут воспитывать своих детей, тоже зависит от детского опыта.

Всемирная организация здравоохранения провело исследование среди людей, у которых в детстве были какие-либо психологические травмы. Оказалось, что таким людям гораздо труднее сделать карьеру, чем тем, у кого в детстве не было сильных эмоциональных потрясений.
Оказывается, расстройства психики в детстве приводят к замедлению социального развития человека – ему становится сложнее заводить друзей, адаптироваться к новым коллективам и уживаться с людьми. По словам доктора Норито Каваками из университета Токио, возглавлявшего научную группу, которая проводила исследование, ученые нашли четкую взаимосвязь между случавшимися в детстве депрессиями, недостатком внимания, пережитыми случаями физического или психического насилия и низким уровням достатка во взрослой жизни. Результаты эксперимента справедливы и для мужчин, и для женщин. 
В ходе исследования были опрошены почти 40 000 человек из 22 стран, в возрасте от 18 до 64 лет. Ученые собирали информацию об уровне дохода, общественном положении, образовании каждого респондента, и при этом уточняли данные о состоянии психического здоровья опрошенных, начиная с рождения. Действительно, детские горести рождают желание замкнуться, отгородиться от мира, а успешную карьеру в большинстве случаев невозможно сделать в затворничестве.
   Другое исследование проведенное специалистами из центра здоровья "BioMed Central" и опубликованное в журнале "Substance Abuse Treatment, Prevention, and Policy". Так в исследовании, проведенном под руководством доктора Тары Штрайн (Tara Strine) показано, что неблагоприятные события детства эмоциональные, физические или сексуальные травмы, могут стать причиной развития никотиновой зависимости. И в этом случае, лечение сигаретной аддикции необходимо начинать с терапии детских травм.
В исследовании приняло участие больше чем 7000 человек, приблизительно 50% из которых – женщины. Принимая во внимание ранее выявленные факторы риска, такие как употребление алкоголя и курение родителей, физические и эмоциональные травмы, произошедшие в детстве, достоверно заняли первое место в группе риска. Однако подобная картина наблюдалась только в женской выборке. Так женщины, в анамнезе которых, были выявлены травмирующие события детства, в 1,4 раза чаще подвержены данному пристрастию. У мужчин же, как полагают исследователи более широкий диапазон защитных и компенсаторных механизмов, которые еще только предстоит изучить. Результаты исследования показывают, что механизмом, провоцирующим связь между детскими травмами у женщин и тягой к табаку, является психологический стресс. Особенно велик риск у тех, кто пережил эмоциональное или физическое насилие.

Также в Центре развития ребенка Джека Шонкоффа выявили, что наличие или отсутствие адекватной поддержки со стороны взрослых оказывает колоссальное влияние на то, будут ли факторы стресса такими разрушительными. Травму можно перенести, когда случившееся компенсируется участием взрослого, способного научить ребенка адаптироваться.

Симптомы и проявления травмы

Шоковое состояние, уныние, апатия, безрадостность, подавленность. Это состояние должно тянуться продолжительное время без, казалось бы, явных причин

Гневные вспышки

Неконтролируемые вспышки ярости, гиперактивность

Страхи  (страх темноты, тишины, громких звуков, чужих незнакомых людей, большого скопления народа, одиночества);

Повторяющиеся ночные кошмары, бессоница

Метания во сне

Ночное недержание мочи, невнимательность на уроках;

Избегание людей и, наоборот, навязчивость;

Всяческие боли неизвестного происхождения

Утомляемость, постоянная усталость, бессилие.

Нарушение внимания и памяти.

Мышечные зажимы, напряжение.

Застенчивость, агрессивность (несвойственные ребенку)

Что делать? 
Травмирующая ситуация так эмоционально захватывает человека, что он не чувствует своего тела. Питер Левин считает, что важно в этот момент переключить внимание ребенка с эмоций на область физических ощущений. Для этого нужно обратить его внимание на то, как ведет себя тело. Просто спросить его: «Что ты чувствуешь вот здесь?» (показывая на грудь, живот...). Благодаря таким вопросам, ребенок начинает прислушиваться к своему телу и обращать внимание на те импульсы, которые идут из древней коры (мозга рептилий). В результате он замечает тончайшие изменения в своих телесных ощущениях и чувствует, что его организм реагирует, отвечает на событие.
Внимание: эта естественная реакция служит реализации избыточной энергии, оставшейся не выплеснутой. Если прислушаться к своему телу, можно заметить чудесные превращения ощущений: в груди был камень, а теперь – «теплая жидкость». Эти изменения просто надо отмечать и никак не объяснять, не истолковывать. Не надо в этот момент вспоминать о происшедшем событии, чтобы не вовлекать другие (высшие) зоны мозга – пусть работает древний мозг, к нему мы и обращаемся, когда спрашиваем про телесные ощущения. В этот момент ребенок может кричать, крупно трястись, мелко дрожать.
Первая помощь при травмирующей ситуации
Питер Левин дает родителям некоторые конкретные рекомендации. Вот они.
1. Очень важно, чтобы родители сами держали себя в руках. Если мать напугана и расстроена происшедшим, то ее поведение может травмировать ребенка.
Одна мама вспоминает: «Выходили мы из автобуса. Голову сына прищемило в дверях. Это было не больно, просто неожиданно, я испугалась. Сын вскрикнул, но история не произвела на него сильного действия. Я закричала, отругала водителя, потом несколько раз при сыне рассказывала эту историю знакомым – уж очень я испугалась. И вот мой шестилетний ребенок не может войти теперь в автобус: он кричит и упирается, и неизвестно, что делать, на чем его возить».
Да, ребенок очень чувствителен к материнскому состоянию. И если уж мать испугалась, значит, тут есть действительно серьезная опасность. Ребенок может бессознательно сделать такое умозаключение. Кроме того, ему передается состояние матери, оно ложится на его собственный страх, в результате невротическая реакция готова.
2. Ребенку надо дать успокоиться, приласкать его. Пусть вас не вводит в заблуждение «героический» облик ребенка. Важно помочь ребенку выразить его чувства, а не загонять их вглубь, не вытеснять их из сознания. Ибо известно, что чувство не исчезает, если отвлечь от него внимание или сделать вид перед собой и другими, что «все в порядке», «мне нисколечко не страшно».
3. Пусть ребенок почувствует себя в безопасности. Если вы замечаете у него признаки шока (остекленелые глаза, бледность, быстрое поверхностное дыхание, дрожь, дезориентированность), или он очень возбужден, или слишком заторможен, – говорите с ним ровно, ласково, негромко, возьмите его на руки, но мягко, не стискивая. Нежно дотроньтесь до спины в области сердца – для поддержки: это не будет препятствовать самовосстановлению организма после шока, ведь ребенку надо прийти в себя. А вот укачивать и похлопывать его, по мнению П. Левина, не надо: это может прервать естественный процесс восстановления.
4. Когда вы заметите, что признаки шока прошли, мягко обратите внимание ребенка на его чувства. Спросите, как он чувствует себя физически. Если он говорит «хорошо», то спокойно и медленно повторите его ответ: «Ты чувствуешь себя хорошо» – и ждите реакции, например, кивка. Потом задайте вопросы – про голову, руку, ногу. Питер Левин советует уточнять, какого размера, формы, цвета, веса это физическое ощущение, если оно есть. Такие вопросы позволяют лучше сосредоточиться на телесных ощущениях.
5. Не задавайте сразу несколько вопросов, делайте промежутки между ними – по минуте или по две. Это нужно для того, чтобы ребенок, отвечая на вопросы, не прерывал поток своих естественных телесных реакций (дрожь, крик и т.п.).
6. Дети, выходя из шока, могут сильно плакать, дрожать.
Родителям не следует пытаться это прекратить. Внешнее выражение дистресса должно завершиться само. Исследования показали, что дети, хорошенько поплакавшие после испуга, легче возвращаются в нормальное состояние. Покажите ребенку, что плач и дрожь – здоровая реакция. Можно положить руки на плечи или на спину ребенку и сказать: «Поплачь, поплачь». Главное – не прерывайте естественную реакцию ребенка, пытаясь изменить его поведение.
7. Обратите внимание на эмоции вашего ребенка. Когда он успокоится, с ним хорошо проговорить это событие. Попросите его рассказать о происшествии. По тому, как он говорит, вы поймете, какие чувства им владеют: гнев, злость, страх, вина, печаль, смущение... Если у вас есть аналогичные детские воспоминания, поделитесь ими, не утаивая, что и вы испытывали такие же чувства. Пусть он узнает, что любые его чувства имеют право на существование. Старайтесь давать своим чувствам и чувствам ребенка точные названия. Например, если вы испытываете страх, то так и говорите об этом, а не смягчайте: «Мне стало не по себе» или «Неприятно». Это необходимо для отреагирования чувств.
8. Не обсуждайте событие сразу: пусть пройдет время и ребенок «отойдет» от травмы. Потом можно будет и поговорить, и поиграть в это происшествие, и порисовать – заняться психотерапией, доступной внимательному и чуткому родителю.
Конечно, эти рекомендации не обязательно выполнять буквально. Всех возможных травмирующих событий предугадать нельзя, но можно помочь ребенку отреагировать это событие, эмоционально исчерпать его и не оставлять занозу в душе на много лет.

Исследователи из университета Эмори недавно выяснили, что даже если ребенок сталкивается с негативным опытом, но у него здоровая обстановка в семье и есть кому рассказать о своих проблемах, в гене рецептора окситоцина (OXTR) происходят изменения, помогающие выработать жизнестойкость.

Сравним две ситуации.

Обе они начинаются с того, что ребенок переживает сильный стресс, например, к нему пристал в лифте незнакомый человек, очень напугал и обидел, ребенок еле вырвался и убежал.

В первом случае он прибежал домой, там была, например, мама. Увидев, в каком состоянии ребенок, она немедленно спросила, что случилось, крепко обняла, позвонила в милицию и папе. Нападавшего вскоре задержали.

Родители были весь вечер с ребенком, обнимали, дали выплакаться, поили чаем, налили теплую ванну, укачали на руках. При этом, что важно, сами, хоть и переживали, но не разваливались, не падали с сердечным приступом, не теряли голову и самообладание.

После этого некоторое время ребенка провожали в школу и из школы, пока он не успокоился, обсудили подробно, что делать в подобных случаях, потребовали установить камеру в подъезде или еще как-то позаботились о его безопасности.

В другом случае ребенок прибежал, а дома никого нет. Он позвонил родителям, они сказали, что заняты. Или не позвонил, потому что они запрещают звонить. Или они вообще неизвестно где ходят.

Он сидел один, его трясло, он пытался взять себя в руки. Когда родители пришли домой, то были явно раздражены, сказали «опять из-за тебя проблемы» или, что сам виноват — нечего шляться где попало, лучше бы уроки делал.

Или у ребенка одна мама, такая слабая, всегда больная и несчастная, что он не стал ничего рассказывать, и постарался не плакать, чтобы ее не пугать.

В первом случае ребенок получил в ситуации стресса всю возможную защиту и заботу. Т.е. говоря психологическим языком, его «контейнировали», то есть создали для него безопасный кокон, своеобразную психологическую «пещеру», где он смог отдаться чувствам.

Во время переживания стресса, у ребенка была возможность целиком переложить на родителей заботу о своей безопасности, о своем поведении, он не должен был сканировать внешний мир и контролировать себя, смог отдаться переживанию полностью. Он не должен был «брать себя в руки» — они его взяли в руки.

Другое дело наш ребенок из второго случая.

Он не дождался контейнирования. Ему отказали в защите и заботе. Испытывая сильный стресс, он должен был по-прежнему рассчитывать на себя, сам следить за своей безопасностью, а то и заботиться о ком-то другом

(вариант с беспомощной мамой).

Он не мог позволить себе расслабиться, демобилизоваться. Он должен был «держать себя в руках «но — увы — для него разрешения ситуации не наступило, никто его не обнял, поэтому пришлось так и продолжать «держать себя» самому.

«Воспоминания похороненные заживо, никогда не умирают, они приходят к нам в другой обуви».

Произошла «блокировка» травматического опыта, он остался в теле и психике, как не вытащенная заноза. И теперь будет болеть — иногда тихонько ныть, а иногда что-то за нее заденет (чем-то похожая ситуация, человек, роль), и станет больно так, что взвоешь. Травма может быть не разовой, а многократно повторяющейся, например, постоянно ссорящиеся родители, или отвергающие, или вечно отсутствующие.