Молодежный сленг как показатель развития общества

Молодежный сленг как показатель развития общества

Нургалиев Ильяс,

студент 1 курса группы ОС-1201,

специальности «Право и организация

социального обеспечения».

Научный руководитель: Будаева Т.А.,

преподаватель ПЦК ОГД

Судьба русского языка - тема, которая не может оставить равнодушным ни одного словесника. Очевидно, что язык существенно изменяется прямо на глазах нашего поколения. Радоваться этому или огорчаться? Бороться с изменениями или принимать их?

Данная проблема весьма актуальна, так как действительно, несмотря на объективное существование молодежного сленга, явление это не устоялось во времени, оно является подвижным и меняющимся. И именно молодежный сленг – одно из составляющих процесса развития языка, его пополнения, его многообразия.

Во времена дедушек и бабушек деньги могли называться рупии, тугрики, во времена родителей - монеты, мани, у теперешней молодежи в ходу бабки, баксы.

Язык развивается... Эта банальная мысль тут же обычно обрывается и замирает. Почему-то считается, что язык, в основном, развивается сам по себе, обладая мистической и мифической направленностью. Считается также, что он вбирает в себя другие языки за счет коммуникаций, в наш век все более технический. Ну и, конечно, язык формируют поэты и писатели, профессионалы слова.

Однако вклад этот удивительно мал. Сам по себе язык не может развиваться. Его развивают. И основную роль в развитии языка играют дети.

Предоставленные сами себе и стихиям свободного существования, дети, как голодные волчата, начинают хватать любые языковые куски, заглатывают любое, вовсе не страдая «несварением желудка», и при этом неподражаемо и свободно занимаясь словообразованием и даже грамматическими инновациями.

В связи с этим, мы считаем, что необходимо выявить причины возникновения молодёжного сленга, проследить взаимодействия сленга с литературным языком и понять, как этот лингвистический пласт отображается на сознании молодёжи, её ценностях и нравственных ориентирах.

В течение ХХ века русский язык трижды  попадал в серьезные кризисные ситуации, породившие три мощных волны развития.

Первая связана с Первой мировой войной, революцией 1917 года и последовавшими за ней гражданской войной и разрухой.

Период не только решительного забвения классического русского языка ХIХ века, слегка подернутого дымкой и флером декаданса "Серебряного века", но и время мощнейших струй новых слов и грамматических подновлений. Вся революционная грамматика, стилистика и лексика внедрялась в русский язык не только и не столько вождями революции, сколько малолетними революционерами [4, с. 31].

Не менее мощной, но иной струей развития языка стало его криминально-хулиганская демократизация. Эту лингвистическую волну внес класс беспризорников, по сведениям 1922 года их насчитывалось до семи миллионов или около пяти процентов всего населения страны [1, с. 27].

Именно тогда возник, как нам кажется, уникальный феномен смеси жаргона со сленгом – принципиально открытой речи самовыражения.

Вторая волна связана со Второй мировой войной. Собственно, почти все повторилось опять: казенные дети (суворовцы и нахимовцы),  беспризорники, безотцовщина… «Влияние войны и связанных с нею невзгод сказывается, к сожалению, в другом. У мальчиков был перерыв в учебе. Они скитались из города в город, были в эвакуации, и не всегда у родителей хватало времени следить за правильным развитием детей. У многих речь страдала погрешностями против законов русского языка, она была  неряшлива, отрывиста, перегружена лишними словами» [4, с. 45].

Таким образом, если первая (революционная) ситуация покинутых и брошенных детей была хулиганской по причине полного сиротства детей, то вторая (военная) -  воровской по безотцовщине.

В то время возникли возвратные глаголы типа: штудироваться (учиться), вашиться (мыться), хайлиться (здороваться).

Третья волна оказалась самой мощной и продолжительной. С перестройкой и последующей откровенно криминальной демократизацией рухнуло не только советское государство, но и налипший на него советский народ. Рухнул советский человек, советская мораль, советская семья – идеологическая ячейка общества. Родители оказались по преимуществу моральными банкротами в глазах своих детей. Это нравственное сиротство целого поколения – явление гораздо более страшное, чем кажется. «Беспридел», «общак», «стрелка», «тусовка», «стволы», «путана», «зелень» - все это хлынуло из зон в газеты и на телевидение. Все это обсуждалось и использовалось юмористами, политиками, правителями, бизнесменами, обозревателями.

Нынешнее буйство русского языка уже не сдерживается шиканьем родителей, которые не то «шнурки в стакане» (так говорят о родителях, сидящих дома), не то паханы (о них же, но сидящих в казенном доме).

Проблема отцов и детей, паханов и пацанов, с точки зрения развития русского языка, означает сегодня невиданный и беспримерный взрыв языка. И дело вовсе не только в огромном притоке новых слов или американизации речи. Развитие этого языкового явления и его распространение среди всё большего числа носителей русского языка обуславливается внедрением «забугорности» в жизнь современного общества [4, с. 24].

Сленг проникает во все области деятельности, даже в литературу. Для отдельного примера можно взять известного и популярного сейчас автора Виктора Пелевина. В его произведениях прослеживаются жаргонизмы: урка залётная, заточка; сленгизмы: неклевое дело, беспонт; и даже вульгаризмы [2, с. 56]. Но несмотря на все это, Пелевин считается серьёзным автором. Его произведениями зачитывается практически вся молодёжь и люди среднего возраста. Все его произведения абстрактны - то есть весь смысл скрыт, а его творчество необходимо анализировать и понимать.

Главное, что происходит, - освобождение языка от пут морали. Вот только немного страшно, что русский язык получает освобождение от любой морали. Кто-нибудь из нас понимает последствия этой свободы?

Для изучения этой проблемы нами  были опрошены 90 человек в возрасте от 15 до 30 лет. Из проведенного нами опроса мы выяснили, что существует четыре вида сленгов:

1. Эмоциональные слова и выражения. Сюда относятся, прежде всего, такие лексемы, как блин, елы – палы, используемые в жаргоне только в качестве эмоциональных восклицаний. Эмотивы типа корка, крутняк, улет, чума и пр. Особенностью всех вышеперечисленных слов и выражений является то, что они передают эмоциональное содержание в самом общем, нерасчлененном виде и потому неоднозначны. В зависимости от ситуации, данные мотивы могут выражать разнообразные эмоции – вплоть до противоположных.
2. Слова и выражения с эмоциональным значением. Эти эмоциональные единицы характеризуются тем, что, функционируя в речи, они не только выражают эмоциональное состояние говорящего, но и называют переживаемую им эмоцию. Сюда, прежде всего, относятся глаголы и наречия типа: балдеть, кайфовать, торчать, тащиться, опухнуть, круто, ништяк, уматно...
3. Слова с эмоциональным компонентом значения. Данные эмотивы имеют определенное значение и эмоциональный компонент, передающий эмоциональное отношение говорящего к слушающему. Среди единиц этого разряда преобладает лексика, которую мы склонны характеризовать как фамильярную. При этом под фамильярностью подразумевается эмоциональный оттенок, занимающий первую ступеньку в ряду эмоций: фамильярность – презрение – пренебрежение – унижение. Слова данного лексического слоя не имеют оценочного значения, но употребление этих эмотивов в речи демонстрирует фамильярность говорящего по отношению к предмету речи, выражающего в стремлении снизить его (предмета речи) социальную значимость. Так, в речи студентов наблюдаются сленговые выражения: препод,  училка, классуха, дирик (директор школы), папик (представитель старшего поколения).
4. Эмоциональные речения. По своей форме они сходны с побудительными конструкциями, имеющими «значение волеизъявления, адресованного собеседнику» («иди ты ежиков паси», «иди ты в пень», «иди ты пустыню пылесось»). Все эти речения демонстрируют раздражение говорящего собеседником и, как правило, желание прекратить общение с ним.

Таковы основные разряды жаргонной лексики, связанной с выражением чувств и эмоций. Конечно, даже при поверхностном взгляде на сленговый материал становится ясно, что в имеющихся эмотивах отражен далеко не весь спектр эмоциональных переживаний и состояний человека. Но не следует забывать о том, что молодежный жаргон достаточно быстро обновляет свой лексический состав, пополняясь новыми единицами, и поэтому дальнейшие исследования в данной области могут привести к неожиданным и интересным результатам.

Наметившаяся в современном языкознании тенденция по усилению интереса исследователей к языку говорящих субъектов поставила перед лингвистами ряд новых проблем, в том числе выявления, характеризации и классификации лексики, непосредственно связанной с выражением человеческих чувств и эмоций. Трудность ее изучения не в последнюю очередь связана с межпредметностью данного вопроса, который находится на стыке языкознания, психологии, философии и других наук, изучающих психосоциальную деятельность человека [1, с. 21]. Затруднения лингвистического порядка обусловлены как недостаточной разработкой данной проблемы, так и отсутствием единого терминологического аппарата.

С развитием массовой информации: прессы, радио, телевидения, Интернет-технологий понятие сленг потеряло свой первоначальный смысл.

Первоначальное (научное) понятие звучит так:

Сленг - набор особых слов или новых значений уже существующих слов, употребляемых в различных человеческих объединениях (профессиональных, общественных, возрастных и иных групп)  [3, с. 6].

На наш взгляд,  в настоящее время этот термин можно с уверенностью заменить на следующий:

Сленг – слова, живущие в современном языке полноценной жизнью, но считающиеся нежелательными к употреблению в литературном языке. Тем не менее, авторство тех или иных слов и выражений все равно остается за определенными группами людей. С помощью сленга говорящий может наиболее полно и свободно выразить свои чувства и эмоции.

В   настоящее   время   словарь молодежного  сленга   насчитывает сравнительно  большое  количество слов. Поэтому  молодежный  сленг содержит слова с тождественными или предельно близкими значениями – синонимами [3, с. 7]. Естественно, что чем употребительнее слово,  тем  больше синонимов  оно  имеет.  Такое  явление,  как  появление  синонимов, связано с тем, что в разных регионах России для  одного  и  того же термина могут появляться  разные  сленговые соответствия. В пределах каждого территориального диалекта всегда имеются определенные социальные градации, в которых неодинаково преломляются языковые особенности.

Механизм формирования сленговых систем молодежной речи основан на заимствованиях [2, с. 65]. Внутренним источником «расцветания» речи для молодых людей является блатная музыка с ее яркими, необычными для обывателя словами. Такие слова воспринимаются исключительно как экзотические звуковые комплексы. Например, слово «тусовка» в молодежном сленге имеет совершенно новый смысл, обозначая не криминальные сходки, а светскую жизнь. Внешние источники пополнения в молодежной речи в настоящее время почти исчерпываются английскими варваризмами

Если представить культурное русское пространство в виде трех главных систем – традиционной народной культуры, элитарной (высокой),  массовой, то нельзя не заметить, что первые две отличаются социальной ограниченностью, в то время как «третья» культура и обслуживающие ее просторечия оказываются массовыми и общедоступными.

В последнее время мы все чаще встречаем случаи пополнения русского языка иностранными словами. И в силу все более нарастающей популярности английского языка, большинство новых слов приходит именно из этого языка. Нас заинтересовал сам процесс как один из компонентов взаимодействия английского и других языков. Нам захотелось каким-то образом классифицировать эту лексику, понять ее значение и место в языке. И эту проблему, по нашему мнению, невозможно оставить без внимания.

1. Место сленга в языке. Вся лексика того или иного языка делится на литературную и нелитературную. К литературной относятся:

1) книжные слова

2) стандартные разговорные слова

3) нейтральные слова.

Все эта лексика, употребляемая либо в литературе, либо в устной речи в официальной обстановке. Существует также нелитературная лексика:

1) Профессионализмы

2) Вульгаризмы

3) Жаргонизмы

4) Сленг.

Эта часть лексики отличается своим разговорным и неофициальным характером.

Необходимо отметить, что некоторые ученые жаргонизмы относят к сленгу. Таким образом, не выделяя их как самостоятельную группу, и сленг определяют как особую лексику, используемую для общения групп людей с общими интересами.

2. Классификация сленга по способу образования. Пути и способы образования сленга весьма разнообразны, но все они сводятся к тому, чтобы приспособить английское слово к российской действительности и сделать его пригодным для постоянного использования. Вот основные методы образования сленга, которые, по нашему мнению, охватывают большинство ныне существующей сленговой лексики:

1) Калька (полное заимствование)

2) Полукалька (заимствование основы)

3) Перевод

а) с использованием стандартной лексики в особом значении

б) с использованием сленга других профессиональных групп

4) Фонетическая мимикрия

1. Калька

Этот способ образования включает в себя заимствования, грамматически не освоенные русским языком. При этом слово заимствуется целиком со своим произношением, написанием и значением.

2. Полукалька

При переходе термина из английского языка в русский, последний подгоняет принимаемое слово под нормы не только своей фонетики как в предыдущей группе, но и спеллинга с грамматикой. При грамматическом освоении английский термин поступает в распоряжение русской грамматики, подчиняясь ее правилам.

3. Перевод

Не всегда в русский сленг попадают слова, заимствованные из английского языка. Очень часто сленговая лексика образуется способом перевода английского профессионального термина. В своей классификации мы различаем два возможных способа перевода. Первый способ включает в себя перевод слова с использованием существующих в русском языке нейтральных слов, которые при этом приобретают новое значение со сниженной стилистической окраской. Нужно заметить, что к этой группе относятся лишь те слова, которые ранее не имели никаких сленговых значений. Но гораздо более многочисленна вторая группа - это термины, которые приобрели свой сленговый перевод путем использования лексики.

4. Фонетическая мимикрия

 Этот метод, на наш взгляд, наиболее интересен с точки зрения лексикологии. Он основан на совпадении семантически-несхожих общеупотребительных слов и английских терминов. Слово, которое переходит в сленг, приобретает совершенно новое значение, никаким образом не связанное с общеупотребительным [1, с. 235].

3. Компьютерный сленг. В чем же отличие компьютерного сленга от сленгов других типов? Имея дело с компьютерным сленгом, мы имеем дело с некоторым синтезом всех четырех групп:

Во-первых, эти слова служат для общения людей одной профессии - программистов, или просто людей, использующих компьютер дня каких-то целей.

Во-вторых, компьютерный сленг отличается «зацикленностью» на реальности мира компьютеров. Благодаря знанию такого специального языка, компьютерщики чувствуют себя членами некой замкнутой общности. И, в-третьих, в числе этой лексики нередки и вульгарные слова. Таким образом, эти три наблюдения не позволяют причислить компьютерный сленг ни к одной отдельно взятой группе нелитературных слов и заставляют рассматривать его как явление, которому присущи черты каждой из них. Это и позволяет определить термин «компьютерный сленг», как слова, употребляющиеся только людьми, имеющими непосредственное отношение к компьютерам в повседневной жизни и заменяющих профессиональную лексику разговорной.

Первой причиной столь быстрого появления новых слов в компьютерном сленге является, конечно же, стремительное, «прыгающее» развитие самих компьютерных технологий. Если заглянуть в многочисленные журналы, освещающие новинки рынка компьютерных технологий, то мы увидим, что практически каждую неделю появляются более или менее значимые разработки. И в условиях такой технологической революции каждое новое явление в этой области должно получить свое словесное обозначение, свое название. А так как почти все они появляются в Америке, то, естественно, получают его на английском языке. Когда же об этих разработках через какое то время узнают в России, то для их подавляющего большинства, конечно же, не находится эквивалента в русском языке. И поэтому русским специалистам приходится использовать оригинальные термины. Происходит так называемое заполнение культурологических лакун при помощи англоязычных терминов. Таким образом, английские названия все больше и больше наполняют русский язык. Отсутствие в русском языке достаточно стандартизированной терминологии в этой области, значительного числа фирменных и рекламных терминов и повлекло за собой тенденцию к появлению такого числа компьютерного сленга.

Таким образом, постоянное развитие языка ведет к изменению литературных норм, которые помогают литературному языку сохранять свою целостность и общепонятность. Они защищают литературный язык от потока диалектной речи, социальных и профессиональных жаргонов, просторечия. Это позволяет литературному языку выполнять одну из важнейших функций - культурную.

Но, современная тенденция развития языка не сулит нам в будущем ничего хорошего, поколение «next» настолько ломает и видоизменяет привычные нормы, что трудно представить себе, каким будет язык к концу нашего прогрессивного столетия. Правильное пользование языком предполагает собственное чувство стиля, верный и достаточно развитый вкус. Подводя итог вышесказанному, стоит отметить, что все усилия учителей, преподавателей и даже государства по защите Великого русского языка представляются на данный момент ничтожными под натиском моды, общественного вкуса, и неуёмной жажды обогащения любой ценой. Но хотелось бы верить, что это всего лишь временное явление, и уже через пару лет общество откажется от «продуктов массового поражения» (музыки, телепередач и журналов, которые делают акцент на ненормативную лексику).

Закончить работу хотелось бы стихотворением советского писателя Владимира Алексеевича Солоухина «Слово о словах»:

 Когда ты хочешь молвить слово,

 Мой друг, подумай - не спеши.

 Оно бывает то сурово,

 То рождено теплом души.

 Оно то жаворонком вьется,

 То медью траурной поет.

 Покуда слово сам не взвесишь

 Не выпускай его в полет.

 Им можно радости прибавить

 И радость людям отравить.

 Им можно лед зимой расплавить

 И камень в крошку раздробить.

 Оно ограбит иль одарит,

 Пусть ненароком, пусть шутя.

 Подумай, как бы им не ранить

 Того, кто слушает тебя.

Литература:

   1. Винокур Т.Г. Заповеди культуры речевого поведения – Русский язык. Приложение к газете «Первое сентября», 2002,  № 31.

2. Запесоцкий А.С., Фаин Л.П. «Эта непонятная молодежь». – М.: АСТ-ПРЕСС КНИГА,  2003.

3. Ожегов С.И. Словарь русского языка. М.: «Издательство АСТ»,  2007.

4. Сиротинина О.Б. От кого зависит судьба русского языка? – М.: «Русская речь», 2010,  №1.

5. Левинтов А.Е. «Паханы и пацаны». [Электронный ресурс]// http://www.lebed.com/1999/art1049.htm

6. Термин слова «Сленг». [Электронный ресурс]// http://ru.wikipedia.org/wiki/%D1%EB%E5%ED%E3

7. Солоухин В. «Слово о словах».  [Электронный ресурс]// http://p-blagovest.narod.ru/Newspaper/N-50-5.htm

8. Словарь молодежного сленга. [Электронный ресурс]// http://slovo.yaxy.ru/14.html