Лекция "Культура Древней Греции"
план-конспект занятия по мхк (10 класс) на тему
Материалы лекции могут быть использованы при занятиях со школьниками и студентами, изучающими курс МХК
Скачать:
Вложение | Размер |
---|---|
![]() | 65.22 КБ |
Предварительный просмотр:
Лекция
Культура Древней Греции.
План
- Основные этапы становления древнегреческой культуры.
- Греческий пантеон. Греческие культы и ритуалы.
- Искусство крито-микенской эпохи.
- Искусство архаики. Греческая вазопись.
- Скульптура периода архаики.
- Структура греческого архитектурного ордена Виды орденов, их особенности.
Древние греки – одна из ветвей древнейшей индоевропейской общности. Выделившись из индоевропейского конгломерата на рубеже IV–III тыс. до н.э., племена, говорившие на греческом языке, мигрируют на новые земли – юга Балкан и островов Эгейского моря. Здесь греки встретились с более развитыми культурами, история которых насчитывала более тысячи лет. В ходе миграций, которые на материковой части Греции не прекращались вплоть до начала II тыс., на основе синкретизма верований аборигенного и пришлого населения формируется древнейший пласт греческой религии.
Античностью называют эпоху Древней Греции и Рима. Этот термин впервые получил распространение среди писателей-гуманистов Итальянского Возрождения. Он был применен ими для обозначения самой древней из известных в то время культур. И хотя теперь мы знаем еще более древние культуры Египта, Месопотамии, термин «античный» сохранил свое значение. Для европейцев культура Древней Греции — древность особого рода. Это колыбель европейской цивилизации. Греческий, а затем и латинский язык, произведения искусства, мифология, философия, научные открытия стали неотъемлемой частью европейской, а во многом и мировой культуры, ее историей и географией. В том далеком времени не найти таких завоеваний человеческого духа, которые не имели бы в последующие века успешного продолжения. Они не устарели, несмотря на то, что содержание этих открытий уже давно принадлежит истории. Поэтому античную культуру мы называем классической (от лат. Classicus — первоклассный, образцовый), отсюда стиль Класcицизма, ориентирующийся на античность. Античность как «единый культурный тип», «стиль античности, как нечто общее, определенное и оформленное целое» изучал русский философ А. Лосев .
Историю античной культуры можно условно разделить на пять основных
периодов:
— «гомеровская Греция» (XI-VIII вв. до и. э.— см. минойское
искусство);
— период архаики (VII—VI вв. до н. э.— см. архаика);
— период классики (V-три четверти IV в. до н.э.);
— эллинистический период (конец IV-I вв. до н. э.— см. эллинизма
искусство);
— культура Древнего Рима (I в. до н.э.— vb. н. э.).
Античное искусство возникло из трех основных потоков. Первый — искусство жителей островов восточного Средиземноморья, древняя минойская, или эгейская, культура, строительный опыт жителей Крита, Микен и Тиринфа, развитый изобразительный стиль настенных росписей и керамики, скульптура Кикпад, искусство золотых и бронзовых изделий. Второй поток — еще более древнее искусство Египта и Месопотамии, композиционные и технические приемы которого вместе с образами восточной мифологии проникали в Грецию через Палестину, Финикию, средиземноморское побережье Малой Азии и близлежащие острова. И, наконец, третий источник — культура дорийцев, племени индоарийского происхождения, пришедшем в Грецию с севера и принесшего с собой искусство геометрического стиля (см. дорийский стиль). Этническую основу античной культуры составили три основных племени: ахейцы гомеровского времени, пришельцы-северяне дорийцы и вытесненные ими в Малую Азию ионийцы (см. ионийский стиль). Все эти разнообразные элементы соединились именно в Греции, положив начало развитию единой культуры, ставшей впоследствии основой европейского искусства, чему в немалой степени способствовали и уникальные географические факторы.
Материковая Греция представляет собой ряд относительно изолированных невысокими горными хребтами районов, каждый из которых имеет свои природные условия и неповторимый пейзаж. Это обстоятельство способствовало сохранности отдельных и еще очень слабых очагов цивилизации от истребительных войн и массового переселения народов, какое имело место, к примеру, в степных районах Азии. С другой стороны, небольшой полуостров с крайне удлиненной изрезанной береговой линией, с множеством заливов и проливов и близко расположенных островов значительно облегчал сообщение водным путем между населявшими его народами. Это обеспечивало необходимый информационный обмен, взаимообогащение культур и давало им импульс к развитию.
Наиболее яркими очагами культуры уже в конце III тыс. становятся островные царства, позднее объединившиеся вокруг Крита (минойская цивилизация), и с XVII в. до н.э. – прибрежные государства материковой Эллады, среди которых – Микены. С XV в. до н.э. Микены превращаются в один из крупнейших центров «эгейских» обществ (микенской цивилизации). Минойская и микенская цивилизации были тесно связаны и типологически близки, что позволяет объединять их в крито-микенскую культурную формацию.
Ныне установлено, что этнокультурный стержень этих цивилизаций, а значит, и религий крито-микенской эпохи составлял греческий субстрат. При всей значимости морской торговли и ремесла «эгейские» общества оставались в своей основе аграрными, поэтому в религиозной жизни определяющую роль играли древнейшие культы плодородия. Становление монархической государственности и развитие социального неравенства стимулировали дифференциацию религиозной жизни крито-микенских обществ: над архаической религией сельских общин надстраиваются дворцовые культы, связанные с возросшим статусом царей и религиозными претензиями аристократии. Рост социально-политического влияния отдельных родов и династические принципы правления обусловили резкое возрастание значения культа предков и усложнение погребальной обрядности. Заполненные дорогой утварью, украшениями шахтные и купольные гробницы – характерное явление религии микенских греков.
Религия крито-микенских греков, вобравшая элементы аборигенных верований, на всем протяжении своего развития испытывала влияние со стороны ближневосточных культов. Морская торговля, греческие фактории в Сирии, Палестине и Египте, малоазийские города-колонии теснейшим образом связывали ахейских, ионийских, эолийских греков с культурой Ближнего Востока, откуда эллины восприняли образы некоторых богов и отдельные, но порой очень существенные элементы культа. Ближневосточные верования были третьим фактором, из сложения которых развилась крито-микенская религия.
В конце II тыс. крито-микенские общества переживали глубокий кризис, последствия которого были усугублены вторжением дорийцев – последней волны греческой миграции на юг Балкан. Многие города были разгромлены, иные запустели. Значительная часть ахейских греков переселилась на Крит и в малоазийские города. Политическая и социальная структуры, культурные центры микенской цивилизации деградировали. Период с XII по IX в. до н.э., по образному выражению Дж. Мюррея, – «темные века» греческой истории. Глубокий разлом, разделивший эпохи греческой истории, очевиден. Нельзя, однако, усматривать в «темных веках» полный разрыв в преемственности культурного, в том числе и религиозного, развития древних греков.
Центром раннего этапа античности (конец Ш — середина II тыс. до н. э.) был остров Крит, а несколько позже — та часть греческого материка, где находится город Микены. Б целом культуру этого периода (примерно XV в. до в э.) называют крито-микенской.
В ней еще много неясного для историков Цо сих пор не до конца расшифрованы критские письмена.. Только предположительные ответы даются на вопросы: что это были за люди, к какой этнической группе они принадлежали, каков был их общественный строй И т. д.
Часть ученых считает, что на Крите существовала рабовладельческая монархия. Другие полагают, что там было еще родовое, доклассовое общество типа военной демократии с вождем во главе.
Генрих Шлиман обнаружил в мае 1873 года около Скейских ворот примечательный богатейший золотой клад принадлежащий, по его убеждению, не кому иному, как троянскому повелителю Приаму. Шлиман и его открытие незамедлительно захватили широкую популярность. Хотя отыскалось и много скептиков, отнесшихся к его находке скептически. Еще в настоящее время некие изыскатели, прежде всего американский эксперт по античной филологии Трэйл, заявляют, что вся эта история с кладом вымышлена: Шлиман или подобрал эти все вещи за чрезвычайно длительное время, или прикупил немалую их часть за наличные средства. Сомнение было тем сильнее, что Шлиман, в том числе, и не сказал конкретную дату обнаружения клада».
На самом деле, Шлиман непонятно почему утаил информацию, где, как скоро и при каких жизненных обстоятельствах он нашел «древние золотые сокровища». Как оказалось, подробные описи, и отчеты были изготовлены лишь позднее. Также,Шлиман непонятно почему упрямо не желал называть конкретную дату собственного «открытия». Элли Криш рассказывает: «В Афинах он наконец-то прописал самый доскональный доклад о собственном открытии, дата данного события при всем этом пару раз изменялась и осталась неясной».
Указав на большое количество аналогичного рода странностей, находящихся вокруг «открытие» Шлимана, разные критики заявили всю историю клада грубым вымыслом. Тут нужно отметить, собственно археолог Элли Криш не разделяет позицию скептиков. И все же, Элли Криш приводит эти все компрометирующие данные, так как их не получилось когда-то сокрыть. А сокрыть не получилось, поскольку оказалось, что их очень большое количество, и они в любом случае ставят под серьезнейшее сомнение достоверность версии Шлимана, в том числе, и в глазах его поклонников.
Как оказалось, не ведомо, в том числе и то место, где Шлиман обнаружил золотой клад. Элли Криш объективно сообщает о том, что «информативным для датировки клада считается само место его находки. Хотя Шлиман в различное время обрисовывал его по-всякому». Как заявлял Шлиман, в момент удачной находки коллекции артефактов вблизи с ним присутствовала исключительно его супруга Софья. Более никто не видел, где и как Шлиман нашел «античное золото«. Не в последнюю очередь сомнения в искренности ситуации обнаружения сокровищ появились, поскольку Шлиман опирался при всем этом на свидетельство собственной супруги Софьи и убеждал, что она находилась в момент находки. В то же время стало известно, что 27 мая (окончательная дата «находки» сокровищ по Шлиману) Софьи, вероятно, вообще не было в раскапываемом городище, по ошибке называемом Троя. Нет не подвергаемого сомнению подтверждения, присутствовала ли Софья в тот день на раскопках в «Трое» или же в Афинах, фактически не существует. И все же, Шлиман сам сознается в послании к начальнику древнего собрания Английского музея Ньютону, что Софьи тогда при раскопках Трои не было: » Г-жа Шлиман покинула меня в первой половине мая. Коллекция сокровищ была обнаружена в конце мая; но так как я постоянно пытался устроить из нее археолога, я прописал в собственной книжке, что она была вблизи со мной, и поддерживала меня как во время раскопок, так и при находке клада».
Недоверия еще больше усиливаются, как скоро мы узнаем, что Шлиман как, оказалось, вел некие таинственные переговоры с ювелирами, предлагая им сделать будто бы копии будто бы обнаруженных им золотых «древних» украшений. Он пояснял свое стремление тем, что желает иметь «дубликаты» на вариант, еже ли, как писал Шлиман, «турецкое правительство задумает процесс и востребует половину сокровищ». Впрочем, ввиду всех неточностей, находящихся вокруг раскопки и открытия Шлимана в 1873 году, не совершенно понятно, вел ли Шлиман данные переговоры с ювелирами до или же после «находки клада золота». Очень вероятно, что до нас дошли следы его переговоров о производстве «сокровищ Приама» раньше того эпизода, когда он в гордом одиночестве «заметил клад» на холмике Гиссарлык.
Г. Шлиман писал чрезвычайно занимательные вещи, надо сказать, что его методы просто удивляют: «Ювелир обязан как следует разбираться в древностях, и он обязан обещать, не ставить собственного клейма на копиях. Необходимо подобрать человека, который меня не предаст и возьмет за работу приемлемую стоимость». Впрочем, агент Шлимана, Борэн не пожелал принимать практически никакой ответственности и браться за это неблаговидное дело. И Борэн конкретно показывает первопричину «… собственно сделанные копии, ни под каким видом, не могут выдаваться за оригиналы». Стоит лишь предполагать, к чему Борэну оговаривать эти условия.
И все же Борэн «посоветовал Шлиману компанию Фрома н-Мерис на улице Сент-Оноре в Париже. Данное семейное предприятие, сказал он, имеющее выдающуюся репутацию с XVIII века и держащее у себя на службе бессчетных живописцев и мастеров». В XIX веке, в общем, стало в популярно носить древние украшения. Так, принцесса Канино, супруга ЛюсьенаБонапарта, нередко появлялась в свете в этрусском колье, что делало ее неоспоримым центром торжественного приема. И у парижских ювелиров могло быть немало заявок и работы «под древность». Нужно думать, делали они ее хорошо.
Элли Криш, не споря подлинности «золотого клада Приама», сообщает о том, что сложно точно признать, будто Генри Шлиман на самом деле сделал «копии». Вмести с этим, Элли Криш щепетильно информирует следующее: «Впрочем, слухи о копиях, которые якобы заказал Шлиман, ни разу с той поры не умолкали».
Элли Криш констатирует: «Некие неясности и противоречия, всевозможных описаниях данного открытия, четкая дата которого в том числе и не указывается, побудили скептиков усомниться в подлинности находки… Эгоцентричным, дерзостным фантазером и патологическим лгуном именовал Шлимана Уильям Колдер, доктор античной филологии института штата Колорадо».
Кстати, считается, что Шлиман открыл очередное примечательное «старинное» захоронение, а конкретно, в Микенах. Просто удивительно, как ему «везло на античное золото». В Микенах он «нашел» золотую погребальную маску, которую тут же громогласно объявил маской «самого что ни на есть старинного гомеровского Агамемнона». Подтверждений — практически никаких.
В настоящее время историки щепетильно сообщают так: «Генрих Шлиман считал, что маска из гробницы в Микенах,изготовлена с лица повелителя Агамемнона. Впрочем, позднее было подтверждено, что она принадлежала иному правителю, фамилия которого нам незнакома». Просто удивительно, как археологи «подтверждали» принадлежность безызвестной маски безызвестному правителю, фамилия не имя которого им неизвестно?
Наконец, возвращаясь к Трое, возможно, заявить последующее. Из всего вышеперечисленного, формируется интересная картина. Место, дату и обстоятельства «находки золота Приама» Шлиман не показал, внеся в данный факт непонятную неурядицу. Практически никаких убедительных подтверждений того, что он раскопал «в гомеровской Трое». А скалигеровские историки от него их не очень и настоятельно просили.
Есть причины заподозрить Шлимана в том, что он просто-напросто заказал неким ювелирам сделать «коллекцию древних золотых драгоценностей». Тут нужно припомнить, что Шлиман был очень богатым человеком. К примеру, он финансировал постройку дома Германского археологического ВУЗа в Афинах». Элли Криш сообщает: «Его собственное состояние — доходные дома в Индианаполисе и в Париже — считалось базой для изысканий и основой его независимости».
Вполне вероятно, что после этого Шлиман тайком провез драгоценности в Турцию и заявил, что «отыскал» их в развалинах на холмике Гиссарлык. Другими словами, непосредственно в том месте, куда уже немного ранее некие энтузиасты» поместили античную Трою». Мы видим, что Шлиман даже не утруждал себя поисками Трои. Он просто «аргументировал» при помощи золота уже высказанную раньше догадку Шуазеля-Гуфье и Фрэнка Калверта. Назови они иное место, Шлиман и там, с таким же триумфом, и аналогично быстро обнаружил бы тот самый самый «древний клад Приама».
В 1900 г. выдающийся английский археслог А. Эванс приступил к раскопкам древнего города Кносса, где он обнаружил обширный дворец, построенный Б конце III тыс. до и. э. и полностью перестроенный около 1700 г. до н. э,
КносскиЙ дворец заставил вспомнить греческий миф о Лабиринте. Согласно мифу, на Крите когда-то царствовал правитель Минас — царь, законодатель, глава морской державы. Пасифая, жена Миноса, воспылала безумной страстью к быку к навлекла на остров бедствия, породив чудовищного Минотавра. У Миноса был подземный дворец — Лабиринт, из которого найти выход было невозможно. Царь заключил ужасное чудовище в Лабиринт. Раз в девять лет Мииос отдавал ему на съедение семерых юношей и девушек. Афинскому герою Тесею удалось убить Минотавра и выйти из ЛабириЕ1та с помощью клубка ниток, который дала ему Ариадна. Это могло бы быть сказкой, если бы раскопки на Крите не показали, что Лабиринт действительно существовал. Сказание о чудовищном быко-человеке Минотавре тоже имело историческую основу: на покрытых Фресками стенах Лабиринта, а также на каменных и золотых сосудах дворца постоянно встречаются изображения этого существа. Разумеется, Минотавр не результат экспериментов древних первопроходцев в области генной инженерии, а отражение их представлений о грозном божестве, являвшемся в образе гигантского быка, в чьей власти был подземный мир. Этот бык в гневе колебал земную твердь и вздымал огромные волны, захлестывавшие сушу. Крит -остров вулканического происхождения, и частые землетрясения породили миф о быке-колебателе, которого нужно было умилостивить, принося человеческие жертвы. На фресках, в скульптурных изображениям сохранилась информация о священном танце с быками, который исполнялся специально отобранными и обученными юношами и девушками - таврополами. Их жизнь была очень короткой - в 14— 15 лет они отдавали силы в последнем танце, где кх партнерами были быки, выращенные в особых храмовых стадах. Таврополы погибали, принесенные в жертву хтоническим подземным божествам.
Позднее дворцы, подобные кносскому, были обнаружены и в других местах Крита. Можно было сделать заключение, что уже с ХХП в. до н. а на Крите существовали раннеклассовые государства. Особенного могущества и культурного расцвета критское общество достигло в XVIII—XV вв. до н. э.
Раскопки на Крите и в Микенах показали связь двух культур. Возникло такое понятие, как крито-микенская культура. Стало ясно, что это была цивилизация эпохи бронзы с развитым общественным строем, с высоким уровнем техники и культуры.
В 1952 г. удалось прочитать и часть найденных при раскопках документов. Это сделали английские ученые М. Вентрис и Дж. Чэдвик. Оказалось, что они написаны на одном из ранних диалектов греческого языка. Открытие этой письменности составило целую эпоху в изучении: древнейшей цивилизации Греции, показав, как много правды таилось в легендах и преданиях.
Критские города и дворцы были разрушены в середине II тыс. до н. э. в результате извержения вулкана на острове Санторин в Эгейском морс и вызванного им землетрясения.
Господство в Эгейском бассейне перешло к ахейцам, жившим в городах-крепостях материковой Греции.
Критской культуры не стало, но еще около трех столетий близкая ей микенская культура существовала на греческом материке.
Женщина (жрица или богиня) – ведущее лицо всех
совершаемых действ, юноша – пассивный, ведомый ею персонаж. Так, в Кносском
дворце главный вход, Коридор Процессий, был украшен росписью, на которой
богине подносят дары и новое одеяние. Праздники, которые устраивались в
связи с началом нового года, были очень популярны в древности. В Кноссе в
шествии дароносцев принимали участие в основном юноши; они несли драгоценные
сосуды специальный дар – критскую юбку-брюки для «новорождённой» богини.
Жрица-богиня принимала дары стоя, держа в обеих руках критские символы
власти – двойные секиры (лабрисы), от которых, видимо, и произошло название
дворца – Лабиринт (Дворец Лабрисов). Сам праздник предполагал «священный
брак» богов, без которого критяне не представляли себе продолжения жизни.
Критскую богиню могли олицетворять гора или же дерево. Гора и дерево
связывались в умах людей не с конкретными горами и деревьями, а с
универсальными, вселенскими символами. Археологи обнаружили золотые
перстни-печати, на которых персонажи выдёргивают священное дерево из почвы
или срывают его плоды. То и другое расценивалось в древности как смерть
богини-дерева, наступавшая в определённые моменты календарного года. Это был
очень важный праздник, приуроченный к середине лета: с этого момента силы
солнца начинают убывать.
На Крите в этот день правитель-жрец, считавшийся парой богини, выдёргивал из
кадки особое священное дерево, которое росло в храме. С гибелью дерева
прекращалась и жизнь самой богини: её ритуальную смерть изображала супруга
правителя (жреца), представая в исступлённой позе – с ниспадающими локонами,
обнажённой грудью и упёртыми в бока руками. Но закончив свой цикл бытия, она
возрождалась: на некоторых перстнях богиня изображена миниатюрным парящим в
небесах видением. В одном случае она, со щитом и копьём напоминает греческую
богиню-воительницу Афину Палладу. В другом – появляется в небе, когда на
цветущем лугу четыре женщины-жрицы совершают культовый танец. Жрицы кружились
и вертелись в танце, обращаясь к небесам, благодаря чему наступала эпифания
(«богоявление»), и, более того, они воспроизводили нисхождение божества в
мир людей. Цветы лилии на лужайке в росписи являются образом богини, но уже
старым, отжившим своё на земле.
Роль деревьев, трав и цветов в этом мире была настолько велика, что без них
не мыслилось никакое человеческое деяние. Их изображения встречаются на
Крите повсюду, окружённые ореолом неприкосновенного, тайного, божественного.
Растительное царство выступало в двух формах: естественной – природной,
пребывающей под опекой богов, и культурной – взращённой человеком в
условиях города-дворца. Так, на одной из древнейших кносских фресок
«Собиратель крокусов» цветы показаны растущими на естественных горах и
холмах. Их звёздчатые кустики населяют и другие росписи, например дивную
«Синюю птицу» или «Обезьяну и птицу». Это природный, заповедный мир, где
человек всего лишь гость.
В росписях так называемой виллы из Агиа Триады, близ дворца в Фесте, огромные
стройные лилии величественно высятся на ухоженных газонах, явно
принадлежащих дворцу. Эти белые лилии «мадонна» прекрасны и чисты, они как
божество, они, собственно, и символизируют божество, но в скрытом,
дочеловеческом облике.
Другие народы той эпохи относились к природе иначе. Для одних она была
символом победы над смертью (в изображениях, где египетский фараон охотится
в болотах одновременно на птиц и рыб и здесь же срывает папирусы), для
других – воплощением идей сотворения Вселенной (Мировое Дерево). Для критян
природа была священна по причине её божественности. Всё божественное –
совершенно, но природа полна особой красоты. Вот почему критяне часто
изображали вместо богов цветущие луга и дикие скалы, поросшие цветами и
кустарником. Их населяют обезьяны и птицы – такие же боги, но в другом
обличье. Однако человек может войти в этот мир исключительно в момент
исполнения ритуала.
Критского бога в отличие от богини представляло зооморфное существо,
воплощённое в образе быка. Его знаками и символами буквально наполнен
Кносский дворец. По представлениям позднейших греков, он был связан с
дворцом – Лабиринтом – и живущим в нём чудовищным человеко-быком Минотавром.
Легенда гласила, что Пасифая, супруга царя Миноса, воспылала страстью к
быку, от которого родила необычное дитя – Минотавра. В этой легенде
сохранились глухие отзвуки сказаний о древнем «священном браке» критских
богов в образах быка и коровы. Ещё задолго до эпохи расцвета критской
культуры богиня уже приобрела человеческий (антропоморфный) облик. Её супруг
оставался в образе животного, вероятно воплощавшего бога, который
периодически рождался, достигал зрелости и погибал. Критского бога-быка
ежегодно приносили в жертву на торжественном празднике. Бог-бык был
изображён во входном вестибюле кносского Коридора Процессий мчащимся, в
типично критской позе «летучего галопа». Он представлен также то в играх с
«тореадорами», то умирающим, например на одном из раскрашенных рельефов.
Смысл таврокатапсии – ритуального боя с быком – можно понять благодаря
сохранившимся фрагментам росписи, изображавшим эту сцену. Любопытно, что с
быком борются не только мужчины, как на корриде в современной Испании, но и
женщины. Более того, богиня-женщина и была главным противником бога-быка,
своего сына-супруга. Она ежегодно приносила его в жертву на подобном
празднике, чтобы он, отживший годичный цикл, мог вновь родиться. Мышление
людей доисторической эпохи было цикличным: всё возвращалось на круги своя
благодаря божественным ритуалам.
Фреска с таврокатапсией показывает, насколько динамичным и живым было
минойское искусство. Ему были чужды застывшие позы, остановившиеся взгляды,
самоуглублённость – всё, что было так дорого египтянам и обитателям древнего
Двуречья (Месопотамии). Для критян был важен момент, верно схваченное
действо, трепет настоящего. Вот юноша делает сальто над спиной быка, вот бык
уже пронзил рогами одну противницу... Пусть громадный – он массивнее всех
борцов, вместе взятых, – бык тем не менее обречён. Он летит в пространстве,
отрываясь от земли, но борцы проворнее, ловчее: они успевают одолеть бога-
быка до того, как им нанесены смертельные раны.
Отличительной чертой критской живописи является «двойная перспектива». На
фреске бык изображён летящим в некой средней зоне: он не касается земли
ногами, а сверху дальний план будто падает на него. Нет линии горизонта,
как будто не существует и границы между землёй и небом – зритель видит одну
опрокинутую землю. Во фреске «Собиратель шафрана» аналогичная картина: кусты
цветов разбросаны двумя рядами перед и за «собирателем – синей обезьяной,
живописным пятном выделяющейся на фоне буроватых холмов.
Верхнюю ступень в иерархическом порядке мироздания занимали боги. Происхождение греч. ‘бог’ лингвистами определенно соотносится с и.–евр. основой *dhēs-, которая «означает некое религиозное понятие или религиозный ритуал, смысл которого установить уже невозможно»[1]. Слово исконногреческое: как показывают расшифрованные микенские тексты, микенские греки пользовались словом te-o в значении ‘божество’.
Божество, как мыслили его греки, в максимальной форме выражало признаки силы, жизненности и на этом основании обладало полнотой святости. Могущество и жизненность божества проявлялись в бессмертии. Бессмертие и сверхчеловеческая сила выступали важнейшими отличительными признаками божества в сравнении с человеком. В большинстве других свойств греческие боги походили на людей, превосходя их степенью свойства – например, сверхмудростью, предельным величием и т.д. Божественная инаковость, согласно греческим воззрениям, онтологически не запредельна человеческому уделу. Это инаковость в достоинстве, указывающая на более высокое положение богов по отношению к человеческому состоянию. Даже бессмертие в исключительных случаях могло быть даровано избраннику богов, каким был, к примеру, Геракл. Ариадне, по упоминанию Гесиода, тоже было даровано бессмертие. Известные по древним текстам боги греческих верований персонифицированы, наделены именем, местом в общей иерархии и набором функций. Указание на отсутствие у бога имени или запрет на его произнесение – явление редкое для Греции, развившееся довольно поздно и свойственное обычно эзотерическим культам. Функции богов, как правило, выражали особенности генезиса культа божества. Так, божества, возникшие как олицетворение небесных явлений, регулировали состояние погоды, деификация водных источников наделяла богов функцией дарителей плодородия. В греческой религии был деифицирован широкий круг явлений природной, общественной и частной жизни. Совокупность этих деификаций образовала три категории богов: уранические (небесные) боги – Зевс, Афина, др., хтонические (подземные) боги – Аид, Деметра, Эринии, др., ойкуменические (земные) – Гестия, богиня домашнего очага, др.[2]
В сонме богов микенской религии, насколько об этом можно судить по сохранившимся сведениям, первоначально главенствующее место занимала Великая богиня, Владычица – женское божество плодородия. Культ великого женского божества в Средиземноморье уходит корнями к эпохе неолита и далее вглубь истории. На Крите обнаружены культовые скульптурные изображения женской фигуры со змеями в руках. Прочитанные тексты минойско-микенской цивилизации открыли, что объектом почитания нередко выступал двойной образ – «Две Владычицы»[3]. Широкое распространение, судя по сохранившимся фрескам и рисункам на печатях, имел образ божественного быка. В качестве одного из наиболее чтимых религиозных предметов, атрибутов верховного божества, выступал двойной топор – лабрис.
В микенский пантеон входили также из известных божеств Зевс, Афина, Гера, Посейдон, Гермес, Артемид, Арес, Эриния. Зевс – исконногреческое божество, его имя родственно, например, др.-инд. deva – «бог», dyaus – «небо», и означает «ясное небо». Зевс – деификация дневного неба. Он связан также с небесной влагой, грозой и громом[4]. Афина, чье имя не поддается точной этимологизации (возможно, это указывает на негреческие корни божества), на ранней ступени есть одно из олицетворений богини плодородия. Ее древнейший образ носил черты змеевидного существа, известно, что змеи в архаических верованиях связаны с подземным миром и плодородием. К культу архаического женского божества восходит также почитание Геры, имя которой означает “охранительница”, “госпожа”. Древнейший Посейдон для греков материковой Греции – бог коней и землетрясений, для островной Греции – он бог моря. В основе образа – архаическое божество плодородия, отсюда вероятное истолкование имени как “супруг земли” и изначальная связь Посейдона с влагой, питающей плодоносные силы. Поклонение Гермесу в своем происхождении связано с древним почитанием путевых камней, герм, по-видимому, первоначально воздвигавшихся на местах погребения. Изначально Гермес – покровитель путников. Артемида, чье имя (), возможно, означает “медвежья богиня”, в своем древнейшем образе – богиня охоты, владычица диких зверей.
Усиление в греческих государствах во второй пол. II тыс. монархических начал правления, дальнейшее обособление аристократии и другие общественные перемены привели к значительной трансформации пантеона. На первый план выходит мужское божество – Зевс. Его положение среди других богов становится подобным положению царя-басилевса среди аристократии и простых подданных. По мере распада микенской религии и перехода к религии «гомеровского века» продолжился процесс преображения старых божеств (например, Афродиты – изначально малоазийской богини жизнетворящей любовной силы) и внедрения новых. Пожалуй, самый известный из богов, чей культ получает распространение в VIII–VII вв. до н.э. – Дионис, фракийский и фригийский бог растительности и виноделия.
Результатом этой трансформации стал олимпийской пантеон. В систематизации пантеона, как уже говорилось выше, приняли участие большие интеллектуальные силы, в первых рядах здесь стояли Гомер и Гесиод.
В утвердившейся в «гомеровский век» олимпийской мифологии пантеон структурируется по модели важнейших общественных и семейных отношений. Зевс и Гера образуют божественную пару, олимпийский образец семьи и верховной власти. Одного поколения с ними Посейдон и Деметра, родственники первой пары, обладающие веским правом голоса. Младшее поколение сыновей (Аполлон, Гефест, Арес) и дочерей (Афина, Артемида, Афродита) – исполнители воли мироправителя Зевса, каждый из них получает во власть свою часть мироустройства. Вошедшие в пантеон иноземные боги, как, например, Дионис, чаще всего также включались в систему родственных отношений и становились покровителями той или иной области мироустройства, что приводило к совмещениям функций разных богов.
Формирование пантеона было тесно связано с процессом становления общегреческого содружества полисов. Каждый из богов некогда имел род, племя или местность, где он пользовался особым почитанием. Родовые и полисные боги по мере осознания общегреческого единства включались в сонм богов с последующей, порой очень существенной, переработкой. В ходе этой переработки некоторые из локальных богов стали объектом общеэллинского почитания (как, например, Афина), другие были слиты с более могущественными богами. Но, сменив имя и преобразившись, они, как правило, сохраняли свои функции и значение для местного населения.
Греческая мысль мирилась с той идеей, что отношения внутри божественного сообщества далеки от гармонии, его раздирают интриги, своеволие, корысть или дурной нрав божества. Показательна в этом отношении фигура Ареса, бога вероломной войны и оружия, который ненавистен даже отцу – Зевсу. Однако вместе олимпийцы выступают гарантами упорядоченного космоса и гармоничного социума[5].
Олимпийские боги – боги-победители, они, согласно мифологии, одержали верх над богами первого поколения (Ураном, Кроносом, титанами и др.), поэтому они, как и положено победителям, держат в подчинении или заточении своих божественных противников. Противники олимпийцев выступают олицетворениями первозданных стихий, носителями мощных хаотических потенций. Антагонисты олимпийцев образуют особую категорию божественных сил, создающих актуальную угрозу миропорядку. Их присутствие задает греческому религиозному чувству особый драматизм, замешанный на ужасе, и служит оправданием деспотической власти олимпийских богов.
По мере развития общества и религии, распространения культов иноземных богов структура пантеона усложнялась, однако основные контуры, сложившиеся в главных чертах на излете микенской культуры, сохранялись. При этом представления греков об общеэллинском пантеоне, о котором рассказывали поэмы Гомера или творения других мыслителей, не имели для конгломерата религиозных общин, каким был полисный мир Греции, императивного характера. Пантеон выступал мифологическим идеалом общегреческого содружества, но это отнюдь не мешало каждому полису в первую очередь чтить своих местных богов. Реальную религиозную практику определяла полисная теология, имевшая гораздо более обязательный характер для полисного религиозного сознания, чем общеэллинская.
Пожалуй, только Зевс, олицетворение греческого космоса, мог в полной мере претендовать на статус общеэллинского бога. На поздней стадии, в эллинистический период, почитание Зевса как «владыки владык» начинает привносить в политеизм греческой религии монотеистические начала, которые, впрочем, заявляли о себе лишь в теологии некоторых течений греческой религиозной мысли.
В классический период получают распространение культы абстрактных божеств – Ники (Победы), Демократии, Мира и др. В общем русле греческой склонности к антропоморфизму абстрактные понятия приобретают конкретные образы, среди которых наиболее известен в своих скульптурных образцах образ Ники.
Чувственно-конкретный характер представлений эллинов о божестве в значительной мере объясняется особенностями греческого восприятия теофании. Для греков теофания – явление если не заурядное, то уж во всяком случае отнюдь не исключительное. Мифы, известные греку с детства, красочно рассказывали о многочисленных историях явления богов людям. Поводом к богоявлениям могли быть события исторической важности, но иногда бог являлся смертным просто из прихоти или, например, под влиянием любовного чувства, чтобы разделить ложе с объектом страсти. С регулярностью теофания повторялась в праздниках в честь божества.
Именно из истории греческой религии в позднейшее европейское употребление переходит понятие «демон». На его современное толкование заметный отпечаток наложила христианская трактовка демона как нечистого духа, носителя богопротивной природы. Не так представляли себе демона сами древние греки.
Представления о (daimon) укоренены в наиболее архаических религиозных воззрениях греков. Со времени выхода фундаментальной работы Карла Фридриха фон Негельсбаха “Гомеровская теология”[6], где этим представлениям уделено много внимания, они достаточно хорошо изучены наукой[7]. Г. Узенер указывал, что греки, различая богов и демонов, наделяли их сходными признаками – обладание бессмертием и силой[8]. А.Ф. Лосев настаивал на том, что у Гомера демон “есть именно мгновенно возникающая и мгновенно уходящая страшная и роковая сила, о которой человек не имеет никакого представления, которую не может назвать по имени и с которой нельзя вступить ни в какое общение”[9]. В образе демона обнаруживают представления о “неопределенных силах, вторгающихся в человеческие дела”[10]. Сходную трактовку образа демона мы находим у М. Детьена, который прямо сближает понятие с религиозными понятиями типа мана и говорит о магическом характере этой силы[11].
Если исследователи, настаивающие на такой трактовке, правы, тогда следует признать, что представления о демонах обнаруживают преанимистическую стадию греческой религии или ее рудименты. Однако этот вывод в духе теории «динамизма» нуждается в дальнейшем обосновании. С другой стороны, можно предположить, что архаические греки обозначали этим понятием не некую неопределенную самостоятельную «силу», а проявление божественного могущества. Представления о неотвратимо настигающей человека власти божества со временем вполне могли перерасти в понятие об особых, самостоятельно действующих сущностях и даже наделить демонов личным статусом в согласии с греческой склонностью к антропоморфизации. Согласно Гесиоду, демоны – это люди «золотого поколения», жившие в эпоху правления Кроноса, волею Зевса получившие более высокое, «царственное» положение (Труды и дни 121–126).
Судя по античным текстам, в век Гесиода и классический период представления о демонах сопрягаются с представлениями о богах. В орфических гимнах олимпийских богов именуют демонами: Плутон-Аид –“державнейший демон”[12], Уран – “высший из демонов”[13], Деметра – “многославнейший демон”[14]. Демоны обладают божественными именами и отчетливой определенностью – Афину поэт называет “демон победный”[15], Деметру именует “вскармливающий демон”[16]. Складывается даже некий культ демонов: Плутарх помнит о “двух жрецах” эллинов, из которых “один занимался почитанием богов, другой – демонов” (Греческие вопросы 292c) [17].
Не всегда греки видели в демоне негативную, разрушительную силу, но обязательно – загадочную и роковую. Демон в греческом восприятии – начало амбивалентное: его участие в человеческой судьбе может иметь катастрофические последствия, но может оборачиваться благоденствием. Как утверждал Гесиод, люди «золотого поколения» стали «благостными» демонами и с тех пор охраняют других людей, следят за правыми и неправыми делами, одаривая богатством достойных (Труды и дни 121–126). Софокл также упоминает о демоне-хранителе (Царь Эдип 1479).
Повседневная, особенно народная религиозность строилась на почитании духов и второстепенных богов, покровительствовавших тем или иным природным объектам, животным и растениям, трудовым специализациям, разновидностям духовной и физической жизни человека. Так, нимфы – женские духи природы (рощ, пещер, ручьев и т.д.), с водными источниками связано также мужское божество –Ахелой. В мифологических рассказах нимфы часто становятся объектом притязаний со стороны силенов – духов плодородия. Силены действуют вместе с сатирами, которые также воплощают представления о стихийных силах плодородия. Силены и сатиры входят в свиту Диониса, где их кампания пополняется менадами, женскими олицетворениями животворящих природных сил. В греческом пандемониуме уживались как антропоморфного вида существа, так и существа смешанного, антропозооморфного обличья – например, силены с лошадиными хвостами и копытами и др.
Вместе с иноземными богами на греческую землю приходили сопутствовавшие этим богам иночеловеческие существа, пополнявшие пандемониум эллинов. Так, около VII в. до н.э. в состав низшей мифологии греков вошли корибанты и куреты, спутники фригийской Кибелы.
В народных верованиях широкое хождение имели представления о злых духах, вредоносно вторгающихся в жизнь человека, а также о пугающих призраках. К разряду наиболее злобных духов греки причисляли ламий – страшных видом женских существ, объектом притязаний которых выступали прежде всего дети.
Если пантеон оформлял «высокую» религию, с официальными культами и вероучительными установлениями, то демонология являлась идейно-псхологической почвой суеверий. Показательно, что греки осознанно проводили различие между суеверием и истинным поклонением. Суеверие греки обозначали словом ‘боязнь демонов’. В своем первоначальном употреблении это слово не несло уничижительного оттенка и имело смысл богобоязненности. Однако к IV в. до н.э. этот смысл утрируется до представления о преувеличенном пристрастии к средствам магической защиты от злых сил. Согласно утвердившемуся мнению, суеверный человек – «это тот, кто по любому поводу склонен совершать омовение рук, кропить себя святой водой и весь день ходить с лавровыми листьями во рту…»[18]. Разграничение подлинной набожности и суемудрого магизма, замешанного на ложных страхах, свидетельствует о высоком уровне саморефлексии греческого религиозного сознания.
Особую категорию насельников пандемониума составляли умершие предки.
Культура архаической эпохи.
От гомеровской эпохи почти не дошло никаких крупных памятников. Известно только, что это была бесписьменная культура, существовавшая в 6-4 веках до н.э. Гораздо больше ученые знают о культуре архаического периода.
В этот период проходила великая колонизация – освоение греками побережья Средиземного, Черного, Мраморного морей. У греков появляеться алфавитное письмо, зарождаются естественные науки. Под влияние восточной архитектуры и скульптуры формируется греческое искусство.
В период архаики происходит становление античного полиса- города-государства, специфического типа политического устройства, давшего жизнь всем следующим демократиям мира.
Древние Греки создали принципиально новый тип цивилизации – рыночную экономику, основанную на честном, добросовестном труде, высокой культуре демократического руководства и свободном развитии личности. Ничего подобного до них ещё не было.
Афиняне строили свою цивилизацию, планомерно соедияя гос-ную и частную собственность. Опора частного сектора – малое семейное хозяйство , использующее личный труд селянина и его семьи. Именно от греков пришло к нам понятие «экономика», означавшее у них заведование домашним хозяйством – «ойкономика».
Любая отрасль производства в античной греции превращалась в область прикладной математики. Греки рассчитывали каждую мелочь , в виноградстве, например, какое удобрение необходимо внести для данного сорта в конкретной почве, чтобы не навредить аромату вина и добиться наивысшей эффективности и тд. Грек – ремесленник, торговец, земледелец – внимателен к любому новшеству, способому хоть немного повысить производительность и качество продукции.
Выражаясь современным языком, греческая культура – цивилизация венчурных фирм.
Культура архаичного периода продолжалась вплоть до 5 в до н.э. –времени наивысшего расцвета античной культуры. В это время формируется единое сознание греков и появляется понятие «эллины», из разрозненных местных религий возникает целостная античная мифология.
Эллинские мифы вошли в культуру всех европейских народов. В отличии от Египта, в Греции религиозные обряды были крайне просты и могли выполняться любым человеком. Фактически они сводились к жертвоприношениям. Отсутствие жреческой касты привело к тому, что функции идеологов взяли на себя народные сказители. Они же и сформировали представления греков о богах. Греческие боги лишены таинственности. Они пируют, ссорятся , вступают в браки между собой и людьми. Их жизнь напоминает жизнь в коммунальной квартире, но только в более приличествующей форме. Их нравы похожи на человеческие : здесь царят прелюбодеяние, борьбы за власть, неприкрытое соперничество и полуприкрытое коварство. Боги греков, как и сами греки, были хитроваты, предприимчивы и практичны.
В Греции был широко распостранён культ Афродиты – богини любви и красоты. Любовью были увлечены все - и люди, и боги. Богом света и поэзии был Апполон , которого обычно сопровождали девять муз – покровительниц искусств и наук. Богиней красоты была Афродита, мудрости – Афина, богом огня и кузнечного мастерства –Гефест, войны – Арес. Каждая отрасль хоз. Деятельности имела своего бога-покровителя : Афина – ткачеству, Дионис – виноделию, Гермес – торговле и тд.
В период архаики зарождается культурный институт спортивных и музыкально-поэтических игр, которые греки посвящали своим богам. Самыми значительными из них были Олимпийские Игры – спортивные состязания, посвященные Зевсу, проходившие раз в 4 года в Олимпии.
В эпоху архаики наиболее развитой областью Греции была Иония, где возникла первая философская система античности – натурфилософия. Для неё характерны материализм и поиск объективных закономерностей.
Почти все древнегреческие философы являлись математиками. Ими были Пифагор, Платон, Аристотель и те, кто развивал философию как учение о количественных характеристиках мира.
В литературе эпохи архаики ведущая роль принадлежала эпическим жанрам. Постепенно лидерство переходит от эпоса к лирической поэзии. В качестве особого жанра оформляется басня, которую традиционно связывают с именем легендарного Эзопа.
В искусстве появляются два основных типа одиночной скульптуры – обнаженного юноши ( курос) и задрапированной женщины (кора) с характерной, так называемой архаической улыбкой.
К 6 веку оформляется архитектурный ордер в его дорическом и ионическом вариантах. Суровому, несколько тяжеловесному дорическому стилю соответствует строгая, геометрически правильная капитель колонны. В ионическом , более пышном, стмле колонна наряду с чисто функциональной несёт и декоративную нагрузку, для неё характерны капитель с завитками-волютами, более сложный цоколь.
Греческая керамика эпохи архаики поражает богатством и разнообразием форм, красотой живописного оформления. Около 700 года до н.э. гончары из Коринфа придумали чернофигурную технику росписи сосудов, в которой неглазурованная красная глина раскрашивалась в черный цвет и расписывалась мифологическими или батальными сценами. Около 530 года до н.э. афинские гончары предложили прямо противоположный процесс и создали более сложную по изготовлению краснофигурную керамику, росписи которой отличались более тщательной прорисовкой и разработкой деталей.
[1] Бенвенист Э. Словарь... С. 320.
[2] Греч. – небо, – земной, подземный, – обитаемая, населенная земля.
[3] Palmer L.R. The Interpretation of Mycenaean Greek texts. Oxford, 1963. – P. 103.
[4] О мифологии Зевса и ряда других греческих богов см. фундаментальные исследования А.Ф. Лосева..
[5] Из последних зарубежных исследований см. об этом: Burkert W. Greek religion: Archaic and classical. Oxford, 1985.
[6] Nägelsbach C.F. von. Homerische Theologie. Nürnberg, 1861.
[7] См., напр., работы: Brunins-Nilsson E. ΔΑΙΜΟΝΙΕ. An Inquiry into a mode of Apostrophe in old Greek Literature. Uppsala, 1955; Detienne M. La notion de daїμôn dans le pythagorisme ancien. Paris, 1963; Gernet L. Le génie grec dans la religion. Paris, 1932; La notion du devin depuis Homér jusqu’á Platon. Genéve, 1952; Usener H. Götternamen. Versuch einer Lehre von der religiösen Bergiffsbildung. Bonn, 1896.
[8] Usener H. Götternamen. S.248.
[9] Лосев А.Ф. Античная мифология в ее историческом развитии // Лосев А.Ф. Мифология греков и римлян / Сост. А.А.Тахо-Годи. М., 1996. С.69.
[10] La notion du devin depuis Homér jusqu’á Platon. Genéve, 1952. P.52.
[11] Detienne M. La notion de daїμôn dans le pythagorisme ancien. Paris, 1963. P.29.
[12] Орфические гимны. К Мусею 12 (Цит. по: Античные гимны. М., 1988).
[13] Орфические гимны. Урану 9.
[14] Орфические гимны. Деметре Элевсинской 1.
[15] Орфические гимны. Афине 14.
[16] Орфические гимны. Артемиде 9.
[17] Плутарх. Греческие вопросы // Плутарх. Застольные беседы. М., 1990. С.224.
[18] Нильссон М. Греческая народная религия. СПб., 1998. – С. 151. См. также: Бенвенист Э. Словарь… – С. 398–399.
По теме: методические разработки, презентации и конспекты
![](/sites/default/files/pictures/2023/11/27/picture-7773-1701079706.jpg)
Орнаменты Древнего Египта и Древней Греции.
Одна из важнейших тем на уроках Изо 3 четверти 5 класса «Декор – человек, общество, время» ( по программе под руководством Б.М.Неменского ) о понимании ...
Внеклассное мероприятие Путешествие по странам Древнего Востока и Древней Греции и
Внеклассное мероприятие по теме: "Путешествие по странам Древнего Востока и Древней Греции" разработано для обучающихся 5х классов. Содержание игры охватывает темы "Древний Восток" и "Древняя Греция"....
Урок по истрии древнего мира в 5 классе "Ученые, политики и атлеты древней Греции"
Урок изучения нового материала с использованием призентации в 5 классе. Учебник Михайловского издательство "Русское слово"...
![](/sites/default/files/pictures/2014/02/02/picture-395990-1391332158.jpg)
Мероприятие. Греция. Мифы древней Греции.
Познакомит с культурой Древней Греции. Помочь оценить красоту художественных образов древнегреческих мифов. Пробудить желание познакомиться с другими мифами....
![](/sites/default/files/pictures/2019/01/22/picture-396005-1548170911.jpg)
Конспект внеклассного мероприятия "Греция. Мифы древней Греции"
Познакомить воспитанниц с культурой Греции. Помочь оценить воспитанницам красоту художественных образовдревнегреческих мифов.Пробудить желание познакомиться с другими мифами....
![](/sites/default/files/pictures/2014/11/11/picture-217449-1415731900.jpg)
СЦЕНАРИЙ ЭВРИСТИЧЕСКОГО УРОКА ПО ТЕМЕ « Какого цвета Греция?» (Знакомство с географией и природными условиями Древней Греции). 5 класс
Общая характеристика урокаТип урока: урок изучения и первичного закрепления новых знаний;Цель урока: восприятие и первичное осознание нового материала;Дидактическая задача: обеспечение восприятия, осм...
![](/sites/default/files/pictures/2016/10/02/picture-497491-1475433665.jpg)
Бинарный урок по русскому языку, литературе, истории в 5 классе по теме "Древняя Греция. Мифы древней Греции"
Бинарный урок по русскому языку, литературе, истории в 5 классе по теме "Древняя Греция. Мифы древней Греции" На уроке проводится проверка различных орфограмм, работа с толковым словарем, знаком...