Главные вкладки

    Методическая разработка по теме:"Понятие бытия во фразеологии"
    методическая разработка по теме

    Теоритическая значимость данной работы заключается в обосновании понятия бытия во фразеологии. Практическая значимость определяется возможностью применения ее результатов на практических занятиях по английскому языку.

    Скачать:

    ВложениеРазмер
    Microsoft Office document icon vvedenie.doc614 КБ

    Предварительный просмотр:

    ВВЕДЕНИЕ

    Каждый человек принадлежит к определенной национальной культуре, включающей национальные традиции, язык, историю, литературу. Экономические, культурные и научные контакты стран и их народов делают актуальными темы, связанные с исследованием межкультурных коммуникаций, взаимодействия и взаимовлияния языков и культур, изучением языковой личности.

    Э.Сепир писал: «Язык - это путеводитель, приобретающий все большую значимость в качестве руководящего начала в научном изучении культуры» (Сепир, 1995,437).

    В действительности язык играет активную роль, воспроизводя логическую мысленную картину мира, внося в нее своеобразные коррективы, накладывая на понимание свой след. В сознании появляется, наряду с определенной системой мыслей, отражающей картину мира, лингвистическая картина мира, сопутствующая первой, но не всегда полностью ей соответствующая. Эта лингвистическая картина мира варьируется от языка к языку. Поэтому механизм языкового выражения в действительности не может быть единым для всех языков.

    Лингвокультурология - одно из ведущих направлений лингвистических исследований на современном этапе развития научного познания. Предпосылки к появлению науки культурологии были заложены еще в трудах В.фон Гумбольдта и А.А.Потебни. С переходом лингвистики из соссюровского «языка для себя» в антропологическое пространство изучения языка ученые пришли к необходимости проведения лингвокультурологических исследований.

    В теории фразеологии также возник термин лингвокультурология, который предполагает рассмотрение фразеологических единиц (ФЕ) «в аспекте участия языка в созидании духовной культуры и участия духовной культуры в формировании языка» (Постовалова, 1999, 25).

    Актуальность выбранной темы определяется тем, что данное исследование находится в русле наиболее востребованных направлений лингвистики и социально-гуманитарного знания. В фокусе внимания современного языкознания - пограничные темы, связанные с понятиями, имеющими выход в другие науки. Лингвокультурология - одна из наиболее активно развивающихся отраслей лингвистики, которая изучает связь языка и культуры, связана ввсе с более возрастающим интересом со стороны лингвистики к проблемам взаимодействия языка и культуры сквозь призму фразеологических единиц; недостаточной изученностью с точки зрения лингвистики (в частности фразеологии) психических, психологических, поведенческих процессов, существующих в обществе.

    Теоретической и методической базой исследования послужили труды отечественных и зарубежных лингвистов в области теории фразеологии, психологии, истории, лингвокультурологии, социологии и философии.

     Теоретическая значимость данной работы заключается в обосновании понятия бытия во фразеологии как категории лингвокультурологии, в определении периодов бытия с философской точки зрения, в раскрытии понятия онтологии и классификации бытия через призму фразеологических единиц, соответствующих определенной категории.

    Практическая значимость данной работы определяется возможностью применения ее результатов в разработке общих и специальных курсов по межкультурной коммуникации, фразеологии, а также на практических занятиях по английскому языку.

    Структура работы: методическая разработка состоит из введения, двух глав, заключения и библиографического списка                                                                                                                                                                                                                              

    Первая  глава посвящена теоретическим подходам к определению понятий «фразеологизмы», внутренней форме фразеологизмов, национально – культурной специфике во фразеологии, способам образования и классификации ФЕ, проблемам взаимовлияния языка и культуры, описывается структура значения ФЕ.

    Во второй главе основное внимание уделяется проблеме определения бытия, раскрывается философский смысл проблемы бытия, ее законы и категории и осуществляется лингвокультурный анализ ФЕ, отражающих свою коммуникативную особенность в различных категориях бытия.

    1. Фразеологические единицы в современном английском языке

    1.1. Фразеология как лингвистическая наука

    Фразеология — это наука о ФЕ (фразеологических единицах), т. е. об устойчивых сочетаниях слов с осложненной семантикой, не образующихся по порождающим структурно-семантическим моделям переменных сочетаний.

    Родоначальником теории фразеологии является швейцарский лингвист французского происхождения Шарль Балли (1865—1947). Ш. Балли впервые систематизировал сочетания слов в своих книгах «Очерк стилистики» и «Фран¬цузская стилистика». Ш. Балли вклю¬чил главу о фразеологии в свои книги по стилистике. В первой книге он выделял четыре группы словосоче¬таний: 1) свободные словосочетания, т. е. сочетания, лишенные устойчивости, распадаю¬щиеся после их образования; 2) привычные сочетания, т. е. словосочетания с относительно свободной связью компонентов, допускающие некоторые изменения; 3) фразеологические ряды, т. е. группы слов, в которых два рядоположных понятия сливаются почти в одно. Устойчивость этих оборотов закрепляется первичным словоупотреблени¬ем. Эти сочетания допускают перегруппировку компонентов; 4) фразеологические единства, т. е. сочетания, в которых слова утратили свое значение и выражают единое неразложимое понятие. Подобные сочетания не допускают перегруппировки компонентов. Таким образом, Ш. Балли различает сочетания слов по степени устойчивости: сочетания, в которых имеется свобода группировки компо¬нентов, и сочетания, лишенные такой свободы. Ш. Балли лишь схематически наметил эти группы, но не дал их сколько-нибудь подробного описания [19, c.3-5].

    В своей более поздней работе «Французская стилисти¬ка» Ш. Балли рассматривает привычные сочетания и фразео¬логические ряды как промежуточные типы словосочетаний и различает лишь две основные группы сочетаний: 1) свободные сочетания, и 2) фразеологические единства, т. е. словосочетания, компоненты которых, постоянно употребляемые в данных сочетаниях для выражения одной и той же мысли, утратили всякое самостоятельное значе¬ние. Все сочетание в целом приобретает новое значение, не равное сумме значений составных частей. Ш. Балли указывает, что такой оборот можно сравнить с химическим соединением, и подчеркивает, что если единство является достаточно употребительным, то, очевидно, в этом случае сочетание равняется простому слову. Ш. Балли ставил фразеологичность словосочетания в зависимость от наличия у него слова-идентификатора. Эти мысли Ш. Балли позднее легли в основу выделения фразеологических сращений и разработки теории эквивалентности фразеологической единицы слову. Со времени Ш. Балли исследование фразеологии шагнуло далеко вперед. Но работа большого ученого, написанная на заре изучения фразеологии, способствовала дальнейшему развитию фразеологических исследований. Таким образом, Шарль Балли ввел термин фразеология в значении «раздел стилистики, изучающий связанные словосочетания» [19, с.7-8].

    Первые работы по английской фразеологии относятся к тридцатым годам. Это были фразеологические справочники и скромные попытки теоретического осмысления материала. Отечественными лингвистами изучены основные структурные типы ФЕ в современном английском языке и их семантические особенности, фразеологическая синонимия и вариантность, вопрос фразеологической деривации, использование ар-тиклей во фразеологических единицах и многие другие проблемы. Большой теоретический и описательный материал по английской фразеологии содержится в книгах по лексикологии.

    Большое значение для теории фразеологии имеет ряд положений, выдвинутых А. И. Смирницким. Важнейшими из них являются: идея о раздельнооформленности фразеологических единиц и цельнооформленности слов [30, с.62]

    Вопрос о фразеологии как лингвистической дисциплине был впервые поставлен выдающимся советским лингвистом проф. Е. Д. Поливановым, который неоднократно возвращался к этому вопросу и утверждал, что лексика изучает индивидуальные лексические значения слов, морфология - формальные значения слов, синтаксис - формальные значения словосочетаний [22, с.63].

    Вопросы о фразеологии как лингвистической дисциплине ставил и В.В. Виноградов [8, с.115-220]. Такое накопление систематизированных фактов – одна из предпосылок создания фразеологии как лингвистической дисциплины.

    Б. А. Ларин был первым ученым после Е. Д. Поливано¬ва и В. В. Виноградова, снова поднявшим вопрос о фразеологии как лингвистической дисциплине - «Фразеология как лингвистическая дисциплина находится еще в стадии «скрытого развития» ... но она еще не оформилась как зрелый плод подготовительных трудов. ...А выделение такой дисциплины нам уже необходимо, ибо всем ясна дилетантская беспомощность, разнобой и безуспешность попутного, случайного разбора этого материала в лексикографии, стилистике, синтаксисе» [24, с. 200 - 201].

    Таким образом, отечественной науке принадлежит приоритет в выделении фразеологии в качестве отдельной лингвистической дисциплины

    1. 2 Способы образования и перевода фразеологических единиц в современном английском языке

    Источники происхождения фразеологизмов в современном английском языке очень разнообразны. По происхождению английские фразеологизмы можно разделить на два класса: исконно английские ФЕ и заимствованные ФЕ. Заимствованные фразеологизмы в свою очередь подразделяются на межъязыковые и внутриязыковые. В особую группу выделяются заимствования в иноязычной форме. А. В. Кунин выделяет четыре группы:

    1) исконно английские ФЕ;

    2) межъязыковые заимствования, то есть ФЕ, заимствованные из иностранных языков путем того или иного вида перевода;

    3) внутриязыковые заимствования, то есть ФЕ, заим твованные из других вариантов, немногочисленны);

    4) ФЕ, заимствованные в иноязычной форме [18, с. 9].

    Каким бы путем не возникали ФЕ, они обязательно должны пройти стадию потенциальной фразеологичности. Потенциальные фразеологизмы, постепенно расширяя сферу своего употребления, становятся ФЕ, приобретая недостающие им элементы фразеологической устойчивости. «Фразеологическая единица никогда не возникает сразу в первый же момент создания и употребления ее материального состава, она всегда результат постепенного становления»- писала Н. Н. Амосова [3, с. 102]. Точно установить, когда именно не потенциальный фразеологизм переходит в ФЕ, не представляется возможным.

    Итак, под фразеологизацией понимается образование ФЕ и устойчивых сочетаний нефразеологического характера в результате постепенного процесса приобретения теми или иными сочетаниями слов всех элементов фразеологической устойчивости или всех элементов устойчивости нефразеологического характера [23, c.1244].

    А.В. Кунин выделяет семь основных типов фразеологизации в зависимости от того языкового материала, который лег в основу будущей ФЕ, предшествуя стадии потенциальной фразеологичности, и способа его фразеологизации с учетом как лингвистических, так и экстралингвистических факторов:

    1) образование ФЕ путем переосмысления переменных сочетаний слов;

    2) образование ФЕ путем переосмысления устойчивых сочетаний нефразеологического характера;

    3) образование ФЕ на основе потенциальных фразеологизмов;

    4) образование ФЕ из авторских оборотов;

    5) образование ФЕ на основе сюжета, но не сочетания слов;

    6) образование ФЕ путем каламбурного обыгрывания омонимов;

    7) образование ФЕ от ФЕ (фразеологическая деривация) [18, с.9].

    Первые шесть типов относятся к первичной фразеологизации, фразеологическая деривация — к вторичной. Процесс фразеологизации в выделенных нами типах образования ФЕ проходит неравномерно.

    Первичная фразеологизация

    I. Образование ФЕ путем переосмысления переменных сочетаний слов

    Самым распространенным типом фразеологизации является полное или частичное переосмысление переменных словосочетаний и предложений, т. е. тот или иной отход от буквального значения их компонентов.

    1. Полное переосмысление переменных словосочетаний

    Примерами ФЕ, возникших в результате полного метафорического или метонимического переосмысления переменных словосочетаний, могут служить: big wig - важная персона (букв. боль¬шой парик); burn one's fingers - обжечься на чем-либо (букв. обжечь свои пальцы).

    2. Частичное переосмысление переменных словосочетаний

    Частичное переосмысление переменных словосочетаний встречается в английском языке значительно реже, чем полное переосмысление. Примерами могут служить обороты: a copy-book maxim - прописная истина (букв. тетрадочный афоризм); death-bed repentance - запоздалое раскаяние (букв. раскаяние на смертном одре). В приведенных ФЕ первый компонент является сложным словом.

    3. Переосмысление переменных предложений

    Помимо переменных словосочетаний, могут также переосмысляться и предложения, например: breakers ahead! - опасность! берегитесь! (букв. впереди буруны); that cock won't fight - этот номер не пройдет (букв. этот петух не будет драться).

    При переходе переменных сочетаний в ФЕ происходит коренная перестройка, как их значения, структуры, так и речевой реализации. Вследствие этого внутренние и внешние фразеологические связи принципиально отличаются от внутренних и внешних связей переменных сочетаний слов.

    II Образование ФЕ путем переосмысления устойчивых сочетаний нефразеологического характера

    Многие ФЕ создаются на основе переосмысления устойчивых сочетаний нефразеологического характера. К ним относятся, например, термины и профессионализмы, употребляющиеся в буквальном значении. Например: go off at half-cock - действовать или говорить поспешно, необдуманно (букв. выстрелить с полгашетки, с полкурка); hold in leash - держать в узде, в повиновений (букв. держать на своре (борзых);

    Для ФЕ, образованных в результате переосмысления устойчивых сочетаний нефразеологического характера, типичен четырехступенчатый процесс развития: а) стадия потенциальной устойчивости нефразеологического характера; б) стадия устойчивости нефразеологического характера; в) стадия потенциальной фразеологической устойчивости; г) стадия фразеологической устойчивости.

    III. Образование ФЕ на основе потенциальных фразеологизмов

    Многие ФЕ образуются, минуя стадию переосмысления переменного сочетания слов или устойчивого сочетания слов нефразеологического характера. Образный характер этих оборотов возникает в результате переосмысления слов, входящих в их состав. У ФЕ, возникших таких образом, была только одна предварительная стадия развития, а именно стадия потенциальной фразеологичности. В первую очередь это относится к ФЕ, в основе которых лежит нереальный образ, порождение фантазии человека.

    1. ФЕ, в основе которых лежит нереальный образ: Enough to make the angels weep - невольно слезы навертываются, хоть кого заставит расплакаться (букв. и ангелов заставит

    расплакаться); one's wings are sprouting - шутл. он (она и т. д.) не от мира сего, это сущий ангел (букв. крылышки пробиваются).

    2. Фразеологические гиперболы и преуменьшения: make a mountain out of a molehill - делать из мухи слона (букв. делать гору из кротовины); split hairs - вдаваться в чрезмерные тонкости.

    Примерами фразеологических преуменьшений являются следующие обороты: a bit of all right - разг. то, что надо; not half - разг. в высшей степени, ужасно, отчаянно.

    3. ФЕ с различной стилистической окраской

    а) шутливые обороты: the clerk of the weather – чиновник по делам погоды (воображаемое должностное лицо, регулирующее погоду); in one’s birthday suit – нагишом (ср.: в чем мать родила);

    б) иронические обороты: a fat lot of - немного, очень мало;have a soul above buttons - считать выполняемую работу ниже своего достоинства;

    в) фамильярные обороты: Has the cat got your tongue? - Вы что, язык проглотили?;

    г) грубые выражения: Damn your eyes! - Черт бы вас побрал!

    4. ФЕ, возникшие в связи с обычаями, традициями, повериями, легендами, историческими фактами

    Подобные обороты также не имеют совпадающих с ними по форме переменных сочетаний слов, и созданы лишь по их грамматическим моделям: beat the air (the wind) - попусту стараться, понапрасну затрачивать энергию, (ср.: говорить на ветер, переливать из пустого в порожнее, толочь воду в ступе); have kissed the Blarney stone - быть льстецом (по преданию каждый, поцеловавший камень, находящийся в замке Бларни в Ирландии, получал дар льстивой речи) [18, c.8-10].

    5. Фразеологические единицы, связанные с именами английских писателей, ученых, королей и др.: according to Cocker— „как по Кокеру", правильно, точно, по всем правилам (Э. Кокер, 1631 —1675, автор английского учебника арифметики, широко распространенного в XVII в.) [22, с.183]; King Charles's head - навязчивая идея, предмет помешательства, „пунктик" (выражение из романа Диккенса «Давид Копперфилд», связанное с увлечением полоумного мистера Дика Карлом I).

    6. Компаративные ФЕ

    Адъективные компаративизмы обычно, а глагольные всегда, являются оборотами с частично переосмысленными компонентами. Первый компонент сравнения, кроме нескольких случаев в составе адъективных компаративизмов, всегда употребляется в своем буквальном значении. Образность словосочетания возникает благодаря тому, что в речи сравнение относится не к тому денотату, т. е. не к тому классу предметов, явлений, лиц, которые обозначают его второй компонент, например, he is as brave as a lion. Образность создается благодаря сравнению человека со львом, но если мы сравним, скажем, львицу со львом, то образность сравнения исчезает. Приведем несколько широко распространенных ФЕ этого типа.

    1) К адъективным компаративизмам относятся обороты типа: (as) black as thunder - мрачнее тучи; (as) bold as brass - нахальный, бесстыжий (ср. медный лоб).

    Целиком образные адъективные компаративизмы в английском языке не встречаются, но имеется несколько многозначных оборотов данного структурного типа, в которых первый компонент употребляется как в буквальном значении, так и в переносном. Вследствие этого в одном значении ФЕ является частично переосмысленной, а в другом - полностью переосмысленной. Примером подобного оборота может служить адъективный компаративизм (as) dead as a doornail:

    а) без каких-либо признаков жизни, бездыханный; «крышка»: Poor fellow, dead as a doornail and never knew what hurt him. (M. Twain. A Connecticut Yankee in King Arthur's Court. Ch. 43.);

    б) превратившийся в мертвую букву, утративший силу, исчезнувший без следа, отживший свой век:

    There's shows we thought dead as a doornail coming to life again. (K. S. Prichard. Winged Seeds. Ch. 38).

    В таких оборотах наблюдается своеобразное сочетание частично образного и целиком образного компаративного значений.

    Все эти ФЕ являются целиком образными оборотами, образующими второй элемент сравнения. Полные сравнения возникают лишь в речи в сочетании с переменными компонентами.

    2) К глагольным компаративизмам относятся обороты типа: drink like a fish - пить запоем, беспробудно пьянствовать; drop somebody (something) like a hot potato - поспешно бросить, избавиться от кого-либо или чего-либо как можно скорее.

    7. Пословицы

    Пословицы, как правило, образуются минуя стадию переменного предложения [18, c.10-12]. Например: a bird in the hand is worth two in the bush – ср. не сули журавля в небе, а дай синицу в руки; a great ship asks deep waters – ср. большому кораблю - большое плавание.

    8. Библеизмы

    Колоссальное влияние на английский язык оказали переводы из библии. В течение столетий Библия была наиболее широко читаемой и цитируемой в Англии книгой. Не только отдельные слова, но и целые идиоматические выражения (часто буквальные переводы древнееврейских и греческих идиомов) вошли в английский язык со страниц Библии. К выражениям, библейское происхождение которых твердо установлено, принадлежат следующие: The apple of Sodom - красивый, но гнилой плод; обманчивый успех;Balm in Gilead - бальзам в Галааде; утеше¬ние, успокоение; [31, c.111].

    9. Заимствования

    Обратимся теперь к идиомам иностранного происхождения. Помимо восточных идиом, взятых из Библии, в английском языке, как и в языках других европейских народов, являющихся наследниками античной культуры, много пословиц, афоризмов и образных выражений, возникших у древних греков и римлян: The Golden Age - золотой век; Pandora's box - ящик Пандоры взяты из греческой мифологии. С гомеровскими поэмами связаны выражения:Penelope's web - тканье Пенелопы; Scylla and Charybdis - между двух огней. Из греческой истории и легенд взяты: to hang by a thread - висеть на волоске; to appeal from Philip drunk to Philip sober - просить кого-либо о пересмотре принятого им необдуманного решении. От философских произведений Платона идут выражения: to hand on the torch - передавать светоч знаний, мудрости;Platonic love - платоническая любовь [31, с.129-130].

    Многие английские фразеологизмы связаны с Древним Римом. Выражения связанные с походами Цезаря: to cross the Rubicon - перейти Рубикон, сделать решающий шаг; the die is cast - жребий брошен. Вергилию принадлежат идиомы: a snake in the grass - коварный, скрытый враг;(to give, throw) a sop to Cerberus - (бросить) подачку Церберу (страшному псу, охраняющему врата в подземное царство); умиротворить взяткой;

    Общая для большинства европейских стран культура средневековья оставила в английском языке много образных выражений и пословиц: a Roland for an Oliver - достойный ответ взято из «Песни о Роланде»; to make a cats paw of - сделать кого-либо своим послушным орудием - из итальянской сказки XV в. [31, c.131-132].

    Фразеологические заимствования из французского языка: appetite comes with eating - аппетит приходит во время еды, (фр. 1'appétit vient en mangeant; выражение впервые встречается в сочинении «О причинах» (1515) Жерома д'Анже, епископа города Ле Ман; популяризовано Франсуа Рабле в «Гаргантюа»); Buridan's ass - буриданов осел (о человеке, не решающемся сделать выбор между двумя равноценными предметами, равносиль¬ными решениями и т.п.). От фр. j'âne de Buridan. Французскому философу XIV в. Буридану приписывается рассказ об осле, умершем от голода, так как он не решался сделать выбор между двумя одинаковыми охапками сена.

    Фразеологические заимствования из немецкого язы¬ка немногочисленны: blood and iron - железо и кровь, беспощадное применение силы (нем. Blut und Eisen - принцип политики

    Бисмарка, стремившегося объединить Германию силой прусского оружия); the mailed fist -„бронированный кулак", военная сила (нем. gepanzerte Faust) [6, с.59].

    В английском языке имеется всего несколько фразеологизмов, заимствованных из испанского языка: blue blood - голубая кровь, аристократическое происхождение (исп. sangre azul - голубая кровь); the fifth column - пятая колонна, тайные пособники врага (исп quinta columna - пятая колонна); the knight of the Rueful Countenance (книжн.) - рыцарь Печального Образа, Дон Кихот (исп. el Caballero de la triste figura. Так назвал Дон Кихота его оруженосец Санчо Панса) [18, с. 9-10].

    IV. Образование ФЕ из авторских оборотов

    Многие ФЕ в современном английском языке восходят к авторским оборотам. Природу авторских оборотов нельзя считать окончательно установленной. Они являются единицами индивидуальной авторской речи и обладают рядом свойств, отличающих их как от ФЕ, так и от переменных сочетаний слов. Приведем примеры авторских оборотов. Оборот not to let one's left hand know what one's right hand does пришел из библии. В современном английском он имеет значение левая рука не ведает, что делает правая. В библии оборот употребляется в положительном смысле. В современном языке он переосмыслен и является ФЕ с отрицательной оценкой.

    Wheels within wheels - переплетение интересов, влияний или интриг, запутанное положение. Этот фразеологизм произошел от библейского выражения ... a wheel in the iddle of a wheel (Ezekiel. I, 16). Наряду с изменением числа, в данном случае наблюдается и изменение лексического состава библейского оборота.

    V. Образование ФЕ на основе сюжета, но не сочетания слов

    ФЕ могут возникать на основе того или иного сюжета, в частности библейского, а не сочетания слов. Примером может служить следующий оборот: a doubting Thomas - Фома неверный (неверующий).Выражение взято из евангельской легенды о том, как один из апостолов, Фома, когда ему рассказали о воскресении распятого Христа, не поверил этому.

    VI. Образование ФЕ путем каламбурного обыгрывания омонимов

    В английском языке имеется небольшое число ФЕ, основанных на игре слов. Они встречаются главным образом среди адъективных сравнений и являются каламбурными сочетаниями, построеными на обыгрывании омонимов. Например: (as) cross as two sticks - в плохом настроении, не в духе, не на шутку рассерженный (ср.: зол, как черт). В этой ФЕ мы имеем игру слов, основанную на двух омонимах: а) cross - не в духе, сердитый; б) cross – перекрещивающийся.

    Фторичная фразеологизация

    VII. Образование ФЕ от ФЕ (Фразеологическая деривация)

    Одним из способов образования фразеологизмов является выделение ФЕ - словосочетаний из состава более сложных фразеологизмов, как словосочетаний, так и предложений. Вновь образованная ФЕ начинает жить самостоятельно, но ее значение и тип переосмысления определяются семантикой исходного фразеологизма. Так, немотивированный характер ФЕ the grey mare - жена, держащая мужа под башмаком, бой-баба объясняется немотивированностью пословицы the grey mare is the better horse - жена верховодит в доме, от которой образовалась эта ФЕ путем обособления начальных компонентов [23, c.1267].

    Новые фразеологизмы могут также образовываться обособлением начальных конечных компонентов более сложного фразеологизма. Например, от пословицы old birds are not to be caught with chaff - старого воробья на мякине не проведешь - образовалось две ФЕ: an оld bird - старый, стреляный воробей и to be caught with chaff - быть легко обманутым.

    К фразеологической деривации относятся:

    1) конверсия: a play with fire - игра с огнем от ФЕ to play with fire - играть с огнем;

    2) образование глагольной ФЕ от пословицы, употребляющейся в повелительном наклонении: to strike while the iron is hot – ковать железо пока горячо - strike while the iron is hot - куй железо пока горячо;

    3) образование по аналогии: curiosity killed a cat - любопытство до добра не доведет от шекспиризма care killed a сat - забота до добра не доведет;

    4)образование по контрасту: to come оff the high horse - перестать важничать от ФЕ be get on или mount или ride a high horse - важничать, высокомерно держаться;

    5) расширение ФЕ: as merry as a grig - жизнерадостый, полный жизни; рад-радешенек от устарелого фразеологизма a merry grig - веселый парень [17, c. 59].

    Таким образом, существует множество путей образования фразеологических единиц. Изучение фразеологизации важно в теоретическом плане, так как только диахронный подход дает представление о факторах, существенных для образования ФЕ, о несовпадающих закономерностях развития ФЕ и слов и об особенностях становления фразеологического значения, а также и в практическом плане, так как способствует сознательному усвоению фразеологизмов.

    Перевод фразеологических выражений с  английского языка на другие языки вызывает определённые трудности  из-за их семантической целостности и усложненности. Дословный (буквальный) перевод фразеологического выражения извращает смысл высказывания, требуется адекватный перенос значения фразеологической единицы на второй язык. Существуют следующие способы перевода фразеологических выражений:

    1) эквивалентный – перевод фразеологической единицы с первого языка фразеологизмом второго языка, совпадающим с ней по смыслу и по структурному составу компонентов. Абсолютно адекватные фразеологические выражения двух языков называются полными (или абсолютными) эквивалентами: to pull chestnuts out of the fire for smb. -таскать каштаны из огня для кого-либо; to stew in one’s own juice - рус. вариться в собственном соку;  wolf in sheep’s clothing  - рус. волк в овечьей шкуре; between two fires - рус. играть с огнём,каз. отпен ойнау; to be born under a lucky star - рус. родиться под счастливой звездой;  to pour oil on the flames - рус. подлить масло в огонь. Неполными (или частичными) эквивалентами являются те фразеологические выражения, которые имеют различия в структурно-грамматическом плане или лексическом, когда один компонент фразеологического выражения английского языка не совпадает с фразеологическим выражением второго языка, но относится к той же тематической группе: like a squirrel in a cage - рус. как белка в колесе (дословно как белка в клетке); to get out of bed on the wrong side - рус. встать с левой ноги.

    2) аналогичный – перевод фразеологического выражения с  первого языка фразеологизмом второго языка, адекватным по содержанию, но различным по структурно-компонентному составу. Например, as stiff as a poker (дословно застывший как кочерга) - рус. словно аршин проглотил; a fly in the ointment (дословно муха в мази) - рус. ложка дёгтя в бочке мёда,; as like as two peas ( дословно похожи как две горошины ) - рус. как две капли воды,  one's in a blue moon (дословно однажды при голубой луне) - рус. когда рак на горе свистнет ; to make a mountain out of a molehill (дословно сделать гору из кротовины) - рус. делать из мухи слона.

    3) описательный - перевод  фразеологического выражения описательно  или одним эквивалентным словом, или группой эквивалентных слов (в том случае, если во втором языке отсутствует фразеологическая единица, соответствующая фразеологической единице первого языка). Например,  a white elephant (дословно белый слон) - рус. обременительное или разорительное имущество; обуза, подарок, от которого не знаешь как избавиться;to knit one’s brows (дословно связать, сращивать чьи-либо брови) - каз. қабақ тию (шiту);  red tape  (дословно красная лента) - волокита, бюрократизм;to fiddle while Rome is burning  (дословно  играть на скрипке в то время когда горит Рим) заниматься пустяками перед лицом серьёзной опасности;ships that pass in the night (дословно корабли, которые проплывают мимо в ночи) – мимолётные встречи;a black sheep (дословно чёрная овца) – позор в семье.

    4) комбинированный перевод – перевод осуществляется сочетанием вышеперечисленных способов. Фразеологическое выражение–аналог и эквивалент плюс описательный перевод. Этот способ применяется в том случае, когда фразеологическая единица второго языка недостаточно полно раскрывает значение фразеологического выражения первого языка. Например, spick and span - рус. с иголочки, элегантный, щегольской;  far cry (дословно далёкий крик) - рус. как небо и земля; большая разница, каз. көкпен жердей; a millstone about smb’s neck (дословно жёрнов  бремя) вокруг чьей- либо шеи) - рус. камень на шее; тяжёлая ответственность;to live on the fat of the land (дословно жить на жирной земле) - рус. кататься как сыр в масле; жить в роскоши, жить припеваючи.

    1. 3 Классификации фразеологических единиц в современном английском языке

    Традиционно английские фразеологизмы классифицируют с точки зрения семантики, происхождения и структуры.

    Одним из видов семантической классификации ФЕ является группировка ФЕ с точки зрения выражаемых ими понятий. Такую классификацию встречаем у ряда зарубежных лингвистов. Так, например, Дж. Л. Апперсон выделяет ФЕ, связанные с понятиями месяц, сезон, солнце, небо, день, дождь, ветер, животное и т. д. Такая классификация оперирует неязыковыми критериями, в связи с чем вряд ли является приемлемой [1, с. 30].

    Весьма большое распространение получила классификация ФЕ акад. В. В. Виноградова, который делит ФЕ на фразеологические сращения, фразеологические единства и фразеологические сочетания.

    1. Фразеологические сращения, или идиомы - немотивированные единицы, выступающие как эквиваленты слов, например, навострить лыжи, спустя рукава, через пень колоду, вот так клюква, как бы не так и др.

    2. Фразеологические единства - мотивированные единицы с единым целостным значением, возникающим из слияния значений лексических компонентов. Фразеологические единства допускают раздвижение компонентов посредством подменного «упаковочного материала и выступают как потенциальные эквиваленты слов», например, держать камень за пазухой, мелко плавать, первый блин комом, плыть против течения и др.

    3. Фразеологические сочетания - обороты, в которых у одного из компонентов фразеологически связанное значение, проявляющееся лишь в связи со строго определенным кругом понятий и их словесных обозначений. При этом для такого ограничения, подчеркивал В. В. Виноградов, как будто нет оснований в логической или вещной природе самих обозначаемых предметов, действий, явлений. Эти ограничения создаются присущими данному языку законами связи словесных значений. Подобные сочетания эквивалентами слов не являются, так как у каждого их компонента различные значения, например, страх берет, тоска берет, зависть берет, смех берет и др. Но нельзя сказать: радость берет, удовольствие берет и т. п. [1, с.21].

    Некоторые языковеды, анализируя определенные типы ФЕ в современном английском языке, видоизменяют эту классификацию. Так, 3. А. Анисимова, рассматривая именные ФЕ типа «прилагательное + существительное» (brown bread), делит их на фразеологические сращения, фразеологические единства и фразеологические единицы классифицирующего характера, т. е. единицы, которые указывают на признаки обозначаемых явлений, отличающие эти явления от им подобных:

    white green fish

    brown bread , dead language

    black liberal education

    Однако при данной классификации одна выделяемая группа не исключается, а как бы накладывается на другую; в основе выделения данных групп лежат различные принципы. Так, выделяя среди анализируемых ею ФЕ фразеологические сращения и ФЕ, 3. А.

    Анисимова исходит из степени семантической слитности исследуемых образований. В основе же выделения ФЕ классифицирующего характера лежат особенности смысловых взаимоотношений компонентов рассматриваемых единиц (один компонент классифицирует другой). В связи со всем этим, данная классификация нам представляется неудачной [3, c. 35].

    А. И. Смирницкий различает ФЕ и идиомы. Фразеологические единицы — это стилистически нейтральные обороты, лишенные метафоричности или потерявшие ее. К фразеологическим единицам А. И. Смирницкий относит обороты типа get up, fall in love и др. Идиомы основаны на переносе значения, на метафоре, ясно сознающейся говорящим. Их характерной чертой является яркая стилистическая окраска, отход от обычного нейтрального стиля, например, take the bulls by the horns - действовать решительно; брать быка за рога; и др. Фразеологические сращения, фразеологические сочетания и фразеологические выражения не входят в классификацию А. И. Смирницкого [30, c.68].

    Ряд исследователей, выделяя в современном английском языке фразеологические сращения, ФЕ и фразеологические сочетания, намечают ряд промежуточных групп. Так, А. В, Кунин выделяет:

    а) промежуточную категорию между фразеологическими сращениями и ФЕ, куда он относит обороты, в которых ведущий компонент мотивирован, а остальные немотивированы: it is raining cats and dogs, to talk through one's hat;

    б) промежуточную категорию между фразеологическими сочетаниями и ФЕ, куда он относит обороты с несвободным значением одного или двух компонентов, одновременно обладающие образным, переносным значением: to beat a retreat, small beer, to run wild [19, с.21].

    Н. Н. Амосова выделяет два типа ФЕ - фраземы и идиомы. Фразема - это единица постоянного контекста, в которой указательный минимум, требуемый для актуализации данного значения семантически реализуемого слова, является единственно возможным, не варьируемым, т. е. постоянным, например, beef tea - крепкий мясной бульон; knit one’s brows - нахмуриться; black frost - мороз без снега и др. Второй компонент является указательным минимумом для первого. [2, с.36].

    Следует отметить, что единичная сочетаемость во многих фраземах является крайне неустойчивой, и они легко переходят в переменные сочетания слов.

    Идиомы, в отличие от фразем - это единицы постоянного контекста, в которых указательный минимум и семантически реализуемый элемент нормально составляют тождество и оба представлены общим лексическим составом словосочетания. Идиомы характеризуются целостным значением, например, red tape - волокита, бюрократизм; play with fire - играть с огнем и т. п. [1, c. 12].

    Весьма распространенной является классификация, рассматривающая ФЕ с точки зрения их этимологии, происхождения. В основном эти классификации сводятся к выделению следующих групп:

    а) ФЕ, которые связаны с предметами, вышедшими из употребления, когда-то существовавшими обычаями, порождены отжившей общественной практикой: to win one's spurs, baker's dozen, to dance attendance, to show the feather, to cut off with a shilling;

    б) ФЕ, возникшие в определенной социальной, профессиональной среде, а затем ставшие общеупотребительными: to open fire, to die in harness, to stick to one guns (военное дело), to sail under false colours, to take in sail (морское дело), to gild the pill (медицина), to hit below the belt, to take the ball before the bound (спорт);

    в) ФЕ, пришедшие из фольклора, античной мифологии, библии, произведений отдельных авторов: to bell the cat (фольклор), to lift the lid of Pandora's box (античная мифология), fatted calf (библия);

    г) заимствования из иностранных языков, обычно существующие в форме калек: to swim against the current, to lay down arms (из французского языка), to render the rose, Attic salt (из латыни).

    Недостатком такой классификации является то, что в основе выделения групп лежат различные принципы, в связи с чем одно и то же выражение может быть включено во все выделяемые две или три группы. Например, образование baker's dozen, to win one's spurs можно включить в первую и вторую группы; to lay down arms - во вторую и четвертую [1, с.31-32].

    Весьма распространенной в настоящее время является классификация ФЕ, в основе которой лежит выделение лексико-грамматического центра или стержневого слова в словосочетании, т. е. слова, которое подчиняет все другие слова, составляющие ФЕ.

    Проф. А. И. Смирницкий, исходя из количества стержневых слов, которые он называл семантическими вершинами, делил все ФЕ на слитные речения, характеризующиеся наличием одного стержневого слова и устойчивые сочетания, в которые входят два и более стержневых слова. Среди слитных речений проф. А. И. Смирницкий, исходя из их морфологического состава, выделял три подгруппы:

    1) Атрибутивно-именную: high treason, apple of discord;

    2) Глагольно-адвербиальную: to give up, to make out;

    3) Предложно-именную: by heart, at hand.

    Устойчивые сочетания, по классификации А. И. Смирницкого, также распадаются на ряд групп:

    1) Глагольно-именная: to go to bed;

    2) Предложно-именная: face to face;

    3) Фразовые сочетания, т. е. сочетания, обладающие предикативно-стью, куда относятся пословицы: Every cloud has a silver lining [30, с.68-70].

    Нечетким в данной классификации является понятие «стержневое слово» или «семантическая вершина»; неясно, идет ли речь о грамматическом (синтаксическом) или смысловом центре сочетания.

    Вряд ли правомерно также объединять в пределах одной и той же группы «устойчивых сочетаний» столь качественно различные единицы, как словосочетания (to go to bed, face to face) и пословицы и поговорки - целые предложения, которые никак нельзя считать составной частью словарного состава языка,

    Структурную классификацию в различных вариантах мы встречаем в работах отечественных языковедов Б. Т. Лазаревой, П. П. Калинина, В. Л. Дашевской, М. Н. Никифоровой и др.

    Ряд исследователей в своих классификациях исходит из характера синтаксических связей компонентов ФЕ. Так, например, Т. А. Барабаш вслед за В. П. Сухотиным [32, c.32] и рядом других исследователей, предлагая считать особенности синтаксических взаимоотношений компонентов фразеологических единиц их «внутренней формой» в отличие от их «внешней формы» - отношения данных сочетаний к другим словам и словосочетаниям в составе предложения, - намечает следующие группы:

    а) сочетание глагола с прямым дополнением: gild the pill;

    б) сочетание глагола с предложным дополнением: to catch at a straw;

    в) сочетание глагола с прямым и предложным дополнением: one stone;

    г) сочетание глагола с прямым и косвенным дополнением: to give the horse the reins;

    д) сочетание глагола с обстоятельством: to sit on thorns;

    е) сочетание глагола с обстоятельством и дополнением: to build castles in the air;

    ж) сочетание глагола с обстоятельством и двумя дополнениями, прчем в каждой группе она выделяет простые сочетания типа to kiss the rod и сложные, полученные путем распространения дополнения или обстоятельства, типа to burn one's fingers.

    Такая классификация позволяет установить распространенность того или иного синтаксического типа сочетаний внутри определенной группы фразеологических единиц.

    Некоторые исследователи предлагают в своих классификациях рассматривать фразеологические единицы с точки зрения их синтаксической функции в предложении, т. е. выясняют, какие типы ФЕ могут выступать в качестве подлежащего, дополнения,

    определения, сказуемого и т. д. Так, например, Б. Т. Лазарева устанавливает, что глагольные фразеологические сращения выполняют в предложении следующие функции:

    а) сказуемого: I shall be in Coventry in a few week's time;

    б) дополнения: the North and West Chicago Street Railways would be obliged to pay through the nose;

    в) определения: ... blackmail, I suppose, an honest man paying through the nose for some pf the capers of his youth;

    г) обстоятельства: Common talk in the village but quite enough to cook their goose here.

    Именные фразовые сращения с именем существительным в роли главного слова выступают в следующих функциях:

    а) подлежащего:

    . . . street Arabs are produced by slum and not by original sins;

    б) предикатива составного именного сказуемого:

    I'd been cock of the walk in the old grammar;

    в) дополнения прямого или предложного:

    I don't know anything about a white elephant;

    г) определения: After ceaseless ridicule of red-tape …;

    д) обстоятельства: . . . and we must do it by hook or by crook.

    Именные фразовые сращения с именем прилагательным в роли главного слова выступают в функции предикатива составного именного сказуемого:

    . . . Old Morley was as dead as a door-nail.

    Наречные фразовые сращения выполняют в предложении функции обстоятельства образа действия, места или времени: He smokes a miserable cigarette once in a blue moon.

    Фразовые сращения-междометия выступают как независимые члены предложения: Great guns, what are you made up for!

    Это, по существу, классификация не самих ФЕ, а их функций в предложении. Она позволяет выяснить, в каких синтакси¬ческих функциях могут выступать ФЕ, соответст¬вующие какой-либо части речи.

    Как уже упоминалось выше, в современном английском языке к ФЕ, наряду с непредикативными сочетаниями слов, относятся и предикативные сочетания - предложения. К таким образованиям принадлежат пословицы: Every cloud has a silver lining; Make hay while the sun shines; Fool's haste is no speed.

    Пословицы обычно имеют дидактический характер, содержат поучение, совет. В отличие от ФЕ иных типов, они могут быть образованиями, в которых все компоненты выступают в своих пря¬мых свободных значениях: Charity begins at home; A friend in need is a friend indeed; No man is wise at all times.

    Пословицы могут представлять собой как простые, так и сложные предложения:

    A bird in the hand is worth two in the bush (простое);

    As you make your bed, so must you lie on it (сложное).

    Пословицы часто выступают в виде повелительных предложений: First catch your hare then cook him; Strike the iron while it is hot;Don't count your chickens before they are hatched.

    Встречаются также и вопросительные предложения: What will Mrs. Grundy say?

    Как уже было указано, пословицы, будучи предложениями, качественно отличны от ФЕ-словосочетаний и не являются единицами словарного состава. Однако на базе пословиц возник целый ряд ФЕ-словосочетаний.

    Так, например, ряд ФЕ возник в результате сокращения пословиц, обособления начальных компонентов:

    to grasp the nettle (or grasp the nettle and it won't sting you);

    обособления серединных компонентов:

    a black sheep (от there is a black sheep in every flock);

    обособления конечных компонентов:

    a silver lining (от every cloud has a silver lining) [1, с.30-35].

    Н. Н. Амосова выделила частично предикативные фразеологизмы - обороты, в которых содержится граммати¬чески ведущий член - антецедент и зависящая от него предикативная единица. При этом такая структура выступает как присущее данному фразеологизму формальное свойство, а не результат каких-либо синтаксических его преобразований, например, fiddle while Rome is burning - заниматься пустяками перед лицом серьезной опасности; ships that pass in the night - мимолетные встречи и т. п.

    Устойчивые обороты с цельнопредикативной структу¬рой (пословицы и поговорки) Н. Н. Амосова в состав фразеологии не включает [2, с.69].

    Значение ФЕ находится в определенных отношениях к значениям составляющих ее компонентов, т. е. обладает той или иной степенью мотивированности. Поэтому классификация значений ФЕ с семантической точки зрения должна быть построена на основе выделения нескольких кардинальных типов мотивированности. Такая классификация в какой-то мере отразит существующее деление ФЕ на сочетания, единства и сращения, но не совпадет с ним, так как, во-первых, типы ФЕ характеризуются не только степенью идиоматичности, но и рядом структурных особенностей, т. е. выделяются не на чисто семантической осно¬ве, и так как, во-вторых, это деление применимо, в основном, к однозначным и лишь некоторым типам многозначных фразеологических единиц. Подавляющее большинство очень многочисленных в английском языке полисемичных ФЕ не укладывается в его рамки, так как один и тот же оборот в разных значениях должен быть признан (с этой точки зрения) различными лексическими единицами (сочетанием, единством, сращением). Так, right and left имеет три значения: справа и слева (сочетание?); отовсюду (единство?); безжалостно (сращение?). High and dry тоже имеет три значения: вытащенный на берег (о суд¬не) (единство?); покинутый в беде (сращение?); отсталый (сращение?).

    Итак, по крайней мере, для английского языка, ФЕ которого свойственна многозначность, выделение типов значений с точки зрения их мотивированности, представляется весьма существенным.

    Естественно различать три основных типа: полностью мотивированные (в дальнейшем для краткости будем называть их мотивированными), образно-мотивированные (образные) и немотивированные значения.

    В зависимости от соотношения значений компонентов и значения целого каждый из этих трех основных типов может быть подразделен на ряд разновидностей. Так, мотивированные значения могут быть образованы свободными значениями компонентов ФЕ, например: to tell a lie (сказать ложь), to say the truth (сказать правду), young man (молодой человек) и т.д. С другой стороны, мотивированные значения могут быть образованы фразеологически связанным значением одного из компонентов, например: to call attention (привлекать внимание), to take into account (принимать в расчет) и т. д. (во фразеологически связанном значении употребляются первые компоненты); beast of pray (хищник), bird of passage (перелетная птица) и т. д. (во фразеологически связанном значении употребляются вторые компоненты) [4, с. 18].

    К образным единицам относятся сочетания с переносным значением, являющимся мотивированным с точки зрения современного английского языка. Обычно это так называемые ФЕ - second string, rough diamond и т. д.

    Образные ФЕ подразделяются на обороты, обладающие переносным значением в целом: tower of strength, wet blanket, skeleton at the feast, light purse, to give a finishing touch, to break the ice и соединения с отдельными образными компонентами: a man of the pen, wild train, Fleet marriage, to swallow an insult, as sound as a bell, to buy for an old song.

    Образный перенос может быть либо метафорическим: a hard pill to swallow, behind thescenes, to fall into a trap, in the lion's paws, a drop in the ocean;либо метонимическими: a fall of the hammer, white collar, to count noses, blue apron, old salt [1, c.29].

    ФЕ могут быть образными в своих исходных, первичных значениях и в производных, вторичных значениях. Первично - образные значения ФЕ возникают на основе переносного употребления свободных словосочетаний, например, to put a finger on –

    дотронуться (свободное словосочетание положить палец на), on the wing - на лету (свободное словосочетание на крыле), on the cards - возможно (букв. на картах), hot air - болтовня (букв. горячий воздух) и т. д. Вторично-образные значения возникают на основе мотивированных и первично образных значений ФЕ, например, to put a finger on - указать (первично-образное дотронуться), to lay hands on - захватить, достать, иметь в распоряжении к пр. (первично-образное взять), to take possession on - овладеть чувствами (мотивированное взять), on the wing - на ходу (первично-образное на лету), dark horse - темная, малоизвестная личность (мотивиро¬ванное — темная лошадка) [4, с.18].

    К необразным ФЕ относятся также сочетания, когда-то бывшие образными, переносное значение которых не ощущается с точки зрения современного английского языка (фразеологические сращения). Например, выражение to keep on tenterhooks - держать в состоянии душевного напряжения связано с обычаем, существовавшим в среде ткачей, туго натягивать ткань на раму и прикреплять ее крючками, чтобы она лучше высыхала. Другой пример: White elephant — обременительное или разорительное имущество, обуза, подарок, от которого не знаешь, как избавиться (Король Сиама, желая разорить кого-либо из своих подданных, дарил ему священного белого слона, содержание которого обходилось очень дорого) [1, с. 29]. Необразные ФЕ весьма распространены в современном английском языке.

    Немотивированные значения могут быть частично немотивированными и полностью немотивированными. В случае частично немотивированных значений связь образа с понятием на современном этапе развития языка неясна, но в составе фразеологической единицы имеется компонент, значение которого в какой-то степени соответствует значению фразеологической единицы, например, to win the day - одержать победу (при to win - победить), to pay through the nose - платить щедро (при to pay - платить) и т. д. Понятие полностью немотивированных значений не требует пояснений, ср. to kick the bucket - умереть, to put the wind up — испугать, white elephant — обременительное имущество. [4, c.18].

    Итак, на основании проведенного исследования мы приходим к выводу, что фразеология на современном этапе выступает как самостоятельная языковедческая дисциплина наравне с лексикологией и стилистикой, так как имеет свою область исследовании и методы исследования. Фразеология изучает способы и средства фразеологизации, закономерности, действующие при образовании ФЕ; их функционирование в языке; связь фразеологизмов с другими аспектами (лексикологией, стилистикой, историей языка и т.д.)

    Выяснение особенностей ФЕ в современном английском языке привлекло усиленное внимание языковедов. ФЕ исследовались с различных сторон: с точки зрения установления критерия ФЕ, ее границ, семантических и структурных особенностей, с точки зрения происхождения ФЕ и т. д. В результате проведенных исследований ими выявлен целый ряд особенностей ФЕ, в зависимости от которых они классифицируются в современном английском языке.

    1.4 Внутренняя форма ФЕ

    Общеизвестно, что понятием «внутренняя форма» наша наука обязана лингвистической концепции В. фон Гумбольта, который считает внутреннюю форму явлением многогранным, вытекающим из духа народа или национальной духовной силы. Подобное определение внутренней формы получило в дальнейшем различные толкования. Прежде всего, возникло противопоставление внутренней формы языка внутренней форме языковых единиц, причем внутренняя форма языковых единиц понимается резными лингвистами по-разному. Одни ученые [Потебня, 1958; Гвоздарев, 1977] определяют внутреннюю форму как ближайшее этимологическое значение языковых единиц, другие [Гак, 1977] считают внутренней формой «контрастный признак, связывающий название с его источником» [Гак, 1977: 46]. По словам В.В. Виноградова, «внутренняя форма слова, образ, лежащий в основе значения и употребления слова, может уменьшиться только на фоне той материальной и духовной культуры, той системы языка, в контексте которой

    возникло или преобразовалось данное слово или сочетание слов» [Виноградов,1972:17-18].

    Под внутренней формой фразеологической единицы принято понимать «...диахроническую связь фразеологического значения оборота и его этимологию»[Кунин,1974:42].

    Структура фразеологизма имеет план содержания и план выражения. План содержания - образ, хранящийся в памяти и составляющий внутреннюю форму (ВФ) фразеологизма. А план выражения - «акустически - графический «след» фразеологизма, отраженный в сознании. Фразеологизм возникает вместе с некоторой ситуацией. За ней закрепляется содержание, которое затем переосмысливается, то есть формируется образ ФЕ на основе первичных значений слов в прототипной ситуации. Именно эти первичные слова оставляют в образе свой след (план выражения). Так возникает внутренняя форма, в которой содержится основная информация [Прохорова, 1986. Внутренняя форма делает значение слова мотивированным, но эта обусловленность не является полной. А.А. Потебня, который ввел понятие «внутренняя форма» в отечественную лингвистику в 1982, определяет ВФ как ближайшее этимологическое значение. Таким образом, ВФ - это осознаваемый говорящим способ выражения значения в слове, который в разных языках представлен по - разному [Потебня, 2000].

    Согласно В.А. Масловой, сначала в мире возникает некая прототипная ситуация, то есть ситуация, соответствующая буквальному значению фразеологизма, например, человек, поскользнувшись, сел на калошу. За ней закрепляется содержание, которое затем переосмысливается, то есть формируется образ фразеологической единицы на основе первичных значений слов в прототипной ситуации. Именно эти первичные слова оставляют в образе свой след. Так возникает внутренняя форма (ВФ), в которой и содержится основная информация, связанная с культурой. Культурную информацию можно получить из ВФ фразеологизма, ибо в ней наличествуют «следы» культуры - мифы, архетипы, обычаи и традиции, отраженные исторические события и элементы материальной культуры [Маслова, 2004: 87].

    Итак, внутренняя форма направлена на воссоздание некоторой существенной связи для цели вторичной номинации или передачи системы связей (целостной ситуации), она также способствует возникновению в сознании ассоциативных связей. Кроме того, типизированная ситуация, выражаемая внутренней формой, несет в себе «определенную целостную ориентацию, закрепленную за ней над индивидуальным сознанием предшествующих поколений, выработанную общественной практикой в процессе исторического развития данного общества» [Латина, 1991: 137]. Внутренняя форма - явление многогранное, вытекающее из духа народа или национальной духовной силы.

    1.5 Национально-культурная специфика во фразеологии

    Тема национально-культурной специфики является достаточно традиционной для исследований в области фразеологии. На протяжении многих лет в работах по фразеологии (в особенности, если они выполнялись в рамках традиционного языкознания) утверждалось, что ФЕ представляют собой национально - специфические единицы языка, аккумулирующие культурный потенциал народа. Эта тема изучалась такими учеными, как Вербицкая, Телия, Маслова, Добровольский и т. д.[Вербицкая, 1996; Телия, 1996; Маслова, 2004; Добровольский, 1997].

    В.Н. Телия пишет, что фразеологический состав языка «зеркало», в котором лингвокультурная общность идентифицирует свое национальное самосознание, именно фразеологизмы навязывают носителям языка особое видение мира, ситуаций.

    Разные языковые сообщества, пользуясь разными инструментами концептообразования, формируют различные картины мира, являющиеся по сути основанием национальных культур.

    В.А.Маслова отмечает, что истинными хранителями культуры являются тексты. Не язык, а текст отображает духовный мир человека. Именно текст напрямую связан с культурой, ибо он пронизан множеством культурных кодов, именно текст хранит информацию об истории, этнографии, национальной психологии, национальном поведении, то есть обо всем, что составляет содержание культуры. Текст - набор специфических сигналов, которые автоматически вызывают у читателя, воспитанного в традициях данной культуры, не только непосредственные ассоциации, но и большое количество косвенных. В свою очередь, правила построения текста зависят от контекста культуры, в котором он возникает. Текст созидается из языковых единиц низших уровней, которые при соответствующем подборе могут усилить культурный сигнал. Именно такими единицами в первую очередь и являются фразеологизмы [Маслова, 2004].

    В.А.Маслова считает, что: «фразеологические единицы (ФЕ), отражая в своей семантике длительный процесс развития культуры народа, фиксируют и передают от поколения к поколению культурные установки и стереотипы, эталоны и архетипы» [Маслова, 2004: 82].

    При рассмотрении фразеологии Маслова выдвинула следующие гипотезы:

    1. в большинстве фразеологизмов есть «следы» национальной культуры, которые должны быть выявлены;

    2. культурная информация хранится во внутренней форме ФЕ, которая, являясь образным представлением о мире, придает фразеологизму культурно-национальный колорит;

    3. главное при выявлении культурно-национальной специфики - вскрыть культурно-национальную коннотацию.

    «Фразеология есть фрагмент языковой картины мира. Фразеологические единицы всегда обращены на субъекта, то есть возникают они не столько для того, чтобы описывать мир, сколько для того, чтобы его интерпретировать, оценивать и выражать к нему субъективное отношение» [Маслова, 2004: 84].

    При исследовании национальной специфики Д.О. Добровольский выделяет два подхода. Первый подход называется сравнительным, при котором национально-культурная специфика одного языка определяется относительно другого языка. Второй подход - интроспективный, при котором национальная специфика языка рассматривается глазами его носителей, то есть производится самоанализ, самонаблюдение [Добровольский, 1996].

    При сравнительном подходе специфичными признаются все факты языка 1 относительно языка 2, которые представляются нетривиальными с точки зрения традиционной народной культуры из перспективы языка 2 (и соответствующей культуры). При этом не является важным то обстоятельство, что многие из выделяемых в качестве специфических фактов могут иметь место и в других языках (культурах).

    Интроспективный подход основан на представлении о наличии «имманентных» национально-культурных характеристик безотносительно к специфике других языков и культур. Задача исследования формулируется как поиск ответа на вопрос, в чем состоит национальная специфика языка 1 глазами его носителей. Наиболее адекватными исследовательскими приемами в этом случае представляются опрос информантов и различные тесты, направленные на выяснение отношения носителей языка к соответствующим лингвистическим фактам. Так, например, сигналом наличия « имманентной» национальной специфики может быть мнение о неуместности данного высказывания в устах иностранца. При сравнительном анализе одним из важнейших критериев оказывается возводимость установленных межъязыковых различий к специфике соответствующих культур, в то время как интроспективный подход предполагает обращение к интуиции носителей языка, характеризующих некоторые явления как свои и только свои, то есть сугубо национальные. Явления, отобранные в

    качестве специфических на основе сравнительного подхода, могут не только не совпадать с кругом явлений, выделенных на основе интроспективного подхода, но даже не иметь с ним точек соприкосновения [Добровольский, 1996].

    В нашем исследовании мы также будем опираться на первый подход.

    Весьма важным компонентом во фразеологизмах является культурная коннотация. Культурная коннотация фразеологизмов определяется ценностями определенной культуры. Это то, что является специфичным для отдельной нации, культуры. Культурная коннотация возникает как результат интерпретации ассоциативно- образного основания ФЕ через соотнесение его с культурно-национальными стереотипами [Маслова, 2001: 55], в результате чего мы и раскрываем их культурно-национальный смысл и характер ФЕ, конструирующие время и характеризуемые, в зависимости от культурной ценности, как положительные и отрицательные, конструируются в языке с определенной коннотацией. Например, фразеологизм to toil and moil ,где «toil» часто имеет отрицательную коннотацию и ассоциируется с чем-то долгим, медленным, растянутым во времени, и имеет русский эквивалент « тянуть лямку». Таким образом, именно культурная коннотация придает культурно - значимую маркированность ФЕ и даже всему тексту. Средствами передачи этой культурной коннотации, по мнению А. Вежбицкой являются ключевые слова, которые находятся в ценре фразеологизма. Формируя определенные, центральные для некоторой области культуры, свойства и функционируя в данном качестве во фразеологизме, ключевые слова « могут привести нас в сердцевину целого комплекса культурных ценностей и установок» [Вежбицкая, 2001: 38]. Анализируя вышесказанное, мы приходим к тому, что фразеологизмы являются носителями культурно-национальной информации. ФЕ сохраняют и воспроизводят менталитет народа, его культуру.

    Так как фразеологизм связан со стереотипом, то именно фразеологизм является средством выражения этого стереотипа, который связан с определенным представлением или образом, выраженном в данном фразеологизме. В когнитивной лингвистике и этнолингвистике термин стереотип относят к содержательной стороне языка и культуры, то есть понимается как ментальный стереотип, который соотносится с языковой картиной мира. Так, у Е. Бартминского языковая картина мира и языковой стереотип относятся как часть и целое, и языковой стереотип понимается как «суждение или несколько суждений, относящихся к определенному объекту внеязыкового мира, субъективно детерминированное представление предмета, в котором сосуществуют описательные и оценочные признаки и которое является результатом истолкования действительности в рамках социально-выработанных познавательных моделей» [Маслова, 2001: 58]. Языковой стереотип - это не только суждение или несколько суждений, но и любое устойчивое выражение, состоящее из нескольких слов, например, Indian summer - бабье лето, а whole hour - битый час. Употребление таких стереотипов облегчает и упрощает общение, экономя силы коммуникантов. Кроме того, они отражают в своей семантике долгий процесс развития культуры народа, передают национальный характер, исторический и культурный колорит. Мы многое можем узнать о быте, менталитете народа, исходя из внутренней формы лингвистической единицы. То есть ФЕ формируется через стереотип. Но может происходить и обратный процесс, когда стереотип формируется посредством ФЕ. Например, возьмем фразеологизм «горбатого могила исправит». Воспринимая данную структуру, в нашем сознании формируется стереотип, что плохого человека уже не переделаешь, он никогда не исправится.

    Интерпретируя ФЕ на базе соотношения их образных восприятий со стереотипами, отражающими народный менталитет, мы тем самым раскрываем их культурно-национальный смысл и характер, что и является содержанием национально-культурной коннотации.

    Таким образом, отражение стереотипов во фразеологии выражено очень ярко, так как только сообща, соотнося образы с понятиями, смыслом, мы можем выявить культурно-национальную значимость выражения.

    Отметим, что не все фразеологические единицы являются национально-специфичными. Например, выражения, взятые из Библии, распространены во многих странах мира. Такие выражения не являются культурно-специфичными, отражают не национальный характер, а общечеловеческие ценности, нормы морали, поведения в обществе.

    1.6 Национально – культурные особенности и характерные признаки ФЕ

    Проблема взаимодействия языка и культуры не раз попадала в поле зрения лингвистов.

    Языку принадлежит активная социальная роль. Он непосредственно связан с культурой нации, обычаями, традициями, взглядами, вкусами, свойственными представителям данного языкового сообщества, выраженными в виде определенной эмотивной оценочности.

    Фразеологические единицы, являясь особыми речевыми оборотами, хранят в себе и передают сведения о нормах, ценностях, устоях общества, т.е. служат отражением национально-культурного наследия различных стран.

    Таким образом, анализируя национально-культурную семантику ФЕ, мы получаем информацию об истории развития этноса, о существующем менталитете нации, о наличии духовной стороны жизни и т.д.

    В настоящее время в научной литературе существует большое число определений понятия «культура». Необходимость изучения элементов культуры подчеркивалась в работах как отечественных, так и зарубежных ученых (Н.Д.Арутюнова, Г.Д.Гачев, Е.Е.Иванов, Р.Ладо, В.А.Маслова, А.А.Потебня, В.И.Постовалова, В.Н.Телия, В.Н.Топоров, Ю.С.Степанов и

    др.)

    Чтобы отделить научное определение культуры от соответствующего обиходного понятия, нужно противопоставить аксиологическое восприятие слова неаксиологическому. В обиходном языке слово «культура» содержит в своем значении оценочный критерий, например, существуют такие выражения, как «культурный человек» (хорошо) и «некультурный человек» (плохо), «культурный народ» и «некультурный народ» и т.д.

    В науке предопределение подобного подхода связано, прежде всего, с именем Гердера, для которого «культура становится необходимым атрибутом всех народов, независимо от того, какое место они занимают во всемирной истории... Некультурных народов для Гердера не существует» (см. Гердер, 1977).

    По определению Г.Францева, «культура — это совокупность достижений общества в его материальном и духовном развитии, используемых обществом, составляющих культурные традиции» (Францев, 1987, 47).

    Итак, культурой называется социальное явление, представляющее собой совокупность достижений определенной общности людей как в материальном, так и в духовном планах.

    «Культура как в филогенезе, так и в онтогенезе человека играет роль генетической программы..., позволяя ему прижизненно самостоятельно, в известной мере ориентируясь на собственную волю, формировать способности, которыми обладали люди предыдущих поколений, создавшие эту культуру, ставшую для потомков аналогом генетической программы» (Тарасов, 1999, 34).

    Тесная связь фразеологии с национально-культурными традициями языкового коллектива давно доказана.

    Общеизвестно положение о том, что национально-культурное своеобразие изначально проявляется в способах совершения действий, которые целиком зависят от условий жизни народа (всегда специфичных), и формируется вне языка - в системе обычаев, традиций, законов, представленных в качестве норм мышления, поведения, оценки. Знание о

    выработанной системе носит социальный характер, в то же время оно принадлежит к области культурного знания, как организующего этнос в культурное сообщество. Культурное знание отражено в языке, в содержании  его единиц и в том числе в ФЕ.

    В настоящее время во фразеологии как бы сосуществуют по крайней мере шесть классов фразеологизмов, каждый из которых включает в себя либо только «ядро» фразеологического состава — идиомы, либо фразеологизмы с аналитическим типом значения - фразеологические сочетания, которые непосредственно взаимодействуют по своей структуре с единицами лексико-семантической системы языка, либо паремии (пословицы и поговорки), обладающие одновременно и «прямым» и иносказательным значением.

    Некоторые авторы включают в объем фразеологии только два класса — идиомы и фразеологические сочетания, другие — еще и пословицы и поговорки. К этому иногда прибавляют речевые штампы и различного рода клише, а также крылатые выражения.

    Все эти типы единиц объединяются по двум признакам: несколькословность (следовательно - раздельнооформленность) и воспроизводимость.

    «Широкий объем фразеологии можно определить как все то, что воспроизводится в готовом виде, не являясь словом» (Телия, 1998, 58).

    Иными словами, под предметом фразеологии мы понимаем все устойчивые сочетания слов, независимо от их характерологических признаков.

    Многие ФЕ в своей внутренней форме отражают социокультурное своеобразие, вызванное условиями жизни и особенностями исторического развития данного народа. Как указывает В.Н.Телия, «система образов», закрепленных во фразеологическом составе языка, служит своего рода «нишей» для кумуляции мировидения и так или иначе связана с материальной, социальной или духовной культурой данной языковой общности, а потому может свидетельствовать о ее культурно-национальном опыте и традициях» (Телия 1996, 215).

    Так, на наш взгляд, ФЕ следует считать лингвокультурологическими единицами, то есть единицами, во внутренней форме которых отражено мировоззрение того или иного лингвокультурного общества. Миропонимание, запечатленное в образном основании (термин В.Н.Телия) пословиц, поговорок, идиом доносит до современников те коллективные представления, которые складывались в процессах культурного освоения мира тем или иным этносом.

    ФЕ — своего рода «кладезь премудрости» народа, сохраняющий и воспроизводящий менталитет народа, его культуру от поколения к поколению. Фразеология выражает «культурно оязыковленные ментальные структуры» (Телия,1999, 17).

    Во фразеологической единице, говоря словами М.М.Бахтина, реализуются «социально-речевые миры и лица» (Бахтин, 1965, 111), она «населена социальными и историческими голосами, дающими ей конкретный смысл, в котором преломляется исторический облик эпохи» (Кукушкина, 1984, 180).

    Фразеологизмы могут отражать национальную культуру трояким образом.

    1 — комплексно, т.е. своими идиоматическим значением, всеми компонентами вместе, что составляет суть любой ФЕ. Например, русский фразеологизм человек в футляре характеризует трусливого человека. При этом русский человек легко припомнит хорошо известное произведение Чехова, которое отражает традиционные представления о данном качестве души человека. В английском языке существует ФЕ as drunk as a fiddler — пьян как уличный скрипач. В основе данной ФЕ лежит факт реальной действительности: уличные скрипачи, как считалось, всегда были рады любой возможности играть (на ярмарках, палубе судов, поминках) и соглашались на самую низкую оплату своей игры. Оплата, как правило, состояла из слов благодарности и бесплатных спиртных напитков. Даже, если скрипач получал несколько пенсов за свою игру, то, считалось, что вино, которое он мог выпить во время веселья, может компенсировать остальные, невыплаченные ему деньги. Следовательно, уличные скрипачи приобрели репутацию любителей выпить, а эта ФЕ зафиксировала данный факт. Таким образом, именно

    носитель языка опираясь на знание своей национальной культуры, может правильно дешифровать представления, положенные в основу ФЕ.

    2 — национально-культурная специфика отражается расчлененно, т.е. элементами своего состава. Например, русский фразеологизм бить баклуши отражает характерологические черты отношения к безделью, свойственные для русского менталитета, причем само словосочетание бить баклуши будет непонятно носителям другого языка без тщательного объяснения его компонентного состава. Такого же типа существуют ФЕ и в английском языке. Примером может служить фразеологизм nickel nurser — скупец, скряга.

    3 — фразеологизмы отражают народную культуру своими прототипами — свободными словосочетаниями, описывающими определенные обычаи, праздники, подробности быта и культуры и многое другое. Именно к этой группе относится большое количество фразеологизмов, рассказывающих о ремеслах {вить веревки, бить баклуши), о фауне (как с гуся вода, как баран на новые ворота, лучше биться орлом, чем жить зайцем; крокодиловы слезы; hell cat - «распутная женщина», cunning as a fox — «хитрый как лиса», obstinate as a mule — «упрямый, как осел», light as a butterfly — «бездумный, легкомысленный человек).

    Выделяются также фразеологизмы, прототипы которых отражают внешний вид человека, его одежду и обувь {спустя/засучив/засучить рукава, обуть из сапогов в лапти; be pinned to one's wife's apron-strings — «быть пришитым к юбке»). Некоторые, казалось бы, частные подробности повседневного быта могут быть особенно активны: например, в России было распространено производство лыка, так появились следующие ФЕ (не лыком шит, всякое лыко в строку, лыка не вяжет).

    Подобно зеркалу, фразеологизмы отражают детали традиционного «стола» (как об стенку горох, выкидывать/выписывать кренделя; ни рыба, ни мясо; cold biscuit — «холодная женщина», lay the butter on — «грубо льстить», butter-and-egg man — «человек, которого считают богачом и мотом», hard-boiled egg — «черствый человек»).

    Резко национальный характер имеют ФЕ, в состав которых входят имена собственные: Иванушка-дурачок; Лиса Патрикеевна; peeping Тот — «чересчур любопытный человек»; Jack in office — «высокомерный человек»).

    Целый ряд фразеологизмов отражает различные сферы жизни. Например, существуют ФЕ, связанные с делопроизводством Руси (чернильная душа, отложить в долгий ящик)', историческое развитие Англии нашло свое отражение в фразеологизмах: bloated aristocrat — «надменный человек», Dutch courage — «пьяная удаль».

    Таким образом, на рассмотренном материале можно убедиться в том, что многие фразеологизмы содержат яркий национально-культурный компонент в своей семантике. Прототипами фразеологизмов могут служить как обыденная жизнь и ее атрибуты, так и знаменательные события, животный и растительный мир, географические названия и персоналии, различные изменения в жизни общества и т.д. Фразеологические единицы, «конденсируют весь сложный комплекс культуры и психологии данного народа, неповторимый способ его образного мышления» (Ройзензон, 1973, 13).

    Характерные признаки фразеологических единств:

    - яркая образность и вытекающая отсюда возможность совпадения с параллельно существующими словосочетаниями (ср.: to throw dust into smb.’s eyes, to be narrow in the shoulders, to burn one’s fingers, to burn bridges);

    - сохранение семантики отдельных компонентов (to put a spoke in smb.’s wheel);

    - невозможность замены одних компонентов другими (to hold one’s cards close to one’s chest);

    - эмоционально – экспрессивная окрашенность играет решающую роль (to throw dust into smb.’s eyes, to paint the devil blacker than he is);

    - способность вступать в синонимические отношения с отдельными словами или другими фразеологизмами (to gild refined gold = to paint the lily).

    1.7 Фразеологические единицы как средство взаимодействия языка и культуры.

    В современном мире происходят обширные интеграционные процессы, актуальность которых, несомненно, вызывает необходимость сближения и диалога культур, углубления взаимопонимания между обществами, нациями.  

    Язык обслуживает общество и является одним из показателей его развития и совершенства. Созданный человеком язык, как часть его истории, изменяется и эволюционирует по мере развития материальной и духовной жизни человека. Тем самым в языке отражается положительный познавательный опыт народа, ошибки человеческого бытия, жизненные принципы, моральные нормы, нравственные идеалы, восприятие окружающей действительности.

    «Современная лингвистика переживает один из самых глубоких переломных моментов своего развития — переход от лингвистики «имманентной» с ее установкой рассматривать язык «в самом себе и для себя» к лингвистике «антропологической», ориентирующейся на изучение языка в тесной связи с человеком, его сознанием, мышлением и духовно-практической деятельностью» (Постовалова, 1986, 31-32).

    По мнению Ю.Н.Караулова, «нельзя познать сам по себе язык, не выйдя за его пределы, не обратившись к его творцу, носителю, пользователю — к человеку, к конкретной языковой личности» (Караулов, 1987, 139).

    «Именно в языке и благодаря языку человек конституируется как субъект, ибо только язык придает реальность, свою реальность, которая есть свойство быть, - понятию «Эго» - «мое я» (Бенвенист, 1974, 293).

    Национальная самобытность языка получает наиболее яркое и непосредственное проявление во фразеологии, так как она соотнесена прямо с неязыковой действительностью. Выявление собственно национальных свойств семантики ФЕ одного языка может осуществиться только в сопоставлении данной ФЕ с аналогами родного языка. Выделение общих черт облегчает понимание культурно-языковой специфики.

    В современном языкознании взаимная связь языка и культуры не вызывает сомнений. Язык приобретает все большую значимость в качестве руководящего начала в научном изучении культуры.

    Выводы по первой главе

    Как самостоятельная лингвистическая дисциплина фразеология возникла сравнительно недавно. «Предмет и задачи, объем и методы изучения ее еще недостаточно четко определены, не получили полного освещения» (№19 стр. 37). Менее других разработаны вопросы об основных особенностях фразеологизмов по сравнению со свободными словосочетаниями, о классификации фразеологических единиц и соотношении их с частями речи и т. д. У языковедов не сложилось единого мнения о том, что такое фразеологизм, нет, следовательно, и единства взглядов на состав этих единиц в языке. Одни исследователи (Л.П. Смит, В.П. Жуков, В.Н. Телия, Н.М. Шанский и др.) включают в состав фразеологии ее устойчивые сочетания, другие (Н.Н. Амосова, А.М. Бабкин, А.И. Смирницкий и др.) – только определенные группы. Так, некоторые лингвисты (в том числе и академик В.В. Виноградов) не включают в разряд фразеологизмов пословицы, поговорки и крылатые слова, считая, что они по своей семантике и синтаксической структуре отличаются от фразеологических единиц. В.В. Виноградов утверждал: «Пословицы и поговорки имеют структуру предложения и не являются семантическими эквивалентами слов». (№7 стр. 243)

    Фразеология – важнейший компонент любого языка. Это раздел лингвистики, который описывает устойчивые выражения, сложившиеся в языке. Все идиомы, штампы, пословицы и поговорки – это фразеологические единицы. Мы используем их в речи постоянно, даже не замечая этого. Английская фразеология тоже невероятно разнообразна. Англичане используют фразеологию так же часто, как и мы. Зная фразеологию английского языка, вы сможете не только правильно понять собеседника, но и максимально четко выразить свою мысль. Ведь зачастую ничто не может так точно передать смысл, как фразеология. Английская фразеология сильно отличается от русской, и может показаться, что выучить ее невозможно. Это не так. Просто для изучения фразеологии английского языка понадобится больше времени, чем, скажем, для изучения фонетики. Главное – обращать внимание на фразеологизмы английского языка, находить их перевод и использовать в своей речи. Тогда фразеология английского языка медленно, но верно начнет входить в ваш активный словарный запас.Английская фразеология считается сложной по нескольким понятным причинам. Во-первых, многие русские и английские фразеологизмы совершенно не совпадают. Эквивалентов некоторых выражений из фразеологии английского языка просто не существует в русском, и наоборот. Использование и понимание фразеологии английского языка в письменной речи и при чтении – это еще полбеды. У вас под рукой всегда есть словарь английских фразеологизмов, в котором вы сможете найти значение идиоматического выражения. Но как понимать фразеологизмы английского языка в быстрой речи собеседника и как использовать в своей, если вы не знаете эквивалента? Вторая проблема английской фразеологии – чтобы понять и применить фразеологизм, надо его знать.Третья проблема больше касается начинающих учеников, но может постичь и «опытных пользователей» – бывает сложно понять, что данное сочетание слов принадлежит английской фразеологии. Нередко из-за непонимания английских фразеологизмов может возникнуть смешная ситуация. Ведь если переводить фразеологизмы английского языка дословно, можно получить бессмысленную или смешную фразу, не просто не понять, но даже обидеться на собеседника. Но чем дольше вы будете учить английский язык, тем меньше сложностей с фразеологией у вас будет возникать. Знание английских фразеологизмов – дело наживное, главное – постоянная работа и совершенствование вашего любимого английского!

    Глава 2. Что такое бытие и ее классификация          

    2.1 Периоды определения бытия

    Под бытием в самом широком смысле этого слова имеется в виду предельно общее понятие о существовании, о сущем вообще. Бытие и реальность как всеохватывающие понятия — это синонимы. Бытие есть все то, что есть. Это и материальные вещи, это и все процессы (физические, химические, геологические, биологические, социальные, психические, духовные), это их свойства, связи и отношения. Плоды самой буйной фантазии, сказки, мифы, даже бред больного воображения — все это тоже существует как разновидность духовной реальности, как часть бытия. Антитезой бытия является ничто.

    Вопрос понимания бытия и соотношение с сознанием определяет решение основного вопроса философии. Для рассмотрения этого вопроса обратимся к истории развития философии.

    Любое философское рассуждение начинается с понятия о бытии. Вопрос о том, что такое бытие, постоянно присутствует в любом философствовании. Он возник вместе с зарождением философии и будет постоянно сопровождать ее, пока существует мыслящее человечество. Это вечный вопрос. И глубина его содержания неисчерпаема.

    Бытие является философской категорией, обозначающей реальность, существующую объективно, независимо от сознания, воли и эмоций человека. Проблема определения  бытия и соотношения его с сознанием стоит в центре философского мировоззрения.

    Будучи для человека чем-то внешним, преднайденным, бытие налагает определенные ограничения на его деятельность, заставляет соизмерять с ним свои действия. Вместе с тем бытие является источником и условием всех форм жизнедеятельности человека. Бытие представляет не только рамки, границы деятельности, но и объект творчества человека, постоянно изменяющего бытие, сферу возможностей, которую человек в своей деятельности превращает в действительность.

    Истолкование бытия претерпело сложное развитие. Его общей чертой является противоборство материалистического и идеалистического подходов. Первый из них толкует основания бытия как материальные, второй – как идеальные.

    Можно вычленить несколько периодов в трактовке бытия. Первый период – мифологическое истолкование бытия.

    Второй этап связан с рассмотрением бытия “самого по себе” (натуралистическая онтология).

    Третий период начинается с философии И. Канта. Бытие рассматривается как нечто связанное с познавательной и практической деятельностью человека. В ряде направлений современной философии делается попытка переосмыслить онтологический подход к бытию, который исходит уже из анализа человеческого существования.

    Существо развития научного и философского знания заключается в том, что человек все более сознает себя как субъекта всех форм своей деятельности, как творца своей социальной жизни и форм культуры.

    В истории философии первую концепцию бытия дали древнегреческие философы 6 – 4 веков до нашей эры – десократики. Для них бытие совпадает с материальным, неразрушимым и совершенным космосом.

    Одни из них рассматривали бытие как неизменное, единое, неподвижное, тождественное себе. Таковыми были взгляды древнегреческого философа Парменида. Существо его философской позиции заключается в проведении принципиального различия между мышлением и чувственностью, а соответственно и между мыслимым миром и миром чувственно познаваемым. Это было подлинным философским открытием. Мышление и соответствующий ему мыслимый, умопостигаемый мир есть прежде всего “единое” , которое Парменид характеризовал как бытие, вечность и неподвижность, однородность, неделимость и законченность, противопоставляя его становлению и кажущейся текучести. Для богов нет ни прошлого, ни будущего, а существует только настоящее.

    Он дает одну из первых формулировок идеи тождества бытия и мышления: “мыслить и быть есть одно и то же”. “одно и то же мысль и то, на что мысль устремляется”. Такое бытие, по Пармениду, никогда не может быть небытием, поскольку последнее – это нечто слепое и непознаваемое; бытие не может ни происходить из небытия, ни каким-либо образом содержать его в себе.

    Вопреки сложившемуся еще в древности мнению, Парменид вовсе не отрицал чувственного мира, а только доказывал, что для его философского и научного осознания мало одной чувственности. Считая критерием истины разум, он отвергал ощущения из-за их неточности.

    Другие философы древности рассматривали бытие как непрерывно становящееся. Так, Гераклит сформулировал ряд диалектических принципов бытия и познания. Диалектика у Гераклита – концепция непрерывного изменения, становления, которое мыслится в пределах материального космоса и в основном является круговоротом вещественных стихий – огня, воздуха, воды и земли. Здесь выступает у философа знаменитый образ реки, в которую нельзя войти дважды, поскольку в каждый момент она все новая.

    Становление возможно только в виде непрерывного перехода из одной противоположности в другую, в виде единства уже сформировавшихся противоположностей. Так, у Гераклита единны жизнь и смерть, день и ночь, добро и зло. Противоположности пребывают в вечной борьбе, так что “раздор есть отец всего, царь всего” . В понимание диалектики входит и момент относительности (относительность красоты божества, человека и обезьяны, человеческих сил и поступков и т.п.) , хотя он и не упускал из виду того единого и цельного, в пределах которого происходит борьба противоположностей.

    Бытие фиксируется в отношении к небытию, причем противопоставляются бытие по истине, открываемое в философском размышлении, и бытие по мнению, представляющее собой лишь ложную, превратную поверхность вещей.

    Наиболее резко выразил это Платон, который противопоставляет чувственные вещи чистым идеям как “мир истинного бытия”. Душа когда-то была близка богу и “поднявшись, заглядывала в подлинное бытие”. Теперь же отягощенная заботами, “с трудом созерцает сущее”.

    Важнейшей частью философской системы Платона является учение о трех основных онтологических субстанциях (триаде) : “едином” , “уме” и “душе” . Основой всякого бытия является “единое” , которое само по себе лишено каких-либо признаков, не имеет частей, то есть ни начала, ни конца, не занимает какого-либо пространства, не может двигаться, поскольку для движения необходимо изменение, то есть множественность. К бытию не применимы признаки тождества, различия, подобия и т.д. О нем вообще ничего нельзя сказать, оно выше всякого бытия, ощущения, мышления. В этом источнике скрываются не только “идеи” , или “эйдосы” , вещей, то есть их субстанциальные духовные первообразы и принципы, которым Платон приписывает вневременную реальность, но и сами вещи, их становление.

    Красота жизни и реального бытия для Платона выше красоты искусства. Бытие и жизнь есть подражание вечным идеям, а искусство есть подражание бытию и жизни, то есть подражание подражанию.

    Аристотель выявляет типы бытия в соответствии с типами суждений: “оно есть” . Но бытие им понимается как всеобщий предикат, который относится ко всем категориям, но не является родовым понятием. Опираясь на проводимый им принцип взаимосвязи формы и материи, Аристотель преодолевает присущее прежней философии противопоставление сфер бытия, поскольку форма для него есть неотъемлемая характеристика бытия. Однако Аристотель признает также нематериальную форму всех форм (бога)

    Аристотель подверг критике учение Платона об идеях и дал решение вопроса об отношении в бытии общего и единичного. Единичное – то, что существует только “где-либо” и “теперь” , оно чувственно воспринимаемо. Общее – то, что существует в любом месте и в любое время (“повсюду” и “всегда” ) , проявляясь при определенных условиях в

    единичном, через которое оно познается. Общее составляет предмет науки и постигается умом.

    Для объяснения того, что существует, Аристотель принимал 4 причины:

    сущность и суть бытия, в силу которой всякая вещь такова, какова она есть (формальная причина);

    материя и подлежащее (субстрат) – то, из чего что-либо возникает (материальная причина);

    движущая причина, начало движения;

    целевая причина – то, ради чего что-либо осуществляется

    Хотя Аристотель признавал материю одной из первых причин и считал ее некоторой сущностью, он видел в ней только пассивное начало (возможность стать чем-либо), всю же активность приписывал остальным трем причинам, причем сути бытия – форме – приписал вечность и неизменность, а источником всякого движения считал неподвижное, но движущее начало – бога. Бог Аристотеля – “перводвигатель” мира, высшая цель всех развивающихся по собственным законам форм и образований.

    Христианство проводит различие между божественным и сотворенным бытием, между богом и миром, который сотворен им из ничего и поддерживается божественной волей. Человеку предоставлена возможность свободного движения к совершенному, божественному бытию. Христианство развивает античное представление о тождестве бога и совершенства (блага, истины и красоты). Средневековая христианская философия в традициях аристотелизма различает действительное бытие (акт) и возможное бытие (потенция), сущность и существование. Всецело актуально только бытие бога.

    Резкий отход от этой позиции начинается в эпоху Возрождения, когда получил общее признание культ материального бытия, природы, телесного. Эта трансформация, которая выражает новый тип отношения человека к природе, - отношения, обусловленного развитием науки, техники и материального производства, подготовила концепции бытия XVII – XVIII веков. В них бытие рассматривается как реальность, противостоящая человеку, как сущее, осваиваемое человеком в его деятельности. Отсюда возникает трактовка бытия как объекта, противостоящего субъекту как косной реальности, которая подчинена слепым, автоматически действующим законам (например, принципу инерции) и не допускает вмешательства каких-либо внешних сил.

    Исходным в трактовке бытия для всей философии и науки этой эпохи является понятие тела. Это связано с развитием механики – главной науки XVII – XVIII веков. В свою очередь, такое понимание бытия послужило основой естественнонаучного представления о мире в то время. Период классической науки и философии можно охарактеризовать как период натуралистически-объективистских концепций бытия, где природа рассматривается вне отношения к ней человека, как некоторый механизм, действующий сам по себе.

    Относительно понятия субстанции у нидерландского философа бытия Спинозы можно заметить, что это – метафизически переряженная природа в ее оторванности от человека. В этих словах характеризуется одна из особенностей философии этого времени – противопоставление природы человеку, рассмотрение бытия и мышления сугубо натуралистически.

    Спиноза сделал центральным пунктом своей онтологии тождество бога и природы, которую он понимал как единую, вечную и бесконечную субстанцию, исключающую существование какого-либо другого начала, и тем самым – как причину самой себя. Признавая реальность бесконечно многообразных отдельных вещей, он понимал их как совокупность модусов – единичных проявлений единой субстанции.

    Это важная особенность концепций бытия в новое время. Она состоит в том, что для них характерен субстанциальный подход к бытию, когда фиксируются субстанция (неуничтожимый, неизменный субстрат бытия, его предельное основание) и ее акциденции (свойства) , производные от субстанции, преходящие, изменяемые.

    С разными модификациями все эти особенности в понимании бытия обнаруживаются в философских системах Ф. Бэкона, Т. Гоббса, Дж. Локка (Великобритания), Б. Спинозы, у французских материалистов, в физике Р. Декарта.

    Но в метафизике Декарта берет начало иной способ истолкования бытия, при котором бытие определяется на пути рефлективного анализа сознания, то есть анализа самосознания, или же на пути осмысления бытия сквозь призму человеческого существования, бытия культуры, социального бытия.

    Тезис Декарта - “cogito ergo sum” - мыслю, следовательно существую – означает: бытие субъекта постигаемо в акте самопознания.

    Основная черта философского мировоззрения Декарта – дуализм души и тела, “мыслящей” и “протяженной” субстанции. Человек есть реальная связь бездушного и безжизненного телесного механизма с душой, обладающей мышлением и волей. Из всех способностей человеческой души он выдвигал на первое место волю. Главное действие аффектов, или страстей, состоит в том, что они располагают душу к желанию тех вещей, к каким подготовлено тело. Сам бог соединил душу с телом, отличив тем самым человека от животных.

    Декарт видел конечную задачу знания в господстве человека над силами природы, в открытии и изобретении технических средств, в познании причин и действий, в усовершенствовании самой природы человека. Он ищет безусловно достоверное исходное основоположение для всего знания и метод, посредством которого возможно, опираясь на это основоположение, построить столь же достоверное здание всей науки.

    Исходный пункт философских рассуждений Декарта – сомнение в истинности общепризнанного знания, охватывающее все виды знания. Однако, сомнение есть не убеждение агностика, а только предварительный методический прием. Можно сомневаться в том, что существует внешний мир, и даже в том, существует ли мое тело. Но само мое сомнение во всяком случае существует. Сомнение же есть один из актов мышления. Я сомневаюсь, поскольку я мыслю. Если, таким образом, сомнение – достоверный факт, то оно существует лишь поскольку существует мышление, поскольку существую я сам в качестве мыслящего.

    Эти линию развивает немецкий философ Г. Лейбниц, который выводит понятие бытия из внутреннего опыта человека, а крайнего выражения она достигает у английского философа Дж. Беркли, отрицающего существование материального бытия и выдвигающего субъективно-идеалистическое положение “быть – это значит быть в восприятии”.

    Не отрицая существования вещей самих по себе, И. Кант рассматривает бытие не как свойство вещей, а как связку суждения. “…Бытие не есть реальный предикат, иными словами, оно не есть понятие о чем-то таком, что могло бы быть прибавлено к понятию вещи… В логическом применении оно есть лишь связка в суждении” . Прибавляя к понятию характеристику бытия, мы не прибавляем ничего нового к его содержанию.

    Диссертация “О форме и принципах чувственно воспринимаемого и умопостигаемого мира” явилась началом перехода к воззрениям “критического” периода, главными произведениями которого стали “Критика чистого разума” , “Критика практического разума” и “Критика способности суждения” .

    Основу всех трех “Критик” составляет учение Канта о явлениях и о вещах, как они существуют сами по себе, - “вещах в себе” . Познание наше начинается с того, что “вещи в себе” воздействуют на органы внешних чувств и вызывают в нас ощущения. В этой предпосылке своего учения Кант – материалист. Но в учении о формах и границах познания Кант – идеалист и агностик. Он утверждает, будто ни ощущения нашей чувственности, ни понятия и суждения нашего рассудка не могут дать никакого теоретического знания “о вещах в себе”. Вещи эти непознаваемы. Правда, эмпирические знания могут неограниченно расширяться и углубляться, но это ни на йоту не приблизит нас к познанию “вещей в себе”.

    Для И. Фихте подлинным бытие является свободная, чистая деятельность абсолютного Я, а материальное бытие есть продукт этой деятельности. У Фихте впервые в качестве предмета философского анализа выступает бытие культуры, бытие, созданное деятельностью человека.

    В основе философии Фихте лежит убеждение в том, что практически-деятельное отношение к предмету предшествует теоретически-созерцательному отношению к нему. Сознание не дано, а задано, порождает себя. Очевидность его покоится не на созерцании, а на действии, она не усматривается интеллектом, а утверждается волей. Сознай свое Я, создай его актом этого осознания – таково требование Фихте. Этим актом индивид рождает свой дух, свою свободу.

    “От природы” индивид есть нечто непостоянное: его чувственные склонности, побуждения, настроения всегда меняются и зависят от чего-то другого. От этих внешних определений он освобождается в акте самопознания: его самотождественность – “Я есмь Я” – результат свободного действия Я. Самоопределение предстает как требование, задача, к решению которой субъекту суждено вечно стремиться.

    Этот тезис развивает Ф. Шеллинг, согласно которому природа, бытие само по себе есть лишь неразвитый, дремлющий разум. В своем труде “Система трансцендентального идеализма” он отмечает, что “свобода является единственным принципом, к которому здесь все возводится, и в объективном мире мы не усматриваем ничего вне нас существующего, но лишь внутреннюю ограниченность нашей собственной свободы деятельности” .

    В системе Г. Гегеля бытие рассматривается как первая, непосредственная и весьма неопределенная ступень в восхождении духа к самому себе, от абстрактного к конкретному: абсолютный дух лишь на мгновение материализует свою энергию, а в своем дальнейшем движении и деятельности самопознания он снимает, преодолевает отчужденность бытия от идеи и возвращается к самому себе, так как сущность бытия составляет идеальное. Для Гегеля подлинное бытие, совпадающее с абсолютным духом, есть не косная, инертная реальность, а объект деятельности, полный беспокойства, движения и фиксируемый в форме субъекта, то есть деятельно.

    С этим связан и историзм в понимании бытия, который берет свое начало в немецком классическом идеализме. Правда, история и практика здесь оказываются производными от духовной деятельности.

    Установка на рассмотрение бытия как продукта деятельности духа характерна и для философии конца XIX – начала XX веков. При этом по-новому истолковывается само бытие. Основная тенденция в развитии представлений о бытие совпадает с тенденцией развития научного знания, которое преодолевает как натуралистичски-объективистскую трактовку бытия, так и субстанциальный подход к нему. Это выражается, в частности, в широком проникновении в научное мышление таких категорий, как функция, отношение, система и т.д. Это движение науки во многом было подготовлено критикой представлений о бытие как субстанции, осуществленной в гносеологии, например, в работах немецкого философа-неокантианца Э. Кассирера.

    2.2 Философский смысл проблемы бытия. Три аспекта.

    Исходя из предыдущих рассуждений логично вытекает вопрос: почему многие мыслители считали и считают проблему бытия исходной для систематических философских размышлений? Понятно, что раскрыть смысл столь широкой философской проблемы - значит прежде всего выявить какие корни она имеет в реальной жизни человека и человечества, отмечает в своей работе Н. Мотрошилова. Несомненно то, что наша жизнедеятельность опирается на простые и понятные предпосылки, которые мы обычно принимаем без особых сомнений и рассуждений. Самое универсальное из них - естественное убеждение человека в том, что мир есть, имеется "здесь" и "теперь", наличествует. Люди столь же естественным образом рассчитывают и на то, что при всех изменениях в природе и обществе, мир сохраняется как относительно стабильное целое. Проблема бытия возникает тогда, когда такого рода универсальные предпосылки становятся предметом сомнений и раздумий. Простой констатации существования мира "здесь" и "теперь" недостаточно. Возникает вопрос: не существует ли мир "там" и "везде"? обнаруживая существование мира "теперь" философы с необходимостью ставили вопрос о прошлом и будущем. Ответы на вопросы не были однозначными. Одни философы доказывали, что бесконечный мир был всегда, другие утверждали, что мир имеет свое начало и конец в пространстве и во времени. Признание идеи непреходящего существования мира требовало обращения к соотношению такого мира и конечных вещей и человека. Мировоззренческое освоение идей бесконечного и непреходящего существования мира является сложной задачей, так как противоречит непосредственному житейскому опыту человека. Но, именно собственный опыт человека в мире пробуждает раздумья о "вечности и времени", пространственно-временных границах или бесконечности мира. Итак, можно выделить первый аспект проблемы бытия. Корень, смысл проблемы в противоречивом единстве непреходящего бытия природы как целого и приходящего бытия вещей, состояний природы, человеческих существ. Попытки решить данную проблему приводили философов к мысли, что бытие мира как целого неотделимо от бытия в мире всего, что существует.

    Из этого размышления следует второй аспект проблемы бытия, связанный с вопросом о единстве мира. Его можно сформулировать так: мир существует как непреходящее единство вне и независимо от воли и сознания человека. Очевидность существенных различий между вещным и духовным, природой и обществом, между людьми, заставляло человека искать единства. В философии был поставлен вопрос о всеобщем - общим для всего. И это общее для всех было в том, что они "есть", имеются, существуют. Природа, человек, все созданное им, включая его мысли и идеи, общество - равно существуют, наличествуют. Это и есть предпосылка единства мира.

    Как отмечает исследователь Н. Мотрошилова, из этого вытекает третий смысловой аспект философской проблемы бытия: мир вообще (и все, что в нем существует) именно во внутренней и объективной логике существования и развития, то есть реально, предпослан сознанию и действию конкретных индивидов, конкретных поколений людей. Можно сказать, что бытие есть совокупная реальность как она есть для отдельных индивидов и поколений. Отсюда следуют важные выводы: любые вмешательства человека в развитие природы и общества требует тщательного анализа объективных предпосылок, возможностей и тенденций. Следует еще раз подчеркнуть то, что реальностью является не только природное, но и духовное, идеальное. Материализм и идеализм расходятся лишь в понимании различных форм бытия - бытия мира вне человека и человеческого мира, предметно-вещного и духовного.

    Общий вывод: мир в целом и все, что в нем существует, есть действительность, которая имеет внутреннюю логику своего существования, развития и реально предзадана сознанию, действию отдельных индивидов и отдельных людей.

    Нас, людей, как мыслящих существ, естественно интересует вопрос: как возник наш человеческий мир, что ему предшествовало, благодаря чему он стал возможным? реальный мир?

    С середины XVIII в. понятие природы трансформируется в понятие бытия. Экспериментальная наука ищет в философии способ адекватно познавать истину; в то же время философия, по собственному признанию многих философов (таких, например, как Фихте), складывается как “наукоучение”, т.е. как методология и логика науки. Именно разработка философского мышления в виде наукоучения выдвигает в центр философской проблематики категорию бытия. Дело заключается в том, что коль скоро философия становится “учением о науке”, она исходит из того, что вместе с наукой как всеобщей формой знания формируется познающий теоретический разум. Природа в связи с этим как

    бы раскалывается на собственно природу и несобственно природу -- разум; место первой начинает занимать бытие, так или иначе взаимодействующее с мышлением (разумом).

    Почему же особое внимание философов различных направлений привлекло учение о бытии? И как это увязать с поворотом к человеку? Ведь в философии XX века, в отличие от традиционной онтологии, не мир, не природа, а человек становился проблемной точкой отсчета. Философы XX века стали решительно пересматривать внутрифилософские приоритеты прошлого. Они возражали тем представителям классической онтологии, которые отталкивались от самостоятельного бытия мира и от него двигались к пониманию человека, поставленного в зависимость от мира. В таких случаях, говорили они, философия и превращалась в "философию вещей", а человек чаще всего также рассматривался как вещь. Не менее категорическими были возражения против тех направлений классической философии, где на первый план выдвигались логика, гносеология, теория идей: господство "философии идей", утверждали сторонники "новой онтологии", превращает человека в своего рода познавательную машину.

    В противовес классическому онтологизму и гносеологизму представители анализируемых направлений XX века считали необходимым действительно сделать человека центром философии. Ведь сам человек есть, существует, является бытием, притом бытием особым. Философы-классики рассматривали "бытие" как предельно широкое (человеческое) понятие о мире и в то же время считали бытие совершенно независимым от человека. Исключением было учение Канта. В нем философы XX века особенно высоко оценили ту идею, согласно которой мир мы видим исключительно сквозь призму человеческого сознания. Вещи мира, сам мир существуют в себе, совершенно независимо от сознания, но "в себе" они нам, людям, не явлены. Поскольку же мир, вещи и процессы мира являются людям, постольку результаты его осознания уже неотделимы от человека. К этим тезисам Канта, значительно усиливая их субъективистский крен, присоединяются не только феноменологи, экзистенциалисты, персоналисты, но и представители многих других направлений. Однако в отличие от классиков, и даже от Канта, центром "антропологической философии" XX века является не учение о разуме, не гносеология и логика, а онтология. Центром же "новой онтологии" становится не некое изолированное сознание человека, а сознание, точнее, духовное (сознание и бессознательное) , взятое в неразрывном единстве с человеческим бытием. Этот новый смысл и вкладывается в традиционное понятие Dasein (наличное бытие, здесь - бытие), которое становится базовой категорией экзистенциалистской онтологии.

    Итак, путь феноменолога, экзистенциалиста, персоналиста - не путь от Sein, бытия вообще, не от мира как бытия к бытию человека, как это было в классической онтологии. Избирается обратный путь - от человеческого Dasein к миру, как он видится человеку и "выстраивается" вокруг него. Такой подход представляется философам XX века предпочтительным не только с реалистической точки зрения (ведь по-другому, говорят они, человек и не осваивает мир) , но и с точки зрения гуманистической: в центр ставится человек, его активность, возможности свободы, открываемые самим его бытием.

    В ряде философских концепций акцент делается на специфической форме бытия – человеческом существовании.

    Понятие “существование” произошло от латинского existo – существую. В истории философии понятие “существование” употреблялось обычно для обозначения внешнего бытия вещи, которое в отличие от сущности вещи, постигается не мышлением, а опытом.

    Принципиально новый категориальный смысл существование получает у Кьеркегора. Он противопоставляет рационализму понимание существования как человеческого бытия, которое постигается непосредственно. Существование, по Кьеркегору, - единично, личностно, конечно. Конечное существование имеет свою судьбу и обладает историчностью, ибо понятие истории, согласно Кьеркегору, неотделимо от конечности, неповторимости существования, то есть от судьбы.

    В ХХ веке кьеркегоровское понятие существования возрождается в экзистенциализме, где оно занимает центральное место. Существование, то есть экзистенция (отсюда сам термин “экзистенциализм” ) трактуется в экзистенциализме как нечто соотнесенное с трансценденцией, то есть выходом человека за собственные пределы. Непостижимая для мышления связь существования с трансценденцией, его конечность обнаруживаются, согласно экзистенциализму, в факте самого существования. Однако конечность, смертность существования – не просто эмпирический факт прекращения жизни, а начало, определяющее структуру существования, пронизывающее собой всю человеческую жизнь.

    Отсюда характерный для экзистенциализма интерес к так называемым “пограничным ситуациям” – страдание, страх, тревога, вина, в которых выявляется природа существования.

    У немецкого философа Ф. Ницше, например, понятие бытия толкуется как обобщение понятия жизни. Он стремится преодолеть рациональность философского метода. Понятия не выстраиваются у Ницше в систему, а предстают как многозначные символы. Таковы понятия “жизнь” , “воля к власти” , которая есть само по себе бытие в его динамичности, и страсть, и инстинкт самосохранения, и движущая обществом энергия и т.д.

    Еще более резко этот тезис проводится в философии жизни немецкого философа В. Дильтея, для которого подлинное бытие совпадает с целостностью жизни, постигаемой науками о духе.

    Центральным у Дильтея является понятие жизни как способа бытия человека, культурно-исторической реальности. Человек не имеет истории, но сам есть история, которая только и раскрывает, что он такое. От человеческого мира истории Дельтей резко отделяет мир природы. Задача философии, как “науки о духе” – “понять жизнь, исходя и нее самой” . В связи с этим выдвигается метод “понимания” как непосредственное постижение некоторой духовной целостности, целостного переживания. Понимание, родственное интуитивному проникновению в жизнь, он противопоставляет методу “объяснения”, применимому в “науках о природе”, имеющему дело с внешним опытом и связанному с конструирующей деятельностью рассудка. Понимание собственно внутреннего мира достигается с помощью интроспекции, самонаблюдения, понимание чужого мира – путем “вживания”, “сопереживания” , “вчувствования” .

    В качестве исходного выдвигается понятие “жизнь” как некая интуитивно постигаемая целостная реальность, не тождественная ни духу, ни материи. Здесь внимание приковано к индивидуальным формам реализации жизни, ее неповторимым, уникальным культурно-историческим образам.

    Немецкий философ Г. Риккерт, как и все неокантианство, различает чувственно-реальное и ирреальное бытие. Если естествознание имеет дело с реальным бытием, то философия – с миром ценностей, то есть бытие, которое предполагает долженствование.

    Отвергая с позиций неокантианства “вещь в себе” как объективную реальность, Риккерт сводит бытие к сознанию субъекта, понимаемому как всеобщее, безличное сознание. На этой основе решается центральная для теории познания проблема трансцендентного – вопрос о независимой от сознания объективной действительности: данная в познании действительность имманентна сознанию. Вместе с тем существует объективная, независимая от субъекта истина, то есть недоступное познанию трансцендентное. Реальность рассматривается как результат деятельности безличного сознания, конструирующего природу, естествознание, и культуру, науки о культуре.

    Бытие – не ощущаемое, а категориально мыслимое бытие. Пространство и время – не формы чувствительной интуиции, а категории логического мышления. Отсюда – тезис об имманентности бытия сознанию.

    Для феноменологии немецкого мыслителя Э. Гуссерля характерно проведение различия между реальным и идеальным бытием. Первое является внешним, фактическим, временным, а второе – мир чистых сущностей (эйдосов),  обладающих подлинной очевидностью. Задача феноменологии в том, чтобы определить смысл бытия, осуществить редукцию всех натуралистически-объективистских установок и повернуть сознание от индивидуально-фактического бытия к миру сущностей. Бытие коррелятивно акту

    переживания, сознанию, которое интенционально, то есть направлено на бытие, влечется к бытию. Центральным пунктом феноменологии является изучение сопряженности бытия и сознания.

    Претендуя на нейтральную позицию в решении основного вопроса философии, Гуссерль предложил исключить из феноменологии “положения о бытии”. Феноменологическая установка достигается с помощью метода редукции, который включает в себя:

    эйдетическую редукцию, то есть отказ от любых утверждений об объективном существовании бытия, о пространственно-временной его организации, воздержание от любых суждений о реальном бытии и сознании, и трансцендентальную редукцию, то есть исключение всех антропологических, психологических трактовок сознания и поворот к анализу сознания как чистого созерцания сущностей.

    Феноменологическую школу прошли видные философы XX века - один из основателей религиозной (католической) антропологии М. Шелер создатель "критической онтологии" Н. Гартмана. Феноменология оказала большое влияние на многие другие философские направления - экзистенциализм, герменевтику и т.д.

    Немецкий философ Н. Гартман, противопоставляя материальное бытие как преходящее, эмпирическое идеальному бытию как надисторическому, проводит различие между способами их познания. Сообразно этому он понимает онтологию как науку о сущем, которое состоит из различных слоев бытия – неорганического, органического, духовного.

    В концепции немецкого экзистенциалиста М. Хайдеггера критикуется традиционный подход к бытию, основанный на рассмотрении бытия как сущего, субстанции, как чего-то извне данного и противоположного субъекту. Для самого Хайдеггера проблема бытия имеет смысл лишь как проблема человеческого бытия, проблема предельных оснований человеческого существования. Самым важным выражением общечеловеческого способа бытия является страх перед ничто.

    В сочинении “Бытие и время” он ставит вопрос о смысле бытия, который, по его мнению, оказался забытым традиционной европейской философией. Пытаясь строить онтологию на основе гуссерлевской феноменологии, Хайдеггер хочет раскрыть смысл бытия через рассмотрение человеческого бытия, поскольку только человеку изначально свойственно понимание бытия (“открыто” бытие) . Основу человеческого существования составляет его конечность, временность. Поэтому время должно быть рассмотрено как самая существенная характеристика бытия.

    Хайдеггер стремится переосмыслить европейскую философскую традицию, которая рассматривала чистое бытие как нечто вневременное. Причину такого “неподлинного” понимания бытия виделась им в абсолютизации одного из моментов времени - настоящего, “вечного присутствия”, когда подлинная временность как бы распадается, превращаясь в последовательный ряд моментов “теперь”, в физическое время. Основным пороком современной науки, как и европейского миросозерцания вообще, Хайдеггер считает отождествление бытия с сущим, с эмпирическим миром вещей и явлений.

    Переживание временности отождествляется с острым чувством личности. Сосредоточенность на будущем дает личности подлинное существование, тогда как перевес настоящего приводит к тому, что “мир вещей” , мир повседневности заслоняет от человека его конечность.

    Такие понятия, как “страх”, “решимость” , “совесть” , “вина” , “забота” и т.п., выражают духовный опыт личности, чувствующей свою неповторимость, однократность и смертность.

    В дальнейшем на смену им приходят понятия, выражающие реальность не столько личностно-этическую, сколько безличностно-космическую: бытие и ничто, сокрытое и открытое, основа и безосновное, земное и небесное, человеческое и божественное. Теперь Хайдеггер пытается постигнуть самого человека, исходя из “истины бытия”. Анализируя происхождение метафизического способа мышления и мировосприятия в целом, он пытается показать, как метафизика, будучи основой всей европейской жизни, постепенно подготовляет новоевропейскую науку и технику, ставящих своей целью подчинение всего сущего человеку, как она порождает иррелигиозность и весь стиль жизни современного общества, его урбанизацию и омассовление.

    Истоки метафизики восходят к Платону и даже к Пармениду, внесших принцип понимания мышления как созерцания, постоянного присутствия и неподвижного пребывания бытия перед глазами. В противоположность этой традиции Хайдеггер употребляет для характеристики истинного мышления термин “вслушивание”: бытие нельзя видеть, ему можно только внимать. Преодоление метафизического мышления требует возвращения к изначальным, но не реализованным возможностям европейской культуры – к той “досократовской” Греции, которая еще жила “в истине бытия”. Такое возвращение возможно потому, что, хоть и “забытое” , бытие все же живет еще в самом интимном лоне культуры – в языке: “Язык – это дом бытия”.

    При современном отношении к языку как к орудию язык технизируется, становится средством передачи информации и тем самым умирает как подлинная “речь” , как “речение” , “сказание” . Теряется та последняя нить, которая связывала человека и его культуру с бытием, а сам язык становится мертвым. Поэтому задача “прислушивания к языку” рассматривается как всемирно-историческая. Не люди говорят языком, а язык говорит людям и людьми.

    Таким образом, если в первых своих работах Хайдеггер попытался построить философскую систему, то впоследствии он провозгласил невозможность рационального постижения бытия.

    Первоосновой экзистенциалистской онтологии (а одновременно феноменологии, ибо и в ней внимание сосредоточивается на прояснении, вернее, "самопрояснении" феноменов, проявлений сознания) является, по Хайдеггеру, Dasein толкуемое как особое человеческое бытие. Его особенности и преимущества, разъясняет Хайдеггер, состоят в том, что оно - единственное бытие, которое способно "вопрошать" о самом себе и бытии вообще, как-то "устанавливать себя" ("устанавливаться") по отношению к бытию. Вот почему такое бытие-экзистенция и есть, по Хайдеггеру, фундамент, на котором должна строиться всякая онтология. Такое понимание специфики человеческого бытия не лишено оснований. Ни одно из известных нам живых существ, кроме человека, неспособно помыслить, задаться вопросом о бытии, как таковом, - об универсуме и его целостности, о своем месте в мире. Здесь мы, кстати, видим определенное различие в понимании "экзистенции" Хайдеггером и Сартром. Сартр, употребляя это понятие, делает акцент на индивидуальном выборе, ответственности, поисках собственного "Я", хотя, конечно, ставит в связь с экзистенцией и мир в целом. У Хайдеггера акцент все же перенесен на бытие, - для "вопрошающего" человека бытие раскрывается, "светится" через все, что люди познают и делают. Надо только излечиться от опаснейшей болезни, поразившей современное человечество, - "забвения бытия". Страдающие ею люди, эксплуатируя богатства природы, "забывают" о ее целостном, независимом бытии; видя в других людях всего лишь средства, люди "забывают" о высоком предназначении человеческого бытия.

    Итак, первый шаг экзистенциалистской онтологии - констатация "изначальности" человеческого бытия как бытия-вопрошания, бытия-установления, как бытия, которое "есть я сам". Следующий онтологический шаг, который экзистенциалисты приглашают сделать своего читателя и который, вообще говоря, естественно вытекает из логики их размышления, состоит в том, что вводится понятие и тема бытия-в-мире. Ведь суть человеческого бытия действительно состоит в том, что это бытие-в-мире, связанное с бытием мира.

    Бытие-в-мире, с одной стороны, раскрывается через неотъемлемое от человека "деление" - и это напоминает немецкую классическую философию, в частности понятие "дело - действие" у Фихте. Бытие-в-мире "светится", по Хайдеггеру, через "делание", а "делание" раскрывается через "заботу". (Конечно, не следует путать заботу как категорию философии с конкретными "тяготами", "печалью", "жизненными заботами", в философии экзистенциализма речь идет об общей, "метафизической" заботе, обеспокоенности миром,

    самим бытием.) Итак, Dasein способно не только вопрошать о бытии, но и заботиться о себе как бытии, заботиться о бытии как таковом. И эти моменты, действительно характеризуют бытие человека в мире и очень важны, особенно сегодня, когда именно забота человека и человечества о бытии, о сохранении бытия планеты, цивилизации, о сохранении природной среды должна противостоять вырвавшимся из-под контроля деструктивным тенденциям человеческой жизни.

    Французский экзистенциалист Ж. П. Сартр, противопоставляя бытие в себе и бытие для себя, разграничивает материальное бытие и человеческое бытие. Первое есть для него что-то косное, выступающее только как препятствие, вообще неподвластное человеческому действию и познанию. “В каждое мгновение мы испытываем материальную реальность как угрозу нашей жизни, как сопротивление нашему труду, как границу нашего познания, а также как уже используемое или возможное орудие”. Основные характеристики человеческого бытия – свободный выбор возможностей: “… быть для человека – значит выбирать себя…”.

    Идеалистическая философия Сартра – одна из разновидностей атеистического экзистенциализма, сосредоточена на анализе человеческого существования, как оно переживается, осмысляется самой личностью и развертывается в веренице ее произвольных выборов, не предопределенных законосообразностью бытия, какой-либо заведомо заданной сущностью.

    Существование отождествляется с обретающим опору лишь в себе самосознанием личности, постоянно сталкивается с другими, столь же самостийными существованиями и со всем исторически сложившимся положением вещей, предстающим в виде определенной ситуации. Последняя в ходе осуществления “свободного проекта” , подлежит как бы духовной “отмене” , поскольку полагается несостоятельной, подлежащей перестройке, а затем и изменению на деле.

    Отношения человека и мира Сартр рассматривал не в единстве, а как полный разрыв между безнадежно затерянным во Вселенной и влачащим, однако, бремя метафизической ответственности за ее судьбы мыслящим индивидом, с одной стороны, и природой и обществом, которые выступаю хаотичной, бесструктурно-рыхлой полосой “отчуждения”, - с другой.

    Экзистенциальная философия Сартра обнаруживает себя как одно из современных ответвлений феноменологии Гуссерля, как приложение его метода к “живому сознанию”, к субъективно-деятельной стороне того сознания, с каким конкретный индивид, заброшенный в мир конкретных ситуаций, предпринимает какое-либо действие, вступает в отношение с другими людьми и вещами, стремится к чему-либо, принимает житейские решения, участвует в общественной жизни и так далее. Все акты деятельности рассматриваются Сартром как элементы определенной феноменологичной структуры и расцениваются фактически в зависимости от задач личностного самоосуществления индивида. Сартр рассматривает роль “субъективного” (подлинно-личностного) в процессе человеческой персонализации и исторического творчества. По Сартру, акт специфически человеческой деятельности есть акт обозначения, придания смысла (тем моментам ситуации, в которых проглядывает объективность - “другое”, “данное” ). Предметы лишь знаки индивидуальных человеческих значений, смысловых образований человеческой субъективности. Вне этого они - просто данность, сырая материя, пассивные и инертные обстоятельства. Придавая им то или иное индивидуально-человеческое значение, смысл, человек формирует себя в качестве так или иначе очерченной индивидуальности. Внешние предметы - здесь просто повод для “решений”, “выбора”, который должен быть выбором самого себя.

    Философская концепция Сартра развивается на основе абсолютного противопоставления и взаимоисключения понятий: “объективность” и “субъективность”, “необходимость” и “свобода”. Источник этих противоречий Сартр усматривает не в конкретном содержании сил социального бытия, а во всеобщих формах этого бытия (вещественные свойства предметов, коллективные и обобществленные формы бытия и сознания людей,

    индустриализация, техническая оснащенность современной жизни и так далее) . Свобода индивида как носителя беспокойной субъективности может быть лишь “разжатием бытия”, образованием в нем “трещины”, “дыры”, ничто. Индивида современного общества Сартр понимает как отчужденное существо, возводя это конкретное состояние в метафизический статус человеческого существования вообще. Всеобщее значение космического ужаса приобретают у Сартра отчужденные формы человеческого существования, в которых индивидуальность стандартизирована и отрешена от исторической самостоятельности, подчинена массовым, коллективным формам быта, организаций, государства, стихийным экономическим силам, привязана к ним также и своим рабским сознанием, где место самостоятельного критического мышления занимают общественно принудительные стандарты и иллюзии, требования общественного мнения и где даже объективный разум науки представляется отделенной от человека и враждебной ему силой. Отчужденный от себя человек, обреченный на неподлинное существование, не в ладу и с вещами природы - они глухи к нему, давят на него своим вязким и солидно-неподвижным присутствием, и среди них может себя чувствовать благополучно устроенным только общество “подонков”, человек же испытывает “тошноту”. В противовес всяким вообще “объективным” и опосредованным вещами отношениям, порождающим индивидуальные производительные силы, Сартр утверждает особые, непосредственные, натуральные и цельные человеческие отношения, от реализации которых зависит подлинное содержание человечности.

    В мифологизирующем утопическом мышлении Сартра все же на первый план выступает неприятие действительности современного общества и его культуры, выражающее сильную струю современного социального критицизма. Жить в этом обществе, согласно Сартру, как живет в нем “довольное собой сознание”, можно лишь отказавшись от себя, от личной подлинности, от “решений” и “выбора”, переложив последние на чью-либо анонимную ответственность - на государство, нацию, расу, семью, других людей. Но и этот отказ - ответственный акт личности, ибо человек обладает свободой воли.

    Концепция свободы воли развертывается у Сартра в теории “проекта” , согласно которой индивид не задан самому себе, а проектирует, “собирает” себя в качестве такового. Поэтому трус, например, ответственен за свою трусость, и “для человека нет алиби”. Экзистенциализм Сартра стремится заставить человека осознать, что он полностью в ответе за самого себя, свое существование и окружающее, ибо исходит из утверждения, что, не будучи чем-то заданным, человек постоянно строит себя посредством своей активной субъективности. Он всегда “впереди, позади себя, никогда - сам”. Отсюда то выражение, которое Сартр дает общему принципу экзистенциализма: “... существование предшествует сущности...” По сути это означает, что всеобщие, общественно-значимые (культурные) объективации, которые выступают как “сущности” , “природа человека” , “всеобщие идеалы” , “ценности” и так далее, являются лишь отложениями, застывшими моментами деятельности, с которыми конкретный субъект никогда не совпадает. “Экзистенция” и есть постоянно живой момент деятельности, взятый в виде внутрииндивидуального состояния, субъективно. В более поздней работе “Критика диалектического разума” Сартр формулирует этот принцип как принцип “несводимости бытия к знанию”. Но экзистенциализм Сартра не находит иной основы, из которой человек мог бы развить себя в качестве подлинно самодеятельного субъекта, кроме абсолютной свободы и внутреннего единства “проектирующего я”. В этом своем возможном развитии личность одинока и лишена опор. Место активной субъективности в мире, ее онтологическую основу Сартр обозначает как “ничто” . По мысли Сартра, “... человек, без всякой опоры и помощи, осужден в каждый момент изобретать человека” и тем самым “человек осужден на свободу”. Но тогда основой подлинности (аутентичности) могут быть только иррациональные силы человеческого подполья, подсказки подсознательного, интуиции, безотчетные душевные порывы и рационально не осмысленные решения, неминуемо приводящие к пессимизму или к агрессивному своеволию индивида: “История любой жизни есть история поражения”. Появляется

    мотив абсурдности существования: “Абсурдно, что мы рождаемся, и абсурдно, что мы умираем”. Человек, по Сартру, - бесполезная страсть.

    Миропонимание Сартра сформировалось в мире, зашедшем в тупик, абсурдном, где все традиционные ценности рухнули. Первый акт философа должен был, следовательно, быть отрицанием, отказом, чтобы выбраться из этого хаотического мира без порядка, без цели. Отстраниться от мира, отвергнуть его - это и есть в человеке специфически человеческое: свобода. Сознание - это именно то, что не увязает “в себе”, это противоположность “в себе”, дыра в бытии, отсутствие, ничто. Это сознание свободы человека есть в то же время сознание одиночества человечества и его ответственности: ничто в “Бытии” не обеспечивает и не гарантирует ценности и возможности успеха действия. Существование - это именно переживаемый опыт субъективности и трансцендентности, свободы и ответственности. Воспроизводя формулу Достоевского “Если бога нет, все позволено”, Сартр добавляет: “Это отправная точка экзистенциализма”. Этот способ восприятия мира, подкрепленный у Сартра изучением Кьеркегора, Хейдеггера и Гуссерля, нашел выражение прежде всего в его психологических этюдах и романах. Он изучает прежде всего воображение, в котором открывается существенный акт сознания: суть его в том, чтобы отстраниться от данного мира “в себе” и оказаться в присутствии того, что отсутствует. “Акт воображения - магический акт: это колдовство, заставляющее появиться вещь, которая желательна”.

    Романы Сартра переводят тот же опыт в план морали или политики: в “Тошноте” Сартр показывает, что мир не имеет смысла, “Я” не имеет цели. Через акт сознания и выбора “Я” придает миру значение и ценность. Докторская диссертация Сартра “Бытие и ничто” - изложение в философской форме пережитого опыта. Отправляясь от основной идеи экзистенциализма - существование предшествует сущности, - Сартр пытается избежать одновременно и материализма, и идеализма. Идеализма потому, что он предстает перед ним только в гегелианской форме: “Действительность измеряется сознанием” и потому, что, следуя в этом Гуссерлю, он утверждает, что сознание есть всегда сознание чего-либо (какой-либо вещи) . Материализма - потому, что, по его мнению, бытие не порождает

    В действительности концепция Сартра является эклектичной: он дает в качестве отправного пункта некое “в себе”, о котором мы ничего не знаем, кроме того, что оно “нацеленное” сознанием и является его основой. Но если сознание есть цель, то как оно могло родиться, поскольку в себе, по исходному определению, ничего не происходит.

    Это противоречие Сартр никогда не мог преодолеть, хотя не оставлял попытки это сделать. Причина этого в том, что его отправная точка глубоко индивидуалистическая. Сартр остается пленником экзистенциалистской, субъективистской настроенности. По причине своих исходных постулатов Сартр не может выйти за рамки позитивизма, агностицизма и субъективности. Даже в своей последней философской работе “Критика диалектического разума” он противопоставляет “позитивистский разум”, который должен довольствоваться пределами естественных наук, “разуму диалектическому”, единственно достойному называться разумом, поскольку он позволяет понимать, а не только предугадывать, но который применим только для наук о человеке.

    В области морали Сартр не смог выйти за пределы своего изначального индивидуализма. Он может превозносить и ответственность и свободу индивидуума, но он не может ответить на вопрос, что же нужно делать с этой свободой.

    Все попытки Сартра преодолеть пропасть между одухотворенным человеком и материальным миром дали лишь простое сложение по-своему переработанного психоанализа, эмпирической социологии групп и культурной антропологии, выявив несостоятельность притязаний Сартра на то, чтобы “надстроить” марксизм, признанный им самой плодотворной философией ХХ века, учением об отельной личности.

    Экзистенциализм отвергает правомерность рассмотрения бытия как такового, бытия чего-то объективного. Бытие оказывается в экзистенциализме инструментальным полем или горизонтом возможностей, в пределах которого существует и развивается человеческая свобода.

    И экзистенциалисты, и феноменологи признают, что мир существует вне и независимо от человека. Однако философия, согласно экзистенциалистам, только тогда встает и ты путь жизненного реализма, и на путь гуманизма, когда шва ставит в центр анализа человека, начинает с его бытия. Мир, как таковой, для человека существует постольку, поскольку он, идя от своего бытия, придаст миру значение и смысл, взаимодействует с миром. Все категории бытия, которые прежней философией были "обесчеловечены", современная философия должна "очеловечить", заявляют экзистенциальные философы. В их онтологии, таким образом, перелистаются характеристики бытия, действия, сознания, эмоций, социально-исторические характеристики. В ряде случаев в литературе.

    Индивидуальное бытие человека противоречиво: человек, в самом деле, не может смотреть на мир иначе, чем "сквозь призму" своего бытия, сознания, знания, и в то же время способен - в чем Хайдеггер нрав - "вопрошать" о бытии как таковом. Не без оснований усматривая в таком противоречии источник драматизма человеческой жизни, феноменология и экзистенциализм, особенно на начальных этапах их развития, по существу, упускали из виду другое, не менее, если не более важное обстоятельство. Отдельные индивиды, не говоря уже о поколениях людей, о человечестве в целом, исходят, конечно, из своего "местоположения" и из своего "времени", когда "устраиваются" в мире. Но они не сделали бы ни одного жизненно верного, эффективного шага, если бы повседневно, ежечасно не выясняли, каковы объективные свойства (в том числе пространственные и временные) мира самого но себе, его вещей и процессов. Поэтому из того факта, что человек видит мир не иначе, чем своими глазами, постигает его не иначе, чем собственной мыслью, вовсе не вытекает идеализм, как ошибочно полагают экзистенциальные философы. Люди научаются сопоставлять себя с миром, видеть свое бытие как часть и продолжение бытия мира. Они умеют судить о мире, осваивать его не только по мерке своего вида, своего сознания и действия, но и по мерке самих вещей. Иначе они не смогли бы выжить в этом мире и тем более не смогли бы "вопрошать" о бытии как таковом. Не случайно М. Хайдеггер в своих более поздних работах, пытаясь преодолеть субъективизм и психологизм ранней позиции, на первый план выдвигает бытие как таковое.

    И все же нельзя согласиться с тем, что онтологии XX века, подобные феноменологическим, экзистенциалистским, заслуживают лишь негативных оценок. Связывание учения о бытии с человеческим действием, построение учения о бытии человека, о сферах бытия, о социальном бытии - путь, по которому поила и марксистская философия. Она также отличается от классических вариантов онтологии. Но при этом, в отличие от экзистенциальной философии, марксизм развивает некоторые тенденции классической онтологии - прежде всего идею о том, что человек, при всей неотделимости мыслей, действий, чувств индивида от его собственного бытия, способен не только "вопрошать" о бытии как таковом, но и давать на свои вопросы ответы, доступные проверке самыми разными способами. А потому человек и в повседневном действии, и в науке, и в философии накапливает объективные знания о мире и самом себе. Он всегда, так или иначе, строит (с разной мерой сознательности, глубины, разработанности) "объективные онтологии", помогающие ему познавать мир и овладевать им. В частности, человеческое бытие-в-мире обладает самостоятельными объективными структурами, независимыми от индивидов и, по крайней мере, отчасти, постепенно улавливаемыми человеком и человечеством.

    Философы XX века (вслед за Кантом) справедливо подчеркивали опасность отождествления человеческих представлений о реальности с самим миром - опасность непосредственной "онтологизации" человеческих состояний и знаний. Особенно важной была борьба феноменологов и экзистенциалистов против такой "натурализации", биологизации человека, когда его изучение естественными науками, сколь бы ни было оно ценным, выдавалось за "последнее слово" изучения человеческой сущности, тем более за сущность человека как таковую. Философы XX века - особенно Э. Гуссерль (1859-1938) в работе "Кризис европейских наук и трансцендентальная феноменология" справедливо увязывали тенденцию "натурализации" человека в науках, в философии с социально опасными манипуляторскими попытками обращаться с людьми примерно так же, как обращаются с вещами. Один из важнейших акцентов такой "новой онтологии", как, впрочем, и других гуманистически ориентированных философских течений XX века, - идея об уникальности, неповторимости человека.

    Онтология – философская дисциплина, рассматривающая различные трактовки проблемы бытия. Термин «онтология» происходит из слияния греческих слов ontos - сущее и logos - учение, понятие. Под понятием "бытие" в философии понимается максимально общая характеристика реальности как целого, то общее, что содержится во всех предметах, явлениях и артефактах мира, то, что объединяет их, позволяя нам сказать: это мир , 1999, 25).

    2.3 Структура и универсальные свойства бытия.

    Структура мира объясняется с различных точек основания. Например, сточки зрения движения структура действительности (мира) представлена троичностью времени, и в то же время его единства в прошлом, настоящем и будущем. Структура мира также объясняется противоречием бытия и небытия, т.е. существует как бытие так и небытие. Небытие является частью бытия. Небытие это: 1) это процесс утраты объектами или предметами своих основных свойств. 2) Утрата объектом соей сущности. 3) Превращение объекта в др. объект. С точки зрения реальности бытия, (с точки зрения статистики и динамики одновременно) бытие выражается: 1) В бесконечном многообразии различных объектов. 2) В бесконечности связи между объектами. 3) В бесконечности свойств объектов. Т.о. в целом бытие – это не то что окружает человека. Бытие есть центральная философская категория для отображения целостности мира, но представленного как конкретное бесконечное многообразие объектов со всеми их связями и свойствами. Универсальные свойства бытия: Универсальное свойство – это такое свойства, которое присущи всем объектам и которое является постоянным. Универсальное свойство – это всеобщее свойство. В философии выделяются следующие универсальные свойства действительности: 1) свойство качественности (определенности и конкретности, относительной разграниченности. 2) Свойство оформленности, внешней выраженности, т.е. каждый объект внешне оформлен. Внешнее оформление играет первостепенное значение во взаимодействии между объектами. Форма и содержание имеют как бы равнозначное значение. 3) Объективности . Это свойство, способность взаимодействовать со всеми без исключения объектами. Это свойство выражается в мировом законе всеобщей связи. 4) Структурность объектов ( системность и организованность). В то же время свойство самоорганизованности не является универсальным ( это свойство характерно для живой природы и части неживой природы). 5) Активность (энергетичность), свойство движения. 6) Свойство времени. 7) Свойство пространства. 8) Свойство отражения и информации. Вывод: Все эти свойства находятся в тесной взаимосвязи, определяют целостность объекта и каждое из этих свойств представляют фундаментальную проблему любой науки. В рамках философии на основе объяснений этих свойств вырабатываются наиболее общие философские теории (теория систем, теория информации, теория пространства и времени и т.д.)

    Основные формы бытия

    1) С одной стороны существуют неизменные формы бытия (метафизическая действительность): геометрические формы, математические и т.д. и изменяемая форма бытия, которая связана прежде всего с материальным миром, причем эта форма находится в изменении. Сфера информации, сфера знаний. 2) Существует материальная и идеальная форма. Существуют также синтетические формы бытия. 3) Выделяются как реальные формы так и гипотетические (представленные только в сознании человека). К реальным формам относят: природу, человечество, сам человек, биотехнический мир («вторая природа»), а также это 3-я форма называемая экологической. В совокупности реальные формы бытия составляют для человека 1-ю вселенную». «2-я вселенная» представлена в гепотетических формах бытия (от сл. Гипотеза). Это также мировой дух, неземные цивилизации, бог, мистическая реальность, духовная оболочка, порождаемая единым человечество. Вывод: реальные и гипотические формы бытия в совокупности представляют для человека мировой  закон расширения вселенной.                                                        

    Бытие - одна из основных категорий философского мышления. Учение о бытии - онтология - стало ядром философских систем начиная с античности. Один из современных исследователей П. Гайденко в своей статье "Бытие и разум" отмечает, что так было до XVIII века, когда под влиянием скептицизма Д. Юма и трансцендентализма И. Канта понятие бытия вытесняется на периферию философской мысли. И в системе И. Фихте, и в системе Г. Гегеля бытию как токовому отводится весьма скромное место. Немецкий философ Г. Гегель подчеркивал, что для мысли не может быть ничего более малозначащего по своему содержанию, чем бытие. В итоге под влиянием Г. Гегеля и немецкого идеализма в целом, позднее (к концу XIX - началу XX веков) неокантианства и неопозитивизма, устранивших онтологию как предмет философского познания, понятие бытия почти совсем выпало из поля зрения философов. Однако, в 20 - 30 годы обнаруживается тенденция возврата к проблемам онтологии. Можно сказать, что более полную реализацию они получают в работах М. Шелера, Н. Гартмана, М. Хайдеггера и др. и как подчеркивает исследователь, именно история понятия бытия может пролить новый свет на вопрос о глубинных корнях того типа мышления, того подхода к миру, который лежит в фундаменте современной европейской, ставшей сегодня уже почти планетарной цивилизации.

    2.4 Система категорий

    Все, что человек знает об окружающем его мире и о самом себе, он знает в форме понятий, категорий. Категории — это наиболее общие, фундаментальные понятия той или иной науки, философии. Все категории суть понятия, но не все понятия — категории. О мире в целом, об отношении человека к миру мы мыслим категориями, т.е. предельно общими понятиями.

    Каждая область знания имеет свои особые категории. Например, физика пользуется такими категориями, как «атом», «масса», «энергия» и др. Биология использует понятия «организм», «наследственность», «изменчивость» и т.д. Но наряду с этими люди пользуются категориями, которые свойственны любой науке и знанию вообще. Конкретные науки изучают особые связи явлений, существующие в той или иной области действительности. Задача философии состоит в изучении наиболее общих связей, законов, свойственных всем явлениям мира и мышлению. Возьмем, например, причинные связи. Они имеются и в физических процессах, и в живой природе, и в обществе, и в мышлении. Каждая наука исследует причинные связи применительно к своей области: физик изучает физические причинные связи, биолог — биологические и т.д. Общее же во всех этих причинных связях является предметом изучения философии. Точно так же обстоит дело, например, с качеством, количеством, формой и содержанием, сущностью и явлением, взаимодействием, развитием и т.д.

    Категории — это формы отражения в мысли универсальных законов объективного мира.

    Материя - это философская категория для обозначения объективной реальности (бытия), которая дана человеку в его ощущениях, но существует независимо от них. Свойства материи, без которых она не может существовать, называются атрибутами. Бытию присущи такие атрибуты, как движение, пространство, время, отражение, системность,

    развитие, которые могут быть абсолютными и/или относительными и неразрывно связаны между собой.

    Материя в физическом смысле имеет разнообразное, прерывистое строение. Она состоит из частей различной величины, качественной определенности: элементарных частиц, атомов, молекул, радикалов, ионов, комплексов, макромолекул, коллоидных частиц, планет, звезд и их систем, галактик. От «прерывных» форм материи неотделимы «непрерывные» формы - различные виды полей (гравитационные, электромагнитные, ядерные). Они связывают частицы материи, позволяя им взаимодействовать и тем самым существовать, быть.

    Мир и все в мире - это не хаос, а закономерно организованная система, иерархия систем. Под структурностью материи понимается внутренне расчлененная целостность, закономерный порядок связи элементов в составе целого. Бытие и движение материи невозможны вне ее структурной организации. Понятие структуры применимо не только к различным уровням материи, но и к материи в целом. Устойчивость основных структурных форм материи обусловлена существованием ее единой структурной организации - иерархии. В этом смысле можно сказать, что каждый элемент материи как бы несет на себе печать мирового целого. В частности, как показывает наука, электрон имеет прямое отношение к Космосу, и понимание Космоса невозможно без рассмотрения электрона.

    Один из атрибутов материи - ее неуничтожимость, которая проявляется в совокупности конкретных законов сохранения устойчивости материи в процессе ее изменения. В непрерывном процессе взаимных превращений материя сохраняется как субстанция, т.е. как основа всех изменений. Закон сохранения и превращения энергии гласит: какие бы процессы превращения ни происходили в мире, общее количество массы и энергии остается неизменным. Любой материальный объект существует лишь в связи с другими и через них он связан со всем миром.

    В процессе самодвижения материи возникают различные по сложности формы ее существования, выражающие присущую ей системную организацию:

    -  системы неживой природы (элементарные частицы, в т.ч. античастицы, поля, атомы, молекулы, микроскопические тела, космические системы различных порядков - Земля и другие планеты, Солнце и другие звезды, Галактика, системы галактик);

    - биологические системы (вся биосфера от микроорганизмов до человека, включая внутриорганизменные биосистемы и надорганизменные системы);

    - социально-организованные системы (человек, семья, различные коллективы, объединения и организации, партии, классы, нации, государства, системы государств, общество, человечество в целом).

    Мир находится в постоянном движении. Движение - это способ существования сущего. Философское понятие движения обозначает любые взаимодействия, в также изменения состояний объектов, которые происходят в процессе этих взаимодействий. Быть в движении - значит изменяться. Нет в мире неизменных вещей, свойств и отношений. Мир реального бытия слагается и разлагается, он никогда не бывает чем-то законченным.

    Каждому структурному уровню материи соответствует своя форма движения: механическая, физическая, химическая, биологическая, социальная, которые взаимосвязаны в макро- и микромире.

    Движение несотворимо и неуничтожимо. Оно не привносится извне. Движение сущего есть самодвижение в том смысле, что тенденция, импульс к изменению состояния присущи самой реальности: она есть причина самой себя. Поскольку движение несотворимо и неуничтожимо - оно абсолютно, непреложно и всеобще; поскольку движение проявляется в виде конкретных форм - оно вместе с тем и относительно. Формы и виды движения многообразны, каждой форме движения присущ определенный носитель - субстанция, или материя.

    Движение любой вещи осуществляется только в отношении к некоторой другой вещи. Для изучения движения какого-либо объекта нужно найти систему отсчета - другой объект, по отношению к которому можно рассматривать интересующее нас движение.

    В бесконечном потоке никогда не прекращающегося движения сущего всегда присутствуют моменты устойчивости, проявляющиеся прежде всего в сохранении состояния движения, а также в форме равновесия явлений и относительного покоя. Покой - это состояние движения, которое не нарушает качественной специфики предмета, его стабильности. Как бы ни изменялся предмет, пока он существует, он сохраняет свою определенность. Отсутствие движения - покой - всегда имеет только видимый и относительный характер. Обрести абсолютный покой значит перестать существовать.

    Мир находится в постоянном движении: у него нет «выходных дней» для покоя.

    Если абсолютность движения обусловлена его всеобщностью, то относительность — конкретной формой его проявления. Формы и виды движения многообразны. Они соответствуют уровням структурной организации сущего. Каждой форме движения присущ определенный носитель — субстанция. Так, элементарные частицы являются носителями разнообразных процессов взаимопревращений, элементы атомного ядра — носителями ядерной формы движения, элементы атома — носителями внутриатомной формы движения, элементы молекул и молекулярных соединений — носителями химической формы движения, и т.д. вплоть до социальной формы, которая в ряду известных форм движения является высшей.

    Движение любой вещи осуществляется только в отношении к некоторой другой вещи. Понятие движения отдельного тела — чистая бессмыслица. Для изучения движения какого-либо объекта нужно найти систему отсчета — другой объект, по отношению к которому можно рассматривать интересующее нас движение.

    С некоторыми основными категориями мы уже познакомились. Это прежде всего категории материи, движения, пространства, времени и др. Но этим далеко не ограничивается система категорий. История философии выработала и такие категории, как причина и следствие, форма и содержание, необходимость и случайность, возможность и действительность и др. Эти и другие категории формировались в сознании по мере того, как человек миллиарды раз сталкивался с реальными причинно-следственными, пространственно-временными отношениями вещей, их качественной и количественной сторонами и учитывал их. Логические категории являются формами мысли и определениями бытия.

    Выражая как бы каркас мира, категориальная структура мышления очень устойчива, но вместе с тем изменчива, исторична. Особенно подвижным является содержание категорий. Сравните, например, то, как понимали материю в древности и как эта категория осмысливается в системе современной картины мира.

    Система - это целостная совокупность элементов, в которой все элементы настолько тесно связаны друг с другом, что выступают по отношению к окружающим условиям и другим системам того же уровня как единое целое. Элемент - это минимальная единица в составе данного целого, выполняющая в нем определенную функцию. Системы могут быть сложными и простыми. Сложная система - это такая, элементы которой сами рассматриваются как системы.

    Любая система есть нечто целое, представляющее собой единство частей. Категории целого и части относительны. Например, атом представляет собой нечто целое и вместе с тем часть другого целого - молекулы. Молекула, в свою очередь, есть часть некоторого большего целого - к примеру, организма животного, который есть часть еще большего целого - планеты Земля, и т.д. Так, можно представить себе все тела в природе частями одного целого, одной системы - Вселенной.

    По характеру связей различные системы делятся на три основных типа:

    -неорганизованная (суммативная) целостность, т.е. простое скопление предметов, механическое соединение чего-либо разнородного (например, горная порода из гальки, песка, стадо животных). Связь частей такой системы носит механический характер;

    -организованная целостность, обладающая разным уровнем упорядоченности (например, атом, молекула, кристалл). Части такой системы находятся в относительно устойчивой взаимосвязи;

    -органическая целостность - это организованная система, способная к саморазвитию и самовоспроизведению частей (например, организм, биологический вид, общество). Части органического целого вне своей системы не только теряют ряд своих значимых свойств, но и вообще могут перестать существовать.

    Никакая область знания не может обойтись без категорий части и целого. Исследуя какое-либо целое, мы путем анализа выделяем в нем соответствующие части и выясняем характер связей между ними.

    Также и мы.

    Во Вселенной нет ничего окончательно завершенного. Все находится в пути к иному. Развитие - это определенное направленное, необратимое изменение объекта: или просто от старого к новому, или от простого к сложному, от низшего уровня ко все более высокому.

    Развитие необратимо: через одно и то же состояние все проходит лишь однажды. Например, движение организма невозможно от старости к молодости, от смерти к рождению. Развитие двойственно: в нем уничтожается старое и на его месте возникает новое. Между старым и новым есть и сходство (иначе мы имели бы лишь множество не связанных между собой состояний), и различие (без перехода к чему-то другому нет развития), и сосуществование, и борьба, и взаимоотрицание, и взаимопереход.

    Наряду с процессами восходящего развития существует и деградация, распад систем - переход от высшего к низшему, от более совершенного к менее совершенному, понижение уровня организации системы, например деградация биологических видов, вымирающих в силу невозможности приспособиться к новым условиям. Регресс - противоречивый процесс: целое разлагается, а отдельные элементы могут прогрессировать. Или система в целом может прогрессировать, а некоторые ее элементы деградировать, например прогрессивное развитие биологических форм в целом сопровождается деградацией отдельных видов.

    Принцип развития имеет огромное значение: правильное понимание истории развития явления, вещи, объекта помогает уяснить его суть, проникнуть в его сущность.

    Отражение по отношению к атрибутам бытия означает то, что все они тесно взаимосвязаны между собой и в определенных условиях могут даже перетекать друг в друга. Без объяснения понятия времени трудно объяснить понятие движения в пространстве, целостные системы и их части развиваются (в том числе и во времени и пространстве), и т.д. Так переходят друг в друга и другие философские категории: случайное становится необходимым, единичное - общим, количественные изменения влекут за собой изменения качества, следствие превращается в причину, и т.д. Эта текучая взаимосвязь категорий есть обобщенное отражение взаимосвязи явлений действительности. Не существует и не может существовать какой-либо одной неподвижной системы категорий и атрибутов, данной раз и навсегда. В связи с развитием мышления и философской науки, из отражения старых возникают новые категории (например, информация), а старые наполняются новым содержанием.                            

    Являясь результатом отражения объективного мира в процессе его практического преобразования, категории становятся средством познания действительности с целью ее дальнейшего более широкого и более глубокого преобразования. Следовательно, категории играют большую методологическую роль в науке. Без них вообще невозможно научное мышление ни в одной области знания.

             Исходной философской категорией является категория бытия. Постижение категории бытия, раскрывавшейся в разные времена с разных сторон и с разной степенью полноты, неотделимо от истории, философии.

    По существу, все остальные категории с различных сторон характеризуют содержание, всевозможные проявления свойств, отношений, развития сущего: движение — способ существования сущего, пространство и время — формы его существования. Качество, количество, причина и следствие и другие категории — все это также характеристика бытия.

    Категории взаимосвязаны между собой и в определенных условиях переходят друг в друга: случайное становится необходимым, единичное — общим, количественные.

    В системе основных философских категорий, таких как движение, материя, пространство и время, отражение, система, информация и др. категория бытия занимает центральное положение, т.е. из этой категории или клеточки вытекает вся теоретическая философия.

    2.5 Законы и категории бытия

    Поскольку окружающий человека мир развивается по универсальным законам, то естественно, что и философские категории, как средство осмысления человеком мира, подчиняются определенным законам. Эти законы сформировались после того, как человек миллиарды раз сталкивался с реальными причинно-следственными, пространственно-временными отношениями вещей, их качественной и количественной стороной. Содержание категорий изменчиво, но без них вообще невозможно научное мышление ни в одной области знания.

    Рассмотрим несколько основных категорий и законов бытия.

    Всеобщая связь и взаимодействие. В мире нет ничего стоящего особняком; любой предмет - звено в бесконечной цепи. Связь - это зависимость одного явления от другого в каком-либо отношении. К основным формам связи относятся: пространственные, временные, генетические, причинно-следственные, существенные и несущественные, необходимые и случайные, закономерные, непосредственные и опосредованные, внутренние и внешние, динамические и статические, прямые и обратные, и др. Связь - это не предмет, не субстанция, она не существует сама по себе, вне того, что связано. Явления мира находятся не только во взаимной зависимости, они взаимодействуют между собой. Одна из сторон взаимодействия может быть ведущей, определяющей, а другая - производной, определяемой.

    Исследования различных форм связей и взаимодействия - первостепенная задача познания. А познание мира убеждает нас в том, что в мире повсюду имеется некий порядок, правильность. Выражением связи между предметами занимается закон. Закон - это необходимые, устойчивые, повторяющиеся, существенные связи и отношения вещей. Различают законы:

    - строения, функционирования и развития системы;

    - частные (действующие в ограниченной области) и общие;

    - динамические и статистические.

    Единичное, особенное и общее. Вещи различны и внутри себя, и между собой. Например, есть выражение: похожи, как две капли воды. Но две капли воды, рассматриваемые через микроскоп, оказываются различными. Нет ничего абсолютно тождественного ни другому, ни самому себе. Чистое тождество существует только в абстракции. Единичное - это объект во всей совокупности присущих ему свойств, отличающих его от всех других объектов и составляющих его индивидуальную, качественную и количественную определенность.

    Бесконечное многообразие - это лишь одна сторона бытия. Другая его сторона заключается в общности вещей, их свойств и отношений. Общее - это единое во многом. В каждом единичном заключается общее как его сущность. Например, утверждение, что данный поступок есть подвиг, означает признание за данным единичным действием некоего общего качества, присущего всем героическим поступкам.

    Предметы могут обладать различной степенью общности. Единичное и общее существуют в единстве. Их конкретное единство есть особенное. Например, понятие «русский» выступает как единичное по отношению к понятию «славянин»; а понятие «славянин» выступает как общее по отношению к понятию «русский» и как особенное - к понятию «человек».

    Таким образом, единичное, особенное и общее - это соотносительные категории, выражающие взаимопереходы отражаемых предметов и процессов. Категория особенного преодолевает односторонность, абстрактность категорий единичного и общего, и берет их.

    Содержание, структура и форма. Каждый объект как-то оформлен, структурно организован, содержателен. Содержание - это то, что составляет сущность объекта, единство всех его составных элементов, его свойств, внутренних процессов, связей, противоречий и тенденций. В содержание входят не только составляющие тот или иной объект элементы, но и способ их связей, т.е. структура. При этом из одних и тех же элементов могут быть образованы различные структуры.

    Форма и содержание едины: нет и не может быть бесформенного содержания и формы, лишенной содержания. Их единство выявляется в том, что определенное содержание «облачается» в определенную форму. Ведущей стороной, как правило, является содержание; форма организации зависит от того, что организуется, изменения обычно начинаются с содержания.

    Сущность и явление. Развитие познания - непрестанное движение мысли от поверхностного, видимого ко все более глубокому, скрытому - к сущности. Сущность - это главное, основное, определяющее в предмете, это существенные свойства, противоречия и тенденции развития объекта. Явление - это внешнее обнаружение сущности, форма ее проявления. В отличие от сущности, которая скрыта от взора человека, явление лежит на поверхности вещей. Но явление не может существовать без того, что в нем является, т.е. без его сущности.

    Идеи причинности. Когда одно явление при определенных условиях видоизменяет или порождает другое явление, то первое выступает как причина, второе - как следствие. Причина выступает как активное и первичное по отношению к следствию. Причинность - это связь, превращающая возможность в действительность, отражающая закономерности развития. Цепь причинно-следственных связей объективно необходима и универсальна. Она не имеет ни начала, ни конца, не прерывается ни в пространстве, ни во времени.

    Взаимодействие причины и следствия именуется принципом обратной связи, который действует во всех самоорганизующихся системах, где происходит восприятие, хранение, переработка и использование информации, как, например, в организме, компьютере, обществе. Без обратной связи немыслимы устойчивость, управление и поступательное развитие системы.

    Различают: полную причину (совокупность всех событий, при наличии которых рождается следствие), специфическую причину (совокупность ряда обстоятельств,

    Причины бывают также:

    - внутренние (действующие в рамках данной системы) и внешние                                           (характеризующие взаимодействие одной системы с другой);

    - объективные (осуществляются помимо воли и сознания людей) и субъективные (заключаются в целенаправленных действиях людей, их решимости, опыте, организованности, знании);

    - непосредственные (прямо вызывающие и определяющие данное действие) и опосредованные (вызывающие и определяющие данное действие через ряд промежуточных звеньев).

    Для того, чтобы причина вызвала следствие, требуются определенные условия. Условия - это явления, необходимые для наступления данного события, но сами по себе его не вызывающие. Хотя сами по себе условия не могут вызвать соответствующего следствия, но без них причина бессильна. Например, известно, что человек, в организм которого попали определенные микробы, может заболеть, а может и не заболеть. Изменяя условия, можно изменять и способ действия причины, и характер следствия.

    Причину нужно отличать от повода - внешнего толчка, способствующего проявлению причины. Например, повод - убийство австрийского эрцгерцога в Сараево - привел в действие причины Первой мировой войны.

    Диалектический и механистический детерминизм. Детерминизм - это философский принцип, согласно которому явления природы, общества и сознания связаны друг с другом естественной причинной связью и обуславливают друг друга. Причина, обусловленность бесконечны: не может быть ни первой (т.е. беспричинной) причины, ни последнего (т.е. беспоследственного) следствия.

    Диалектический детерминизм исходит из признания многообразия типов причинных связей в зависимости от характера закономерностей, действующих в данной сфере явления. Он несовместим с механистическим детерминизмом, который трактует все многообразие причин лишь как механическое взаимодействие, не учитывая качественного своеобразия закономерностей различных форм движения. Классик механистического детерминизма П. Лаплас сформулировал его так: «Если бы существовал ум, осведомленный в данный момент о всех силах природы в точках приложения этих сил, то не осталось бы ничего, что было бы для него недостоверно, и будущее, так же как и прошедшее, предстало бы перед его взором». Однако, с таких позиций нельзя объяснить, например, закономерности поведения микрочастиц, биологические явления, психическую деятельность, общественную жизнь.

    Таким образом, онтология рассматривает фундаментальные принципы бытия, наиболее общие сущности и категории сущего.

    Сущее (сущность) – внутреннее содержание предмета, выражающееся в единстве всех многообразных и противоречивых форм его бытия. "Сущее" в онтологии постигается путем редукции (сокращения, "выведения за скобки" случайных характеристик предметов), позволяющей увидеть то общее, что есть в различных явлениях, осознать их глубинную взаимосвязь. Видимое и чувственно-постигаемое проявление сущего называется явлением. Увидеть за явлением сущее -  важнейшая задача философской онтологии.

    Категория бытия близка, но не совпадает с категорией существования. Существование есть одна из форм проявления бытия. Бытействовать могут и несуществующие предметы или явления, если их физическое несуществование наделено особым смыслом. Так, "нуль" в математике выступает как несуществующая численная размерность, но является важным смысловым показателем, без которого немыслимы современные математические вычисления. Такую же роль играет "нулевое окончание" в грамматике русского языка. С категорией бытия оказываются связанными категории общего, единого и единичного. Общее понимается  как признак, сходный с признаками всех предметов фиксированного класса; закономерная форма связи вещей, процессов и явлений в составе целого. Единичное – признак предмета, находящийся в отношении несходства с признаками других предметов исследуемого класса. Восхождение от единичного ко всеобщему позволяет осознать единое, то, что объединяет предметы мира, свидетельствует о его единстве. Онтологическая проблематика строится как выявление общего в единичном, осознание единства реальности и человека в этой реальности.

    2.6 Физическое бытие мира

     В соответствии с уровнями выделения общего бытие классифицируется на:

    • Физическое бытие мира, главными проявлениями которого являются пространство и время.

    Пространство и время

    Все тела имеют определенную протяженность — длину, ширину, высоту. Они различным образом расположены друг относительно друга, составляют части той или иной системы. Пространство есть форма координации сосуществующих объектов, состояний материи. Оно заключается в том, что объекты расположены вне друг друга (рядом, сбоку, внизу, вверху, внутри, сзади, спереди и т.д.) и находятся в определенных количественных отношениях. Порядок сосуществования этих объектов и их состояний образует структуру пространства.

    Явления характеризуются длительностью существования, последовательностью этапов развития. Процессы совершаются либо одновременно, либо один раньше или позже другого; таковы, например, взаимоотношения между днем и ночью, зимой и весной, летом и осенью. Все это означает, что тела существуют и движутся во времени. Время — это форма координации сменяющихся объектов и их состояний. Оно заключается в том, что каждое состояние представляет собой последовательное звено процесса и находится в определенных количественных отношениях с другими состояниями. Порядок смены этих объектов и состояний образует структуру времени.

    Пространство и время — это всеобщие формы существования, координации объектов. Всеобщность этих форм бытия заключается в том, что они — формы бытия всех предметов и процессов, которые были, есть и будут в бесконечном мире. Не только события внешнего мира, но и все чувства, мысли происходят в пространстве и во времени. В мире все простирается и длится. Пространство и время обладают своими особенностями. Пространство имеет три измерения: длину, ширину и высоту, а время лишь одно — направление от прошлого через настоящее к будущему.

    Пространство и время существуют объективно, их существование независимо от сознания. Их свойства и закономерности также объективны, не являются порождением всегда субъективной мысли человека. В мире все пространственно и временно.

    Пространство и время абсолютны. Но поскольку это формы движущейся материи, они обусловлены ею, как форма своим содержанием, и каждый уровень движения материи характеризуется своей пространственно-временной структурой.

    . Многими теориями и научными школами время признается одной из базовых культурных универсалий. Восприятие и отражение времени по-разному осуществляется в разных культурах и, соответственно, по-разному отображается в системе языка и во фразеологии в частности.

    Традиционно в философии время выступает в качестве объективной и всеобщей формы существования движущейся материи, внутренне присущей ей.

    Анализ представлений разных философов о времени показал, что сущность времени можно раскрыть лишь в отношении его к человеку, и поэтому время - форма «интуиции», соответствующая нашему внутреннему чувству. Субъективная оценка времени основана на эмоциях и чувствах, которые непрерывно меняются; значит, время может идти медленно или быстро, останавливаться или менять свое направление.

    Так как восприятие и конструирование времени по-разному осуществляется в разных культурах, то в современной цивилизации культуры делятся на «восточную» и «западную», полихронную и монохронную соответственно. Эти две культуры по-разному относятся ко времени. Полихронные культуры ориентированы на общение с людьми, налаживание связей, семью, а монохронные - на задачу, работу с формальными данными, личные достижения.

    Одна из главных проблем европейской культуры - наилучшее использование времени. Человеческая деятельность является целенаправленной, то есть соотнесенной с будущим. Таким образом, объективность времени, содержащаяся в социальных действиях, неотделима от его восприятия и концептуализации. Мало найдется других показателей, которые в такой же степени характеризовали бы ее сущность как понимание времени.

    «Время» же в лингвистике - грамматическая категория, значения которой характеризуют временную отнесенность ситуации, описываемой предложением.

    Категория времени первоначально оформляется в «наивной» картине мира, так как не существует объективной научной теории о времени. «Наивное» представление о времени отражается во фразеологическом фонде языка. Согласно Кунину, фразеологизм - это устойчивое выражение или сочетание слов, которое вносится в речь в готовом виде и не может употребляться в самостоятельном значении. Важным компонентом ФЕ является ее внутренняя форма (ВФ). Согласно Потебня, ВФ - ближайшее этимологическое значение или осознаваемый говорящим способ выражения значения в слове, который в разных языках представлен по-разному. При помощи  фразеологизмов выявляются черты сходства и различия в идентификации времени в английской и русской культурах.

    Так как фразеологизм связан со стереотипом (образом, лежащим в основе индивидуального и общественного сознания), то именно фразеологизм является средством выражения этого стереотипа, который связан с определенным представлением или образом, выраженном в данном фразеологизме.

    В рамках нашего исследования мы придерживаемся точки зрения Д.О. Добровольского, который предлагает сравнительный подход, при котором национально-культурная специфика одного языка определяется относительно другого языка, и интроспективный, при котором национальная специфика языка рассматривается глазами его носителей [Добровольский, 1996].

    Многими теориями и научными школами время признается одной из базовых культурных универсалий. Восприятие и отражение времени по-разному осуществляется в разных культурах и, соответственно, по-разному отображается в системе языка и во фразеологии в частности

    Пространство и время являются основными категориями человеческого бытия. Они принадлежат к числу фундаментальных физико-математических проблем, являются предметом философского осмысления, понятие «время» является важной грамматической категорией. В целом пространство и время составляют научную картину мира, которая не зависит от языка и является единой для всех людей, говорящих на разных языках.

    В данном исследовании нас интересует прежде всего пространство и время, которые проживает и переживает человек, пространство и время, которые составляют часть «наивной философии» бытия человека и которые получают свое отражение в языке, в частности, в его фразеологическом фонде.

    По замечанию А.Я. Гуревича, пространство и время принадлежат к «определяющим категориям человеческого сознания». «Эти универсальные понятия в каждой культуре связаны между собой, образуя своего рода «модель мира» - ту сетку координат», при посредстве которых люди воспринимают действительность и строят образы мира...» (Гуревич 1972:84)

    Библия является главнейшим литературным источником фразеологических единиц. Это величайшее произведение обогатило фразеологизмами не только английский язык, но и многие другие языки мира. «О колоссальном влиянии, которое оказали на английский язык переводы Библии, говорилось и писалось много» (№24 стр. 110). На протяжении

    столетий Библия являлась самой широко читаемой и цитируемой в Англии книгой; «…не только отдельные слова, но и целые идиоматические выражения (…) вошли в английский язык со страниц Библии» (№24 стр. 111). Число библейских оборотов и выражений, вошедших в английский язык, настолько велико, что собрать и перечислить их было бы весьма нелегкой задачей. К выражениям, используемым в современной английской речи и библейское происхождение которых твердо установлено, принадлежат следующие:

    The apple of Sodom

    The beam (the mote) in one’s eye

    The blind leading the blind

    By the sweat of one’s brow

    The camel and the needle’s eye

    Can the leopard change his spots?

    A crown of glory

    Daily bread

    A drop in the bucket

    A fly in the ointment

    Loaves and fishes

    No man can serve two masters

    The prodigal son

    The promised land

    A prophet is not without honor, save in his own country        

    - красивый, но гнилой плод; обманчивый успех

    - «бревно» в собственном глазу; собственный большой недостаток

    - Слепой ведет слепого.

    - в поте лица своего

    - Намек на евангельское изречение, получившее такой вид в переводе с латинского: Легче вер-блюду пройти сквозь игольное ушко, чем бога-тому войти в царствие небесное.

    - (букв. Может ли леопард перекрасить свои пятна?) ~Горбатого могила исправит.

    - венец славы

    - хлеб насущный, сред-ства к существованию

    - (букв. капля в ведре); ~ Капля в море.

    - (букв. муха в мази); ~ Ложка дегтя в бочке меда.

    - земные блага (хлебцы и рыбы, которыми Христос, по евангельскому преда-нию, накормил сотни людей, собравшихся слу-шать его)

    - Двум господам не служат.

    - блудный сын

    - земля обетованная

    - Нет пророка в своем отечестве

    Помимо вышеперечисленных выражений, в число которых входят целые предложения-поговорки и различные именные (с главным словом существительным), атрибутивные и наречные обороты, в английский язык вошло из Библии еще много глагольных оборотов:

    To bear one’s cross

    To condemn oneself out of one’s mouth

    To escape by the skin of one’s teeth

    To kill the fatted calf

    To laugh to scorn

    To sit under one’s vine and fig-tree

    To sow the wind and reap the whirlwind

    To worship the golden calf        

    - нести свой крест

    - самому осудить себя (невольно)

    - еле-еле спастись, едва избежать опасности

    - заклать упитанного тельца (для угощения блудного сына)(т.е. встретить радушно, угостить лучшим, что есть дома)

    - презрительно осмеивать

    - сидеть под своей лозой и смоковницей (т.е. спокойно и безопасно сидеть дома)

    - посеять ветер и пожать бурю; жестоко поплатить-ся

    - поклоняться золотому тельцу (т.е. выше всего ценить богатство, деньги.

    «Фразеологизмы библейского происхождения часто во многом расходятся с их библейскими прототипами» (№28 стр. 49). Это связано в ряде случаев с тем, что библейский прототип со временем был переосмыслен в нем также мог быть изменен порядок слов или архаические форы слов были отброшены. Например, оборот to kill the fatted calf в притче о блудном сыне употребляется в буквальном значении “заклать упитанного тельца”. Позднее этот оборот приобрел новое значение угостить лучшим, что есть дома. В ФЕ gall and wormwood – нечто ненавистное, отвратительное изменен порядок слов по сравнению с библейским прототипом и отброшены артикли (the wormwood and the gall). В выражении whatever a man sows, that shall he reap - ~ что посеешь, то и пожнешь отброшена архаическая форма глагола to sow (ср. whatever a man soweth, that shall he reap). Существуют случаи, когда библейский оборот употребляется в положительном смысле, а в современном языке он переосмыслен и является ФЕ с отрицательной оценкой, например:

    Not to let one’s left hand know what one’s right hand does – левая рука не ведает, что делает правая(совр. вариант).

    When thou doest alms let not thy left hand know what thy right hand doeth – «У тебя же, когда творишь милостыню, пусть левая рука твоя не знает, что делает правая» (библейский прототип).

    Некоторые ФЕ восходят к библейскому сюжету. Так библейские образы и понятия мы находим в таких фразеологизмах, как forbidden fruit – запретный плод, Job’s comforter – горе-утешитель, Juda’s kiss – поцелуй Иуды, a prodigal son – блудный сын, a dead letter – мертвая буква; потерявший свое значение закон, лозунг.

    Фразеологизмы, заимствованные из художественной литературы Древней Греции и Древнего Рима.

    Помимо фразеологизмов, взятых из Библии, в английском языке, как и в языках других европейских народов, являющихся наследниками античной культуры, существует много пословиц, афоризмов и образных выражений, возникших у древних греков и римлян.

    Фразеологизмы the golden age – золотой век, the apple of discord – яблоко раздора, Pandora’s box – ящик Пандоры, Achilles’ heel – ахиллесова пята, Augean stable(s) - авгиевы конюшни, a labor of Hercules – геркулесов труд, a labor of Sisyphus – сизифов труд, Lares and Penates (книжн.)–лары и пенаты, то, что создает уют, домашний очаг (лары и пенаты в древнеримской мифологии – боги-покровители домашнего очага), the thread of Ariadne (книжн.) – ариаднина нить, путеводная нить, способ, помогающий выйти из затруднительного положения (дочь критского царя Ариадна, дав греческому герою Тезею клубок ниток, помогла ему выбраться из лабиринта) взяты из античной мифологии.

    С поэмами Гомера «Илиада» и «Одиссея» связаны выражения: Homeric laughter – гомерический хохот (оборот связан с описанием Гомером смеха богов); an Iliad of woes – повесть о бесчисленных несчастьях; a sardonic laugh – сардонический, язвительный смех;

    Penelope’s web – тканье Пенелопы, тактика оттягивания; winged words – крылатые слова; between Scylla and Charybdis – между Сциллой и Харибдой, в безвыходном положении; on the knees of the Gods – одному богу известно; on the razor’s edge – в опасном положении, на краю пропасти, like a Trojan – мужественно, доблестно, геройски (Вергилий в «Энеиде» тоже воспевает мужество защитников Трои); the Trojan Horse – троянский конь, скрытая опасность.

    Следующие выражения идут из басен Эзопа и других древнегреческих сказок и басен: to blow hot and cold – колебаться, делать взаимоисключающие вещи, занимать двойственную позицию (в одной из басен Эзопа путешественник одновременно дул на свои пальцы, чтобы согреть их, и на суп, чтобы остудить его), to add insult to injury – усугублять оскорбления; to kill the goose that laid the golden eggs – убить курицу, несущую золотые яйца; to cry wolf too often – поднимать ложную тревогу; the lion’s share – львиная доля; the last straw (that broke the camel’s back) – последняя капля, переполнившая чашу, предел терпения; sour grapes – зелен виноград (о чем-либо недостижимом и потому порицаемом); to nourish a viper in one’s bosom – пригреть змею на груди; an ass in a lion’s skin – осел в львиной шкуре; a fly on the wheel – человек, преувеличивающий свое участие в каком-либо деле.

    От одной из басен Федра идет поговорка to take time by the forelock – воспользоваться удобным случаем, не зевать. Выражения the small of the lamp – запах лампы (т.е. масла в лампе, при свете которой переделывал свое произведение писатель); вымученность, искусственность и to know where the shoe pinches – знать в чем загвоздка, в чем нужда сделались известными благодаря сочинениям Плутарха. Оттуда же идет фразеологизм the skeleton at the feast – человек, омрачающий, портящий чужое веселье; выражение to call a spade a spade – называть вещи своими именами ведет свое начало от неточной, но удачной передачи Эразмом Роттердамским приводимой Плутархом поговорки (у Плутарха сказано «называть корыто корытом» (№16)).

    Некоторые фразеологизмы восходят к произведениям древнеримских писателей: a snake in the grass - змея подколодная, коварный, скрытый враг (Вергилий); the golden mean - золотая середина (Гораций); the sinews of war(книжн.) – деньги, материальные средства (необходимые для ведения войны) (Цицерон); anger is a short madness – “гнев – недолгое безумие” (Гораций).

    Фразеологические единицы, пришедшие в английский язык из литературы Древней Греции и Древнего Рима, наделены необыкновенной красочностью и экспрессивностью, этим и объясняется их распространенность не только в английском, но и других языках мира.

    Фразеологизмы, заимствованные из английской художественной литературы XVI – XX веков.

    В современном английском языке существует множество фразеологизмов, основная функция которых – усиливать эстетический аспект языка. Многие фразеологические единицы произошли в связи с обычаями, реалиями, историческими фактами, но большая часть английского фразеологического фонда так или иначе возникла благодаря художественная литература.

    Произведения знаменитого английского классика У. Шекспира являются одним из наиболее важных литературных источников по числу фразеологизмов, обогативших английский язык. Число их свыше ста. Приводим примеры некоторых наиболее распространенных шекспиризмов. (Все нижеследующие примеры ФЕ взяты из англо-русского фразеологического словаря А.В. Кунина (№16)(всего в практической части представлено 350 фразеологизмов).

    “Macbeth”

    To make assurance double sure

    The be-all and end-all

    The milk of human kindness

    To screw one’s courage to the sticking place

    To win golden opinions

    At one fell swoop

    The sere and yellow leaf

    Pride of place        

    - для пущей верности.

    - то, что заполняет жизнь, всё в жизни.

    -“бальзам добродушия” (ирон.), сострадание, человечность

    - набраться храбрости, отважиться

    - заслужить благопри-ятное, лестное мнение о себе

    - одним ударом, одним махом, в один момент

    - наступающая старость, дряхлость

    - высокое положение, упоенность собственным положением, высокомерие

    Full of sound and fury        

    - громкие, грозные речи, которые ничего не значат

    “Hamlet”

    To be or not to be?

    To cudgel one’s brains

    The observed of all observers

    To be hoist with one’s own petard

    To do yeoman service

    Our withers are unwrung

    To shuffle off (this mortal coil)

    To give pause to (smb.)

    To out-Herod Herod

    To know a hawk from a handsaw

    Caviar to the general

    Germane to the matter

    A towering passion

    The primrose path of dalliance

    There’s the rub

    From whose bourne no traveller returns

    In the mind’s eye

    To the manner born

    Shreds and patches

    Sweets to the sweet

    To the top of one’s bent        

    - Быть или не быть?

    - ломать голову над (чем-либо)

    - центр всеобщего внимания

    - попасть в собственную ловушку

    - оказать своевременную помощь

    - хула, обвинение нас не задевает

    - покинуть этот бренный мир, покончить (счеты с жизнью)

    - приводить в замешательство

    - превзойти самого Ирода в жестокости

    - быть не лишенным элементарной проница-тельности; (~уметь от-личить кукушку от ястреба)

    - слишком тонкое блюдо для грубого вкуса (слово general здесь значит широкая публика)

    - ближе к делу

    - неистовство, ярость

    - путь наслаждений

    - Вот в чем загвоздка, ~ Вот где собака зарыта

    - там, откуда еще никто не возвращался (т.е. в царстве смерти)

    - в воображении, мысленно

    - привыкший с пеленок

    - лоскутья и клочки

    - прекрасное – прекрасной (любезное обращение при поднесении подарка)

    - совсем, полностью; вволю, вдосталь, сколько душе угодно

    “Othello”

    The green-eyed monster

    To chronicle small beer

    The seamy side

    To wear one’s heart upon one’s sleeve

    Trifles light as air

    Curled darlings

    Moving accident(s)

    Ocular proof

    A foregone conclusion

    The head and front of

    The pity of it!         

    -(книжн.) “чудовище с зелеными глазами”, ревность

    - отмечать мелочи, не-значительные события, заниматься пустяками

    - неприглядная сторона, изнанка чего-либо

    - выставлять напоказ свои чувства; (~душа нараспашку)

    - ничтожные пустяки

    - богатые женихи, “золотая молодежь”, богатые бездельники

    - волнующие события

    - зримое доказательство

    - предрешенное дело; предвзятое мнение, заключение

    - предел, верх; самое главное, важное, су-щественное

    - Как жалко!

    “King Henry IV”

    To eat one out of house and home

    The wish is father to the thought

    The better part of valour is discretion        

    - разорить человека, живя за его счет

    - желание порождает мысль; люди охотно верят тому чего сами желают

    - одно из украшений храбрости – скромность

    “King Henry V”

    To give the devil his due        

    - отдавать должное и плохому человеку

    “King John”

    To gild refined gold

    To paint the lily        

    - (букв золотить чистое золото); стараться улучшить, украсить что-либо и без того достаточно хорошее; попусту тратить время.

    - “подкрасить цвет лилии”, т.е. пытаться улучшить или украсить что-либо, не нуждающееся в улучшении и украшении

    “Twelfth Night”

    Midsummer madness

    The whirligig of time

    Cakes and ale        

    - умопомрачение

    - превратности судьбы; «карусель времени»

    - беззаботное веселье, наслаждение жизнью, «пироги и пиво»

    “Merchant of Venice”

    To have (smb.) on the hip

    To one’s heart’s content

    A Daniel come to judgement

    A pound of flesh

    With bated breath         

    - воспользоваться (чьим-либо) невыгодным положением, «прижать» кого-либо.

    - вволю, вдоволь

    - честный, проницатель-ный судья

    - точное количество, причитающееся по закону, «фунт мяса»

    - затаив дыхание

    “As You Like It”

    How the world wags?

    In good set terms

    Lay it on with a trowel

    Sermons in stones        

    - Как обстоят дела?

    - со всей решительностью, суровостью

    - преувеличивать; грубо льстить

    - серьезные размышления, внушенные явлениями природы

    “Midsummer Night’s Dream”

    Fancy free

    The beginning of the end        

    - ни в кого не влюбленный; с незанятым, свободным сердцем

    - начало конца

    “King Lear”

    Every inch a king

    More sinned against than sinning        

    - с головы до ног, целиком, настоящий во всех отношениях (король)

    - (человек) незаслуженно обиженный, перед которым другие виноваты больше, чем он перед ними

    “Much Ado About Nothing”

    Comparisons are odorous

    Good men and true        

    -  сравнения не всег-да уместны

    - честные, порядочные, верные люди

    “Troilus and Creseide”

    Hit or miss        

    - беспорядочно, как попало, наугад

    “Romeo and Juliet”

    A fool’s paradise        

    - мир фантазий; при-зрачное счастье

    “Comedy of Errors”

    Neither rhyme nor reason        

    - ни складу, ни ладу, без всякого смысла

    “Antonius and Cleopatra”

    Salad days        

    - пора юношеской неопытности; ~ молодо – зелено

    “Julius Caesar”

    An itching palm        

    - склонность брать взятки; жадность к деньгам, наживе. «Ла-донь чешется».

    “Tempest”

    A sea-change        

    - превращение (а не гибель)

    “Coriolanus”

    A triton among the minnows        

    - гигант среди пигмеев

    “Love’s Labour Lost”

    That’s flat        

    - окончательно и бесповоротно

    В современном английском языке шекспиризмы могут употребляться с некоторыми изменениями. Например, выражение to wear one’s heart upon one’s sleeve for days to peck at (“Othello”) – выставлять напоказ свои чувства; (~душа нараспашку). (Этот фразеологизм связан со средневековой рыцарской традицией носить на рукаве цвета своей дамы). В современном английском языке обычно употребляется в сокращенном виде: to wear one’s heart upon one’s sleeve. Также вместо предлога upon может употребляться другой предлог – on. Например: “It’s lovely to be able to tell the world what she means to me.” Howard … adds: “I never back off from showing my emotions whatever they are. I think if we all wore our hearts on our sleeves a bit more we’d all get on a lot better.” (The times)

    Шекспиризм the better part of valour is discretion (“King Henry IV”) – одно из украшений храбрости – скромность существует в современном английском языке с измененным порядком слов: discretion is the better part of valour.

    Многие шекспиризмы с течением времени приобретают лексические варианты: например, applaud (или cheer) to the echo – шумно, восторженно аплодировать, устроить овацию (applaud to the echo – шекспиризм; “Macbeth”); cram (ram или thrust) smth. down smb.’s throat – навязывать кому-либо (своё мнение свои взгляды и т.п.) (thrust smth. down smb.’s throat – шекспиризм; “Titus Andronicus”).

    В шекспиризме buy golden opinions – заслуживать благоприятное лестное мнение о себе, вызывать восхищение в современном языке вместо глагола buy употребляется глагол win.

    Выражение at one fell swoop (“Macbeth”) – одним ударом, одним махом, в один момент сразу стал употребляться в сокращенном виде at one swoop. Например: “They go quick, one after another – five of them vanished already at one swoop.” (S. O’Casey)

    В современной английской речи также используются шекспиризмы, в состав которых входят устаревшие слова, т.е. архаизмы, которые нигде кроме данной ФЕ не употребляются. Например, from whose bourne no traveller returns – там, откуда еще никто не возвращался (т.е. в царстве смерти). Слово bourne является архаизмом и обозначает границу или предел, оно употребляется в современном английском языке только в рамках данного фразеологизма.

    Большое количество фразеологизмов, созданных Шекспиром, вошло во всеобщее употребление, что свидетельствует и о лингвистической гениальности Шекспира и о его колоссальной популярности.

    Высказывания английских писателей XVII – XX веков, ставшие фразеологизмами современного языка

    Кроме Шекспира, многие другие писатели обогатили английский фразеологический фонд. Среди них главным образом следует отметить Александра Попа, Вальтера Скотта, Джеффри Чосера, Джона Мильтона, Джонатана Свифта и Чарльза Диккенса.

    Александр Поп:

    Fools rush in where angels fear to tread(“An Essay on Criticism”)

    Damn with faint praise (“Epistle to Dr. Arbuth-not”)

    Break a butterfly on the wheel (“Epistle to Dr. Arbuthnot”)

    Who shall decide when doctors disagree? (“Moral Essays”)        

    - дураки бросаются туда, куда ангелы и ступить боятся, (~дуракам закон не писан)

    - осуждать, делая вид, что хвалишь

    - ( стрелять из пушек по воробьям)

    - что же делать смертному, когда мнения знатоков расходятся

    Вальтер Скотт:

    To catch smb. red-handed (“Ivanhoe”)

    Beard the lion in his den (“Marmion”)

    Laugh on the wrong side of one’s mouth (“Rob Roy”)

    On one’s native path (“Rob Roy”)

    A foeman worthy of smb.’s steel (“The Lady of the Lake”)        

    - застать кого-либо на месте преступления, захватить кого-либо с поличным

    - напасть на опасного врага в его собственном жилище

    - приуныть после веселья, перейти от смеха к слезам

    - на родной земле, у себя на родине

    - достойный противник, соперник

    Джеффри Чосер:

    Through thick and thin (“The Canterbury Tales”)

    Murder will out (“The Canterbury Tales”)

    He needs a long spoon that sups with the devil. (тж. He who sups with the devil should have a long spoon) (“The Canterbury Tales”)         

    - решительно, стойко, несмотря ни на какие препятствия

    - всё тайное становится явным

    - “когда садишься за стол с чертом, запасись ложкой по-длиннее”, ~ связался с чертом, пеняй на себя

    Джон Мильтон:

    Fall on evil days (“Paradise Lost”)

    Heaven on Earth (тж. Paradise on Earth) (“Paradise Lost”)

    Confusion worse confounded (“Paradise Lost”)

    The light fantastic toe (“L’Allegro”)

    More than meets the ear (“Paradise Lost”)        

    - впасть в нищету, бедствовать; влачить жалкое существование; ~ черные дни наступили

    - рай земной

    -путаница, полный хаос

    - танец

    - больше, чем кажется на первый взгляд; не так просто, как кажется Джонатан Свифт:

    The land of Nod (“Polite Conversation”)

    A sight for sore eyes (“Polite Conversation”)

    All the world and his wife (“Polite Conversation”)

    To quarrel with one’s bread and butter (“Polite Conversation”)

    All in the day’s work (“Polite Conversation”)

    To rain cats and dogs (“Polite Conversation”)

    Someone is walking over my grave (“Polite Conversation”)        

    - «страна сновидений», царство сна

    - приятное зрелище, сердцу отрада (особенно о желанном госте)

    -1. все без исключения, много народу; 2. всё светское общество, весь «высший свет»

    - бросить занятие, дающее средства к существованию

    - в порядке вещей

    - лить как из ведра (о дожде)

    - что-то меня дрожь пробирает

    Чарльз Диккенс:

    King Charles’s head (“David Copperfield”)

    Never say die (“David Copperfield”)

    Barkis is willing (“David Copperfield”)

    A bag of bones (“Oliver Twist”)

    An Artful Dodger (“Oliver Twist”)

    The Circumlocution Office (“Little Dorrit”)

    Prunes and prism (“Little Dorrit”)

    How goes the enemy? (“Nicholas Nickleby”)

    In a Pickwickian sense (“Pickwick Papers”)

    Not to put too fine a point on it (“Bleack House”)        

    - навязчивая идея, предмет помешательства (выражение связано с увлечением полоумного мистера Дика Карлом I)

    - не отчаивайтесь

    - “Баркис не прочь”, мне очень хочется (возчик Баркис неоднократно начинал этими словами свое предложение руки и сердца служанке Пеготти)

    - истощенный, изможденный человек, (~кожа да кости)

    - прохвост, пройдоха (прозвище карманника Джона Докинса)

    - “министерство око-личностей” (по названию бюрократического учреждения в романе)

    - жеманная манера говорить, жеманство манерность

    - как движется наш враг - время?, который час?

    - в безобидном значении

    - говоря напрямик, попросту говоря, если называть вещи своими именами

    Высказывания других английских писателей обычно остаются цитатами и лишь в редких случаях пополняют фразеологический фонд английского языка, входя в разговорную речь. Приводим некоторые примеры таких высказываний (ниже перечисленные ФЕ классифицированы по времени создания произведения, в котором употребляется данный фразеологизм).

    XVIII век

    Дж. Арбетнот: John Bull – “Джон Булль” (насмешливое прозвище англичан). Оборот впервые употреблен придворным врачом Дж. Арбетнотом в сатирическом памфлете “Law is a Bottomless Pit” (1712), позднее переизданном под названием “The History of John Bull”.

    Р. Бёрнс: John Barleycorn – Джон Ячменное Зерно (олицетворение виски, пива и других спиртных напитков), (“John Barleycorn”).

    Дж. Гэй: (as) cool as a cucumber – совершенно невозмутимый, спокойный; ~ в ус не дует, и глазом не моргнет (“Poems on Several Occasions”).

    Д. Дефо: man Friday – Пятница; верный преданный слуга (по имени верного слуги в романе “Robinson Crusoe”); a gentleman’s gentleman – “джентльмен, прислуживающий джентльмену”, слуга (“Everybody’s Business”).

    С. Т. Колридж: an albatross about one’s neck – постоянное напоминание о чьей-либо вине; печальное обстоятельство (в поэме Колриджа “The Ancient Mariner” говорится о моряке, убийством альбатроса накликавшем беду на свой корабль и вынужденном носить как наказание мертвого альбатроса на шее).

    У. Купер: a cup that cheers but not inebriates – “напиток веселящий, но не пьянящий”, чай (“The Task”).

    К. Марло: to clip smb.’s wings – подрезать крылья кому-либо.

    Т. Мортон: what will Mrs. Grundy say? – “что скажет миссис Гранди?”, т.е. что скажут люди? Выражение употребляется в комедии “Speed the Plough”. Миссис Гранди – воплощение ходячей морали (ср. что станет говорить княгиня Марья Алексеевна?).

    Т. Смоллетт: fly off at a tangent – неожиданно отключиться от темы разговора (“Humphrey Clinker”); fit like a glove – быть как раз впору, подходить(“Humphrey Clinker”).

    Л. Честерфилд: small talk - болтовня, разговор о пустяках, о погоде (“Letters to his Son”).

    XIX век

    Дж. Г. Байрон: (as) merry as a marriage-bell – очень веселый, жизнерадостный, полный жизни (“Childe Harold’s Pilgrimage”).

    У. Вордсворт: the child is father of the man – уже в ребенке заложены черты взрослого человека.

    Т. Кемпбелл: few and far between – редкие, редко встречающиеся (“Pleasures of Hope”).

    Дж. Пул: Paul Pry – человек, сующий нос в чужие дела, чрезмерно любопытный человек (главное действующее лицо комедии “Paul Pry”).

    Р. Л. Стивенсон: Dr. Jekyll and Mr. Hyde – “доктор Джекилл и мистер Хайд”, человек, воплощающий в себе два начала – доброе и злое (по имени героя повести “The Strange Case of Dr. Jekyll and Mr. Hyde”).

    А. Теннисон: a little rift within the lute – начало разлада или безумия; червоточина, “трещина” (“Idylls of the King, Merlin and Vivien”).

    А. О. Шонесси: mover and shaker – влиятельный человек, лидер общественного мнения, делающий политику.

    XX век

    Дж. Берри: little Mary (разг. шутл.) - желудок, «животик» (по названию пьесы).

    Р. Киплинг: the tail wags the dog - «хвост виляет собакой», подчиненный командует начальником (“The Conundrum of the Workshops”)

    Ч. Сноу: corridors of power – коридоры власти (название книги)

    Многие фразеологические единицы не были созданы самими писателями, но лишь благодаря последним получили широкое распространение в современном английском языке. Вот примеры. Выражение John Barleycorn было известно еще с первой половины XVII века и приобрело особую популярность благодаря балладе Р. Бёрнса “John Barleycorn”. Поговорка to be on the side of the angels (букв. быть на стороне ангелов), настаивать на традиционной (антинаучной) точке зрения приобрела популярность благодаря Б. Дизраэли. Фразеологизм vanity fair – ярмарка тщеславия, являющийся названием знаменитого романа У. Теккерея, встречается в книге Дж. Беньяна “Pilgrim’s Progress” (1678 – 1684). ФЕ a skeleton in the closet – семейная тайна, скрываемая от посторонних, введенная У. Теккереем в литературу, была также известна до него. Сравнения green like a Cheshire cat – ухмыляться, улыбаться во весь рот; (as) mad as a hatter и (as) mad as a March hare – не в своем уме, спятивший, совсем ума лишился популяризированы Л. Кэрролом в книге “Alice in Wonderland”.

    1. Биологическое бытие

    • Биологическое бытие, главным проявлением которого является феномен жизни.

    Фактически почти все проявления жизни человека, его рождение и смерть, особенности характера, умственной деятельности, возраста, внешнего облика, профессиональные качества и т.д.- все это находит яркое и своеобразное отражение во фразеологических единицах.

    История одежды едва ли не столь же древняя, как история самого человечества. С развитием общества менялась и одежда, ее функции также значительно расширились. Будучи неотъемлемой частью жизни и быта человека одежда получила распространение и во фразеологии.

    Рассмотрим несколько попыток тематической классификации фразеологических единиц (ФЕ) с компонентом одежда, представленных в английском языке следующими номинациями: belt , boot, cap, coat, collar, dress, glove, hat, heel, helm, pocket, purse, shirt, shoe, sleeve, socks, suit. Исследование проведено на материале 300 ФЕ. Нами было выделено 11 тем, 5 из которых имеют антонимический характер. Начнем, пожалуй, прежде всего, с последних.

    1. Тема бедности/богатства широко представлена фразеологическими единицами.

    Бедность: Pull in one’s belt - затянуть пояс потуже; To tighten one’s belt - затянуть пояс; An empty pocket - пустой карман; An empty purse - пустой кошелек; A light purse is a heavy curse - хуже всех бед, когда денег нет; Not to have a shirt to on one’s back - впасть в крайнюю нищету.

    - Богатство: Big purse - туго набитый кошелек; Fortunatu’s purse - неистощимое богатство; Have a long purse - иметь много денег.

    Как известно, деньги являются показателем благосостояния человека, а хранятся они обычно в кошельке, поэтому наиболее часто встречающимся компонентом по данной тематике является purse (кошелек), деньги также могут храниться и в кармане, поэтому в данной тематике представлено также номинация «pocket» (карман). Если деньги это

    показатель богатства, то туго затянутый пояс и пустой карман являются показателями бедности.

    2. Тема справедливости/несправедливости является еще одной антонимической оппозицией. Здесь примечателен тот факт, что во всех ФЕ данной тематики содержится компонент shoe(boot).

    - Справедливость: Put the shoe on the right foot - справедливо обвинить.

    - Несправедливость: The The boot is on the wrong (other) foot - вину приписывают не тому, кому следует; Put the boot on the other leg - обвинять не того, кого следует.

    Одежда, будучи ежедневным атрибутом жизни человека, во фразеологии часто используется для характеристики человеческих качеств, чувств, эмоций и взаимоотношений.

    3. Тема человеческих качеств представлена как отрицательными, так и положительными качествами, хотя их количественное соотношение неравноценно, количество отрицательных больше. Так, например, к положительным можно отнести:

    - эмпатия: Put oneself in smb’s shoes - влезть в чью-либо шкуру;

    - щедрость: Give the shirt off one’s back - снять с себя последнюю рубашку.

    К отрицательным качествам можно отнести:

    - высокомерие: Be too big for one’s boots - задирать нос;

    - подлость: Hit bellow the belt - нанести удар ниже пояса;

    - подхалимство: Lick the boots of - пресмыкаться;

    - непорядочность: A bad hat - непорядочный человек;

    - безрассудство: Put one’s shirt on - поставить на карту все.

    4. Фразеологические единицы относящиеся к теме человеческих чувств представляется возможным также подразделить на отрицательные:

    - чувство страха: Shake in one’s boots - дрожать как осиновый лист; Not to hear one’s heart in one’s boots - трястись от страха;

    - чувство злости: Lose one’s shirt - выйти из себя;

    положительные ФЕ:

    - чувство спокойствия: Keep one’s shirt on - оставаться спокойным;

    - чувство радости: Throw one’s hat in the air - ликовать.

    5. Тема человеческих взаимоотношений представлена также антонимическими оппозициями, однако имеющими градуальный характер, от деликатных и до очевидно враждебных:

    - деликатные (мягкие): Handle smb with gloves - обращаться с кем-л. деликатно; Handle smb without gloves - обращаться с кем-л. мягко;

    - конкурентные: Throw down the glove - вызвать кого-либо на состязание;

    - враждебные: Put the boots in smb - жестоко расправиться с кем-л.; Pull the cap - переругаться; Dust smb’s coat- избить кого-л.

    Внутри данной темы можно выделить особую разновидность взаимоотношений подчинения, которые варьируются от формального подчинения, в связи с выполняемыми служебными обязанностями, до полной зависимости: Wear the collar- быть в подчинении; Answer the helm - слушаться, подчиняться; Be under someone’s shoes - быть в подчинении; Be tied to someone’s apron-strings - быть под каблуком; Come to heel - беспрекословно повиноваться; Hang on smb’s sleeve - быть в полной зависимости от кого-либо.

    6. Фразеологические единицы могут служить также средствами выражения человеческих эмоций. В таких ФЕ коннотативный компонент преобладает над денотативным. В отличие от других фразеологических единиц здесь явно выражен эмоциональный оттенок:

    My hat - Вот те на!

    Nice pair of shoes - Хорошенькое дело!

    Where the shoe pinches - Вот в чем трудность!

    That’s another pair of shoes - Это совсем другое дело!

    7. Тема труда представлена в английской фразеологии:

    Wear two hats- работать по совместительству; Get a bowler hat - быть уволенным с военной службы; In collar - имеющий работу; Out of collar - без работы; Slip the collar - уклоняться от исполнения своих обязанностей; Take off the gloves - всерьез взяться за что-либо; Give smb a wet shirt - заставить кого-либо работать до седьмого пота; Roll one’s sleeves up - засучить рукава; Work one’s socks off - стараться изо всех сил.

    8. Тема профессии также является распространенной среди ФЕ с компонентом «одежда», поскольку униформа представляет собой отличительный признак представителей той или иной профессии:

    A red hat - кардинал; A black coat - священник; Black gown - католический священник; A brass hat - старший офицер; A blue coat - солдат, моряк; A red coat - английский солдат; A white-collar slave - служащий; A white-collar worker - служащий; Blue collar - рабочий (на заводе); A hard hat - строитель.

    В данной тематике обращает на себя внимание тот факт, что во всех примерах присутствует прилагательное, обозначающее цвет. Эта особенность свидетельствует о том, что у жителей страны выработаны стойкие ассоциации, прежде всего с цветом униформы представителей той или иной профессии.

    9. В качестве отдельной темы можно выделить тему пьянства. Родина виски и властительница морей, Великобритания XIII-XIX вв. всегда ассоциируется с морем и полупьяными моряками. Англию также трудно представить без традиционных пабов, где можно не только хорошо выпить, но и хорошо провести время в веселой компании:

    Go to bed in one’s boots - быть мертвецки пьяным;

    Full as a boot- пьян в стельку;

    Have a brick in one’s hat- напиться, наклюкаться.

    10. Одной из самых широко представленных тем является предметы туалета. В данной тематике представлены фразеологизмы, обозначающие как отдельный предмет гардероба, так и его часть:

    Cap and bells - шутовской колпак; Cap and gown- академическая одежда; Fortunatu’s cap - шапка выполняющая все желания; A claw-hummer coat - фрак; Josep’s coat - богатая одежда; Tody collar - гофрированный воротник; Vandyke collar - кружевной воротник с зубцами; A pork-pie hat - мягкая шляпа с загнутыми вверх полями; A shovel hat - шляпа с широкими загнутыми полями; A stove-pipe hat - цилиндр; Ten-gallon hat - ковбойская шляпа; Bishop’s sleeve - широкий рукав; Leg-of-mutton sleeve - широкий рукав, сильно суживающийся книзу; Mandarin sleeve - широкий рукав; Union suit - детское белье; Full dress - парадная форма.

    11. Дух соперничества является традиционным для англичан, причем выражение «главное не победа, а участие» не совсем приемлемо для жителя туманного Альбиона. А заключить выгодное пари всегда было делом чести. Поэтому в качестве отдельной темы можно выделить тему заключения пари:

    I’ll bet my boots - даю голову на отсечение; I’ll eat my boots - даю голову на отсечение; I’ll eat my hat - голову даю на отсечение; I’ll bet your shirt - держу пари.

    Таким образом, по результату проведенной работы можно сделать вывод, что фразеологические единицы с компонентом одежда в английском языке характеризуют человека по самым разным признакам и свойствам.

    2.8 Личностное бытие

    • Личностное бытие – совокупность внешних и внутренних характеристик человека как уникального проявления природы.

    Интеллект, разум, сознание человека делает его уникальным существом в мире, радикально расширяет возможности человека в познании всего, что его окружает. Данный феномен исследуется целым рядом научных дисциплин: философией, логикой, психологией, биологией, лингвистикой и т. д. Понятие разума, интеллекта, ума является ключевым для всего когнитивного направления.

    По мнению С. И. Ожегова, ум, разум, интеллект — это способность человека мыслить и регулировать своё отношение к действительности.

    Интеллект отражает достигнутый к определённому возрасту уровень познавательного развития личности, проявляющийся в сформированности познавательных функций, в степени усвоения умственных умений и знаний и служит для успешного освоения человеком различных видов деятельности, успешной адаптации в окружающей среде.

    Интеллектуальные способности человека определяются как готовность к эффективному усвоению различных знаний и умений и представляют собой характеристики индивида, отражающие, насколько хорошо люди могут обрабатывать информацию различных типов.

    Почти все проявления жизни человека - его рождение и смерть, особенности характера, возраста, внешнего облика, умственной деятельности, профессиональные качества и т. д. - находят отражение во фразеологии любого языка. Опираясь в основном на собственные представления о человеческом разуме, народ тоже создал свои оценки этого явления. И,

    безусловно, всё это нашло отражение в языке: появилось большое количество лексических и фразеологических единиц, выражающих умственные способности человека.

    Здесь мы рассмотрим фразеологические единства, оценивающие интеллектуальные способности человека в английском языке. Критерием отбора фразеологических единиц, выражающих интеллектуальные способности человека, послужили словарные дефиниции.

    «В разных цивилизациях и в разные эпохи понятия добра и зла, отрицательного и положительного мыслятся неодинаково. Члены одного общества расценивают одно и то же явление индивидуально, хотя существует общепринятая точка зрения, в связи с которой положительная или отрицательная оценка входит в структуру значения фразеологической единицы» (Соколова, 1995, с. 39).

    Согласно определению В. Н. Телия, под оценкой понимается «суждение о ценности обозначаемого в целом или отдельного его свойства».

    Выделяются положительный, отрицательный и нейтральный оценочные компоненты фразеологического значения, в основе которых лежат осуждение, одобрение или отсутствие ярко выраженного одобрения или осуждения как констатация социально устоявшейся оценки какого-либо явления (в данном случае - интеллектуальные способности человека). Приведём следующие примеры:

    - положительное оценочное значение: mind like a steel trap, с царём в голове, умная головушка;

    - отрицательное оценочное значение: off one's rocker, ни бе ни ме ни кукареку, чугунная голова;

    - нейтральное оценочное значение: open one's mind, собраться с мыслями.

    Как известно, ценность шкалируется в диапазоне «безразлично» (зона нейтрального), «хорошо»  (зона положительного) или «плохо» (зона отрицательного).

    По каким же критериям происходит оценивание интеллектуальных способностей человека в английском языке?

    При анализе исследуемого материала были выделены следующие критерии оценивания, позволяющие характеризовать ту или иную фразеологическую единицу, как имеющую положительное, отрицательное либо же нейтральное оценочное значение.

    Первым критерием, несомненно, является указание на наличие/ отсутствие интеллекта и интеллектуальных способностей человека: have eyes to see, голова на плечах; not to have got a brain in one's head, винтика не хватает, дурак дураком.

    Умственная деятельность человека также обычно оценивается с позиции её наличия/отсутствия: have all one's buttons on, котелок варит, шевелить мозгами, have one's head examined, каша в голове, голова трухой набита.

    Немаловажным является качество этой деятельности, фразеологические единицы, отражающие, например, скорость и глубину протекания интеллектуальных процессов, быстроту мышления и понимания, глубокий, тонкий анализ и синтез различных явлений, лёгкость усвоения информации и т. д., характеризуются как положительно-оценочные: have a quick wit, хватать на лету, видеть насквозь. С другой стороны, фразеологические единицы, выражающие заторможенность мыслительной деятельности, плохую реактивность, неспособность к восприятию идей и их анализу, характеризуются как отрицательно-оценочные: not able to make anything out of sth, задним умом крепок, заблудиться в трёх соснах.

    В английском языке интеллектуальная деятельность человека оценивается также с точки зрения эффективности/неэффективности её использования: недостаточно только обладать умом, хорошими способностями, прекрасной памятью или легко усваивать какую-либо

    информацию, необходимо уметь всё это оптимально использовать: be firing on all cylinders, be quick off the mark, be going around in circles.

    Зона нейтрального, как известно, расположена между положительной и отрицательной зонами на оценочной шкале.

    Анализ ФЕ, выражающих интеллектуальные способности человека, показывает, что нейтральную оценку содержат фразеологические единицы, описывающие, например, умственные процессы, но не указывающие на скорость или глубину их протекания, либо же просто постулирующие существование определённых составляющих интеллектуальных способностей человека: turn of mind, collect one's thought, приходить на ум, вертится в голове, серое вещество, жить своим умом.

    Анализ исследуемых единиц английского языка показал, что вокруг зоны нейтрального расположены фразеологические единицы, в толковании которых содержатся такие семы, как 'slightly', 'not very', 'not much': off one's rocker (slightly) и т. д.

    Зону положительного наполняют фразеологические единицы, обозначающие   такие   признаки,   как   наблюдательность,   мудрость, проницательность, сообразительность, остроумие, ум, например: have а quick wit, ходячая энциклопедия, остёр на язык, кладезь премудрости, ума палата и т. д.

    Соответственно, в зоне отрицательного находятся фразеологизмы, выражающие такие признаки, как глупость, ограниченность, тупость, например: a one-track mind, a wooden head, дубина стоеросовая, мякинная голова, мозги набекрень, как с луны свалился.

    Данный критерий представлен большим количеством компаративных фразеологических единиц: silly as a goose, разбираться в чём-либо как свинья в апельсинах.

    - фразеологические единицы, в значении которых присутствуют семы 'very', 'more' 'очень', 'больше': bright as a button (very), be in the know (more), ясная голова (очень), набитый дурак (очень) и т. д.

    - фразеологические единицы, характеризующие наивысшую степень проявления признака. Положительную оценку имеют фразеологизмы, выражающие талантливость, одарённость, креативность как высший уровень наличия и развития умственных способностей: be the brains behind sth, think outside the box, семи пядей во лбу, на голову выше.

    Отрицательную оценку несут фразеологизмы, отражающие полное отсутствие ума, умственной деятельности, ограниченность, а также поведение, поступки, состояние: be gone in the upper storey; медный лоб, не видеть дальше своего носа.

    Анализ ФЕ, выражающих интеллектуальные способности человека, позволяет нам выделить ещё один критерий, по которому оценивается данный феномен в английскомязыке. В ряде случаев в основании оценки интеллекта человека лежит противопоставление «здоровый/больной». В зоне положительного тогда оказываются фразеологические единицы, отражающие такие признаки, как, например, «благоразумие, здравый ум» и «умственная деятельность»: be of sound mind, быть в здравом (трезвом) рассудке. Недостаток интеллекта, замедленная скорость мыслительных процессов или вообще отсутствие нормальной умственной деятельности у человека часто ассоциируется с болезнью (временной или постоянной), аномалией развития: be out of one's senses, лишаться рассудка, сходить с ума, мозги набекрень, белены объелся.

    Утверждение Е. М. Вольф о том, что «в зоне некоторых объективных признаков шкала оценок связана с фактором времени» (Вольф, 2002, с. 55), актуально и при исследовании интеллектуальных способностей человека, так как их развитие и формирование напрямую зависит и от времени: понятие «интеллект» употребляется по отношению именно к приобретённым познавательным и мыслительным способностям человека, которые можно

    развивать, улучшать, усиливать за счёт развития. Этот факт наблюдается при анализе исследуемых фразеологизмов английского языка: have an old head on one's shoulders..

    В ходе анализа оценочного компонента фразеологизмов, выражающих интеллектуальные способности человека, было выявлено использование следующих средств оценочности: а) прилагательных и наречиий: clever, intelligent, quick, stupid, mad, slow, sharp, светлый, умный, разумный, глупый, дурья, и т. д.; б) имён существительных, обозначающих различные части тела, органы: head, finger, eye, arse, ears; голова, мозги, глаза, язык, пальцы, лоб, нос, в) имён собственных: Aleck, Betty, Charley, Dick, Dora, Тот; ванька; г) зоонимов и фитонимов: ass, bat, bee, donkey, goose, owl, bananas, nuts, баран, свинья, курица, пень, дубина, солома, сосна (еловая, садовая, дубовая, берёзовая); д) русский язык - имена существительные, обозначающие природно-метеорологические явления и небесные светила: ветер, небо, луна, земля, звёзды, туман.

    Итак, этнокультурная специфика оценки интеллектуальных способностей человека фразеологическими средствами на материале английского языка проявляется в следующем (перечислим лишь некоторые пункты):

    - результативность умственной деятельности: актуальным для англичан является признак быстроты соображения, важна также и эффективность, успешность этой деятельности;

    - остроумие в английском языке связывается с хитростью, ловкостью.

    интеллектуальные способности и умственная деятельность иногда оценивается по тендерному признаку: мужчина умён, одарен (гигант мысли, добрый/злой гений), женщина - глупа, у нее короткая память (девичья память; у бабы волос долог, а ум короток);

     в английском языке благоразумный человек - это, прежде всего, человек практичный.

    2.9. Социальное бытие - бытие человеческого общества.

    Исконно английские фразеологизмы связаны с традициями, обычаями и поверьями английского народа, а также с реалиями, преданиями и историческими фактами [2; с. 21]. По источникам происхождения они подразделяются на девять групп:

    первая группа - фразеологические единицы, отражающие традиции и обычаи английского народа: good wine needs no bush - «хорошее вино в ярлыке не нуждается»? хороший товар сам себя хвалит (по традиции, трактирщики вывешивали ветки плюща в знак того, что в продаже имеется вино);

    вторая группа - фразеологические единицы, связанные с английскими реалиями: blue stockings - синий чулок («собранием синих чулков» назвал в бытность свою в Англии голландский адмирал Босковен один из литературных салонов середины XVIII века в Лондоне, так как учёный Бенджамин Спеллингфлит появился в этом салоне в синих чулках); to carry coal to Newcastle - «возить уголь в Ньюкасл», то есть возить что-либо туда, где этого и так достаточно; Ньюкасл - центр английской угольной промышленности; ? ехать в Тулу со своим самоваром; третья группа - фразеологические единицы, связанные с поверьями: a black sheep - паршивая овца, позор в семье (по старинному поверью, чёрная овца отмечена печатью дьявола)[17; с. 26];

    четвёртая группа - фразеологические единицы, связанные с астрологией: to be born under a lucky star - родиться под счастливой звездой; to believe in one's star - верить в свою судьбу, звезду;

    пятая группа - фразеологические единицы, взятые из сказок и басен: Fortunatus's purse - неистощимый кошелёк;

    шестая группа - фразеологические единицы, связанные с карикатурами: the old lady of Threadneedle Street (шутливо) - «старая леди с Треднидл-стрит», Английский банк (выражение обязано своим происхождением карикатуре Джона Гилрея (1797), на которой премьер-министр Уильям Питт пытается завладеть золотом старой леди, сидящей на запертом сундуке. Деньги были нужны Питту для войны с Наполеоном. Подпись под карикатурой гласила: Political Ravishment, or The Old Lady of Threadneedle Street in Danger);

    седьмая группа - фразеологические единицы, связанные с преданиями: halcyon days - спокойные, мирные дни, спокойное время (halcyon - зимородок; по древнему преданию, зимородок выводит птенцов в гнезде, плавающем по морю, в период зимнего солнцестояния, и в этот период, около двух недель, море совершенно спокойно);

    восьмая группа - фразеологические единицы, связанные с историческими фактами: as well be hung for a sheep as a lamb - «если суждено быть повешенным за овцу, то почему бы не украсть заодно и ягнёнка» (отголосок старого английского закона, по которому кража овцы каралась смертной казнью через повешение).

    Одной из самых многочисленных по составу групп фразеологических единиц является девятая группа, связанная с именами собственными. Многие фразеологические обороты этого типа связаны с фактами давно забытых дней, мотивация имени собственного давно стёрлась.

    В пределах данной группы можно также выделить несколько подгрупп:

    Фразеологические единицы, в состав которых входят библейские имена собственные.

    Они существуют в языках всех стран, история которых в той или иной мере связана с христианством. Однако никакой другой язык не испытал на себе такого заметного влияния Библии, как английский. В течение столетий Библия была наиболее широко читаемой и цитируемой в Англии книгой. Не только отдельные слова, но и целые идиоматические выражения вошли в английский язык с её страниц. До сих пор изучение Библии является обязательным в школах Англии. Результатом всего этого является широкое проникновение в язык и частое употребление библейских выражений.

    Библейские имена собственные встречаются в следующих фразеологизмах: a doubting Thomas - «Фома неверующий» (человек, которого трудно заставить поверить чему-либо); the apple of Sodom - «красивый, но гнилой» (по преданию, около города Содома росли яблоки, превращающиеся при первом же прикосновении в дым и пепел); a Juda's kiss - «поцелуй Иуды» (Иудино лобзание, предательство).

    Фразеологические единицы, в состав которых входят имена собственные, связанные с античной мифологией.

    В английском языке, как и в языках других европейских народов, являющихся наследниками античной культуры, много образных выражений, возникших у древних греков и римлян. Немало среди них и содержащих имена собственные:

    Pandora's box - «ящик Пандоры» (источник бедствий);

    Achilles' heel - «ахиллесова пята» (слабое место);

    The sword of Damocles - «дамоклов меч» (нависшая опасность).

    Фразеологические единицы, в которых имя собственное связано с бытом, литературой и фольклором англичан. В эту группу входят:

    а) фразеологические единицы с традиционными, популярными мужскими и женскими именами.

    Широко распространённые английские имена, употребляемые в речи ежедневно, придают фразеологизмам зачастую ярко выраженную экспрессивно-эмоциональную окраску. Такие английские имена, как Betty, Tom, Jack, John, Mary стали носителями определённых черт характера людей [31; с. 113].

    Так, имя Jack ассоциируется чаще всего с весёлым парнем, проворным и хитрым, плутоватым: before one can say Jack Robinson, что по-русски значит «немедленно, моментально; и опомниться не успел; не успел и глазом моргнуть». В Англии когда-то жил человек по имени Jack Robinson, который наносил очень короткие визиты своим знакомым и удалялся прежде, чем успевали доложить о нём.

    Отголоском старинного обычая называть всех людей, принадлежащих к той или иной профессии, каким-либо одним именем, звучит фразеологизм Tom Tailor, который обозначает человека или людей, занимающихся портняжным ремеслом.

    В обобщённом значении употребляются личные имена в выражениях: to astonish the Browns - «бросить вызов общественному мнению»; Browns, Jones, Robinson - «простые, рядовые англичане»; every Tom, Dick and Harry - «всякий, каждый, первый встречный».

    В политической жизни, когда речь идёт о типичном среднем изби-рателе/избирательнице, используют выражение John Q. Citizen, John Q. Public, John Q. Voter, Jane Q. Voter [32; с. 46].

    Можно привести ещё несколько примеров фразеологизмов, в состав которых входят широко распространённые английские имена:

    the Black Maria - тюремная карета;

    Aunt Sally - детская игра;

    The house that Jack built (шутливо) - рассказ с повторениями;

    Johnny Newcome - новичок, молокосос.

    б) фразеологические единицы, содержащие имена монархов, политических деятелей, учёных и изобретателей, прославившихся добрыми или дурными делами.

    «Кровавой Мэри» - Bloody Mary - была прозвана королева Мария Тюдор. Прозвище ей дали протестанты, которых она жестоко преследовала. В разговорной речи данный фразеологизм употребляется в совершенно ином значении: «Кровавая Мэри» - это коктейль из водки и томатного сока со льдом. Благодаря красному цвету и своему сильному действию, напиток получил такое выразительное название. Другой пример: Joe Miller - «старый анекдот, избитая острота» (по имени человека, опубликовавшего первый сборник анекдотов и шуток).

    в) фразеологические единицы, связанные с географией и историей страны, традициями, бытующими в той или иной местности Англии, либо характерными чертами жителей отдельных областей.

    В некоторых фразеологизмах этой группы фигурируют названия улиц, районов, достопримечательностей Лондона. Часть их тесно связана с прошлым Лондона и его историей. Эти выражения донесли до нас старые названия ныне существующих в городе мест, они напоминают о событиях, происходивших когда-то на площадях и улицах Лондона. Например: Tyburn blossom (устаревшее) «молодой вор, юный правонарушитель»; dance the Tyburn jig (устаревшее) «быть повешенным»; Tyburn tip pet (устаревшее, шутливое) «петля» напоминает о том, что до 1783 г. Тайберн был местом публичных казней [30; с. 233].

    Названия улиц и районов Лондона стали со временем обозначать род занятий или социальное положение живущих или работающих там людей. Fleet Street - «английская пресса» (на этой улице находи-лись редакции крупнейших газет); Downing Street - «правительство Великобритании»; Harley Street - «врачебная профессия».

    В другие фразеологизмы этой группы включены названия английских графств, областей, районов, городов, рек. Нередко в них отражается история или традиция того или иного города, поселения. Например, выражение to fight like Kilkenny cats обозначает «бороться до взаимного истребления, на смерть». Несколько солдат из стоявшего в XVIII веке в городе Килкенни гарнизона связали для забавы двух кошек хвостами и перекинули их через бельевую верёвку, чтобы понаблюдать за их дракой. Когда кто-то послал за офицером с просьбой прекратить эту жестокую забаву, один из солдат отрубил кошкам хвосты - и животные разбежались. На вопрос офицера, откуда взялись окровавленные хвосты, кто-то ответил, что две кошки дрались до тех пор, пока не съели друг друга до хвостов.

    Существуют фразеологические единицы, отражающие место того или иного района, города, села в общественном производстве или связанные с ремёслами, имеющими широкое распространение в определённых областях страны. Так возникло, например, выражение to grin like a Cheshire cat. Графство Чешир издавна славилось своими сырами. Клеймом фирмы, изготовлявшей один из сортов чеширского сыра, была улыбающаяся кошачья мордочка, в виде которой изображались головки сыра. Хотя данный фразеологизм появился очень давно, он стал особенно популярен после публикации книги Льюиса Кэрролла «Алиса в стране чудес».

    Фразеологизмы с географическими названиями возникли по разным ассоциациям, среди которых можно отметить производственный признак, связанный с данной местностью (to carry coal to Newcastle - «везти что-либо туда, где этого и так достаточно»), событие, происходившее в данной местности (Donnybrook Fair «шумное сборище, базар» - по названию ежегодной ярмарки, происходившей до середины XIX в. близ Дублина) [18; с. 94].

    Из 24 фразеологических единиц, в которых фигурируют названия стран, 18 включают в себя слово Dutch, употреблённое с отрицательным значением. Такое употребление слова восходит к англо-голландской конкуренции на морях и войнам XVII века. Всё, связанное с Голландией, всё голландское считалось плохим, и любому отрицательному явлению можно было присвоить эпитет «голландский».

    По аналогии с названиями английских графств Stradfordshire, Bradfordshire возникло шутливое имя собственное Bedfordshire в выражении to be off to Bedfordshire «идти спать» (в действительности такого графства нет).

    г) фразеологические единицы, в которых имена собственные взяты из литературных источников.

    Английская литература и устное народное творчество значительно обогатили язык, подарив ему множество ярких, выразительных образов, вошедших в повседневную, обыденную речь. Нередко имена персонажей пьес, романов, стихов или сказок в своём употреблении приближаются к нарицательным, обозначающим те или иные черты характера или поведения человека, такие, например, как неуёмное любопытство - peering Tom «чересчур любопытный человек». В легенде о леди Годиве, жене графа Мерсийского, рассказывается о том, что граф наложил на жителей города Ковентри непосильный налог. Когда леди Годива заступилась за них, граф сказал, что отменит налог, если леди Годива осмелится проехать обнажённой через весь город. Чтобы не смущать её, все жители закрыли ставни своих домов. Единственный, кто стал подсматривать в щёлку, был портной Том, которого тут же поразила слепота.

    Пьесы У. Шекспира явились богатым источником английской идиоматики. Во многих фразеологизмах, созданных Шекспиром, либо в цитатах из его произведений мы находим имена собственные: Hamlet with Hamlet left out «Гамлет без принца Датского», то есть что-либо, лишённое самого важного, самой сути. По числу фразеологизмов, обогативших английский язык, произведения Шекспира занимают второе место после Библии. Их число превышает сотню. Можно привести некоторые из этих широко известных фразеологических единиц:

    gild refined gold (“King John”) - «золотить чистое золото», то есть стараться украсить, улучшить что-либо и без того хорошее;

    the green - eyed monster (“Othello”) - «чудовище с зелёными глазами», то есть ревность;

    the wish is father to the thought (“King Henry IV”) - желание порождает мысль, то есть люди охотно верят тому, чего сами желают.

    В современном английском языке в шекспиризмы могут вноситься некоторые изменения. Например, вследствие слияния двух шекспиризмов gild refined gold и paint the lily («подкрашивать цвет лилии») возник оборот gild the lily, который является вариантом фразеологизма paint the lily. Шекспиризм the better part of valour is discretion (“King Henry IV”) - «одно из украшений храбрости - скромность» - существует в современном английском языке с изменением порядка слов: discretion is the better part of valour. В шекспиризме buy golden opinions («заслужить благоприятное, лестное мнение о себе, вызвать восхищение») вместо глагола buy употребляют глагол win.

    Помимо Шекспира, многие другие писатели обогатили английскую фразеологию. Среди них в первую очередь следует назвать Джеффри Чосера, Джона Мильтона, Джонатана Свифта, Чарльза Диккенса и Вальтера Скотта

    Джонатан Свифт: “rain cats and dogs “ (“Polite Conversation”) - «лить как из ведра»; “quarrel with one's bread and butter” (“Polite Conversation”) - «бросить занятие, дающее средства к существованию».

    Чарльз Диккенс: “How goes the enemy?” (в разговоре) - «Как движется наш враг - время? Который час?» (“Nicholas Nickleby”); “never say die” - «не отчаивайтесь» (“David Copperfield”).

    Одним из важнейших источников фразеологизмов является также профессиональная речь, в которой широко распространены термины и разговорные или просторечные профессионализмы. Некоторые идиомы восходят к профессиональной речи, например, spick and span - элегантный, щегольский, с иголочки. Также много фразеологизмов в сфере мореплавания (trim one's sails to the wind - поставить паруса по ветру, держать нос по ветру), в военной сфере (fall into line - стать в строй, соглашаться с кем-либо), спорте  (jump the gun - начать бежать до выстрела из спортивного пистолета, забегать вперёд, предрешать события).

    Существуют фразеологические единицы с именем собственным, возникшие на американской почве. Они принципиально ничем не отличаются от британских. В их состав входят имена собственные, связанные с американской действительностью, историей, литературой и так далее. Особенно богат фразеологизмами с именами собственными американский сленг: Broadway Boy - «картёжник», «крикливо, ярко одетый человек», буквально «бродвейский парень»; Michigan roll - «кукла» (пачка бумаги, покрытая сверху ассигнациями); Rocky Mountains canary - «осёл», буквально «канарейка скалистых гор».

    Анализ источников происхождения фразеологических единиц позволяет утверждать, что исконно английские фразеологические единицы занимают главенствующее положение среди остальных фразеологизмов английского языка. Следует выделить и тот факт, что для них характерно отсутствие стилистической нейтральности. Они обладают эмоциональной и экспрессивной окрашенностью, не только обозначая определённые явления, но и выражая отношение к ним говорящего.

    Коммуникативные фразеологические единицы и их функции:

    Фразеологические единицы являются коммуникативными, так как одна из их основных функций - функция коммуникации, или общения, предполагающего взаимный обмен высказываниями.

    Кроме коммуникативной, фразеологизмы выполняют следующие функции:

    Номинативная функция - это их соотнесённость с объектами реального мира, включая и ситуации, а также замена этих объектов в речевой деятельности фразеологизмами. Разновидностями номинативной функции являются нейтрально-назывная и назывная (не нейтральная, а стилистически маркированная).

    Познавательная (когнитивная функция) - опосредованное сознанием отражение объектов реального мира, способствующее их познанию.

    Познавательная и номинативная функции реализуются в рамках коммуникативной функции, образуя диалектическое единство, а все остальные функции - в рамках данных функций. В этом проявляется иерархичность функционального аспекта фразеологической системы.

    Семантическая функция, к которой относятся следующие функции:

    а) волюнтативная (от лат. voluntas - воля) - это функция волеизъявления (wish smb. well - желать удачи кому-либо);

    б) дейктическая

    Дейксис - это ... указание на пространственную или временную локализацию действия, явления, события относительно точки отсчёта, релевантной в рамках той или иной речевой ситуации [5; с. 35]. Кроме того, существует личный дейксис (когда точкой отсчёта является лицо: at second hand - из вторых рук), пространственный дейксис (когда точкой отсчёта является какое-либо место или предмет: show a clean pair of heels - убраться, удрать), временной дейксис (когда точкой отсчёта является время: at once - одновременно).

    в) результативная функция - обозначение причины, вызвавшей действие или состояние, которое выражает фразеологизм: the game is up. - Карта бита. Всё пропало [17; с. 73].

    Прагматическая функция, то есть целенаправленное воздействие на адресата. Прагматическая направленность свойственна любому тексту. Фразеологизмы усиливают эту направленность. Разновидностями прагматической являются следующие функции:

    а) стилистическая - особая, по сравнению с нейтральным способом выражения, целенаправленность языковых средств в целях достижения стилистического эффекта при сохранении общего интеллектуального содержания высказывания [1; с. 7].

    б) кумулятивная функция свойственна пословицам, которые являются обобщением жизненного опыта народа, опыта, который получил общественное признание и реализуется в речи в виде совета, предостережения.

    в) с кумулятивной функцией тесно связана ещё одна, вторая - непосредственно управляющая, направляющая, воздействующая, а в отдельной перспективе и воспитывающая, формирующая личность. Её можно назвать директивной [7; с. 98]. Примерами пословиц с директивной функцией могут служить: as you brew, so must you drink ? сам заварил кашу, сам и расхлёбывай; strike while the iron is hot ? куй железо, пока горячо; when you are at Rome, do as the Romans do ? в чужой монастырь со своим уставом не ходят.

    г) резюмирующая функция заключается в том, что фразеологизм является кратким резюме предыдущего высказывания, например, that's flat (разговорное) - это окончательно (решено). Резюмирующая функция в контексте свойственна многим пословицам, например, all's well that ends well - всё хорошо, что хорошо кончается.

    д) контактоустанавливающая функция заключается в создании ситуации непринуждённого общения.

    Пословицы часто используют в функции подтверждения мысли: needs must when the devil drives - «приходится идти, когда чёрт гонит», то есть чего не сделаешь, когда нужда заставит.

    Междометные фразеологизмы могут выполнять компенсаторскую функцию, которая реализуется при описании сильного душевного переживания, аффекта, когда речь субъекта затруднена и междометный фразеологизм является единственным содержанием целой реплики [24; с. 20]. Oh, dear! - Боже мой!

    Текстообразующая (контекстообразующая) функция. Под текстообразующими факторами фразеологических единиц понимают реализацию лингвистических свойств данных языковых знаков, позволяющих им, наравне с грамматическими и лексическими средствами языка, создавать те звенья в структуре текста, которые являются элементами структуры и в отдельных случаях также и связующими средствами фрагментов текста [28; с. 161]. Правомерно положение о том, что фразеологизмы могут быть связующими средствами не только контекстов, но и фрагментов контекста.

    You can't do that to Sam.

    Like hell I can't.

    Фразеологизм like hell связывает обе реплики.

    В текстах различных типов фразеологические единицы выполняют различные функции - описательные, характеризующие, оценочные, терминологические и другие.

    В высказываниях функции часто перекрещиваются. Взаимодействие функций характерно для идиом и идиофразеоматизмов [12; с. 104]. Ниже приводится фразеологическая единица, которая является примером подобного взаимодействия функций, выявленных при анализе данных фразеологизмов в речи:

    Birds of a feather flock together ? рыбак рыбака видит издалека;

    кумулятивная функция;

    экспрессивно-образная функция;

    оценочная функция (обычно пословица употребляется с отрицательной оценкой);

    функция лаконизации речи.

    Кроме того, этому фразеологизму свойственны познавательная, коммуникативная и номинативная функции.

    Все вышеперечисленные функции присущи одним из самых распространённых видов коммуникативных фразеологических единиц - пословицам и поговоркам, которые относятся к коммуникативным, так как являются предложениями [9; с. 45].

    Поговорка - это коммуникативная фразеологическая единица непословичного характера. Большинство поговорок носит разговорный характер. В английском языке поговорок намного меньше, чем пословиц. В большинстве своём они являются оценочными оборотами и могут выражать как положительную, так и отрицательную оценку [16; с. 129]. С положительной оценкой: may your shadow never grow less ? желаю вам здравствовать долгие годы! С отрицательной оценкой: does your mother know you are out? у тебя ещё молоко на губах не обсохло! Безоценочных поговорок очень мало, они единичны: what's up? - Что случилось? Что происходит? Для поговорок, как и для пословиц, характерна однозначность.

    Поговорки бывают повествовательными, побудительными, восклицательными и вопросительными предложениями. Они употребляются как самостоятельные предложения или как части сложного предложения.

    Повествовательные предложения подразделяются на простые утвердительные предложения (the coast is clear - путь свободен, опасности нет; the world is a small place - мир тесен; that's another pair of shoes - это совсем другое дело) и простые отрицательные, которые встречаются значительно реже (that cat won't jump up ? этот номер не пройдёт). И единственным примером поговорки, являющейся сложным предложением, может служить оборот all is fish that comes to his net - он ничем не брезгует, он из всего извлекает пользу  (доброму вору всё впору).

    Число побудительных предложений среди поговорок невелико: more power to your elbow! - Желаю удачи! В этом обороте имеет место опущение подлежащего и сказуемого I wish. Эта фразеологическая единица часто употребляется в качестве самостоятельного предложения. К побудительным фразеологизмам относится также американизм I'm from Missouri, you'll have to show me ? словам не поверю, придётся вам представить доказательства.

    Примером поговорки со структурой восклицательного предложения является фразеологизм woe betide you! - Будьте вы прокляты! Эта поговорка выражает резко отрицательное отношение к кому-либо. Ещё один пример: Queen Anna is dead! (разговорное ироничное) - «Это было известно при покойной королеве Анне!»? Открыл Америку!

    Структура значения вопросительных предложений среди фразеологических единиц до настоящего времени остаётся спорной. Но близость вопросов и утверждений или отрицаний видна хотя бы из того, что многие вопросы по существу являются утверждениями или отрицаниями, то есть риторическими вопросами, не требующими ответа [14; с. 138]. Фразеологизм does your mother know you are out? по существу является утверждением ? у тебя молоко ещё на губах не обсохло. А вопрос what's up? (Что происходит? Что случилось?) породил ответ nothing is up (ничего не случилось). Вопросительные поговорки являются разговорными оборотами и употребляются обычно как самостоятельные предложения или в составе более сложной синтаксической структуры.

    Из изобразительных средств в поговорках встречается только аллитерация: the coast is clear - путь свободен, препятствий нет; doctors differ (или disagree) - мнения авторитетов расходятся; one's face fell - у него (неё) физиономия вытянулась; put that in your pipe and smoke it ? намотайте себе это на ус, зарубите это на носу.

    Под пословицами обычно понимают афористически сжатые изречения с назидательным смыслом в ритмически организованной форме [4; с. 89]. Пословица всегда является предложением и преследует дидактическую цель (поучать, предостерегать и так далее). В отличие от фразеологических единиц других типов, пословицы часто бывают сложными предложениями.

    Хотя среди широко распространённых английских пословиц и имеется некоторое количество длинных пословиц типа a bird in the hand is worth two in the bush? лучше синица в руках, чем журавль в небе; большинство пословиц - краткие, лаконичные высказывания. Длинные пословицы, которые состоят более чем из десяти лексем, имеют тенденцию устаревать. Например, пословица measure thy cloth ten times, thou canst cut it but once вытеснена близкой по образу measure thrice and cut once ? семь раз отмерь, один раз отрежь. Наличие архаизмов в пословице способствует её устареванию. Пословица he that hath had one of his family hanged may not say to his neighbour, hang up that fish вытеснена пословицей совсем иной по образу: people who live in glass house should not throw stones - «живущие в стеклянном доме не должны бросать в других камни», то есть не следует осуждать других тому, кто сам не безупречен.

    Для пословиц характерна устойчивость лексемного состава и неизменяемость порядка лексем.

    Английские пословицы очень разнообразны по своему содержанию и охватывают все стороны жизни английского народа. Часто в них даётся нелестная оценка богачам (one law for the rich, and another for the poor - «для бедных один закон, а для богатых другой»), осуждается война (war is the sport of kings - «война - забава королей», то есть война нужна королям, а не народу), высмеиваются глупые люди (he who is born a fool is never cured? дураком родился, дураком и помрёшь), критикуются лентяи, лодыри (the devil finds work for idle hands to do - «дьявол найдёт работу для праздных рук»? лень - мать всех пороков). Пословицы учат бережливости, трудолюбию (a penny saved is a penny gained - «не истратил пенни - значит, заработал»; he that would eat the fruit must climb the tree ? успех даётся трудом, без труда не вытащишь и рыбку из пруда). Многие пословицы содержат положительную оценку: a great ship asks deep waters - большому кораблю большое плавание; good health is above wealth - здоровье дороже денег. В пословицах like begets like (? яблоко от яблони недалеко падает) и like cures like? (клин клином вышибает) слово like стоит и в начале, и в конце, образуя рамку. Такой повтор, редко встречающийся в пословицах, называется кольцевым.

    Рассматривая семантические особенности пословиц, можно заметить, что в пословицах встречается как один метафорический компонент (like cures like), так и два (speech is silvern, but silence is gold - слово - серебро, молчание - золото).

    Характерной чертой пословиц является однозначность, что можно объяснить высокой степенью обобщённости их значения и их немобильностью в тексте.

    Что касается грамматической структуры пословиц, то они бывают повествовательными, побудительными и вопросительными предложениями. Восклицательные предложения среди пословиц не встречаются.

    В повествовательных предложениях утверждается или отрицается что-либо. Число пословиц - простых утвердительных предложений - очень велико. Подлежащим в них в большинстве случаев выступает существительное, в отличие от пословиц - сложных предложений, в которых, например, личное местоимение часто фигурирует в качестве подлежащего. Подлежащее пословиц - простых утвердительных предложений - встречается без определения, например: appetite comes with eating - аппетит приходит во время еды; pride goes before a fall - гордыня до добра не доводит. Но в значительно большем числе пословиц подлежащее встречается с различными определениями: hungry bellies have no ears - у голодного брюха нет уха; ? соловья баснями не кормят; too many cooks spoil the broth ? у семи нянек дитя без глазу. Но определение может иметь не только подлежащее, но и второе существительное: little pitchers have long ears - дети любят слушать разговоры взрослых; a penny saved is a penny gained - «не истратил пенни, значит, заработал».

    Из всего многообразия способов выражения отрицания в английском языке в пословицах используются не все, например, не встречается вопрос в отрицательной форме. Также не используется частица not, встречаются только отрицательные формы don't и редко can't (you can't eat your cake and have it ? один пирог два раза не съешь).

    Подлежащее пословиц - простых отрицательных предложений может быть выражено местоимением (you cannot flay the same ox twice - с одного вола двух шкур не дерут) и существительным без определяемого слова и с определяемым словом, которое может быть выражено прилагательным, причастиями, частицей no или числительными (great boskers are no biters - не бойся собаки, которая лает; a watched pot never boils - когда ждёшь, время тянется медленно; no man can serve two masters (библейское) - нельзя служить двум господам сразу).

    Заключение

    Каждый из частных уровней бытия, обладая рядом особенностей, существует во взаимосвязи, давая основание для выделения бытия как такового – собственно, предмета онтологии.

    Онтология – философская дисциплина, рассматривающая различные трактовки проблемы бытия. Термин «онтология» происходит из слияния греческих слов ontos - сущее и logos - учение, понятие. Под понятием "бытие" в философии понимается максимально общая характеристика реальности как целого, то общее, что содержится во всех предметах, явлениях и артефактах мира, то, что объединяет их, позволяя нам сказать: это мир.

    Таким образом, онтология рассматривает фундаментальные принципы бытия, наиболее общие сущности и категории сущего.

    Сущее (сущность) – внутреннее содержание предмета, выражающееся в единстве всех многообразных и противоречивых форм его бытия. "Сущее" в онтологии постигается путем редукции (сокращения, "выведения за скобки" случайных характеристик предметов), позволяющей увидеть то общее, что есть в различных явлениях, осознать их глубинную взаимосвязь. Видимое и чувственно-постигаемое проявление сущего называется явлением. Увидеть за явлением сущее важнейшая задача философской онтологии.

    Категория бытия близка, но не совпадает с категорией существования. Существование есть одна из форм проявления бытия. Бытийствовать могут и несуществующие предметы или явления, если их физическое несуществование наделено особым смыслом.

    Термин "онтология" впервые появился у Р. Гоклениуса ("Философский лексикон"). В качестве отдельной, самостоятельной философской категории и философской дисциплины онтология была разработана в философской системе Х.Вольфа.

    Становление онтологической проблематики. Впервые онтологическая проблематика была обозначена еще в Древней Греции. В рамках элейской школы (Зенон, Парменид) истинным знанием, противопоставленным "мнению", считалось только знание о вечном, неизменном единстве, о самом бытии. Дальнейшую разработку учение о бытии получило в творчестве Платона. Бытие, по Платону, есть совокупность идей – умопостигаемых сущностей, отражением которых является многообразие вещественного мира. В онтологии Платона проводится грань между бытием (истинным и неизменным) и становлением, изменчивостью мира. Столь же резкую грань он проводит между бытием и "безначальным началом", основанием бытия ("единое" и "ум").

    В эпоху средневековья античная онтология была приспособлена к решению теологических проблем. Онтологическое понятие абсолютного бытия отождествляется с богом. Разработанная последователями Платона концепция эманации (нисхождения бытия по иерархическим уровням) сближается у средневековых мыслителей с идеей "ангельской иерархии", являющейся посредником между Богом (истинным Бытием, эссенцией) и видимым миром (экзистенцией). В этот период разрабатывается подробная классификация бытия:

    • субстанциональное бытие – Бог;

    • акцидентальное бытие – мир человеческой жизни в его случайности и разнообразии;

    • актуальное бытие – то, что реализовано Божьим промыслом;

    • потенциальное бытие – будущее, предначертанное свыше, но уже существующее как божественная мысль.

    В философии Нового времени онтологическая проблематика оттесняется гносеологической. Вслед за Р. Декартом и его "онтологическим аргументом" мыслители этой эпохи считали, что бытие тождественно (совпадает) с формами его познания. Тем самым акцент переносился из области вопроса: "Что такое бытие?", в область вопроса: "Как его изучать?".

    Новый этап в разработке онтологической проблематики начинается с творчества И. Канта. По его мнению, тождественность форм бытия и познания не более, чем устойчивый миф. Мы не можем достоверно утверждать, что за рамками наших чувств лежит какая-то конкретная реальность ("истинная онтология"). Кант утверждает, что онтологию задает активный субъект (априорные категории нашего сознания). Он отбирает и конструирует "вещи" из данных органов чувств, тем самым создавая реальность.

    В концепции Гегеля активный субъект выносится за рамки нашего мира (Мировой Дух). По логике Гегеля, основанием бытия является то, что еще более абстрактно (всеобще), чем само бытие. Таким, наиболее абстрактным уровнем в его концепции выступает нe-бытие (дух – есть ничто). Тем самым, бытие оказывается одной из форм саморазворачивания Мирового Духа (инобытие Мирового Духа). Само же бытие – не неизменное и статичное, как было в концепциях предшествующих мыслителей, а изменчивое, развивающееся, стремящееся к единой цели.

    В период XIX - начала XX веков онтологическая проблематика занимает достаточно скромное место. Так, марксизм и волюнтаризм вообще отрицают ее самостоятельность, считая частью более общего вопроса (отношения бытия к сознанию, отношения воли к реальности и т.д.).

    Лишь в феноменологической традиции (Э. Гуссерль, М. Хайдеггер) онтологическая проблема выходит на первый уровень. В ее рамках создается современная концепция онтологии (фундаментальная онтология").

    Феноменологическая трактовка онтологии. Толчком для построения новой концепции онтологии явился переворот в естественных науках, изменивший наши представления о реальности. Если во все предшествующие столетия критерием истинности научных выводов неявно служил здравый смысл, то теперь ситуация изменилась. Положения теории относительности, квантовой механики и некоторых других теорий (генетика, социология знания и    т.д.) очень слабо соотносились с повседневными представлениями. Они строились на том уровне абстракции, когда обыденное сознание начинает протестовать против данных науки. Возникал вопрос: каким образом можно согласовать данные науки и мой повседневный мир?, Что именно я изучаю: объективную реальность или собственное сознание с его жизненным опытом и психической организацией? Ответить на эти вопросы и попытались философы - феноменологи.

    По их мнению, онтология не зависит от психических и иных свойств познающего субъекта. Она организуется потоком феноменов. Под феноменом понималась простейшая сущность (единица Бытия). Сочетание этих сущностей, направленных на предмет (интенция), создает его. Этот поток феноменов и воспринимается нами как "вещный мир". Все, что лежит за его пределами, не может быть изучено и не имеет смысла. Уровень феноменов - предельно допустимый уровень рефлексии. Выявив и описав уровень феноменов, философия дает основание для позитивных наук,  позволяет им  провести действительное исследование, а не бесконечную рефлексию над основаниями собственной деятельности (эмпирическая физика - теоретическая физика - философские проблемы физики, философия науки и т.д. до бесконечности ).

    Однако выходу на уровень феноменов препятствует наличие устойчивого (человеческого) здравого смысла и сложившейся системы объяснений (мифов). Они создают самостоятельный уровень реальности. Этот уровень М.Хайдеггер назвал Man - Бытие для Людей. Это Бытие создается "словами" Слова же, сливаясь друг с другом, заслоняют oт человека реальность. Его жизнь проходит не в мире реальных предметов и явлений, а в мире созданных человеком смыслов (неподлинных). На какое-то время эти смыслы способны удовлетворить людей. Но наступает момент, когда реальность выходит за рамки человеческой интерпретации, Становится "чужой", "непонятной". Более того, человек, погруженный в мир человеческих смыслов, оказывается неспособным придумать что-то новое. Он продолжает действовать в рамках прежних концепций и моделей деятельности, живет в уже исчезнувшем мире. Для преодоления этой ситуации и построения подлинной онтологии, по мнению М.Хайдеггера, необходимо предпринять "феноменологическую расчистку", очистить предмет от "обиходной шелухи". В этот миг человек выходит на новый уровень Бытия —экзистенцию (здесь-бытие). Здесь-бытие - на мгновение раскрывающийся человеку подлинный смысл вещей и событий. Этот смысл, по Хайдеггеру, может быть понят двумя путями:

    • последовательной философской рефлексией (феноменологической расчисткой);

    • в особые периоды жизни на "границе Бытия" (в период личной и социальной катастрофы, болезни, экстаза и т.д.). Такие периоды М.Хайдеггер назвал "раскрывающими пространствами".

    Но, если смысл здесь бытия постигается нефилософским способом, то следующий уровень – Бытие (собственно бытие) осознается только в процессе философствования.

    Бытие не безразлично для обладающей Бытие - это некоторая линия, разрывающая прошлое (уже не-бытие) и будущее (еще не-бытие). В каждый исторический период она отличается. В эпоху Средневековья Бытие - это все, что лежит между Грехопадением (прошлым) и Страшным Судом (будущим). Для Нового времени - это время до осуществления идеалов Прогресса (построения Царства Божьего на земле). Эту конкретную размерность Бытия Хайдеггер назвал - "посыл Бытия". Сегодня мы живем в мире, где вновь меняется Посыл бытия. Это заставляет людей вновь и вновь задумываться над реальностью, ее природой, над своим местом в этой реальности, над проблемой философской онтологии.

    СОДЕРЖАНИЕ

    Введение -------------------------------------------------------------------------------3

    Глава I. Фразеологические единицы (ФЕ) в современном английском языке  

    1.1. Фразеология как лингвистическая наука  ----------------------------------------6

    1.2.Способы образования и перевода ФЕ в английском языке--------------------9

    1.3. Классификация ФЕ в современном английском языке ----------------------21

    1.4.  Внутренняя форма ФЕ -------------------------------------------------------------33

    1.5. Национально – культурная специфика во фразеологии ---------------------35                                            

    1.6. Национально – культурные особенности и характерные признаки ФЕ --40      

    1.7. ФЕ как средство выражения языка и культуры -------------------------------47

    Выводы по I главе-------------------------------------------------------------------------49                              

     Глава II. Что такое бытие и ее классификация

    2.1. Периоды определения бытия------------------------------------------------------51

    2.2.Философский смысл проблемы бытия. Три аспекта---------------------------61

    2.3. Структура и универсальные свойства бытия --------------------------------- 81

    2.4. Система категорий  ------------------------------------------------------------------84

    2.5. Законы и категории бытия ---------------------------------------------------------92

    2.6. Физическое бытие -------------------------------------------------------------------98

    2.7. Биологическое бытие --------------------------------------------------------------121

    2.8. Личностное бытие   ----------------------------------------------------------------126

    2.9. Социальное бытие   ----------------------------------------------------------------132

    Заключение -------------------------------------------------------------------------------148

    Библиографический список -----------------------------------------------------------154

    БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЙ СПИСОК

    1. Алехина А.И. Фразеологическая единица и слово. - Минск, 1991.

    2. Амосова Н.Н. Основы английской фразеологии. - Л.,1989.

    3. Аничков И.Е. Труды по языкознанию. - С-Петерб: Наука, 1997.

    4. Бабкин А.М. Русская фразеология, ее развитие и источники. - Л.: Наука, 1990.

    5. Балли Ш. Французская стилистика. - М.: Эдиториал УРСС, 2001.

    6. Блэк М. Метафора // Теория метафоры. - М., 1990.

    7. Виноградов В.В. Об основных типах фразеологических единиц в русском языке 8.Виноградов В.В. Лексикология и лексикография: Избр. Тр. - М.: Наука, 1986.

    9. Виноградов В.С. Введение в переводоведение. – М., 2001.

    10. Жуков В.П. Семантика фразеологических оборотов. - М., 1990.

    11.Захарова М.А. Стратегия речевого использования образных фразеологизмов английского языка. – М., 1999.

    12.Комиссаров В.Н. Современное переводоведение. – М., 2001.

    13.Копыленко М.М., Попова З.Д. Очерки по общей фразеологии: Проблемы, методы, опыты. – Воронеж: Изд-во Воронежского ун-та, 1990.

    14.Коробка П.Л. Идиоматическая фразеология как лингвистическая и культурологическая проблема. - М.,1999.

    15. Кунин А.В. Английская фразеология. Теоретический курс. - М., 1981.

    16. Кунин А.В. Фразеология современного английского языка. - М.: Международные отношения, 1996.

    17. Кунин А.В. Англо-русский фразеологический словарь. 3-е изд., стереотип. – М.: Русский язык, 2001.

    18. Литвинов П.П. Англо-русский фразеологический словарь с тематической классификацией. – М.: Яхонт, 2000.

    19. Литвинов П.П. Фразеология. – М.: Примстрой –М, 2001.

    20. Пастушенко Л.П. Английские фразеологические единицы в составе фразеологического поля. Дис. канд. филол. наук. – Киев, 1982.

    21. Попов Р.Н. Методы исследования фразеологического состава языка. – М., 1996.

    22. Прокольева С.М. Механизмы создания фразеологической образности. – М., 1996.

    23. Савицкий В.М. Английская фразеология: Проблемы моделирования. – Самара, 1993.

    24. Смирницкий А.И. Лексикология английского языка. – М.,1996.

    25. Смит Л.П. Фразеология английского языка. – М., 1998.

    26. Телия В.Н. Метафора как модель смысла произведения и ее экспрессивно-оценочная функция // Метафора в языке и тексте. – М.: Наука, 1988.

    27. Толстой Н.И. Язык и народная культура. – М., 1991.

    28. Уорелл А.Дж. Английские идиоматические выражения. – М.: Художественная литература, 1999.

    29. Федуленкова Т.Н. Английская фразеология: Курс лекций. – Архангельск, 2000.

    30. Фразеология в контексте культуры. – М., 1999.

    31. Хорнби А.С. Конструкции и обороты английского языка // Хронби А.С. – М.: Буклет, 1994.

    32. Чиненова Л.А. Английская фразеология в языке и речи. – М., 1986.

    33. Шанский Н.М. Фразеология современного русского языка. 3-е изд. – М.: Высшая школа, 1985.

    34. Шрайбер В.И. Актуализация фразеологических единиц в литературно-художественных текстах: автореф. дис. канд филол. наук.- М.,1981.

    35. Howarth, Peter Andrew Phraseology in English Academic Writing: Some implications for language learning and dictionary making. – Tьbingen: Niemlyer, 1996.

    36. Longman Dictionary of English Idioms. L., 1981.

    37. Richard A. Spears American Idioms Dictionary, Lincolnwood, Illinois, USA, 1991.

    38. Makkai,A. Idiom Structure in English, - The Hague, 1987.

    39. Weinreich, U. Problems in the Analysis of Idioms: Substance and Structure of Language. – University of California Press, Berkley and Los Angeles, 1984.

    40.  Губарев В.П. К типологии фразеологических моделей. - Филологические науки, М., 1985, №4, с. 65-68.

    41.  Гвоздарев Ю.А. Основы русского фразообразования. - Ростов-на-Дону: изд-во РГУ, 1977, с. 184.

    42. Кунин А.В. Курс фразеологии современного английского языка. - М.: Высшая школа., 1986. - 336 с.

    43. Хайдеггер М. Время и бытие. – М., 1993.

    44. Ставцева А.А. Ревенко Л.П. Фразеологические средства оценки интеллектуальных способностей человека в русском и английском языках


    По теме: методические разработки, презентации и конспекты

    Методическая разработка по теме:"Понятие бытия во фразеологии"

    Теоритическая значимость данной работы заключается в обосновании понятия бытия во фразеологии. Пракическая значимость определяется возможностью применения ее результатов на практических занятиях на ан...

    Методическая разработка по теме:"Понятие бытия во фразеологии"

    Теоритическая значимость данной работы заключается в обосновании понятия бытия во фразеологии. Практическая значимость определяется возможностью применения ее результатов на практических занятиях по а...

    Методическая разработка по теме: "Понятие о деепричастии".

    Методическая разработка урока по теме: "Понятие о деепричастие"....

    Методическая разработка по теме: Математические понятия, предложения

    Главная цель данной темы состоит в передаче студентам определенной системы знаний по обоснованию основных понятий начального курса математики. Изучение темы должно способствовать воспитанию определенн...

    Методическая разработка по теме: "Понятие многогранника. Призма", с использованием элементов технологий развития критического мышления и диалогового взаимодействия.

    Урок на тему: "Понятие многогранника. Призма" с использованием универсальных учебных действий (УУД), а именно, развитие криьтического мышления и диалоговое взаимодействие....

    Методическая разработка на тему: "Понятие и структура технологической карты урока математики"

    Методическая разработка на тему: "Понятие и структура технологической карты урока математики"...

    Методическая разработка по теме "Понятие производной"

    Тема: «Понятие производной».Тип урока - урок изучения нового материала....