Анализ "Бежин луг" Тургенева
статья по литературе (6, 10, 11 класс)
Произведение рассмотрено с точки зрения православного читателя
Скачать:
Вложение | Размер |
---|---|
![]() | 38.5 КБ |
Предварительный просмотр:
АКТУАЛЬНЫЕ ПРОБЛЕМЫ ДУХОВНО-НРАВСТВЕННОГО ВОСПИТАНИЯ В ХУДОЖЕСТВЕННОЙ ЛИТЕРАТУРЕ XIX ВЕКА (НА ПРИМЕРЕ РАССКАЗА И.С. ТУРГЕНЕВА «БЕЖИН ЛУГ»)
Дудкина Марина Валентиновна
Преподавание в школе рассказа «Бежин луг» долгое время оставалось достаточно тенденциозным, а попытки выявления авторского замысла только уводили в сторону от ключевой идеи рассказа. Литературоведы говорили о силе народного характера, о тонкости психологических характеристик, о философском осмыслении природы – и анализ распадался на части, так и не раскрыв причин гибели главного героя Павлуши, оставив смерть мальчика внезапной и необъяснимой. Проанализировать произведение целостно, на наш взгляд, возможно, лишь признав центральной в рассказе идею спасения души.
В рассказе «Бежин луг» удивительным образом сочетаются правда и вымысел, сон и реальность. В рамках абсолютно реального места и времени (обычный июльский день в Тульской губернии) становятся возможными буквально сказочные повороты событий: «Вдруг откуда ни возьмись». Именно четкое разграничение и понимание того, что есть реальность, а что лишь игра воображения, становится ключом к пониманию происходящего в рассказе. В истории со слободским плотником Гаврилой автором проведена тончайшая грань между сном и явью. Но для шестиклассников этот авторский прием, как правило, остается незамеченным. То, что изначально история встречи Гаврилы с русалкой была рассказана отцом («тятенька говорил»), придает ей достоверность. Однако внимательный читатель заметит подвох: Гаврила «присел и задремал. Вот задремал и слышит вдруг…», «он опять задремал». И теперь, в сонной грезе, появляется русалка. Становится очевидной авторская ирония: «так сильно, явственно светит месяц – все, братцы мои, видно». Явь оборачивается сном: русалка – ночной грезой, а псарь Ермил, подобравший говорящего барана, оказывается изрядно хмелен.
Лесная нечисть в рассказе «Бежин луг» обладает рядом общих черт. И домовой, и русалка, и барашек на могиле утопленника связаны с водной стихией. Так в тексте реализуется фольклорный мотив мертвой воды. Относящееся к домовому сравнение «заперхает, словно овца какая» предопределяет развитие другого образа – барашка и придает обоим мистический элемент. Главное же свойство «зелья лесного» – это способность наводить страх. И если образы нечисти носят нарочито вымышленный характер, то реакция героев, страх как эмоциональное состояние реален.
«Бежин луг» ставит читателя перед вопросом существования мира невидимого и отношения к нему. Любая неизвестность пугает, страшит, и героям рассказа приходится решать проблему преодоления страха. Мотив страха разворачивается на протяжении всего рассказа и становится ведущим. «Странное чувство» овладевает сбившимся с пути рассказчиком и достигает своего апогея, когда он «вдруг очутился над СТРАШНОЙ бездной». Страх заставляет ребят на бумажной фабрике «ворохом свалиться и друг под дружку полезть».
При описании столкновения с нечистью является сквозным и мотив смерти: «помирает со смеху», «так и обмер». В этом свете особую значимость приобретает фраза мальчика Феди: «Да как же это может этакая лесная нечисть душу християнскую спортить…». На примере слободского плотника Гаврилы раскрывается мысль о том, что православный человек не должен знать иного страха, кроме страха Божьего. Преодолеть искушение и не погибнуть Гавриле помогает крестное знамение: «Знать, господь его надоумил, положил-таки на себя крест». Крестятся и четверо ребятишек, услышав рассказ Павлуши о голосе из-под воды. А испугавшись «протяжного, звенящего, почти стенящего звука», Илья шепчет: «С нами крестная сила!», на что реакция Павла – «Эх вы, вороны!» - звучит просто кощунственно. Самого Павла отличает непонимание цели, которую преследует нечистая сила: «И зачем эта погань в свете развелась?».
Из пяти деревенских мальчишек он особо выделен автором: «глядел умно и прямо, да и в голосе у него звучала сила». На все рассказы товарищей о лесной нечисти Павлуша усмехается. Хладнокровие не изменяет ему, когда был потревожен табун лошадей. Он «без хворостинки в руке, ночью, нимало не колеблясь, поскакал один на волка». Заметим также, что из всех историй, рассказанных мальчишками, только павлушина вызывает смех и улыбки. Только в его рассказе сквозит ирония. Непоколебимым и решительным на первый взгляд оказывается этот мальчик: услышал голос утонувшего Васи, а «воды зачерпнул». Однако при внимательном рассмотрении, авторский посыл – Павлуша особенный, смелый, бесстрашный – оказывается ложной мотивировкой. Проявив себя героем в поле, у реки он принимает неясный звук (крик цапли, лягушки, всплеск рыбы) за голос утопленника. Оставшись один, мальчик теряет ощущение реальности, и в этой ситуации реальным оказывается его страх.
В рассказе своеобразно обыгрывается традиционный для западноевропейской литературы мотив продажи души дьяволу. Русалка предлагает Гавриле жить с ней на веселии до конца дней, однако тот преодолевает наваждение и крестится. Павлуша же поддается искушению и идет на встречу зовущему его голосу. Дальнейшие события разворачиваются трагически. В словах мальчика «своей судьбы не минуешь» звучит нечто неотвратимое, заранее предопределенное – рок. Злословие русалки, обращенное к Гавриле («убивайся же и ты»), буквально реализуется в судьбе Павлуши: « Он убился, упав с лошади». Концовка «в том же году Павла не стало» представляется закономерной, отвечающей всей логике рассказа. Гаврила, преодолев страх, душу свою сберег, а Павлуша позволил страху овладеть собой и в результате погибает. Таким образом, преодоление страха в рассказе «Бежин луг» выступает как залог спасения души. В «Огласительных поучениях» преподобный Феодор Студит провозглашает: «И не будем бояться ничего иного, кроме одного Страшного Бога, ни человека, ни зверя, ни огня, ни моря, и ничего другого, что кажется страшным; потому что человек, созданный по образу Божию, есть владыка над всем».
Особую роль в рассказе играет мотив блуждания. Гаврила «пошел в лес по орехи, да и заблудился; зашел – бог знает куды зашел». Сбивается с дороги и герой-повествователь. Заметим, что идти он должен был в сторону равнины «с дубовым леском направо и низенькой белой церковью в отдалении». Ориентиром для него служил храм. Свернув в другую сторону, он «очутился над страшной бездной». Утром же, когда на смену тьме пришли потоки горячего света, охотник находит дорогу: «ему на встречу, чистые и ясные, словно обмытые утренней прохладой, принеслись звуки колокола. Кольцевая композиция рассказа призвана подчеркнуть, что лишь имея духовные ориентиры, возможно не сбиться с пути.
Рассказ «Бежин луг» не о суевериях деревенских мальчишек, а о тех основах православного мировидения, которые помогают выстоять не только перед лицом внешней опасности, но и преодолеть самого себя, свой страх.