ЧИТАЕМ ДЕТЯМ О МУЗЫКЕ

«ПАСТУШЬЯ ДУДОЧКА»

Русская народная сказка 

    Жили в одном селе старик да старуха, бедные-пребедные, был у них сын Иванушка. С малых лет любил он на дудочке играть. И так-то он хорошо играл, что все слушали - наслушаться не могли. Заиграет Иванушка грустную песню - все пригорюнятся, у всех слезы катятся. Заиграет плясовую - все в пляс идут, удержаться не могут.
Подрос Иванушка и говорит отцу да матери:
"Пойду я, батюшка и матушка, в работники наниматься: «Сколько заработаю - всё вам принесу».
Попрощался и пошёл. Пришёл в одну деревню - никто не нанимает. В другую пришёл,  и там работники не нужны. Пошёл Иванушка дальше. Шёл-шёл и пришёл в дальнее село. Ходит от избы к избе, спрашивает:
- Не нужен ли кому работник? Вышел из одной избы мужик и говорит: - Не наймешься ли ты овец пасти?
- Наймусь, дело нехитрое!
- Нехитрое оно, это так. Только у меня такое условие: если хорошо пасти будешь - двойное жалование заплачу. А если хоть одну овечку из моего стада потеряешь - ничего не получишь, прогоню без денег!
- Авось, не потеряю! - отвечает Иванушка.
- То-то, смотри!
Уговорились они. и стал Иванушка стадо пасти. Утром чуть свет уйдет со двора, а возвращается, когда солнце сядет. Как идет он с пастбища, хозяин с хозяйкой уже у ворот стоят, овец считают:
- Одна, две, три... десять... двадцать... сорок... пятьдесят... Все овцы целы!
Так и месяц прошел, и другой, и третий. Скоро надо с пастухом рассчитаться, жалованье ему платить.
«Что это? - думает хозяин… -Как это пастух всех овец сберегает? В прошлые годы всегда овцы пропадали: то волк задерет, то сами куда забредут, потеряются... Неспроста это. Надо подсмотреть, что пастух на пастбище делает».

Под утро, когда все ещё спали, взял хозяин овчинный тулуп, вывернул его шерстью наружу, напялил на себя и пробрался в хлев. Стал среди овец на четвереньки. Стоит, дожидается, когда пастух прогонит стадо на пастбище. Как солнышко взошло, Иванушка поднялся и погнал овец. Заблеяли овцы и побежали. А хозяину хоть и трудно, только он не отстает, бежит вместе с овцами, покрикивает:
- Бя-бя-бя! Бя-бя-бя!
А сам думает: «Теперь-то я все узнаю, выведаю!»
        Думал он, что Иванушка его не приметит. А Иванушка зорким был, сразу его увидел, только виду не подал - гонит овец, а сам нет-нет и стегнет их кнутом. Да все метит прямо хозяина по спине! Пригнал овец на опушку леса, сел под кусток и стал краюшку жевать. Ходят овцы по полянке, щиплют траву. А Иванушка за ними присматривает. Как увидит, что какая овца хочет в лес забежать, сейчас на дудочке заиграет. Все овцы к нему и бегут. А хозяин всё на четвереньках ходит, головой в землю тычется, будто траву щиплет. Устал, утомился, а показаться стыдно: расскажет пастух соседям - сраму не оберёшься! Как наелись овцы, Иванушка говорит им:
- Ну, сыты вы, довольны вы, теперь и поплясать можно!
Да и заиграл на дудочке плясовую. Принялись овцы скакать да плясать, копытцами постукивать! И хозяин туда же: хоть и не сыт и не доволен, а выскочил из середины стада и давай плясать вприсядку. Пляшет, пляшет, ногами разные штуки выделывает, удержаться не может! Иванушка все быстрее да'быстрее играет. А за ним и овцы быстрее и хозяин быстрее. Уморился хозяин. Пот с него градом так и катится. Красный весь, волосы растрепались...
Не выдержал он, закричал:
- Ой, батрак, перестань ты играть! Мочи моей больше нет!

А Иванушка будто не слышит - играет да играет! Остановился он, наконец, и говорит:
- Ой, хозяин! Ты ли это? -Я...
- Да как же ты сюда попал?
- Да так, забрел невзначай...
- А тулуп зачем надел?
- Да холодно с утра показалось...
А сам за кусты, да и был таков.

Приплелся домой и говорит жене:
- Ну, жена, надо нам поскорее батрака выпроводить подобру-поздорову, надо ему жалованье отдать...
- Что так? Никому никогда не отдавали, а ему вдруг отдадим...
- Нельзя не отдать. Он так нас осрамит, что и людям не сможем показаться.
И рассказал ей, как пастух заставил его плясать, чуть до смерти не уморил. Выслушала хозяйка и говорит:
- Настоящий ты дурень! Нужно же тебе было плясать! Меня-то он под свою дудку плясать не заставит! Как придет, велю ему играть. Посмотришь, что будет.
Стал хозяин просить жену:
- Коли ты такое дело затеяла, посади меня в сундук да привяжи на чердаке за перекладину, чтоб мне вместе с тобой не заплясать... Будет с меня! Наплясался я утром, чуть жив хожу.
Хозяйка так и сделала. Посадила мужа в большой сундук и привязала на чердаке за перекладину. А сама ждет не дождется, когда вернется батрак с поля. Вечером, только Иванушка пригнал стадо, хозяйка и говорит ему:
- Правда ли, что у тебя такая дудка есть, под которую все пляшут?
- Правда.

- Ну-ка поиграй! Если я запляшу - отдадим тебе жалованье, а не запляшу - так прогоним!
- Хорошо, - говорит Иванушка, - будь по-твоему!
Вынул он дудочку и стал плясовую наигрывать. А хозяйка в это время тесто месила. Не удержалась она и пошла плясать. Пляшет, а сама переваливает тесто с руки на руку. А Иванушка все быстрее да быстрее, все громче да громче играет. Услыхал дудочку и хозяин на чердаке. Стал он в своем сундуке руками да ногами шевелить, поплясывать. Да тесно ему там, все головой о крышку стукается. Возился, возился да и сорвался с перекладины вместе с сундуком. Прошиб головой крышку, выскочил из сундука и давай по чердаку вприсядку плясать! С чердака скатился, в избу ввалился. Давай там вместе с женой плясать, руками да ногами размахивать! А Иванушка вышел на крылечко, сел на ступеньку, всё играет, не умолкает. Хозяин с хозяйкой за ним во двор выскочили и давай плясать да скакать перед крыльцом. Устали оба, еле дышат, а остановиться не могут. А глядя на них, и куры заплясали, и овцы, и коровы, и собака у будки.

Тут Иванушка встал с крыльца да, наигрывая, к воротам пошел. А за ним и все потянулись. Видит хозяйка - дело плохо. Стала упрашивать Иванушку:
- Ой, батрак, перестань, не играй больше! Не выходи со двора! Не позорь перед людьми! По-честному с тобой рассчитаемся! По уговору жалованье отдадим!
- Ну нет! - говорит Иванушка. - Пусть на вас добрые люди посмотрят, пусть посмеются!
Вышел он за ворота - ещё громче заиграл. А хозяин с хозяйкой со всеми коровами, овцами да курами ещё быстрее заплясали. И крутятся, и вертятся, и приседают, и подпрыгивают! Сбежалась тут вся деревня - старые и малые, смеются, пальцами показывают... До самого вечера играл Иванушка. А утром получил он свое жалованье и ушел к отцу, к матери. А хозяин с хозяйкой в избу спрятались. Сидят и показаться людям на глаза не смеют.

РЯБИНОВЫЕ ГУСЕЛЬКИ
Татьяна Кирюшатова

    Открыл как-то дедушка Ероша старый сундучок, приподнял вышитый рушничок, позвал внука Алёшеньку:
– Иди-ка, внучок сюда, посмотри, что у меня для тебя есть.
– Что это, дедушка?
– Рябиновые гусельки, золотые струнушки. Достались они мне от дедушки, а ему от прадедушки. Настало время их тебе передать.
– А что мне с ними делать? – спрашивает Алёша.
– По свету ходить, чудеса творить. Гусельки-то волшебные. Стоит их в руки взять да золотые струнушки тронуть, как начнут чудеса разные случаться.
– Быть такого не может, – говорит Алёша.
А дедушка хитро щурится:
– Хочешь – верь, хочешь – не верь, а хочешь, возьми да проверь!

Взял Алёша дедушкины гусельки, вышел с ними во двор. Смотрит, а во дворе кошка с собачкой дерутся, только пыль столбом.
– Эй, – кричит им Алёша, – немедленно прекратите.
А они и не слышат. Дерутся – не разнять.
Сел тогда Алёша на завалинку, тронул золотые струнушки.
– Трень-брень, – заиграли гусельки. – Хватит вам воевать, время жить-поживать.
Замерли кошка с собачкой, друг на друга посмотрели, опомнились.
– Ой, – говорят, – и чего это мы из-за ерунды драку затеяли? Давай мириться.
Помирились они, да и по своим делам разбежались, а Алёша с рябиновыми гусельками дальше пошёл.

Шёл он, шёл, до леса дошёл. Смотрит, под кустом крушины мама-зайчиха своих зайчат спать укладывает, а они не ложатся, прыгают, шумят, толкаются.
Тронул Алёша потихоньку золотые струнушки, заиграли гусельки:
– Баю-баю-баиньки, засыпайте заиньки….
Смотрит мама-зайчиха, зайчата её притихли, глазки закрыли да и уснули.
А Алёша с гусельками дальше пошёл.
Идёт по лесной тропинке, ягодки собирает, грибочки за пазуху бросает. Тут видит, на поваленном дереве медвежье семейство сидит, и о чём-то грустит. Грусть-тоска их изнутри съедает, каждый по-своему вздыхает:
– Эх, ах, ох. Эх, ах, ох.
Алёша, недолго думая, тронул золотые струночки. В тот же миг заиграли гусельки весёлую плясовую:
– Хватит-хватит вам вздыхать, пришло время поплясать. Да в присядочку, в перевалочку…..
Пустились медведи в пляс. Пляшут, веселятся, от грусти-тоски и следа не осталось.
Плясали-плясали, пока не устали. Сели на бревно, отдышаться, тут-то Алёшу и заметили:
– Ах, вот кто нашу грусть прогнал. Ну, получай награду – кузовок лесной малины.
Взял Алёша малину, с медведями попрощался да домой поспешил, к дедушке Ерофею.

– Ну, что, Алёшенька? – спрашивает дедушка. – Гусельки тебя удивили?
– Удивили, – отвечает Алёша. – Ещё как удивили. Тех, кто ссорился – помирили. Тех, кто баловался – усмирили. А тех, кто грустил – развеселили.
Слушает дедушка Алёшу, а сам хитро щурится, улыбается:
– Да, внучок, гусельки – инструмент особенный. В руках у доброго человека ещё и не такие чудеса сотворить могут.