Моя бабушка пленница немецких концлагерей
статья (старшая, подготовительная группа)

«Моя бабушка – пленница немецких концлагерей»

После семейных просмотров фильмов о войне, обсуждения фильмов, бабушка  сказала: «Дети, а ведь вы не знаете, даже не представляете, что ваша бабуля перенесла во время войны…». И вот тогда мы впервые услышали её историю о горьких днях юности.

Моя бабушка - Лапина (Головина) Лидия Герасимовна родилась 21 декабря 1925 года в селе Ново-Ивановка Никопольского района Днепропетровской области (Украина) в многодетной семье: отец - Головин Герасим Григорьевич, мать – Головина Матрона Васильевна, сёстры - Люба, Александра, Вера, Нина. Мать умерла в 1940 году, отцу приходилось много работать, чтобы прокормить семью. бабуле с 10 лет приходилось помогать отцу по найму рыть колодца в деревнях, пасти скотину и т.д.

В 1941 году ей исполнилось 15 лет. Из воспоминаний бабушки: «С началом войны нас очень сильно бомбили немецкие самолёты, быстро отступала красная армия, отец ушёл на фронт. Прощаясь с нами, он велел всю скотину зарезать, засолить и спрятать, но в семье оставались в основном женщины, и нам было жалко это сделать. Когда в село пришли фашисты, нас выгнали из дома, и мы поселились жить в сарае. Корову - единственную нашу кормилицу застрелили у нас на глазах, стали расстреливать гусей. Я уцепилась за сапог немца, и он навёл на меня ствол автомата, передёрнул затвор, хотел застрелить, но меня оттащила мачеха.

В 1941 году я работала рассыльной в сельском совете. Носила повестки, извещения, мыла полы, копала окопы и выполняла различные поручения. С приходом фашистов сельсовет закрыли, а меня велели увезти в Германию.

 В селе хозяйничали фашисты: резали кур, убивали местных жителей, у нас из дома собрали все хорошие вещи. Сестра Александра (Шура) была эвакуирована в г. Саратов задолго до прихода фашистов, так как была активной комсомолкой.

 Страшно было смотреть на отступление наших войск, они проходили через село, местные жители помогали им продуктами. Фашисты въехали в село победителями на машинах, мотоциклах, танках, вели себя очень нагло. После одного воздушного боя был сбит советский самолёт, лётчик катапультировался рядом с деревней. Мы его с подругой нашли, ночью спрятали, как смогли, лечили, кормили, но от множественных ран скончался.

 Шесть подростков из нашего села и меня, в том числе забрали и увезли в г. Никополь в заборный пункт для отправки в Германию. В городе Никополе был пункт для сбора населения огороженный колючей проволокой, из него нас посадили в вагоны и повезли по железной дороге. Во время пути неоднократно железную дорогу и узловые станции бомбили наши  советские самолёты, и приходилось часто останавливаться, нас заставляли помогать в расчистке пути. Мужчин кто по крепче выгоняли ремонтировать железнодорожное полотно. По дороге много умирало от голода, болезней, ран. Вот так мы доехали до города Брест, а потом до города Гамбург, что находился на севере Германии.

В г. Гамбурге всех высадили из вагонов и разделили на несколько колонн: отдельно сильных и здоровых мужчин и женщин, подростков (юноши) и (девушки), а самых слабых в концентрированный лагерь. Это была своеобразная биржа живого труда бесплатных рабов на заводах Германии, поместьях богатых немцев и высокопоставленных персон страны.

 Нас раздевали до гола, осматривали волосы, зубы, тело, и расталкивали по колонам. Меня вместе с молодыми девушками: Сипура Марией (с. Ново-Ивановка), Аверковой Александрой (с. Лукиевка) отправили работать на военный завод (название «Гофман» может быть и другое, по истечении лет стала забывать), на котором уже работали наши военнопленные. Работали по 12 часов, кормили очень плохо. В день давали кусочек хлеба с брюквой пополам 50 грамм, чтобы не умереть с голоду мы ели траву, листья. От деревянных колодок болели сильно ноги, мозоли лопались и не успевали заживать. Нам очень хотелось домой…. Мы понимали, что если нас не освободят, то мы все умрём.

В начале, я резала проволоку для разрывных патронов, а потом на заводе набивали патроны ещё и порохом. Даже в такие тяжёлые дни нам хотелось всем попасть на фронт, и отомстить за погибших родственников. Я набила 4 ящика патронов ватой, но вскоре мой обман обнаружил надсмотрщик, и сильно избил, уйти от неминуемой смерти мне помогла помощница надсмотрщика - немка Эмма. Меня положили в госпиталь для пленных и долго лечили. Я потеряла зрение, сильно болела голова после сотрясения.

 После небольшого восстановления зрения работала вновь на заводе под бдительным присмотром, нас стегали плётками, оскорбляли. С девушками из Украины Сипурой Марией, Аверковой Александрой (Шурой) и другими ребятами мы решили бежать. Прорезали колючую проволоку в огорождении территории лагеря и убежали в лес. Ночью вышли на территорию железнодорожного пути, на котором стоял эшелон с военной техникой. Скрытно залезли под брезентовый полог и спрятались. С эшелоном проехали немало километров, но на одной из остановок эшелон стали проверять, нам пришлось спрыгнуть с него и тайно идти дальше по железнодорожным путям.  Вскоре нас остановил патруль, допрашивали, били, у нас не было сил сопротивляться, пришлось, рассказать из какого лагеря мы сбежали. Под конвоем нас отправили обратно в лагерь. В лагере я пробыла 3 года с 1942 года по 1945 год.

 В 1945 году начались авианалёты на Германию. С самолётов сбрасывали бомбы и кидали листовки, о том, что скоро будут бомбить, и чтобы спасение каждый искал сам. В листовках было написано «Русские, спасайтесь, кто как может». В один из весенних дней нас освободили американские и советские солдаты. Нас всех вывезли из лагеря, дали ношенную одежду, чтобы мы в ней могли добраться до Родины. На границе в городе Брест нас распределили: кого домой, а кого в ряды Армии и т.д. Дорога обратной казалось чудом для меня и других ребят. Мы не верили, что мы свободны и едем домой. По возвращению из лагеря, я узнала, что мой отец Головин Герасим Григорьевич (пулемётчик) погиб в жестоких боях под городом Одесса. После оккупации сёстры: Нина и Вера остались живыми. Шура вернулась домой».

Бабушка прожила нелёгкую жизнь, её судьба неразрывно связана с историей нашей Родины. В мирное время после замужества добросовестно трудилась на Сорочинском хлебокомбинате и была удостоена звания «Ударник коммунистического труда».

Проходили годы жизни и всё чаще стирались воспоминания о войне, о тех событиях, которые иногда мучили её во сне. Но в 2004 году на адрес бабули поступило письмо от Российского Фонда взаимопонимания и примирения, в котором был признан факт принуждения национал - социалистическим режимом Германии к рабскому и принудительному труду в годы войны - Головиной Лидии Герасимовны.

На 90 году 19 июля 2015 года после продолжительной болезни бабуля ушла из жизни, оставив о себе много воспоминаний о войне, холоде, голоде, о стойкости молодых ребят, бежавших из лагеря. Своими воспоминаниями она научила нас преодолевать трудности, любить жизнь. Светлая ей память…