Взгляд современного педагога на проблемы инклюзивного образования
статья

Взгляд современного педагога на проблемы инклюзивного образования

или насколько «солнечно» в классе с «солнечным» ребенком

Сколько раз приходилось слышать, как в приступе гнева на своих непослушных детей, некоторые родители кричали: «Ты что, даун что ли?!». Или подростки во дворе, отказываясь что-либо делать, бросались репликами: «Мы – не дауны!». Даун – мне казалось, что может быть страшнее?

О том, что в мой 1б класс в новом учебном году придет ребенок с синдромом Дауна, я узнала в самом начале года календарного - 2019-го, когда администрация школы объявила о старте занятий для будущих первоклассников.

- Мы хотим только к Вам, пожалуйста, возьмите нашу девочку на занятия. Она у нас очень смышленая, вот увидите, - мама умоляла несколько дней в телефонных разговорах, не воспринимая мои доводы о том, что у меня совершенно нет опыта не только обучения, даже общения с такими детьми. В итоге я «прогнулась» под настойчивостью мамы и согласилась принять Настю в группу для занятий. Группа была небольшой: постоянно приходили заниматься 10-15 человек, поэтому на этих занятиях особых проблем не возникало. Хотя, без сюрприза уже на первом не обошлось: Настенька решила пошутить, отпросилась в туалет и закрыла нас с детьми в классе. Переживаний, полученных за эти несколько минут, хватило бы на неделю: зимний вечер (в школе уже ни души), «особенный» ребенок один в школьном коридоре и мы взаперти. На выручку пришли родители, которые ожидали деток в фойе школы. Я получила первое «боевое крещение» и хороший урок на будущее: не стоит оставлять ключ на видном месте и данного ребенка без внимания ни на минуту.

Со временем, в ходе регулярного общения с Настей-«солнышком», пришло понимание, что учиться как все она не сможет, значит, нужно готовить отдельную программу, искать и изучать специальную литературу. В этой работе и прошли летние месяцы. Приближалось первое сентября, и тревога нарастала с каждым днем. Ведь мало подготовиться самой, нужно ещё и детей подготовить (а их в мой 1б пришло 26 человек), что с нами в классе будет учиться такая особенная девочка, и, что особенно важно, подготовить родителей.

К счастью, опасения были напрасными. Конечно, пришлось не раз отвечать на неудобные детские вопросы по поводу особенностей  Насти. Она может посреди урока, ближе к обеду, спрятаться под парту и категорично заявить: «У меня – ночь, я- спать». Я-то понимаю, что ребенок устал. Здесь бы в идеале нужно передать ее тьютеру, который и продолжил бы занятия, но уже в другом, более спокойном ритме, наедине. Да где его взять в нашей школе, где психолог-то один на 800 учеников?! Со временем все привыкли и смирились с девочкой, которая некоторое время проводит под партой, получает «другие» задания, по- особому общается с учителем. Но агрессии, пренебрежения ни со стороны первоклашек, ни со стороны их родителей не было. Скорее даже наоборот. Да и сама девочка оказалась очень дружелюбной, спокойной, с покладистым характером, с большим желанием общаться с другими детьми. И я мысленно согласилась с теми исследователями, которые отмечают, что дети с синдромом Дауна добрее и благодушнее обычных детей.

Ближе к концу второй четверти первого класса я согласилась и с другой точкой зрения: «солнечные» дети обучаемы! Да, не всему и не так быстро, как хотелось бы, но они многому учатся!

С первого учебного дня я настроила и себя, и детей, что на уроке все должны быть заняты делом! Поднатужившись, чисто на интуиции и небольших знаниях, почерпнутых из интернета, я составила рабочую программу, в которой учитывались возможности и особенности всех детей класса. Например, на уроке рисования с классом мы обсуждаем архитектурные элементы и рисуем здание с колоннами, а Настя старательно раскрашивает условный домик из треугольника и квадратика, или же подрисовывает к уже готовому домику дым из трубы.

Конечно, приходится вдвое дольше готовиться к каждому уроку, зато есть какой-то результат. В первом классе на новогоднем утреннике папа девочки прослезился. Дело в том, что ранее (посещая детский сад) Настя затыкала уши и пряталась в угол при каких- либо громких звуках или музыке, а тут она со всеми вместе водила хороводы и даже прочитала стихотворение Деду Морозу! На уроках выполняла все задания, которые я ей давала, с удовольствием выходила к доске, научилась пользоваться ножницами и многое другое. К концу второго класса наша Настя уверенно начала выполнять задания конца первого, но, конечно, не по всем предметам.

Скоро начнется наш третий совместный учебный год. И мне снова тревожно, поскольку, изучая данную тему и наблюдая за ребенком, я вижу, что Настя подходит к такому возрастному периоду, когда начнет сравнивать себя с другими детьми и понимать, что ее возможности ограничены. ( она недовольно смотрит на то, что у нее « не такие» учебники, как у всех, другие тетради и задания). Занимаясь в так называемом инклюзивном, а на деле в совершенно обычном классе, она будет наглядно видеть, что рисует хуже других, говорит хуже, двигается менее ловко. Это будет мучительный момент.  И очень часто дети перестают делать на уроках даже то, что могут, потому что им проще ничего не делать, чем постоянно чувствовать свою неуспешность. Хорошо, если рядом есть взрослый грамотный специалист-психолог, который найдет нужные слова, поработает индивидуально и т.д. Но не в наших условиях. А у меня просто физически не хватит времени на подобные занятия, ведь в классе еще 25 детей!

Поэтому твердо решила снова беседовать с родителями и настаивать на переводе Насти либо на индивидуальное обучение по специальной коррекционной программе, либо в специализированное учебное заведение, какое есть в нашем областном центре. Ведь для ребенка с синдромом Дауна, чтобы он не потерял свою «солнечность», рос и развивался в комфортных условиях, весь образовательный процесс надо строить по-другому. Когда у нас целый класс таких детей, мы под них можем подстроить всю структуру урока, так чтобы им не приходилось непрерывно чем-то заниматься более пяти минут, уставать и прятаться под парту. Пять минут объяснения, потом пять минут упражнений, потом еще пять минут объяснений, потом игра на пять минут, и так далее. Эффективная продолжительность урока за счет этого вырастает в несколько раз! Отсюда нетрудно понять, почему дети, которые учатся во вспомогательной школе, зачастую оказываются лучше обученными, чем такие же дети, которые учатся в наших «инклюзивных» классах. Во-первых, адаптированная программа рассчитана на возможности особенного ребенка, и ее реально усвоить. Во-вторых, коррекционный педагог адекватно видит  возможности ребенка и требует от него столько, сколько он может. Надо сказать, что и ребенку эмоционально комфортнее, когда перед ним стоят посильные для него задачи. Только как донести все эти доводы до родителей нашей «солнечной» девочки?

Да. Много различных мнений на эту тему существует сейчас. Есть и плюсы и минусы. Очень хочется, чтобы был баланс, а лучше , конечно преобладание положительных моментов в пользу ребенка, но, как правило, это не так. Но, это чисто мой взгляд, опирающийся на небольшой опыт.