Волкова Наталья Александровна

О себе

Общий педагогический стаж моей работы составляет более 20 лет. Всё это время я посвятила дошкольному образованию, работая воспитателем. Главный принцип моей профессиональной деятельности строится на безусловном принятии каждого ребенка. Я глубоко убеждена, что дети дошкольного возраста — это уникальный социальный пласт, требующий не только опеки, но и глубокого уважения к их личности. Современный ребенок интересен своим нестандартным мышлением, высокой познавательной активностью и иным взглядом на привычные вещи. Задача взрослого — не сломать эту оптику, а направить её в нужное русло. В силу того, что одинаковых детей не существует, индивидуальный подход является основой построения образовательного процесса в моей группе. Для гиперактивного воспитанника я выстраиваю среду с возможностью безопасного выплеска энергии, для застенчивого — создаю ситуации успеха, где он может проявить себя без страха ошибки, а для одаренного — готовлю зоны интеллектуальной провокации. Через игровые методики, проектную деятельность и доверительный диалог удается найти точку соприкосновения с каждым малышом, учитывая особенности его темперамента и семейной ситуации. Такой подход позволяет превратить потенциальные конфликты интересов в совместный поиск решений, а образовательный процесс — в увлекательное приключение. Более двух десятилетий ежедневной практики научили меня главному: профессионализм воспитателя измеряется не количеством проведенных занятий, а умением видеть личность в каждом ребенке. Когда дети идут в детский сад с удовольствием, а родители отмечают положительную динамику в развитии коммуникативных навыков и самостоятельности своих детей — это главный показатель верности выбранного пути.

Книги, которые сформировали мой внутренний мир

В детстве чтение книги Александра Грина уносили от скучного школьного двора к алым парусам надежды, а повести Владислава Крапивина учили видеть романтику в обычных дворовых казармах и ценить кодекс чести выше бытовой выгоды. Позже была экзистенциальная тоска Камю и Достоевского, которые научили задавать неудобные вопросы и искать свет даже в самом густом духовном мраке. Тогда я думала, что литература нужна для того, чтобы убегать от реальности. Сейчас, работая воспитателем, я понимаю, что она нужна для того, чтобы эту реальность строить. Причем строить ее вместе с теми, кто только учится жить.

Сказки Корнея Чуковского, где добрый доктор Айболит всегда всех спасает, или стихи Агнии Барто про бычка, которому страшно идти по тонкой доске, — появляется ключ. Книга дает сюжет, через который детская боль обретает форму, становится понятной и, следовательно, переносимой. Литература учит облекать хаос детских эмоций в слова. Когда мы читаем перед сном Сергея Козлова и обсуждаем, почему Ежик боялся тумана, мы на самом деле говорим со всей группой о страхе неизвестности. Книги переводят абстрактную педагогическую задачу на язык живого человеческого сопереживания.

Русская литературная традиция дала мне внутренний стержень. Наша классическая проза — от Пушкина до Распутина — вся построена на феноменальной эмпатии. Она учит вмещать в себя чужую боль, не разрушаясь самому. Русская классика напоминает: за любым, самым сложным поведением всегда стоит душа.

Моя задача — быть тем самым взрослым, рядом с которым безопасно задавать глупые вопросы, совершать ошибки при вырезании ножницами и верить в чудо. Именно книги научили меня отличать насаждение правил от создания ценностей.

Фундамент личности закладывается здесь — в шуме нашей группы, в спорах из-за сломанной игрушки в совместном чтении «Волшебника Изумрудного города».

Каждый человек когда-то был ребенком, которому вовремя прочитали правильную сказку. И пока эта вера подкреплена великой литературой, мой мир остается осмысленным, теплым и полным завтрашнего дня.

Мой взгляд на мир

Мой взгляд на мир — это взгляд сквозь призму детского сада. Для большинства людей утро начинается с новостей, пробок и рабочих чатов. Мое утро начинается с вопроса: «А что мы сегодня будем лепить или конструировать? Я воспитатель в детском саду, и моя профессия давно стерла границу между рабочим временем и жизнью. Но парадокс заключается в том, что этот бесконечно шумный, требующий колоссального терпения и приземленный быт не сузил мой горизонт до размеров песочницы. Напротив, он заставил меня смотреть гораздо дальше и глубже.

С высоты взрослого роста дети кажутся маленькими людьми, которых нужно научить завязывать шнурки, держать ложку и знать буквы. Но стоит присесть на корточки и помочь построить башню из кубиков, как масштаб меняется. С этого ракурса ребенок — это целая вселенная, пульсирующая первозданными вопросами о дружбе, справедливости, любви и смысле всего сущего. Мой ежедневный мир состоит из этих микровселенных. И именно книги стали тем мостом, который позволил мне не просто находиться среди них, но и понимать их.

Портфолио: