Алиса … не из Страны Чудес.

Алиса … не из Страны Чудес.

…Алиса  решила воспользоваться этой  передышкой,

чтобы немного осмотреться  и  поразмыслить  о  том,

  каких  еще  следует  ожидать сюрпризов.

Л. Кэрролл «Алиса в  стране чудес»

     Яркие солнечные лучи без труда пробиваются сквозь тяжелые темные шторы, весело скачут по обоям и потолку, перепрыгивают на кровать, но Алиса еще глубже зарывается  лицом в подушку. Раздается задорная трель мобильного будильника, Алисе снится, что звучит музыка, просыпаться не хочется. Наконец, вытащив из-под теплого одеяла руку, она с трудом находит вредный будильник и понимает, что пора вставать. Медленно и неохотно, проклиная про себя работу, дела и все, что мешает ей спать, Алиса на ощупь находит шлепанцы, и медленно бредет в ванну, потом – на кухню. И вот – первая чашка черного кофе без сахара, холодный апельсиновый сок – Алиса улыбается и раздается ее  звонкий чуть с хрипотцой голос: «Катерина, пора вставать! В школу опоздаешь!».

     Я, как и Алиса десять минут назад, мечтаю о том, чтобы  утро не наступало, и жду, когда Алиса, в спешке надевая туфли, попутно проверяя в своей необъятной черной сумке наличие ключей и прочих необходимых мелочей, скажет: «Катерина, я  на работу, будь умницей». Затем стук входной двери, торопливый стук каблуков по ступенькам, и я остаюсь одна в звенящей пустоте квартиры.

    Катерина – это я, обычная, ничем не выделяющаяся из толпы своих одноклассников, девчонка, а Алиса – моя мама. Но все знакомые и друзья, даже мои подруги почему-то обращаются к ней по имени. Алиса – она такая, такая… Я никогда не смогу даже отдаленно походить на нее, у нее длинные волосы, густой волной  рассыпанные по спине, глаза голубые-голубые, цвета весеннего неба, она такая красивая  и современная. Любимая одежда – джинсы и майки, и еще обязательные черные очки, словно она боится, что посторонние заглянут в ее глаза. Алиса не знает, как я отчаянно завидую ей: ее красоте, уверенности, самостоятельности. Она всегда на работе,  рано утром уходит, поздно приходит, уставшая, но всегда повторяющая одну и ту же, набившую оскомину фразу: «Меня ждут пациенты». Если вы не поняли, Алиса – врач, хирург, кстати, по словам и отзывам ее коллег, очень даже талантливый и перспективный. Куда уж мне, обычной ничем не примечательной восьмикласснице, перебивающейся с тройки на четверку, до Алисы. Я отчаянно завидую ей, я хочу быть похожей на нее, но никогда ей об этом не скажу.

    Мне пора в школу, иначе опять опоздаю, и вечером раздастся телефонный звонок, и мой классный руководитель расскажет Алисе, как я в очередной  раз опоздала, забыла дома тетрадь с домашней работой, плохо написала административную контрольную, а потом … огорченный взгляд Алисы и ее фраза: «Катерина, пообещай мне, что это в последний раз?» Так уж получилось, что мы с Алисой (да, да с Алисой, вслед за другими, я объявила ей, что тоже буду называть ее  по имени, даже с именем ей повезло – Алиса! Она ничего не сказала, лишь взгляд, брошенный в пространство и недовольный вздох) живем вдвоем.

     Школьный день идет своим чередом, задорная трель звонков, уроки один за другим, перемены, веселые перешептывания с одноклассниками – все как всегда. После занятий идем домой, по дороге обсуждая планы на вечер и выходные. Наталья с мамой в субботу

идут в кино, Иринка с родителями отправятся на дачу, Аленка с мамой – за новыми джинсами. И только я, как обычно, останусь одна, буду смотреть телевизор, перещелкивая каналы с одного на другой, или играть в очередную компьютерную игрушку, потому что Алису ждут пациенты, потому что у нее субботнее дежурство. И ждать, когда зазвонит телефон, и хрипловатый голос Алисы скажет: «Катерина, у тебя все хорошо». Это даже не вопрос, это утверждение, и я в очередной раз разочарованно отвечу: «Да».

      Девчонки расходятся  каждая в свою сторону, я иду одна, думая о себе и об Алисе, и вдруг – непонятно откуда взявшая машина, резкая боль и темнота… Я открываю глаза, бледные перепуганные чужие лица, резкие голоса, я слышу: «Девочка, потерпи, скорая уже приехала». Белые халаты, боль, я в машине скорой помощи, я хочу сказать,

закричать: «Алиса! Где моя Алиса! Мама, мамочка!» И вой сирены, и боль, когда в глазах чернота и ничего не видишь, и чужой голос: «Приехали. В операционную!» А я хочу закричать: «Алиса! Я хочу к маме!» Снова боль, такая сильная, что ни то что бы сказать, дышать нельзя. Операционный стол, и лица, чужие, незнакомые, а я так хочу увидеть маму. И чей-то голос, как бы издалека: «Хирург готов. Начинаем операцию». Мне больно, мне страшно, я хочу к маме.

     И вдруг – лицо Алисы, это она, моя мамочка! Она здесь, и  последнее, что я помню – ее лицо, ставшее не белым,  нет, серым, глаза в которых застыл ужас, и слезы, катящиеся по щекам. Боль, темнота, пустота, … и тонкий комариный писк, звенящий и раздражающий. С трудом отрываю глаза, темно, никого нет, и  страх, животный, заползающий во все уголки сознания – я вспоминаю, что со мной случилось и понимаю, что я в больнице.

Мне так хочется пить, я с трудом поворачиваю голову и понимаю, что вижу Алису, это она в своем медицинском костюме, спит, сидя на стуле у моей кровати. Я хочу закричать: «Мама, мамочка!» Но лишь тихий хрип срывается с губ. Алиса хмурится, ресницы задрожали, но она не проснулась.

    Я смотрю на нее и понимаю, что дороже и роднее человека, чем она, моя мама, нет для меня. И вот уже перед глазами,  как кадры в кино,  проносятся  давно забытые сцены…  Я на утреннике в детском саду в красивом платье читаю стихотворение, а рядом – Алиса. Играли во дворе с мальчишками в футбол, неудачно упала, такая боль в ноге – и снова рядом мама. Первый раз в первый класс – Алиса невероятно красивая и гордая идет рядом со мной. Зима, я болею, у меня ангина, высокая температура, и Алиса, с градусником и микстурами, ласковая и такая родная, сидит рядом со мной, читает «Хроники Нарнии». У всех девчонок в классе есть сотовые телефоны, только у меня нет, но стыдно сказать маме: «Я тоже хочу». Я знаю, что ей тяжело, что лишних денег нет, я мечтаю о телефоне, я говорю ей, как было б здорово, если бы я могла ей в любую минуту позвонить, и ее печальное: «Катерина, придется потерпеть». А вечером Алиса приходит домой, заглядывает в мою комнату, говорит, что ей выдали премию и протягивает мне телефон, новенький и блестящий. Я визжу от счастья и радости. И только спустя какое-то время понимаю, Алиса работает без выходных, прихватывает и ночные дежурства, совсем забросила спортзал и походы в баню с подружками по выходным. Вот, оказывается, откуда взялся мой телефон. А сколько раз она просила меня помыть посуду и убраться в комнате, но у меня всегда находились более интересные дела, Алиса молча мыла посуду, наводила порядок на моем столе и в шкафу… Мама, мамочка моя, милая и родная!

     Алиса открыла глаза, увидела, что я смотрю на нее и плачу, и сказала: «Доченька, счастье мое, все будет хорошо». Конечно,  будет, ведь рядом со мной, словно ангел-хранитель, моя Алиса, такая родная и такая близкая. «Мама, мамочка моя», - прошептала я ей в ответ.