"Стратегии речевого поведения в англоязычной среде" (по материалам лекций Ю.Б. Кузьменковой)
статья по английскому языку на тему
Выступление на МО учителей иностранных языков основано на материалах лекций Ю.Б. Кузьменковой, заведующей кафедрой английского языка факультета менеджмента ГУ-ВШЭ. В работе рассматриваются стратегии оформления речевого поведения партнеров в соответствии с нормами иноязычной культуры.
Скачать:
Вложение | Размер |
---|---|
![]() | 145.5 КБ |
Предварительный просмотр:
Федеральное государственное казенное общеобразовательное учреждение «Средняя общеобразовательная школа № 3»
Стратегии речевого поведения
в англоязычной среде
(по материалам лекций Ю.Б. Кузьменковой)
Выступление на МО учителей иностранных языков
Светлана Петровна Башлыкова
учитель английского языка
г. Приозерск 2013 г.
Многим, прекрасно владеющим английским языком россиянам, кому доводилось общаться с британцами или американцами, знакомо чувство некой неудовлетворенности, возникающей либо непосредственно в процессе беседы, либо по ее окончании. Анализ причин такого рода разочарований свидетельствует о том, что для полноценного общения требуется, с одной стороны, умение адекватно интерпретировать речевое поведение партнера, а с другой – умение сделать свои мысли доступными для понимания носителя другой культуры, оформляя их в соответствии с привычными для него нормами.
Существенные отличия речевого поведения британцев и американцев от привычного для россиян связаны, прежде всего, с расхождениями в трактовке вежливости. Вежливость в русской традиции немыслима без таких составляющих, как интуиция и тактичность, учтивость и участливость, спонтанность выражения эмоций и неподдельный интерес. Доминантой русскоязычного общения является естественность, которая определяет такие его черты, как однозначность, прямолинейность и эмоциональность.
Для англоязычного общения такую доминанту можно обозначить как конвенциональность или ритуализованность, что отражает прагматические установки индивидуалиста, опирающиеся на принцип невмешательства. Этот принцип соотносится с ключевым для англо-американской традиции понятием privacy, предполагающим недопустимость стороннего вмешательства в личную жизнь, равно как и недопустимость личного вмешательства в чужую. Заботясь о сохранности privacy, коммуникация англоязычного собеседника сводится к тому, чтобы, гибко реагируя на реплики собеседника, избегать прямой конфронтации, показать себя в выгодном свете и заслужить положительную оценку других участников разговора. Поэтому для англоязычного общения характерна высокая степень неоднозначности, некатегоричности и эмотивности, т.е. сознательно контролируемой демонстрации эмоционального отношения.
(Презентация Слайд 2)
На уровне речи наибольшие расхождения англоязычного поведения по сравнению с русскоязычным наблюдаются при решении речевых задач, ориентированных на выражение побуждения, позитивной и негативной оценки.
Для эффективного контакта с англоговорящими собеседниками россиянину следует руководствоваться коммуникативными правилами, которые можно сформулировать как:
- Соблюдайте регламент, меру и пропорцию.
- Соблюдайте дистанцию, держите собеседника на расстоянии.
Первое правило основано на соблюдении общепринятых требований на
организационно-коммуникативном уровне и предполагает знание структуры процесса общения и допустимой тематики. Второе правило предполагает знание стратегий, позволяющих употреблять различные речевые средства адекватно поставленным коммуникативным задачам.
(Презентация Слайд 3)
Коммуникативная стратегия – это совокупность языковых средств и речевых приемов для достижения намеченной цели общения. Стратегии, определяемые с учетом речевой ситуации и цели общения, степени близости знакомства, социального статуса собеседников и др. делятся на макростратегии маневрирования и макростратегии реагирования. Первая группа – дистанцирование, уклонение и намек отражают характерные черты англоязычной коммуникации: высоко развитые возможности вербального маневрирования и лавирования, уклонение от прямолинейности и иносказательность высказываний. Макростратегия маневрирования ориентирована на любого из говорящих. Вторая группа – поддержка собеседника и поддержание контакта ориентирована преимущественно на слушающего, который, не перехватывая инициативы, заполняет паузы, оживляет беседу отдельными репликами, выполняя свою основную функцию – поддержать главного говорящего, не допускает возникновения неловкого молчания. Каждая из коммуникативных стратегий имеет в английском языке характерное лингвистическое оформление.
Дистанцированность является основой базовых ценностных ориентаций британцев и американцев в отношении к пространству и времени, личности и власти. В процессе общения дистанцирование может служить мощным инструментом воздействия на окружающих; это своего рода искусство, позволяющее как в прямом смысле слова, так и умозрительно регулировать степень близости/удаленности собеседников, воздвигая при необходимости непреодолимые преграды для защиты своей территории.
Британцы и американцы, оберегая «свою территорию», обычно не приветствуют установления контактов с незнакомыми людьми ни на вербальном, ни на визуальном уровне. Эту же цель – сохранение привычной степени дистанцированности – преследуют при обращении к приемам демонстративной вежливости (что нередко расценивается в России как проявление неискренности). В англо-американской культурной традиции при случайном нарушении личного пространства другого человека принято извиниться – даже если вы, например, проходя мимо, в действительности его не задели. Аналогичным образом немыслимо какое-либо вторжение в «чужое пространство» - физическое или духовное. И неудивительно, что из-за несовпадения комфортного расстояния общения представители разных культур относятся друг к другу с некоторой долей подозрительности. Так, попытки россиян сократить дистанцию могут восприниматься как угроза или флирт, что неизбежно вызывает соответствующую реакцию британцев, которых из-за стремления эту дистанцию увеличить нередко упрекают в холодности, высокомерии или презрении к людям.
По аналогии с языком пространства любой культуре присущ свой неповторимый язык времени, с помощью которого можно выразить отношение к человеку, обозначив его место в социальной иерархии. Американцами и британцами «дистанцирование временем» в таких, например, формах, как вынужденное ожидание, отсутствие заблаговременного извещения о предстоящих мероприятиях, может (чаще, чем россиянами, более гибкими в отношении к графикам) восприниматься как серьезное оскорбление. Любое нарушение временных зон (опоздание, несвоевременно сданные документы, затянувшийся визит или разговор, вмешательство в беседу посторонних, незапланированное изменение намеченных сроков) вызывает последствия, подобные нарушению зон пространственных, и расценивается как покушение на свободное время, что равноценно вторжению на личную территорию.
Соотнесенность пространственно-временной организации общения с дистанцированностью людей в обществе также проявляется на уровне коммуникативного поведения. При этом не следует забывать, что очевидные для каждой конкретной культуры правила, регулирующие использование межличностного пространства, которым его представители следуют автоматически (не ставя под сомнение их универсальность), таковыми не являются, что служит одним из основных источников взаимного непонимания.
Стратегия дистанцирования предполагает использование целого ряда лексико-грамматических средств, связанных с категорией модальности. К ним относятся:
- смещение временного плана
- условное наклонение
- вопросительные конструкции
- модальные глаголы
- модальные модификаторы.
С их помощью можно придать высказываниям некую кажущуюся удаленность от реальности (делая их тем самым более вежливыми). Они также помогают обеспечить удобное для собеседников умозрительное расстояние, позволяющее чувствовать комфортность при общении.
(Презентация Слайд 4)
Исходя из набора конкретных лексико-грамматических средств, реализуемых в вышеозначенных стратегических целях, можно наметить две тактики дистанцирования, связанные со смещением временного плана и использованием модальных глаголов и условного наклонения.
Смещение временного плана можно использовать как грамматическое средство снижения категоричности высказывания, для того чтобы придать инструкциям, распоряжениям или приказам вид вежливой просьбы и облечь в тактичную форму вопросы личного характера, выражение намерений, различного рода предложения и т.п. По мнению британских исследователей, при решении таких речевых задач в качестве своего рода «дистанцирующих структур» уместно употреблять не высказывания в Present Simple, а Past или Future, подразумевающие некое смещение в прошлое или будущее относительно момента речи, дающее свободу ответных реплик.
(Презентация Слайд 5)
На использовании простого будущего времени строятся общепринятые формулы приказания/инструкций (Will you …) и предложения (Shall I/we …); для смягчения содержания намерения возможны также варианты с глаголами need и have to: You will need to wait downstairs. Will you join us in 10 minutes? Они используются вместо прямого указания, выраженного повелительным наклонением: Wait downstairs. Join us in 10 minutes.
Для формул вежливой просьбы и вопроса характерно употребление простого прошедшего времени, также устанавливающее некую дистанцию между моментом речи и самим предметом просьбы/вопроса, отодвигающего последний как бы на ступеньку в прошлое. При этом модальные модификаторы I think/I wonder, ориентированные на говорящего и выражающие как бы его точку зрения, приобретают большую степень косвенности.
(Презентация Слайд 6)
Продолженное время часто используется в тех же вопросах и просьбах, придавая им оттенок как бы вскользь брошенного замечания, а выраженные в такой форме намерения или предложения звучат менее навязчиво. Так, например, если вам надо узнать о чем-то уже решенном или осведомиться о чьих-то планах, необходимо дать понять собеседнику, что вы никоим образом не собираетесь вмешиваться в его намерения или повлиять на его решение, не говоря уже о том, чтобы оказать прямое давление в форме приказа.
Продолженное время часто встречается в общепринятых формулах с модальными модификаторами при выражении вежливой просьбы/предложения или прощания:
Говоря о настоящем, рекомендуется строить беседу на базе продолженного времени, поскольку заложенное в нем значение незавершенности придает высказыванию большую по сравнению с простым настоящим непринужденность и неопределенность. В этом свете будущее и прошедшее продолженное обладают двумя уровнями дистанцирования.
(Презентация Слайд 7)
Английские модальные глаголы, передающие благодаря специфике своей семантики целый спектр разнообразных оттенков модальности, являются незаменимыми «регуляторами вежливости». Они позволяют варьировать степень обязательности следовать совету, желательности выполнить просьбу, позволительности совершить действие и пр.
С помощью модальных глаголов could, would, might выражаются различного рода просьбы, вопросы, предложения, мнения, пожелания и пр., приобретающие при этом различные оттенки вежливого звучания. Выступая в роли дистанцирующих средств, позволяющих избежать прямолинейности высказывания, они входят в целый ряд застывших формул вежливости в виде устойчивых конструкций. Вопросительные конструкции с глаголами could, would, might - традиционные способы выражения вежливой просьбы, предложения или мнения, критического замечания, которые иначе могут прозвучать более императивно или категорично.
(Презентация Слайд 8)
Глаголы в условном наклонении незаменимы для различного рода расспросов и наведения справок, так как могут придавать тактичное ненавязчивое звучание, делая их менее определенными.
Использование в условном наклонении модальных модификаторов – сочетаний с глаголами говорения/мышления (типа say, call, think) и глаголами предпочтения (типа like/prefer) также составляет основу некоторых общепринятых формул, например предложения, приглашения, (по)желания: Would you like some tea? Would you like to join us? I’d prefer…
Модальные глаголы в конструкциях с if также используются в качестве формул вежливого вопроса, предложения, совета, приказа.
Глаголы could, might (более вежливые, чем can, may) часто употребляются, когда необходимо спросить разрешения или высказать предложение. Наиболее тактично такие вопросы звучат в конструкциях с if, потому что заранее предполагают потенциальную возможность выбора – согласиться или отклонить предлагаемое. Рекомендации и пожелания, вопросы личного характера и отказы в просьбах также звучат более тактично в условном наклонении.
Стратегия намека является характерной чертой эмотивной коммуникации. Для носителей британской и американской культур не характерно предаваться эмоциям, - согласно неписаным правилам следует скрывать собственные чувства, переключая внимание на чувства других. Для россиян, напротив, характерен откровенный и глубокий разговор, предполагающий высокую степень эмоциональной вовлеченности человека.
Практика общения показывает, что истинная эмоциональность представляет угрозу гладкому течению разговора и бесконфликтной атмосфере, сохранение которой является основной целью при стратегическом выражении эмоций. На речевом уровне это отражается в употреблении двух стратегических приемов understatement и overstatement, призванных способствовать словесному преуменьшению или преувеличению значимости происходящего. Преуменьшение обычно имеет место при обмене мнениями и впечатлениями, выражении (критической) оценки или своего отношения к предмету обсуждения. Для смягчения резкости высказывания англоговорящие собеседники используют большое количество разного рода допущений и недомолвок, таким образом, удерживая разговор в русле общепринятых норм эмоционально-нейтрального общения. Помимо функции нейтрализовать эмоции говорящего по отношению к высказыванию, обращение к стратегии намека служит цели – правильно расставлять необходимые акценты, чтобы сделать процесс общения вежливо-непринужденным. Основная цель этой антиконфликтной стратегии – регулировать степень эмоционального воздействия на собеседника, сглаживая «острые углы» посредством снижения значимости высказывания. Необходимость обращаться к этой стратегии возникает, когда речь идет о чем-то сугубо личном, требующем деликатного обхождения (как, например, необходимость поделиться своими переживаниями или впечатлениями, сообщение печальных известий) или о чем-то неприятном (связанным, например, с выражением негативного отношения, жалобы). Придать своим словам легковесное звучание можно при помощи различных средств, регулирующих степень воздействия высказывания на адресата.
В рамках данной стратегии можно выделить две тактики: регуляция значимости высказывания и отрицание как намек.
(Презентация Слайд 9)
(Презентация Слайд 10)
Весомость фразы, степень ее воздействия на слушателя можно регулировать посредством минимизаторов: just, only, a bit/a little, very, а также различных модификаторов степени типа somehow, somewhat, которые помогают как бы свести на нет нежелательные эмоции, например, при необходимости оправдываться или извиняться, сгладить остроту критики, скрыть неприязнь.
(Презентация Слайд 11)
Техника снижения определенности позволяет говорящему достичь высокой степени неоднозначности выражения намерения посредством разнообразных вербальных допущений и предположений; при этом незаменимыми «регуляторами» значительности высказывания являются так называемые дежурные слова – заполнители пауз (fillers) типа kind of, sort of, so to speak, more or less и пр., делающие речь менее определенной и резкой и при необходимости дополнительно смягчающее (негативное) отношение.
Этой же цели могут служить и модификаторы с глаголами намерения типа to be inclined, to tend, to intend, которые употребляются также и в сочетании с глаголами мышления и значительно снижают резкость высказываемого мнения, переводя беседу в менее реальную плоскость тенденций и склонностей.
Отрицание как способ уменьшения значимости высказывания встречается в конструкциях трех типов: прямое, скрытое и двойное.
(Презентация Слайд 12)
Прямое отрицание как правило относится к глаголу или переносится на глагол мышления, или выражается словами неопределенного значения. Конструкция с прямым отрицанием может замещать эмоционально окрашенное слово конструкции утвердительной. В таких случаях подбирается более нейтральный его синоним, а значение подразумеваемого (understatement) выводится из контекста, поскольку его нельзя однозначно определить путем замены синонимичным оборотом или "механической" подстановки слова с противоположным значением.
Ср.: She can't help watching TV for hours. = She is a TV addict. We are not on friendly / speaking terms with them. = We are enemies.
Отрицательные конструкции часто опираются на использование модификаторов степени типа very, too, particularly, quite и модификаторов определенности (слов неопределенного значения) типа anything, anywhere и т.п., снижающими отрицательный эффект.
She is not too happy about it. (Cр.: She is not happy... = She is unhappy / miserable etc.)
Отрицание может быть перенесено на глагол мышления. I don’t suppose it’s right. (Cp.: I suppose it’s not right. = It is all wrong.)
(Презентация Слайд 13)
Скрытое отрицание имеет место в утвердительных предложениях с наречиями негативного или минимизирующего значения или глаголами и причастиями соответствующего значения. Скрытое отрицание может выражаться неявно в утвердительных предложениях путем замены прямого отрицания, например, наречиями негативного значения, типа hardly, barely, scarcely, наречиями минимизируещего значения few, little или соответствующими глаголами и причастиями типа fail, lack и пр. Например: Не barely touched his drink (Ср.: He didn’t touch his drink =He drank nothing);
The author failed to mention these facts. = The author did not mention these facts.
Когда слова негативного значения, например с отрицательными приставками или с предлогами, употребляются в отрицательном предложении возникает двойное отрицание. Оur new director doesn't look unfriendly, he is not likely to be devoid of human weaknesses (He looks friendly and human).
(Презентация Слайд 14)
Стратегия уклонения предполагает использование определенного набора структур — softening devices, смягчающих резкость высказывания и делающих его менее прямолинейным. К ним относятся вводные фразы, безличные предложения (в том числе и с вероятностным оттенком), формулы вежливых вопросов и ответов, утверждения в форме вопросов и пр. В рамках данной стратегии можно выделить две тактики: уклонение от ответственности за объективность суждений и использование вопросов с целью смягчения категоричности или резкости высказывания.
Смягчение утверждений является одним из непременных условий уклончивого вежливого общения: высказываемое мнение или критическое замечание, выражаемое отношение или совет, которые иначе могут прозвучать слишком категорично или показаться чересчур назидательными, необходимо облечь в соответствующую оболочку, чтобы не обидеть англоязычного собеседника, трепетно охраняющего свое «лицо». Достигается это посредством уклонения от ответственности за объективность высказываемого двояким образом. Можно, во-первых, подчеркнуть весомость собственного мнения — при этом говорящий как бы принимает на себя ответственность за свои слова. Или же, наоборот, можно перенести акцент на общепринятое мнение. (Презентация Слайд 15)
Смягчить совет или мнение можно при помощи средств субъективной модальности: вводных предложений и устойчивых оборотов, позволяющих расставить акценты так, чтобы утверждение центрировалось на говорящем и воспринималось просто как его личная точка зрения. Набор таких смягчающих средств достаточно разнообразен и варьируется в зависимости от степени формальности общения. К ним прежде всего относятся клише для выражения мнения (opinion phrases): to my mind; in my opinion/view; from my point of view; from my point of view, forgive me if I’m wrong; if I’m not mistaken; if you ask me, etc.
Резкое или негативное отношение можно также субъективировать, сняв с себя ответственность за объективность высказываемого суждения: при помощи модальных модификаторов, можно «спрятать» оценку за глаголами мышления: think, feel, guess (Am.E), reckon и глаголами говорения: say, mention, point out, etc. В этом случае подчеркивается то, что говорящий не претендует на полную достоверность и его слова — всего лишь его субъективное мнение, которое в таких конструкциях звучит менее категорично.
Эффект дополнительного смягчения можно создать при помощи соответствующих вводных слов (fillers или parentheticals):
Well, personally I sort of think you ought to try again, really.
Выражение суждения как личного мнения нередко используется также для создания эффекта выразительности, открытости и личной вовлечённости (особенно характерной для ситуаций неформального общения). При этом возможные формы «я-высказываний» предпочтительнее, чем «ты/вы-высказывания» (с точки зрения «перекладывания» ответственности на другого).
Ср.: I want / need to talk more / I’ve got more to say (I-message)
You ignore me / You don’t ask my opinion (you-message).
(Презентация Слайд 16)
Высказывая личное мнение, особенно критическое, можно избежать опасности выпятить свое “я”, если замаскировать его безличным предложением (часто с теми же глаголами говорения), придающим выражаемому отношению характер обобщения, или преподнести как общеизвестный факт (common knowledge). Этим приемом удобно пользоваться в тех случаях, когда необходимо, чтобы личная точка зрения звучала менее догматично: например, давая совет, проявляя скромность по поводу каких-либо очевидных своих заслуг, скрывая неуверенность.
Пассивный залог, часто встречающийся в инструкциях, приказах и запретах, также реализует тактику уклонения, позволяя вывести адресата из ситуации, представляя ожидаемое от него действие не как его прямую обязанность, а как общепринятое правило, необходимость выполнения которого очевидна для законопослушных британцев и американцев. Такая форма позволяет избежать непосредственного давления и соблюсти приличия.
Смягчающий эффект имеют также и различные слова со значением вероятности: maybe, perhaps, by (any) chance, happen/ seem/ prove/ turn out /appear/ (un) likely и пр., которые можно использовать для того, чтобы придать жалобе или извинению, объяснению или критическому замечанию оттенок предполагаемой возможности:
Пассивный залог в конструкциях с to be supposed to также нередко используется для смягчения категоричности запретов и приказов.
В русской коммуникативной культуре вопрос, как правило, имеет цель – получение информации. В англоязычной традиции он широко используется как средство смягчения высказывания с целью уклонения от выражения своих мыслей напрямую, переводя утверждения в более мягкую косвенную форму. С одной стороны, это способствует бесконфликтному обмену мнениями и получению необходимой информации, а с другой — вопросительная форма, как более вежливая, позволяет существенно смягчить резкость приказа, избежать неловкости при выражении просьбы, пожелания или совета и создать для собеседника видимость потенциального выбора, облегчающей возможность отказа.
(Презентация. Слайд 17)
В английском языке для смягчения приказаний и утверждений широко используются why-questions и yes/no questions. Why-questions употребляются в отрицательной форме, что помогает придать назидательно звучащему совету или предложению ненавязчиво-убедительную форму.
Прямые приглашения также трактуются как навязчивые, и одной из распространённых форм, позволяющих не нарушать privacy, является Why don't you come...?
Общие вопросы также предоставляют собеседнику возможность выбора: согласиться или нет.
(Презентация Слайд 18)
Вопросы, которые широко распространены при наведении справок, получении информации личного характера, просьб и пр., подлежат смягчению, иначе они звучат достаточно прямолинейно и бесцеремонно. Техника, используемая для дополнительного смягчения вопросительных высказываний, опирается на вопросы «декларативные» (statement-questions) и разделительные (tag-questions). «Декларативные» вопросы, не трансформируя грамматическую форму утверждения, придают ему вопросительно-вежливое звучание. В зависимости от ситуации, особенно когда приходится выступать в роли просителя, им можно придать оттенок безнадёжности, чтобы вероятный отказ просто как бы подтверждал ваши худшие ожидания — такую тактику называют «будьте пессимистом».
Разделительные вопросы с конечным формативом (аналогом которых в русском языке можно считать не так ли? не правда ли?), требующие непосредственной реакции собеседника, можно использовать и вместо прямого утверждения или приказа, а также для смягчения самих вопросов. При этом сам форматив может быть как в утвердительной, так и в отрицательной форме.
При определении стратегии вежливого речевого поведения необходимо учитывать определенную двойственность англоязычного коммуникативного поведения. С одной стороны, наблюдается тенденция к демократичному неформальному общению, призванному свидетельствовать об увеличении степени близости участников коммуникации независимо от их социальной принадлежности, а с другой — приоритетность соблюдения формальностей, чисто поверхностное внимание как к участникам общения, так и к его содержательной стороне.
Смешение стилей недопустимо при определении стратегии вежливого речевого поведения. Формальное и неформальное англоязычное общение имеют ряд характерных различий. Формальное общение, в целом гораздо более вежливое, характеризуется отсутствием прямолинейности и соответственно более длинными фразами, часто с оттенком преувеличения, например: FS: Thank you very much вместо короткого IFS: Thanks; или FS: Would you be so kind as to give me that book? — IFS: Can you give me that book, please?
В неформальной беседе меньше запретных тем, допускается обращение по имени и больше деталей личного характера. Например: IFS: I’m going to see my tutor about my graduation paper. — FS: I have an appointment with my tutor.
Сфера употребления влияет и на выбор слов: в неформальной речи он сводится к ограниченному базовому словарю, а формальное общение часто строится на основе расширенной лексики. Распространённым является использование «учёных» слов латинского и греческого происхождения или менее частотных глаголов вместо общеупотребляемых фразовых. Например: IFS: teach, begin, understand — FS: educate, commence, comprehend; или IFS: put off, do up — FS: postpone, redecorate).
В неформальном разговоре (в отличие от формального) возможно использование табуированых слов, сленга и разговорных оборотов. Например, для усиления часто употребляются прилагательные типа super, great, smashing, horrible, awful и т.п. В целом наблюдается тенденция к меньшей точности: типично употребление разного рода «дежурных» слов и выражений многоцелевого назначения типа thing, guy, place, fine, good, bad; what-do-you-call-it, you-know-what-I-mean; well, you see, тогда как формальная речь опирается на более точный словарь и значение используемой лексики конкретизировано.
Тенденция к краткости и меньшей определенности неформальной речи проявляется на уровне грамматики в употреблении упрощённых или сокращённых грамматических конструкций и стремлении избегать длинных оборотов и сложных предложений.
Ряд широко используемых формул вежливости является просто формами усечённых предложений, в которых может опускаться подлежащее или сказуемое: Nice day! Good idea! Know what? (Sounds) great! Seen John? Must be off.
В англоязычной коммуникации важно правильно выбрать стиль вежливого речевого поведения, комбинацию речевых формул и использовать их адекватно предлагаемой ситуации.
(Презентация Слайд 19)
Стратегия коммуникативной поддержки собеседника включает прежде всего тактики усиления значимости высказывания и подчеркнутого преувеличения, или иначе, overstatement, придающие высказыванию большую весомость, что можно трактовать как избыточную, чрезмерную вежливость, функция которой — продемонстрировать или подчеркнуть свой интерес к партнеру по коммуникации.
Стратегия overstatement используется с целью сфокусироваться на чувствах и эмоциях других людей, к которым в соответствии с правилами вежливости требуется повышенное внимание. Эффект overstatement может достигаться посредством двух тактик: усиления и преувеличения и используется преимущественно для выражения похвалы, благодарности, сочувствия, сожаления.
(Презентация Слайд 20)
Усиление значимости высказывания (intensification) сознательно используется говорящими в целях оказания благоприятного воздействия на окружающих и обычно наблюдается при выражении благодарности, сочувствия, извинения, отказа, вежливого вопроса и пр., когда с помощью эмоционально окрашенных фраз можно повлиять на восприятие ситуации собеседником, сохраняя доброжелательную атмосферу вежливого общения. Придать своим словам экспрессивную окраску можно при помощи различных средств — маркеров усиления или интенсификаторов, усиливающих степень воздействия высказывания на адресата.
Интенсификаторы – это наречия степени, такие как how, so, too, very, much, most и др., и экспрессивные наречия extremely, terribly, awfully и др., усиливающие значение прилагательных и соответственно выполняющие эмфатическую функцию.
(Презентация Слайд 21)
В традициях английской коммуникативной культуры, с ярко выраженной тенденцией к формализму, общепринятое выражение эмоций может требовать дополнительного усиления — как отражение стремления проявить неподдельные чувства и заставить собеседника поверить их истинности. Наиболее частотным на уровне речи является усиление этих формул, а также дополнительное использование развёрнутых эмоционально-оценочных реплик (в продолжение самой формулы), насыщенных «добавочными» знаками внимания: восторженной оценкой, хвалебными отзывами и т. п.
Ср.: Thank you for your lovely party! It was such a distraction for everyone.
All those extremely funny surprises! That was very considerate of you!
Подобные обязательные «приложения» к основной «теме», как правило, неоднократно повторяются и варьируются в процессе small talk и содержат не только оценку самого предмета благодарности, но и достаточно развёрнутые комплименты в адрес собеседника по поводу его качеств или действий.
Тактика подчеркнутого преувеличения состоит в демонстрации повышенного внимания к собеседнику, его эмоциям, личным качествам или действиям и служит своего рода дальнейшим развитием тактики усиления. В рамках данной тактики можно выделить две взаимодополняющие техники: гиперболизацию и двойное усиление.
(Презентация Слайд 22)
Используемые интенсификаторы преувеличения в рамках данной тактики – это экспрессивные эмоционально окрашенные глаголы enjoy, adore, love, hate, die (for), dream (вместо нейтральных like, dislike, want, think) или прилагательные типа happy, delighted (в значении glad), flourishing (в значении in good health), а также прилагательные типа super, great, smashing, horrible, awful, silly, stupid и т.п.
В ситуациях неформального общения преувеличивать можно не только положительные эмоции. Для этих целей используются разговорные клише типа I’ll scream/go bananas (= I’ll be irritated) , I’ll kill him (= I’ll be very cross); I’ll go nuts (= I’ll be upset) и пр. Эмфатические наречия (типа just, really) могут придавать подобным высказываниям оттенок дополнительного преувеличения, например: I’ll just die.
(Презентация Слайд 23)
Лексические и грамматические суперлативы (brilliant, marvellous, fantastic, gorgeous, superb, kindest, warmest, most beautiful и т.п.) в сочетании с наречиями-интенсификаторами (типа just, really и др.) создают эффект двойного усиления, подчёркивая значение прилагательных, и без того достаточно экспрессивных.
Thank you for a most lovely party! That was absolutely marvellous! Truly fantastic!
Для этих целей также используется экспрессивная лексика в сочетании с модальными глаголами и сослагательное наклонение.
Ср: I’d just die without my computer. — I can’t manage without my computer.
I wish the ground would open up and swallow me when... — I was so ashamed...
В рамках стратегии преувеличения можно обозначить стратегические направления, которые позволяют составить общее представление о возможностях ее использования. Так, если вы вынуждены кого-то потревожить, скажем, в неурочное время, то, принося свои извинения, вам придется:
а) подчеркнуть, что вы сами испытываете чувство неловкости (I hate to bother you during the lecture /I ‘m awfully sorry to interrupt your lecture, but);
б) выдвинуть ряд достаточно веских причин, заставивших вас пойти на эту крайнюю меру (the head of our department insisted that it is absolutely urgent);
в) постараться на словах свести его до минимума (Could I make a very brief announcement? I won 't be a second).
Вместо того чтобы напрямую сказать лектору:
Dr. Smith, I’m (really) sorry for interrupting you, but I’ve got an urgent message for your students.
Англоговорящие собеседники стремятся всячески расположить к себе собеседника, неизменно обращаясь к стратегии преувеличения (даже если высказываемая оценка не вполне соответствует действительности или не совпадает с его мнением):
а) говоря то, что тому хотелось / было бы приятно услышать (Mary! I haven ’t seen you for ages! I can 't believe my eyes!);
б) преувеличивая заслуги партнера и свои слабости (This may sound a stupid question but I’d like to know how you managed not to change at all in the last ten years.);
в) не скупясь на похвалу и делая комплименты многократно и по различным поводам (The reason I asked you is because you were always so good at cooking. I really loved those unforgettable parties you gave us...)
Выбор речевых средств в подобных ситуациях, как в русском, так и в английском языке, определяется контекстом беседы, и заранее «запрограммировать» можно лишь некоторый набор эмоционально окрашенных слов.
(Презентация Слайд 24)
Стратегия поддержания коммуникативного контакта предполагает взаимную ответственность партнёров за создание комфортной атмосферы общения и гладкое течение беседы на основе адекватного реагирования, что достигается при помощи тактики построения ответных реплик и тактики заполнения пауз.
(Презентация.Слайд 25).
Тактика построения ответных реплик в основном сводится к использованию ряда речевых формул и приёмов, помогающих разнообразить краткие ответы да / нет. Эти приемы позволяют участникам разговора продемонстрировать уважение к собеседнику, свой интерес к предмету общения, а также выиграть время для обдумывания последующих реплик.
Для варьирования и «распространения» односложных ответов обычно используются:
1) интенсификаторы (наречия very, certainly, definitely, alright и др.) как средства
усиления выражения согласия или подтверждения готовности откликнуться на
просьбу;
2) предложения с модальными модификаторами (преимущественно с глаголами
мышления believe, think, suppose, hope, expect, которые могут служить для
выражения как положительного, так и отрицательного мнения);
3) оговорки и допущения типа in most cases, in principle, to a certain extent или
формулы I agree but.../ only / except; I’m sorry but.../I’m afraid but..., которые
используются в случае вежливого отказа, извинения, несовпадения мнений,
объяснений, жалоб и употребляются для смягчения односложных и
категоричных нет и да.
(Презентация Слайд 26)
Поддерживая непринуждённую беседу, следует внимательно относиться к возможному возникновению пауз. Прежде всего, не доводить до них, стараясь отреагировать на каждую реплику собеседника соответствующими ситуации «знаками внимания», т.е. вопросом, восклицанием или подходящим по смыслу междометием.
В качестве «знаков внимания» в ответных репликах обычно используются краткие вопросы трёх типов:
- собственно краткие (short questions – Oh, yes? And so? And (what happened) then?
Really?);
2) разделительные (их финальная часть);
3) вопросы-«эхо», повторяющие предыдущую реплику или ее часть (echo
questions).
(Презентация Слайд 27)
Заполнить паузы можно при помощи:
- различных восклицаний с местоимениями how, what, that;
- междометий типа Gosh! Wow! Phew! Oh! No!;
- «дежурных» слов (различного рода преамбул, вводных фраз, существительных типа thing, fact, reason, point);
- звуков типа um/ еr...
Стратегия реагирования нацелена на развитие навыков выбора ответных реплик адекватно разнообразным речевым ситуациям, а также на предотвращение коммуникативных сбоев, возникающих в результате несовпадения культурных норм. Устранение типичных в подобных случаях ошибок должно основываться на знании особенностей регламентации этапов англоязычного общения.
Ведение англоязычной беседы предусматривает достаточно чётко очерченные фазы и регламентированные правила участия, что прослеживается в структурной организации практически любого разговора. В процессе общения выделяется 5 этапов: начальный, вводный, основной, «обратная связь», завершающий:
opening | feedforward | business | feedback | closing |
Целью начального этапа является установление коммуникативного контакта. Он обычно включает обращение, приветствие (при необходимости — представление), выражение (положительного) отношения по поводу предстоящего общения и small talk.
Завершающий этап свидетельствует о завершении коммуникативного контакта и предполагает (в обратном порядке) small talk, выражение (положительной) оценки состоявшегося контакта, благодарности — за уделённое время, оказанные знаки внимания и т.п., (при необходимости — приглашение), пожелания и собственно прощание.
На втором этапе ставится цель «подготовить почву» для дальнейшего обсуждения, предоставив собеседнику определённую информацию, предваряющую собственно «деловую» часть, облегчающую её последующее восприятие и позволяющую частично войти в курс дела.
Четвертый этап — установление «обратной связи», являющийся своего рода зеркальным отражением второго, предполагает посредством вопросов (как правило, обобщающего характера) выявление ответной реакции (а в случае недопонимания — возвращение к предыдущей стадии и уточнение), оценки результативности беседы. Этот этап сигнализирует о достижении намеченной цели и при помощи резюмирующих реплик и подведения итогов готовит собеседников к плавному переходу к заключительной стадии общения.
Основной этап, называемый big talk, или business предполагает возможность сфокусироваться на сути дела и должен отличаться большей продолжительностью, чтобы тем самым оправдать необходимость предшествующих и последующих этапов, каждая «симметричная» пара которых длится пропорционально одинаково.
Естественно, не всякий англоязычный разговор конструируется в строгом соответствии с данными принципами. Однако все составляющие неизменно должны присутствовать. Допустимым отклонением является объединение двух первых и двух последних этапов, что характерно для ситуаций неформального общения, например, Hey, look what I’ve got here или Hi, folks, just listen to this. Или вызванное «производственной необходимостью» требование сокращения срока общения, например, Hello, everyone, let’s get the meeting going или Listen. I’ve got to think more about your offer, OK?. Важно при этом отметить, что любое существенное изменение этих чётко соотносимых по длительности и тонко сбалансированных фаз немедленно воспринимается участниками англоязычной коммуникации как «сигнал тревоги», требующий повышенного внимания, а отсутствие вербализованной мотивации при подобных нарушениях может повлечь за собой негативную реакцию.
В заключение хочется отметить, что умение правильно интерпретировать и применять рассмотренные коммуникативные стратегии помогут адекватно строить свое речевое и неречевое поведение согласно социокультурной специфике стран изучаемого языка и успешно взаимодействовать с англоговорящим собеседником в различных ситуациях общения.
По теме: методические разработки, презентации и конспекты
Элективный курс "Стратегии речевого поведения в англоязычной среде"
Аннотация для воспитанников и их родителей.Стратегии речевого поведения в англоязычной среде.Элективный курс для учащихся 9 класса. Почему нельзя ...
![](/sites/default/files/pictures/2014/08/22/picture-104530-1408693256.jpg)
Выступление на МО учителей иностранного языка. Краткий обзор курса "Стратегия речевого поведения в англоязычной среде"
В англоязычной коммуникативной культуре имеются группы стратегий, позволяющие обеспечить комфортную атмосферу беседы. Для успешного общения необходимым является достижение такого уровня владения языко...
Выступление на РМО об основных идеях курса "Стратегии речевого поведения в англоязычной среде".
Краткий обзор о курсе "Стратегии речевого поведения в англоязычной среде"....
![](/sites/default/files/pictures/2012/09/30/picture-112274.jpg)
Выступление на РМО по теме: "Стратегии речевого поведения в англоязычной среде"
В статье рассматриваются такие вопросы как:1) Основные источники трудностей возникающих при общении россиян с их англоговорящими собеседниками.2) Говорится о наиболее характерных особенностях русскояз...
![](/sites/default/files/pictures/2013/11/27/picture-356175-1385581497.jpg)
Стратегии речевого поведения в англоязычной среде
Речь пойдет об основных особенностях англоязычной коммуникации, о причинах трудностей, возникающих при общении россиян с иханглоговорящими собеседниками и о путях их преодоления с целью обеспечения эф...
![](/sites/default/files/pictures/2021/01/12/picture-402124-1610476452.jpg)
Стратегии речевого поведения в англоязычной среде (доклад выступления на МО)
В курсе «Стратегии речевого поведения в англоязычной среде» рассматривается проблема осуществления адекватной и эффективной межкультурной коммуникации в процессе общения с носителями...
![](/sites/default/files/pictures/2014/02/18/picture-314499-1392732876.jpg)
Стратегии речевого поведения в англоязычной среде
Наибольшие расхождения англоязычного поведения по сравнению с русскоязычным наблюдается при решении речевых задач, ориентированных на выражение побуждения, позитивной и негативной оценки. Для эф...